Дело № 2-1664/2023; УИД: 42RS0005-01-2023-001653-48

РЕШЕНИЕ

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

Заводский районный суд города Кемерово

в составе: председательствующего- судьи Бобрышевой Н.В.

при секретаре- Сидельникове М.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Кемерово

02 мая 2023 года

гражданское дело по иску ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед) к ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ :

Истец- ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед) обратился в суд с иском к ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, судебных расходов.

Свои требования обосновывает тем, что в ходе закупки, произведенной ДД.ММ.ГГГГ в торговой точке, расположенной вблизи адреса: адрес, установлен факт продажи контрафактного товара (мягкая игрушка). В подтверждение продажи был выдан чек, из которого следует, что продавцом являлась ФИО1, № дата продажи ДД.ММ.ГГГГ,.

Товар выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: 1121 714.

Исключительные права на данный товарный знак принадлежат компании ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед) и ответчику не передавались.

Компания является действующим юридическим лицом, которое было учреждено ДД.ММ.ГГГГ и зарегистрировано в Англии и Уэльсе за номером.

Компания является правообладателем товарного знака № (стилизованное изображение «Ам-Ням»). В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от ДД.ММ.ГГГГ и протоколом к нему, внесена запись от ДД.ММ.ГГГГ о регистрации за Правообладателем товарного знака №, что подтверждено сведениями с официального сайта Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС) (http://www.wipo.int/madrid/monitor/en/index.isp) с нотариально удостоверенным переводом на русский язык.

Товарный знак № имеет правовую охрану в отношении перечных товаров и услуг- 28 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего в том числе и игрушки.

Товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданским оборот истцом и (или) третьими лицами с его согласия. Таким образом, ответчик осуществил действия по распространению товара с нарушением следующих исключительных прав истца: исключительного права на товарный знак №.

Разрешение на такое использование объектов интеллектуальной собственности истца путем заключения соответствующего договора ответчик не получал, следовательно, такое использование осуществлено незаконно.

Указывает, что ответчик ранее привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав. Действия ответчика являются грубым нарушением прав, совершенных умышленно, так он неоднократно был предупрежден о незаконности торговли контрафактными товарами и был ознакомлен с требованиями уничтожить всю продукцию такого рода.

На основании изложенного истец просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак 1121 714 в размере 10000 рублей; судебные издержки в размере стоимости вещественного доказательства- товара, приобретенного у ответчика, в сумме 590 рублей; стоимость почтового отправления в виде искового заявления в размере 284,74 рублей; а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 400 рублей.

Представитель истца ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед) в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, представил ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Ответчик ФИО1 о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в суд не явился, возражения относительно заявленных исковых требований, а также заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие не представил.

Исходя из задач судопроизводства, принципа правовой определенности, общего правила, закрепленного в ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд расценивает неявку сторон как их волеизъявление, свидетельствующее об отказе от реализации своих прав на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и использования иных процессуальных прав, а потому, учитывая, что указанные лица извещались о времени и месте слушания дела, в том числе путем размещения информации на официальном интернет-сайте Заводского районного суда города Кемерово в соответствии со ст.ст. 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», суд считает, что их неявка не является препятствием для рассмотрения дела по существу, в связи с чем, руководствуясь положениями ч. 4 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации к объектам авторских прав относятся произведения изобразительного искусства и производные произведения, то есть произведения, представляющие собой переработку другого произведения.

Согласно п. 3 ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

В силу пп. 7 п. 3 ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации авторские права распространяются на часть произведения, на его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным в пункте 3 этой же статьи.

Согласно п. 82 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» под персонажем следует понимать совокупность описаний и (или) изображений того или иного действующего лица в произведении в форме (формах), присущей (присущих) произведению: в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме и др.

Охрана авторским правом персонажа произведения предполагает, в частности, что только автору или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать персонаж любым способом, в том числе путем переработки (пп. 9 п. 2 ст. 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Право на переработку произведения как один из способов использования результата интеллектуальной деятельности может быть передано, в числе иных правомочий в рамках передачи исключительного права, по договору об отчуждении исключительного права в полном объеме (ст. 1234 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо предоставлено по лицензионному договору (ст. 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед) является правообладателем исключительных прав на товарный знак 1121714 (стилизованное изображение «Ам-Ням»). Исключительное прав на указанный товарный знак принадлежит истцу, что усматривается из представленных в материалы дела копий свидетельств о регистрации творчества. Спорный объект интеллектуальной собственности также изображен на реализованном ответчиком товаре (л.д. 7).

Факт реализации ответчиком ФИО1 товара подтвержден чеком от ДД.ММ.ГГГГ, который содержит дату продажи товара и ИНН продавца- № (л.д. 70).

На выданном товарном чеке указана вся необходимая и достаточная информация, чтобы идентифицировать продавца, с которым был заключен договор розничной купли-продажи, а значит, и ответственность за нарушение исключительных прав истца должно нести лицо, выступающее продавцом в совершенной сделке купли-продажи.

Представленная истцом видеозапись приобретения товара как доказательство рассматривается судом в совокупности с иными доказательствами, которые подтверждают факт продажи ответчиком контрафактного товара.

Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения (статья 152.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является соразмерным и допустимым способом самозащиты гражданского права (статьи 12 и 14 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Содержащаяся на представленном истцом диске видеозапись является непрерывной, позволяет определить место, в котором было произведено распространение товара, и обстоятельства, при которых покупка была осуществлена (продавцом выдан товарный чек и товар, приобщенные к материалам дела). Таким образом, видеозапись отвечает признакам относимости и допустимости (ст.ст. 55, 67 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При визуальном сравнении мягкой игрушки, товарного знака, являющегося объектом интеллектуальной собственности, согласно свидетельствам о регистрации творчества, принадлежащим ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед), судом установлено сходство.

Доказательств заключения между сторонами договоров на передачу исключительного права на указанные товарные знаки и произведения искусств ответчиком не представлено, так же как ответчиком не представлено доказательств приобретения данного товара у лица, имеющего право на использование спорного произведения изобразительного искусства.

При таких обстоятельствах, следует вывод, что ответчиком одной сделкой купли-продажи допущен один факт нарушения исключительных прав, принадлежащих одному лицу- ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед).

Согласно п. 2 ст. 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 3 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальная собственность охраняется законом, и никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии с п. 4 ст. 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать от нарушителя своих прав вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей за каждый факт нарушения.

В соответствии со ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающее исключительным правом на средство индивидуализации, вправе использовать такой результат по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Решая вопрос о сумме компенсации за нарушение исключительных прав истца, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение, автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

В п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый ст. 132, п. 1 ч. 1 ст. 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 3 ч. 1 ст. 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (п. 2 и 3 ч. 2 ст. 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 3 ч. 5 ст. 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (ст. 493 Гражданского кодекса Российской Федерации), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

В силу положений п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13 декабря 2016 года № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика при нарушении одним действием исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер.

В соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика. Вместе с тем ответчику, заявляющему о необходимости снижения размера компенсации на основании критериев, указанных в постановлении от 13 декабря 2016 года № 28-П, надлежит доказать наличие не одного из этих критериев, а их совокупность, поскольку каждый из них не является самостоятельным основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, установленного действующим гражданским законодательством.

Как указывает истец в исковом заявлении, контрафактный товар предлагался к продаже не в единственном экземпляре, случайно попавшем на витрину, а в ассортименте.

Данный факт позволяют сделать вывод о том, что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, являлся существенной частью предпринимательской деятельности ответчика ФИО1

Таким образом, можно сделать вывод о том, что нарушение исключительных прав носило грубый характер, так как ответчик знал о контрафактности реализуемого им товара. Доказательств того, что ответчик ФИО1 приобрел у поставщиков лицензионную продукцию во исполнение закона, предусматривающего запрет на реализацию контрафактной продукции, ответчиком ФИО1 суду не представлено. Ответчик, приобретая товар, имел возможность выяснить обстоятельства правомерности использования объектов интеллектуальной собственности в приобретаемом им товаре, получить информацию о наличии разрешения на такое использование путем запроса у поставщика лицензионного договора.

Осуществляя предпринимательскую деятельность, ответчик ФИО1 нес риск наступления негативных последствий.

Кроме того, при решении вопроса о размере компенсации за нарушение исключительных прав истца, суд принимает во внимание отсутствие заявления ответчика ФИО1 о снижении размера компенсации.

Как усматривается из выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя (л.д. 8, 9).

На основании изложенного, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед) о взыскании компенсации за нарушение исключительных авторских прав товарного знака в сумме 10000 рублей.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Истцом заявлены требования о взыскании с ответчика судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства в сумме 590 рублей (л.д. 70), почтовых расходов в сумме 284,74 рубля (л.д. 72) и расходов по уплате государственной пошлины в сумме 400 рублей (л.д. 69).

По мнению суда, поскольку указанные расходы связаны с рассмотрением дела, документально подтверждены, вещественное доказательство приобщено к материалам дела, поэтому необходимо взыскать с ответчика в пользу истца указанные расходы в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед) к ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, судебных расходов удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу ZeptoLab UK Limited (ЗептоЛаб Юкей Лимитед) компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак (1121714) в размере 10000 рублей, судебные издержки в размере стоимости вещественного доказательства- товара в сумме 590 рублей, почтовые расходы в размере 284,74 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 400 рублей, а всего- 11274 (одиннадцать тысяч двести семьдесят четыре) рубля 74 копейки.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Заводский районный суд города Кемерово в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 10 мая 2023 года.

Председательствующий: Н.В. Бобрышева