Решение по делу № 2-198/2023 от 19.09.2023

Дело №2-198/2023

УИД 23RS0021-01-2020-002470-86 РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Станица Полтавская 19 сентября 2023 года

Красноармейский районный суд Краснодарского края в составе:

Председательствующего судьи Фойгель И.М.,

при секретаре Георгиевой Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения, признании недействительным (ничтожным)договора купли-продажи недвижимости и договоров дарения, применении последствий недействительности сделки,

Установил:

ФИО1 обратились в Красноармейский районный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения в размере 1350000 (Один миллион триста пятьдесят тысяч) рублей.

Также ФИО1 обратилась с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3, ФИО5 о признании недействительным (ничтожными) договора купли-продажи объектов недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ФИО1 и ФИО3, ФИО2:

- <данные изъяты>

- <данные изъяты>.

Представитель истицы по доверенности Картель Р.В., в судебном заседании исковые требования поддержала, суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и Ответчиками ФИО3 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, согласно которому ФИО1 передала в общую долевую собственность ответчикам, в равных долях по <данные изъяты> доле каждому нежилые строения кирпичного завода, в <адрес>, и необходимый для их эксплуатации земельный участок.

Заключая оспариваемую сделку, истица исходила из того, что ответчики ФИО3 и ФИО2 являются ее близкими родственниками (сыном и невесткой), которые вместе осуществляли производственную деятельность по изготовлению кирпича на принадлежащем ей имущественном комплексе.

О переоформлении кирпичного завода они просили в целях сокращения налогообложения и оперативного решения возникающих производственных вопросов.

Цена договора, прописанная в его условиях в размере 200000 (Двести тысяч) рублей выплачена не была, так как переоформление права носило номинальный характер, и при заключении договора утрата владения спорным имуществом со стороны ФИО1 не предполагалась. Так, она продолжила оплачивать коммунальные услуги, в том числе, за потребленные газ, электричество и воду. Лицевые счета в сетевых компаниях ответчиками не переоформлялись, и остались зарегистрированными на имя ФИО1

Также в собственность ответчиков были оформлены не все находящиеся на земельном участке строения. Так, решением Красноармейского районного суда Краснодарского края от ДД.ММ.ГГГГ за ФИО1 было признано право собственности на расположенные на земельном участке с кадастровым номером № нежилые строения, которые предметом оспариваемого договора купли-продажи не являются.

Исходя из буквального толкования оспариваемого договора, в собственность ответчиков не было передано и оборудование для производства кирпича и хранящееся на территории сырье глины.

Впоследствии ФИО3, уклонилась от возврата спорного имущества и ДД.ММ.ГГГГ оформила дарение принадлежащей ей доли в праве общей собственности на свою дочь - ФИО5

При этом ДД.ММ.ГГГГ, а ее сын ФИО2 по ее требованию возвратил истице <данные изъяты> долю в праве общей собственности договором дарения.

В период нахождения имущества кирпичного завода в собственности ответчиков, последние осуществили раздел земельного участка с кадастровым номером № на два самостоятельных участка с кадастровыми номерами № и №.

Полагая, что оспариваемая сделка купли-продажи земельного участка и нежилых строений является мнимой, и соответственно ничтожной, ФИО1 обратилась в суд с соответствующим требованием.

Также ФИО1 предъявлено требование о взыскании неосновательного обогащения к ФИО3 в размере 1350000 рублей.

Данная задолженность, как полагает истица, в виде неосновательного обогащения, возникла у ФИО3 в результате использования последней запасов сырья глины хранящейся на территории кирпичного завода в период осуществления ее самостоятельной предпринимательской деятельности с 2019 по 2020 годы.

Так, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, ООО «Алькема» продало ФИО1 32000,00 куб.м. сырья глины. Объем проданного товара подтверждается актами №, № и № инструментального маркшейдерского замера объемов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ

Факт самостоятельной деятельности ответчицы ФИО3 по производству кирпича в период с ДД.ММ.ГГГГ подтверждается сведениями единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, и не оспаривается последней.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования признал, суду пояснил, что действительно ДД.ММ.ГГГГ его мать - ФИО1 заключила договор купли-продажи земельного участка и строений кирпичного завода с ним и ФИО3, так как он и ФИО3 вместе проживали, и совместно вели коммерческую деятельность по изготовлению кирпича на кирпичном заводе принадлежащем ФИО1

Переоформить завод на них они просили ФИО1 в целях получения возмещения по налогам и оперативного решения возникающих вопросов. Цену договора они не платили, так как понимали, что переоформление носит формальный характер.

ФИО1 управление над заводом не теряла, так как продолжала оплачивать коммунальные услуги, в том числе и когда ФИО3 отказалась его отдавать назад, а переоформила по договору дарения на ФИО5

В ДД.ММ.ГГГГ он и ФИО5 произвели раздел земельного участка с кадастровым номером №, на два самостоятельных участка с кадастровыми номерами № и №

В вновь образованных участках они также остались долевыми собственниками. Раздел участка был вызван производственными вопросами.

В ДД.ММ.ГГГГ, он возвратил ФИО1 свою долю кирпичного завода, так как понимал, что это справедливо.

Ответчик ФИО3 исковые требования не признала, просила суд отказать в их удовлетворении.

Представитель ответчиков ФИО3 и ФИО5 по доверенности ФИО6, в судебном заседании исковые требования не признал, просил суд отказать в их удовлетворении.

Полагает, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты нарушенного права, так как в действиях его доверительницы ФИО3 отсутствует неосновательное обогащение.

Представленные документы, в подтверждение владения ФИО1 32000,00 куб.метров сырья – глины, имеют пороки составления и не доказывают наличие указанного имущества у истицы.

Так, представленный договор купли-продажи содержит математические ошибки в определении стоимости за единицу товара, также он содержит оттиск печати ликвидированного в ДД.ММ.ГГГГ обособленного подразделения ООО «Алькема», в то время как договор купли-продажи совершен сторонами в ДД.ММ.ГГГГ

Оригинал оспариваемого договора не соответствует представленной копии, так как в оригинале дополнительно присутствует расшифровка фамилии директора ООО «Алькема».

В материалы дела не представлены оригинал товарной накладной и доказательств произведенной оплаты за товар.

Отсутствуют доказательства использования именно этого сырья его доверительницей в период осуществления ею деятельности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. А также его фактическое наличие в ДД.ММ.ГГГГ на территории кирпичного завода.

В части требований о признании ничтожным договора купли продажи земельного участка и строений кирпичного завода от ДД.ММ.ГГГГ и последующих договоров дарения указанного имущества от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, также просит отказать, так как считает, что истцом избран ненадлежащий способ защиты нарушенного права, так как истцом не заявлены виндикационные требования.

Доводы истца о безденежности договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ несостоятельны, так как опровергаются условиями заключенного договора, в п.2.2 которого стороны указали на отсутствие финансовых претензий и подтвердили полную оплату по договору.

Стороны фактически осуществили последующее распоряжение спорным имуществом, так ФИО3 подарила свою долю ФИО5, а ФИО2 подарил свою долю ФИО1, чем фактически подтвердили действительность оспариваемого договора, следовательно, не вправе ссылаться на его недействительность.

Реституция требований не возможна, так как земельный участок с кадастровым номером № исключен из единого государственного реестра, вследствие его раздела на два самостоятельных земельных участка с кадастровыми номерами № и №.

Довод истца о наличии на спорном земельном участке иных объектов недвижимого имущества опровергается данными единого государственного реестра, согласно которым отсутствуют данные о кадастром учете иных объектов, кроме оспариваемых.

Полагает, что ФИО1 совершая сделку, злоупотребила правом, скрыв от покупателей наличие иного имущества расположенного на отчуждаемом земельном участке.

Выслушав стороны и их представителей, исследовав письменные доказательства по делу, суд считает заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ, между Истцом ФИО1 и Ответчиками ФИО3 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, согласно которому ФИО1 передала в общую долевую собственность ФИО2 и ФИО3 в равных долях по <данные изъяты> доле каждому следующее имущество:

- <данные изъяты>

- <данные изъяты>,;

- <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО3 подарила свою долю в праве общей собственности на вышеуказанные объекты своей несовершеннолетней дочери - ФИО5.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 подарила свою долю в праве общей собственности на вышеуказанные объекты своей матери - ФИО1.

В ДД.ММ.ГГГГ ответчики ФИО2 и ФИО5 осуществили раздел принадлежащего им на праве долевой собственности земельного участка с кадастровым номером №, сформировав из него два участка с кадастровыми номерами № общей площадью <данные изъяты> и № общей площадью <данные изъяты> кв.м., при этом также оставшись равными долевыми собственниками имущества.

Полагая, что сделка по купле продаже объектов недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ заключенная между ФИО1 и ФИО3, ФИО2, а также последующие сделки по дарению этого же имущества в соответствии с договором дарения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 и договором дарения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО5 являются мнимыми и соответственно ничтожными, ФИО1 обратилась в суд с соответствующим иском.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление от 23.06.2015 N25), положения Гражданского кодекса, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 Гражданского кодекса), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения указанных требований суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункты 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса).

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему (подпункт 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса).

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункты 1, 3 статьи 166 Гражданского кодекса).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса).

Стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

В пункте 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, разъяснено следующее: «При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п. Суд отказывает в удовлетворении требований, основанных на мнимой (притворной) сделке, совершенной в целях придания правомерного вида передаче денежных средств или иного имущества».

Разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам, связанным с оценкой мнимости (притворности) сделок, содержатся в пунктах 86-88 постановления от 23 июня 2015г. N25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в которых внимание судов обращено на то, что мнимой (притворной) может быть признана в том числе сделка, исполнение которой стороны осуществили формально лишь для вида.

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

Такие обстоятельства были установлены судом в ходе судебного разбирательства. По мнению суда о мнимом характере совершенной сделки купли-продажи и дарений, и ничтожности указанных договоров свидетельствуют следующие действия и поведение сторон.

Заключая оспариваемый договор стороны не приняли решение о судьбе иных объектов недвижимого имущества, также входящих в состав имущественного комплекса - кирпичного завода и расположенных на земельном участке с кадастровым номером № что является безусловным доказательством ничтожности такой сделки.

Так, согласно имеющегося в материалах дела технического паспорта, помимо объектов, поименованных в оспариваемом договоре, истица ФИО1 является также собственником следующих объектов недвижимого имущества:

- <данные изъяты>

- <данные изъяты>.;

- <данные изъяты>

Данные объекты расположены на спорном земельном участке с кадастровым № (после произведенного раздела на земельных участках с кадастровыми номерами № и № и поставлены на инвентарный учет в ГБУ «БТИ Краснодарского края».

Данные объекты возведены в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, входят в состав имущественного комплекса - кирпичного завода и предназначены для его полноценной и нормальной эксплуатации как единого имущественного комплекса.

Распоряжение указанными объектами в отрыве от иного имущества кирпичного завода экономически нецелесообразно и не представляется возможным. Указанные объекты не поставлены на государственный кадастровый учет и сведения о правах на них отсутствуют в едином государственном реестре недвижимости. Вместе с тем, право собственности истицы ФИО1, как и статус указанных объектов как недвижимых вещей, установлен на основании решения Красноармейского районного суда Краснодарского края от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается соответствующим решением по делу 2-1670/2013.

Пунктом 1 ст.8.1 и ст.131 ГК РФ предусмотрено, что права на недвижимое имущество подлежат государственной регистрации.

В соответствии с ч.5 ст.1 Федерального закона от 13 июля 2015г. N218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" (далее - Закон N 218), действующий с 1 января 2017 г., государственная регистрация права на недвижимое имущество в ЕГРН является единственным доказательством существования зарегистрированного права, которое может быть оспорено только в судебном порядке.

Аналогичная норма содержалась в ч.1 ст.2 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (здесь и далее - в редакции до 1 января 2017 г., далее - Закон N122).

В силу п.2 ст.8.1 ГК РФ, права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Частью 2 ст.69 Закона N218, а также ч.2 ст.6 Закона N122 права на объекты недвижимости, возникшие до дня вступления в силу Закона N122, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации в ЕГРН. Государственная регистрация таких прав в ЕГРН проводится по желанию их обладателей.

Согласно закрепленному в пдп.5 п.1 ст.1 ЗК РФ принципу единства судьбы земельного участка и прочно связанных с ним объектов недвижимости все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

В соответствии со ст. 273 ГК РФ при переходе права собственности на здание строение или сооружение, принадлежащее собственнику земельного участка, на котором оно находится, к приобретателю здания или сооружения переходит право собственности на земельный участок, занятый зданием или сооружением и необходимый для его использования.

В силу п. 4 ст. 35 ЗК РФ отчуждение здания, сооружения, находящихся на земельном участке и принадлежащих одному лицу, проводится вместе с земельным участком, за исключением случаев, прямо указанных в данной норме.

В п.11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005г. N11 "О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства" разъяснено, что сделка, воля сторон по которой направлена на отчуждение здания или сооружения без соответствующего земельного участка, или отчуждение земельного участка без находящихся на нем объектов недвижимости, если земельный участок и расположенные на нем объекты недвижимости принадлежат одному лицу, является ничтожной.

По смыслу приведенных норм и разъяснений, в случае принадлежности объектов недвижимости и земельного участка, на котором они расположены, одному лицу, в обороте объекты недвижимости и участок выступают совместно.

В рассматриваемом гражданском деле, вопреки установленным требованиям произошло частичное распоряжение объектами, предназначенными для эксплуатации в качестве единого имущественного комплекса кирпичного завода. Ответчики в судебном заседании не опровергали использование строений не как самостоятельных единиц, а именно в качестве единого имущественного комплекса.

При таких обстоятельствах, формальное оформление перехода права собственности на объекты находящиеся на государственном кадастровом учете, в отсутствие решений о распоряжении иными находящимися на земельном участке строениями, предназначенными для обеспечения работы кирпичного завода, свидетельствуют о создании видимости совершения сделки, отсутствии реального владения и мнимости договоренностей.

Также судом установлено, что заключив оспариваемый договор купли-продажи, ФИО1, не утратила владение и контроль над спорным имуществом.

В материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие об оплате стоимости коммунальных услуг. Как установлено судом после регистрации перехода права собственности ответчики лицевые счета в сетевых компаниях не переоформляли.

Привлеченный в качестве третьего лица ФИО7, с своих возражениях пояснил, что являясь текущим арендатором спорного имущества, все условия сделки согласовывал с истицей ФИО1, которая по настоящее время производит и оплату коммунальных платежей за потребленный газ, электроэнергию и воду.

Спустя непродолжительное время после регистрации перехода права собственности по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ответчики ФИО3 и ФИО2 совершили последующие сделки, направленные на отчуждение имущества.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 подарила свою долю в праве общей собственности на вышеуказанные объекты своей матери - ФИО1

Исходя из пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" совершение цепочки последующих мнимых сделок по отчуждению прав на имущество спустя несколько месяцев после приобретения, свидетельствует об отсутствии намерений владеть имуществом и с учетом всех обстоятельств указанного дела свидетельствует о недобросовестном и неразумном поведении, злоупотреблении своими гражданскими правами.

Также стоимость недвижимого имущества, указанного в оспариваемом договоре купли-продажи от 22.02.2019 года, составила 200000 (Двести тысяч) рублей, что явно значительно ниже фактической стоимости недвижимого имущества на дату продажи.

Так, согласно представленным в материалы дела сведений об основных характеристиках объектов недвижимости, на дату совершения сделки по отчуждению имущества, только кадастровая стоимость составляла 6468248 (Шесть миллионов четыреста шестьдесят восемь тысяч двести сорок восемь) рублей.

Довод ответчика об утрате истицей ФИО1 права на оспаривание сделки заключением договора дарения ДД.ММ.ГГГГ с ответчиком ФИО2 а также договора аренды с ФИО7 не свидетельствует о действительности договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, так как истицей оспаривается вся цепочка связанных с утратой права собственности сделок, кроме того владельцы обязаны принимать меры к сохранности имущества в силу ст.210 ГК РФ.

При указанных обстоятельствах, суд считает обоснованными, правомерными и подлежащими удовлетворению требования ФИО1 о признании ничтожным договора купли-продажи в долевую собственность объектов недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ФИО1 и ФИО3, ФИО2, а также последующих сделок, а именно:

- договора дарения 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на нежилые здания, удостоверенного нотариусом Красноармейского нотариального округа Краснодарского края ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ, номер в реестре нотариуса № заключенного между ФИО3 и ФИО5

- договора дарения ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и <данные изъяты> в праве общей долевой собственности на нежилые здания удостоверенного нотариусом Красноармейского нотариального округа Краснодарского края ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ, номер в реестре нотариуса № заключенный между ФИО2 и ФИО1, и применении последствий его недействительности ничтожной сделки, так как в результате оценки совокупности всех доказательств, доводы истицы ФИО1 о мнимом характере правоотношений, по мнению суда нашли свое подтверждение.

Вместе с тем, суд учитывает, что в результате раздела земельного участка с кадастровым номером №, в его границах образовано два самостоятельных участка с кадастровыми номерами № и №

В заявленных требованиях истица ФИО1 просит восстановить в едином государственном реестре недвижимости ее права на образованные в результате раздела первоначального участка с кадастровым номером № земельные участки с кадастровым номером № и №.

Удовлетворение требований истицы в данной части приведет к невозможности исполнения решения суда, так как право собственности истицы существовало в едином государственном реестре недвижимости только в отношении земельного участка с кадастровым номером №, таким образом, суд полагает, что в отношении вновь образованных земельных участков с кадастровыми номерами № и № возможно только признание права.

При заявлении неправильно сформулированного требования, в силу пункта 3 постановления <данные изъяты>, суд не вправе отказать в иске по мотиву неверного способа защиты, а должен по существу рассмотреть спор с учетом его правильной квалификации.

Некорректная формулировка просительной части искового заявления не изменила предмета и основания заявленного требования, не привела к избранию неверного способа защиты нарушенного права, в то время как признание права собственности на земельные участки, образованные из первичного, позволит восстановить нарушенное право истца, и будет соответствовать заявленным требованиям.

Рассматривая требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения в размере 1350000,00 рублей, суд считает их подлежащими отклонению исходя из следующего.

ФИО1 заявила требование к ФИО3 о взыскании стоимости истраченного при производстве кирпича сырья глины, хранящегося на территории кирпичного завода.

Согласно п.1 ст.1102 Гражданского кодекса РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

В соответствии с п.1 ст.1104 Гражданского кодекса РФ, имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре.

В соответствии с п.1 ст.1105 Гражданского кодекса РФ, в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Часть 1 статьи 56 ГПК РФ устанавливает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В материалы дела истцом не представлено достаточных и убедительных доказательств, свидетельствующих о возникновении неосновательного обогащения на стороне ФИО3 в пользу ФИО1

Так, представленный договор купли-продажи сырья от ДД.ММ.ГГГГ имеет пороки составления в виде арифметических ошибок и неверного оттиска печати ликвидированного обособленного подразделения. Истцом, в нарушения принципа о распределении бремени доказывания для представлено доказательств о наличии у ФИО1 сырья глины в ДД.ММ.ГГГГ, его хранении на территории кирпичного завода в период осуществления там деятельности ответчицей ФИО3, доказательств использования ответчицей ФИО3 сырья именно принадлежащего истице.

Указанные обстоятельства, по мнению суда, являются основанием к отказу в данной части заявленных требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, удовлетворить частично.

Признать недействительным (ничтожными) договор купли-продажи объектов недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ФИО1 и ФИО3, ФИО2 по продаже в общую долевую собственность по <данные изъяты> каждому следующего имущества,

- <данные изъяты>

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата сторон в положение существовавшее до нарушения права.

Признать недействительным (ничтожным) договор дарения 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на нежилые здания удостоверенного нотариусом Красноармейского нотариального округа Краснодарского края ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ номер в реестре нотариуса № заключенный между ФИО3 и ФИО5.

Признать недействительным (ничтожным) договор дарения <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на нежилые здания удостоверенного нотариусом Красноармейского нотариального округа Краснодарского края ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ номер в реестре нотариуса № заключенный между ФИО2 и ФИО1.

Сведения в едином государственном реестре недвижимости о праве общей долевой собственности, по <данные изъяты> доле у ФИО1 и ФИО5 в отношении указанного имущества прекратить.

Восстановить в едином государственном реестре недвижимости сведения о праве собственности ФИО1 в отношении следующего имущества:

- <данные изъяты>

Признать за ФИО1 право собственности на

- <данные изъяты>

В удовлетворении требования ФИО1 о взыскании с ФИО3 неосновательного обогащения, отказать.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы в Красноармейский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья

Красноармейского районного суда И.М. Фойгель