РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

4 сентября 2025 года г. Ангарск

Ангарский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Ковалёвой А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Подольской М.А., с участием помощника прокурора г. Ангарска Смирновой Е.С., представителей истца ФИО2 – ФИО4, действующей на основании доверенности, ФИО6, действующего на основании ордера, ответчика ФИО7, представителя ответчиков ФИО7, ФИО8 – ФИО9, действующей на основании доверенности, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1830/2025 (УИД № 38RS0001-01-2024-003687-94) по исковому заявлению ФИО2, ФИО7, ФИО8, ФИО10, администрации Ангарского городского округа о признании членом семьи нанимателя, признании права пользования жилым помещением, вселении, признании недействительным распоряжения, признании недействительным договора социального найма, признании не приобретшими права пользования жилым помещением,

установил:

истец ФИО2 обратился в суд в названным иском, в обоснование указав, что нанимателем жилого помещения - квартиры, расположенной по адресу: ... являлась ФИО3 на основании ордерам № от **. В ордере имя нанимателя указано как «<данные изъяты>», в иных документах, в том числе поквартирной карточке, справке о регистрации «<данные изъяты>». В ордер в качестве членов семьи нанимателя включены: сын нанимателя ФИО14, дочь нанимателя ФИО11 (ныне ФИО27) Р.В., зять нанимателя (супруг ФИО15) ФИО16, умерший в **. Также в ордер включена ответчик - внучка нанимателя (дочь ФИО15 и ФИО16) ФИО11 (ныне ФИО11) Е.В.

ФИО12 состояла в зарегистрированном браке с ФИО14 с **, ** у них родился сын ФИО2 (истец). На момент рождения ФИО13 ФИО12 и ФИО14 проживали в спорной квартире вместе с нанимателем ФИО3 Вплоть до **, ребенок был зарегистрирован по месту жительства отца. Брак между ФИО41 и ФИО12 был расторгнут **, после расторжения брака ребенок стал проживать с матерью, в соседней ... этом же доме. Часть вещей ФИО13 осталась у отца. Он продолжал поддерживать отношения и с отцом и бабушкой. Наниматель ФИО3 и отец ФИО13 ФИО42 прав несовершеннолетнего ФИО2 на указанную квартиру никогда не оспаривали.

При жизни ФИО14 злоупотреблял спиртными напитками, в ** проходил стационарное лечение в психиатрическом диспансере. В связи с этим он не мог в полной мере реализовывать свои родительские обязанности по отношению к Степану. Наниматель ФИО3 умерла в **, вслед за ней ** умер ФИО14 ФИО12 как законный представитель ФИО2 стала предпринимать меры к оформлению прав несовершеннолетнего на спорную квартиру, однако в администрации ей разъяснили, что права несовершеннолетнего могут быть оформлены только в судебном порядке. Кроме того, после смерти ФИО14 обнаружилось, что он снят с регистрационного учета в спорной квартире, и зарегистрирован по месту пребывания по адресу: ..., вместе с ним был снят с регистрационного учета и несовершеннолетний на тот момент ФИО2. Сам истец с регистрационного учета в спорной квартире не снимался, тем более и его мать ФИО12 не предпринимала никаких действий по снятию его с регистрационного учета.

Администрацией в суд был представлен договор социального найма № от **, заключенный с ФИО7, однако сторону истца о заключения данного договора в известность никто не ставил, согласия на заключение договора не спрашивал. Из договора социального найма также усматривается, что в состав членов семьи нанимателя ФИО17 включены ее дети: сын ФИО8, дочь ФИО10, которые фактически в квартире не проживают, никогда не вселялись. ФИО2 на момент заключения данного договора право пользования жилым помещением не утратил, соответственно заключение договора могло иметь место только с его согласия.

На данный момент истец достиг совершеннолетия и желает проживать отдельно от матери, но в спорное жилое помещение, в которое был вселен в несовершеннолетнем возрасте на законных основаниях попасть не может, ключей от квартиры у него нет, в ней проживают посторонние люди.

На основании вышеизложенного, неоднократно уточнив исковые требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, окончательно сформулировав исковые требования, истец просит признать его членом семьи нанимателя ФИО3, умершей **; признать за ним право пользования и вселить в жилое помещением – квартиру, расположенную по адресу: ..., общей площадью <данные изъяты> кв.м., кадастровый №; признать недействительным Распоряжения Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Ангарского городского круга от ** № «О заключении договора социального найма жилого помещения»; признать недействительным Договора социального найма жилого помещения № от **; признать ФИО8, ФИО10 не приобрётшими права пользования спорным жилым помещением.

Определением суда от ** ФИО27 привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора (л.д. 85, том 1)

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, извещен о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, представлено заявление о рассмотрении дела в отсутствие.

Представитель истца ФИО2 – ФИО12, действующая на основании доверенности (л.д. 139, том 1) и являющаяся матерью истца в судебное заседание при надлежащем извещении не явилась, ранее в судебном заседании поясняла, что была замужем за ФИО5, из роддома ФИО13 привезли по адресу: ..., в квартире проживали она, супруг, Степан и двое ее детей, ФИО3 на тот момент проживала в дочери ФИО27 Отношения со свекровью были хорошие, она проживала с детьми, в том числе со Степаном в спорной квартире вплоть до развода, брак с ФИО14 был расторгнуты 2011 году, в последующем она переехала с детьми жить в соседнюю .... Степан был зарегистрирован по месту жительства отца с согласия ФИО3, претензий никто никогда не заявлял. Далее им стало известно, что ФИО13 без согласия сняли с регистрации по спорному адресу и временно зарегистрировали по адресу: ..., по данному адресу он никогда не проживал. Считает, что сын на законных основаниях был вселен в спорное жилое помещение, был зарегистрирован по месту жительства отца, следовательно приобрел право пользования квартирой на условиях договора социального найма.

Представители истца ФИО2 – ФИО4, действующая на основании доверенности (л.д. 139, том 1), в судебном заседании исковые требования с учетом уточнений поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить, повторив доводы, изложенные в уточненном иске. Также суду пояснила, что ФИО2 будучи несовершеннолетним был зарегистрирован и проживал в спорной квартире, которая одновременно являлась местом проживания его отца ФИО14, с согласия нанимателя ФИО3 Место жительство несовершеннолетнего было определено родителями. До ** истец не мог самостоятельно реализовывать свои права, так как был несовершеннолетним. Фактически истец проживал в квартире до расторжения брака между матерью и отцом. То, что истец был снят с регистрационного учета, не говорит о том, что он утратил право пользования спорной квартирой. Полагает, что истец был снят с регистрационного учета с целью заключения договора социального найма, дальнейшей приватизации спорного жилого помещения, без его участия. Считает, что дети ФИО7, включенные в договор социального найма, право пользования спорным жилым помещением не приобрели, так как не вселялись в него при жизни нанимателя, не признаны членами семьи нанимателя.

Представители истца ФИО2 – ФИО6, действующий на основании ордера (л.д. 130, том 2), в судебном заседании позицию истца поддержал.

Ответчик ФИО7 в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме, суду пояснила, что ФИО14 приходился ей дядей, после заключения брака с ФИО12 он перешел жить к ней в соседнюю ..., Степан никогда не вселялся в спорное жилое помещение, до ** в спорной квартире проживала родственница <данные изъяты>, после расторжения брака ФИО14 вернулся жить в .... Далее он стал злоупотреблять спиртными напитками, его забрала к себе жить сначала ФИО27, в последующем он жил у нее. ФИО3 никогда не давала согласия на регистрацию ФИО13, выписали ФИО14 и ФИО13, потому что копились долги, ФИО12 не оплачивала коммунальные расходы за сына. <данные изъяты> сам принял решение сняться с регистрационного учета, написал заявление от имени ребенка, поскольку он себя плохо чувствовал и не мог приехать в паспортный стол, была сделана заявка на дом. Сотрудники паспортного стола задавали ему вопросы, по какой причине он хочет выписаться из спорного жилья и прописаться в новом, он отвечал, что выписывается, так как больше туда возвращаться не будет. Они не намерены пускать ФИО2 в квартиру, поскольку с ним не общались, он не хотел видеть своего отца. Просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ответчика ФИО7 - ФИО9, действующая на основании доверенности (л.д. 72-73, том 1) в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на иск (л.д. 162-163, том 1), из которых следует, что Степан никогда не проживал в спорной квартире, не был вселен в жилое помещение. Его регистрация носила формальный характер, так как его мать, ФИО12 попросила зарегистрировать ФИО13, в связи с тем, что в своей квартире не могла его зарегистрировать по причине долгов. ФИО3 не давала согласие на регистрацию ребенка, с внуком не общалась, с ** не проживала в спорной квартире. Бремя по содержанию спорной квартиры несла ФИО3 до **, далее ФИО27 и ФИО7, что подтверждается квитанциями об оплате. Снялся с регистрационного учета ФИО14 вместе со своим сыном Степаном на законных основаниях, добровольно, выезд не носил временный характер. Никаких попыток вселения в спорную квартиру ФИО12 со своим несовершеннолетним сыном не предпринимала. Считает, что подача иска в суд инициирована с целью, единоличного участия ФИО12 в приватизации квартиры по адресу: ..., без участия сына. Местом жительства детей является место жительство, определенное родителями. В материалах дела имеется заявление ФИО12, которая указывает, что проживает в ... со своими детьми непрерывно, то есть последняя определила место жительство несовершеннолетнего ребёнка. Просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Ответчик ФИО10 в судебное заседание после перерыва не явилась, извещена надлежащим образом, ранее в судебном заседании поясняла, что в спорную квартиру вселились в 2020 году она, брат, мать и отчим, просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Ответчик ФИО8 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Ответчики администрация Ангарского городского округа, Комитет по управлению муниципальным имуществом, при надлежащем извещении представителей в судебное заседание не направили, возражений не представили.

Третье лицо ФИО27 после перерыва в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом. ранее в судебном заседании позицию ответчика ФИО7, представителя ФИО9 поддержала, дав аналогичные показания.

В силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о возможности рассмотрения дела при данной явке, поскольку неявка не является препятствием к разбирательству дела.

Суд, выслушав пояснения сторон, допросив свидетелей, заслушав заключение прокурора, полагавшего возможным удовлетворить исковые требования в части признании ФИО2 членом семьи нанимателя ФИО3, признании за ним право пользования и вселении в спорное жилое помещение, и не подлежащими удовлетворению в остальной части, изучив письменные материалы дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи с учётом положений статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Конституционное право граждан на жилище относится к основным правам человека и заключается в обеспечении государством стабильного, постоянного пользования жилым помещением лицами, занимающими его на законных основаниях, в предоставлении жилища из государственного, муниципального и других жилищных фондов малоимущим и иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, в оказании содействия гражданам в улучшении своих жилищных условий, а также в гарантированности неприкосновенности жилища, исключения случаев произвольного лишения граждан жилища (статьи 25, 40 Конституции Российской Федерации).

Согласно статье 5 Федерального Закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ, к жилищным правоотношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных данным Федеральным законом.

Суд, рассматривая исковые требования, принимает решение в соответствии с требованиями Жилищного кодекса Российской Федерации, поскольку данные жилищные правоотношения возникли после введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», при рассмотрении дел, вытекающих из жилищных правоотношений, судам необходимо учитывать, что Конституция Российской Федерации предоставила каждому, кто законно находится на территории Российской Федерации, право свободно передвигаться, выбирать место жительства, а также гарантировала право на жилище.

В силу части 4 статьи 3 Жилищного кодекса Российской Федерации никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем, в том числе, в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

В силу статьи 10 Жилищного кодекса Российской Федерации, жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности. В соответствии с этим жилищные права и обязанности возникают: из договоров и иных сделок, предусмотренных федеральным законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных федеральным законом, но не противоречащих ему; из актов государственных органов и актов органов местного самоуправления, которые предусмотрены жилищным законодательством в качестве основания возникновения жилищных прав и обязанностей; из судебных решений, установивших жилищные права и обязанности; в результате приобретения в собственность жилых помещений по основаниям, допускаемым федеральным законом; из членства в жилищных или жилищно-строительных кооперативах; вследствие действий (бездействия) участников жилищных отношений или наступления событий, с которыми федеральный закон или иной нормативный правовой акт связывает возникновение жилищных прав и обязанностей.

Статья 60 Жилищного кодекса Российской Федерации устанавливает, что по договору социального найма жилого помещения одна сторона собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующего от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо уполномоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение или в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим кодексом.

В силу статьи 62 Жилищного кодекса Российской Федерации пользование жилым помещением по договору социального найма осуществляется в соответствии с настоящим Кодексом, договором социального найма данного жилого помещения.

К правам нанимателя жилого помещения относится право вселять в занимаемое им жилое помещение иных лиц (пункт 1 части 1 статьи 67 Жилищного кодекса Российской Федерации).

К членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним супруг, а также дети нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке (часть 1 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности (часть 2 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации, наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя - других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи. Наймодатель может запретить вселение граждан в качестве проживающих совместно с нанимателем членов его семьи в случае, если после их вселения общая площадь соответствующего жилого помещения на одного члена семьи составит менее учетной нормы. На вселение к родителям их несовершеннолетних детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя.

Вселение в жилое помещение граждан в качестве членов семьи нанимателя влечет за собой изменение соответствующего договора социального найма жилого помещения в части необходимости указания в данном договоре нового члена семьи нанимателя.

В соответствии со статьей 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

Временное же отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма (статья 71 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Согласно выписке из реестра муниципального имущества Ангарского городского округа № от ** жилое помещение, расположенное по адресу: ..., кадастровый № принадлежит на праве собственности Муниципальному образованию Ангарского городского округа, право собственности возникло ** (л.д. 61, том 1).

Из представленного суду ордера № от **, выданного исполнительным комитетом Ангарского городского Совета депутатов трудящихся, следует, что нанимателю ФИО3 предоставлено жилое помещение по адресу: ..., площадью <данные изъяты> кв.м., на основании Решения администрации и профкомитета предприятия <данные изъяты> (л.д. 66, том 1).

В качестве членов семьи нанимателя указаны <данные изъяты> человека: ФИО14 (сын), умерший ** (л.д. 58, том 2); ФИО11 (ныне ФИО27) Р.В. (дочь), сменила фамилию в связи с вступлением в брак с ФИО18 (л.д. 15, том 2); ФИО16 (зять), умерший ** (л.д. 71, том 2); ФИО11 (ныне ФИО11) Е.В. (внучка), сменила фамилию в связи с вступлением в брак с ФИО19 (л.д. 60, том 2).

Между ФИО14 и ФИО28 ** заключен брак, что подтверждается копией свидетельства о заключении брака серии № (л.д. 74, том 1), указанный брак расторгнут ** на основании решения мирового судьи судебного участка № ... и ... от ** (л.д. 75, том 1).

ФИО2, ** года рождения является сыном ФИО14 и ФИО12 (л.д. 10, том 1).

ФИО2 был зарегистрирован по адресу: ... ** по ** (л.д. 8, том 1).

С ** по ** имел регистрацию по месту пребывания: ... (л.д. 9, том 1).

** ФИО14 умер, о чем представлено свидетельство о смерти серии № от ** (л.д. 11, том 1).

Часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации провозглашает, что материнство и детство, а также семья находятся под защитой государства.

Часть 2 статьи 7 Конституции Российской Федерации обеспечивает государственную поддержку семьи, материнства, отцовства и детства.

Согласно пункта 2 статьи 54 Семейного кодекса Российской Федерации каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, насколько это возможно, право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам.

Ребенок имеет право на защиту своих прав и законных интересов. Защита прав и законных интересов ребенка осуществляется родителями (лицами, их заменяющими), а в случаях, предусмотренных названным Кодексом, органом опеки и попечительства, прокурором и судом (пункт 1 статьи 56 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей. Родители имеют преимущественное право на обучение и воспитание своих детей перед всеми другими лицами (пункт 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 65 Семейного кодекса Российской Федерации обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

Местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов (пункт 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу указанных норм права, несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, могущего возникнуть независимо от факта вселения ребенка в такое жилое помещение в силу того, что несовершеннолетние дети не имеют возможности самостоятельно реализовать право на вселение.

При этом закон не устанавливает какой-либо срок, по истечении которого то или иное лицо приобретает право пользования жилым помещением.

Само по себе проживание ребенка и его родителей в жилом помещении, не являющемся местом жительства, которое определено ребенку соглашением родителей, не может служить основанием для признания его не приобретшим или утратившим право пользования тем жилым помещением, нанимателем которого являлся один из его родителей, признававший ребенка членом семьи при заключении договора социального найма.

По смыслу указанных норм права, несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, возникающего независимо от факта вселения ребенка в такое жилое помещение и фактическое проживание в нем.

Утрата права пользования жилым помещением законным представителем вследствие его добровольного отказа от реализации жилищных прав, по смыслу вышеприведенных норм закона, не является безусловным основанием для утраты права пользования жилым помещением несовершеннолетними детьми, которые, по смыслу вышеприведенных норм закона, приобрели самостоятельные и равные с нанимателем права по договору социального найма.

Согласно пояснениям представителей истца, место жительства ФИО2 с рождения было определено родителями в квартире по адресу: ..., выезд из спорной квартиры в ** носил вынужденный характер, после расторжения брака родителей, в связи с злоупотреблением ФИО14 алкоголем.

Материалами настоящего гражданского дела также подтверждается, что ФИО2 был вселен и проживал в спорном жилом помещении с момента рождения.

С рождения ФИО2 наблюдался в Городской детской больнице №, медицинская сестра, осуществляющая патронаж, посещала новорожденного по спорному адресу (л.д. 2-10, том 2), из записей медицинской сестры следует, что ребенок проживает с родителями по адресу: ..., в том числе имеются опросы отца ФИО13 – ФИО14 о состоянии здоровья ребенка (л.д. 5, том 2).

Данный факт подтвердили в судебном заседании и свидетели, так свидетель ФИО20, суду показала, что работала в Городской детской больнице № медицинской сестрой, фельдшером, обслуживала территорию <данные изъяты> на протяжении <данные изъяты> лет. Вообще с <данные изъяты> лет проживает в <данные изъяты>. Елену (мать ФИО13) знает на протяжении длительного времени. Степан родился **, она приходила как медицинская сестра на патронаж в .... До достижения Степаном <данные изъяты> года, она посещала его два раза в месяц. Елена до родов так же проживала по данному адресу, она осуществляла дородовой патронаж. В квартире проживала бабушка, Елена, Степан и <данные изъяты>. Когда Степану было <данные изъяты> лет, муж Елены стал злоупотреблял алкоголем, Елена и Степан переехали жить в .... Бабушка ФИО13 была среднего телосложения, у неё был прикрыт глаз. Когда она приходила на патронаж, Степан был на руках у бабушки. С ФИО7 не знакома. Со слов людей знает, что у <данные изъяты> был инсульт, его забрали к себе родственники. Спорную квартиру сдавали. В ** по спорному адресу проживали <данные изъяты>.

Свидетель ФИО21 суду показала, что в <данные изъяты> проживает с <данные изъяты> лет. Семью ФИО3 знает с детства. Ее двоюродный брат был лучшим другом отца ФИО13 - <данные изъяты>. <данные изъяты> был женат два раза. Когда <данные изъяты> женился на Елене, они жили в .... В квартире жили <данные изъяты>, Елена, Степан, бабушка, дочь и сын Елены. Знает, что, когда Степан пошел в школу, он уже не жил по спорному адресу. Он жил в этом же доме, в другой квартире с матерью. Когда Степан пошел в школу, брак между Еленой и <данные изъяты> был расторгнут. Спустя время <данные изъяты> парализовало, его забрали, бабушка так же уехала жить к дочери. Спорную квартиру стали сдавать. На данный момент спорная квартира закрыта, квартиросъемщики уехали перед Новым годом.

Показаниям данных свидетелей не доверять оснований у суда не имеется, поскольку свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, они не заинтересованы в исходе дела, не являются родственниками сторон. Кроме того, показания свидетеля ФИО20 согласуются и с письменными доказательствами, в частности медицинской картой ФИО2

Доводы стороны ответчиков, что ФИО3 не давала согласие на вселение и регистрацию ФИО13, подтвержденные показаниями свидетеля ФИО22, являющейся сестрой ФИО7, судом не принимаются во внимание, поскольку с целью обеспечения права несовершеннолетних детей жить и воспитываться в семье (статья 54 Семейного кодекса Российской Федерации) частью 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и наймодателя для вселения к родителям их несовершеннолетних детей (это могут быть дети как самого нанимателя, так и других членов его семьи, проживающих в жилом помещении).

Свидетель ФИО23 в судебном заседании суду показала, что ФИО14 приходился ей двоюродным братом. Он жил с первой женой <данные изъяты> и тремя детьми в <данные изъяты> в спорной квартире, его мать сначала жила с ними, потом переехала в м-он. <данные изъяты>. Спустя время <данные изъяты> начал встречаться со второй женой Еленой, ушел к ней жить в соседнюю квартиру, расположенную в этом же доме, у них родился сын, однако ей не известно вселялся ли Степан в спорную квартиру. Когда <данные изъяты> расстался с Еленой, он ушел жить к матери и сестре Раисе, спорная квартира была пустой.

Показания свидетелей ФИО24 и ФИО25, о том что ФИО3 за долго до рождения ФИО13 уехала жить к своей дочери ФИО27, а также показания свидетеля ФИО26, являющейся родственницей ответчиков, о том, что она проживала в спорной квартире с ** на протяжении <данные изъяты> лет, а семья ФИО14 в ..., ничем не подтверждены, более того не имеют правового значения. Так в судебном заседании ответчик ФИО7 поясняла, что ФИО14 добровольно зарегистрировал сына в спорном помещении, не поставив по ее словам в известность ФИО3, тем самым выразив волю родителя определил место жительства сына в спорном жилом помещении.

Несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, возникающего независимо от факта вселения ребенка в такое жилое помещение.

При этом материалы дела не содержат сведений о заключении родителями ФИО2 соглашения, в любом его виде, об определении места жительства сына в ином жилом помещении.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО2, ** рождения, приобрел право пользования спорным жилым помещением по договору социального найма в качестве члена семьи нанимателя, вселен в жилое помещение и проживал в нем со своими родителями с рождения.

То обстоятельство, что после расторжения брака родителей мать выехала вместе с сыном из спорной квартиры, и в ** отец снял с регистрационного учета, как себя, так и несовершеннолетнего сына, не свидетельствует о добровольности выезда несовершеннолетнего и отказа от своего права пользования спорной квартирой, поскольку в силу возраста он был лишен возможности самостоятельно реализовать свои жилищные права.

Само по себе проживание ФИО2 в настоящий момент по иному адресу с матерью, не свидетельствует об утрате несовершеннолетним права на спорное жилое помещение.

Как указано выше, основанием для признания бывшего члена семьи нанимателя утратившим право пользования жильем установлены частью 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации и таковыми являются выезд на иное постоянное место жительства с добровольным отказом от прав и обязанностей, предусмотренных договором социального найма.

Между тем, подобных обстоятельств, с которыми закон (часть 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации) связывает возможность признания гражданина утратившими право пользования жилым помещением, в отношении ФИО2, являющегося несовершеннолетним, объективного подтверждения не нашли, поскольку его выезд из спорной квартиры носил вынужденный характер, иных доказательств в материалы гражданского дела не представлено.

Кроме того, при разрешении исковых требований, суд исходит из того, что ФИО2 будучи несовершеннолетним, вселен в спорную квартиру, указанное место жительства определено его родителями. Поскольку ФИО2 с рождения в установленном порядке был зарегистрирован в спорной квартире по месту регистрации своего отца, он приобрел право пользования спорным жилым помещением. Раздельное проживание родителей не влияют на права детей, в том числе на жилищные права, поэтому прекращение семейных отношений между родителями несовершеннолетних детей не влечет за собой утрату детьми права пользования спорным жилым помещением. При этом, ответчик до 18-летнего возраста не может самостоятельно определять свое место жительства в отсутствие согласия одного из родителей. В связи с чем, суд приходит к выводу, что не проживание ответчика в спорной квартире носит временный характер, связано с прекращением брака его родителей и препятствием в пользовании жилым помещением.

Поэтому не проживание истца в спорном жилом помещении не может расцениваться как односторонний отказ от прав и обязанностей по договору социального найма, и не является основанием для признания его утратившим право пользования жилым помещением.

Доказательств того, что истец отказался от права пользования спорным помещением, в том числе в связи с приобретением иного жилого помещения, материалы дела не содержат. Напротив ФИО2 имеет желание вселится в спорное жилое помещение, в связи с чем направлял письменное требование ФИО7 (л.д. 189-190, том 1), нести расходы по содержанию квартиры, в подтверждение представив квитанции о частичной оплате услуг <данные изъяты> и <данные изъяты> (л.д. 11, том 2).

У ФИО2 отсутствует в собственности какое-либо жилое помещения, что подтверждается уведомлением Управления Росреестра по Иркутской области. Нарушение прав ФИО3 как нанимателя фактом регистрации ребенка в спорном жилом помещении судом не установлено.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО2 о признании его членом семьи нанимателя ФИО3, умершей **, признать за ним право пользования жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: ..., вселении в указанное жилое помещение.

Разрешая исковые требования истца о признании недействительными распоряжения, договора социального найма, признании не приобретшими права пользования жилым помещением ФИО10 и ФИО8 суд исходит из следующего.

В силу частей 2, 3 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Дееспособные и ограниченные судом в дееспособности члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора социального найма. Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма должны быть указаны в договоре социального найма жилого помещения.

Вселение в жилое помещение граждан в качестве членов семьи нанимателя влечет за собой изменение соответствующего договора социального найма жилого помещения в части необходимости указания в данном договоре нового члена семьи нанимателя (часть 2 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей на момент заключения спорного договора приватизации) (далее - Закон о приватизации) граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет

В соответствии со статьей 6 Закона о приватизации передача жилых помещений в собственность граждан осуществляется уполномоченными собственниками указанных жилых помещений органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также государственными или муниципальными унитарными предприятиями, за которыми закреплен жилищный фонд на праве хозяйственного ведения, государственными или муниципальными учреждениями, казенными предприятиями, в оперативное управление которых передан жилищный фонд.

В силу положений статьи 7 Закона о приватизации в договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением.

Право собственности на приобретенное жилое помещение возникает с момента государственной регистрации права в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Согласно статье 8 Закона о приватизации в случае нарушения прав гражданина при решении вопроса о приватизации жилых помещений он вправе обратиться в суд.

Право оспорить в судебном порядке договор о передаче жилого помещения в собственность разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», указав, что договор по требованию заинтересованных лиц может быть признан судом недействительным по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на дату заключения договора приватизации) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Доводы истца о недействительности договора социального найма жилого помещения № от ** основаны на том, что договор заключен с нарушением требований закона, поскольку на момент заключения договора несовершеннолетний ФИО2, не утратил право пользования данным жилым помещением, при этом согласие на участие в приватизации или отказ от неё, законного представителя несовершеннолетнего ФИО2, при заключении договора не истребовалось.

Однако представленные в материалы дела документы не позволяют сделать достоверный вывод о том, что при заключении договора с ответчиком ФИО7 допущены указанные истцом нарушения.

Как следует из материалов дела в спорной квартире на момент заключения договора имела регистрацию только ФИО7, которая также была включена в ордер в качестве члена семьи нанимателя ФИО3 В судебном заседании ответчики ФИО7 и ФИО10 поясняли, что в ** вселились в спорное жилое помещение совместно с ФИО8, проживают в нем по настоящее время, оплачивают коммунальные услуги, содержат квартиру в надлежащем виде.

Согласно части 2 статьи 82 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае смерти нанимателя право требовать признания себя нанимателем по ранее заключенному договору социального найма вместо первоначального нанимателя принадлежит любому дееспособному члену семьи умершего нанимателя.

Эти положения воспроизводят (применительно к договору социального найма) нормы пункта 2 статьи 686 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым в случае смерти нанимателя или его выбытия из жилого помещения договор продолжает действовать на тех же условиях, а нанимателем становится один из граждан, постоянно проживающих с прежним нанимателем, по общему согласию между ними. Если такое согласие не достигнуто, все граждане, постоянно проживающие в жилом помещении, становятся сонанимателями.

Положения пункта 2 статьи 686 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу пункта 3 статьи 672 Гражданского кодекса Российской Федерации применимы и к договору социального найма жилого помещения, поскольку иное не предусмотрено жилищным законодательством.

Приведенные нормы в их взаимосвязи указывают на то, что в случае, если после смерти нанимателя в жилом помещении остаются проживать члены его семьи, договор социального найма не признается расторгнутым и продолжает действовать на тех же условиях, при этом нанимателем признается один из проживающих или все проживающие признаются сонанимателями.

Таким образом, возникновение равного с нанимателем права пользования жилым помещением обусловлено вселением в жилое помещение с соблюдением предусмотренного порядка реализации нанимателем права на вселение в жилое помещение других лиц в качестве членов своей семьи.

Судом установлено, что на основании Распоряжения Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Ангарского городского округа № от ** (л.д. 49, том 2), между Муниципальным образованием «Ангарский городской округ» в лице администрации Ангарского городского округа и ФИО7 заключен договор социального найма жилого помещения № от ** (л.д. 62-63).

В силу статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации ФИО7 имела законные основания для вселения в занимаемое ею жилое помещение по договору социального найма своих детей, поскольку несовершеннолетний ФИО2 не являлся и не является членом ее семьи письменного согласия его законного представителя ФИО12 для этого не требовалось.

Поскольку только при рассмотрении настоящего дела установлено, что не проживание ответчика ФИО2 в спорной квартире носило временный характер, снятие последнего с регистрационного учета не свидетельствует о добровольности выезда несовершеннолетнего и отказа от своего права пользования спорной квартирой, учитывая, что ФИО2 не являлся и не признавался в судебном порядке членом семьи ФИО7, решение администрации Ангарского городского округа о заключении с ФИО1 договора социального найма жилого помещения № от ** на передачу ей и членам ее семьи - дочери ФИО10 и сыну ФИО8 в бессрочное владение и пользование жилого помещения по адресу: ..., принято законно и обосновано.

В связи с чем, требования ФИО2 о признании недействительным Распоряжения Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Ангарского городского круга от ** № «О заключении договора социального найма жилого помещения», признании недействительным Договора социального найма жилого помещения № от **, признании ФИО8, ФИО10 не приобрётшими права пользования спорным жилым помещением, удовлетворению не подлежат.

В месте с тем суд считает необходимым обязать администрацию Ангарского городского округа внести изменения в Договор социального найма жилого помещения № от ** заключенный между Муниципальным образованием Ангарский городской округ и ФИО7, включив в пункт 3 Договора ФИО2

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

решил:

исковые требований ФИО2, удовлетворить частично.

Признать ФИО2, ** года рождения, уроженца ..., членом семьи нанимателя ФИО3, ** года рождения, умершей **.

Признать за ФИО2 право пользования жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: ..., общей площадью <данные изъяты> кв.м., кадастровый №.

Вселить ФИО2 в жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: ....

Обязать администрацию Ангарского городского округа внести изменения в Договор социального найма жилого помещения № от ** заключенный между Муниципальным образованием Ангарский городской округ и ФИО7, включив в пункт 3 Договора ФИО2.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО7, ФИО8, ФИО10, администрации Ангарского городского округа о признании недействительным Распоряжения Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Ангарского городского круга от ** № «О заключении договора социального найма жилого помещения», признании недействительным Договора социального найма жилого помещения № от **, признании ФИО8, ФИО10 не приобрётшими права пользования жилым помещением - квартирой, расположенной по адресу: ..., отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ангарский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.В. Ковалёва