Апелляционное определение по делу № 22-3644/2023 от 04.07.2023

Судья ФИО8 Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Нижний Новгород 04 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Нижегородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Третьяковой А.Е.,

судей Яковлева В.В., Воробьева П.Г.,

с участием прокурора ФИО15,

осужденного ФИО1,

осужденного ФИО2,

защитника осужденного ФИО1 – адвоката ФИО17,

защитника осужденного ФИО2 – адвоката ФИО16,

защитника осужденного ФИО3 – адвоката ФИО9,

при секретаре судебного заседания ФИО10,

рассмотрела в открытом судебном заседании суда апелляционной инстанции уголовное дело с апелляционным представлением государственного обвинителя ФИО11, апелляционной жалобой защитника осужденного ФИО2 – адвоката ФИО12, апелляционной жалобой с дополнением защитника осужденного ФИО1 – адвоката ФИО13, апелляционной жалобой защитника осужденного ФИО3 – адвоката ФИО14, апелляционной жалобой осужденного ФИО1, апелляционной жалобой осужденного ФИО3, апелляционной жалобой с дополнением осужденного ФИО2, на приговор Дзержинского городского суда Нижегородской области от 22 февраля 2023 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный и фактически проживающий по адресу: <адрес> <адрес>, имеющий среднее образование, разведённый, имеющий малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, судимый 31.03.2016 <адрес> по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, 07.08.2017 освобожден по отбытии наказания,

признан виновным и осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 186 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 лет, со штрафом 100000 рублей в доход федерального бюджета, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с ч. 2 ст. 71 УК РФ дополнительное наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно.

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу в виде заключения под стражу оставлена без изменения.

На основании п. "а" ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с момента его задержания 08.05.2021 до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, имеющий среднее образование, разведённый, работающий в ООО "<данные изъяты>" грузчиком, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, судимый 03.02.2009 <адрес> по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима; 09.08.2011 постановлением <данные изъяты> срок снижен до 7 лет 11 месяцев; 13.10.2016 освобожден по отбытии наказания,

признан виновным и осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 186 УК РФ, к лишению свободы на срок 7 лет со штрафом 100000 рублей в доход федерального бюджета, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу в виде заключения под стражу оставлена без изменения.

На основании п. "а" ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей с момента его задержания 06.05.2021 до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима;

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> <адрес> гражданин Российской Федерации, зарегистрированный и фактически проживающий по адресу: <адрес>, женатый, имеющий детей 07.09.1998 и ДД.ММ.ГГГГ г.р., официально не трудоустроенный, не судимый,

признан виновным и осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 186 УК РФ, к лишению свободы на срок 6 лет со штрафом 100000 рублей в доход федерального бюджета, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения ФИО3 до вступления приговора в законную силу в виде заключения под стражу оставлена без изменения.

На основании п. "а" ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок лишения свободы время содержания ФИО3 под стражей с момента его задержания 08.05.2021 до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск представителя потерпевшего ООО «<данные изъяты>» ФИО21 удовлетворен.

Взыскано с ФИО1, ФИО3 и ФИО2, солидарно, в пользу ООО "<данные изъяты> в счет возмещения материального ущерба 5000 (пять тысяч) рублей.

Признано за гражданскими истцами Свидетель №4, Свидетель №9, Свидетель №12 право на удовлетворение гражданских исков в порядке гражданского судопроизводства.

Судьба вещественных доказательств по делу разрешена в соответствии с требованиями ст.81 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Яковлева В.В., выслушав мнения участников процесса, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, ФИО3 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за хранение, перевозку в целях сбыта и сбыт заведомо поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации, совершенные организованной группой.

Обстоятельства совершения преступлений, установленные судом первой инстанции, время и место их совершения подробно изложены в приговоре суда.

В суде первой инстанции ФИО1, ФИО3, ФИО2 свою вину в инкриминируемом им деянии признали частично и пояснили, что признают фактические обстоятельства незаконного приобретения, хранения в целях сбыта и сбыт поддельных денежных билетов Банка России номиналом 5000 рублей, но не признают, что совершили это в составе организованной преступной группы.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО11 просит отменить состоявшийся приговор. В обоснование доводов указывается, что судом в нарушении ст. 304 УПК РФ во вводной части приговора не указано на место жительства подсудимых ФИО1 и ФИО3, указывается лишь на место их регистрации.

В описательно-мотивировочной части при перечислении доказательств, которые были оглашены в ходе судебного разбирательства, указывается на применение положений ч. 3 ст. 285 УПК РФ, что является нарушением, поскольку оглашение показаний осуществлялось на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ.

Считает, что судом не в полной мере мотивирована квалификация действий подсудимых по ч. 3 ст. 186 УК РФ, не дана надлежащая оценка действиям подсудимых во время совершения преступления, не приведены в приговоре достаточные доводы, позволяющие квалифицировать действия подсудимых как совершение преступления в составе организованной группы.

При описании в описательно-мотивировочной части приговора смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ указано, что суд признает в качестве смягчающего наказание обстоятельства, в числе прочего в отношении каждого из подсудимых, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, которое выразилось в том числе, в участии подсудимых в проверке их показаний на месте. Однако, при описании данного смягчающего наказания обстоятельства, судом в тексте обжалуемого приговора указан лишь на один протокол проверки показаний на месте с участием подсудимого ФИО2 (т. 14, л.д. 77-87), иных ссылок на протоколы проверки показаний на месте ФИО1 и ФИО3, в тексте приговора не имеется.

При разрешении вопроса о виде исправительного учреждения назначаемого подсудимым указано, что суд не назначает подсудимым ФИО1, ФИО3 и ФИО2 отбывание части назначенного срока наказания в виде лишения свободы в тюрьме и определяет в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ видом исправительного учреждения для отбывания наказания ФИО1 и ФИО3 - исправительную колонию строгого режима, а подсудимому ФИО2 в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ - исправительную колонию особого режима. Судом допущена смысловая ошибка, заключающаяся в указании на разрешение вопроса о возможности назначения всем подсудимым вида исправительного учреждения - тюрьмы, в то время как данный вопрос мог обсуждаться лишь в отношении подсудимого ФИО2 в соответствии с ч. 2 ст. 58 УК РФ.

В нарушение ч.4 ст.308 УПК РФ, соответствующая информация о национальной платежной системе, необходимая для перечисления суммы назначенного дополнительного наказания в виде штрафа, в резолютивной части приговора не указана, что препятствует возможности исполнения дополнительного наказания.

Просит приговор Дзержинского городского суда Нижегородской области от 22.02.2023 отменить. При новом рассмотрении внести изменения в обжалуемый приговор с отражением всех доводов апелляционного представления, дать оценку действиям ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в части квалификации содеянного, указать в резолютивной части приговора информацию, необходимую для оплаты дополнительного наказания в виде штрафа.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО12, действуя в интересах осужденного ФИО2, выражает несогласие с указанным приговором в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона и несправедливостью назначенного наказания. В обоснование доводов указывает, что квалификация действий осужденного ФИО2 по ч. 3 ст. 186 УК РФ является необоснованной. Так, в обоснование наличия квалифицирующего признака «организованной группой» судом названы её устойчивость и сплочённость исходя из прочных связей её участников, постоянство форм и методов преступной деятельности, единой целью совершения тождественных преступлений, распределение ролей, стабильностью руководящего состава, распределение дохода, наличие специализации в выполнении конкретных действий, конспирация действий, территориальная масштабность, действие в течение длительного временного периода. Указывает, что ФИО4 даны показания о том, что все противоправные действия им совершены в один день - 01.05.2021 на территории г.Дзержинска им осуществлён сбыт 5 поддельных купюр достоинством 5000 рублей каждая. Однако поддельные деньги ему дал ФИО1 в день совершения преступления, с ним он ранее о сбыте не договаривался, увидел его впервые за последние 15 лет, а приехавшего совместно с ФИО1 ФИО3, ранее не знал. После реализации поддельных билетов ЦБ РФ, он отдавал ФИО1 2200 рублей с каждой купюры как номинал стоимости при покупке их последним, предварительный сговор отрицал. ФИО1 и ФИО3 в части участия ФИО65. в сбыте поддельных банковских купюр даны аналогичные показания.

Ссылаясь на положения ч. 3 ст. 35 УК РФ, указывает, что доказательства, приведенные в обвинительном заключении и представленные стороной обвинения в судебном заседании, как каждое в отдельности, так и в совокупности не дают оснований для вывода о виновности осужденных в совершении преступления в составе организованной группы.

Суду не представлено доказательств того, что осужденные заранее объединились в устойчивую группу для совершения преступлений, а также доказательств подтверждающих длительную подготовку участников организованной группы для их совершения, в том числе доказательств объективно подтверждающих, что участники организованной группы отрабатывали план и способ совершения преступления, подготавливали орудия и средства, создавали условия, облегчающие совершить преступление.

Не усматривается также оснований для вывода о подчинении групповой дисциплине, указаниям руководителя, наличия у членов группы функциональных обязанностей, о технической оснащенности группы орудиями преступления, данных о совершении подсудимыми каких-либо иных преступлений, а также длительности преступной деятельности. Предварительная договоренность на совершение преступления между ФИО1 и ФИО3, распределение межи ними ролей, наличие единого корыстного мотива не могут свидетельствовать о наличии устойчивых связях между ними и ФИО66

Просит приговор от 22 февраля 2023 года в отношении ФИО2 изменить, переквалифицировать его действия с ч. 3 ст. 186 УК РФ на ч. 1 ст. 186 УК РФ и снизить размер назначенного судом наказания.

В апелляционной жалобе с дополнением защитник осужденного ФИО1 - адвокат ФИО13 просит приговор отменить ввиду несоответствия противоречивых выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, их несоответствия исследованным доказательствам. Указывает, что ФИО1 вину в совершении инкриминируемого деяния признал частично, раскаялся в содеянном и в ходе судебного следствия пояснил, что признает обстоятельства незаконного приобретения, хранения в целях сбыта и сбыт поддельных денежных билетов Банка России номиналом 5000 рублей. Не признает, что осуществлял это в составе организованной преступной группы. Полагает, что в приговоре не приведено доказательств того, что ФИО1 создал и руководил преступным сообществом, участвовал в незаконном обороте поддельных банковских билетов Центрального банка РФ в составе организованной группы как ее лидер, а выводы суда относительно этого противоречивы, основаны на предположениях, сделаны без надлежащей оценки исследованных доказательств.

Ссылаясь на требования ст. 74 УПК РФ указывает, что сомнения в виновности ее подзащитного в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 186 УК РФ, не были устранены в порядке установленном УПК РФ. Доказательства, подтверждающие вину в совершении данного преступления, отсутствуют, а вынесение обвинительного приговора в отношении ФИО1 является нарушением конституционного принципа презумпции невиновности.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО3 - адвокат ФИО14 просит приговор отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение, ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Вину в совершении инкриминируемого преступления ФИО3 признал частично, в содеянном раскаялся. ФИО3 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 186 УК РФ, то есть в совершении преступления в составе организованной преступной группы. Сам факт сбыта поддельных купюр, достоинством 5000 рублей, тех, которые он сбыл лично, он полностью признаёт. Однако наличие организованной преступной группы, а также своё участие в организованной группе, он полностью отрицает. Отвергает выводы суда о наличии организованной преступной группы в составе осужденных, а именно: наличия прочных связей между её участниками, поскольку никакой прочной связи между ФИО28 и ФИО1, а тем более между ФИО28 и ФИО2 не было, поскольку поддельные купюры они приобретали не для общего фонда, а каждый для себя кратно вложенных средств; не нашло подтверждение постоянство форм и методов преступной деятельности, которое заключалось в том, что ФИО3, ФИО1 либо ФИО2 шли в магазин и расплачивались фальшивой банкнотой от недостатка возможностей сбыта; единой цели совместного совершения ряда тождественных преступлений для незаконного обогащения не было, поскольку у каждого из осужденных была только своя цель - вернуть свои потраченные на приобретение фальшивок деньги и выручить небольшую прибыль каждому для себя; наличием материально-финансовой базы в виде какого-то фонда, в который ФИО28 и ФИО1 обязаны были вносить часть средств для развития и расширения деятельности, поскольку такого фонда не существовало. ФИО28 и ФИО1, естественно, предполагали и догадывались о том - что делает каждый из них в магазине. При этом никакого "спектакля" с переодеваниями, запутыванием следов и тому подобным ФИО28 не устраивал; длительности противоправной деятельности не было, поскольку если ФИО28 приобрёл фальшивые купюры в феврале 2021 г., в марте он совершил один эпизод, в апреле один эпизод, в мае три эпизода - это нельзя признать длительной, и тем более, деятельностью; не было отработанной системы совершения преступлений, поскольку никаких изощрённых методов ФИО3 не применял - обычная покупка продуктов питания; масштабностью преступной деятельности, поскольку цели "наводнить" фальшивыми банкнотами полстраны ФИО3 не имел, а рассчитывал на то, что чем дальше от центра, тем меньше вероятности, что магазин оборудован прибором для определения подлинности; мерами конспирации от правоохранительных органов, поскольку при совершении сбыта банкноты в магазине "<адрес> ФИО3 предъявил на кассе "скидочную" карту на своё имя и в самый разгар пандемии COVID ему было бы оправданно одевать маску; созданной внутренней структуры и устойчивости преступных связей не было, поскольку в процессе совершения сбыта банкноты в магазине ФИО3 незачем было общаться и взаимодействовать с ФИО1; стабильности руководящего состава и согласованности действий не было, т.к. ФИО1 никем и ничем не руководил, роли и функции между соучастниками не распределял, доход от незаконной деятельности не распределял, поскольку ФИО1, ФИО3 и ФИО2 сбывали, каждый, только "свои", т.е. приобретенные для себя, купюры, и каждый оставлял денежные средства в виде сдачи полностью себе.

Таким образом, признаки наличия организованной преступной группы в ходе судебного разбирательства, объективного подтверждения не нашли. Считает, что действиям ФИО3 необходимо дать иную квалификацию, а именно квалифицировать его действия по ч.1 ст. 186 УК РФ и, с учетом наличия только смягчающих обстоятельств и отсутствия отягчающих, вынести приговор с максимально возможным снисхождением наказания.

Обращает внимание, что судом установлен ряд смягчающих наказание ФИО3 обстоятельств, а именно: явка с повинной; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, т.к. в ходе предварительного расследования ФИО3 сотрудничал со следствием, давал признательные показания, в том числе и при проверке показаний на месте, осмотре предметов и документов, очных ставках, предоставляя органам предварительного следствия информацию, имеющую значение для расследования преступления. Также судом отмечено частичное признание вины, раскаяние в содеянном, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, удовлетворительная и положительная характеристики с места жительства, прохождение военной службы в районе боевых действий и наличие государственной награды, состояние здоровья, в том числе и близких родственников. По мнению автора жалобы, весь комплекс существенных смягчающих обстоятельств оценен судом формально.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 ставит под сомнение законность и обоснованность приговора, поскольку следствием и судом не установлены обстоятельства о его вменяемости, что противоречит требованиям ст. 73 УПК РФ. Просит приговор отменить, направить материалы уголовного дела на новое рассмотрение.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО3 указывает на допущенные законодателем ограничения в конструкции состава преступления, предусмотренного ст. 186 УК РФ, поскольку объективная сторона преступления не включает в себя совершение преступления группой лиц, а только квалифицирующий признак, закрепленный в ч. 3 ст. 186 УК РФ – «организованной группой», что поставило органы следствия и суд в зависимое положение и необходимость доказывать наличие данного квалифицирующего признака. Вместе с тем, считает, что следствие не представило конкретных доказательств, доказывающих наличие организованной преступной группы. Просит переквалифицировать совершенное им преступление на ч. 1 ст. 186 УК РФ, вину в котором признает в полном объеме, в содеянном раскаивается.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный ФИО2 выражает несогласие с приговором. Обращает внимание, что в нарушение требований ст. 307 УПК РФ, суд не указал в приговоре обстоятельства совершения им преступления в составе организованной группы, а именно: место, время, способ совершения. Ссылаясь на положения ч. 4 ст. 7 УПК РФ, считает, что суд обязан принимать те доказательств, которые соответствуют закону. Обращает внимание, что ст. 186 УК РФ не предполагает совершение преступления группой лиц по предварительному сговору, исходя из чего, любая группа лиц по сговору либо без такового следствием рассматривается как организованная преступная группа, т.к. иных квалифицирующих признаков не предусмотрено. Полагает, что вопреки ч. 3 ст. 35 УК РФ, наличия организованной преступной группы в его действиях не установлено. Обосновывая квалифицирующий признак совершения преступления «организованной группой», суд сослался на длительный характер преступной деятельности, строгое распределение ролей между соучастниками при совершении преступления, наличие общего плана членов группы. Однако в нарушение ст. 73 УПК РФ, судом не установлен факт устойчивости организованной группы, поскольку согласно материалам уголовного дела, судом установлен лишь факт сбыта им поддельных купюр в соучастии (группой лиц). Каких-либо данных, подтверждающих длительный характер преступной деятельности, факт подчинения групповой дисциплине, указание руководителя, наличие у членов группы функциональных обязанностей, технической оснащенности орудиями преступления, также не установлено. Указывает, что предварительная договоренность на совершение преступления между ФИО1 и ФИО28, распределение между ними ролей, наличие единого корыстного мотива не могут свидетельствовать о наличии устойчивой преступной связи между ним, ФИО1 и ФИО28.При этом ответственности подлежит лицо за преступления, в совершении которых доказана его вина. Однако объективных доказательств, свидетельствующих об устойчивости, длительности существования, стабильности состава ее участников, заранее разработанного плана действий, осведомленности и согласованности действий каждого из соучастников, четкого распределения функций и ролей при подготовке к совершению преступления и в процессе совершения преступления, в материалах уголовного дела не имеется. Следствием предоставлены лишь доказательства, где он в составе группы лиц с целью обогащения сбыл определенное количество поддельных купюр для себя лично. Считает приговор незаконным, поскольку следствием и судом не установлены обстоятельства о вменяемости осужденного ФИО1, поскольку его судебно-психиатрическая экспертиза не проводилась. Просит приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение.

Иных жалоб и возражений на подданные апелляционные жалобы и представление в суд апелляционной инстанции не поступило.

Участвующий в суде апелляционной инстанции прокурор ФИО15 поддержала доводы апелляционного представления, просила его удовлетворить частично, приговор изменить апелляционные жалобы осужденных и их защитников оставить без удовлетворения. Вместе с тем, приговор в отношении ФИО3 отменить, уголовное дело в отношении него прекратить в связи со смертью осужденного.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО2 и защитник – адвокат ФИО16 поддержали доводы апелляционных жалоб с дополнениями и представление государственного обвинителя, просили приговор отменить, уголовное дело направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Осужденный ФИО1 и защитник – адвокат ФИО17 поддержали доводы апелляционных жалоб и представление государственного обвинителя, просили приговор отменить, уголовное дело направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение в ином составе суда.

В суде апелляционной инстанции защитник осужденного ФИО3 – адвокат ФИО9 поддержал доводы апелляционной жалобы осужденного и его защитника, просил приговор отменить, исключить квалифицирующий признак преступления «организованной группой», уголовное дело прекратить в связи со смертью осужденного ФИО3

Проверив представленные материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности осужденных ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в совершении преступления подтверждаются совокупностью приведенных в приговоре доказательств, а именно: показаниями самих осужденных, данными ими в ходе предварительного расследования и в суде, об обстоятельствах совместного незаконного приобретения, хранения в целях сбыта и сбыт поддельных денежных билетов Банка России номиналом 5000 рублей, показаниями потерпевших и свидетелей относительно обстоятельств, известных им по данному делу; протоколами осмотра места происшествия; проверки показаний на месте; осмотра предметов и документов; заключениями экспертов; другими доказательствами, подробно изложенными в приговоре.

Какие-либо противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденных ФИО1, ФИО2 и ФИО3, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности их вины, по делу отсутствуют.

Вместе с тем, в соответствии с положением ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Данное требование закона судом первой инстанции при постановлении приговора в полном объеме выполнено не было.

Так, согласно приговору суд нашел установленным, что под руководством ФИО1 была сформирована устойчивая организованная группа, способная эффективно осуществлять запланированные преступления, которая обладала следующими признаками, свидетельствующими об ее организованности:

наличием в ее составе организатора – ФИО1, который, обладая организаторскими способностями, склонностью к лидерству и волевым характером, инициировал совершение преступлений и привлечение в состав организованной группы иных участников – ранее знакомых ему ФИО3 и ФИО2, определил схему совершения преступлений и роли каждого из участников организованной группы;

устойчивостью, выразившейся в стабильности основного состава участников группы, объединенных единым преступным умыслом, направленным на осуществление незаконной деятельности по перевозке, хранению в целях сбыта и сбыту заведомо поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации, тесной взаимосвязи между участниками группы и согласованности их действий, постоянстве форм и методов преступной деятельности, длительности существования;

сплоченностью, о чем свидетельствуют планирование деятельности, наличие у руководителя и участников группы единого умысла на совершение особо тяжкого преступления, наличие психологического единства участников группы и осознания ими общих целей функционирования группы, своей принадлежности к ней в результате предварительного распределения преступных ролей, исполнение которых всеми участниками организованной группы для каждого признаны обязательными. Кроме этого, общие правила поведения и наличие контроля со стороны организатора и руководителя организованной группы за соблюдением строгой дисциплины, постоянная взаимосвязь между участниками организованной группы, контроль и поддержка, а также устоявшиеся между участниками организованной группы связи, согласованный характер действий, направленных на достижение единой преступной цели; в использовании системы конспирации и защитных мер, которые выражались в использовании маскировки, создание прикрытия участников организованной группы;

организованностью, то есть участники группы тщательно заранее планировали свою преступную деятельность, преступление совершалось по одной заранее разработанной схеме, с использованием одних и тех же способов, существовало четкое распределение преступных ролей между участниками группы и безупречная система подчиненности участников организованной группы ее организатору и руководителю.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется только при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных доказательств.

Согласно п. 2 ст. 307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Проверив материалы уголовного дела, исследованные в судебном заседании и приведенные в приговоре доказательства, суд апелляционной инстанции находит, что выводы суда о наличии в действиях осужденных квалифицирующего признака, предусмотренного ч. 3 ст. 186 УК РФ – «совершение преступления организованной группой», не подтверждены имеющимися доказательствами и, как следствие, не мотивированы.

По смыслу уголовного закона, ч. 3 ст. 35 УК РФ, преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Об устойчивости группы свидетельствует объединение двух и более лиц на сравнительно продолжительное время для совершения преступлений, сопряженное с длительной совместной подготовкой либо сложным исполнением. Такая группа тщательно планирует все детали преступления, заранее подготавливая орудия, средства, условия его совершения, распределение ролей внутри группы.

Судом установлено, что группа, в которую входили осужденные ФИО1 и ФИО3, действовала в период – с начала января 2021 года до 05 мая 2021 года.

Из показаний осужденного ФИО1 следует, что в начале апреля 2021 года, на сайте «<данные изъяты> увидел объявление о продаже поддельных купюр и решил на этом заработать. Рассказал об этом ФИО3, который поддержал его идею и согласился действовать вместе с ним. ФИО3 со своей банковской карты произвел оплату поддельных купюр на сумму около 40 000 – 50 000 руб. После этого, пришло сообщение на сайте <данные изъяты>» с указанием адреса и координат «закладки», рядом с <адрес> в лесополосе с фотографией, на которой было стрелкой указано точное место «закладки». Вместе с ФИО3 он прибыл на место и вместе забрали закладку с фальшивыми деньгами. Решили, что купюры для хранения заберет себе ФИО3, так как платил он и, при реализации купюр, ФИО3 возвращал себе сумму, которую затратил на приобретение фальшивых купюр, а остальное делили пополам. Около полутора месяцев купюры не сбывали, они хранились у ФИО3 в машине или дома. С ФИО3 договорились, что будут сбывать поддельные купюры вместе подальше от своего города, чтобы их не смогли найти. В начале мая созвонился с братом ФИО2, который проживает в <адрес> и решил приехать к нему в гости, заодно и для того, чтобы сбыть в <адрес> поддельные купюры. Предложил это ФИО3, который согласился. В начале мая 2021 выехали из <адрес> и приехали в <адрес>, к ФИО2 По прибытию он рассказал ФИО2, что у них с собой есть поддельные купюры, которые необходимо реализовать. Предложил брату таким образом тоже заработать, на что тот согласился. Решили поехать все вместе по магазинам «<данные изъяты>» и по очереди реализовывали фальшивые купюры.

Указанные фактические обстоятельства подтвердил осужденный ФИО3, пояснив, что об указанных обстоятельствах ФИО1 рассказал ему примерно в марте - апреле 2021 года, с предложением совместного совершения преступления, на что он согласился, они вместе приобрели поддельные денежные купюры, хранил в машине и дома, совместно сбывали в различных магазинах.

Из показаний осужденного ФИО2 следует, что с братом ФИО1 не виделся около 15 лет. В конце апреля 2021 года ФИО1 приехал в <адрес> на автомобиле с ФИО3, которого ранее не знал. ФИО1 и ФИО3 ночевали в гостинице. На следующий день они встретились, ФИО1 дал 5 купюр номиналом 5000 рублей, сообщил, что они фальшивые. Поехали реализовывать купюры. После реализации, он должен был отдать 2200 рублей за покупку поддельных денежных купюр, которые дал ФИО1 До магазинов в <данные изъяты>, с ФИО1 добирались на такси, автобусе и автомобиле ФИО3 Предварительного сговора на сбыт поддельных денежных купюр, не было. ФИО1 никого не инструктировал, он брату не подчинялся. Откуда у ФИО1 фальшивые денежные купюры, ему неизвестно. Перед отъездом ФИО1, отдал ему 2200 рублей за каждую поддельную купюру. О сбыте фальшивых купюр за пределами <адрес>, узнал в процессе расследования от следователя.

Из показаний осужденных, потерпевших, свидетелей, рапортов об обнаружении признаков преступления и сообщений о совершенных преступлениях следует, что факты хранения, перевозки в целях сбыта были установлены с января 2021 года, сбыт поддельных купюр был установлен только с 27.03.2021 по 05.05.2021. Иной оперативной информации о возможной причастности осужденных к сбыту поддельных банковских билетов Центрального банка, в другой период времени этими же лицами, не установлено.

Изложенные осужденными обстоятельства совершения преступления подтверждаются совокупностью исследованных доказательств, и, в подтверждение доводов апелляционных жалоб, с достоверностью свидетельствуют о совершении преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

Выводы суда о том, что данная группа осужденных, была создана и руководима ФИО1, отличалась устойчивостью, согласованностью, соответствовала иным, предусмотренным законом признакам организованной группы, противоречат фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании непосредственно.

Суду не представлено достоверных доказательств тому, что группа из осужденных объединилась для совершения преступления на сравнительно продолжительное время, осужденные под руководством ФИО1 совместно подготавливали совершение преступления с каким-либо сложным способом исполнения, распределяя роли между собой, тщательно планировали все ее детали, заранее подготавливали орудия, средства и условия его совершения.

В этой связи, доводы апелляционного представления о немотивированности приговора и апелляционных жалоб об отсутствии в действиях осужденных квалифицирующего признака, предусмотренного ч. 3 ст. 186 УК РФ – «совершение преступления организованной группой», судебная коллегия находит обоснованными. Считает необходимым исключить данный квалифицирующий признак из осуждения ФИО1, ФИО2, ФИО3 и квалифицировать их действия по ч. 1 ст. 186 УК РФ, как хранение, перевозка в целях сбыта и сбыт заведомо поддельных банковских билетов Центрального банка Российской Федерации, совершенные группой лиц по предварительному сговору, а назначенные наказания в виде лишения свободы и штрафа снизить.

Учитывая, что ст. 186 УК РФ не предусматривает квалифицирующего признака как совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, судебная коллегия в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ полагает необходимым признать данное обстоятельство отягчающим наказание ФИО1, ФИО2 и ФИО3, что с учетом переквалификации их действий в целом, улучшает положение осужденных.

В связи с признанием указанного отягчающего наказание обстоятельства, из приговора подлежит исключению ссылка на применение при назначении наказания ФИО3 положений ч.1 ст. 62 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, при назначении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 наказаний, в соответствии с положениями ч. 3 ст. 60 УК РФ, судом были в полной мере учтены характер и степень общественной опасности преступления, данные об их личностях, влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей, с чем соглашается судебная коллегия.

Вместе с тем, в связи с переквалификацией действий осужденных с части 3 ст.186 УК РФ на часть 1 ст. 186 УК РФ изменению подлежит вид рецидива преступлений у осужденного ФИО2 – в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ. Судебная коллегия признает в его действиях наличие опасного рецидива преступлений, что влечет в отношении него изменение вида исправительного учреждения в соответствие с положениями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, в виде исправительной колонии строгого режима.

Судебной коллегией проверены доказательства, положенные в основу обвинительного приговора и исследованные судом первой инстанции.

Вопреки утверждениям государственного обвинителя и согласно протоколу судебного заседания, протоколы проверок показаний на месте (т.14 л.д.77-87, т.17 л.д.30-38), протокол осмотра предметов (документов) (т.10 л.д.162-165), являлись предметом исследования судом в судебном заседании при непосредственном участии сторон.

То, что в приговоре не приведены ссылки, содержание и оценка протокола проверки показаний ФИО3 на месте и протокола осмотра предметов (документов) с участием ФИО1 в качестве смягчающего наказание обстоятельства, не повлияло на принятие судом правильного, обоснованного решения и не является основанием для признания приговора незаконным.

Кроме того, при описании в описательно-мотивировочной части приговора смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ обоснованно указано, что суд признает в качестве смягчающего наказание обстоятельства, в числе прочего в отношении каждого из подсудимых, - активное способствование раскрытию и расследованию преступления, которое выразилось в том числе, в участии подсудимых в проверке их показаний на месте.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного ФИО2 и ФИО1, оснований сомневаться в психической полноценности и как следствие – вменяемости по отношению к преступному деянию осужденного ФИО1, исходя из характеризующего материала, его поведения в при производстве предварительного расследования и в судебном заседании в целом, ни у органов предварительного расследования ни у суда не возникло. Не возникло таких сомнений и у судебной коллегии. В связи с этим, суд обоснованно признал ФИО1 вменяемым по отношению к преступлению и в соответствии со ст. 19 УК РФ, подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

В соответствии с п. 4 ст. 304 УПК РФ во вводной части приговора в числе прочих сведений, указывается фамилия, имя, отчество подсудимого, дата и место его рождения, место жительства и иные данные о личности подсудимого, имеющие значение для уголовного дела.

Согласно обвинительному заключению: ФИО1 зарегистрирован и проживает по адресу: <адрес> <адрес> (т. 16 л.д. 144, т. 19 л.д. 81);

ФИО3 зарегистрирован и проживает по адресу: <адрес> (т. 17 л.д. 103, т. 17 л.д. 186, т. 20 л.д. 134).

Вместе с тем, суд, установив в судебном заседании, что подсудимые ФИО1 и ФИО3 зарегистрированы и проживают по указанным адресам, о чем непосредственно свидетельствует протокол судебного заседания, в нарушение требований ст. 304 УПК РФ, не указал места их фактического проживания во вводной части приговора.

В этой связи доводы апелляционного представления государственного обвинителя заслуживают внимания, а потому соответствующее уточнение во вводную часть приговора подлежит внесению судом апелляционной инстанции.

Вопреки доводам апелляционного представления о нарушении судом норм уголовно-процессуального закона, выразившихся в указании в описательно-мотивировочной части положений ч. 3 ст. 285 УПК РФ при перечислении доказательств, на основании которых суд пришел к выводу о доказанности вины подсудимых в совершении инкриминируемого им преступлений при приведении в качестве доказательств показаний представителей потерпевших и свидетелей обвинения, которые были оглашены в ходе судебного разбирательства по ходатайству государственного обвинителя и с согласия других участников процесса, нарушений ст. 281 УПК РФ не установлено.

Ссылку суда первой инстанции в описательно-мотивировочной части на указание ч. 3 ст. 285 УПК РФ при приведении в качестве доказательств показаний представителей потерпевших и свидетелей, судебная коллегия считает явной технической опиской, поскольку согласно протоколу судебного заседания, в ходе рассмотрения дела по ходатайству государственного обвинителя оглашались показания свидетелей, потерпевших, данные ими при производстве предварительного расследования именно на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, выраженного ими в судебном заседании.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона при оглашении в судебном заседании показаний потерпевших и свидетелей не установлено. При этом судом выполнены требования ст. 281 УПК РФ, с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 23 декабря 2014 года N 2978-О.

Также не нарушен порядок исследования письменных материалов уголовного дела, установленный ст. 285 УПК РФ. В судебном заседании в необходимом объеме оглашались протоколы следственных действий и иные документы, являющиеся доказательствами обвинения, а также указывались тома и листы дела, на которых они находятся.

Вместе с тем, в соответствии с требованиями ч. 4 ст. 308 УПК РФ, в случае назначения штрафа в качестве основного или дополнительного вида уголовного наказания в резолютивной части приговора указывается информация, необходимая в соответствии с правилами заполнения расчетных документов на перечисление суммы штрафа, предусмотренными законодательством Российской Федерации о национальной платежной системе.

Как следует из резолютивной части приговора, ФИО1 и ФИО2 окончательно назначено наказание в виде лишения свободы со штрафом 100000 рублей в доход федерального бюджета.

Вместе с тем, в резолютивной части приговора не имеется указаний на реквизиты для уплаты штрафа, назначенного данным приговором, в связи с чем, приговор в указанной части подлежит изменению, с указанием данной информации.

Кроме того, в настоящее время имеются основания для отмены приговора и прекращения уголовного дела в отношении осужденного ФИО3

Согласно ст.389.21 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд отменяет обвинительный приговор суда первой инстанции и прекращает уголовное дело при наличии оснований, предусмотренных ст.24 УПК РФ.

В соответствии с п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ уголовное дело подлежит прекращению в случае смерти обвиняемого (осужденного), за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего.

После постановления приговора осужденный ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ скончался, что подтверждается сообщением начальника ФКУ <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № (т.24 л.д.192).

В апелляционной жалобе осужденный ФИО3 о своей невиновности не заявлял, близкие родственники умершего осужденного ФИО3 его реабилитации не требуют, не возражают против прекращения уголовного дела в связи со смертью осужденного, что подтверждается телефонограммами от брата ФИО3 – ФИО18 и от супруги ФИО3 – Свидетель №39

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает необходимым обвинительный приговор в отношении осужденного ФИО3 отменить, а уголовное дело прекратить на основании п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи со смертью осужденного.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, которые могли бы повлиять на правильность принятого судом решения и влекущих отмену или изменение приговора суда по иным, кроме указанных выше оснований, судебной коллегией не установлено.

При таких обстоятельствах апелляционное представление государственного обвинителя ФИО11, апелляционные жалобы с дополнениями осужденного ФИО2 и его защитника адвоката ФИО12, осужденного ФИО1 и его защитника адвоката ФИО13, осужденного ФИО3 и его защитника – адвоката ФИО14, подлежат частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Дзержинского городского суда Нижегородской области от 22 февраля 2023 года в отношении ФИО3, отменить, уголовное дело в отношении его прекратить на основании п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи со смертью осужденного, апелляционные жалобы адвоката ФИО14 осужденного ФИО3 удовлетворить частично.

Этот же приговор в отношении ФИО1, ФИО2 изменить.

Дополнить вводную часть приговора указанием на то, что ФИО1 зарегистрирован и фактически проживает по адресу: <адрес> <адрес> <адрес>;

В соответствие с п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ признать обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, ФИО2 - совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

Переквалифицировать действия ФИО1 с ч.3 ст.186 УК РФ на ч.1 ст.186 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на срок 4 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом 80000 (восемьдесят тысяч) рублей в доход федерального бюджета.

Переквалифицировать действия ФИО2 с ч.3 ст.186 УК РФ на ч.1 ст.186 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на срок 4 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом 80000 (восемьдесят тысяч) рублей в доход федерального бюджета.

Дополнительное наказание в виде штрафа, подлежит самостоятельному исполнению на основании ч. 2 ст. 71 УК РФ.

Сумма штрафа вносится или перечисляется в банк или в иную кредитную организацию по следующим реквизитам:

получатель денежных средств: УФК по Нижегородской области (Управление МВД России по <адрес>), л/с №, ОКТМО № Банк получателя: <данные изъяты>, БИК №, единый казначейский счет №, казначейский счет №.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя ФИО11, апелляционные жалобы с дополнениями осужденного ФИО2 и его защитника адвоката ФИО12, осужденного ФИО1 и его защитника адвоката ФИО13, - удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано сторонами в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу, а осужденными – в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденным разъясняется право ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья А.Е. Третьякова

Судьи В.В. Яковлев

П.Г. Воробьев