Решение по делу № 2А-2115/2023 от 17.07.2023 - о признании действий (бездействия) незаконными, присуждении компенсации за нарушение условий содержания.

Дело № 2а-2115/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми

в составе председательствующего судьи Логинова С.С.,

при секретаре Филипповой Н.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Ухте

17 июля 2023 года административное дело № 2а-2115/2023 по административному исковому заявлению ФИО1 к федеральному казенному лечебно-профилактическому учреждению «Больница № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми», Федеральной службе исполнения наказаний о признании действий (бездействия) незаконными, присуждении компенсации за нарушение условий содержания,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к федеральному казенному лечебно-профилактическому учреждению «Больница № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми» (далее по тексту - ФКЛПУ Б-18) о признании незаконными действий (бездействия), выразившиеся в нарушение условий содержания, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере .... руб. В обоснование требований указав, что в период с <...> г. по <...> г. (дата написания административного иска) он неоднократно проходил обследование и лечение в ФКЛПУ Б-18. В указанный период содержался в инфекционном отделении (корпус № 3а), терапевтическом отделении (корпус № 3), неврологическом отделении (корпус № 5), где материально-бытовые условия были ненадлежащими, а именно: в палатах отсутствовал ремонт, отсутствовали горячее водоснабжение и приватность в туалетах, имелось нарушение норм жилой площади, отсутствовала радиоточка, отсутствовал ремонт, наличие грызунов и т.д.

Определением суда от <...> г. к участию в деле в качестве административного соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказания (далее по тексту – ФСИН России).

Протокольным определением суда от <...> г. к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми (далее по тексту – УФСИН по Республике Коми).

Административный истец ФИО1, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела по месту отбывания наказания, участия в настоящем судебном заседании не принимал. В судебном заседании от <...> г. ФИО1, выступая в суде посредством использования системы видеоконференц-связи, на требованиях настаивал, доводы, изложенные в административном иске, поддержал, дальнейшее рассмотрение дела просил проводить в его отсутствие.

Административные ответчики ФКЛПУ Б-18 и ФСИН России, заинтересованное лицо УФСИН по Республике Коми представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Согласно ч. 2 ст. 150, ч. 6 ст. 226 КАС РФ неявка лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения дела, и не представивших доказательства уважительности своей неявки, не является препятствием к разбирательству дела в суде, в этой связи суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему

Согласно положениям ст. 17 и ст. 21 Конституции РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ. Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 ст. 55 Конституции РФ определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В силу ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 (ратифицированной Россией в соответствии с федеральным законом от 30.03.1998 № 54-ФЗ), никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Из пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ» следует, что в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии с положениями ст. 12.1 УИК РФ, лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном КАС РФ, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (ч. 1).

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (ч. 2).

Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении не препятствует возмещению вреда в соответствии со ст. 1069 и ст. 1070 Гражданского кодекса РФ. Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении (ч. 3).

Из указанной нормы следует, что денежная компенсация, взыскиваемая в порядке КАС РФ в случае нарушений условий содержания осужденного в исправительном учреждении, является своего рода, компенсацией за понесенные нравственные и физические страдания, так как в случае удовлетворения требований о взыскании указанной компенсации, в последующем осужденный теряет право на обращение в суд с требованием о взыскании компенсации морального вреда. Из указанных положений так же следует, что нарушением условий содержания в исправительном учреждении осужденному причиняются нравственные и/или физические страдания.

Соответственно юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения осужденному физических и нравственных страданий.

Механизм содержания под стражей или отбывания наказания урегулирован законодательно, реализуется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, и лиц, ответственных за их содержание.

С учетом изложенного и в силу общего признания допустимости государственного ограничения прав и свобод человека и гражданина при реализации в отношении него принудительных мероприятий по его исправлению и защите от него общества в силу совершения им общественно опасных деяний, содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью не только содержания в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом ограничение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения, при соблюдении установленного законом объема предоставления ограниченных прав.

В соответствии с положениями ст. 227.1 КАС РФ, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч. 1).

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (ч. 3).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5).

В соответствии с ч. 1 ст. 218, ч. 2 ст. 227 КАС РФ необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 КАС РФ, является наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемых решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении прав административного истца. При этом на административного истца процессуальным законом возложена обязанность доказать обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его прав, а также соблюдении срока обращения в суд за защитой нарушенного права. Административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону (ч. 9 и ч. 11 ст. 226, ст. 62 КАС РФ).

Как следует из материалов административного дела, административный истец ФИО1 с <...> г. отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК – 24 УФСИН России по Республике Коми.

Из справки по личному делу осужденного и представленным административным ответчиком медицинским справкам следует, что ФИО1 в спорный период времени (с <...> г. по <...> г.) 4 раза находился на лечении в ФКЛПУ Б-18, был размещен в следующих отделениях: с <...> г. по <...> г. – инфекционное отделение (корпус № 3А), с <...> г. по <...> г. – неврологическое отделение (корпус № 5), с <...> г. по <...> г. и с <...> г. по <...> г. – инфекционное отделение (корпус № 3А палата № 1).

В административном иске ФИО1 указывает на ненадлежащие условия его содержания в лечебно-профилактическом учреждении в указанный период времени.

Административным истцом сделано утверждение о недостаточности жилой площади, приходящейся на 1 осужденного в палате № 1 корпуса № 3А, палате № 2 корпуса № 5.

В силу ч. 1 ст. 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

Из представленного отзыва следует, что общая площадь палаты № 1 инфекционного отделения корпуса № 3А составляет 21,2 м?. Согласно медицинской справке, в спорный период нахождения административного истца в данной палате, совместно с ним находился один человек. Следовательно, на одного осужденного приходилось 10 м?. Таким образом, норма жилой площади в 5 кв.м. на одного осужденного соблюдалась.

Более того, из представленных фотоматериалов не следует, что в палате № 1 имело место нарушение норм жилой площади. Так из фотоматериалов следует, что помещения не загромождены мебелью и инвентарем настолько, что данное обстоятельство затрудняло размещение в ней содержащихся лиц, в свободе передвижения административный истец ограничен не был, имел возможность прогулки в прогулочном дворике для прогулок на свежем воздухе, что по делу не оспаривается. По данному факту актов прокурорского реагирования принято не было, сам административный истец к администрации учреждения с жалобами не обращался.

Между тем, сведениями о том в какой палате и с кем находился административный истец в период нахождения в неврологическом отделении корпуса № 5 (с <...> г. по <...> г.) административный ответчик не владеет. Таким образом, доводы административного истца в части нарушения норм жилой площади в период нахождения его в неврологическом отделении судом с достоверностью проверены быть не могут.

В этой связи, при отсутствии сведений о внесении представлений специализированной прокуратурой в адрес учреждения по вопросу несоответствия нормы жилой площади в спорный период, суд приходит к выводу, что норма жилой площади соответствовала нормам действующего законодательства. Стеснений при передвижении в течение дня по корпусу у административного истца не возникало. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Рассматривая требования в части отсутствия вентиляции в корпусе № 3А, суд исходит из следующего.

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 20.10.2017 № 1454/пр утвержден Свод правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования» (далее – Свод правил).

В соответствии с п. 19.3.6 Свода правил во всех спальных комнатах и спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах зданий медицинского назначения следует предусматривать:

- приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием;

- вытяжную вентиляцию с механическим или естественным побуждением.

Естественная вентиляция жилых помещений должна осуществляться путем проветривания камеры через окна, что соответствует положениям пункта 4.7 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях», которым закреплено положение о естественной вентиляции жилых помещений путем притока воздуха через форточки, фрамуги, либо через специальные отверстия в оконных створках и вентиляционные каналы.

Материалы дела не содержат данных о том, что корпуса лечебного учреждения по проекту предполагали вентиляцию с механическим побуждением (искусственная), и она не была построена либо пришла в негодность.

Согласно сведениям, представленным административным ответчиком, вентиляция в палатах инфекционного отделения естественная. Воздухообмен во всех палатах осуществляется посредством открывания окна фрамужного типа, что не противоречит действующим нормативным правилам.

Так, в палатах корпуса № 3а инфекционного отделения имеется окна с форточками для естественного проветривания помещения. Из пояснений административного ответчика, форточки открываются свободно, доступ к свежему воздуху имеется. Доказательств обратного, суду не представлено. Нарушения санитарных норм в указанной части надзорными органами не выявлялись.

По мнению суда, отсутствие принудительной вентиляции при наличии естественной вентиляции само по себе не может свидетельствовать о нарушении прав административного истца, поскольку доказательств ненадлежащего микроклимата в помещении либо ненадлежащей работы естественной вентиляции в материалах дела не имеется.

Довод о ненадлежащем состоянии санитарных узлов суд также полагает не состоятельным.

В силу ст. 82 УИК РФ режим в исправительных учреждениях - установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

Из представленных фотоматериалов и отзывы следует, что каждая палата инфекционного отделения (корпус № 3А) и неврологического отделения (корпус № 5) в силу своей специфики оборудована отдельным санузлом (унитазом), отгороженным от остального пространства и оснащенным шторой либо дверью в целях обеспечения приватности.

Отсутствие двери в туалет, на что ссылается административный истец, не свидетельствует о недостаточной приватности и уединении, поскольку является частью механизма, обеспечивающего безопасность осуждённых, персонала учреждения, в целом режима содержания.

Отсутствие ремонта в палатах, грязные пятна на стенах и потолке не является нарушением санитарных норм, наличие сырости, грибка и плесени, не подтверждается представленными фотоматериалами. Наличие грызунов в палатах инфекционного отделения, также не нашло своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. Как следует из материалов дела, ФКЛПУ Б-18 ежегодно заключаются государственные контракты на выполнение профилактических и дератизационных работ. Нарушения санитарных норм в указанной части надзорными органами в спорный период также не выявлялись.

Относительно довода административного истца о ненадлежащих условиях его содержания, выраженных в отсутствии в палатах защиты от попадания с улицы шлака, пыли и сажи, то указанный недостаток нельзя признать значительным. Он не свидетельствует о содержании административного истца в условиях несовместимых с уважением человеческого достоинства, при которых здоровье и благополучие истца подвергались бы угрозе. Более того, фактов нарушения в палатах микроклимата, из-за попадания с улицы вредных веществ, в спорные периоды времени надзорными органами не фиксировалось.

Что касается доводов административного истца об отсутствии в неврологическом отделении помещения для проведения досуга, общей кухни, то суд полагает, что отсутствие указанных помещений не свидетельствует о нарушении прав и законных интересов ФИО1 в той мере, которая позволяет взыскать в его пользу компенсацию за ненадлежащие условия содержания.

Как следует из пояснений административного ответчика, в каждой палате неврологического отделения имеется стол используемый для приема пищи. Питание осужденных осуществляется в соответствии с Приказом ФСИН России от 02.09.2016 № 696 «Об утверждении Порядка организации питания осужденных, подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы». Кормление осужденных осуществляется путем приноса в палату из пищеблока готовой еды в термосах.

Следует также отметить, что в отношении ФКЛУП Б-18 контролирующими органами осуществляются регулярные проверки, в том числе по вопросам санитарного состояния и питания осужденных. Нарушений за указанный период выявлено не было.

При этом вопреки доводам административного истца, наличие помещений для проведения досуга в лечебно-профилактических учреждениях Приказом ФСИН России от 27.07.2006 № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» не предусмотрено.

То обстоятельство, что в палатах неврологического и инфекционного отделения не были установлены радиоточки, также не свидетельствует о существенном нарушении прав административного истца, поскольку сведений о том административный истец был лишен возможности получать необходимую информацию материалы дела не содержат.

Более того, как следует из примечания 4 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Министерства юстиции РФ от 16.12.2016 № 295, действовавших на момент возникновения спорных правоотношений, радиоприемники используются только для коллективного прослушивания и устанавливаются в местах, определенных администрацией исправительного учреждения. В данном случае, палаты, в которых находился административный истец, не относятся к числу мест коллективного пользования, а потому обязанности по установке в них радиоточки у административного ответчика отсутствовала.

Доводы административного истца о том, что он мог быть подвергнут опасности заболеть, в связи с нахождением с остальными больными осужденными в банно-прачечном комплексе, расположенном в инфекционном отделении корпуса № 3А также не нашли своего подтверждения. Кроме того, сам ФИО1 не указывает, что в результате совместного содержания с осужденными с различными заболеваниями у него возникли проблемы со здоровьем.

Разрешая довод административно истца об отсутствии горячего водоснабжения, суд отмечает следующее.

Из положений пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20.10.2017 № 1454/пр, следует, что здания исправительных учреждений должны быть оборудованы, в том числе горячим водоснабжением; подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Пункт 8.1.1 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача РФ от 10.06.2010 № 64, предусматривает в жилых зданиях хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение.

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены также Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной Приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-ДСП, которая впоследствии была признана утратившей силу приказом Минюста России от 22.10.2018 № 217-дсп. Согласно п. 1.1 данной Инструкции ее положения должны были соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем

По делу административным ответчиком не оспаривается отсутствие централизованного горячего водоснабжения в корпусах и отделениях учреждения в спорный период времени.

Вместе с тем, суд учитывает, что здание ФКЛПУ Б-18 построено и введено в эксплуатацию до 2003 года в соответствии с действовавшими на тот период строительными нормами и правилами, которые не предусматривали подвод горячей воды к умывальникам в отрядах, где проживают осужденные.

Отсутствие подводки горячей воды к имеющимся в палатах умывальникам само по себе не свидетельствует о преднамеренном создании административным ответчиком ФКЛПУ Б-18 бесчеловечных условий содержания для осужденных, приводящих к излишним страданиям и унижениям.

При этом, как следует из представленных материалов, отсутствие горячего водоснабжения, компенсировалось наличием горячего водоснабжения в банно-прачечном комплексе учреждения, душевых комнатах и помывкой осужденных в БПК учреждения 2 раза в неделю. Ограничения по помывке в банно-прачечном комплексе отсутствуют, доказательств обратного административным истцом не представлено.

Кроме того, из отзыва представителя административных ответчиков, перечня движимого и недвижимого имущества следует, что в санузле корпуса № 3А (инфекционное отделение) с <...> г. установлен водонагреватель, который обеспечивает находящихся в данном корпусе лиц достаточным количеством горячей воды. Также для осуществления гигиенических процедур административный истец имел возможность вскипятить воду при помощи электрокипятильника или электрического чайника, которыми осужденные обеспечиваются в лечебно-профилактическом учреждении.

В этой связи суд отмечает, что в лечебно-профилактическом учреждении были приняты все необходимые компенсационные меры, в связи с отсутствием горячей воды, а потому суд не усматривает отклонения от стандартного, неизбежного, уровня страданий, при отбывании наказания административного истца в указанной части.

Следует также отметить, что пребывание гражданина в пенитенциарных учреждениях неизбежно связано с различными лишениями и ограничениями, поэтому не всякие ссылки административного истца на подобные лишения и ограничения объективируются в учреждение о том, что он подвергся бесчеловечному или унижающему достоинство обращению со стороны государства.

При установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела.

Такими обстоятельствами могут являться длительность пребывания потерпевшего в местах лишения свободы или в местах содержания под стражей, однократность (неоднократность) такого пребывания.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих оказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные задания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей и отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Кроме того, суд также полагает отметить, что административное исковое заявление подано в суд в <...> г., по истечении 4 лет с начала событий, с которыми административный истец связывает нарушение его прав. Такое поведение административного истца не может быть признано добросовестным.

Что касается доводов административного истца о ненадлежащих условиях его содержания в палате № 1 терапевтического отделения (корпус № 3), а именно в части нарушения норм жилой площади, отсутствие санитарного узла, отсутствие ремонта и радиоточки, нарушением санитарных норм, отсутствия оборудования для помывки в банно-прачечном комплексе, то указанные доводы являются не состоятельными и проверке не подлежат, поскольку как указывалось выше, в данном отделении административный истец в спорный период (с <...> г. по <...> г.) не содержался.

В целом условия содержания административного истца соответствовали установленным действующим законодательством требованиям, в том числе, по обеспечению санитарно-эпидемиологических условий содержания, каких-либо существенных нарушений, которые бы привели к нарушению предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания в исправительном учреждении, не установлено, права, свободы и законные интересы административного истца не нарушены, поэтому отсутствуют предусмотренные ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ правовые оснований для удовлетворения административного искового заявления.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к федеральному казенному лечебно-профилактическому учреждению «Больница № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми», Федеральной службе исполнения наказаний о признании действий (бездействия) незаконными, присуждении компенсации за нарушение условий содержания отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме составлено 31.07.2023.

Судья С.С. Логинов

УИД: 11RS0005-01-2023-001677-72