Решение по делу № 2-5955/2025 от 12.01.2026 - о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Дело № 2-5955/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 декабря 2025 года город Волжский Волгоградской области

Волжский городской суд Волгоградской области в составе:

председательствующего судьи Горнаковой А.О.,

при секретаре Зорковой М.В.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО1 – ФИО2, на основании ч.6 ст. 53 ГПК РФ, представителя ответчика государственного бюджетного специализированного стационарного учреждения социального обслуживания граждан пожилого возраста и инвалидов «Волжский психоневрологический интернат» – ФИО3, прокурора Филина Д.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному бюджетному специализированному стационарному учреждению социального обслуживания граждан пожилого возраста и инвалидов «Волжский психоневрологический интернат» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее – истец) обратилась в суд к государственному бюджетному специализированному стационарному учреждению социального обслуживания граждан пожилого возраста и инвалидов «Волжский психоневрологический интернат» (далее – ответчик, ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ», учреждение) с иском о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, указав в обоснование, что с "."..г. по "."..г. работала в <...>». "."..г. она была вынуждена написать заявление на увольнение по собственному желанию. При этом желания увольняться у нее не было, работодатель вынудил ее к увольнению, со стороны работодателя были созданы такие условия, что она была вынуждена написать заявление на увольнение, поэтому увольнение является незаконным. Когда она пришла работать в <...> то увидела ряд нарушений, лица, находившееся там, которых она еще знала с их детства, были в ужасном состоянии», ее это сильно возмущало. Мириться с таким подходом к получателям социальных услуг ей было сложно и невыносимо. Она не писала докладные, а только в устной форме об этом сообщала руководству. Нарушения в уходе приводили к травмам и пролежням получателей социальных услуг. Она пыталась помогать проживающим, выводила их гулять, с ними разговаривала, чего не делали другие, в нарушение должностных инструкций, но это очень не нравилось руководству. Кроме того, несмотря на то что, она была принята на должность <...>, <...> она никогда не занимала и обязанности не выполняла. На следующий день после принятия на работу, ее сразу отправили выполнять другие обязанности, не касающиеся медицинской деятельности. Она вводила отчетные данные о работе младшего медицинского персонала в государственную информационную систему «Единая информационная система органов социальной защиты населения <адрес>». Когда в начале марта 2025 года она ушла на больничный с ребенком, ей позвонил коллега, с которым они вместе работали в одном кабинете и сказал, что ее рабочее место занято, вместо нее взяли стажера – дочь старшей медсестры. Руководство же ее об этом никак не предупредило. Получалось так, что выходить на работу ей было некуда. По сути, ее поставили перед фактом, что работать ей здесь больше не дадут. Таким образом, в марте 2025 года ее, по сути, вынудили писать заявление на увольнение, потому что ее рабочее место было занято. Когда она вышла с больничного, начальник социальной службы предложила перевестись в социальные работники. Она была очень расстроенная, не знала, что ей делать, но понимала, что все было сделано специально и, оказавшись в безвыходной ситуации, к тому же имея несовершеннолетнего ребенка, написала заявление о переводе в отделение дневного пребывания для инвалидов молодого возраста на должность <...>. Перейдя в новое отделение, она столкнулась опять с предвзятым отношением к ней, с массой нарушений в отделении. Более того, она отказалась раздавать лекарственные препараты, подлежащие предметно-количественному учету, которые не были оформлены надлежащим образом и хранились в нарушение требований, и это не входило в обязанности социального работника, также на нее пытались возложить много обязанностей, которые она отказалась выполнять, так как это входило в обязанности медицинских работников. У нее не было выбора и, находясь в состоянии сильного эмоционального волнения, была вынуждена написать заявление об увольнении по собственному желанию. Как медицинскому работнику с 25 летним стажем работы ей было больно и обидно, что пытаясь устранить серьезные нарушения в учреждении, радея за пациентов учреждения, оказалась ненужной работодателю, который пытался избавиться от неугодного работника. Полагает, что увольнение является незаконным. Время вынужденного прогула составляет 7 месяцев с "."..г. по "."..г., средний заработок – 29 325 рублей 83 копейки, соответственно ответчик должен выплатить заработную плату за время вынужденного прогула в размере 205 280 рублей 81 копейка. В результате незаконного увольнения ей причинены нравственные страдания, выразившееся в серьезных переживаниях по поводу потери работы, моральный вред оценивает в размере 10 000 рублей. На сновании изложенного, просит восстановить срок для обращения в суд с иском о восстановлении на работе, восстановить на работе в <...>» с "."..г. в отделение дневного пребывания для инвалидов молодого возраста на должность <...>, взыскать с ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» заработную плату за время вынужденного прогула с "."..г. по "."..г. в размере 205 280 рублей 81 копейка, взыскать компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, настаивала на удовлетворении, пояснив, что с первого дня работы в <...>» она выполняла функции по внесению сведений в информационную систему «катарсис» по учету оказанных услуг лицам, находившимся в ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ», то есть функции <...>. Однако, при нахождении на больничном, ее рабочее место занял стажер – дочка старшей медицинской сестры, и ей было некуда выходить, руководством этот вопрос никак не был решен. По выходу с больничного, ее поставили работать в ночную смену в отделение №..., при этом она была принята на работу в отделение №... (II, III) на дневную работу, и она вновь ушла на больничный. К ней относились на работе предвзято, потому что она, имея большой опыт работы, видела в каком ужасном состоянии находятся больные, и постоянно об этом говорила. Кроме того, старшая медсестра требовала сообщать о продлении больничного, что она делать была не обязана, учитывая, что об открытии больничного она сообщила. В результате предвзятого отношения она перевелась на должность <...>. Однако ситуация не изменилась, так, заведующая ФИО4 постоянно требовала изменить прическу, снять очки, писать объяснительные по непонятным основаниям, куда-то направляла ее фотографии, без получения согласия. Кроме того, в отделении истец увидела ряд нарушений по ведению документации, выдаче медицинских препаратов, что было ею высказано и не понравилось руководству. Плана занятий социального работника с лицами, находящимися в учреждении не было, занимаясь одним делом, ее заставляли все бросить и, к примеру, делать с больными зарядку, заставляли выливать растворы, которые не выливались месяцами, ею также было сделано замечание, что растворы со смертельными ядами находятся рядом с игрушками, что также не понравилось руководству. Таким образом, истец полагает, что имея большой опыт работы, она пыталась бороться с имеющимися нарушениями в <...> она стала неугодной руководству, что стало причиной предвзятого к ней отношения, и она была вынуждена уволиться. После увольнения она продолжила путь по восстановлению нарушенных прав проживающих в учреждении, обращалась в прокуратуру, комитет здравоохранения, следственный комитет, в связи с чем, пропустила срок для обращения в суд, однако считает, причины пропуска срока уважительными и просит данный срок восстановить.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2, действующая на основании ч.6 ст. 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), в судебном заседании исковые требования поддержала, просила удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал против удовлетворения требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях, пояснив дополнительно, что должность <...> отсутствует в учреждении. ФИО1 выполняла поручение руководства по заполнению программы «катарсис». Поскольку программа являлась новой, требовалось время, чтобы наладить ее работу. В настоящее время любой сотрудник может вносить сведения в «катарсис». ФИО1 первоначально написала заявление на увольнение, однако, ей была предложена должность <...>, на которую она была переведена. Трудовые обязанности она выполняла надлежащим образом, никаких претензий со стороны руководства не было, дисциплинарных взысканий за время работы она не имела. В Учреждении недостаточно медицинского персонала, директор учреждения стремится сохранить кадры, поэтому ей и была предложена иная должность, на которую она согласилась, однако в последующем вновь написала заявление на увольнение. Также указал, что срок для обращения в суд с настоящим иском пропущен и восстановлению не подлежит.

Представитель третьего лица – Государственная инспекция труда в <адрес> в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил.

Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного заседания.

Суд, выслушав истца и его представителя, представителя ответчика, показания свидетелей, заключение прокурора, полагавшего исковые требования истца, не подлежащими удовлетворению, исследовав и оценив представленные доказательства, приходит к следующему.

Согласно ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из принципов и норм Конституции Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый - третий статьи 2 ТК РФ).

Согласно ст.15 ТК РФ трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу статьи 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Как указано в ст.56 ТК РФ, трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

На основании ст. 21 ТК РФ работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Инициатива прекращения трудовых отношений может исходить от одной из сторон трудового договора.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, свобода труда в сфере трудовых отношений проявляется, прежде всего, в договорном характере труда, в свободе трудового договора (постановления от "."..г. №...-П и от "."..г. №...-П).

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

Статьей 80 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

При этом следует иметь в виду, что в этом случае основанием увольнения будет являться собственное желание работника, а не соглашение сторон, предусмотренное п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК. Расторжение трудового договора по соглашению сторон возможно лишь тогда, когда согласие работодателя на увольнение имеет юридическое значение и без такого согласия трудовой договор не может быть прекращен. В случае же, когда работник сам выразил желание прекратить трудовое отношение и просит уволить его до истечения установленного срока предупреждения, согласие работодателя на само прекращение трудового договора юридического значения не имеет. Оно имеет значение только для определения конкретной даты увольнения, так как работник просит уволить его до истечения срока, установленного для предупреждения об увольнении по собственному желанию. Если стороны договорились о расторжении трудового договора до истечения установленного срока предупреждения, трудовой договор расторгается на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК в день, обусловленный сторонами.

В силу разъяснений, данных в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от "."..г. №... «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду следующее: а) расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника; б) трудовой договор может быть расторгнут по инициативе работника и до истечения двухнедельного срока предупреждения об увольнении по соглашению между работником и работодателем; в) исходя из содержания части четвертой статьи 80 и части четвертой статьи 127 ТК РФ работник, предупредивший работодателя о расторжении трудового договора, вправе до истечения срока предупреждения (а при предоставлении отпуска с последующим увольнением - до дня начала отпуска) отозвать свое заявление, и увольнение в этом случае не производится при условии, что на его место в письменной форме не приглашен другой работник, которому в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (например, в силу части четвертой статьи 64 ТК РФ запрещается отказывать в заключении трудового договора работникам, приглашенным в письменной форме на работу в порядке перевода от другого работодателя, в течение одного месяца со дня увольнения с прежнего места работы). Если по истечении срока предупреждения трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, действие трудового договора считается продолженным (часть шестая статьи 80 ТК РФ).

В силу ст. 84.1 ТК РФ прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя. С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у данного работодателя и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса.

Пленум Верховного суда Российской Федерации в п.п. «а» п.22 Постановления №... от "."..г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», разъяснил, что при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду следующее: расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Единственным основанием для расторжения трудового договора в соответствии со ст. 80 ТК РФ является инициатива работника, выраженная в письменной форме.

В силу принципа состязательности сторон, установленного ст. 12 ГПК РФ, и требований ч. 2 ст. 35, ч. 1 ст. 56 и ч.1 ст. 68 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По делам данной категории обязанность доказать законность и соблюдение порядка увольнения возлагается на работодателя.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 состояла в трудовых отношениях с <...>» с "."..г. на основании трудового договора №... от "."..г., принята на работу на должность <...>, что также подтверждается заявлением ФИО1 о приеме на работу, копией приказа (распоряжения) о приеме работников на работу №...-к от "."..г..

В соответствии с заявлением ФИО1 от "."..г., на основании приказа от "."..г. №...-к ФИО1 переведена на должность <...> в отделение дневного пребывания для инвалидов молодого возраста <...>», дополнительным соглашением №... от "."..г. внесены изменения в трудовой договор №... от "."..г..

"."..г. ФИО1 обратилась на имя директора ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» с заявлением об увольнении по собственному желанию с "."..г..

На основании заявления от "."..г., приказом №...-к от "."..г. ФИО1 была уволена "."..г. по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по собственному желанию). С данным приказом ФИО1 была ознакомлена "."..г., возражений никаких от ФИО1 и никаких отметок о несогласии с приказом, приказ не содержит.

В тот же день, то есть "."..г., ФИО1 выдана трудовая книжка, что подтверждается отметкой истца в книге учета трудовых книжек и вкладышей в них, а также с истцом произведен полный расчет, что подтверждается платежными документами и запиской-расчетом №... от "."..г., запиской-расчетом №... от "."..г., а также произведена запись в трудовой книжке об увольнении. Данный факт сторонами не оспаривался.

Согласно выписке из регистра получателей государственных услуг в сфере занятости населения – физических лиц о регистрации гражданина в качестве безработного от "."..г., ФИО1 с "."..г. состоит на регистрационном учете в качестве безработной.

Из пояснений истца ФИО1 в судебном заседании следует, что в ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» с момента трудоустройства она выполняла функции по внесению сведений в информационную систему «катарсис» по оказанным услугам, лицам, содержащимся в учреждении, то есть функции <...> ею не выполнялись. Однако при нахождении на больничном ее рабочее место занял стажер – дочь старшей медицинской сестры, и ФИО1 было некуда выходить, руководством этот вопрос никак не был решен, что было ею воспринято как предвзятое отношение.

Как следует из должностной инструкции <...> социально-медицинское отделение №... (II, III), утвержденной приказом директора ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» от "."..г. №...-од, <...> обязана, в числе прочего, выполнять отдельные служебные поручения своего непосредственного руководителя (п.2.36 должностной инструкции).

Стороной ответчика не отрицалось в судебном заседании, что ФИО1, действительно, выполнялись функции по внесению сведений в информационную систему «катарсис» в соответствии с указанными положениями должностной инструкции.

При этом, как следует из штатной численности работников ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» на "."..г., на "."..г., на "."..г. должность регистратора, оператора или иного лица, выполняющего функции по заполнению системы «катарсис», в ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» отсутствует.

Кроме того, согласно табелям учета использования рабочего времени за период с "."..г. по "."..г. ФИО1 работала в должности <...>, а в марте 2025 года в должности социального работника.

В связи с изложенным, довод истца, о том, что ее рабочее место занял стажер, что лишило ФИО1 возможности выполнять свои трудовые функции, суд находит несостоятельным.

В ходе рассмотрения дела допрошены свидетели ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8

Так, свидетель ФИО4 в судебном заседании показала, что в настоящее время работает <...>». "."..г. ФИО1 переведена на должность <...> в отделение дневного пребывания для инвалидов молодого возраста. В отделении находятся лица, которые не нуждаются в стационарном лечении. "."..г. ФИО1 в начале рабочего дня было рекомендовано собирать волосы, в целях обеспечения собственной безопасности, поскольку социальный работник находится в постоянном контакте с детьми, на что ФИО1 эмоционально отреагировала. "."..г. была проведена планерка с работниками отделения, где было указано на необходимость соблюдать правила внешнего вида – это соответствующая форма одежды и рекомендовано собирать волосы. Что касается фотографирования сотрудников, свидетель пояснила, что отделение новое и его деятельность освещается в соответствующем чате, и для ведения качественного контента в сети Интернет производится фотосъемка, фото потом выкладываются в чат (канал). "."..г. ФИО1, работая в должности <...>, написала заявление на увольнение в кабинете психолога и покинула рабочее место. В связи с отсутствием на рабочем месте был составлен соответствующий акт. Заявление ФИО1 было ею лично отвезено заместителю директора ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ». О каких-либо конфликтных ситуациях ей неизвестно.

Свидетель ФИО5, в судебном заседании показала, что работает <...>». "."..г. ФИО1 в начале рабочего дня написала заявление на увольнение, отдала заведующей и ушла. В связи с отсутствием на рабочем месте был составлен акт об отсутствии на рабочем месте. О конфликтах между ФИО1 и кем-либо из сотрудников, ей неизвестно.

Свидетель ФИО6, в судебном заседании показала, что работает в <...>. С ФИО1 она познакомилась "."..г. на приеме у руководителя соцзащиты <адрес> ФИО9 Также на приеме были работники соцзащиты, ПНИ и дома ребенка, и все пришли на прием по нарушениям и дискриминации. Прием происходил индивидуально, но поскольку дверь была приоткрыта, она слышала, о том, что ФИО1 говорила, как была вынуждена уволиться. Также они коллективно обращались к инспектору <адрес>, представителю по правам человека <адрес>, к заместителю губернатора <адрес> по социальной работе, в прокуратуру по нарушениям в ПНИ и нарушениям трудовых прав. В трудовую инспекцию в связи с нарушениями трудовых прав не обращались.

Допрошенный свидетель ФИО7 в судебном заседании показала, что работает <...> №.... С ФИО1 они вместе работали в <...>». ФИО1 с момента трудоустройства <...>, она работала <...>. В начале 2025 года ФИО1 ушла на больничный, с этого момента к ней начались придирки, со слов ФИО1 ей звонила старшая медицинская сестра и указывала на то, что ФИО1 не сообщала про больничный, старшие медсестра также приходили в кабинет к ФИО1 и говорили, что ее работа ненужная, постоянно ее обсуждали в коридоре. Пока ФИО1 находилась на больничном, на ее месте сидела незнакомая девушка, которая представилась как стажер, и сказала, что будет здесь работать, по мнению свидетеля, стажер должна была работать непосредственно на этом рабочем месте, но должность, на которую стажируется, она не сообщила. О том, что был какой-то скандал ей известно по слухам. ФИО1 перешла работать на должность <...> из-за скандала со старшими медсестрами. Что есть скандал ей от кого-то было известно. ФИО1 была вынуждена уволиться, потому что все к этому и шло. В день увольнения она пришла и сообщила про увольнение.

Свидетель ФИО8 в судебном заседании показала, что работает <...>». "."..г. оформляла прием на работу ФИО1 на должность <...> №.... Примерно за две недели до увольнения ФИО1 также писала заявление на увольнение, но до нее это заявление не дошло, чтобы сохранить рабочие кадры, ее уговорили перевестись на должность <...>. "."..г. ей передали подписанное заявление ФИО1 на увольнение. "."..г. примерно в 16 часов с ФИО1 произведен полный расчет и выдана трудовая книжка. Причины увольнения ей неизвестны.

Оснований не доверять показаниям допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8 не имеется, поскольку данные свидетели допрошены в соответствии с требованиями ст. 69 ГПК РФ, предупреждены об уголовной ответственности по статьям 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации, показания свидетелей согласуются с материалами дела.

Вместе с тем, к показаниям свидетеля ФИО6, суд относится критически, поскольку данный свидетель не работал с ФИО1 в <...>», о событиях ей известно со слов ФИО1

Из содержания иска следует, что к ФИО1 в ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» со стороны руководства было предвзятое отношение, поскольку она выдвигала свою политику, как пояснила истец в судебном заседании ее цель - «гибель людей», она боролась за восстановление прав проживающих, добилась возбуждения уголовного дела в отношении руководителя учреждения, в связи с чем, стала неугодной руководству. Кроме того, она прошла обучающие курсы, чтобы работать <...>, однако ею в ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» никогда не работала. Таким образом, желания уволиться у нее не было, как только она стала высказывать объективные замечания, ее сразу стали третировать. Так, она не смогла выйти на работу, поскольку заняли ее рабочее место, по выходу с больничного ее поставили работать в ночную смену в другое отделение, также она получала угрожающие сообщения от старшей медицинской сестры, о том, что она будет писать докладную, поскольку истец не сообщила о продлении своего больничного, кроме того, должностные обязанности социального работника не были распределены между всеми социальными работниками и ей приходилось выполнять большой объем работы.

Учитывая обстоятельства дела, последовательность действий сторон, а также нормы закона, суд не может согласиться с доводами истца ФИО1, что она написала заявление на увольнение под давлением со стороны руководства ответчика. Препятствий для выхода на работу и работе в своей должности у истца не имелось, ответчик не ограничивал допуск истца на работу, должность истца оставалась той же, изменения графика работы какими-либо объективными доказательствами не подтверждаются, представленный график дежурств не утвержден директором ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ», вместе тем истец последовательно дважды обращался к ответчику с заявлением об увольнении, что оспаривается стороной истца, однако ФИО1 была переведена на другую должность в день написания соответствующего заявления, что свидетельствует о том, что интересы работника учитывались руководством ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ».

При наличии конфликта у истца с другими сотрудниками ответчика, не согласии с изменением графика, истец мог решить данный вопрос в рабочем порядке, либо обратиться в надзорные органы, не увольняясь.

Представленные скриншоты переписки, надлежащим образом не заверены, из прослушанной в судебном заседании аудиозаписи также не усматривается каких-либо угроз со стороны заведующей отделением.

Кроме того, довод истца о том, что должностные обязанности социального работника не были распределены между всеми социальными работниками и ФИО1 выполняла большой объем работы, суд находит несостоятельным.

Перечень функций и должностных обязанностей социального работника предусмотрен должностной инструкцией <...> утвержденной приказом директора ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» №...-ОД от "."..г. (раздел 1.1). Отсутствие подписи ФИО1 в должностной инструкции не является юридически значимым при рассмотрении вопроса о восстановлении истца на работе.

Кроме того, согласно п. 2.29 указанной должностной инструкции в случае невозможности прибытия на работу в связи с временной нетрудоспособностью и иными причинами социальный работник отделения дневного пребывания для инвалидов молодого возраста обязан уведомить об этом своего непосредственного руководителя.

Пунктами 3.1, 3.3 должностной инструкции социального работника также предусмотрено, что социальный работник отделения дневного пребывания для инвалидов молодого возраста имеет право вносить на рассмотрение администрации учреждения компетентные и обоснованные предложения по улучшению работы учреждения, иные рациональные предложения; информировать непосредственное руководство о выявленных в процессе исполнения своих должностных обязанностей недостатках в работе.

Таким образом, ФИО1 в случае обнаружения каких-либо нарушений в работе ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» не была лишена права обратиться к руководству с данным вопросом. Кроме того, согласно п.2.32 должностной инструкции ФИО1 обязана незамедлительно сообщать работодателю (непосредственному руководителю) о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей.

Что касается предвзятого отношения к ФИО1 со стороны руководства по поводу ее прически, то следует отметить, что социальный работник отделения дневного пребывания для инвалидов молодого возраста при исполнении трудовых обязанностей обязан иметь аккуратный, опрятный внешний вид, официальный общепринятый деловой стиль одежды (п.2.31 должностной инструкции).

Также, необходимо отметить, что каких-либо претензий со стороны руководства о ненадлежащем исполнении ФИО1 своих должностных обязанностей не имелось, что не оспаривалось истцом и ответчиком в судебном заседании, выполнение иной работы от истца не требовалось. ФИО1 за время работы в <...> к дисциплинарной ответственности не привлекалась, напротив стороной ответчика в судебном заседании неоднократно указывалось на значительный стаж и опыт работы у ФИО1, надлежащее исполнение своих должностных обязанностей, учитывая деятельность учреждения, заинтересованность работодателя в ней, как в сотруднике, в связи с чем ей и была предложена иная должность.

Разрешая спор, суд приходит к выводу, что увольнение на основании п. 3 ч. 1ст. 77 ТК РФ по инициативе работника было произведено ответчиком с соблюдением требований действующего трудового законодательства и на основании поданного истцом заявления об увольнении по собственному желанию; доказательства отсутствия добровольного волеизъявления на подачу заявления об увольнении по собственному желанию истцом, в нарушение ст. 56 ГПК РФ и п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №... от "."..г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в суд представлены не были.

Процедура увольнения, предусмотренная статьями 80, 84.1, 140 ТК РФ, работодателем соблюдена.

Таким образом, не признаются убедительными доводы ФИО1 о вынужденном характере ее увольнения.

Из исследованных доказательств не усматривается написание заявления под влиянием угроз либо давления со стороны руководства.

С учетом того, что по смыслу норм трудового законодательства и ст. 56 ГПК РФ именно на работника возложена обязанность по доказыванию факта принуждения к увольнению, и истцом ФИО1 данное обстоятельство не доказано, суд не находит оснований прийти к иному выводу.

Кроме того, доказательств, свидетельствующих об отзыве заявления об увольнении в установленный законом срок, истцом не представлено.

Работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме за две недели.

Увольнение может быть произведено по истечении срока, установленного ч. 1 ст. 80 ТК РФ, либо в срок, указанный в заявлении работника. При этом следует учитывать, что до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Основанием для увольнения явилось личное заявление истца от "."..г., подлинность которого истцом не оспаривалась.

Разрешая спор по существу, суд исходит из положений, приведенных выше норм материального права, фактических обстоятельств дела и приходит к выводу о том, что заявление об увольнении по собственному желанию истцом написано добровольно, при отсутствии давления со стороны работодателя.

Утверждение истца о том, что причиной написания заявления об увольнении являлось предвзятое отношение со стороны работодателя, в связи с выявленными ФИО1 фактами нарушения прав лиц, находящихся в ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ», нарушения учета лекарственных препаратов, организации социального обслуживания и возбуждении уголовного дела, не нашли объективного подтверждения в судебном заседании.

Наличие несовершеннолетнего ребенка, а также, то, что ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» находится рядом с домом истца, что удобно для ФИО1, в связи с чем, истцу не было смысла писать заявление об увольнении, не свидетельствует о том, что трудовой договор расторгнут под давлением.

Обстоятельств, свидетельствующих о нарушении трудовых прав истца со стороны работодателя, послуживших мотивом и причиной формирования у работника желания уволиться по собственному желанию, в ходе судебного разбирательства не установлено. Каких-либо нарушений со стороны работодателя прав работника, направленных на понуждение истца к увольнению, работодателем совершено не было. Обстоятельства, приведенные истцом в исковом заявлении, не свидетельствуют автоматически о давлении на работника с целью его увольнения.

Бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что увольнение ФИО1 носило вынужденный характер, а также обстоятельств, подтверждающих факт психологического воздействия на истца с целью его увольнения по собственному желанию, которые могли бы оказать влияние на принятие решения истцом об увольнении, в материалы дела не представлено.

В материалах дела имеется приказ (распоряжение) об увольнении по собственному желанию, на котором проставлена подпись истца от "."..г. об ознакомлении с содержанием приказа. После издания приказа об увольнении истец ФИО1 на работу не выходила. При этом истец не заявляла о том, что заявление написано ею под влиянием оказанного на нее давления со стороны ответчика, не ставила вопрос об отзыве заявления, в день написания заявления об увольнении истец ФИО1 покинула рабочее место. Посещение ФИО1 "."..г. ГБУЗ «Городская клиническая больница №...» с жалобами на острые боли в шейном отделе позвоночника также объективно не подтверждает доводы истца об увольнении под давлением со стороны руководства. В связи с чем, довод истца о нахождении ее в момент написания заявления об увольнении в подавленном психологическом состоянии, на грани нервного срыва, подлежит отклонению, в связи с отсутствием оснований полагать о нахождении истца в таком состоянии по вине работодателя, которым нарушений трудовых прав истца допущено не было. Обстоятельств, свидетельствующих о склонении к увольнению истца в ходе судебного разбирательства не установлено.

В совокупности установленных по делу обстоятельств: факт личного подписания истцом заявления об увольнении с указанием даты увольнения и основания увольнения, то есть удостоверения изложенных в нем требований об увольнении; ознакомление истца с приказом об увольнении; получение трудовой книжки в день увольнения "."..г. и полного расчета при увольнении, свидетельствуют о совершении истцом последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по собственному желанию в соответствии со статьей 80 ТК РФ на основании поданного им заявления работодателю, и оценив представленные доказательства и доводы сторон по правилам ст. 67 ГПК РФ, руководствуясь вышеприведенными нормами трудового законодательства, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, и установив отсутствие каких-либо нарушений трудовых прав истца ФИО1 состоявшимся увольнением и соблюдение ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» процедуры увольнения, суд со ссылкой на положения п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ приходит к выводу об отказе истцу в удовлетворении заявленных исковых требований.

В судебном заседании ответчиком заявлено о пропуске истцом срока обращения в суд с настоящим исковым заявлением.

Согласно ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных ч.ч. 1, 2 и 3 ст.392 ТК РФ, они могут быть восстановлены судом (ч.4 ст.392 ТК РФ).

В абз.3, 5 п.5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от "."..г. №... «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (часть третья статьи 390 и часть третья статьи 392 ТК РФ). Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абзац второй части 6 статьи 152 ГПК РФ).

Обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (ч.4 ст.198 ГПК РФ).

Из норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работникам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке.

Из материалов дела следует, что трудовой договор между сторонами расторгнут "."..г., трудовая книжка вручена истцу "."..г., что подтверждается личной подписью истца в книге учета трудовых книг.

Стороной истца заявлено ходатайство о восстановлении срока для обращения в суд с исковым заявлением, указав в обоснование, что с первого дня после увольнения истец обращалась в различные органы, в том числе по вопросу восстановления рушенных трудовых прав.

Однако из представленных в материалы дела ответов администрации <адрес> от "."..г., от "."..г., от "."..г., прокуратуры <адрес> от "."..г., от "."..г., комитета социальной защиты населения <адрес> от "."..г., обращения к Генеральному прокурору Российской федерации от "."..г., усматривается, что ФИО1 обращалась в указанные государственные органы по вопросу организации социального обслуживания соблюдение ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» и оказания социальных услуг, нарушений в оказании медицинской помощи получателям социальных услуг, хранению лекарственных препаратов, об использовании средств и ресурсов в учреждениях, подведомственных Облкомзащиты, о соответствии штата сотрудников, обоснованности надбавок по заработным платам в учреждениях, подведомственных Облкомзащиты, об организации хранения и учета материальных ценностей в учреждениях, по вопросу организации личного приема граждан <адрес>, по факту травматизма, распределении обязанностей между сотрудниками, о противоправных действиях должностных лиц ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» и пр.. По указанным вопросам надзорными органами даны ответы.

По вопросу о моральном климате в учреждениях, подведомственных Облкомзащиты, о незаконных увольнениях, принуждений к увольнениям, дискриминации сотрудников администрацией <адрес> в ответе от "."..г. и прокуратурой <адрес> в ответе от "."..г. разъяснено, что в ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ» имеется профсоюзная организация работников государственных учреждений, однако жалобы по вопросу принуждения сотрудников к увольнению, дискриминации работников иных нарушениях трудовых прав и интересов сотрудников в комиссию, профсоюзную организацию, иные органы, не поступали, нарушений трудовых прав работников ГБССУ СО ГПВИ «Волжский ПНИ», не установлено.

По вопросу принуждения к увольнению ФИО1 в государственную инспекцию труда <адрес> не обращалась, из представленных писем также не следует, что истец ФИО1 обращалась в вышеуказанные органы по вопросу принуждения непосредственно ее к увольнению. Кроме того, из представленных документов усматривается, что ФИО1 обратилась в администрацию <адрес> только в мае 2025 года, при этом увольнение состоялось в марте 2025 года.

В связи чем суд полагает, что срок исковой давности пропущен истцом по неуважительной причине в связи с злоупотреблением своим правом и восстановлению не подлежит.

В связи с отказом в удовлетворении основных исковых требований, подлежит оставлению без удовлетворения производные от него требования о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула с "."..г. по "."..г. в размере 205 280 рублей 81 копейка, компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, поскольку судом не установлено нарушений прав работника.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к государственному бюджетному специализированному стационарному учреждению социального обслуживания граждан пожилого возраста и инвалидов «Волжский психоневрологический интернат» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Волжский городской суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: №... А.О. Горнакова

Справка: мотивированное решение изготовлено "."..г..

Судья: №... А.О. Горнакова