№
№
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
28 февраля 2023 года в гор. Кисловодске
Кисловодский городской суд Ставропольского края в открытом судебном заседании под председательством судьи Супрунова В.М. при секретаре Годовых А.А., с участием представителей истца ФИО1 - адв. ФИО2 и ФИО3, ответчиков: ФИО4, ФИО5 и её представителя адв. ФИО6, ФИО7 и ФИО8 и их представителей ФИО9 и ФИО10, а также третьего лица нотариуса Кисловодского горНО ФИО11 рассмотрел дело №
по иску ФИО1 к ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО4, ФИО15, ФИО16, ФИО5, ФИО7 и ФИО8 о недействительности завещаний и признании её лицом, принявшим наследство
установил:
наследодатель ФИО17, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ. в гор. Грозном Чеченской АО и умершая ДД.ММ.ГГГГ в гор. Кисловодске Ставропольского края, при жизни составила ряд завещаний, часть из которых является предметом спора в настоящем деле.
ДД.ММ.ГГГГ. в гор. Кисловодске, где составлялись и все последующие завещания, ФИО17 составила генеральное завещание в пользу истца ФИО1, жены своего двоюродного брата ФИО18 на все имущественные права и всё своё имущество, какое ко дню её смерти окажется ей принадлежащим, в чём бы оно ни заключалось и где бы оно не находилось, в том числе на принадлежащую ей квартиру № по <адрес>. Завещание удостоверено ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО19 по реестру №.
В дальнейшем такие же генеральные завещания на всё принадлежащее ей имущество составлялись наследодателем ФИО17, при отсутствии у неё своей семьи и детей, в пользу иных лиц - ответчиков, в родстве с нею не состоящих, за исключением двоюродной сестры ФИО4
ДД.ММ.ГГГГ. ФИО17 составила завещание в пользу ФИО12, которое удостоверено ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО20 по реестру №.
ДД.ММ.ГГГГ. ФИО17 составила завещание в пользу ФИО13 и оно удостоверено ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО20 по реестру №.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО17 составила завещание в пользу ФИО14, которое удостоверено ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО21 по реестру №.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО17 составила завещание в пользу ФИО4 Это завещание удостоверено ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО20 по реестру № и оно оспаривается в настоящем деле. Кроме того, в пользу ФИО4 имелось ещё одно завещание, выполненное от имени ФИО17 и удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ. дежурным врачом кардиологического отделения ГБУЗ СК «Кисловодская городская больница» ФИО22 в присутствии медицинской сестры ФИО23, но это завещание решением Кисловодского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ. № оставленным без изменения апелляционным определением Ставропольского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ признано незаконным и в данном деле предметом спора не является.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО17 составила завещание в пользу Беленькой В.Г., которое удостоверено ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО20 по реестру №. Ответчик ФИО24 в ходе рассмотрения дела ДД.ММ.ГГГГ. умерла и определением суда от ДД.ММ.ГГГГ. в порядке ст. 44 ГПК РФ ответчиками привлечены её наследники по завещаниям (согласно материалов наследственного дела №, начатого ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского горНО ФИО25) - ФИО15 и ФИО16, подавшие ДД.ММ.ГГГГ. заявления нотариусу о принятии наследства.
ДД.ММ.ГГГГ. ФИО17 составила завещание в пользу ФИО5, удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО26 по реестру №.
ДД.ММ.ГГГГ. ФИО17 составила завещание в пользу ФИО7 и ФИО8 в равных долях (по <данные изъяты> удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО11 по реестру №
Наследник ФИО17 по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 обратилась в суд с названными требованиями, которые на судебном разбирательстве она и её представители ФИО3 и адв. ФИО2 поддержали по доводам искового заявления, указывая, чтомуж истца ФИО18 и умершая ДД.ММ.ГГГГ. ФИО17 - двоюродные брат и сестра. Они родились и проживали в гор. Грозном, но ввиду чеченских компаний связь между ними была утеряна. После войны ФИО18 стал проживать в гор. Кисловодске, а ФИО17 в Москве. Спустя годы через миграционные органы она разыскала семью С-вых и у них наладились тесные родственные отношения, они стали ездить друг к другу в гости и регулярно общаться. Летом 2010r. ФИО17 3.А. приехала в гости к ФИО27 в гор. Кисловодск и жила у них до осени, а потом приняла решение переехать в Кисловодск на постоянное место жительства. Из родственников кроме супруга истца у ФИО17 есть двоюродная сестра - ответчик ФИО4 (родная сестра ФИО18) но искала она именно Николая, который очень похож на ее отца, и сблизилась именно с его семьёй, в которой и жила после переезда из Москвы с апреля по ДД.ММ.ГГГГ., в том числе тогда, когда приобретённая для неё квартира в гор. Кисловодске уже была для неё отремонтирована. ФИО17 обладала тяжелым своеобразным характером, была недоверчивым, претензионным человеком, чужих в доме не терпела, жила у С-вых в отдельной комнате, в дверь которой установила свой замок и каждый раз при выходе из неё замыкала на ключ. ФИО17 переехала в свою квартиру <адрес>, когда ФИО18 перенес инсульт, в результате которого стал немощным и нуждающимся в постоянном уходе и наблюдении. ФИО17 много помогала брату материально, оплачивала медицинскую сестру, уколы, назначения врачей и часто сама ездила с ним по врачам. Приезжая в Кисловодский психоневрологический диспансер к врачу-психиатру по вопросам лечения ФИО18, она после его приёма сама заходила в кабинет психиатра по своим вопросам и выходила с какими-то бумагами. Истец полагает, что ФИО17 параллельно с братом лечилась и выписывала у психиатра препараты, так как с болезнью брата у ФИО17 стали наблюдаться явные изменения в психологическом состоянии и развиваться сложности в отношении с окружающими. По своей натуре ФИО17 являлась скрытным человеком, никогда не рассказывала подробности своей жизни, например, кем она работала, с кем жила. Но когда заболел ФИО18, стала рассказывать различные выдуманные истории своей жизни. Это воспринималось С-выми как «причуды» человека преклонного возраста, не желающего доверять подробности своей жизни окружающим. После переезда в свою квартиру ФИО17 продолжала поддерживать родственные связи и тёплые отношения с семьёй С-вых. Младшая дочь истца, ФИО28, пока жила в Кисловодске до 2016 года, регулярно ходила к ФИО17, после чего к ней стала ходить двоюродная сестра истца ФИО4 Ещё в 2010 году, ФИО17 находясь в добром здравии, нотариально завещала все своё имущество ФИО1, поскольку доверяла ей и всей семье С-вых, считала их родными и полагалась на них. В 2010 году ФИО17 не страдала никакими расстройствами, почти все делала самостоятельно. Вообще к ФИО27 она приехала здоровой, сама договаривалась с людьми по поводу покупки и ремонта квартиры. Из Кисловодска она несколько раз ездила в Москву к матери на могилу. Истец считает себя наследником ФИО17 по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ., поскольку это завещание выражает родственное отношение к ФИО27 и её действительное волеизъявление на случай своей смерти. С этим завещанием она обращалась к нотариусу, но её заявление не было принято со ссылкой на наличие присутствующих наследников по более поздним завещаниям ФИО17 Однако она фактически приняла наследство, так как после смерти ФИО17 оплачивала коммунальные платежи за её квартиру и содержала имущество наследодателя. При составлении последующих спорных завещаний посторонним лицам и под их влиянием, ФИО17 уже страдала пороком воли, не руководила собой и действовала импульсивно в состоянии обиды на кого-то из родственников и своего окружения в силу индивидуально присущих ей психологических особенностей характера и прогрессирующего расстройства психики, что подтверждено в деле медицинскими данными, свидетелями и заключением психолого-психиатрической экспертизы. Просят признать недействительными завещания ФИО17 составленные в пользу ответчиков, как сделки, совершённые гражданином, не способным понимать значение своих действий и руководить ими (ст. 177 ГК РФ), а также признать, что истец ФИО1 фактически приняла наследство, открывшееся после смерти наследодателя.
Ответчики ФИО8 и ФИО7, их представители по доверенности ФИО9 и ФИО10 в заседаниях, в которых они участвовали, исковые требования не признали. Представитель ФИО10,излагая позицию доверителей, пояснил, что ФИО8 и ФИО7 знали ФИО17 и находились с нею в хороших отношениях, осуществляли за ней уход. При жизни ФИО17 была здравомыслящим человеком, понимала и отдавала отчет своим действиям.Психическое состояние ФИО17 было нормальным и по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. оно определялось экспертами в другом деле №., в котором для оценки её психического состояния в периоды с ДД.ММ.ГГГГ. проводилась судебная психолого-психиатрическая посмертная экспертиза, по результатам которой эксперты не установили у наследодателя расстройств, влияющих на её психические способности понимать и руководить своими действиями. Выводы такой же экспертизы, проведённой в данном деле, противоречат выводам названной экспертизы, что требует производства повторной экспертизы. Поведение ФИО17, о котором показали допрошенные судом свидетели, в том числе участковый врач ФИО29 и медсестра ФИО30 говорит о ней как о человеке очень любящем себя, полностью соблюдавшем врачебные назначения, вполне осознающем свои действия и экспертам следовало принять их во внимание. Фактического принятия наследства истцом не было, в наследство с момента его открытия она не вступила и пропустила установленный для этого срок.Вследствие этого ФИО1 не является надлежащим истцом, её иск принят безосновательно. Ответчики, полагают, что завещание, составленное ДД.ММ.ГГГГ. в их пользу, является последним и отменяет в силу закона предыдущие завещания ФИО17, что соответствует её воле и не нарушает прав истца. Просят отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Ответчик ФИО5, её представитель по ордеру адв. ФИО6, участвовавшая в некоторых судебных заседаниях, иск не признали, суду пояснили, что с ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 с ФИО17 не общалась, одна её дочь уехала, а вторая приезжала к ней по вызову. ФИО17 не надеялась на родственников, поэтому за ней ухаживали чужие люди, которым она обещала передать свое имущество за то, чтобы ее досмотрели и достойно похоронили. Она (ответчик) была близка с ФИО17 и в ДД.ММ.ГГГГ году ФИО17 составила на неё завещание. Заболев коронавирусом, ФИО17 позвонила ей и она ухаживала за нею в больнице. ФИО17 всегда была адекватна, строго следила за собой и за своим здоровьем, была требовательна ко всем, кто с нею общался. В другом деле, рассмотренном ранее, эксперты-психиатры не признали её страдающей психическими расстройствами, а в этом деле признали, с чем согласиться нельзя без повторной экспертизы. Истцом пропущен 6-месячный срок на вступление в наследство и о его восстановлении ФИО1 не просит. Фактически наследство ею не принято и доказательств этого не представлено, бремя содержания имущества наследодателя истец не несет. Судебной защите подлежат нарушенные права, однако право ФИО1 на наследство, которое у неё не возникло, ответчиками не нарушено и в удовлетворении исковых требований следует отказать в полном объеме.
Ответчик ФИО4 исковые требования ФИО27 признала в полном объеме (в т.ч. письменно) и суду пояснила, что действительным является завещание ФИО17 в пользу ФИО1, поскольку оно составлено в ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО17 в здравом состоянии решила переехать из Москвы в гор. Кисловодск на жительство к родственникам ФИО27, т.к. других родственников у неё нет. В то время она вела себя и рассуждала вполне здраво. Многочисленные завещания, составленные затем ФИО17, в т.ч. на посторонних лиц, не являются её истинным волеизъявлением, их составление связанно с особенностями её характера. Она составляла их на людей, которые готовы были выполнять все указания ФИО17 угодным для неё образом, а как только они хотя бы в малом не выполняли их, поступали по своему или высказывали свое мнение и не сходились с ней во взглядах, то становились для нее неугодными, негодными людьми и ФИО17 находила нового кандидата для составления завещания. Это является следствием её психических расстройств. Просит иск удовлетворить в полном объеме.
Третье лицо - нотариус Кисловодского горНОФИО11 в судебном заседании поддержал позицию ответчиков, как её выразил представитель ФИО10, и полагал отказать ФИО1 в удовлетворении иска.
Истец, другие ответчики и третьи лица, надлежаще извещённые о месте и времени судебного заседания, для участия в нём не явились.
Истец ФИО1 представила ДД.ММ.ГГГГ. заявление о рассмотрении дела без её участия и обеспечила участие в процессе своих представителей ФИО3 и адв. ФИО2
Ответчики ФИО12 и ФИО14 подали заявления о признании исковых требований и рассмотрении дела без их участия (т-1 л.д. 103-104, т-3 л.д. 7). ФИО14 также указывает, что на наследство по завещанию ФИО17, не претендует, т.к. считает его недействительным, посколькуФИО17 была психически не вполне здоровым человеком.
Ответчики ФИО15 и ФИО16, привлечённые судом к участию в деле в порядке ст. 44 ГПК РФ в связи со смертью ДД.ММ.ГГГГ. стороны - ответчика Беленькой В.Г., их наследодателя, а также ответчик ФИО13 о наличии уважительных причин неявки суду не сообщили, ходатайств, в т.ч. об отложении судебного разбирательства на другой срок, неподали.
Третьи лица - нотариусы Кисловодского горНО ФИО26 и ФИО25 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, просят рассмотреть дело в их отсутствие.
После перерыва, объявленного сегодня в данном деле до 16-00 часов в связи со срочной эвакуацией сотрудников и посетителей из здания суда, на судебное разбирательство без сообщения причин не явились представитель ответчика ФИО5 адв. ФИО6 и представитель ответчиков ФИО8 и ФИО7 ФИО9 Вместо последнего явился участвовавший деле и ранее представитель названных ответчиков ФИО10 действующий на основании доверенности.
Причины неявки указанных участников процесса, суд признал неуважительными и дело рассмотрел без участия неявившихся, исходя из положений ст. 48 и ч.ч. 3,5 ст. 167 ГПК РФ, поскольку иное при надлежащем уведомлении всех участвующих в деле лиц, влечёт нарушение права других участников на разрешение спора в законный срок, который, будучи продлён в порядке ч.6 ст. 154 ГПК РФ, истекает.
По ходатайствам сторон судом допрошены указанные ими свидетели.
Свидетель ФИО31 показала, что является соседкой ФИО8 и умершей ФИО17, за которой она в 2020 году ухаживала. ФИО5 лично не знает, но знает от ФИО17, что она завещала ей своё имущество. О завещаниях ФИО17, составленных на соседей Беленькую В.Г. и ФИО13 она также знала и знала, что ФИО24 отказалась от завещания. Со слов Андреевой знает, что С-вы ей помогали переехать, что она жила у них. О характере ФИО17 пояснила, что к ней можно было приходить только по звонку и только с её разрешения, иначе было нельзя. Она себя очень любила и следила за своим внешним видом, зрение и слух у неё были отличные она разумно общалась со всеми. Свидетель ФИО32 показала, что живёт с С-выми в одном доме. С ФИО17 познакомилась 2010 году, общалась с ней вплоть до переезда ФИО17 в квартиру на ул. Островского. Об ФИО17 сообщила, что она была с тяжёлым характером, немного странная, так как замыкала ключом свою комнату, живя в квартире С-вых. К брату Николаю и его семье относилась тепло, поскольку была одиноким человеком и переехала в гор. Кисловодск, чтобы быть рядом с родственниками. После болезни брата ФИО18 ФИО17 общалась с ФИО1 в основном по телефону.
Свидетель ФИО29 пояснила, что она участковый врач терапевт работает в поликлинике №1 гор. Кисловодска. ФИО8 и ФИО17 её пациенты. ФИО17 состояла на учёте 9-10 лет, была очень обязательной и ответственной, выполняла все указания врачей. Она страдала от гипертонической болезни у неё болел тазобедренный сустав, были больные вены. У ФИО17 также были проблемы с почками.Ей поставили диагноз ишемическая болезнь, предынфарктное состояние из-за чего ДД.ММ.ГГГГ. госпитализировали в стационар Кисловодской горбольницы. О родственниках ФИО17 ей не рассказывала, говорила о помощи соседей, при проведении медицинских процедур дома у ФИО17 никого не встречала.
Свидетель ФИО30 показала, что она медсестра и работает с врачом ФИО29 в поликлинике №1 гор. Кисловодска. ФИО8 и ФИО17 являются их пациентками. ФИО17 состояла на учёте по гипертонической болезни, проходила несколько раз диспансеризацию, она делала ей инъекции на дому для чего ФИО17 каждые полгода самостоятельноприобретала лекарства. ФИО17 страдала гипертонией, состояла на учёте у нефролога, у неё были больные суставы. Из-за предынфарктного состояния ДД.ММ.ГГГГ. врач-терапевт выдала ФИО17 направление в стационар горбольницы, но она от госпитализации по скорой помощи отказалась. ФИО17 была доброй, про родственников рассказывала немного, говорила, что есть племянники.Переехав в гор. Кисловодск она купила им квартиру и заплатила их кредиты, но они перестали с ней общаться не звонят и не приходят.
Свидетель ФИО33 - дочь истца показала, что её отец ФИО18 и ФИО17 двоюродные брат и сестра, их семьи раньше жили в гор. Грозном.После чеченских событий ФИО17 жила в Москве и сама разыскала их семью, приглашала к себе, а в 2011г. переехала к ним в гор. Кисловодск. В быту ФИО17 была своеобразна, в ее комнату нельзя было зайти, так как она установила замок на её дверь, боясь, что дети могут забежать. По характеру ФИО17 была жестким, принципиальным, капризным и обидчивым человеком, способным в состоянии обиды бойкотировать отношения длительное время. Она боялась оставаться одна, если домой должен был прийти контролер или рабочий. К семье С-вых ФИО17 относилась тепло, оказывала материальную помощь, оплачивала процедуры брата. Болезнь брата Николая в 2011г. для неё стала потрясением, так как он утратил способность разговаривать. Обострение в психике и поведении у ФИО17 и возникло в 2011 году после болезни брата, она стала больше переживать и говорить о здоровье.
Свидетель ФИО34 показала, что является крёстной матерью детей ФИО18, часто бывала в гостях у С-вых и знает всех членов их семьи. У С-вых летом 2010г. познакомилась с ФИО17 - двоюродной сестрой ФИО18, все звали её тётя Зоя. По характеру ФИО17 была пунктуальная и педантичная, принципиальная, но своеобразная и могла обидеться на пустом месте. У ФИО17 были странности, она поставила замок в своей комнате в квартире С-вых, чтобы быть там наедине, была подозрительной и не доверяла никому, ключи от комнаты и от своей квартиры и подъезда не давала никому. До установки замка в комнате ФИО17 выходилак гостям с маленькой сумочкой и всё время держала её в руках, говорила, что ей так спокойней. ФИО17 судила о человеке после первого общения. Со слов Андреевой знает, что та была замужем, муж умер и у неё нет детей, она осталась одна и доверяет только семье брата Николая. ФИО17 рассказывала, что составила завещание на ФИО1, жену брата, так как надеялась только на их семью, просила похоронить её на мусульманском кладбище. В своей квартире ФИО17 всегда сопровождала гостей даже в туалет, никого не оставляла без своего присутствия. В эпидемию коронавируса ФИО17 никого не принимала, боялась заболеть и узнав, что С-вы на изоляции запретила им к ней приходить.
Свидетель ФИО35 племянница ФИО17 и дочь ответчика ФИО4 показала, что в 2011 году ФИО17 из Москвы переехала на постоянное место жительства в гор. Кисловодск, где приобрела для себя квартиру. У ФИО17 своих детей не было, муж рано умер и её единственными родственниками являются двоюродные ФИО4 и ФИО18 У ФИО17 во всём был свой взгляд на жизнь и все строго должны были его придерживаться. По характеру ФИО17 была капризным и обидчивым человеком, в обиженном состоянии могла долго не разговаривать и не отвечать на телефонные звонки. Прийти в гости к ФИО17 можно было только по предварительному звонку и с её разрешения исключительно без опозданий, а при опоздании она не открывала двери и не отвечала на звонки, так как у неё был свой график жизни и даже разговоров по телефону. В конце декабря 2020г. ФИО17 позвонила и сказала, что её госпитализируют в больницу в терапевтическое отделение. ФИО17 рассказывала, что ФИО5 ухаживала за ней, так как отрабатывала долг. В январе 2021г. за ФИО17 в больнице ухаживали ФИО4.Не смотря на плохое самочувствие, она хотела скорее уйти домой, так как у ФИО5 и Беленькой В.Г. оказались ключи от её квартиры. По заявлению ФИО17 её 25.01.2021г. и выписали из стационара. Из-за болезни ребенка она (свидетель) не могла с ней остаться и попросила соседку присмотреть за ФИО17 до утра. Однако на следующий день и в последующие дни родственники не могли попасть в её квартиру и не могли созвониться с ней, так как в квартире ФИО17 были ФИО8 и ФИО7, которые препятствовали её общению с родственниками. Когда родственники пригрозили полицией, ФИО7 и ФИО8 в срочном порядке увезли ФИО17 на скорой помощи обратно в больницу. Состояние у ФИО17 уже было очень плохое и тяжёлое, ухаживали в больнице за ней родственники ФИО4 и С-вы.
Свидетель ФИО36 мастер маникюра и педикюра, показала, что ФИО17 знала как Зою Андреевну с 2012 года и познакомилась с ней через ФИО8 С 2012 года она постоянно приходила к ФИО17 в квартиру, примерно 1 раз в месяц, делать маникюр и педикюр. ФИО17 уделяла своему внешнему виду особое внимание, никогда не встречала визитеров «не убранной». ФИО17 радовалась, что нашла родственников в гор. Кисловодске – семью брата ФИО18 и переехала ближе к ним из Москвы. Со её слов муж у нее умер и она в гор. Москве ухаживала за его престарелым отцом, от которого ей осталась квартира.По складу характера ФИО17 была сложным человеком, обижалась из-за пустяков, к ней можно было приходить исключительно по согласованию и без опозданий, так как к неё всё было расписано по времени. ФИО17 не любила, когда в её квартире кто-либо встречался, это её злило. ФИО17 не всем могла открыться, поэтому на прогулку уходила во двор соседнего дома, чтобы не участвовать в ненужных разговорах соседей, которые собирались на лавочках у дома. С ней ФИО17 была доброжелательна и иногда доверяла свои «притыки», этим словом ФИО17 называла все конфликтные ситуации, ругань, полный раздор и недопонимания с людьми, на которых очень обижалась и с которыми переставала общаться. Из общения с ФИО17 было понятно, что она не доверяет и не верит людям, ей сложно с ними ладить, так как имела свой уклад, который другие должны были соблюдать безоговорочно. До тех пор, пока окружающие делали всё по её укладу и угождали ей, она относилась к ним доброжелательно, а если что-то происходило не так, она разрывала с ними общение и начинала считать негодными, то есть действующими не по её правилам. У ФИО17 был не просто сложный характер, а некие особенные отклонения, для каждого человека у неё были свои истории, но она никогда не говорила кем работала и о том, что она мусульманка, а всегда позиционировала себя как православную. К окружающим у ФИО17 было много претензий, в силу своего характера и странностей она оформляла завещания на тех, кто соглашался за ней ухаживать при соблюдении её строгих правил. Она часто говорила о родственниках и иногда хвалилась ей, что перешла через «притык» и начала общение с ними.
Выслушав участвующих в деле лиц, допросив свидетелей и исследовав материалы дела, суд пришёл к следующему.
ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ.,проживавшая в гор. Кисловодске в собственной квартире <адрес> ДД.ММ.ГГГГ., что подтверждено помещённым в наследственное дело свидетельством о её смерти №, выданным ДД.ММ.ГГГГ. (№) отделом ЗАГС управления ЗАГС Ставропольского края по гор. Кисловодску на основании актовой записи о смерти №.
После смерти ФИО17 нотариусом Кисловодского горНО ФИО26 ДД.ММ.ГГГГ. открыто наследственное дело № на основании заявлений о принятии наследства, поданных ДД.ММ.ГГГГ. ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ. ФИО8 и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ. ФИО5 на основании составленных в их пользу завещаний. ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 по доверенности ФИО18 и в его интересах подано заявление о принятии обязательной доли в наследстве. В тот же день в адрес ФИО18 нотариусом направлено письмо исх.№ от ДД.ММ.ГГГГ. о невозможности выдачи ему свидетельства о праве на наследство за пропуском срока обращения для принятия наследства и рекомендовано обратиться в суд по вопросу его восстановления.
Обратившимся наследникам свидетельства о праве на наследство по завещанию нотариусом не выдано. Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ. по ходатайству стороны истца приняты меры обеспечения иска в виде запрета на совершение нотариальных действий по выдаче свидетельств о праве на наследство ФИО17 и регистрационных действий в отношении квартиры наследодателя <адрес>
Истец ФИО1, указала, что ФИО17 завещала своё имущество ей, но нотариус её заявление не приняла, сославшись на наличие заявлений других наследников по завещаниям, составленным позже завещания в её пользу. С момента открытия наследства истцу в т.ч. из общедоступного сайта Нотариальной палаты РФ и гражданских дел №. и №. стало известно о наличии нескольких завещаний ФИО17,удостоверенных нотариусами Кисловодского горНО в пользу ответчиков: ФИО12 нотариусом ФИО20 в реестре № от ДД.ММ.ГГГГ.; ФИО13 нотариусом ФИО20 в реестре № от ДД.ММ.ГГГГ.; ФИО14 нотариусом ФИО21 в реестре № от ДД.ММ.ГГГГ.; ФИО4 нотариусом ФИО20 в реестре № от ДД.ММ.ГГГГ.; ФИО24 нотариусом ФИО20 в реестре № от ДД.ММ.ГГГГ.; ФИО5 нотариусом ФИО26 в реестре № от ДД.ММ.ГГГГ.; ФИО7 и ФИО8 в равных долях нотариусом ФИО11 в реестре № от ДД.ММ.ГГГГ.; а также о наличии завещания ФИО17 в пользу ФИО4, удостоверенного ДД.ММ.ГГГГ. врачом ГБУЗ СК «Кисловодская городская больница» ФИО22
Муж истца по настоящему делу ФИО18 в лице своего представителя ФИО3 участвовал третьим лицом в споре наследников в деле №. по иску ФИО5 к ФИО7, ФИО8 и ФИО4 об оспаривании завещаний, где суд решением от ДД.ММ.ГГГГ. признал незаконным завещание от имени ФИО17 в пользу ФИО4, удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ. врачом ГБУЗ СК «Кисловодская городская больница» ФИО22 Зная о наличии у наследодателя психических отклонений и полагая завещания, составленные ФИО17 позже завещания от ДД.ММ.ГГГГ. в её пользу, незаконными и нарушающими её права наследника, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском.
Обращение в суд с требованиями о признании завещаний недействительными осуществляется в исковом порядке в пределах общего трёхлетнего срока исковой давности (ч.1 ст. 196 ГК РФ), а не в шестимесячный срок со дня открытия наследства, на нарушение которого как срока давности, неверно указано другой стороной, поскольку этот срок установлен ч.1 ст. 1154 ГК РФ для принятия наследства, а не для судебной защиты нарушенного права.
Согласно ч.1 ст. 1118 ГК РФ, закон позволяет гражданину распорядиться своим имуществом на случай смерти путём совершения завещания. Вместе с тем ст. 1131 ГК РФ предусмотрено, что при нарушении положений настоящего кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от оснований недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (ч.1). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием. Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается (ч.2).
Таким образом, ФИО1 - наследник по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ. считая, что последующими завещаниями, составленными в пользу ответчиков наследодателем ФИО17, находившейся в болезненном состоянии не позволяющем ей понимать значение своих действий и руководить ими, нарушают её наследственные права, избрала надлежащий и предусмотренный законом - ст. 12 ГК РФ - способ их защиты путём оспаривания сделок, каковыми в силу ч.5 ст. 1118 ГК РФ являются оспоренные в данном деле завещания.
Как разъяснено в п.21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012г. N9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.
В силу ч.1 ст. 177 ГК РФ, сделка, совершённая гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент её совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате её совершения.
С учётом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует. Исковые требования ФИО1 о недействительности завещаний ФИО17 предъявлены на этом правовом основании.
Юридически значимыми обстоятельствами в рассматриваемом случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений её интеллектуального и/или волевого уровня. Для установления указанных обстоятельств у суда возникла необходимость в специальных познаниях в области судебной психиатрии и психологии.
В соответствии с ч.1 ст. 79 ГК РФ, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.
Согласно ч.2 ст. 1118 ГК РФ, завещание может быть совершено только гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Потому при рассмотрении дел об оспаривании завещаний судам надлежит руководствоваться разъяснениями п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня 2008г. N11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" о том, что во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебная психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ).
Исходя из характера и оснований возникшего спора, в целях установления либо опровержения порока воли завещателя при составлении спорных завещаний, суд определением от ДД.ММ.ГГГГ. назначил и поручил экспертам ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая специализированная психиатрическая больница №1» производство посмертной комиссионной судебной психолого-психиатрической экспертизы умершей ФИО17 для выяснения вопросов страдала ли она каким-либо психическим расстройством и, если страдала, то каким именно на момент подписаниязавещаний: ДД.ММ.ГГГГ. в пользу Петросян МарииСуреновны; ДД.ММ.ГГГГ. в пользу Буковшиной ИриныНиколаевны; ДД.ММ.ГГГГ.впользуФИО14; ДД.ММ.ГГГГ. в пользу Янюк НиныГригорьевны; ДД.ММ.ГГГГ. в пользу ФИО24; ДД.ММ.ГГГГ. пользу Аваковой КаринэЭдуардовны; ДД.ММ.ГГГГ.впользуДенисовойЛарисыНиколаевныи Лобановой ВерыМихайловны; ДД.ММ.ГГГГ. в пользу Янюк НиныГригорьевны. Также на разрешение комиссии экспертов суд поставил вопросы о том, какие индивидуально-психологические особенности были присущи ФИО17 в период 2012-2021гг., как они формировали и влияли на её поведение и волевую сферу в общении с близкими иокружающими; могла ли ФИО17 в силу присущих ей индивидуально-психологических особенностей личности, а при наличии и психических расстройств, понимать значение своих действий и руководить ими при подписании указанных завещаний.
Имея в виду, что такая же экспертиза назначалась в отношении умершей ФИО17 в другом выше названном деле №. и комиссия экспертов в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ. указала на невозможность конкретных выводов по поставленным вопросам ввиду недостаточности информации (представленных экспертам материалов) для определения степени выраженности изменений психики ФИО17 и решения вопроса о её возможности/невозможности понимать значение своих действий и руководить ими, суд в данном деле принял исчерпывающие меры для получения медицинской и иной документации в отношении наследодателя, а кроме того, допросил знавших её свидетелей по ходатайствам сторон. На экспертизу были представлены гражданское дело №. в 2х томах с письменными и аудио протоколами судебных заседаний, фиксирующими показания свидетелей; медицинская карта стационарного больного ФИО17 № ГБУЗ СК «Кисловодская городская больница», её же медицинская карта амбулаторного больного № ГБУЗ СК «Городская поликлиника №1» гор. Кисловодск, медицинские карты амбулаторного больного ФИО17 б/н ГБУЗ «ГП №36 ДЗМ» Филиал №1 (ранее поликлиника №185 гор. Москва для взрослых), медицинская карта стационарного больного №; тетрадь с личными записями ФИО17 в бордовой обложке.
По результатам производства назначенной экспертизы суду представлено и в совокупности с другими доказательствами исследовано заключение амбулаторной посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. По существу всех поставленных вопросов экспертами сделаны следующие выводы.
ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ., по сведениям, изложенным в представленной медицинской документации, в период сопоставлений оспариваемых завещаний - ДД.ММ.ГГГГ обнаруживала признаки <данные изъяты> Таким образом, в период составления оспариваемых завещаний - ДД.ММ.ГГГГ. ФИО17 ДД.ММ.ГГГГ г.р. не могла понимать значение своих действий и руководить ими. <данные изъяты>
Таким образом, эксперты по результатам проведённого исследования, пришли к общему однозначному выводу о неспособности ФИО17 понимать значение своих действий и руководить ими в период ДД.ММ.ГГГГ., т.е. при составлении оспариваемых в деле завещаний, поскольку у подэкспертной ФИО17 с учетом медицинской документации, показаний свидетелей и материалов дела, экспертами устновлены признаки <данные изъяты>
Оценивая экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ., суд соглашается с его выводами, поскольку заключение соответствует требованиям ч.2 ст. 86 ГПК РФ и ст. 8 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", составлено экспертами государственного учреждения здравоохранения (другого экспертного учреждения, проводящего экспертизы данного вида, в крае нет), имеющими необходимый практический стаж работы и квалификацию, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.Экспертиза проведена по материалам дела и медицинской документации умершей в их аналитическом сопоставлении с использованием надлежащих методов клинико-психопатологического исследования личности.
Заключение является ясным, полным, объективным, однозначно определенным и содержит подробное описание проведенного исследования и его результат - выводы по всем поставленным судом вопросам. Заключение экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ. составлено по отраслевой учетной форме N100/у-03 "Заключение судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов)», утв. Приказом Минздрава РФ от 26.10.2020г. N1149н и соответствует Правилам проведения судебно-психиатрической экспертизы, утв. Приказом Минздрава РФ №3н от 12.01.2017г. Нарушений требований ст. 25 Федерального закона от 31 мая 2001г. N73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" при составлении заключения экспертами не допущено. В связи с чем, оснований усомниться в компетентности экспертов не имеется, их выводы ясны и понятны, мотивированы, логически обоснованы и не содержат никаких противоречий.
Также выводы экспертного заключения носят категоричный, а не вероятностный характер. Ввиду ясности и мотивированного обоснования экспертного заключения, не позволяющего двояко толковать или понимать его выводы, отсутствия неполноты в ответах на поставленные судом вопросы, суд не нашёл необходимости в допросе экспертов по ходатайству представителя стороны ФИО10, в удовлетворении которого отказал протокольным определением.
Руководствуясь ст.ст. 55, 59, 60 ГПК РФ и оценивая в совокупности с другими доказательствами по делу, суд принимает заключение посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы умершей ФИО17 № от ДД.ММ.ГГГГ. в качестве законного, допустимого и относимого доказательства.Иную оценку экспертного заключения, предлагаемую стороной ответчиков, и их доводы в этой части суд находит противоречащими материалам дела и отвергает.
Так, суд не согласен с позицией ответчика ФИО5 и представителя ответчиков ФИО8 и ФИО7 ФИО10, заявивших письменные ходатайства о назначении по делу повторной судебной экспертизы. Ходатайства мотивированы тем, что эксперты не учли всех свидетельских показаний, в т.ч. участковых врача и медсестры, по словам которых, ФИО17 была мудрой, могла дать дельный совет, имела прекрасную память и слух, разбиралась в политике и сидя на скамейке возле дома обсуждала новости с соседями. ФИО17 не ставился диагноз какого-либо психического заболевания. Она сама совершала магазинные покупки и покупала квартиру, оформляла вклады в банках и т.п., в ДД.ММ.ГГГГ. сама разыскала родственников С-вых. Составление ею нескольких завещаний отвечает принципу свободы завещания. По экспертному заключению все нотариусы, удостоверявшие завещания, ошибались в адекватности ФИО17, что выходит за рамки разумности самих экспертов. Эксперты ФИО37 и ФИО38 ранее давали заключение в другом деле № о том, что не смогли установить нарушений в психике и психологии ФИО17 Для устранения противоречий и неточностей, допущенных экспертами, необходима повторная экспертиза, что позволит стороне ответчиков реализовать процессуальные права на представление доказательств и объективно рассмотреть дело.
Относительно данногозаявления, суд исходит из следующего. Частью 2 статьи 87 ГПК РФ предусмотрено, что в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может, но не обязан, назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручить другому эксперту или другим экспертам.
В данном деле указанные в названной норме основания для назначения повторной экспертизы, такие как объективно возникшие сомнения в правильности или обоснованности экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ., - отсутствуют, о чём сказано выше. Отсутствует и наличие противоречий в заключениях нескольких экспертов.
По настоящему делу проведена одна экспертиза. До её назначения по ходатайству ответчиков к делу приобщена копия экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ. №, выполненного в другом деле Кисловодского городского суда №. по иску ФИО5 к ФИО7, ФИО8 и ФИО4 об оспаривании завещаний. Инициатором той экспертизы для выяснения обладала ли наследодатель полной дееспособностью при составлении и подписании завещаний от ДД.ММ.ГГГГ., будучи истцом, выступила ФИО5, на которой и лежало бремя доказывания невменяемости наследодателя при совершении односторонних сделок (завещаний). Необходимых доказательств в достаточном объёме ФИО5 в дело не представила, почему эксперты и не ответили на поставленные вопросы. В данном деле ФИО5, возражая исковым требованиям ФИО1, ссылается на наличие неполного по её вине экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ. в отношении умершей ФИО17, и утверждает о его противоречии заключению, полученному в данном деле, ходатайствует о назначении повторной судебной экспертизы.
Решением Кисловодского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ иск ФИО5 удовлетворён в части: завещание ФИО17, составленное 02.02.2021г. и удостоверенное врачом в пользу ФИО4 признано недействительным за несоблюдением положений ч.2 статьи 1127 ГК РФ о правилах удостоверения завещания, приравниваемого к нотариальным, его форме и процедуре удостоверения; в остальной части суд ФИО5 отказал.
При этом в заключении судебно-психиатрической комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ. указано, что ФИО17 обнаруживала некоторые признаки психического расстройства в форме расстройства личности, однако имеющихся в материалах дела сведений было недостаточно, чтобы определить степень выраженности изменений психики ФИО17 на период подписания завещаний ДД.ММ.ГГГГ. и ответить на вопрос о её возможности в это время понимать значение своих действий и руководить ими, свободно и осознанно принимать решения. Психологический анализ материалов гражданского дела и медицинской документации также выявил недостаточность информации для решения экспертных вопросов о присущих ФИО17 индивидуально-психологических особенностях и их влиянии на ее способность отдавать отчет своим действиям и руководить ими в интересующий суд период времени.
Таким образом, экспертами в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ. у ФИО17 за недостаточностью представленного экспертам материала не представилось возможным определить степень выраженности изменений психики ФИО17 и ответить на основной вопрос о её возможности или невозможности понимать значение своих действий и руководить ими в указанный судом период.
Заключение экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ., проведённой в настоящем деле, выводам заключения № от ДД.ММ.ГГГГ. не противоречит, одно не опровергает другого. Последнее выводов по существу поставленных вопросов не содержит. Заключением № от ДД.ММ.ГГГГ. исследовался другой временной период, оно является полным и содержащим ответы на все поставленные экспертам вопросы и составлено на основании большего объёма информации, в т.ч. меддокументации и свидетельских показаний лиц, лично знавших умершую ФИО17, которую эксперты признали достаточной для разрешения по существу всех поставленных вопросов.
Потому в рассматриваемом деле нет противоречия экспертных заключений, как основания для назначения повторной экспертизы, указанного в ч.2 ст. 87 ГПК РФ.
Указание ответчиками на участие экспертов ФИО37 и ФИО38 в обоих экспертизах, экспертных заключений не порочит. Основания для отвода экспертов от участия в производстве экспертизы указаны в ст.ст. 18, 16 ГПК РФ, но ответчики ни на одно из них не ссылаются. Отводов кому-либо из экспертов, в том числе названным, у участвующих в деле лиц в порядке ст. 19 ГПК РФ не последовало исуд признаёт, что законных оснований к отводу и самоотводу названных экспертов не имеется (ч.1 ст. 16 ГПК РФ). Зависимость экспертов от кого-либо из лиц, участвующих в деле (их представителей) не установлена; данное дело в других судебных инстанциях не находилось и экспертиза по нему назначалась и проведена только одна, что свидетельствует об отсутствии оснований к отводу экспертов указанных и в ч.ч. 1,2 ст. 18 ГПК РФ и об отсутствии обстоятельств, влекущих назначение повторной экспертизы (ч.ч.2,3 ст. 87 ГПК РФ). Ходатайства ответчиков ФИО8, ФИО5, ФИО39 и представителей заявлены после их ознакомления с экспертным заключением № от ДД.ММ.ГГГГ. и несогласии с его выводами.
Как указал Конституционный Суд РФ в Определении от 19 июля 2016г. N1714-О, предусмотренное частью 2 статьи 87 ГПК РФ правомочие суда назначить повторную экспертизу в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения либо наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и на основании этих доказательств принимает решение. Из содержания названных законоположений подача лицом, участвующим в деле, ходатайства о назначении экспертизы разрешается судом в каждом конкретном случае индивидуально исходя из конкретных обстоятельств данного дела, что соответствует закрепленным статьями 118 (часть 1) и 120 (часть 1) Конституции Российской Федерации принципам независимости и самостоятельности судебной власти.
Само по себе несогласие стороны с выводами судебной экспертизы не может быть отнесено к таким недостаткам данного вида доказательства, которые влекут его недостоверность и могут быть устранены только путем назначения повторной экспертизы. Рассмотренные доводы ответчиков о назначении по делу повторной экспертизы не основаны на законе и обстоятельствах данного дела и суд оставил их без удовлетворения не находя в том процессуальной и объективной необходимости, поскольку одного несогласия некоторых ответчиков с экспертным заключением для этого недостаточно.
Также неоснователен довод ответчиков о несостоятельности заключения № от ДД.ММ.ГГГГ. ввиду не исследования экспертами всех доказательств, в частности, свидетельских показаний о самостоятельности, мудрости и адекватности ФИО17, а также того факта, что нотариусами при удостоверении завещаний проверялась и не вызывала сомнений её дееспособность.
В экспертном заключении дан анализ и оценка всем представленным в деле и приложениях к нему обстоятельствам и доказательствам. Что касается свидетелей, то все они, описывая поведение ФИО17 в тех или иных ситуациях, показали суду о своём отнюдь не негативном её восприятии как человека с определённым складом характера, поведением, привычками и взаимоотношениями с окружавшими её людьми. Во многом их показания об особенностях поведения ФИО17 совпадают, все они зафиксированы в протоколах судебных заседаний по делу и необходимости давать самостоятельную экспертную оценку каждому их показанию нет.Свидетельскими показаниями можно установить только факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, о совершённых ею поступках, действиях и о её отношении к ним, но их недостаточно для вывода о наличии/отсутствии у умершей психических расстройств. Эксперты работали со свидетельскими показаниями (доказательствами) воспринимая и оценивая их как специалисты в области психологии и психиатрии, а не по критерию положительности их оценок личности умершей, результатом их исследования является экспертное заключение.
Довод представителя ФИО10 об игнорировании экспертами показаний свидетеля ФИО31 действительности не соответствует. В заключении на эти показания эксперты ссылаются неоднократно, как и на показания свидетелей ФИО29 - участкового врача ФИО17 и ФИО30 - участковой медицинской сестры. Все сведения, сообщённые свидетелями, эксперты учли; учитываются они и судом. Вместе с тем психическое состояние ФИО17 суд определяет не исключительно на свидетельских показаниях, но в совокупности с учитывающими их выводами экспертов, владеющих необходимыми познаниями в области судебной психиатрии и психологии, и другими доказательствами.
По тем же основаниям суд отклоняет и довод ответчиков о том, что ФИО17 несколько раз составляла новые завещания и при этом её правоспособность проверялась нотариусами и сомнений у них не вызвала.
Нотариус при удостоверении завещания, не обладая профессиональными познаниями в сфере установления вменяемости гражданина и не имея законодательно закрепленной процедуры, исключительно субъективно оценивает осознанность и осмысленность действий гражданина по личному опыту и внутреннему убеждению.
Ввиду субъективности такого критерия, которым руководствуются нотариусы, они достоверно установить полноту дееспособности гражданина при удостоверении завещания не могут. Даже в суде, где в состязательном процессе исследуются все указанные сторонами обстоятельства, обязательным является медицинский критерий наличия/отсутствия психического расстройства наследодателя и его степень, определяемые посредством экспертизы. Нотариальная процедура таких исследований не предусматривает и ссылка стороны на удостоверение нотариусами завещаний ФИО17 в рассмотренном аспекте несостоятельна.
На данный момент с истечением времени после совершения нотариальных действий по удостоверению завещаний в период ДД.ММ.ГГГГ ретроспективное установление психического и психологического состояния завещателя затруднено и невозможно без применения специальных познаний. Потому суд наряду с показаниями свидетелей и др. материалами дела принимает в качестве законного, допустимого и относимого доказательства заключение амбулаторной посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ.
Третье лицо нотариус Кисловодского горНО ФИО11, поддерживая доводы ответчиков о необходимости назначения по делу повторной экспертизы, указал на ненаучность экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ., однако такое заявление сделано без учёта того факта, что экспертами психиатрами и психологом использованы научные труды и научно-практические пособия по вопросам судебной психологии и психиатрии в экспертной деятельности, указанные в самом заключении на стр. 3, 35-36. Кроме того, утверждение третьего лица не мотивировано и не основано на иных научных позициях, чем те на основании которых дано названное заключение; будучи голословным, оно не свидетельствует о ненаучности примененных экспертами методик либо о внутренней противоречивости самого экспертного заключения, а равно о наличии иных научно обоснованных обстоятельств, могущих свидетельствовать о его ненаучности, необъективности и, следовательно, не свидетельствуют и о недостоверностиего выводов.
Эти доводы суд отклоняет за отсутствием в них правовых и научно обоснованных оснований для иной оценки экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ., как доказательства, полученного квалифицированными экспертамив результате непосредственного экспертного исследования представленных судом материалов с использованием указанных ими научных трудов и научно-практической литературы.
Суд также отклоняет довод ответчика ФИО5 о том, что в завещании на ФИО1 наследодатель указала московскую квартиру, которую продала при своей жизни, но должным образом завещания не изменила. Это обстоятельство значения в данном споре не имеет.
В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (ч.1 ст. 1112 ГК РФ).
ДД.ММ.ГГГГ. в гор. Кисловодске ФИО17 составила генеральное завещание в пользу истца ФИО1 на все имущественные права и всё имущество, какое ко дню её смерти окажется ей принадлежащим, в чём бы оно ни заключалось и где бы оно не находилось, в том числе на принадлежавшую ей квартиру <адрес>.Завещание удостоверено ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО19 по реестру №.
Со дня составления этого завещания до открытия наследства прошло более десяти лет, произошли неизбежные измененияматериального положения наследодателя и, в конечном счёте, состава её наследственного имущества, но содержание и объём её генерального завещания от 08.09.2010г. касательно всего принадлежащего ФИО17 надень её смерти имущества и указанный в нём наследник не изменились.
Конкретный состав наследственного имущества ФИО17 определит нотариус; в данном деле спора о составе наследства нет.
В силу положений ст. 1130 ГК РФ, завещатель вправе посредством нового завещания отменить прежнее (ч.1).
Вместе с тем только законное новое завещание отменяет предыдущее. Если последующее завещание признано судом незаконным, в т.ч. по основанию ч.1 ст. 177 ГК РФ, что имеет место в данном случае в отношении всех оспоренных ФИО1 последующих завещаний, то они такой юридической силы не имеют, т.к. недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ч.1 ст. 167 ГК РФ).
Сама наследодатель ФИО17 при жизни свои завещания и конкретно завещание от ДД.ММ.ГГГГ. в пользу ФИО1 посредством распоряжений или указаний о том в последующих завещаниях (абз.1 ч.2 и ч.4 ст. 1130 ГК РФ) не отменяла и не изменяла. Потому наследование имущества умершей ФИО17 должно осуществляться истцом ФИО1 в соответствии с завещанием, которое наследодатель составила в её пользу ДД.ММ.ГГГГ., обладая добрым здравием и твёрдой волей, в силу прямого указания закона - ч.3 ст. 1130 ГК РФ.
В силу названных норм течение установленного законом срока для принятия наследства по завещанию от 08.09.2010 г. у истца возникнет в силу ч.3 ст. 1130 ГК РФ и начнётся с момента признания последующих завещаний недействительными, т.е. со дня вступления в законную силу настоящего решения.
Таким образом, суд находит доказанными исковые требования ФИО1 о незаконности завещаний, составленных ФИО17 ДД.ММ.ГГГГ. в пользу Петросян МарииСуреновны; ДД.ММ.ГГГГ. в пользу Буковшиной ИриныНиколаевны; ДД.ММ.ГГГГ.впользуФИО14;ДД.ММ.ГГГГ. в пользу Янюк НиныГригорьевны; ДД.ММ.ГГГГ. в пользу ФИО24; ДД.ММ.ГГГГ. пользу Аваковой КаринэЭдуардовны; ДД.ММ.ГГГГ.впользуДенисовойЛарисыНиколаевныи Лобановой ВерыМихайловны, поскольку при составлении этих завещаний наследодатель страдала органическим расстройством личности в связи со смешанными заболеваниями (<данные изъяты> и находилась в состоянии в котором она не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
Поэтому все оспоренные ФИО1 в настоящем деле односторонние сделки (завещания) нарушающие её наследственные права и охраняемые законом интересы, суд признаёт совершёнными ФИО17 с пороком воли, а потому незаконными по основанию ч.1 ст. 177 ГК РФ, как сделки, совершённые гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент их совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.
Ответчики не представили на суд доказательств обратного изложенному выше, доводы и доказательства истца о недействительности завещаний не опровергли в соответствии с требованиями части 1 статьи 56 ГПК РФ.
Вместе с тем кроме выше рассмотренных ФИО1 заявлено требование о признании её наследником, фактически принявшим наследство, открывшееся после смерти наследодателя ФИО17, умершей ДД.ММ.ГГГГ. в гор. Кисловодске.
Согласно положениям ст.ст. 1113, 1153, 1154 ГК РФ, наследство открывается со смертью гражданина и может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства определёнными законом способами.
Фактическое принятие наследства свидетельствуется такими действияминаследника, из которых усматривается, что наследник не отказывается отнаследства, а выражает волю приобрести его.Действия по фактическому принятию наследства, указанные в ч.2 ст. 1153 ГК РФ, могут быть совершеныкак самим наследником, так и иными лицами по его поручению, при этом изхарактера таких действий должно вытекать, что наследник намеренпринять наследство.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в пункте36 постановления N9 "О судебной практике по делам о наследовании", подсовершением наследником действий, свидетельствующих о фактическомпринятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом2 статьи 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению,распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию егов надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника кнаследству как к собственному имуществу, иные действия повладению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятиянаследства, установленного статьей 1154 ГК РФ.
Поскольку принятие Садыковой наследства по завещанию ФИО17 от ДД.ММ.ГГГГ. возможно только при условии признания недействительными последующих завещаний наследодателя в пользу иных лиц (ответчиков) т.е. по правилу ч.3 ст. 1130 ГК РФ, то следует признать, что срок и возможность принятия истцом наследства после смерти ФИО17 до сего дня для неё ещё не наступили.
Поскольку незаконность последующих завещаний, составленных ФИО17 в пользу ответчиков, установлена по указанному истцом основанию только настоящим решением, постольку возможность принятия ФИО1 наследства (право наследования) возникнет в будущем после вступления решения в законную силу. Лицо, не обладающее правами наследника, принять наследство никаким законным способом не может.
При указанных обстоятельствах, совершение ФИО1 действий, свидетельствующих, согласно ч.2 ст. 1152 ГК РФ, о фактическом принятии ею наследства после смерти ФИО17 является преждевременным, юридического значения не имеющим, что не позволяет суду признать факт принятия ею наследства состоявшимся.
Поэтому по обстоятельствам данного дела, суд в установлении факта принятия ФИО1 наследства, открывшегося со смертью ФИО17, отказывает.
Рассмотрев дело в соответствии со ст.ст. 12,56,195,196 ГПК РФ в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, на тех доказательствах, которые исследованы в судебном заседании в условиях состязательного процесса, где каждая сторона доказывала те обстоятельства, на которые она ссылалась в обоснование своих требований и возражений, суд исходя из установленного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,
решил:
исковые требования ФИО1, предъявленные к ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО4, ФИО15, ФИО16, ФИО5, ФИО7, ФИО8 о признании завещаний недействительными и о признании её наследником, фактически принявшим наследство,- у д о в л е т в о р и т ь в части.
П р и з н а т ь недействительным завещание, составленное ФИО17 в пользу ФИО12 и удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО20 по реестру №.
П р и з н а т ь недействительным завещание, составленное ФИО17 в пользу ФИО13 и удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО20 по реестру №
П р и з н а т ь недействительным завещание, составленное ФИО17 в пользу ФИО14 и удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО21 по реестру №.
П р и з н а т ь недействительным завещание, составленное ФИО17 в пользу ФИО4 и удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО20 по реестру №
П р и з н а т ь недействительным завещание, составленное ФИО17 в пользу ФИО24 и удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО20 по реестру №.
П р и з н а т ь недействительным завещание, составленное ФИО17 в пользу ФИО5 и удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО26 по реестру №
П р и з н а т ь недействительным завещание, составленное ФИО17 в пользу ФИО7 и ФИО8 в равных долях (по <данные изъяты> удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ. нотариусом Кисловодского городского нотариального округа Ставропольского края ФИО11 по реестру №.
Исковое требование ФИО1 о признании её наследником, фактически принявшим наследство после смерти ФИО17, умершей ДД.ММ.ГГГГ., - оставить без удовлетворения.
Решение можно обжаловать в Ставропольский краевой суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.
П р е д с е д а т е л ь с т в у ю щ и й,
судья Кисловодского городского суда Супрунов В.М.