50RS052-02-2024-000416-55
№ 02-0201/2025
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
19 июня 2025 года г. Москва
Бабушкинский районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Меркушовой А.С., при секретаре судебного заседания Сидорове Д.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-201/2025 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, в котором просил недействительным завещание, составленное ФИО1 05.12.2022.
В обоснование заявленных требований указал, что является родным братом ФИО1, то есть наследником второй очереди. * ФИО1 умерла. После ее смерти он обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства. 04.12.2023 нотариус сообщила ему о наличии составленного незадолго до смерти завещания на имя ФИО2, которым все имущество ФИО1, в том числе квартира, расположенная по адресу: *, завещано ответчику. Истец считает, что добровольно и сознательно наследодатель не могла составить завещание, так как имеет инвалидность, после ранее перенесенного инсульта не восстановилась левая рука, очень плохое зрение, долгое время не выходила на улицу, обращалась за помощью к социальным работникам. После инсульта он предлагал сестре переехать к нему в г. Санкт-Петербург, но она хотела проживать до конца дней проживать в своей квартире в г. Москве. ФИО2 является внучатой племянницей его сестры, которая не проявляла должной заботы о его сестре, на что в телефонных разговорах жаловалась его сестра, которая также опасалась документального оформления относительно своей жилплощади, в том числе завещаний. В ноябре 2022 года у сестры случился очередной инсульт, она была помещена в больницу, а затем на реабилитацию, но ввиду обнаружения коронавирусной инфекцией была направлена в инфекционное отделение и не смогла пройти реабилитацию. В декабре 2022 года ему стало известно, что сестру вывезли в Пензенскую область, о чем ему по телефону сообщила наследодатель. О смерти сестры ему сообщили родственники из Пензенской области. Так как он имеет инвалидность 3 группы, он на похороны приехать не смог, направил свою дочь, которая впоследствии сообщила ему, что сестра похудела в 2 раза, плохо выглядела, в доме, в котором, как говорили, она проживала, не было ни кровати, ни медикаментов. Уверен, что сестра не могла составить завещание в пользу ФИО2, так как сильно болела и не могла отдавать отчет своим действия.
Стороны в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, обеспечили явку своих представителей.
Представитель истца, действующий на основании доверенности, ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила удовлетворить.
Представитель ответчика, действующий на основании доверенности, ФИО4 в судебном заседании иск не признала, просила отказать в его удовлетворении по доводам, изложенным в ранее представленном возражении.
Третье лицо нотариус г. Москвы ФИО5 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, мнение по иску не выразила.
Суд, выслушав объяснения представителей сторон, огласив показания свидетеля, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст.ст. 59, 60, 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), считает заявленные требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
Согласно ч. 1 ст. 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) при наследовании имущества умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил ГК РФ не следует иное.
Статья 1111 ГК РФ устанавливает, что наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ.
При этом в силу ч.1 ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
Согласно ч. 2 ст. 1153 ГК РФ признается пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитающиеся наследодателю денежные средства.
Согласно ч. 2 ст. 218 ГК РФ, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.
Завещание, как действие по распоряжению имущество, является односторонней сделкой. Для ее совершения необходимо и достаточно выражение воли только одной стороны – завещателя. В соответствии с ст. 1119 ГК РФ для действительности завещания совершенно безразлично, какова воля и тех, в пользу которых совершено завещание, и тех, которые в завещании не упомянуты.
Согласно ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений ГК РФ, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием. Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается. Не могут служить основанием недействительности завещания описки и другие незначительные нарушения порядка его составления, подписания или удостоверения, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления завещателя. Недействительным может быть как завещание в целом, так и отдельные содержащиеся в нем завещательные распоряжения. Недействительность отдельных распоряжений, содержащихся в завещании, не затрагивает остальной части завещания, если можно предположить, что она была бы включена в завещание и при отсутствии распоряжений, являющихся недействительными. Недействительность завещания не лишает лиц, указанных в нем в качестве наследников или отказополучателей, права наследовать по закону или на основании другого, действительного, завещания.
На основании ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы были нарушены в результате ее совершения.
Судом установлено, что истец ФИО1 является родным братом ФИО1, * года рождения, что подтверждается свидетельствами рождения.
* ФИО1 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти.
28.08.2023 нотариусом г. Москвы ФИО5 открыто наследственное дело к имуществу умершей ФИО1
23.08.2023 ФИО1 обратился к и.о. нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО6 - ФИО7 с заявлением о принятии наследства по всем основаниям.
19.12.2023 истцу стало известно о составлении завещания наследодателем ФИО1 на имя ФИО2, * года рождения.
Завещание ФИО1 составлено 05.12.2022 года и удостоверено нотариусом г. Москвы ФИО5, которым все свое имущество, которое на момент смерти окажется принадлежащим наследодателю, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, завещала ФИО2, * года рождения.
На момент смерти ФИО1 принадлежала однокомнатная квартира по адресу: *, на основании свидетельства о собственности на жилище № 1683139 и договора передачи, право собственности зарегистрировано 30.06.1995.
Согласно справке врио нотариуса г. Москвы ФИО5 - ФИО8 по состоянию на 28.08.2023 единственным наследником, принявшим наследство по завещания, к имуществу умершей ФИО1 является ФИО2, * года рождения.
Доводы истца относительно оснований признания завещания ФИО1 действительным сводятся к наличию у наследодателя заболеваний, которые препятствовали ей отдавать отчет своим действиям и руководить ими, а также отсутствие у истца сведений о намерении наследодателя составить завещание.
Возражая против удовлетворения иска, ответчик указал, что в 2020-2021 году ФИО1 сама позвонила маме ответчика, сообщила, что умер ее муж, и она осталась одна. Ей было известно о том, что ФИО2 учится в Москве и хотела бы начать более тесно общаться. В силу сложного характера ФИО1 даже при ее желании общаться более тесно, в гости к ней ответчик попала примерно через год. В 2022 году стали общаться теснее, ответчик переехала ближе к месту жительства тети. Летом 2022 года ФИО1 беспокоили коленные суставы, ФИО2 обеспечивала уход, прокалывала ей курс инъекций по назначению врача, с помощью соседки госпитализировала на плановое лечение в ГКБ № 1 им. Пирогова, сопровождала тётю туда и обратно, навещала в больнице, приносила еду, лекарства, общалась. После больницы постоянно созванивалась с ней. 01.11.2022 с номера ФИО1 ответчику позвонила ее двоюродная сестра Нина, сказала, что тёте Вале плохо. В ходе разговора стало понятно, что тётя лежит без сознания. Скорая помощь госпитализировала ФИО1 в больницу. С 01.11.2022 по 23.11.2022 ФИО1 находилась в стационаре, сначала в реанимации, потом в неврологии, так как перенесла повторный инфаркт. Чаще ее навещала тётя Нина из Пензы, которая уехала после помещения ФИО1 в реабилитационный центр на Арбате. Из центра через два дня тётю Валю перевели в больницу в связи с положительным ПЦР на коронавирус, где тётя находилась неделю. Так как ответчик не могла обеспечить должный постоянный уход, нанимать сиделку не было финансовой возможности, в Москву приехали родители ответчика для осуществления ухода. При этом брат ФИО1 и его семья желания помощь не изъявляли. ФИО1 никогда не пользовалась услугами социальных работников. После возвращения из стационара за тётей Валей ухаживала мать ответчика, так как сама тётя не могла самостоятельно себя обслуживать в связи с тем, что парализовало половину тела. Родители ответчика предложили тёте переехать в ним в Пензенскую область, где будут продолжать ухаживать. О завещании заговорила сама тётя Валя, сказав, что прямых наследников нет, а она не хочет оставлять квартиру государству. Именно она постоянно настаивала на решении этого вопроса. Нотариуса приглашали домой. Завещание и доверенность были оформлены на ФИО2 Нотариус наедине общалась с ФИО1 в закрытой комнате, проблем с восприятием, ориентацией во времени, пространстве, личности у тёти не было, она была в абсолютно ясном сознании. В декабре 2022 года они перевезли ФИО1 в Пензенскую область, где за ней ухаживали родители и сестра ответчика. В доме родителей имелась специальная кровать, когда могут приподниматься разные части конструкции, противопролежный матрас, из Москвы забрали инвалидную коляску. Мама ответчика имеет навыки ухода за лежачими больными. ФИО1 была поставлена на учет в районной поликлинике в Пензе, ей вызывали врача на дом, нанимали массажистку, всю лекарственную терапию получала в полном объеме. Тётя валя в определенный момент сама опустила руки, стала отказываться от еды, хотела похудеть, чтобы ее было легче поднимать. Затем перестала садиться, есть самостоятельно. После первого инсульта она реабилитацией не занималась, несмотря на диабет ела много сладкого, терапию от давления принимала нерегулярно. Получение инвалидности, получение санаторно-курортного лечения ее не интересовало, большую часть времени проводила перед телевизором, иногда звонила некоторым родственникам. С 2020 года с братом ФИО1 тётя Валя не созванивалась ни разу, тем более, не было никакого предложения о переезде к нему, ни в Москве, ни в Пензе истец и члены его семьи тётю Валю не навещали, ее жизнью не интересовались. Организацией похорон занималась мама ответчика. На похороны приехала дочь истца, которую никто раньше не видел, после похорон она сразу уехала. Дочь истца между делом сказала на похоронах, что если бы она знала, то тоже бы взяла тётю Валю к себе. С ее слов, она не знала, что ФИО1 попала в больницу и нуждается в постоянном уходе, при этом периодически общаясь со ФИО1 Само по себе стационарное лечение наследодателя не свидетельствует о неспособности наследодателя осознавать характер своих действий или руководить ими в период составления завещания.
Из оглашенных показаний свидетеля ФИО9 следует, что (показаний в протоколе нет, по записи, если надо).
Оценивая показания свидетеля, суд полагает, что они не содержат сведений о наличии значимых нарушений в поведении и психической деятельности наследодателя, а также сведений о том, что завещание подписано не ФИО1
Согласно ответу Департамента труда и социальной защиты населения города Москвы на запрос суда, ФИО1 являлась получателем социальных услуг в форме социального обслуживания на дому, получала компенсационные выплаты.
По ходатайству представителя истца и на основании определения Бабушкинского районного суда г. Москвы от 06.11.2024 по делу назначена и проведены посмертная судебная судебно-психиатрическая экспертиза.
Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов от 03.04.2025 № 139/з, составленному ФГБУ “НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского”, в период составления завещания 05.12.2-22 у ФИО1 имелось психическое расстройство - легкое когнитивное расстройство в связи со смешанными заболеваниями (сосудистая, дисметаболическая патология) - F06.78 по МКБ-10. В июне 2022 года вследствие многолетней артериальной гипертензии с цереброваскулярной болезнью, сахарным диабетом, повторных нарушений мозгового кровообращения помимо церебрастенической (слабость, головные боли, головокружение) и неврологической (очаговые и атактические нарушения) наблюдалась симптоматика легкого когнитивного снижения с последующим выявлением снижения интеллектуально-мнестической деятельности после повторного НМК в ноябре 2022 года. В последующем при осмотрах в динамике с начала 2023 года каких-либо выраженных психических изменений у ФИО1 не отмечалось (состояние удовлетворительное, сознание ясное, контактна, адекватна, ориентирована в собственной личности и окружающей обстановке, месте и времени). Анализ представленных данных позволяет прийти к выводу, что имевшееся у ФИО1 психическое расстройство (легкое когнитивное расстройство в связи со смешанными заболеваниями), как не сопровождавшееся выраженными интеллектуально-мнестическими и эмоционально-волевыми расстройствами, какой-либо психотической симптоматики, нарушением критических способностей не препятствовало ее возможности свободного волеизъявления и адекватного прогноза последствий своих действий. По своему психическому состоянию, с учетом имевшейся у нее неврологической патологии, ФИО1 могла понимать значение своих действий и руководить ими при составлении завещания от 05 декабря 2022 года. На момент сделки нее не имелось выраженных нарушений в интеллектуально-мнестической сфере, снижения критико-прогностических функций, эмоцинально-волевой измененности, в том числе повышенной внушаемости или пассивной подчиняемости, зависимости от третьих лиц, которые ограничивали бы ее способность к смысловому восприятию и оценке ситуации, осознанию юридических особенностей рассматриваемой сделки и прогнозу ее последствий, к целенаправленной произвольной регуляции своих действий.
Оценивая вышеизложенное заключение судебной экспертизы, суд исходит из того, что оснований не доверять ему не имеется, поскольку оно выполнено квалифицированными специалистами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеющими соответствующее образование, квалификацию и стаж работы. Выводы и анализ в заключении изложены достаточно полно и ясно, с учетом всех поставленных в определении суда вопросов, по своему содержанию экспертное заключение полностью соответствует нормам и требованиям Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона “О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации”, предъявляемым к заключению экспертов, исследовательская часть базируется на исследованных в полном объеме экспертом материалов гражданского дела, включая показания свидетелей и медицинскую документацию. Мнения комиссии экспертов, изложенные в вышеприведенном заключении, по всем вопросам мотивированы, научно обоснованы и однозначны, и не допускают возможности их двоякого толкования. Заключение судебной экспертизы согласуется с иным письменными доказательства, представленными в материалы дела.
Заключение эксперта оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами, с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его ясности, полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательства по делу.
Изучив полученное заключение, суд полагает, что оно полностью отвечает требованиям, установленным ст. 86 ГПК РФ.
Не согласившись с заключением комиссии судебных экспертов, истец представил заключение специалиста АНО “Санкт-петербургский институт независимой экспертизы и оценки”, составленное по заказу ФИО10, из которого следует, что необходимо проведение повторной посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы.
Изучив данное заключение, суд приходит к выводу, что оно не может опровергнуть заключение судебной экспертизы.
Специалист АНО не был предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ, не исследовал материалы дела в полном объеме, в заключении ссылается на медицинскую документацию, которая не опровергает выводы судебных экспертов. Однако ссылается на имеющиеся тяжелые соматические заболевания, которые по мнению специалиста, могли привести в к формированию психоорганического синдрома с когнитивными и эмоционально-волевыми нарушениями, в связи с чем у нее могла нарушиться способность понимать значение своих действий и руководить ими на юридически значимый момент 05.12.2022.
Между тем, суд считает, что выводы специалиста основаны на предложениях, которые не могут опровергнуть однозначный и не допускающий двоякого толкования вывод судебной экспертизы, а также не дают основания для назначения и проведения повторной судебной экспертизы.
Оценивая представленные доказательства, суд учитывает, что в день составления завещания в пользу ответчика, нотариус в соответствии с законом установил личность завещателя, проверил дееспособность, при выполнении нотариальных действий у него не возникло сомнений в адекватности наследодателя.
Истцом в нарушении положений ст. 56 ГПК РФ не представлено ни одного объективного и достоверного доказательства наличия у наследодателя заболеваний, свидетельствующих о неспособности осознавать свои действия и руководить ими, а также подписания завещания иным лицом.
При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.
В соответствии с ст. 98 ГПК РФ при отказе в удовлетворении иска расходы по уплате государственной пошлины взысканию с ответчика не подлежат.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным – отказать.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Московский городской суд через Бабушкинский районный суд города Москвы в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Решение суда в окончательной форме принято 25 июня 2025 года
Судья А.С. Меркушова