Дело №2-1060/2025
11RS0008-01-2025-000336-88
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Сосногорск Республики Коми
12 сентября 2025 года
Сосногорский городской суд Республики Коми в составе:
председательствующего судьи Сообцоковой К.М.
при секретаре Хозяиновой Н.В.,
с участием помощника прокурора г. Сосногорск Матвеевой Т.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО8 к ФИО9 о лишении права на выплаты,
установил:
ФИО8 обратился в суд с иском к ФИО9 о лишении права на выплаты, льготы, пенсионные и иные социальные гарантии, предусмотренные законодательством Российской Федерации, а также иными нормативными актами государственных органов в связи с признанием пропавшим без вести ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в ходе специальной военной операции.
В обоснование требований указано, что стороны ранее состояли в браке, являются родителями ФИО11 После расторжения брака, ФИО11 остался проживать с истцом, находился на его полном иждивении. Ответчик проживала отдельно, в воспитании сына участие не принимала. ФИО11 проходил военную службу, согласно извещению врио командира Войсковой части №, пропал без вести ДД.ММ.ГГГГ.
К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: Министерство обороны Российской Федерации, ФКУ «Военный комиссариат РК», АО «СОГАЗ», ГБУ РК «Комплексный центр социальной защиты населения г. Сосногорска», Департамент финансового обеспечения Министерства обороны РФ, Войсковая часть №, Министерство труда, занятости и социальной защиты Республики Коми, ФИО12
Стороны извещались о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились, кроме истца и ответчика. С учетом положений ст.ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд полагает рассмотреть дело в отсутствие неявившихмя лиц.
В настоящем судебном заседании истец и его представитель по доверенности ФИО33 на требованиях настаивали, доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержали.
Истец показал, что познакомился с ответчиком, когда служил в армии, встречались около года, ответчик сказала, что беременна, не говорила, что не от истца, зарегистрировали брак. Когда родился ФИО7, истец понял, что ребенок не от него, но оспаривать отцовство не пытался, всегда считал ФИО7 своим сыном, ответчик тоже никогда не пыталась оспаривать отцовство. В марте 1995 года истец был взят под стражу, через некоторое время ответчика тоже взяли под стражу, от адвоката истец узнал, что ребенка ответчик передала родителям истца.
Пока находился под стражей, подал документы на развод и расторг брак с ответчиком. После освобождения в 1997 году остался проживать в Ухте, познакомился с Еленой, завязались отношения, стали проживать совместно, зарегистрировали брак, забрали Сашу, сначала отдали его в обычный садик, потом в логопедический. Сначала жили в <адрес>, Саша ходил в СОШ №, потом переехали на Озерный, Саша перешел в СОШ № в поселке.
Елену Саша считал своей родной матерью, всегда называл ее мамой. Когда Саше было лет 13, решили рассказать, что его биологической матерью является ответчик, поскольку город маленький, боялись, что Саша может узнать от посторонних людей. К известию Саша отнесся спокойно, о том, что он пытался искать или общается с ответчиком, он никогда не говорил, истцу об этом ничего не известно.
Ответчик в жизни семьи ФИО37 не появлялась, общаться или забрать ФИО7, не пыталась, поэтому истец никогда не думал о том, чтобы взыскать с нее алименты или лишить родительских прав. ФИО7 полностью обеспечивали истец с супругой.
Ответчик и ее представитель по доверенности ФИО35 требования не признали, ответчик показала, что истец сразу знал, что она была беременна не от него. Истец был жестоким человеком, бил ответчика, ее мать и ее младшего брата, она боялась истца, поэтому никуда не обращалась.
Когда истца взяли под стражу, ответчик отвезла ФИО41 его родителям в Троицко-Печорск, оставила ребенка у них, сама уехала, потому что так просили родители истца, сказали, чтобы не было проблем. В ДД.ММ.ГГГГ году ответчика тоже взяли под стражу, потом осудили, она освободилась в декабре ДД.ММ.ГГГГ года, приехала в <адрес>, ей дали барак по соседству с родителями истца, однако, родители истца с Сашей видеться не разрешали, ответчик хотела забрать сына, но родители истца ей не позволили. Поскольку ответчик боялась истца, она ни в какие службы и органы по вопросу, что ей не дают видеться с сыном, не обращалась. Потом родители истца переехали в Ухту, ответчик осталась проживать в <адрес> до ДД.ММ.ГГГГ года, потом также переехала в Ухту, где устроилась работать санитаркой в психиатрическую больницу.
Когда Саше было 13 лет они встретились с ответчиком в <адрес> на автобусной остановке. Истец сказал Саше, что его родная мать умерла, так ответчику сказал сам ФИО42. Ответчик встречалась с ФИО43 еще 2 или 3 раза в городе, каких-либо вещей, иной материальной помощи Саше не оказывала, в мае 2003 года ответчика осудили, она отбывала наказание в местах лишения свободы, освободилась в декабре ДД.ММ.ГГГГ года.
После освобождения ответчик вернулась в Ухту, жила у родителей, работала в психиатрической больнице, Сашу снова увидела в ДД.ММ.ГГГГ года, когда его привели на экспертизу по наркотикам, Саша сказал, что находится под следствием, больше ответчик с Сашей не общалась, он отбывал наказание в местах лишения свободы, пока отбывал наказание они отношений не поддерживали.
Саша смог общаться с ответчиком только, когда стал совершеннолетним, поскольку до этого времени истец ему запрещал истец, а Саша боялся истца, поскольку он его бил, сломал ему нос, когда узнал, что он общается с ответчиком. Когда Саша отбывал наказание второй раз, ответчик все время ему помогала. Саша пошел на СВО, чтобы заработать на квартиру, поскольку истец ему сказал, что после освобождения, он будет жить только с ним.
Третье лицо - ФИО12, в ранее проведенном судебном заседании показала, что с ФИО11 познакомилась, когда ему было 14 лет, дружили в одной компании, поддерживали общение, но общались периодами. После первого освобождения ФИО7, с 2014 года состояли в фактических брачных отношениях. В настоявшее время ФИО12 подала исковое заявление о признании фактических брачных отношений с ФИО7 брачными отношениями.
В 2015 году ФИО7 снова осудили и посадили, но общение продолжали поддерживать. ФИО7 жил с отцом и его женой ФИО37 ФИО44 всегда называл мамой, как-то в разговоре рассказал, что его биологической матерью является ФИО3. С ФИО3 ФИО7 отношений не поддерживал, один раз съездил к ответчику на Югэр, тогда его сестра – ФИО10 еще была маленькой, больше у них не бывал, с матерью не общался. Когда ФИО1 уже был взрослый, один раз встретил ФИО3 на улице, поговорил с ней, но больше они не общались, о ом, что ФИО7 общался с родственниками ответчика, он никогда не говорил.
Когда ФИО1 посадили, он стал общаться с сестрой – ФИО10. А году в 2022-2023 ФИО1 говорил ФИО36, что пару раз общался с ответчиком но отношения с ФИО3 ФИО1 поддерживать не хотел, но просил ФИО36, чтобы она общалась с его сестрой, поскольку у нее никого нет.
ФИО36 периодически звонила ФИО10, пару раз ФИО10 приходила в гости, про ФИО3 ФИО10 говорила, что ее она бросила как и ФИО7, и как всех своих детей.
Когда ФИО7 ушел на СВО и находился в учебке, ФИО3 начала активно звонить и просить телефон ФИО7, но он не хотел с ней общаться, согласился только после того, как ФИО3 согласилась одолжить ему денег.
Опрошенный в судебном заседании свидетель ФИО13 (брат ФИО3) показал, что <данные изъяты>
Свидетель ФИО14 (мать ФИО3) показала, что <данные изъяты>
ФИО15 (брат ФИО2) и ФИО16 (друг ФИО2) показали, что <данные изъяты>
ФИО17 показала, что <данные изъяты>
Свидетели ФИО18 и ФИО19 показали, что <данные изъяты>
Свидетель ФИО20 показала, что <данные изъяты>
Свидетель ФИО21 показала, что <данные изъяты>
Свидетель ФИО22 показала, что <данные изъяты>
Свидетель ФИО23 показала, что <данные изъяты>
Свидетель ФИО24 (жена брата ФИО2) показала, что <данные изъяты>
Выслушав участников судебного разбирательства, свидетелей, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что заявленные требования подлежат удовлетворению, суд приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, родителями ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются: ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 заключил контракт о прохождении военной службы сроком на 1 год, проходил военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации в войсковой части № и принимал участие в специальной военной операции.
Согласно извещению от ДД.ММ.ГГГГ войсковой части № и Военного комиссариата городов Ухта, Вуктыл, Сосногорск, Вуктыльского и <адрес>ов от ДД.ММ.ГГГГ, рядовой ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения пропал без вести ДД.ММ.ГГГГ при исполнении служебных обязанностей в ходе специальной военной операции в близи населенных пунктов <адрес>
В соответствии с нормативными положениями Федерального закона от 27.05.1998 №76-ФЗ «О статусе военнослужащих», Федерального закона от 28.03.1998 №52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации», Федерального закона от 07.11.2011 №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 17.07.2014 №22-П, от 19.07.2016 №16-П, законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членов семьи военнослужащих.
Согласно статье 12 Федерального закона от 27.05.1998 №76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обеспечиваются денежным довольствием в порядке и в размерах, установленных Федеральным законом «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», иными федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти и нормативными правовыми актами иных федеральных государственных органов.
Состав денежного довольствия военнослужащих определен частью 2 статьи 2 Федерального закона от 07.11.2011 №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», на основании которой денежное довольствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, состоит из месячного оклада в соответствии с присвоенным воинским званием и месячного оклада в соответствии с занимаемой воинской должностью, которые составляют оклад месячного денежного содержания военнослужащего, и из ежемесячных и иных дополнительных выплат.
За военнослужащим, захваченным в плен или в качестве заложника, интернированным в нейтральную страну либо безвестно отсутствующим, сохраняется денежное довольствие, которое выплачивается супруге (супругу) или другим членам семьи военнослужащего, проживавшим на момент возникновения указанных обстоятельств совместно с ним, в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации, до полного выяснения обстоятельств захвата военнослужащего в плен или в качестве заложника, интернирования его в нейтральную страну или освобождения либо до признания его в установленном законом порядке безвестно отсутствующим или объявления умершим (часть 31 статьи 2 Федерального закона от 07.11.2011 №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»).
Пунктом 1 статьи 37 Федерального закона от 28.03.1998 №53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» (далее - Федеральный закон от 28.03.1998 №53-ФЗ) определен перечень случаев, когда военнослужащий признается исполняющим обязанности военной службы.
В соответствии с подпунктом «м» пункта 1 статьи 37 Федерального закона от 28.03.1998 №53-ФЗ военнослужащий считается исполняющим обязанности военной службы в случае безвестного отсутствия - до признания военнослужащего в установленном законом порядке безвестно отсутствующим или объявления его умершим.
В силу пункта 10 статьи 38 Федерального закона от 28.03.1998 №53-ФЗ началом военной службы для граждан (иностранных граждан), поступивших на военную службу по контракту, считается день вступления в силу контракта о прохождении военной службы.
Окончанием военной службы считается дата исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части. Военнослужащий должен быть исключен из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы, за исключением случаев, когда военнослужащий безвестно отсутствует - до признания его в установленном законом порядке безвестно отсутствующим или объявления его умершим (пункт 11 статьи 38 Федерального закона от 28.03.1998 №53-ФЗ).
Постановлением Правительства Российской Федерации от 14.07.2000 №524 утверждены Правила выплаты супруге (супругу) или другим членам семьи денежного довольствия военнослужащих, захваченных в плен или в качестве заложников, интернированных в нейтральных странах либо безвестно отсутствующих (далее - Правила). В пункте 1 Правил определено, что семьям военнослужащих, захваченных в плен или в качестве заложников, интернированных в нейтральных странах либо безвестно отсутствующих (далее именуются - семьи военнослужащих), ежемесячно выплачивается денежное довольствие, в том числе месячные и иные дополнительные выплаты, в размерах, причитающихся военнослужащему ко дню захвата в плен или в качестве заложника, интернирования в нейтральных странах либо безвестного отсутствия.
В пункте 2 Правил предусмотрено, что денежное довольствие подлежит выплате следующим членам семей военнослужащих: супруге (супругу), а при ее (его) отсутствии - проживающим совместно с ним (ней) совершеннолетним детям или законным представителям (опекунам, попечителям) либо усыновителям несовершеннолетних детей (инвалидов с детства - независимо от возраста), а также лицам, находящимся на иждивении военнослужащих, или родителям в равных долях, если военнослужащие не состоят в браке и не имеют детей.
При этом выплата денежного довольствия этим членам семей производится до полного выяснения обстоятельств захвата военнослужащих в плен или в качестве заложников, интернирования или освобождения либо признания их в установленном порядке безвестно отсутствующими или объявления умершими (абзац второй пункта 2 Правил).
Во всех случаях выплата денежного довольствия производится не более чем по день исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части (военной прокуратуры, военного следственного органа Следственного комитета Российской Федерации) (абзац третий пункта 2 Правил).
Из приведенных нормативных положений следует, что военнослужащий считается проходящим службу до момента исключения его из списков личного состава воинской части или объявления его умершим. До исключения военнослужащего из списков личного состава или объявления его умершим за военнослужащим сохраняется денежное довольствие, которое выплачивается родителям в равных долях, если военнослужащие не состоят в браке и не имеют детей.
Исходя из целей вышеназванных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей военнослужащего права на меры социальной поддержки их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.
Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.
Конвенция о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20.11.1989) возлагает на родителя (родителей) или других лиц, воспитывающих ребенка, основную ответственность за обеспечение в пределах своих способностей и финансовых возможностей условий жизни, необходимых для его развития (п. 1 ст. 18, п. 2 ст. 27).
Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (ч. 2 ст. 38 Конституции Российской Федерации).
Согласно ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости, в том числе обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.
В соответствии с п. 1 ст. 61 СК РФ родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).
Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей, несут ответственность за их воспитание, обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (п. 1 ст. 63 СК РФ).
Согласно абзацу второму ст. 69 СК РФ родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.
В п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 №44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.
В п. 1 ст. 71 СК РФ предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (ст. 87 данного кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.
Из приведенных положений семейного законодательства в их взаимосвязи с нормативными предписаниями Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Конвенции о правах ребенка, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основными обязанностями родителей в семье являются воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данные обязанности должны выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых - лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.
Такая правовая позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №4 (2020), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020.
Таким образом, лишение права на получение мер социальной поддержки в связи с нахождением в числе пропавших без вести (гибелью) военнослужащего возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.
Следовательно, исходя из нормативно-правового регулирования спорных правоотношений, к обстоятельству, имеющему юридическое значение для рассмотрения настоящего спора, относится решение вопроса о том, имелись ли в период после расторжения брака между сторонами и до совершеннолетия ФИО1 основания для лишения ответчика родительских прав.
Как усматривается из материалов дела, стороны состояли в браке с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается актовой записью о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ № и свидетельством о расторжении брака.
На дату расторжения брака ФИО1 исполнилось полных 4 года.
Согласно положениям ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом (ч. 2).
Вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (ч. 4).
Из приговора Ухтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № усматривается, что с ДД.ММ.ГГГГ ответчик содержалась под стражей, приговором суда осуждена по ч. 2 ст. 206 и ч. 1 ст. 145 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) к лишению свободы сроком на 1 год 6 месяцев. Согласно справке ИЦ МВД по <адрес> освобождена по отбытии срока наказания ДД.ММ.ГГГГ.
На дату заключения под стражу (ДД.ММ.ГГГГ) ФИО1 исполнилось полных 2 года.
В это же время ФИО2 (с его слов и со слов представителя истца и свидетелей) с весны 1995 года по весну 1997 года также находился под стражей.
Сторонами не оспаривается, что в период нахождения обоих родителей в местах лишения свободы ФИО1 проживал с родителями ФИО2 в <адрес>ёль <адрес>.
Из решения Троицко-Печорского районного суда Республики Коми от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № усматривается, что ФИО39 (ФИО37) О.В. совместно с ФИО25 имеют двоих детей: Данила, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и Аркадия, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
В ходе рассмотрения дела судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ дети были изъяты из семьи по социальным показаниям, помещены в государственное учреждение.
ФИО3 совместно с ФИО26 проживали в <адрес>ёль <адрес>, злоупотребляли спиртными напитками, устраивали дома скандалы, воровали, терроризировали пожилых соседей, воспитанием детей не занимались. ФИО3 могла уйти из дома на насколько дней, оставив детей посторонним людям, дети были постоянно голодные и раздетые. Данил болел венерическим заболеванием, ему ФИО3 давала спиртные напитки, чтобы ребенок спал.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО26 привел детей в медпункт и попросил куда-нибудь пристроить, поскольку ФИО3 отсутствовала <адрес> недели.
С момента помещения детей в государственное учреждение ФИО3 детей не навещала, материальную помощь не оказывала.
Согласно характеристики техника-смотрителя <адрес>ёль от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 проживала в поселке с 1991 года, имеет троих детей, первого сына воспитывает первый муж в <адрес>, двое детей проживают с ней в поселке. Детей часто оставляла на соседей, уезжала на неделю и больше в неизвестном направлении. В быту характеризовалась отрицательно, не систематически, но употребляла спиртные напитки, учиняла драки с соседями, скандалила. В настоящее время в поселке не проживает.
Согласно акту обследования жилищно-бытовых условий, произведенных субъектами профилактики <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 злоупотребляет спиртными напитками, может оставить своих детей кому угодно. Сын – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения проживает в Ухте, его воспитанием мать не занимается давно, ребенка забрал к себе отец.
Решением Троицко-Печорского районного суда Республики Коми от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № ФИО3 лишена родительских прав в отношении детей: ФИО34, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО38, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> ФИО39 (ФИО37) О.В. родила ребенка – ФИО4, сведения об отце отсутствуют, в родильном доме написала отказ от родительских прав, ребенка зарегистрировал работник родильного дома, с ДД.ММ.ГГГГ ребенок помещен в государственное учреждение.
Согласно заключению Управления образования администрации МО «<адрес>» по вопросу лишения родительских прав ФИО3 в отношении ФИО4, жизнью и здоровьем ребенка она не интересуется, материально не обеспечивает, в государственном учреждении не навещает.
ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Республики Коми ФИО39 (ФИО37) О.В. родила ребенка – ФИО5, отцом которой указан ФИО6.
Постановлением главы МО «<адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО27 назначен опекуном над несовершеннолетней ФИО5
С ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 содержалась под стражей, приговором Ухтиского городского суда Республики Коми от ДД.ММ.ГГГГ признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, осуждена к 6 годам лишения свободы.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратилась в органы опеки <адрес> с заявлением о лишении ее родительских прав в отношении дочери ФИО10.
В ходе рассмотрения Ухтинским городским судом Республики Коми гражданского дела № о лишении ФИО3 родительских прав в отношении дочери ФИО10 опрашивались опекун – ФИО27 и мать ФИО3 – ФИО14, которые показали, что ФИО3 злоупотребляла спиртными напитками, нигде не работала, дочь оставляла на соседей, соседи приводили ребенка к О-вым, с рождения Насти ее воспитанием и содержанием занимались О-вы, кормили, одевали, водили в дошкольное учреждение.
ФИО28 – сестра ФИО3, показала, что у ФИО3 есть старший сын ФИО37 Саша, который проживает где-то в Ухте с отцом, с семьей ФИО39 отношения не поддерживает
Согласно объяснениям ФИО3, данным в ходе рассмотрения указанного гражданского дела, ее сын ФИО1 проживает со свекровью – ФИО29
Решением Ухтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № ФИО3 лишена родительских прав в отношении ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
Указанным решением установлено, что ФИО3 характеризуется отрицательно, на протяжении многих лет не работала, вела аморальный образ жизни, злоупотребляла спиртными напитками.
В соответствии с положениями пункта 1 статьи 63 СК РФ родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей; несут за это ответственность; родители обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном, нравственном развитии детей.
В статье 65 СК РФ закреплено, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей. Лица, имеющие родительские права, несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Согласно п. 1 ст. 18 Конвенции ООН «О правах ребенка» (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН ДД.ММ.ГГГГ) эта ответственность должна быть обязательной для родителей, где бы они не находились. Конвенция ООН «О правах ребенка» рассматривает данную ответственность как основную, подчеркивая тем самым особое значение ответственности родителей в обеспечении прав и интересов своих детей.
Часть 1 ст. 80 СК РФ предусматривает обязанность родителей содержать своих несовершеннолетних детей. Невыполнение этой обязанности непосредственно связано с воспитанием, свидетельствует об отсутствии заботы о жизненно важных потребностях ребенка.
Уклонение от выполнения родительских обязанностей предполагает систематическое, т.е. неоднократное невыполнение родительского долга, отсутствие заботы о своих детях, в чем бы оно ни выражалось. Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего представляет собой длящееся бездействие, определенную систему, линию поведения лица и может повлечь лишение родительских прав только при наличии у обязанного лица возможности выполнения родительских обязанностей.
В судебном заседании нашли свое подтверждение приведенные истцом доводы, подтверждающие невыполнение ответчиком обязанности по воспитанию и содержанию ФИО1: с июля 1995 года ФИО1 проживал в семье родителей ФИО2 в связи с тем, что оба родителя находились под стражей.
Ответчик после освобождения ДД.ММ.ГГГГ вернулась в <адрес>ёль, сожительствовала с ФИО26, с которым фактически создала новую семью, родила двоих детей.
После освобождения весной 1997 года ФИО2 забрал сына в свою семью, переехал с ним в <адрес>.
Таким образом, с лета 1997 года истец и ответчик проживали в разных населенных пунктах, с иском о лишении либо об ограничении ответчика в родительских правах в отношении ФИО1 истец не обращался, алименты в судебном порядке не взыскивал, к ответственности за ненадлежащее осуществление родительских обязанностей, равно как за злостное уклонение от уплаты алиментов в отношении ФИО1, ответчик не привлекалась.
Материалами дела подтверждается, что с 2001 года ответчик проживала в <адрес> (в заявлении на отказ от родительских прав от ДД.ММ.ГГГГ ответчик указала: «в данное время живу <адрес>), однако, жизнью и здоровьем ФИО1 не интересовалась, как следует из показаний свидетелей ФИО14, ФИО15 и ФИО16, до 14 лет ФИО1 не знал, что супруга ФИО2 – ФИО20, не является его биологической матерью, однако, и после того, как этот факт стал известен ФИО1, он с ответчиком отношений не поддерживал, что также подтверждается показаниями ФИО14, ФИО36, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 и ФИО19. ФИО23, ФИО24
Суд критически относится к показаниям ФИО13, поскольку как он сам пояснил в судебном заседании, в период, когда ФИО1 был несовершеннолетним, он сам был ребенком и события, связанные с воспитанием и местом проживания ФИО1 достоверно не помнит.
Суд также критически относится к переписке и сведениям о переводах, представленных стороной ответчика, поскольку из данных документов невозможно определить, с кем ведется переписка и не усматривается, что денежные средства переводились в адрес ФИО1 Кроме того, данная переписка не является подтверждением того, что ФИО3 участвовала в воспитании и содержании ФИО1 до его совершеннолетия, а также, что между ними существовали семейные связи.
Сама ФИО3 в судебном заседании показала, что с Сашей встретилась, до ее осуждения в 2003 году 3 или 4 раза (т.е. ФИО7 в данный период было не больше 10 лет), далее ответчик видела Сашу, после освобождения, когда он находился под следствием до осуждения в мае 2011 года к наказанию в виде лишения свободы (ФИО7 на тот момент было 17-18 лет), также ФИО3 указала, что когда ФИО7 отбывал наказание в первый раз, они отношений не поддерживали.
Таким образом, в период 2002 – 2003 годов, когда ФИО7 было 9-10 лет ответчик виделась с ним 3-4 раза, в следующий раз через 7 лет, как сама указала ответчик, материально она ФИО7 в это время не обеспечивала.
В связи с чем суд критически относится к показаниям ФИО21 и ФИО22, которые указывали, что будучи несовершеннолетним ФИО7 постоянно общался с матерью (ФИО3).
Также судом не принимаются показания ФИО30, представленные в виде видеозаписи на флэшносителе, поскольку личность данного свидетеля судом не устанавливалась, об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний свидетель не предупреждался.
Согласно справке ФКУ ИК-1 УФСИН России по <адрес>, при нахождении в учреждении родственниками ФИО1 для телефонных переговоров указаны: отец – ФИО2, мать - ФИО20, сестра – ФИО5, жена – ФИО36, ФИО31 – дальний родственник, ФИО32 – дочь. ФИО3 в списке родственников ФИО1 не указана.
Проанализировав всю совокупность представленных в материалы дела доказательств, оценив доводы обеих сторон, свидетельские показания, которые в своей совокупности указывают на то, что мать ФИО1 не принимала мер по его физическому, духовному и нравственному развитию, не использовала в полной мере свое право на общение с ребенком, суд приходит к выводу об отсутствии тесной эмоциональной связи между матерью и сыном, взаимной поддержки и помощи, ответственности, которая свидетельствовала бы о наличии между ними семейных отношений, только лишь факт нерегулярного общения и некоторой финансовой помощи в период, когда ФИО1 уже являлся совершеннолетним, не свидетельствует о надлежащем выполнении обязанностей по его воспитанию и содержанию, что с учетом вышеприведенной правовой позиции свидетельствует о том, что вырастил и воспитал ФИО1 как защитника Отечества именно отец.
При этом, достоверно установлено, что ответчик не принимала участия в воспитании сына практически с самого его рождения, не поддерживала никаких связей с ним, за исключением нескольких контактов, до достижении ФИО1 восемнадцатилетнего возраста ответчик наладить общение с ним не стремилась.
С учетом установленных обстоятельств, суд приходит к выводу о возможности лишения ответчика права на пособия и социальные гарантии, связанные с фактом признания пропавшим без вести военнослужащего при исполнении им обязанностей военной службы, ввиду того, что ответчик фактически уклонялась от выполнения своих обязанностей по воспитанию сына, что выражалось в отсутствии заботы о его здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
требования ФИО8 к ФИО9, удовлетворить.
Лишить ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, права на выплаты, льготы, пенсионные и иные социальные гарантии, предусмотренные законодательством Российской Федерации, а также иными нормативными актами государственных органов в связи с признанием пропавшим без вести ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в ходе специальной военной операции.
Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми через Сосногорский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня составления мотивированного решения, с ДД.ММ.ГГГГ.
Судья – К.М. Сообцокова