Дело № 1-49/23
ПРИГОВОР
Именем Российской Федерации
г. Бузулук 28 июля 2023 г.
Бузулукский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Михеевой Л.П.,
при секретаре Сусловой Е.А.,
с участием государственных обвинителей – ст. помощника Бузулукского межрайонного прокурора Моисеевой Е.В., помощников Бузулукского межрайонного прокурора Горловой Е.С., ФИО1,
подсудимого ФИО2, защитника – адвоката Попова О.А.,
а также потерпевшей Щ..,
рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении
ФИО2, ** ** **** года рождения, уроженца п<данные изъяты>, гражданина Российской Федерации, с высшим образованием, работающего в ГАУЗ <данные изъяты> врачом анестезиологом-реаниматологом, состоящего в браке, имеющего 1 малолетнего ребенка, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>
обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 причинил по неосторожности смерть З.., вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, при следующих обстоятельствах:
ФИО2, работая в должности врача–анестезиолога-реаниматолога отделения анестезиологии-реанимации Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «<данные изъяты> комплекс №, в нарушение требований нормативных актов, ненадлежаще исполняя свои профессиональные обязанности, оказал ненадлежащую медицинскую помощь пациенту З. в результате чего наступила смерть последней, при следующих обстоятельствах.
ФИО2, согласно приказа главного врача ГБУЗ <данные изъяты>» №-п от ** ** ****, работая в должности врача анестезиолога-реаниматолога отделения анестезиологии-реанимации ГБУЗ <данные изъяты> комплекс № расположенного по адресу: <адрес> имея диплом №, выданный ** ** **** Федеральным государственным бюджетным образовательным учреждением высшего образования «Оренбургский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации (далее по тексту - ФГБОУ ВО «ОрГМУ» Министерства здравоохранения Российской Федерации) об освоении программы специалитета по специальности «Лечебное дело» с присвоением квалификации «врач-лечебник»; диплом о послевузовском профессиональном образовании (ординатура) №, выданный ** ** **** ФГБОУ ВО «ОрГМУ» Министерства здравоохранения Российской Федерации об освоении основной образовательной программы послевузовского профессионального образования (ординатура) с присвоением квалификации врача-анестезиолога-реаниматолога по направлению подготовки (специальности) «анестезиология-реаниматология»; сертификат специалиста №, выданный ФГБОУ ВО «ОрГМУ» Министерства здравоохранения Российской Федерации, свидетельствующий о допущении к осуществлению медицинской деятельности по специальности «анестезиология-реаниматология», то есть, являясь лицом, профессионально исполняющим обязанности врача, который с учетом высшего медицинского образования, профессионального стажа, практического опыта, а также в силу занимаемой должности, должен знать и исполнять: основы законодательства РФ о здравоохранении, в частности Федеральный закон от ** ** **** № №-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», в соответствии с гл. № которого «Лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультации врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей», «ответственность за правильность диагностики и объем оказания медицинской помощи несет лечащий врач»; приказ Министерства здравоохранения России от ** ** **** N № "Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» (Зарегистрирован в Минюсте России ** ** **** N №); приказ Министерства труда и социальной защиты РФ от ** ** **** № «Об утверждении профессионального стандарта «Врач-анестезиолог-реаниматолог» (Зарегистрирован в Минюсте России ** ** **** №), в соответствии с которым к необходимым знаниям врача анестезиолога-реаниматолога в условиях стационара отнесены порядки оказания медицинской помощи, клинические рекомендации, (протоколы лечения) по вопросам оказания медицинской помощи пациентам по профилю "анестезиология-реаниматология"; стандарты медицинской помощи пациентам по профилю "анестезиология-реаниматология"; функциональные и лабораторные методы исследования и мониторирования течения анестезиологического пособия, искусственного замещения, поддержания и восстановления временно и обратимо нарушенных функций организма при состояниях, угрожающих жизни пациента; топографическая анатомия нервной, дыхательной, сердечно-сосудистой, мочевыделительной систем, желудочно-кишечного тракта, необходимая для выполнения медицинских вмешательств, применяемых в анестезиологии-реаниматологии; клиническая картина, функциональная и лабораторная диагностика острых нарушений функций организма при состояниях, угрожающих жизни пациента; патологическая физиология острой травмы, в том числе химической, термической, кровопотери, шока, коагулопатий, гипотермии, гипертермии, болевых синдромов, острой дыхательной, сердечно-сосудистой, почечной, печеночной и полиорганной недостаточности; фармакокинетика и фармакодинамика лекарственных препаратов; механизм действия лекарственных препаратов, медицинских изделий и лечебного питания, применяемых в анестезиологии-реаниматологии: медицинские показания и медицинские противопоказания к назначению; возможные осложнения, побочные действия, нежелательные реакции, в том числе серьезные и непредвиденные; медицинские показания и медицинские противопоказания к анестезиологическому пособию; медицинские показания и медицинские противопоказания к проведению гипербарической оксигенации; особенности возникновения и развития осложнений анестезиологического пособия, реанимации и интенсивной терапии, их диагностики и лечения; методы анестезиологического пособия в различных областях хирургии, особенности анестезиологического пособия у пациентов разных возрастных групп, в том числе с сопутствующими заболеваниями и патологическими состояниями; методы искусственного замещения, поддержания и восстановления временно и обратимо нарушенных функций систем организма человека при состояниях, угрожающих жизни пациента; патофизиология различных видов полиорганной недостаточности, стадии умирания и клинической смерти, восстановительного периода после оживления (постреанимационной болезни); к необходимым умениям врача-анестезиолога-реаниматолога в условиях стационара отнесены: оценивать тяжесть состояния пациента; оценивать операционно-анестезиологический риск в соответствии с соматическим статусом, характером и объемом медицинского вмешательства и его неотложностью; интерпретировать результаты лабораторных, инструментальных и функциональных методов исследований; оценивать состояние пациента на основании клинических, лабораторных и функциональных методов исследования; оценивать состояние и выделять ведущие синдромы у пациентов, находящихся в критическом состоянии; осуществлять непрерывный контроль состояния пациента, распознавать осложнения анестезиологического пособия, реанимации и интенсивной терапии, применять обоснованную корригирующую терапию; выбирать и проводить наиболее безопасное для пациента анестезиологическое пособие с использованием наркозно-дыхательных аппаратов и диагностических приборов во время медицинского вмешательства, в том числе при болезненных манипуляциях и исследованиях, в соответствии с действующими порядками оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, с учетом стандартов медицинской помощи; осуществлять функциональный и лабораторный мониторинг адекватности проводимого анестезиологического пособия и искусственного замещения, поддержания и восстановления временно и обратимо нарушенных функций организма при состояниях, угрожающих жизни пациента; определять медицинские показания для оказания медицинской помощи в стационарных условиях по профилю "анестезиология-реаниматология"; проводить предоперационную подготовку с включением инфузионной терапии, парентерального и энтерального питания в соответствии с действующими порядками оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, с учетом стандартов медицинской помощи; проводить анестезиологическое пособие (включая раннее послеоперационное ведение): аппликационную анестезию; ирригационную анестезию; инфильтрационную анестезию; проводниковую анестезию; эпидуральную анестезию; спинальную анестезию; спинально-эпидуральную анестезию; тотальную внутривенную анестезию; комбинированный эндотрахеальный наркоз, в том числе ксеноном; сочетанную анестезию; аналгоседацию; проводить подготовку медицинского оборудования, наркозно-дыхательной аппаратуры и их проверку, проверять наличие необходимых средств для анестезиологического пособия; выбирать оптимальный вариант премедикации и проводить индукцию в наркоз с применением внутривенных или ингаляционных анестетиков с проведением ИВЛ или с сохранением спонтанного дыхания пациента; оценивать восстановительный период после анестезиологического пособия и операции, готовность пациента к проведению экстубации и переводу его на самостоятельное дыхание; организовать интраоперационный аппаратный мониторинг и вести динамическое наблюдение за пациентом во время и после анестезиологического пособия до полного восстановления всех жизненных функций; выявлять возможные осложнения анестезиологического пособия и принимать меры по их устранению; определять медицинские показания для проведения продленной ИВЛ в стационарных условиях по профилю "анестезиология-реаниматология" в соответствии с действующими порядками оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, с учетом стандартов медицинской помощи; обеспечивать проходимость дыхательных путей на этапах анестезиологического пособия или ведения послеоперационного периода; организовывать мониторинг временно и обратимо нарушенных функций организма при состояниях, угрожающих жизни пациента, после проведения медицинского вмешательства; применять различные шкалы для оценки тяжести состояния пациентов и прогнозирования исхода в анестезиологии-реаниматологии; приказ Министерства здравоохранения России от ** ** **** № «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология» (Зарегистрирован в Минюсте России ** ** **** №); Методические рекомендации «Анестезиологическое обеспечение оперативных вмешательств, перевязок и сложных диагностических и лечебных манипуляций», утверждены ** ** **** Координационным советом Российской некоммерческой организации «Ассоциация анестезиологов-реаниматологов»; нормативно-правовые документы, регламентирующие деятельность учреждений здравоохранения; основы организации лечебно-профилактической помощи в больницах и амбулаторно-поликлинических учреждениях, скорой и неотложной медицинской помощи, службы медицины катастроф, санитарно-эпидемиологической службы, лекарственного обеспечения населения и ЛПУ; теоретические основы, принципы и методы диспансеризации; общие принципы и основные методы клинической, инструментальной и лабораторной диагностики функционального состояния органов и систем человеческого организма; этиологию, патогенез, клиническую симптоматику, особенности течения, принципы комплексного лечения основных заболеваний; правила оказания неотложной медицинской помощи; современные методы профилактики, диагностики, лечения и реабилитации; правила оформления медицинской документации; свою должностную инструкцию врача-анестезиолога-реаниматолога, утвержденную Главным врачом ГБУЗ «<данные изъяты> К. ** ** ****, согласно которой врач обязан: знать современные методы профилактики, диагностики, лечения и реабилитации; содержание и разделы анестезиологии и реаниматологии как самостоятельной клинической дисциплины; задачи, организацию, структуру, штаты и оснащение службы анестезиологии и реаниматологии; действующие нормативно-правовые и инструктивно-методические документы по специальности; правила оформления медицинской документации; порядок проведения экспертизы временной нетрудоспособности и медико-социальной экспертизы; принципы планирования деятельности и отчётности службы анестезиологии и реаниматологии; методы и порядок контроля ее деятельности; обеспечивать надлежащий уровень специального обследования больных, проведение обезболивания и оказание анестезиологической и реанимационной помощи больным, нуждающимся в этих мероприятиях; применять современные апробированные методы и средства диагностики и лечения нарушений функции жизненно важных центров, методы обезболивания; назначать вид обезболивания с учетом состояния больного, особенностей оперативного вмешательства или специального метода исследования, при затруднениях выбора метода обезболивания согласовывает вопрос с заведующим анестезиолого-реанимационного отделения, а при его отсутствии – заведующим соответствующего отделения; нести дежурства в качестве врача-анестезиолога-реаниматолога по утвержденному графику; определять тактику ведения больного в соответствии с установленными правилами и стандартами; квалифицированно и своевременно исполнять приказы, распоряжения руководства учреждения, а также нормативно-правовые акты по своей профессиональной деятельности, грубо нарушил требования указанных норм и правил, проявил преступную неосторожность в виде небрежности, и не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий (бездействий) в виде смерти человека, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, в силу своей квалификации и опыта работы, должен был и мог предвидеть, не имея при этом умысла на умышленное причинение смерти и тяжкого вреда здоровью человека, причинил по неосторожности смерть своему пациенту – потерпевшей З.., ** ** **** года рождения, при следующих обстоятельствах.
Так, ФИО2, находясь на своем рабочем месте в операционной ГБУЗ «<данные изъяты>», комплекс № расположенном по адресу: <адрес> ** ** **** в период времени с 10 часов 40 минут до 11 часов 35 минут, являясь врачом-анестезиологом-реаниматологом, оказывавшем анестезиологическое пособие в ходе планового оперативного лечения пациентки З.., проявил преступную неосторожность в форме небрежности и принял необоснованное решение о раннем переводе после операции пациентки З.. (через 20 минут после окончания операции), в профильное гинекологическое отделение при отсутствии наблюдения врача-анестезиолога-реаниматолога первые два часа после декураризации (искусственное прекращение действия недеполяризующих миорелаксантов).
Ранний перевод в палату профильного (гинекологического) отделения и отсутствие должного постоянного наблюдения врачом анестезиологом-реаниматологом в первые два часа после проведения декураризации атропином и прозерином привели к ухудшению состояния З.., поскольку именно первые два часа возможен риск рекураризации, в результате которой происходит остановка дыхания и, как следствие, остановка сердечной деятельности.
Из-за отсутствия должного постоянного наблюдения врачом-анестезиологом-реаниматологом витальных функций (частота сердечных сокращений, артериальное давление, частота дыхательных движений, сатурация, диурез) как минимум в течение двух часов, а также ранний перевод З. в гинекологическое отделение, а не в палату пробуждения или в реанимационное отделение сразу после оперативного вмешательства не диагностировано вовремя ухудшение состояния, а также не предотвращена клиническая смерть.
Согласно заключения комиссии экспертов № от ** ** **** и заключения комиссии экспертов № от ** ** ****, и представленным медицинским документам, основным заболеванием у З.. была постреанимационная болезнь, <данные изъяты>
К наступлению неблагоприятного исхода – смерти З. привел ранний перевод в палату гинекологического отделения и отсутствие наблюдения реаниматолога в первые два часа после декураризации: именно в первые 2 часа после декураризации высок риск возникновения рекураризации, осложнившейся остановкой дыхания у З. Необходимо было беспрерывно наблюдать пациентку в течение 2 часов после введения атропина и прозерина (декураризации) и экстубации, поскольку именно в этот промежуток времени высочайший риск обратного развития блокады передачи импульсов в синапсах (место контакта между двумя нейронами или между нейроном и получающей сигнал клеткой). Результатом этого явилась остановка дыхания, и, как следствие, остановка кровообращения и клиническая смерть с развитием постреанимационной болезни. В случае, если бы З.. после проведённого оперативного вмешательства была переведена в палату пробуждения или реанимационное отделение и постоянно врачом-реаниматологом контролировались бы жизненно важные функции (частота сердечных сокращений, частота дыхания, сатурация, артериальное давление), можно было бы вовремя диагностировать признаки развившейся дыхательной недостаточности (ДН), провести повторную декураризации, а в случае усиления ДН, вовремя перевести на искусственную или вспомогательную вентиляцию легких. Таким образом, между данным дефектом оказания медицинской помощи и смертью З. имеется прямая причинно-следственная связь. Согласно Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ** ** **** № (в редакции от ** ** ****) «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»: «..ю п. 25. Ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью…». Согласно Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ** ** **** № (в редакции от ** ** ****) «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», З. был причинен вред здоровью, опасный для жизни человека, вызвавший расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью «…<данные изъяты>.
Смерть З.. наступила ** ** **** в 23 часа 30 минут в реанимационном отделении ГБУЗ «<данные изъяты>», комплекс № расположенном по адресу: <адрес>
Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину в предъявленном обвинении не признал и показал, что им не были нарушены нормативно-правовые акты в посленаркозном наблюдении за пациенткой З., он своевременно и квалифицированно выполнял приказы, распоряжения и поручения руководства, принимая во внимания все дефекты организационно-распорядительной и административно-хозяйственной деятельности лечебного учреждения, в частности, отсутствие палат пробуждения. В ГАУЗ «<данные изъяты> комплекс № отсутствуют палаты пробуждения, в связи с чем, пациентов из операционной переводят в профильное отделение, кроме тех, у кого имеются показания к переводу в отделение реанимации и интенсивной терапии. При переводе З. в профильную палату, в наркозной карте и истории болезни З. отразил состояние пациента, мышечный тонус, адекватность дыхания. У пациентки З. ** ** **** была плановая операция, которая, как и анестезиологическое пособие, проведена без осложнений. У пациентки во время операции был введен специальный препарат, который вводится в определенной дозировке и осуществляет расслабление всей мускулатуры для удобства проведения операции и синхронизации с аппаратом искусственной вентиляции легких. Когда операция подходит к концу, то необходимо вывести из легких данные препараты. Для этого и проводится процедура декураризации. Согласно инструкции по медицинскому применению данного препарата нервно-мышечная блокада может быть быстро устранена путем применения специальных средств в стандартных дозах. Операция закончилась в 10:40 часов, самостоятельное дыхание восстановилось в 10:55 часов, экстубация была проведена в 11 часов и перевод был осуществлен в 11:05 часов, с момента окончания операции и до момента, когда пациента вывозили из операционной, составляло 25 минут. В своей работе руководствуется приказом Минздрава № и приказом Минздрава №, методические рекомендации носят лишь рекомендательный характер и не являются нормативно правовым актом. Указывает, что приказа Минздрава № не нарушал, так как не является ответственным лицом за организацию палат пробуждения.
Оглашенные в судебном заседании в порядке ст.276 УПК РФ показания, данные в ходе предварительного следствия подсудимый ФИО2 подтвердил, согласно которым, он, работая в должности анестезиолога-реаниматолога в ГБУЗ <данные изъяты>», ** ** **** оказывал медицинскую помощь по профилю анестезиология и реаниматология пациентке З. Перед операцией ** ** **** получено информированное добровольное согласие, запланирована общая комбинированная анестезия с интубацией трахеи и ИВЛ. ** ** **** на операционном столе перед операцией проведен мониторинг всех жизненно важных функций, проведена необходимая премедикация для профилактики осложнений и после введения всех необходимых препаратов пациентка была успешно заинтубирована, подключена к аппарату ИВЛ, дано разрешение на проведение операции. Течение анестезии не отличалось какими-либо осложнениями. Последняя расчетная доза миорелаксантов была введена в 10:05 часов и вплоть до восстановления самостоятельного дыхания в 10:55 препарат более не вводился, экстубация проведена в 11.00 часов. При проведении вышеназванных действий, не были нарушены официальные требования, предписания, правила, утвержденные Министерством здравоохранения Российской Федерации. В качестве компонента общей анестезии для обеспечения интубации трахеи и расслабления скелетной мускулатуры при хирургических вмешательствах был использован Риделат-С недеполяризующий миорелаксант. Доза, введенная пациентке, была минимальной на её вес (составляла 25 мг), и после введения, и до экстубации прошло 55 минут – препарат был элиминирован, его действие прекратилось. Также для профилактики остаточного нервно-мышечного блока была проведена декураризация (атропин 0,5, прозерин 3,0). Экстубация была выполнена по показаниям (ясное сознание, самостоятельное адекватное дыхание – частота дыхания 16 в минуту, сатурация – 97%, восстановление мышечного тонуса и рефлексов) и вполне своевременно (время от последней введенной дозы релаксанта до экстубации – 55 минут, то есть свыше времени действия препарата). Проведена декураризация – лечебное мероприятие, направленное на прекращение действия миорелаксантов с помощью лекарственных средств (атропин 0,5; прозерин 3,0). В 11:05 часов пациентку в стабильном состоянии переложили на каталку и по согласованию с лечащим врачом в сопровождении палатной медсестры перевели в профильное отделение, так как пациентка была стабильна, угрожающих состояний со стороны органов дыхания и кровообращения не было. В профильном отделении пациентка оказалась в 11:00 часов, медицинскому персоналу были даны рекомендации по наблюдению. В ГАУЗ «<данные изъяты>» отсутствуют палаты пробуждения, а в палату реанимации и интенсивной терапии направляют больных, нуждающихся в профилактике осложнений, связанных с перенесенной операцией или декомпенсацией основной или сопутствующей патологии. Не согласен с выводами экспертов, Не согласен с обвинением, так как оно основано на неполных, противоречивых выводах экспертов об истинной причине смерти З. нарушений полностью или частично официальных требований предписаний, правил, Министерства здравоохранения Российской Федерации, в результате чего могла наступить смерть пациентки З. при исполнении функциональных обязанностей врача анестезиолога-реаниматолога не было.(т. 1 л.д. 186-191).
Несмотря на отрицание подсудимым своей вины, суд, исследовав представленные доказательства, выслушав прения сторон, последнее слово подсудимого, находит доказанной вину ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления при обстоятельствах, установленных в судебном заседании.
Так, потерпевшая Щ. показала, что З. приходилась матерью. Хроническими заболеваниями не болела, в больнице у врачей не наблюдалась. При проведении диспансеризации в 2020 году у З.. была выявлена киста яичника. По рекомендации врачей и проведения всех необходимых обследований, ** ** **** З. была госпитализирована для проведения плановой операции, которая была назначена на ** ** ****. Утром ** ** **** созвонились с мамой, она чувствовала себя хорошо, договорились, что перезвонит после операции. Но она не перезвонила, около 14.00 часов позвонила в гинекологическое отделение, узнать о состоянии мамы. Узнав, что З.. лежит в реанимации, сразу же вместе с сестрой мамы Г. поехали в больницу. Когда приехали, спустился врач-анестезиолог, как позже узнали М. спрашивал, какими заболеваниями болела мама, пояснил, что якобы у нее останавливалось сердце на операционном столе, и ей проводили реанимационные мероприятия. Более он ничего не говорил. Около 16.00 часов поднялись в реанимационное отделение, З. находилась без сознания, была подключена к аппарату ИВЛ. В палате гинекологического отделения, где находилась после операции мама, женщины, которые находились в палате, сказали, что З. привезли после операции и оставили в палате, она спала. Спустя время, кто-то из женщин с ней попытался заговорить, но она не реагировала и не отвечала, после чего пациентки вызвали врача. Со слов женщин, проводились реанимационные мероприятия. ** ** **** в вечернее время позвонили и сообщили, что З. умерла.
Свидетели Г. и З.., каждый в отдельности, показали, что З. поступила в больницу для проведения плановой операции ** ** ****, какими-либо тяжелыми хроническими заболеваниями она не страдала, перед операцией чувствовала себя хорошо. ** ** **** операция была проведена, после чего состояние З.. ухудшилось и она была переведена в реанимацию. ** ** **** З. скончалась.
Свидетель Т. в судебном заседании показала, что находилась на лечении в ГБУЗ <данные изъяты>» в декабре 2020 года. ** ** **** в палату также положили З.. на плановую операцию, на состояние здоровья она не жаловалась, вела себя активно, много разговаривала по телефону. ** ** **** после операции З.. привезли в палату отделения, в сопровождении врачей и медицинского персонала, измерили артериальное давление, на вопросы врача З. мычала в ответ. Примерно через 20 минут соседка по палате сказала, что у З. посинели губы, не дышала, она сообщила медицинским сестрам, после чего в палату пришли врачи и медицинские сестры. Затем З.. перевели в реанимационное отделение, более ее не видела.
Свидетели К. и С.., каждая в отдельности дали аналогичные показания свидетеля Т.., показав, что после того, как З.. привезли после операции в палату, ей измерили давление, слышали, как З. в ответ мычала, видели, что З.. открывала глаза. Через небольшой промежуток времени обратили внимание, что губы у З. стали синего цвета, соседка по палате пригласила медработников. З. была переведена в реанимационное отделение.
Допрошенный в судебном заседании свидетель Б. –врач-гинеколог ГАУЗ «<данные изъяты> показал, что З. поступила на плановую операцию по поводу кисты левого яичника. В предоперационном периоде проведено необходимое обследование. ** ** **** пациентка в 09.35 часов, согласно записям в медицинской карте, взята на операцию. Изначально планировалась лапароскопия, но в связи с выраженным спаечным процессом переход на лапаротомию с последующим удалением кисты яичника. Длительность операции 65 минут, без осложнений. После проведения операции пациентка переведена в палату гинекологического отделения. Через небольшой промежуток времени был приглашен в палату к З.., пульс не определялся, проводил реанимационные мероприятия, была восстановлена сердечная деятельность, пациентка переведена в реанимационное отделение, где получала лечение в полном объеме. Несмотря на проводимое лечение, З.. скончалась.
Из оглашенных в части показаний Б.. в судебном заседании в порядке ст.281 УПК РФ следует, что плановые операции происходят следующим образом. Как правило, пациентку в предыдущий день осматривает анестезиолог, с целью решения о выборе анестезии. Затем в день операции опять же пациентка осматривается врачом-анестезиологом, если все нормально, то медицинская сестра гинекологического отделения готовит и подает пациентку в операционную. Когда все готово, медицинская сестра ставит в известность врачей. После этого готовится к операции, моется, переодевается. В это время врач-анестезиолог подает пациентке наркоз. Когда анестезиолог говорит о том, что пациентка готова, начинает операцию. В случае с З. начал непосредственно операцию в 09 часов 35 минут. Когда операция заканчивается, говорит врачу-анестезиологу о том, что операция закончилась, после чего уходит из операционной. Врач-анестезиолог остается с пациенткой. Он выводит ее из наркоза, следит за дыханием, его восстановлением, а также восстановлением всех необходимых функций. Он же и принимает решение о переводе пациентки в профильное отделение. Никакого совместного решения с врачами-анестезиологами не принимает, потому что наблюдать за состоянием пациентки в раннем послеоперационном периоде должен врач-анестезиолог. Пациентки после проведения операции должны быть под наблюдением у анестезиологов. Таким образом, должны переводиться в отделение реанимации. Согласно медицинской карте в 11.35 часов медицинская сестра гинекологического отделения пришла в ординаторскую, сказала, что пациентке З.. плохо, у нее низкое давление. Сразу же побежал к пациентке. Когда зашел в палату, у пациентки были синие губы, артериальное давление – 0, пульс на шее и периферических сосудах – не определяется. Незамедлительно начаты реанимационные мероприятия - непрямой массаж сердца, в палату был вызван врач-анестезиолог, который по прибытию стал продолжать реанимационные мероприятия, пациентка была заинтубирована. Через 10 минут восстановлена сердечная деятельность. После этого пациентка в тяжелом состоянии переведена в реанимационное отделение. В последующем, З.. так и находилась в реанимационном отделении в тяжелом состоянии, получала лечение в полном объеме. Она находилась без сознания, контакту не доступна. Не смотря на проводимое лечение, ** ** **** у пациентки остановка сердечной деятельности, реанимационные мероприятия в течение 30 минут – без эффекта, констатирована смерть больной.
После оглашения, свидетель Б.. полностью подтвердил свои показания, данные в ходе следствия.
Допрошенная в судебном заседании и подтвердившая свои показания, данные на следствии (л.д. т.2 л.д.1-4) свидетель В..- заведующая гинекологическим отделением ГБУЗ «<данные изъяты>», комплекс № показала, что пациентку З.. помнит. В тот день находилась на операции, когда вернулась в отделение, увидела, что из палаты гинекологического отделения везли на каталке пациентку З. Узнала от персонала о том, что была остановка сердца в палате. Б.. начал реанимационные мероприятия, затем прибыла реанимационная бригада. Была восстановлена сердечная деятельность, пациентка была переведена в реанимационное отделение для дальнейшего лечения. В тот же день, как заведующая гинекологическим отделением, осмотрела пациентку. Лечение она получала. Состояние крайне тяжелое, в коме, на ИВЛ. В последующем, пациентка в сознание не приходила, находилась также в крайне тяжелом состоянии, нарастала полиорганная недостаточность, не смотря на проводимое лечение. В последующем, З.. скончалась в отделении реанимации. Причиной смерти пациентки стал отек мозга <данные изъяты> В последующем, проводился разбор случая оказания медицинской помощи со смертельным исходом, на котором, в том числе, обсуждался вопрос о необходимости организации в комплексе «палаты пробуждения» после проведения плановых операций. В гинекологическом отделении не организованы, как таковые, «палаты пробуждения», но после проведенной операции и переводе пациентки в гинекологическое отделение средним медицинским персоналом ведется динамическое наблюдение пациентки, с контролем гемодинамики, частоты дыхательных движений, термометрии, сатурации, физиологически отправлений. В палату пациентки после операции должны переводиться после установления самостоятельного дыхания, хорошей сатурации, полного сознания. Решение о переводе пациентки в общую палату после операции принимает врач-анестезиолог, который давал наркоз.
Свидетель С. - заместитель гласного врача по хирургической работе ГБУЗ «<данные изъяты>», руководитель комплекса №, показала, что операция у З. была плановая, прошла в плановом режиме, без осложнений. Пациентка после наркоза вышла хорошо, состояние было хорошее, гемодинамика была стабильная, поэтому реаниматологом было принято решение о переводе ее в общую палату гинекологического отделения под наблюдение среднего медицинского препарата. Что произошло с данной пациенткой, почему у нее произошла остановка сердечной деятельности, не знает, но в последующем реанимационные мероприятия были эффективными, пациентка была переведена в реанимационное отделение. Несмотря на проводимое лечение, пациентка З. скончалась в реанимационном отделении. Гинекологическое и реанимационное отделения были обеспечены абсолютно всеми медицинскими препаратами, которые имелись в листе назначений. На данный момент в реанимационном отделении находятся шесть коек, одна из которых детская реанимация. Согласно методическим рекомендациям после операции все пациенты должны наблюдаться в палатах пробуждения либо в реанимационном отделении и находиться под наблюдением врача-анестезиолога в пределах 2 часов после операции. Решение о переводе пациента после операции в общую палату принимает врач-анестезиолог, который давал наркоз пациенту, в данном случае ФИО2
Свидетель Л. - заведующий отделением анестезиологии и реанимации ГАУЗ «<данные изъяты>», комплекс № показал, что был вызван в гинекологическое отделение, сообщили, что пациентке плохо. Когда пришел в палату, Б.. проводил реанимационные мероприятия З. врач анестезиолог ФИО2 уже находился на другой операции. Он незамедлительно заинтубировал пациентку, после чего стал продолжать также реанимационные мероприятия, в которые входили непрямой массаж сердца, ИВЛ, дефибрилляция. После второй дефибрилляции у З., появились сердечные тоны, но спонтанное дыхание не восстановилась, была переведена в реанимационное отделение, подключена к аппарату ИВЛ. В тот день пациентка самостоятельно держала гемодинамику, сердце и сосуды у нее могли самостоятельно удерживать давление в пределах допустимых значений. Сознание кома 3. В первый день до вечера, полиорганной недостаточности у пациентки не было. На следующий день, утром, согласно записям дежурного врача, в 07.00 часов, у пациентки отрицательная динамика, <данные изъяты>. Пациентка получала лечение как после реанимационной болезни, так как гинекологическая операция прошла успешно. Лечение получала в полном объеме, в случае необходимости – лечение корригировалось. Несмотря на проводимое лечение, состояние З. ухудшалось, <данные изъяты>. По приказу № «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению отделением по профилю анестезиологии и реанимации», в отделении должны быть койки реанимации, и одна палата пробуждения с тремя койками, соответственно с определенным штатом докторов и медицинских сестер. В комплексе такого нет, в виду чего плановые пациенты, если во время операции нет проблем с введением наркоза совместно с оперирующим врачом принимают решение, куда перевести пациента в соответствии с загруженностью реанимационного отделения: либо перевод в реанимационное отделение, либо в постоперационную палату. Пациент должен находиться пациент в палате пробуждения после операции минимум два часа, а далее уже в зависимости от состояния пациента, его гемодинамики.
Из показаний свидетеля Г.. - сестра -анестезист ГАУЗ «<данные изъяты>», комплекс № следует, что оказывала помощь врачу-анестезиологу ФИО2 при проведении операции З.., наркоз прошел хорошо. Операция проведена врачом Б.. Врач-анестезиолог вывел З.. из наркоза, состояние было хорошее, показатели были в норме. Врач ФИО3 принял решение о переводе З.. в палату профильного отделения, куда З. была переведена медицинскими сестрами отделения и врачом ФИО2 После этого З. не видела.
Свидетель М. - палатная медицинская сестра гинекологического отделения ГАУЗ «<данные изъяты> комплекс №, показала, что ** ** **** перед операцией пришла за З.. в палату, она чувствовала себя перед операцией нормально, жалоб ни на что не предъявляла, только волновалась. Завела ее в операционную, положила на стол, после чего ушла к себе в отделение. После того, как операция была проведена, поступил звонок. Пошла опять в операционную. Там находились врач-реаниматолог ФИО2, сестра-анестезистка и операционная сестра. ФИО2 сказал, пациентку везти в палату. С ним на каталке транспортировали З.. в общую палату гинекологического отделения. З. находилась в сонном состоянии, не разговаривала. Когда привезли пациентку в палату, медицинская сестра И. помогла ее переложить на кровать. Врач ушел. Измерила пациентке артериальное давление, с учетом ее операции, давление было в норме. На имя она откликнулась, когда ей измеряла давление. С пациенткой не разговаривала, она была сонная. После этого ушла в операционную, чтобы подать следующую пациентку. Примерно через десять минут вернулась, пациентка из палаты З. сказала, что ей плохо. Зашла в палату, увидела, что З. не дышала, дернула ее за плечи, но реакции не было. Кожные покровы были бледные, попросила И.. позвать врача. Пришел Б. который сказал вызывать реаниматологов, стал сразу же оказывать помощь, делал непрямой массаж сердца, она измеряла давление, показатели – 0. Реаниматологи также проводили реанимационные мероприятия. После восстановления сердечной деятельности З. перевели в реанимационное отделение, ее более не видела. Позднее, стало известно, что пациентка З.. скончалась. Какова причина ее смерти, неизвестно.
Допрошенная в судебном заседании И.- процедурная медицинская сестра гинекологического отделения ГАУЗ «<данные изъяты> комплекс №, показала, что у З. была назначена плановая операция, в начале декабря 2020 года. После операции в отделение пациентку привезла на каталке медицинская сестра М.., а также пациентку сопровождал врач-анестезиолог ФИО2 Она помогла переложить пациентку на кровать. З. находилась в постнаркозном состоянии, сонная. После чего ушла в процедурный кабинет. Через небольшой промежуток времени, услышала, как М. кричит, что больной в палате плохо, просит позвать врача Б.. Она сообщила врачу и вместе с ним побежали в палату, где Б. сказал срочно бежать за реаниматологом, сам с М. остались в палате, оказывать З. помощь. Сообщила в реанимации Л. что плохо в палате пациентке, он сразу же побежал в палату. Состояние З.. описать не может, после восстановления сердечной деятельности З. перевели в реанимационное отделение. Позднее, стало известно о том, что З. скончалась. Какова причина ее смерти, неизвестно. Перед операцией пациентов подает постовая медицинская сестра отделения. В начале смены она смотрит, у скольких пациентов должны быть плановые операции. После проведения операции решение о переводе пациентки в реанимационное отделение или в общую палату отделения принимает врач-анестезиолог. Постовая медицинская сестра приходит, врач-анестезиолог ей говорит, например, что везут пациентку в палату отделения. После того, как пациентку забрали, привезли в палату, постовая медицинская сестра измеряет давление, пульс, сатурацию, фиксирует это в листе динамического наблюдения, если есть дренажи, то удлиняет их, если есть назначения врача, то выполняет их, измеряет артериальное давление, пульс, сатурацию. К пациенткам после операции, заходят постоянно.
Свидетель Р..- операционная медицинская сестра ГАУЗ «<данные изъяты> комплекс № показала, что З.. не помнит. Находилась на втором посту, когда услышала, что медсестра И.. позвала Б. в палату. Когда зашла в палату, увидела, что Б.. проводил пациентке реанимационные мероприятия, непрямой массаж сердца. Также были палатные медицинские сестры. Затем подошли анестезиологи. В последующем пациентку перевели в реанимационное отделение. Позже стало известно о том, что пациентка З. скончалась, причина смерти ей неизвестна. Пациенток после операции не наблюдает, это в обязанности не входит. За пациентками в палате наблюдают и ведут динамическое наблюдение палатные медицинские сестры отделения. Когда привезли З.. из операционной и сколько она находилась в палате, не знает.
Допрошенная в судебном заседании свидетель П. показала, что работает операционной медицинской сестрой ГАУЗ «<данные изъяты> комплекс №. Операционные сестры готовят стол для операции. С анестезиологом работает сестра-анестезистка. После того, как анестезиолог дал наркоз, бригада оперирующих врачей уже готова, анестезиолог разрешает работать, начинает обрабатывать раствором операционное поле, затем пациентку накрывают стерильным бельем. Врач спрашивает, можно ли работать, если анестезиолог говорит, что можно приступать к операции, то оперирующий врач начинает операцию. Если операция проходит планово, без каких-либо осложнений, то по окончанию операции, проверяет наличие всех инструментов, после чего накладываются швы оперирующим врачом, затем медицинская сестра накладывает асептическую повязку. После этого оперирующий врач и ассистирующий врач уходят, с пациенткой остается врач-анестезиолог, сестра-анестезистка и операционная сестра. Врач-анестезиолог выводит пациентку из наркоза, после чего принимает решение, в какую палату переводить пациентку. Если у пациентки нормальное состояние, то переводят в палату, если имеются какие-либо нарушения, то перевод пациентки осуществляется в реанимационное отделение. Решение о переводе пациентки либо в общую палату, либо в отделение реанимации принимает врач-анестезиолог, который давал наркоз. После того, как пациентку переводят в палату, ее более не видит. Пациентку З.. не помнит.
Свидетель Н.. - палатная медицинская сестра гинекологического отделения ГАУЗ «<данные изъяты>» в судебном заседании показала, что пациентку З. видела один раз в реанимационном отделении, когда находилась на дежурстве. Приходила в реанимационное отделение, чтобы взять лист динамического наблюдения, чтобы записать показатели пациентки: температуру тела утром и вечером, сатурацию, артериальное давление. ** ** **** согласно графика работала, но к пациентке З.. не подходила, так как она лежала не в обслуживаемом крыле. При поступлении пациентов после операции в отделение, измеряют артериальное давление, термометрию и сатурацию, и разговаривают с пациенткой, чтобы она не уснула. Больная должна поступать в палату с самостоятельным дыханием. Затем идет динамическое наблюдение за пациенткой, не реже одного раза в час должна проверять пациентку и смотреть за ее состоянием. Все показатели записываются в лист динамического наблюдения. Только врача-анестезиолог говорит куда везти пациентку, в палату или в реанимационное отделение. В тот день, когда З.. стало плохо, была на посту, увидела, как побежала медицинская сестра М.., сказала, что в палате пациентка не дышит, увидела, как побежал врач Б. стал проводить реанимационные мероприятия, затем увидела из реанимации также пробежали врач и медицинская сестра. Позднее, стало известно о том, что пациентка З. скончалась. Какова причина ее смерти, неизвестно.
Допрошенная в судебном заседании свидетель А. заведующая патологоанатомического отделения ГАУЗ «<данные изъяты>», комплекс № показала, что она проводила патологоанатомическое исследование трупа З.. Изначально были изучены медицинские документы, после чего проводилось непосредственно исследование. Проведены гистологическое и морфологическое исследование. По результатам исследования было вынесено решение, что непосредственной причиной смерти пациентки З.. стал отек головного мозга в <данные изъяты>. <данные изъяты>
Приведенные в приговоре показания свидетелей и потерпевшей каких-либо существенных противоречий не содержат, отражают в себе фактические обстоятельства совершенного преступления, отвечают критериям допустимости и согласуются между собой. Не доверять их показаниям у суда нет никаких оснований, поскольку в судебном заседании не установлено какой-либо их заинтересованности в исходе дела, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, они давали добровольно, без какого-либо принуждения, стабильные показания об обстоятельствах происшедшего, их показания логичны и последовательны. Неточности в показаниях свидетелей устранены в ходе судебного разбирательства, путем оглашения показаний, данных свидетелями в ходе предварительного следствия по делу. При этом суд отмечает, что оглашение в порядке ст.281 УПК РФ показаний допрошенных свидетелей не умоляет достоверности их показаний. Несколько меньший объем их показаний, а также незначительные расхождения с их показаниями на предварительном следствии, объясняется длительным временем, прошедшим после указанных событий. Анализируя приведенные в приговоре показания потерпевшей и свидетелей обвинения, суд отмечает их согласованность между собой. Данные показания дополняют друг друга и в своей совокупности соответствуют фактическим обстоятельствам происшедшего, и подтверждаются совокупностью письменных доказательств, исследованных в судебном заседании.
Так, из должностной инструкция врача анестезиолога-реаниматолога, утвержденной ** ** **** главным врачом ГБУЗ «<данные изъяты>», с которой ФИО2 ** ** **** был ознакомлен, следует, что врач в том числе, должен знать основы законодательства РФ о здравоохранении; нормативно-правовые документы, регламентирующие деятельность учреждений здравоохранения; основы организации лечебно-профилактической помощи в больницах и амбулаторно-профилактических учреждениях, скорой и неотложной медицинской помощи, службы медицины катастроф, санитарно-эпидемиологической службы, лекарственного обеспечения населения и ЛПУ; теоретические основы, принципы и методы диспансеризации; организационно-экономические основы деятельности учреждений здравоохранения и медицинских работников в условиях бюджетно-страховой медицины; основы социальной гигиены, организации и экономики здравоохранения, медицинской этики и деонтологии; правовые аспекты медицинской деятельности; общие принципы и основные методы клинической, инструментальной и лабораторной диагностики функционального состояния органов и систем человеческого организма; этиологию, патогенез, клиническую симптоматику, особенности течения, принципы комплексного лечения основных заболеваний; правила оказания неотложной медицинской помощи; основы экспертизы временной нетрудоспособности и медико-социальной экспертизы; основы санитарного просвещения; правила внутреннего трудового распорядка; правила и нормы охраны труда, техники безопасности, производственной санитарии и противопожарной защиты. Врач-анестезиолог-реаниматолог должен знать современные методы профилактики, диагностики, лечения и реабилитации; содержание и разделы анестезиологии и реаниматологии как самостоятельной клинической дисциплины; задачи, организацию, структуру, штаты и оснащение отделения анестезиологии и реаниматологии; действующие нормативно-правовые и инструктивно-методические документы по специальности; правила оформления медицинской документации; порядок проведения экспертизы временной нетрудоспособности и медико-социальной экспертизы; принципы планирования деятельности и отчетности службы анестезиологии и реаниматологии; методы и порядок контроля её деятельности. Врач, в том числе обязан: обеспечивать надлежащий уровень специального обследования больных, проведение обезболивания и оказание анестезиологической и реанимационной помощи больным, нуждающимся в этих мероприятиях; осуществлять передачу дежурному врачу-анестезиологу-реаниматологу списков больных, требующих особенно тщательного наблюдения и активного проведения специальных лечебных мероприятий; применять современные апробированные методы и средства диагностики и лечения нарушений функции жизненно важных центров, методы обезболивания; назначать вид обезболивания с учетом состояния больного, особенностей оперативного вмешательства или специального метода исследования, при затруднениях выбора метода обезболивания согласовывать вопрос с заведующим анестезиолого-реанимационного отделения, а при его отсутствии заведующим соответствующего отделения; дежурить в качестве врача-анестезиолога-реаниматолога по утвержденному графику; определять тактику ведения больного в соответствии с установленными правилами и стандартами; руководить работой подчиненного ему среднего и младшего медицинского персонала (при наличии), содействовать выполнению им своих должностных обязанностей; контролировать правильность проведения диагностических и лечебных процедур, эксплуатацию инструментария, аппаратуры и оборудования, рационального использования реактивных вещественных препаратов, соблюдение правил техники безопасности и охраны труда средним медицинским персоналом; квалифицированно и своевременно исполнять приказы, распоряжения и поручения руководства учреждения, а также нормативно-правовые акты по своей профессиональной деятельности, санитарно-эпидемиологического режима. ( т.3 л.д. 128-130).
Из протокола осмотра места происшествия от ** ** **** усматривается, что осмотрены операционный блок, операционная, где ** ** **** З. проводилась плановая операция, а также палата № отделения реанимации и интенсивной терапии ГАУЗ «<данные изъяты>», комплекс №, по адресу: <адрес> где ** ** **** скончалась З.. (т. 1, л.д. 132-139).
В ходе осмотра места происшествия от ** ** **** в помещении патологоанатомического отделения ГБУЗ «<данные изъяты>» изъяты гистологические препараты от трупа З.. (стекла и парафиновые блоки). (т. 1, л.д. 62-68).
В ходе проведенной ** ** **** выемки в помещении отдела правового и кадрового обеспечения ГБУЗ «<данные изъяты>» по адресу: <адрес> изъято личное дело ФИО2 ( т.3 л.д. 115-118).
Из протокола осмотра документов от ** ** **** следует, что осматривались: гистологические микропрепараты от трупа З. 16 гистологических препаратов на предметных стеклах. Препараты не имеют порядкового номера, помечены надписью: «З.». Срезы тканей окрашены.
- личное дело № на имя ФИО2, в котором имеются следующие документы: опись, анкета, трудовой договор № от ** ** ****, в соответствии с которым ФИО2 принят на должность врача-анестезиолога-реаниматолога на неопределенный срок. В соответствии с ч. 2 трудового договора, работник обязан исполнять трудовые (должностные) обязанности по должности (профессии или специальности); должностная инструкция врача-анестезиолога-реаниматолога, утвержденная главным врачом ГБУЗ «<данные изъяты> К. ** ** ****, в соответствии с которой врач-анестезиолог-реаниматолог обеспечивает надлежащий уровень специального обследования больных, проведение обезболивания и оказание анестезиологической и реанимационной помощи больным, нуждающимся в этих мероприятиях. С должностной инструкцией ** ** **** ознакомлен врач ФИО2; извещение; заявление; справка о судимости; уведомление; диплом специалиста от ** ** ****, в соответствии с которым ФИО2 присвоена квалификация врач-лечебник по специальности «лечебное дело»; свидетельство об аккредитации специалиста, в соответствии с которым ФИО2 имеет право на осуществление медицинской деятельности на территории РФ по специальности «лечебное дело» врач-лечебник (врач-терапевт участковый); диплом об окончании ординатуры, в соответствии с которым ФИО2 освоил основную профессиональную образовательную программу ординатуры по специальности «анестезиология-реаниматология), ** ** **** присвоена квалификация «врач-анестезиолог-реаниматолог»; сертификат специалиста от ** ** ****, в соответствии с которым ФИО2 допущен к осуществлению медицинской или фармацевтической деятельности по специальности «анестезиология-реаниматология»; согласие на обработку персональных данных; копия паспорта на имя ФИО2; страховое свидетельство на имя ФИО2; ИНН; реквизиты; справки;
- медицинская карта № стационарного больного З.., ** ** **** года рождения, в которой содержатся сведения о первичном осмотре врачом акушером-гинекологом со сбором анамнеза заболевания, установлением диагноза и рекомендацией оперативного лечения, согласие на операцию получено; сведения от ** ** **** о ежедневном осмотре врачом-акушером-гинекологом, с наблюдением и уходом среднего и младшего медицинского персонала в отделении стационара, отсутствием жалоб, данные термометрии, артериального давления, пульса и назначении на операцию; сведения о проведенном ** ** **** оперативном вмешательстве: оофорэктомии лапаротомической; сведения суточного наблюдения врачом-анестезиологом и ежедневного осмотра врачом акушером-гинекологом; назначения врачей; ** ** **** в 23.30 часов констатация биологической смерти;
-** ** **** посмертный эпикриз. <данные изъяты>…».( т.3 л.д.120-127).
Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ** ** **** непосредственной причиной смерти пациентки З.. стал отёк головного мозга <данные изъяты>.
У З. имели место хронические заболевания: <данные изъяты>.
Заболевание, приведшее к смерти З.. <данные изъяты>
4,5. В соответствии с положениями клинических рекомендаций "Диагностика и лечение доброкачественных новообразований яичников с позиции профилактики рака", разработанным в соответствии со статьей 76 Федерального закона от ** ** **** № №-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от ** ** **** № З. было показано оперативное лечение по удалению эпителиальной цистаденомы. З. была обоснованно своевременно госпитализирована в ГБУЗ «<данные изъяты>» ** ** **** для выполнения планового оперативного вмешательства Лечебно-диагностические мероприятия, оперативное вмешательство ** ** **** в гинекологическом отделении были выполнены своевременно и правильно.
6,7. При анализе качества оказания медицинской помощи З.. в ГБУЗ «<данные изъяты>» выявлено следующее:
Дефекты диагностики:
При поступлении в отделение реанимации ** ** **** в 11:50, отсутствует совместный осмотр с заведующим отделением анестезиологии и реанимации. За время нахождения З.. в отделении реанимации нет ни одного осмотра начмеда и заведующего отделением анестезиологии и реанимации. Отсутствует консилиум профильных специалистов - совместный осмотр начмеда стационара, заведующего реанимации, гинеколога, кардиолога, невролога.
При поступлении в отделение реанимации ** ** ****. 11:50, отсутствует диагноз. <данные изъяты>
З. за время нахождения в отделении анестезиологии и реанимации ГБУЗ «<данные изъяты> ежедневно вводили натрия гидрокарбонат <данные изъяты>
Нет записи в истории болезни, что больная проконсультирована в дистанционном консультативном центре анестезиологии-реаниматологии. Согласно приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ** ** ****. № «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология»
При изучении протокола патологоанатомического исследования трупа пациентки З. выявлен ряд несоответствий в описательной части. <данные изъяты>
Дефекты лечения:
Перевод З.. в раннем посленаркозном периоде в палату гинекологического отделения. <данные изъяты>
Согласно записям, в истории болезни у З. снижение систолического артериального давления <данные изъяты>
<данные изъяты>.
<данные изъяты>
В случае недопущения дефекта оказания медицинской помощи в виде неправильного ведения пациентки З.. в раннем посленаркозном периоде (перевод в палату гинекологического отделения) неблагоприятного исхода в виде ее смерти можно было избежать.
9,11. При оказании медицинской помощи З. был нарушен приказ Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ** ** ****. № «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология»: «…Медицинская помощь по профилю "анестезиология и реаниматология" оказывается в экстренной, неотложной и плановой формах и включает комплекс медицинских и реабилитационных мероприятий, целью которых является: профилактика и лечение боли и болезненных ощущений у пациентов, выбор вида обезболивания в соответствии с соматическим статусом пациента, характером и объемом вмешательства и его неотложностью; поддержание и (или) искусственное замещение обратимо нарушенных функций жизненно важных органов и систем при состояниях, угрожающих жизни пациента; проведение лечебных и диагностических мероприятий пациентам во время анестезии, реанимации и интенсивной терапии; лабораторный и функциональный мониторинг за адекватностью анестезии и (или) интенсивной терапии; наблюдение за состоянием пациентов в пред- и посленаркозном периоде и определение его продолжительности; лечение заболевания, вызвавшего развитие критического состояния; отбор пациентов, подлежащих лечению в подразделении, оказывающем анестезиолого-реанимационную помощь, перевод пациентов в отделения по профилю заболевания или в палаты интенсивного наблюдения (послеродовые, послеоперационные и другие) после стабилизации функций жизненно важных органов…».
Согласно приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ** ** ****. № «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология» после оперативного вмешательства З.. должна была быть переведена в палату пробуждения или при ее отсутствии в отделение анестезиологии-реанимации до полного восстановления всех витальных функций.
Палата пробуждения должна быть в составе отделения анестезиологии и реанимации ГБУЗ <данные изъяты> согласно приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ** ** ****. № «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология».
З.. была проведена операция под общей комбинированной анестезией с искусственной вентиляцией легких, с применением миорелаксантов. В ближайшем периоде после такой анестезии, особенно первые два часа, больной должен находиться под тщательным наблюдением даже при отсутствии каких-либо нарушений со стороны систем дыхания и кровообращения. Именно в этот промежуток времени наиболее часто развиваются осложнения, связанные с остаточным действием средств, использованных во время анестезии (депрессия дыхания вплоть до его остановки, западение языка с нарушением проходимости верхних дыхательных путей, рекураризация), а также выявляются проблемы, обусловленные недостаточным гемостазом во время операции. Это требует обеспечения за больными надлежащего наблюдения и при необходимости проведения поддерживающей терапии. По завершении анестезии пациентов направляют в палату пробуждения или в отделение анестезиологии-реанимации (реанимации и интенсивной терапии).
Согласно методическим рекомендациям «Анестезиологическое обеспечение оперативных вмешательств, перевязок и сложных диагностических и лечебных манипуляций»: «… Переводить больного в палату можно только по истечении в среднем 2 ч после окончания наркоза и экстубации. До этого пациент должен оставаться под активным наблюдением анестезиолога и сестры-анестезиста, которые должны сделать все необходимое для скорейшей нормализации и стабилизации функций жизненно важных органов и систем…». Методические рекомендации направлены на систематизацию подходов к анестезиологическому обеспечению операций, сложных диагностических и лечебных манипуляций. В их основу положены классические представления, изложенные в учебниках, руководствах, пособиях, а также в международных клинических рекомендациях в этой области, учитывающие принципы доказательной медицины и требования приказа МЗ РФ № от ** ** ****. <данные изъяты>
Между дефектом оказания медицинской помощи в виде нарушения маршрутизации - перевода З.. в раннем посленаркозном периоде в палату гинекологического отделения (вместо палаты пробуждения или отделения анестезиологии-реанимации, под постоянным наблюдением медицинского персонала) и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.
Согласно п. 25 Приказа Минздравсоцразвития РФ от ** ** **** № (ред. От ** ** ****) «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (Зарегистрировано в Минюсте РФ ** ** **** №): «Ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью».
При оказании медицинской помощи в ГБУЗ «<данные изъяты>» З. был причинен тяжкий вред здоровью по признаку <данные изъяты>
<данные изъяты>
Остальные дефекты оказания медицинской помощи, допущенные в период ведения пациентки в ГБУЗ «<данные изъяты>», в прямой причинно-следственной связи со смертью не состоят. (т. 2 л.д. 204-232).
Допрошенные в судебном заседании эксперты П.В. и Р.., принимавшие участие в проведении судебно-медицинской экспертизы, каждый в отдельности показали, что между дефектом оказания медицинской помощи в виде перевода З. в раннем посленаркозном периоде в палату гинекологического отделения и наступлением смерти имеется причинно-следственная связь. В первые два часа после анестезии больной должен находиться под тщательным наблюдением, даже при отсутствии каких-либо нарушений со стороны систем дыхания и кровообращения. Именно в этот промежуток времени наиболее часто развиваются осложнения, связанные с остаточным действием средств, использованных во время анестезии (<данные изъяты> Согласно приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от ** ** ****. № «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология» после оперативного вмешательства З.. должна была быть переведена в палату пробуждения или при ее отсутствии в отделение анестезиологии-реанимации до полного восстановления всех витальных функций.
Из заключения комиссии экспертов № от ** ** **** следует, что основным заболеванием у З.. была <данные изъяты>
З. страдала следующими заболеваниями: <данные изъяты> Данное состояние явилось следствием постреанимационной болезни, возникшей вследствие кардио-респираторной остановки в раннем посленаркозном периоде из-за преждевременной экстубации и отсутствия надлежащего наблюдения медицинским персоналом.
<данные изъяты>
4,5,7. Гинекологическая помощь (обследование, выбор и тактика хирургического вмешательства) З.. оказана без дефектов медицинской помощи, согласно клиническим рекомендациям (протоколам лечения) «Диагностика и лечение доброкачественных новообразований яичников с позиции профилактики рака», разработанным в 2018 году.
6,8,10. На этапе оказания медицинской помощи З. в период с ** ** **** (с момента перевода в реанимационное отделение) по 6 23:00 в ГБУЗ «<данные изъяты>» выявлены следующие дефекты:
Дефекты диагностики:- не проводилась оценка КЩС и газового состава крови: при проведении ИВЛ, необходимо постоянно контролировать данные параметры;- не оценен уровень D-димера: при подозрении на тромбоэмболию мелких ветвей легочной артерии необходимо измерить уровень D-димера, что является важным диагностическим признаком вышеуказанного состояния;- не проведен консилиум в составе заведующих отделениями, лечащих врачей, администрации (заместителями главного врача по акушерско-гинекологической помощи и медицинской части) - не проведена консультация с использованием телемедицинских технологий в дистанционном центре анестезиологии и реаниматологии;- гипердиагностика тромбоэмболии мелких ветвей легочной артерии: при патологоанатомическом исследовании не описаны ни отношение предполагаемых тромботических масс к стенкам сосуда, ни его поверхность, ни его консистенция. Также отсутствует морфологические изменения в сердце, характерные для тромбоэмболии легочной артерии.
Дефекты лечения:
- ранний перевод в палату гинекологического отделения и отсутствие наблюдения реаниматолога первые два часа после декураризации: именно в первые 2 часа после декураризации высок риск возобновления рекураризации, осложнившейся остановкой дыхания у З..;
- позднее выполнение пункции и катетеризации центральной вены с измерением ЦВД: необходимо было провести данную манипуляцию в первые сутки при поступлении в отделении анестезиологии и реаниматологии;
Вышеперечисленные дефекты, за исключением раннего перевода в палату профильного отделения и отсутствия должного наблюдения реаниматолога в первые 2 часа декураризации, не оказали существенного влияния на развитие неблагоприятного исхода (смерти З. и прямой причинно-следственной связи с развитием постреанимационной болезни не имеют.
Необходимо было беспрерывно наблюдать пациентку в течение 2 часов после введения атропина и прозерина (декураризации) и экстубации, поскольку именно в этот промежуток времени высочайший риск обратного развития блокады передачи импульсов в синапсах (место контакта между двумя нейронами или между нейроном и получающей сигнал клеткой). Результатом этого явилась <данные изъяты>
Согласно Приказу Минздравсоцразвития РФ от ** ** **** №в ред. от ** ** ****) «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»: «…п. 24 Ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью…».
Согласно Приказу Минздравсоцразвития РФ от ** ** **** № (в ред. от ** ** ****) «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», З.. был причинен вред здоровью, опасный для жизни человека, вызвавший <данные изъяты>
9. Согласно Приказу МЗ и СР РФ № от ** ** **** с изменениями от ** ** **** «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих», врач анестезиолог-реаниматолог должен осуществлять наблюдение за больными и проводить необходимое лечение в периоде выхода больного из анестезии, а также в ближайшем послеоперационном периоде до полного восстановления жизненно важных функций. Таким образом, квалификация врача анестезиолога-реаниматолога позволяла своевременно и правильно оказывать медицинскую помощь З.
11. При оказании медицинской помощи З.. в период ** ** **** 10:50 часов по ** ** **** 23:00 часа в ГБУЗ «<данные изъяты> были нарушены следующие нормативно-правовые акты и служебные документы:
- Приказ МЗ РФ № от ** ** **** года (с исправлениями 2018 года) «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология»: «…п. 23.1 Для повышения эффективности системы управления процессом оказания медицинской помощи взрослому населению в экстренной форме путем информационного взаимодействия, в том числе организации проведения консультаций и (или) участия в консилиуме врачей с применением телемедицинских технологий при дистанционном взаимодействии медицинских работников между собой, в субъекте Российской Федерации создается дистанционный консультативный центр анестезиологии-реаниматологии…».
- Методические рекомендации «анестезиологическое обеспечение оперативных вмешательств, перевязок и сложных диагностических и лечебных манипуляций», утверждены ** ** **** Координационным советом Российской некоммерческой организации «Ассоциация анестезиологов-реаниматологов»: «…В ближайшем периоде после анестезии, особенно первые два часа, больной должен находиться под тщательным наблюдением даже при отсутствии каких-либо нарушений со стороны систем дыхания и кровообращения. Именно в этот промежуток времени наиболее часто развиваются осложнения, связанные с остаточным действием средств, использованных во время анестезии (депрессия дыхания вплоть до его остановки, западение языка с нарушением проходимости верхних дыхательных путей, рекураризация), а также выявляются проблемы, обусловленные недостаточным гемостазом во время операции. Это требует обеспечения за больными надлежащего наблюдения и при необходимости проведения поддерживающей терапии…».
При патологоанатомическом исследовании З.., проведенном в ГБУЗ «<данные изъяты>» <данные изъяты>
- <данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>).
Эксперты М. и Ф.., каждый в отдельности, в судебном заседании показали, что непосредственной причиной смерти З. стал отек головного мозга. У З. была постреанимационная болезнь, возникшая вследствие <данные изъяты>. Ранний перевод в палату профильного отделения и отсутствие должного наблюдения врача –реаниматолога в первые 2 часа после декураризации имеют прямую причинно-следственную связь с развитием постреанимационной болезни. При оказании медицинской помощи З. нарушены следующие нормативно-правовые акты и служебные документы: - Приказ МЗ РФ № от ** ** **** года «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология», методические рекомендации «анестезиологическое обеспечение оперативных вмешательств, перевязок и сложных диагностических и лечебных манипуляций», утвержденные Координационным советом Российской некоммерческой организации «Ассоциация анестезиологов-реаниматологов».
У суда не вызывает сомнений объективность проведенных по делу экспертиз, поскольку они назначены и проведены с соблюдением норм действующего законодательства, экспертами соответствующих экспертных учреждений. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, содержат проведенное исследование по всем поставленным вопросам с указанием использованных методик.
Изъятые и осмотренные при производстве предварительного расследования документы следователем признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством. (т. 3 л.д. 157).
Исследованная в судебном заседании и приведенная в приговоре совокупность относимых, логически связанных между собой, непротиворечивых доказательств достаточно полно и убедительно подтверждает вину ФИО2 в причинении смерти З.. по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения им своих профессиональных обязанностей. Доказательств, подтверждающих его виновность по делу необходимое и достаточное количество. Все доказательства, исследованные в ходе судебного заседания, являются допустимыми, полученными в соответствии с положениями УПК РФ, оснований для признания какого-либо доказательства недопустимым суд не усматривает.
Объективная сторона преступления, вмененного в вину ФИО2 выражается в определенном действии или бездействии субъекта профессиональной деятельности, не отвечающем полностью или частично официальным требованиям, предписаниям, правилам, регламентирующим данную деятельность, и причиняющем в результате смерть другому человеку, при котором смерть потерпевшего находится в причинной связи с деянием виновного.
Совокупность исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств позволяет суду найти доказанным то, что ФИО2, работая в должности врача анестезиолога-реаниматолога в ГБУЗ «<данные изъяты>», нарушил официальные требования и стандарты, предъявляемые к его профессиональной практике, проявил преступную неосторожность в виде небрежности и не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий (бездействий) в виде смерти человека, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, в силу своей квалификации и опыта работы, должен был и мог предвидеть, причинил по неосторожности смерть своему пациенту – З.
Нарушение ФИО2 правил осуществления профессиональной деятельности выразилось в том, что он: принял решение о раннем переводе после операции пациентки З. в профильное гинекологическое отделение при отсутствии наблюдения врача анестезиолога-реаниматолога первые два часа после декураризации. Из-за отсутствия постоянного наблюдения врачом анестезиологом-реаниматологом витальных функций как минимум в течение двух часов, а также ранний перевод З.. в гинекологическое отделение, а не в палату пробуждения или реанимационное отделение сразу после оперативного вмешательства, вовремя не диагностировано ухудшение состояния и не предотвращена клиническая смерть. Своими действиями ФИО2 причинил потерпевшей З.. тяжкий вред здоровью, состоящий в прямой причинной связи с наступлением смерти З..
Суд соглашается с доводами стороны обвинения о том, что постреанимационная болезнь у З. возникла вследствие кардио-респираторной остановки в раннем посленаркозном периоде из-за преждевременной экстубации и отсутствия наблюдения реаниматологом. Указанный факт подтверждается показаниями свидетелей Б.., В.С.., Л.., а также допрошенными в судебном заседании экспертами, указавшими на то, что пациенты должны наблюдаться в палатах пробуждения либо в реанимационном отделении и находиться под наблюдением врача-анестезиолога в пределах 2 часов после операции. Решение о переводе пациента после операции в общую палату принимает врач-анестезиолог, который давал наркоз пациенту, в данном случае ФИО2
Не соглашается суд с доводами подсудимого и его защитника, о том, что ухудшение состояния З. не было своевременно диагностировано, а также не приняты действия на восстановление жизненно-важных показателей из-за отсутствия должного наблюдения палатной медсестры и своевременного осмотра лечащего врача с оценкой объективных данных.
Как установлено в судебном заседании и следует из заключений комиссии экспертов, <данные изъяты>
Таким образом, ФИО2 упустил очевидную возможность вовремя диагностировать признаки развившейся дыхательной недостаточности, провести повторную декураризацию, а в случае усиления дыхательной недостаточности, вовремя перевести на искусственную или вспомогательную вентиляцию легких, что позволило бы избежать летального исхода и прервало течение причинной связи.
Как установлено в судебном заседании в ГБУЗ «<данные изъяты> комплекс № имелась возможность перевести З.В. в реанимационное отделение, в связи с чем, доводы подсудимого об отсутствии палат пробуждения являются несостоятельными.
Оценивая доводы ФИО2 о том, что при разборе случая смерти З.. в выводах не указано на нарушение его действий, суд приходит к следующему. Согласно выводам протокола внеочередного заседания Комиссии по контролю качества и безопасности медицинской деятельности от ** ** **** заведующим отделений указано на усиление контроля гинекологической службы, за ведением медицинских документов, а также организацию условий постнаркозного наблюдения пациентов. Данные обстоятельства не доказывает не виновность подсудимого, поскольку эксперты однозначно указали, что, непосредственной причиной смерти З.. стал отек головного мозга, <данные изъяты>. Комиссия экспертов считает, что между дефектом оказания медицинской помощи в виде перевода З.. в раннем посленаркозном периоде в палату гинекологического отделения и наступлением смерти имеется прямая причинно- следственная связь.
Доводы подсудимого и его защитника, о том, что заключения судебно-медицинских экспертиз являются неполными, недопустимыми доказательствами, судом отклоняются.
Оснований не доверять выводам комиссиям экспертов судом не установлено, вываоды экспертов в их заключениях подробно мотивированы, на все поставленные вопросы даны категорические ответы, они согласуются с другими доказательствами по делу и соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ. Экспертизы проведены организациями, имеющие лицензии на проведение данного вида экспертиз, с привлечением специалистов-экспертов необходимых областей судебной медицины, эксперты имеют значительный стаж работы, образование, квалификацию, были предупреждены об уголовной ответственности. Выводы экспертов не содержат каких-либо противоречий и сомнений у суда не вызывают. Оснований не доверять указанным выводам экспертов не имеется.
Вопреки доводам защиты обвинительное заключение по делу соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ. В нем приведено существо предъявленного ФИО2 обвинения, место и время совершения инкриминированного деяния, другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. Обвинительное заключение составлено следователем, в производстве которого находилось уголовное дело, и утверждено прокурором.
Учитывая изложенное, суд критически относится к вышеизложенным показаниям подсудимого ФИО2 и расценивает их, как выбранную им линию защиты, поскольку в судебном заседании совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств достоверно установлено, что ФИО2, назначенный на должность врача-анестезиолога-реаниматолога, находясь на своем рабочем месте и выполняя должностные обязанности, возложенные на нее должностной инструкцией, стандартами оказания медицинской помощи и требованиями, предъявляемыми федеральным законодательством к врачу, являясь врачом анестезиологом-реаниматологом, оказывавшем анестезиологическое пособие пациентке З. допустил дефекты в оказании медицинской помощи, которые свидетельствуют о ненадлежащем исполнении им своих профессиональных обязанностей, тем самым проявил преступную небрежность, не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий – смертельного исхода пациентки З. хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия. У него была объективная возможность совершить данные действия. Между допущенным им дефектом оказания медицинской помощи, то есть ненадлежащим исполнением своих профессиональных обязанностей, и наступлением смерти З. имеется прямая причинная связь.
Таким образом, действия ФИО2 по содеянному суд квалифицирует по ч. 2 ст. 109 УК РФ - причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.
Квалифицирующий признак «причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей» нашел подтверждение в судебном заседании.
При определении вида и меры наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого, условия жизни его семьи.
ФИО2 впервые привлекается к уголовной ответственности, по неосторожности совершил преступление небольшой тяжести, <данные изъяты>, по месту жительства и работы характеризуется положительно, имеет малолетнего ребенка.
В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учитывает: привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики, наличие малолетнего ребенка у виновного, нахождение на иждивении супруги, находящейся в отпуске по уходу за ребенком.
Согласно ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание имеет цель исправления осужденного и предупреждение совершения новых преступлений.
Исходя из изложенного, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, оценивая обстоятельства дела в совокупности, а также данные о его личности, руководствуясь положениями ст. ст. 6 и 7 УК РФ о принципах справедливости и гуманизма, суд приходит к выводу о назначении ФИО2 наказания в виде ограничения свободы, что в полной мере отвечает целям исправления подсудимого, восстановления социальной справедливости и предупреждения новых преступлений.
Ограничения суд устанавливает с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, а также с учетом положений ч. 1 ст. 53 УК РФ. Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ по делу не усматривается, поскольку исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, совершенного подсудимым, судом не установлено.
При решении вопроса о назначении ФИО2 дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью суд учитывает следующее. Материалами дела установлено, что ФИО2 впервые совершил преступление, связанное с осуществлением профессиональной деятельности, ранее нареканий по работе не имел, положительно характеризуется. Суд также учитывает, что специфика работы врача-анестезиолога заключается в том, что лишение его права на определенный срок занимать соответствующую должность, то есть осуществлять практическую деятельность, может привести к потере соответствующих профессиональных навыков, что негативно отразится как на его последующей работе, так и на качестве оказания им помощи больным. Принимая во внимание указанные обстоятельства, а также наличие смягчающих наказание обстоятельств, суд считает, что цели наказания будут достигнуты без применения дополнительного наказания.
Между тем, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо, совершившее преступление небольшой тяжести, освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекло два года.
Как следует из материалов уголовного дела, срок давности привлечения ФИО2 к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 109 УК РФ, относящейся к категории небольшой тяжести, истек ** ** ****. Таким образом, он подлежит освобождению от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ.
Вопрос о вещественных доказательствах суд разрешает, руководствуясь правилами ст. 81 УПК РФ.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд,
ПРИГОВОРИЛ:
ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ и назначить ему наказание в виде ограничения свободы на срок 2 года.
На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ФИО2 следующие ограничения свободы: без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы: не изменять места жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования Бузулукский район.
Обязать ФИО2 являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием, осужденным наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц.
Освободить ФИО2 от назначенного по ч. 2 ст. 109 УК РФ наказания на основании ч. 8 ст. 302 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ.
Меру пресечения до вступления приговора в законную силу ФИО2 оставить прежней - подписку о невыезде и надлежащем поведении.
Вещественные доказательства по уголовному делу: а именно: медицинскую карту № стационарного больного З.., медицинскую карту амбулаторного больного № З. гистологический архив от трупа З.., хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Бузулукского МСО СУ СК России по Оренбургской области - вернуть по принадлежности; личное дело № на имя ФИО2, находящееся в отделе кадрового и правового обеспечения ГАУЗ «<данные изъяты> - оставить там же.
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Бузулукский районный суд в течение 15 суток со дня провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе в течение 15 суток со дня оглашения приговора ходатайствовать о своем личном участии при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, а в случае обжалования приговора другими участниками процесса – в течение 15 суток со дня вручения ему копии жалобы или апелляционного представления, затрагивающих его интересы. Осужденный также вправе поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.
Судья Л.П. Михеева
Подлинник приговора подшит в уголовном деле №., УИД №, находящемся в производстве Бузулукского районного суда.