Решение по делу № 2-214/2023 от 28.11.2023 - о признании недействительным свидетельства о праве собственности на землю в части, признании недействительным договора купли-продажи земельного участка в части и применении последствий недействительности (ничтожной) сделки.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 ноября 2023 года р.п.Тамала

Тамалинский районный суд Пензенской области в составе:

председательствующего судьи Елтищева К.В.,

при секретаре судебного заседания Кулеминой Л.С., с участием:

ответчика ФИО1 и его представителя ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Тамалинского районного суда Пензенской области гражданское дело по иску администрации Тамалинского района Пензенской области к ФИО3, ФИО1 о признании недействительным свидетельства о праве собственности на землю в части, признании недействительным договора купли-продажи земельного участка в части и применении последствий недействительности (ничтожной) сделки,

установил:

администрация Тамалинского района Пензенской области обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО1 о признании недействительным свидетельства о праве собственности на землю в части, признании недействительным договор купли-продажи земельного участка и применении последствий недействительности (ничтожной) сделки, ссылаясь на то, что постановлением главы Тамалинской районной администрации № 139 от 05 сентября 1992 года «О предоставлении земельных участков гражданам для организации крестьянских хозяйств» в числе других граждан ФИО3 для организации крестьянского хозяйства предоставлен земельный участок общей площадью 33га, в том числе 33га пашни, из них: в собственность бесплатно земельный участок площадью 9,2 га пашни; в собственность за плату с рассрочкой платежей на 10 лет земельный участок площадью 23,8 га пашни, изымаемые из специального земельного фонда перераспределения, расположенного на территории совхоза «Малосергиевский». Указанным постановлением ФИО3 утвержден главой крестьянского хозяйства «Нива-2», при этом главам сельских Советов, в том числе Малосергиевского указано о внесении крестьянского хозяйства «Нива-2» в похозяйственную книгу. Районному комитету по земельной реформе и земельным ресурсам Тамалинского района предписано в срок до 01 ноября 1992 года провести землеустроительные работы по отграничению земельного участка в натуре (на местности) и подготовить Свидетельство на право собственности на землю, на земельный участок с приложением плана земель, качественной характеристики сельскохозяйственных угодий, рекомендуемого режима использования земель. 16 сентября 1992 года на основании постановления администрации Тамалинского района Пензенской области № 139 от 05 сентября 1992 года ФИО3, как главе крестьянского хозяйства «Нива-2», выдано свидетельство о праве собственности на землю ПЕО-27-0054, согласно которому предоставлен в собственность земельный участок общей площадью 33га пашни, из них: бесплатно – 9,2га пашни, за плату – 23,8га пашни. При этом указано, что свидетельство является временным документом и действует до выдачи соответствующего государственного акта установленной формы. Данный земельный участок предоставлялся главе крестьянского хозяйства «Нива-2» ФИО3 в соответствии с Законом РСФСР от 23 ноября 1990 года № 374-1 «О земельной реформе» и Законом РСФСР от 22 ноября 1990 года № 348-1 «О крестьянском (фермерском) хозяйстве». Истец указывает, что у главы Тамалинской районной администрации не имелось никаких законных оснований для издания постановления № 139 от 05 сентября 1992 года о предоставлении земельных участков гражданам для организации крестьянских хозяйств, в том числе ФИО3 и выдачи ему свидетельства о праве собственности на землю, в части предоставления земельного участка в собственность за плату с рассрочкой платежей на 10 лет – 23,8га пашни, изымаемых из специального земельного фонда перераспределения, поскольку нарушен порядок предоставления земельного участка в собственность за плату, земельный участок предоставлен без проведения аукциона, а также в постановлении не указано о заключении необходимого договора купли-продажи земельного участка, о нормативной цене подлежащего продаже земельного участка. В связи с чем, по мнению истца, постановление главы Тамалинской районной администрации № 139 от 05 сентября 1992 года и свидетельство о праве собственности на землю от 16 сентября 1992 года приняты с нарушением норм материального права, действовавших в тот период времени. Главой КФХ «Нива-2» ФИО3 не были исполнены обязательства в части оплаты выкупной стоимости земельного участка площадью 23,8га, содержащего условие его приобретения за плату с рассрочкой платежей на 10 лет. При этом и после истечения 10 лет с момента предоставления данного земельного участка за плату, глава КФХ «Нива-2» ФИО3 не приобрел в установленном законом порядке за плату в собственность земельный участок площадью 23,8га. Несмотря на указанные обстоятельства, ФИО3, сформировав два земельных участка № (9,2га) и № (23,8га), и не уведомив администрацию Тамалинского района Пензенской области, на основании постановления главы администрации Тамалинской районной администрации № 139 от 05 сентября 1992 года и свидетельства о праве собственности ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года зарегистрировал право собственности на земельные участки в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пензенской области. 18 декабря 2017 года между ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка, по которому продавец передал в собственность покупателя земельный участок с кадастровым № площадью 23,8га, а последний принял указанный земельный участок и уплатил за него денежные средства, о чем в ЕГРН внесена соответствующая запись о переходе права собственности. Администрация указывает, что на момент заключения указанного договора ФИО3 не являлся собственником отчуждаемого земельного участка с кадастровым №, поскольку не приобрел его в установленном законом порядке и свидетельство ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года не могло являться основанием возникновения права собственности ФИО3 Действия ФИО3 нарушили требования законодательства, определяющие порядок распоряжения земельными ресурсами и принцип платности использования земли. Поскольку истец не является правопреемником органа, издавшего постановление и выдавшего свидетельство, дата течения срока исковой давности для истца должна исчисляться с издания распоряжения по проведению мероприятий по уточнению сведений о земельных участках сельскохозяйственного назначения от 30 декабря 2020 года.

Администрация Тамалинского района Пензенской области с учетом уточнения исковых требований просит суд:

признать недействительным в силу ничтожности договор купли-продажи от 18 декабря 2017 года в части продажи земельного участка с кадастровым № площадью 238 000 кв.м, местоположение <адрес>, и применить последствия недействительности ничтожной сделки;

признать недействительным свидетельство о праве собственности на землю от 16 сентября 1992 года ПЕО-27-0054 в части предоставления земельного участка в собственности за плату с рассрочкой платежей на 10 лет – 23,8 га пашни.

Истец администрация Тамалинского района Пензенской области своего представителя в суд не направила, о времени и месте его проведения извещена. В представленном в суд заявлении глава администрации просил рассмотреть дело без участия представителя истца.

Дополнительно в представленных письменных пояснениях от 27 ноября 2023 года глава администрации ФИО4 повторяя доводы иска указал, что именно выкуп земельного участка служит основанием для выдачи свидетельства о праве собственности на землю на спорный участок, само по себе наличие такового свидетельства не является доказательством возникновения права собственности на земельный участок. Согласно архивной справке Государственного архива Пензенской области договоров купли-продажи между Тамалинской районной администрацией и ФИО3 не обнаружено. Оснований для применения срока исковой давности к требованиям администрации не имеется, поскольку истец не является правопреемником Тамалинской районной администрации и его никто не уведомлял о заключении договора купли-продажи с ФИО3 О регистрации права собственности ФИО3 и заключении оспариваемого договора администрации стало известно после проведения в 2021 году инвентаризации земельных участков сельскохозяйственного назначения.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом. В представленных в суд письменных возражениях просил в удовлетворении иска отказать, указав, что спорный земельный участок предоставлен ему в собственность на законных основаниях, отсутствие договора купли-продажи и его оплаты в данном случае не может свидетельствовать о нарушениях требований законодательства, поскольку по истечении 10-летнего срока предоставления земельного участка с рассрочкой платежа администрация Тамалинского района Пензенской области не предъявила ему никаких претензий по оплате его стоимости, а также не обращалась в суд с иском об истребовании земельного участка. Спорный земельный участок был приобретен ФИО1 по возмездной сделке, и на момент ее заключения правопритязаний со стороны третьих лиц не имелось. Земельный участок ФИО1 приобретался у его титульного владельца ФИО3, в связи с чем оснований сомневаться в правомочиях последнего у него (ФИО1) не имелось. ФИО1 является добросовестным приобретателем земельного участка, в связи с чем сделка не может быть признана недействительной. Дополнительно ссылается на пропуск истцом срока исковой давности, указывая о необходимости его исчисления с 15 декабря 2014 года, то есть со дня утверждения администрацией Тамалинского района схемы раздела границ земельного участка №, в результате которого образованы два участка.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании просил суд в иске отказать, указав на то, что является добросовестным приобретателем земельного участка, а также на пропуск истцом срока исковой давности.

В письменных возражениях на исковое заявление ФИО1 также указал на то, что является добросовестным приобретателем земельного участка, денежные средства по договору купли-продажи им переданы в полном объеме. В качестве основания отказа в удовлетворении иска также указал на пропуск срока исковой давности.

Представитель ответчика ФИО1 ФИО2, действующий на основании доверенности, просил суд в удовлетворении иска отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях ответчика. Дополнительно пояснил, что ФИО1 является добросовестным приобретателем земельного участка, администрацией пропущен срок исковой давности по обоим требованиям, признание недействительным свидетельства о праве собственности на землю и договора купли-продажи не приведет к восстановлению прав истца, поскольку им не оспаривается само постановление о предоставлении земельного участка в собственность, явившееся основание для выдачи оспариваемого свидетельства и регистрации права собственности за ФИО3, земельный участок все равно останется в собственности последнего.

Третье лицо Управление Росреестра по Пензенской области в судебное заседание своего представителя не направило, о времени и месте его проведения извещено. В представленном в суд письменном отзыве представитель третьего лица ФИО5, действующая на основании доверенности, просила рассмотреть дело без участия представителя третьего лица, дополнительно указав, что в ЕГРН имеются сведения об объекте недвижимости – земельный участок сельскохозяйственного назначения с кадастровым № площадью 238 000 кв.м, местоположение <адрес> 29 мая 2017 года право собственности на указанный участок зарегистрировано за ФИО3 на основании постановления главы Тамалинской районной администрации № 139 от 05 сентября 1992 года и прекращено 112 января 2018 года в связи с переходом права к ФИО1 на основании договора купли-продажи № б/н от 18 декабря 2017 года, заключенному между ФИО3 и ФИО1. Основания для отказа в регистрации отсутствовали. На сегодняшний день запись актуальна.

Информация о деле размещена на официальном интернет-сайте Тамалинского районного суда Пензенской области http://tamalinsky.pnz.sudrf.ru, является общедоступной.

В силу положений ст. 165.1 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны считаются надлежащим образом извещенными о дате и времени слушания дела.

Таким образом, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив представленные письменные пояснения по заявленным исковым требованиям и доказательства с учетом требований ст. 56 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (ч. 1 ст. 4 ГПК РФ), к кому предъявлять иск (п. 3 ч. 2 ст. 131 ГПК РФ) и в каком объеме требовать от суда защиты (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 октября 2013 года № 1626-О, от 17 июля 2014 года № 1583-О).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, постановлением главы Тамалинской районной администрации № 139 от 05 сентября 1992 года «О предоставлении земельных участков гражданам для организации крестьянских хозяйств» постановлено (пункты 1к, 2к), в том числе:

- предоставить гражданину ФИО3 земельный участок общей площадью 33га, в том числе 33га пашни, из них: в собственность бесплатно земельный участок общей площадью 9,2га пашни изымаемый из производственного земельного массива совхоза «Малосергиевский», в собственность за плату с рассрочкой платежей в течение 10 лет земельный участок площадью 23,8га пашни, изымаемые из земельного фонда перераспределения, расположенного на территории совхоза «Малосергиевский»;

комитету по земельной реформе и земельным ресурсам района совместно с дирекцией совхоза «Малосергиевский» произвести крестьянскому хозяйству «Нива-2», глава крестьянского хозяйства ФИО3, обмен земельного участка, так как предоставляемый участок засеян озимыми, на равноценный участок в поле № I севооборота № 3 и приступить к освоению предоставленного земельного участка после снятия урожая. Свидетельство на право собственности на землю, предоставляемого участка, выдать после снятия урожая;

- утвердить главой крестьянского хозяйства «Нива-2» гражданина ФИО3.

Одновременно указанным Постановлением № 139 от 05 сентября 1992 года (пункты 4,5,6,7) постановлено:

- районному комитету по земельной реформе и земельным ресурсам в срок до 01 ноября 1992 года провести землеустроительные работы по ограничению земельных участков в натуре (на местности) и подготовить свидетельство на право собственности на землю, на земельный участок с приложением плана земель, качественной характеристики сельскохозяйственных угодий, рекомендуемого режима использования земель;

- главам Варваинской, Дуровской, Малосергиевской сельских администраций внести крестьянские хозяйства, в том числе «Нива-2», в похозяйственную книгу;

- освободить крестьянские хозяйства, в том числе, «Нива-2», от уплаты земельного налога за землю в течение 5 лет с момента организации хозяйства;

- обязать крестьянские хозяйства, в том числе, «Нива-2», обеспечить эффективное использование земель, сохранение и преумножение их плодородия выполнение экономических требований и мер по охране земель;

- контроль за состоянием использования земель возложить на глав сельских администраций: Дуровской (ФИО8), Варваринской (ФИО9), Малосергиевской (ФИО10) и районный комитет по земельной реформе и земельным ресурсам (ФИО11) (л.д.22-24,113-114,151-152).

На основании указанного постановления был произведен отвод земельного участка в натуре, и ФИО3, как главе КФХ «Нива-2», выдано свидетельство о праве собственности на землю ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года по форме, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 19 марта 1992 года № 177, в котором указано на предоставление ФИО3 в собственность 33га, из которых: 9,2га бесплатно; 23,8га за плату (л.д.18-19,153-154).

Земельному участку 05 сентября 1992 года присвоен кадастровый №.

В результате раздела указанного земельного участка с кадастровым № образованы два земельный участка с кадастровыми № площадью 238000+/-4269 кв.м и № площадью 92 000 +/- 2654 кв.м.

Из материалов дела и пояснений сторон усматривается, что Постановление главы Тамалинской районной администрации № 139 от 05 сентября 1992 года «О предоставлении земельных участков гражданам для организации крестьянских хозяйств» и свидетельство о праве собственности на землю ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года не отменялись, недействительными не признаны, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

29 мая 2017 года на основании ранее выданного свидетельства о праве собственности на землю ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года произведена государственная регистрация права собственности ФИО3 в Едином государственном реестре недвижимости на земельный участок с кадастровым № (№ государственной регистрации права 58:27:0040702:123-58/027/2017-1).

18 декабря 2017 года между ФИО3 и ФИО1 заключен договор купли-продажи земельного участка. Право собственности зарегистрировано за ФИО1 12 января 2018 года № государственной регистрации права 58:27:0030702:123-58/027/2018-2 (л.д.97, 135, 167-168).

В настоящее время собственником земельного участка с кадастровым № общей площадью 238000+/-4269 кв.м является ФИО1

Указанные обстоятельства сторонами не оспариваются и подтверждаются материалами дела: копией постановления главы Тамалинской районной администрации № 139 от 05 сентября 1992 года «О предоставлении земельных участков гражданам для организации крестьянских хозяйств» (л.д. 22-24,113-114,151-152), копией свидетельства о праве собственности на землю ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года (л.д. 18-19,153-154), копией договора купли-продажи от 18 декабря 2017 года (л.д. 97, 135, 167-168), выписками из ЕГРН от 11 октября 2023 года № КУВИ-001/2023/231756722, от 31 октября 2023 года № КУВИ-001/2023-246094847, КУВИ-001/2023-246147069, КУВИ-001/2023-246046354, КУВИ-001/2023-246153355, КУВИ-001/2023-246160246 (л.д.53-78), копией дела правоустанавливающих документов (л.д.146-170).

Обращаясь в суд с настоящим иском администрация Тамалинского района Пензенской области просит признать недействительным в части свидетельство ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года по причине нарушения порядка его выдачи, в частности отсутствия у главы Тамалинской районной администрации законных оснований для издания постановления № 139 от 05 сентября 1992 года «О предоставлении земельных участков гражданам для организации крестьянских хозяйств», реализация участка без проведения аукциона (торгов), не заключения между сторонами (Тамалинской районной администрацией и ФИО3) договора купли-продажи и не внесения выкупной стоимости за часть земельного участка, предоставленного за плату, как того требовали положения ч.5 ст.30 ЗК РСФСР (в редакции, действующей на момент издания постановления № 139 от 05 сентября 1992 года).

Одновременно администрация просит суд признать недействительными в силу ничтожности договор купли-продажи от 18 декабря 2017 года в части продажи земельного участка с кадастровым № по основаниям, предусмотренным п.2 ст.168 ГК РФ, в связи с тем, что на момент отчуждения указанного земельного участка ФИО3, являющийся продавцом по оспариваемому договору, не приобрел право собственности на него.

Рассматривая довод истца об отсутствии у главы Тамалинской районной администрации законных оснований для издания постановления № 139 от 05 сентября 1992 года «О предоставлении земельных участков гражданам для организации крестьянских хозяйств» ввиду нарушения порядка предоставления земельного участка в собственность за плату, а также не указания в постановлении на необходимость заключения договора купли-продажи земельного участка и нормативной цены подлежащего продаже земельного участка, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1 Закона РСФСР от 22 ноября 1990 года № 348-1 «О крестьянском (фермерском) хозяйстве», действовавшего на момент предоставления спорного земельного участка, крестьянское (фермерское) хозяйство является самостоятельным хозяйствующим субъектом с правами юридического лица, представленным отдельным гражданином, семьей или группой лиц, осуществляющим производство, переработку и реализацию сельскохозяйственной продукции на основе имущества, находящегося в их пользовании, в том числе в аренде, в пожизненном наследуемом владении или в собственности земельных участков.

В соответствии со ст. 5 указанного Закона на основании заявления гражданина, изъявившего желание вести крестьянское хозяйство, земельный участок передается ему в пользование, в том числе аренду, пожизненное наследуемое владение или собственность решением Совета народных депутатов, в ведении которого находится земельный участок.

Аналогичная норма была установлена абз. 1 ст. 58 ЗК РСФСР.

В силу ч. 1 ст. 9 Закона РСФСР «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» крестьянское хозяйство регистрируется районным (городским) Советом народных депутатов после выдачи государственного акта на право пожизненного наследуемого владения, собственности на земельный участок или подписания договора на аренду земельного участка.

Передача в собственность земельных участков для ведения крестьянского хозяйства производится Советами народных депутатов в пределах установленных государством норм бесплатно, свыше установленных норм - за плату. При передаче земельного участка в собственность решение Совета народных депутатов является основанием для отвода земельного участка в натуре (на местности) и выдачи государственного акта, удостоверяющего право собственности на землю (ч.2 ст.5 Закона РСФСР от 22 ноября 1990 года № 348-1 (в ред. от 27 декабря года) «О крестьянском (фермерском) хозяйстве»).

Гражданам, изъявившим желание вести крестьянское (фермерское) хозяйство, основанное преимущественно на личном труде и труде членов их семей, земельные участки передаются по их желанию в собственность, пожизненное наследуемое владение или в аренду. Решение о предоставлении земельных участков для ведения крестьянского хозяйства принимается районным (городским, в административном подчинении которого находится район) Советом народных депутатов по представлению сельских Советов народных депутатов (ст.58 ЗК РСФСР в редакции, действовавшей на момент издания постановления № 139 от 05 сентября 1992 года).

Постановлением главы районной администрации Тамалинского района Пензенской области № 1 от 19 ноября 1991 года (л.д.179-180) полномочия исполкома Тамалинского районного Совета народных депутатов прекращены. Правопреемником райисполкома является глава администрации Тамалинского района, назначенный Постановлением главы администрации Пензенской области от 15 ноября 1991 года № 22 (л.д.178).

Таким образом, довод истца о том, что глава администрации Тамалинского района не имел полномочия на издание постановления № 139 от 05 сентября 1992 года, суд находит несостоятельными, поскольку действовавшим на момент предоставления земельного участка законодательством, в частности ч.2 ст.5 Закона РСФСР от 22 ноября 1990 года № 348-1 (в ред. от 27 декабря 1990 года) «О крестьянском (фермерском) хозяйстве», предусматривалась возможность предоставления КФХ земельного участка без проведения торгов на основании решения Советом народных депутатов, полномочия которых в рассматриваемом случае на основании постановления № 1 от 19 ноября 1991 года перешли главе администрации Тамалинского района. Ссылки истца на нормативно-правовые акты принятые после издания соответствующего постановления, предусматривающие обязательное проведение торгов, правового значения не имеют, поскольку приняты уже после предоставления земельного участка.

Действующее законодательство, на момент издания постановления № 139 от 05 сентября 1992 года, не содержало требований по включению в указанные решения пунктов как о необходимости заключения договора купли-продажи земельного участка предоставляемого за плату, так и нормативной цене подлежащего продаже земельного участка, поскольку, исходя из положений ч.5 ст.30 ЗК РСФСР (в редакции, действовавшей на момент выдачи свидетельства о праве собственности на землю ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года), данное постановление фактически и являлось основанием для заключения указанного договора купли-продажи, не отъемлемым условием которого и является цена объекта купли-продажи.

При этом само постановление главы Тамалинской районной администрации № 139 от 05 сентября 1992 года «О предоставлении земельных участков гражданам для организации крестьянских хозяйств» стороной истца в настоящее время не оспаривается, данных требований не заявлено, о чем непосредственно в судебном заседании указал представитель ответчика, в связи с чем, законность указанного постановления в силу части 3 статьи 196 ГПК РФ не является предметом рассмотрения настоящего дела.

На основании изложенного, при рассмотрении настоящего дела, суд исходит из действительности и законности указанного постановления, поскольку доказательств обратного суду не представлено.

Рассматривая требования о признании недействительным свидетельства о праве собственности на землю ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года на имя ФИО3 суд приходит к следующему.

На момент предоставления спорного земельного участка действовало постановление Правительства Российской Федерации от 19 марта 1992 года № 177 «Об утверждении форм свидетельства о праве собственности на землю, договора аренды земель сельскохозяйственного назначения и договора временного пользования землей сельскохозяйственного назначения» (утратило силу в связи с изданием постановления Правительства Российской Федерации № 919 от 23 декабря 2002 года).

Как видно из материалов дела, свидетельство о праве собственности на землю ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года выдано ФИО3 по форме, утвержденной указанным выше постановлением Правительства Российской Федерации от 19 марта 1992 года № 177 (л.д. 18-19,153-154).

Исходя из положений абз. 5 п. 3 Указа Президента Российской Федерации от 27 октября 1993 года № 1767 «О регулировании земельных отношений и развитии аграрной реформы в России», п. 9 ст. 3 Федерального закона от 25 октября 2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», права на землю, возникшие до введения в действие Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», могут подтверждаться любым из перечисленных в абз. 1 п. 9 ст. 3 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» документом, который имеет равную юридическую силу с записями в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним. К данным документам относятся и свидетельства о праве на землю по форме, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 19 марта 1992 года № 177, в частности и свидетельство ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года.

Между тем, как верно в своих пояснениях отметил истец, действующее на момент предоставления администрацией ФИО3 в собственность за плату земельного участка законодательство содержало обязательное требование о заключении договора в нотариальном порядке по форме, утвержденной Советом Министров РСФСР, и оплате стоимости земельного участка для последующего отвода земельного участка в натуре и выдачи документа, удостоверяющего право собственности на землю.

Частью 5 ст. 30 ЗК РСФСР (в редакции, действовавшей на момент выдачи свидетельства о праве собственности на землю ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года) было предусмотрено, что при покупке всего земельного участка или его части в собственность решение Совета народных депутатов является основанием для заключения договора в нотариальном порядке. Заключенный договор и документы об оплате стоимости земельного участка служат основанием для отвода земельного участка в натуре и выдачи документа, удостоверяющего право собственности на землю. Форма договора утверждается Советом Министров РСФСР.

При этом согласно части 6 названной статьи расчеты, связанные с покупкой земельных участков, производятся через сбербанки, а после создания Росзембанка - через его местные отделения.

Как следует из материалов дела, а также пояснений сторон, какого-либо договора купли-продажи земельного участка площадью 23,8 га, предоставленного ФИО3 за плату на основании постановления главы Тамалинской районной администрации № 139 от 05 сентября 1992 года «О предоставлении земельных участков гражданам для организации крестьянских хозяйств» не заключалось, денежные средства в счет оплаты данного участка ФИО3 не вносились.

Ответчик ФИО3 не оспаривал, что спорный земельный участок, площадью 23,8 га он не выкупил, процедура приобретения участка, как того предписывали положения закона, действующие на момент возникновения правоотношений, им не исполнена. Доказательств обратному, вопреки требованиям ст.56 ГПК РФ, суду не представлено.

В качестве основания к отказу в иске, в том числе, по требованию о признании недействительным свидетельства ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года, ответчиками заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

Представитель администрации представила в суд свои возражения относительно применения срока исковой давности, указав, что срок исковой давности необходимо исчислять с 2021 года, то есть с момента проведения инвентаризации в результате которой администрация узнала об оформлении земельного участка ФИО3 в свою собственность.

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления (п.6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 № 43).

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Данное правовое регулирование направлено на создание определенности и устойчивости правовых связей между участниками правоотношений, их дисциплинирование, обеспечение своевременной защиты прав и интересов субъектов правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников правоотношений от необоснованно длительных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

Согласно п. 1 ст. 78 Гражданского кодекса РСФСР, действовавшего до 01.01.1995, общий срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (исковая давность), устанавливается в три года, а по искам государственных организаций, колхозов и иных кооперативных и других общественных организаций друг к другу - в один год.

В силу ст.196 ГК РФ (действовавшей до принятия ФЗ 07.05.2013 № 100-ФЗ) общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ в ст.196 ГК РФ внесены изменения.

Как предусмотрено п. 1 ст. 196 ГК РФ (в ред.ФЗ от 07.05.2013 № 100-ФЗ) общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ. Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 6 марта 2006 года № 35-ФЗ «О противодействии терроризму» (п. 2 ст. 196 ГК РФ).

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», следует, что срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 06 марта 2006 года № 35-ФЗ «О противодействии терроризму». Началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права. Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен. Названный срок применяется судом по заявлению стороны в споре. Вместе с тем истцу не может быть отказано в защите права, если до истечения десятилетнего срока имело место обращение в суд в установленном порядке или обязанным лицом совершены действия, свидетельствующие о признании долга.

Право собственности на земельный участок возникло у ответчика до вступления в силу ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», подтверждено выданным свидетельством, именно с указанного времени (16 сентября 1992 года) земельный участок перешел в собственность ответчика, который открыто владел и пользовался им.

Как следует из материалов дела и установлено судом, основанием для предоставления земельного участка площадью 33га, из которых 23,8 га за плату, явилось постановление № 139 от 05 сентября 1992 года, на основании которого уже выдано оспариваемое свидетельство ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года.

Именно в этот день (16 сентября 1992 года) Тамалинская районная администрация узнала о нарушении своего права, в частности нарушении процедуры предоставления земельного участка, а именно выдачи оспариваемого свидетельства без заключения соответствующего договора в нотариальном порядке и без внесения выкупной стоимости.

Поскольку Государственное учреждение администрация Тамалинского района является правопредшественником администрации Тамалинского района Пензенской области, срок исковой давности необходимо исчислять непосредственно с 17 сентября 1992 года, то есть со следующего дня после даты выдачи свидетельства.

На момент обращения истца в суд с настоящим иском (30 октября 2023 года) со дня осведомленности администрации о нарушении ее права, прошло более 30 (ТРИДЦАТИ) лет, тогда как для государственных учреждений в силу п. 1 ст. 78 Гражданского кодекса РСФСР, действовавшего до 01.01.1995, срок давности устанавливался в один год.

Передача полномочий по распоряжению земельными участками от Государственного учреждения администрации Тамалинского района (ИНН <***>) дата прекращения деятельности (ликвидации) - 10.09.2003) к администрации Тамалинского района (ИНН <***>, дата создания 24 января 2003 года) в силу указанных выше положений закона не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. Иное означало бы непропорциональную защиту прав и законных интересов публичных образований в нарушение других, равноценных по своему значению прав участников земельных правоотношений.

Таким образом, с учетом действующих на момент обращения администрации в суд правовых норм и разъяснений по их применению, приведенных ранее, вопреки доводам представителя истца, суд приходит к выводу, что исковые требования администрации Тамалинского района Пензенской области о признании недействительным свидетельства о праве собственности на землю ПЕО-27-0054 от 16 сентября 1992 года удовлетворению не подлежат, поскольку срок исковой давности по данным требованиям на момент подачи искового заявления истек еще до создания истца при осуществлении свое деятельности органом, выдавшим оспариваемое свидетельство, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При этом, пропущенный срок исковой давности исходя из разъяснений, изложенных в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», восстановлению не подлежит.

Рассматривая требования истца в части признания недействительными в силу ничтожности договора купли-продажи от 18 декабря 2017 года, заключенного между ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель), в части продажи земельного участка с кадастровым номером №, суд приходит к следующему.

Из разъяснений, содержащихся в абз. 2 и 3 п. 34, п. 35 Постановления Пленума ВС РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам ст.ст. 301, 302 ГК РФ. Если собственник требует возврата своего имущества из владения лица, которое незаконно им завладело, такое исковое требование подлежит рассмотрению по правилам ст.ст. 301, 302 ГК РФ, а не по правилам главы 59 ГК РФ.

Если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (ст.ст. 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные ст.ст. 301, 302 ГК РФ.

На основании пункта 52 данного Постановления государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права.

Как следует из позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 21 апреля 2003 года № 6-П «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан М., Н.А., С.З., С.Р. и Ш.», права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного п.п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные ст. 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

Иное истолкование положений п.п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ означало бы, что собственник имеет возможность прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, т.е. требовать возврата полученного в натуре не только когда речь идет об одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции РФ установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя.

В соответствии со ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Из положений ст. 302 ГК РФ следует, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В соответствии со ст. 302 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель). Для целей применения п.п. 1 и 2 ст. 302 ГК РФ приобретатель не считается получившим имущество возмездно, если отчуждатель не получил в полном объеме плату или иное встречное предоставление за передачу спорного имущества к тому моменту, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неправомерности отчуждения. В то же время возмездность приобретения сама по себе не свидетельствует о добросовестности приобретателя (п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 года).

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества (п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 года).

В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

На основании ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 ГК РФ).

Приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 ГК РФ» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Из приведенных правовых норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что при рассмотрении иска об истребовании имущества из незаконного владения лица, к которому это имущество перешло на основании сделки, юридически значимыми и подлежащими судебной оценке обстоятельствами являются наличие либо отсутствие воли собственника на выбытие имущества из его владения, возмездность или безвозмездность сделок по отчуждению спорного имущества, а также соответствие либо несоответствие поведения приобретателя имущества требованиям добросовестности.

При этом бремя доказывания факта выбытия имущества из владения собственника помимо его воли (иного уполномоченного в силу закона лица), а в случае недоказанности этого факта - бремя доказывания недобросовестности приобретателя возлагается на лицо, заявившее данные требования с учетом ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, п. 5 ст. 10 ГК РФ. Добросовестный приобретатель вправе предъявить доказательства выбытия имущества из владения собственника (иного уполномоченного в силу закона лица) (предоставления имущественных прав) по его воле.

Между тем, истцом не представлено доказательств выбытия спорного имущества из его (в данном случае его правопредшественника) владения помимо воли, как не представлено доказательств недобросовестности приобретателей, презумпция добросовестности последующих приобретателей земельного участка, купившего земельный участок, истцом не опровергнута.

Выбытие имущества из владения того или иного лица является следствием конкретных фактических обстоятельств. Владение может быть утрачено в результате действий самого владельца, направленных на передачу имущества, или действий иных лиц, осуществляющих передачу по его просьбе или с его ведома. В подобных случаях имущество считается выбывшим из владения лица по его воле. Если же имущество выбывает из владения лица в результате похищения, утери, действия сил природы, закон говорит о выбытии имущества из владения помимо воли владельца (п. 1 ст. 302 ГК РФ). Именно такие фактические обстоятельства, повлекшие выбытие имущества из владения лица, и учитываются судом при разрешении вопроса о возможности удовлетворения виндикационного иска против ответчика, являющегося добросовестным приобретателем имущества по возмездной сделке (абз.5 п.10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13 ноября 2008 года № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения»).

Также при рассмотрении споров, связанных с истребованием недвижимого имущества из незаконного владения, необходимо учитывать правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации (абз.8 п.3 Постановления от 22 июня 2017 года № 16-П/2017), согласно которым добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте п. 1 ст. 302 ГК РФ в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права. Соответственно, указанное законоположение в части, относящейся к понятию «добросовестный приобретатель», не может рассматриваться как неправомерно ограничивающее права, гарантированные Конституцией Российской Федерации, в том числе ее ст.ст. 8 (ч. 2), 19 (ч.ч. 1 и 2), 34 (ч. 1), 35 (ч.ч. 1 и 2) и 55 (ч. 3).

Как установлено судом и следует из материалов дела, а также подтверждается пояснениями сторон, земельный участок был предоставлен в собственность ФИО3 постановлением главы Тамалинской районной администрации № 139 от 05 сентября 1992 года «О предоставлении земельных участков гражданам для организации крестьянских хозяйств», на основании которого выдано свидетельство, то есть земельный участок предоставлен ФИО3 по воли уполномоченного в силу закона лица.

При этом, как установлено судом при рассмотрении настоящего дела (листы решения № 9-10), глава администрации Тамалинского района имел полномочия на издание Постановления № 139 от 05 сентября 1992 года и указанное постановление до настоящего времени не оспорено.

Также стороной не представлено доказательств несоответствия поведения приобретателей имущества (ФИО1) требованиям добросовестности, то есть не опровергнута презумпция добросовестности. Согласно не опровергнутых пояснений ФИО1, перед сделкой он проверил отсутствие обременений и ограничений прав ФИО3 на отчуждение участка, наличие у последнего права собственности, зарегистрированного в установленном законом порядке в публичном государственном реестре прав.

Оспариваемая сделка по отчуждению спорного объекта недвижимости носила возмездный характер, что подтверждается помимо пояснений сторон договора (их представителей), также и условиями данного договора (п. 3 договора купли продажи от 18 декабря 2017 года).

На момент заключения договора-купли продажи от 18 декабря 2017 года, в ЕГРН имелась запись о регистрации права собственности на земельный участок за продавцом ФИО3 (№ 58:27:0040702:123-58/027/2017-1 от 29 мая 2017 года). Земельный участок фактически также находился во владении ФИО3 Данных в ЕГРН о наличии правопритязаний в отношении спорного земельного участка со стороны третьих лиц, не имелось, как не имелось записей об ограничениях и обременениях права собственности продавца.

Из пояснений ответчиков следует, что каких-либо требований к ФИО3 истцом до 2023 года не предъявлялось, в суд с требованием относительно спорного земельного участка к нему администрация ранее не обращалась.

Таким образом, истцом не представлено доказательств, которые могли бы свидетельствовать об осведомленности приобретателей имущества о незаконности выбытия этого имущества из владения собственника, а также о том, что при надлежащей степени заботливости и осмотрительности ФИО1 должен был воздержаться от приобретения имущества.

В данном случае выбытие имущества произошло по воли администрации и фактически стало возможным в результате пренебрежения требованиями разумности и осмотрительности со стороны компетентных государственных органов, а именно выдачи администрацией свидетельства без заключения договора купли-продажи и получения выкупной стоимости, в этой связи с учетом конституционно-правового смысла ст. 302 ГК РФ, возможность истребования недвижимого имущества не должна предоставляться публично-правовому образованию.

На основании изложенного суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований истца о признании договора от 18 декабря 2017 года недействительным и, как следствие, применении последствий недействительности сделки.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении иска администрации Тамалинского района Пензенской области к ФИО3, ФИО1 о признании недействительным свидетельства о праве собственности на землю в части, признании недействительным договора купли-продажи земельного участка в части и применении последствий недействительности (ничтожной) сделки – отказать.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Тамалинский районный суд Пензенской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: К.В. Елтищев

Справка: решение в окончательной форме принято 29.11.2023.

Судья: К.В. Елтищев