УИД 61RS0013-01-2022-000348-41
Дело № 2-1273/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
10 октября 2022 года г. Новошахтинск
Новошахтинский районный суд Ростовской области
в составе:
председательствующего судьи Меликяна С.В.,
при секретаре Платоновой Т.Ю.,
с участием:
истца ФИО1,
представителя истца по доверенности и ордеру адвоката Ковалевой М.Г.,
представителя ответчиков по ордеру адвоката Переходькиной Ю.Н.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам ФИО2 и ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения и судебных расходов по уплате государственной пошлины.
В обоснование иска ссылается на то, что с октября 2016 года начал проживать с Г. (Л.) Ю.И. в фактических брачных отношениях, вел с ней общее хозяйство, а 16.09.2017 между ними зарегистрирован брак, 17.01.2018 родился совместный сын Г.В.В.. Г.Ю.И. предложила истцу вселиться в квартиру, принадлежащую её отчиму ФИО2, расположенную по адресу: <адрес>, на следующих условиях: истец оплачивает платежи по кредитному договору, перечисляя ежемесячный платеж на карту ФИО2, делает в квартире ремонт, приобретает предметы быта: мебель, бытовую технику, а когда обязательства по кредитному договору будут исполнены и с квартиры снимется обременение, ФИО2 переоформит квартиру в совместную собственность истца и Г.Ю.И. Данное условие о переоформлении квартиры в совместную собственность подтвердил ФИО2 Проживать в данной квартире было невозможно, поскольку она находилась на стадии черновой отделки, требовался ремонт. Истец согласился на условия Г.Ю.И. и ФИО2, оформил кредит для ремонта квартиры, приобретения бытовой техники, мебели, на кредитные средства произвел ремонт в квартире, купил необходимую мебель, бытовую технику. Кредит был оформлен 13.06.2017 в АО «Альфа Банк» на сумму 692000 руб. В августе 2017 года ремонт в квартире был окончен, после чего истец и Г.Ю.И. переехали проживать в квартиру. 09.10.2019 по заявлению ответчика ФИО2 истец был зарегистрирован в указанной квартире. С октября 2016 г. по 25.09.2021 г. истец содержал семью, супруга не работала, все заработанные денежные средства, а также полученные кредитные средства истец вкладывал в ремонт квартиры, приобретение мебели, бытовой техники, оплату коммунальных платежей, а также кредитных платежей ответчика ФИО2. В 2021 году Г.Ю.И. заявила истцу, что он не является собственником квартиры, и она в любой момент может его выселить. По требованию Г.Ю.И. истец был вынужден выселиться из квартиры, в настоящее время у него в собственности жилого помещения нет, он арендует квартиру, несет дополнительные расходы.
С 25.09.2021 между истцом и Г.Ю.И. прекращено брачные отношения, они проживают раздельно.
С марта 2017 года истец перечислял денежные средства со своего счета в ПАО «Сбербанк России» на счет ответчика ФИО2 для погашения ежемесячных платежей по договору ипотеки за квартиру по адресу: <адрес>, в размере 8000 руб. в месяц, а также оплачивал кредит ФИО2 в размере 6000 руб. в месяц путем перевода ему денежных средств на карту ПАО Сбербанк.
Переводы денежных средств истец осуществлял с расчетного счета карты ПАО Сбербанк №....., оформленной на ФИО1, на карту ПАО Сбербанк №..... ответчика ФИО2 Всего за период с 06.03.2017 по 16.11.2020 истец произвел перечисления ответчику ФИО2 в размере 435400 руб.
С 05.03.2019 по 06.06.2019 истец по просьбе ответчика ФИО2 перевел денежные средства с карты ПАО Сбербанк №....., оформленной на ФИО1, на карту ответчика ФИО3 ПАО Сбербанк №..... в размере 66000 руб.
В добровольном порядке ответчики ФИО2 и ФИО4 отказываются возвратить истцу денежные средства, потраченные им на ремонт квартиры, а также денежные средства, перечисленные истцом на их банковские карты.
13.10.2021 по заказу истца ООО «ТЕЗАУРУС» произведено строительно-техническое исследование перечня, объема и стоимости выполненных ремонтных и отделочных работ в квартире №....., расположенной по адресу: <адрес>. Согласно выводам специалиста были выполнены следующие ремонтные и отделочные работы: выравнивание полов цементной стяжкой, монтаж ламп пата, монтаж керамической плитки, монтаж напольных плинтусов, монтаж гипсокартонного потолка, грунтование поверхности потолка, окраска поверхности потолка водоэмульсионными составами, демонтаж кирпичной перегородки, оштукатуривание поверхности стен и оконных откосов, шпатлевание поверхности стен и оконных откосов, шпатлевание поверхности стен и оконных откосов, грунтование поверхности стен и оконных откосов, оклейка стен обоями, монтаж керамической плитки, декоративного камня, кирпича, устройство розеток, выключателей, монтаж дверного блока, монтаж входной двери, монтаж оконного блока, вывоз строительного мусора. Итоговая стоимость ремонтных и отделочных работ составляет 531762 руб.
Поскольку данные улучшения произведены за счет истца и являются неотделимой частью в квартире ответчика ФИО2, данная сумма также является неосновательным обогащением ответчика ФИО2
Истец полагает, что ответчики ФИО2 и ФИО3 обогатились за его счет путем сбережения имущества - денежных средств, получая от него указанные переводы денежных средств. Ответчик ФИО2 обогатился за его счет также путем сбережения имушества в виде улучшения принадлежащей ему квартиры, так как на денежные средства истца выполнен качественный ремонт. Ответчик ФИО2, получил от застройщика по договору участия в долевом строительстве от 17.04.2015 квартиру с «черновой» отделкой, а после произведенного за счет истца ремонта стоимость объекта недвижимости увеличилась.
В обоснование требований ссылается на положения ст.ст. 128, 1102 ГК РФ.
В судебном заседании истец уточненные исковые требования поддержал в полном объеме и просил их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске, письменных объяснениях в порядке ч. 1 ст. 35 ГПК РФ (т. 1, л.д. 204-206), и позиции на возражения ответчика (т. 1, л.д. 189-203). Дополнительно пояснил, что, производя перечисление денежных средств ответчикам на погашение ипотечного кредита, а также производя в квартире ремонтные и отделочные работы, он рассчитывал, что после погашения кредита и снятия обременения в виде залога ответчики по договоренности с ним переоформят квартиру в совместную собственность его и его жены Г.Ю.И., в противном случае он не стал бы вкладывать в это свои денежные средства. Однако впоследствии ответчики нарушили договоренность и он был выселен из квартиры, которую считал совместной с Г.Ю.И. У ответчиков не имелось достаточных денежных средств для оплаты ипотечного кредита и проведения ремонтно-отделочных работ, при этом ответчик ФИО2 обещал истцу, что после погашения кредита и снятия обременения квартира будет переоформлена в их с женой совместную собственность. Дарить денежные ответчику истец намерения не имел, равно как и осуществлять в его пользу благотворительность. Однако впоследствии после выселения истца из квартиры ответчик отказался вернуть истцу уплаченную им денежную сумму на погашение кредита и ремонт квартиры. Полагает, что оснований для применения пп. 4 ст. 1109 ГК РФ не имеется, поскольку он не имел намерения передать ответчикам денежные средства в дар.
В судебном заседании представитель истца по доверенности и ордеру адвокат Ковалева М.Г. уточненные исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.
Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о его времени и месте извещен надлежащим образом, представил письменные возражения на иск (т. 1, л.д. 168-170), согласно которым в 2015 году его падчерица Ю.Г. решила приобрести жилье и обратилась к нему с просьбой оформить на его имя ипотечный кредит и приобрести квартиру за ее средства, которые она скопила для первоначального взноса, так как нужную сумму ей банки не одобрили. При этом они договорились, что оплачивать ежемесячные кредитные платежи он будет за счет ее средств, а после полного погашения суммы задолженности и снятия банком обременения он переоформит квартиру на ее имя. На этих условиях он оформил ипотечный кредит, и купил квартиру по адресу: <адрес>. Все договоренности были соблюдены, ему перечисляли денежные средства, а он погашал кредит за квартиру. В 2017 году Ю. вступила в брак с ФИО1, забеременела, встал вопрос о переезде в собственную квартиру, так как жить с маленьким ребенком на съемном жилье было неудобно. ФИО1 предложил переезжать в квартиру, приобретенную Ю. на его имя и делать в ней ремонт, и они в 2017 году стали обустраивать квартиру, и также продолжали перечислять ему денежные средства для оплаты кредита. Ремонт в квартире супруги ФИО1 делали по своему усмотрению, не спрашивая на то у него никакого согласия и разрешения, не согласовывая с ним никаких вопросов по обустройству жилья, выбору материалов, так как считали данную квартиру своей. Денежные средства по кредитным платежам ими перечислялись ему на его расчетный банковский счет, иногда они перечисляли суммы, превышающие ежемесячный платеж, для того, чтобы снизить сумму ежемесячного платежа и быстрее погасить задолженность по кредиту. Он перечислял данные деньги в банк, так как они фактически были «целевыми». За данную услугу ФИО2 никакой платы с них не брал, так как считал их членами своей семьи. ФИО1 обратился к нему с просьбой зарегистрировать его по месту жительства в данной квартире, что он и сделал. ФИО1 жил и пользовался данной квартирой как член семьи. Поскольку ремонтные работы были произведены истцом в 2017 году, ответчик ФИО2 полагает, что срок давности по требованиям о взыскании стоимости ремонта уже истек, как и срок давности по требованиям о взыскании перечисленных сумм кредитных платежей. Указывает, что денежные средства не подлежат возврату, если установлено, что они передавались лицом в отсутствие какого-либо обязательства - то есть безвозмездно и без встречного предоставления, ссылаясь на п. 4 ст. 1109 ГК РФ. Обращает внимание суда, что между ним и ФИО1 не существовало никаких обязательств, он никаким образом за счет истца не обогатился, свои средства не сберег, так как он свои средства в данную квартиру никогда не вкладывал. Полагает, что ФИО1 перечислял спорные денежные средства добровольно на нужды семьи по устной договоренности. Учитывая, что ФИО1 нес расходы по ремонту и содержанию квартиры, а также помогал Г.Ю.И. с выплатой ипотечного кредита, оформленного на имя ФИО2, в отсутствие каких-либо обязательств перед ним, добровольно и безвозмездно производя платежи и ремонтные работы, так как сам в данной квартире жил и пользовался ею, ответчик считает, что потраченные ФИО1 средства не могут быть взысканы в качестве неосновательного обогащения.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о его времени и месте извещена надлежащим образом, представила письменные возражения на иск (т. 2, л.д. 5), согласно которым ее дочь, Г. (Л.) Ю.И. ранее состояла в браке и совместно проживала с истцом ФИО1, который изначально, как глава их семьи, самостоятельно изъявил желание и взял на себя обязанность по обеспечению быта. Он предложил дочери оплачивать ее кредитные обязательства. Затем они переехали в квартиру, приобретенную за счет средств дочери и делали в ней ремонт, так как ждали появления ребенка. О том, что дочь в последующем должна будет ему что-то вернуть, разговора не было. Через какое-то время от дочери ей стало известно, что отношения между ней и супругом испортились, дальнейшее совместное проживание стало невозможным и они будут расторгать брак. После этого ФИО1 стал требовать денежные средства, которые он потратил, проживая совестно с дочерью. Также стал требовать переоформить квартиру в их совместную собственность. Но таких договоренностей никогда не было. Так как первоначальный взнос был внесен дочерью еще до брака и значительную часть кредита она погасила самостоятельно, более того, в настоящее время ипотечный кредит не погашен в полном объеме и квартира находится в залоге. При оформлении ипотеки и покупки квартиры между дочерью и ФИО2 была договоренность о том, что он после погашения кредита обязуется переоформить право собственности на квартиру на дочь исключительно в ее личную собственность и ФИО1 об этом знал. Ремонт в квартире ФИО1 делал совместно с дочерью за счет их совместных средств как супругов для того, чтобы жить и пользоваться данной квартирой. Считает, что денежные средства в данном случае не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, так как они передавались ФИО1 безвозмездно и без встречного представления, исходя из интересов своей семьи. Ни она, ни ответчик ФИО2 никаким образом за счет истца не обогатились, свои средства не сберегли, т.к. все полученные денежные средства направлялись на погашение кредитов, взятых по просьбе Г.Ю.И. Также указывает на пропуск истцом срока исковой давности по требованиям к ней о взыскании сумм, перечисленных на ее расчетный счет.
Представитель ответчиков ФИО2, ФИО3 по ордерам адвокат Переходькина Ю.Н. в судебном заседании полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению по основаниям, изложенным в указанных письменных отзывах ответчиков на иск. Указывает, что в силу положений п. 4 ст. 1109 ГК РФ исковые требования удовлетворению не подлежат, поскольку истец перечислил спорные денежные средства безвозмездно, без встречного предоставления, при отсутствии каких-либо обязательств между сторонами. Кроме того, полагает, что истцом пропущен срок исковой давности, установленный законом.
Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля Г.Ю.И., исследовав письменные доказательства, суд приходи к следующему.
В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса (пункт 1).
Правила, предусмотренные главой 60 данного кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).
Из приведенных правовых норм следует, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком за его счет, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества.
Поскольку иное не установлено данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 названного кодекса, подлежат применению также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке, об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения, одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством и о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица (статья 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно подпункту 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
В силу указанной правовой нормы денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что они передавались лицом, требующим их возврата, заведомо для него в отсутствие какого-либо обязательства, то есть безвозмездно и без встречного предоставления.
В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Из материалов дела следует, что с 16.09.2017 до 23.12.2021 ФИО1 (истец по делу) состоял в зарегистрированном браке с Г.Ю.И., который расторгнут решением Аксайского районного суда Ростовской области от 23.12.2021 (т. 1, л.д. 102-103). В период брака у сторон родился сын Г.В.В., .... г.р. (т. 1, л.д. 102).
Г.Ю.И. является дочерью ответчика ФИО3 и падчерицей ответчика ФИО2 (т. 1, л.д. 171-172).
17.04.2015 между ООО «Радуга» и ответчиком ФИО2 заключен договор №..... участия в долевом строительстве многоквартирного дома, предметом которого является объект долевого строительства - <адрес>, общей площадью 33,81 кв.м., находящейся по адресу: Россия, <адрес> (т. 1, л.д. 90-99).
17.04.2015 между ОАО «Сбербанк России» и ответчиками ФИО2, ФИО3 (созаемщики) заключен кредитный договор №..... на приобретение строящегося жилья на сумму 1186416 руб. под 11,90% годовых сроком на 138 месяцев для инвестирования строительства объекта недвижимости – <адрес>, общей площадью 33,81 кв.м., находящейся по адресу: <адрес>. В качестве обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств по указанному кредитному договору созаемщики предоставили кредитору в залог указанную квартиру (т. 1, л.д. 176-185).
Согласно выписке из ЕГРН от 21.01.2022 собственником указанной квартиры является ответчик ФИО2, право собственности зарегистрировано 14.06.2016 за №..... (т. 1, л.д. 81-84). Данное обстоятельство подтверждается и свидетельством о государственной регистрации права собственности на указанную квартиру за ответчиком ФИО2 от 14.06.2016 (т. 1, л.д. 85).
Согласно представленным истцом индивидуальным выпискам ПАО Сбербанк с карты на имя истца Visa Classic №..... за период с 06.03.2017 по 16.11.2020 были перечислены денежные средства на карту ответчика ФИО2 №..... в общем размере 443400 руб. (л.д. 45-47), что не оспаривается ответчиком ФИО2
Согласно индивидуальной выписке ПАО Сбербанк с карты на имя истца Visa Classic №..... за период с 30.01.2019 по 24.08.2019 были перечислены денежные средства на карту ответчика ФИО3 №..... в общем размере 66000 руб. (л.д. 48), что не оспаривается ответчиком ФИО3
Ответчиками не оспариваются факты перечисления денежных средств в указанном размере истцом на их счета, равно как и не оспаривается то обстоятельство, что перечисленные истцом на их счета денежные средства были использованы для погашения кредитного договора №..... от 17.04.2015 на приобретение <адрес>, находящейся по адресу: <адрес>.
Кроме того, в обоснование своих доводов об источнике денежных средств на производство ремонта в спорной квартире, истцом предоставлен договор потребительского кредита № №..... от 13.06.2017, заключенный между истцом и АО «Альфа-Банк» на сумму 692000 руб. сроком на 48 месяцев под 13,99% годовых (т. 1, л.д. 248-250).
Согласно заключению специалиста ООО «Тезаурус» №..... от 13.10.2021 строительно-технического исследования перечня, объема и стоимости выполненных ремонтных и отделочных работ в <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, итоговая величина стоимости ремонтных и отделочных работ в указанной квартире составляет 531762 руб. (т. 1, л.д. 49-80).
Ответчиками выводы указанного заключения не оспорены, ходатайство о назначении судебной экспертизы для установления стоимости ремонтных и отделочных работ в спорной квартире не заявлено, факт производства указанных работ за счет истца также не оспаривается.
У суда отсутствуют основания сомневаться в выводам указанного заключения, поскольку оно соответствует требованиям об относимости и допустимости доказательств, установленным ст.ст. 59-60 ГПК РФ, научно обоснованно, выполнено специалистом в области судебной строительно-технической экспертизы, содержит все необходимые для данного вида доказательств реквизиты – дату, номер, сведения о квалификации специалиста, печать, подпись выполнившего заключение специалиста, сопровождается фототаблицей объекта недвижимости.
Допрошенная в судебном заседании свидетель Г.Ю.И. показала, что истец является ее бывшим мужем, ответчик ФИО2 приходится ей отчимом, ФИО3 – ее мать. Спорная квартира является её квартирой, но на праве собственности ей не принадлежит, потому что ипотека не оплачена, и пока невозможно переоформить квартиру на ее имя. Квартира приобреталась ею до знакомства с истцом в 2014 или 2015 году. В связи с тем, что она не могла оформить на себя ипотеку, она попросила отчима оформить ипотеку на его имя и, соответственно, квартиру. Она полностью несла финансовую ответственность за эту квартиру, каждый месяц вносила платежи, а отчим переводил деньги на лицевой счет. Денежные средства она отдавала ФИО2 различными способами, иногда наличными, иногда клала деньги на карту. Предполагалось, что квартира принадлежит ей. Отчим никакого отношения к квартире не имеет, он даже туда не приезжает, живет в <адрес>. В 2016 или 2017 году они с истцом познакомились на работе. В 2016 году стали совместно с истцом проживать в съемной квартире, потому что спорная квартира была на стадии черновой отделки. После того, как она рассказала истцу, что у нее имеются кредитные платежи по ипотеке, он сам добровольно стал ее оплачивать. В основном истец переводил деньги по кредитным платежам. Она забеременела до заключения брака, когда проживали на съемной квартире. Поскольку она не хотела жить в съемной квартире с ребенком, начали делать ремонт в ее квартире. Договоренности о переоформлении квартиры на имя истца не было. Ответчик ФИО2 даже не знал, что в данной квартире производился ремонт, ему это абсолютно безразлично, он не имеет никакого отношения к квартире, несмотря на то, что является ее собственником. Истец самостоятельно изъявил желание оплачивать ее кредиты, он захотел взять на себя финансовую ответственность. Истец начал оплачивать кредиты, еще, когда они только начали встречаться. Она рассказывала истцу, что после того, как ипотека погасится, квартиру отчим переоформит на нее. Они с истцом обсуждали, что через время смогут продать данную квартиру и купить что-то больше. Но когда в семье стали происходить конфликты, она сказала истцу, что продавать указанную квартиру не будет. После этого истец стал на нее давить, предлагал ей продать квартиру и поделить деньги. При этом истец стал требовать с нее деньги за квартиру, потому что думал, что они вместе будут проживать в данной квартире, он не планировал разводиться. Когда истец вкладывал деньги в данную квартиру, он рассчитывал каким-то образом на нее. Ремонт в квартире был сделан за счет истца, она этого не оспаривает. Истец за ипотеку перечислял деньги на карточку отчима, реквизиты карты дала истцу она, узнала реквизиты карты от ответчика. По договору ипотеки квартиры созаемщиком ФИО2 являлась ее мать ФИО3, с которой на тот период состоял ответчик ФИО2 в браке. В процессах ссор между ней и истцом, истец говорил, чтобы она и ФИО2 отдали ему его деньги. Сначала он говорил это только ей, потом начал говорить это родителям по телефону, он хотел получить деньги перед разводом. Инициатором развода была она. Она выписала истца из квартиры, потому что ей нужно было оформить субсидию и детские на ребенка. Не оспаривает, что в период брака совместно с истцом они планировали продать квартиру и купить большую квартиру в ипотеку в совместную собственность. Для производства ремонта в квартире истец взял кредит в Альфа-Банке в размере 300000 руб., это было после знакомства истца с отчимом. Истец перестал оплачивать ипотеку два года назад, когда она ему сказала, что не будет переоформлять квартиру.
Таким образом, судом установлено и не оспаривается сторонами, что истец как до вступления в брак с Г.Ю.И., так и после заключения брака перечислял денежные средства ответчикам, которые их использовали для погашения ипотечного кредита, а также за свой счет произвел ремонт в <адрес>, которая принадлежит на праве собственности ответчику ФИО2 При этом из установленных судом обстоятельств следует, что, производя указанные расходы, истец действовал в интересах семьи с Г.Ю.И., с которой не собирался расторгать брак и не был инициатором его расторжения. Сама Г.Ю.И. подтвердила в судебном заседании, что когда истец вкладывал деньги в данную квартиру и погашение кредита, он рассчитывал каким-то образом на нее, хотел, чтобы после погашения кредита квартира была переоформлена на супругов ФИО1, а когда она предложила ему выселиться из квартиры, стал давить на нее и требовать возврата вложенных денежных средств, как с нее, так и с ответчика ФИО2
При таком положении суд не может согласиться с доводами ответчиков о том, что истец нес расходы по ремонту и содержанию квартиры, а также помогал Г.Ю.И. с выплатой ипотечного кредита, оформленного на имя ФИО2, в отсутствие каких-либо обязательств перед ним, добровольно и безвозмездно производя платежи и ремонтные работы.
Возражая против иска, ответчики и их представитель указывают на то, что истец, производя указанные перечисления денежных средств на их счета и неся расходы по ремонту и содержанию квартиры, в любом случае не мог не знать, что делает это в отсутствие каких-либо обязательств со стороны ответчиков, без какого-либо встречного предоставления.
Однако такое утверждение противоречит установленным судом обстоятельствам, в том числе показаниям свидетеля Г.Ю.И. и письменным пояснениям ответчиков.
Исходя из установленных судом обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что со стороны ответчика ФИО2 имело место неосновательное обогащение на сумму 967162 руб. (435400 + 531762). При этом суд исходит из того, что ФИО2, получив от истца денежные средства на погашение ипотечного кредита на приобретение квартиры, а также путем улучшения за счет истца принадлежащей ему на праве собственности квартиры в общем размере 967162 руб., не представил доказательств, подтверждающих наличие законных оснований для их получения, либо намерения истца передать ему указанные денежные средства безвозмездно, как и не представил доказательств их возврата истцу или встречного предоставления за эти денежные средства.
Равным образом, ответчик ФИО3, получив от истца денежные средства на погашение ипотечного кредита в общем размере 66000 руб., не представила доказательств, подтверждающих наличие законных оснований для их получения, либо намерения истца передать ей указанные денежные средства безвозмездно, как и не представила доказательств их возврата истцу или встречного предоставления за эти денежные средства.
Довод ответчиков и их представителя о том, что по делу подлежит применению подпункт 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку истцом спорная денежная сумма перечислялась по несуществующему обязательству, о чем истцу было известно, подлежит отклонению.
В силу подпункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
Исходя из буквального толкования данной нормы материального права, именно на приобретателя возлагается бремя доказывания обстоятельства того, что истец знал об отсутствии обязательства. Разрешая вопрос о ее применении по делу, суд исходит из недоказанности ответчиками такого обстоятельства.
Из установленных судом обстоятельств следует, что спорные денежные средства были предоставлены истцом ФИО1. с условием совместного с Г.Ю.И. использования приобретенной квартиры, то есть с условием взаимного предоставления, что уже само по себе исключает дарение.
В то же время следует отметить, что утверждения ответчиков о том, что испрашиваемые истцом денежные средства перечислялись им на нужды семьи, для погашения ипотечного кредита и ремонту квартиры, в которой он проживал со своей семьей, уже сами по себе исключают их позицию о перечислении истцом денежных средств по несуществующему обязательству. Ответчики указывают, что они не имеют отношения к указанной квартире, считают ее собственностью их дочери и падчерицы Г.Ю.И., которая состояла в зарегистрированном браке с истцом.
Поскольку судом установлено, что истец не имел намерения передать имущество в дар или в порядке благотворительности, оснований для применения пп. 4 ст. 1109 ГК РФ не имеется.
Напротив, суд обращает внимание, что истец на протяжении длительного времени с 06.03.2017 по 16.11.2020 перечислял на счета ответчиков денежные средства для погашения ипотечного кредита на приобретение квартиры, в которой он проживал с Г.Ю.И. и их совместным ребенком, произвел за свой счет ремонт в квартире, при его выселении из квартиры стал требовать вложенные в ремонт и погашение кредита денежные средства, что прямо указывает на отсутствие у него намерения передать имущество в дар или в порядке благотворительности.
Исходя из этого, суд соглашается с доводами истца о том, что он не имел намерения передать ответчикам в дар или в порядке благотворительности вышеуказанные денежные суммы, как и безвозмездно произвести ремонт в квартире, принадлежащей на праве собственности ФИО2
Суд приходит к убеждению, что, производя указанные расходы, истец рассчитывал на создание объекта совместной с супругой Г.Ю.И. собственности, не предполагая расторжения брака, и считал, что будет проживать в брачных отношениях с Г.Ю.И. и пользоваться спорной квартирой совместно с ней, что исключает доводы ответчиков и их представителя относительно перечисления истцом денежных средств по несуществующему обязательству.
Доводы ответчиков и их представителя о пропуске исковой давности также не могут быть судом во внимание ввиду следующего.
В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Из решения Аксайского районного суда Ростовской области от 23.12.2021 следует, что брачные отношения между ФИО1 и Г.Ю.И. прекращены с сентября 2021 года, с этого же времени не ведется общее хозяйство (л.д. 102).
По утверждению истца, именно в этот период времени Г.Ю.И. предложила ему выселиться из спорной квартиры и объявила, что не намерена ее продавать. Таким образом, истцу стало известно о нарушении его права с сентября 2021 года.
Из материалов дела следует, что с исковым заявлением к ответчикам ФИО2, ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения истец обратился в Гуковский районный суд РО 27.12.2021 (т. 1, л.д. 32).
При таком положении срок исковой давности истцом не пропущен, поскольку до сентября 2021 года истцу не было известно о нарушении его права.
Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
Материалами дела подтверждается несение истцом расходов по оплате госпошлины в размере 12872 руб. по требованиям к ответчику ФИО2 (т. 1, л.д. 104),, и в размере 2180 руб. по требованиям к ответчику ФИО3 (т. 1, л.д. 251).
Указанные судебные расходы в соответствии со ст. 98 ГПК РФ подлежат взысканию с ответчиков в пользу истца.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить полностью.
Взыскать с ФИО2 (паспорт серии .... №....., выдан Межрайонным Отделом УФМС России по Ростовской области в городе Гуково 13.11.2011, код подразделения №.....) в пользу ФИО1 (паспорт серии .... №....., выдан Отделом УФМС России по Ростовской области в городе .... ...., код подразделения №.....) сумму неосновательного обогащения в размере 967162 руб.; судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 12872 руб., а всего 980034 руб.
Взыскать с ФИО3 (паспорт серии .... №....., выдан Отделом УФМС России по .... области в городе .... ...., код подразделения ....) в пользу ФИО1 (паспорт серии .... №....., выдан Отделом УФМС России по .... области в городе .... ...., код подразделения ....) сумму неосновательного обогащения в размере 66000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 2180 руб., а всего 68180 руб.
Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Новошахтинский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья: С.В. Меликян
Мотивированное решение составлено 13.10.2022