38RS0035-01-2023-001052-70

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 декабря 2023 года г. Иркутск

Октябрьский районный суд г. Иркутска в составе: председательствующего судьи Амосовой Н.Л., при секретаре Леонтьеве А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО2 к ФИО5 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности,

УСТАНОВИЛ:

В обоснование исковых требований указано, что ФИО2 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: АдресБ, Адрес, что подтверждается решением Октябрьского районного суда Адрес от Дата. В указанной квартире ФИО2 проживает с детства, квартиру ей подарил её дедушка.

ФИО2 является инвалидом с детства в связи с серьёзным психическим заболеванием, которым она болеет многие годы и находиться на постоянном наблюдении в психоневрологическом диспансере. Последние годы она проживала в квартире со своей мамой ФИО3, Дата года рождения.

Дата ФИО3 неожиданно умерла. В момент смерти матери ФИО2 находилась на очередном стационарном лечении в психоневрологическом диспансере. После смерти матери, выписавшись из больницы ФИО2 обнаружила в квартире папку с документами.

Дата она показала её своему давнему другу ФИО4, находящемуся у неё в гостях. В папке лежал договор дарения вышеуказанной квартиры, заключенный между ФИО2 (даритель) и её мамой ФИО3 (одаряемой), датированный Дата. ФИО8 прочитал договор и объяснил ФИО2, что квартира по адресу: АдресБ, Адрес, в настоящее время зарегистрирована на её умершую мать и ФИО2 не принадлежит.

При подписании договора дарения Дата ФИО2 не понимала значение своих действий и (или) не могла ими руководить, в связи с психическим заболеванием. ФИО3 воспользовалась болезненным психическим состоянием ФИО2 и её доверием к ней для оформления квартиры на своё имя. При этом очевидно, что сделка по дарению квартиры не соответствовала интересам ФИО2 и была лишена какого-либо смысла для неё, так как другого жилья или иной недвижимости у ФИО2 на Дата не было и квартира по адресу: АдресБ, Адрес, является её единственным возможным местом проживания.

ФИО2 не пропустила срок исковой давности, так как узнала о договоре дарения лишь Дата. Однако, в случае, если суд посчитает, что срок давности пропущен, истец просит суд восстановить срок исковой давности, поскольку всё это время ФИО2 страдала психическим заболеванием и не могла самостоятельно защитить свои права, не понимала, что лишилась права собственности на квартиру, не могла осознать необходимость их защиты без посторонней помощи, не могла составить и подать исковое заявление в суд и находилась под психическим влиянием ФИО3 (выгодоприобретателем по договору дарения), не имела оснований сомневаться в том, что является собственником квартиры и совершила дарение.

На основании изложенного, просит признать недействительным договор дарения квартиры от Дата, заключенный между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемая) в отношении квартиры, расположенного по адресу: АдресБ, Адрес, кадастровый №.

Признать за ФИО2 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: АдресБ, Адрес, кадастровый №.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 по доверенности ФИО4 исковые требования поддержал.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО5 по доверенности ФИО13 исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении заявленных требований.

В судебное заседание истец ФИО2, ответчик ФИО5 не явились.

Суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав объяснения явившихся лиц, исследовав материалы гражданского дела, имеющиеся в нем доказательства, материалы уголовного дела, медицинские карты, оценив их относимость, допустимость, достоверность в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч.1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Статьей 154 ГК РФ установлено, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Положениями ст. 160 ГК РФ закреплено, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с пунктом 3 статьи 177 ГК РФ, если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Как следует из материалов дела, Дата между ФИО3 (одаряемая) и ФИО2 (даритель) был заключен договор дарения квартиры, по условиям которого даритель дарит в целом квартиру, а одаряемая принимает в дар в целом квартиру, общей площадью 47,2 (сорок семь целых две десятых) кв.м., находящуюся по адресу: АдресБ, Адрес, расположенную на 5 этаже многоквартирного жилого дома, кадастровый № (п. 1 Договора).

На основании вышеуказанного договора, Управлением федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Адрес в Единый государственный реестр недвижимости Дата внесена запись № о регистрации права собственности на спорное жилое помещение за ФИО3

Дата ФИО3 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти № III-СТ от Дата.

Как следует из материалов наследственного дела №, открытого нотариусом Иркутского нотариального округа ФИО9 в отношении имущества умершей Дата ФИО3, единственным наследником последней является ответчик ФИО5, приходящейся умершей ФИО3 сыном согласно свидетельству о рождении от Дата.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО10 суду показала, что с истцом познакомилась 15 лет назад. Свидетель как и истец проходила лечение в ОГКУЗ «Иркутская областная клиническая психиатрическая больница №». После окончания лечения свидетель поддерживала отношения с ФИО2 и ее матерью ФИО3 В процессе общения она узнала, что истец пыталась совершить суицид. Позже несколько лет отношения с истцом не поддерживала, поскольку долгое время восстанавливалась после перелома ног. В декабре 2022 года возобновила общение с истцом и заметила странности в ее поведении, у нее была невнятная речь, она постоянно молилась, могла остановиться посреди улицы и начать молиться. ФИО3 умерла в январе 2023 от заболевания Covid19, ее хоронил сын – ФИО5 Все это время истец находилась в больнице в психиатрическом отделении.

Суд принимает показания допрошенного свидетеля, предупрежденного об уголовной ответственности в соответствии со ст. 307-308 УК РФ, в качестве доказательства по делу, показания допрошенного свидетеля согласуются между собой и материалами дела, оснований не доверять показаниям свидетеля не имеется.

Учитывая объяснения представителя истца ФИО2 по доверенности ФИО4, показания свидетеля ФИО10, медицинские карты истца, принимая во внимание, что основание недействительности сделки, предусмотренное в ч. 1 ст. 177 ГК РФ, связано с пороком воли, для выяснения юридически значимых обстоятельств восприятия истцом ФИО2 совершенных в отношении нее действий, учитывая предмет и основание иска, определением суда от Дата было назначено проведение судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы экспертам ОГБУЗ «Адрес психоневрологический диспансер». На разрешение экспертов поставлены вопросы:

Страдала ли ФИО2 на момент заключения договора дарения от Дата каким-либо психическим расстройством ?

Могла ли ФИО2 по своему психическому состоянию на момент совершения оспариваемой сделки - договора дарения от Дата понимать значение своих действий и руководить ими ?

Находилась ли ФИО2 в момент заключения договора дарения от Дата в каком-либо психическом, эмоционально напряженном или ином состоянии, которое могло существенно ограничить ее способность полноценно понимать значение совершаемых действий, осознанно руководить ими?

Имеются ли у ФИО2 психологически особенности, которые могли существенно ограничить ее способность полноценно понимать значение совершаемых действий, осознанно руководить ими в момент совершения сделки договора дарения от Дата?

Испытывала ли ФИО2 психологическое, эмоциональное, физическое давление со стороны третьих лиц, до совершения либо в момент совершения сделок - договора дарения от Дата, которое бы могло повлиять на выражение ее волеизъявления?

В заключении комиссии судебно-психиатрических экспертов ОГБУЗ «Адрес психоневрологический диспансер» от Дата, Дата № эксперты пришли к следующим выводам. В момент заключения сделки - договора дарения (Дата) ФИО11 страдала хроническим психическим расстройством в форме параноидной шизофрении (F20 по МКб-10). Об этом свидетельствуют данные медицинской документации, материалов гражданского дела: появление у подэкспертной с 2008 года типичных для шизофренического процесса аффективно-галлюцинаторно-параноидных переживаний (слуховые галлюцинации, бред отношения, ущербности, виновности, религиозного содержания), характерных нарушений мышления (паралогичность, формализм, снижение продуктивности, разноплановость, резонерство), выраженные изменения в эмоционально-волевой сфере: парадоксальность, неадекватность эмоциональных реакций, с постоянной суицидальной настроенностью и многочисленными суицидальными попытками, нарушением критических и прогностических функций, что обуславливало её неадекватное, нелепое, агрессивное поведение, отражавшее ее бредовые переживания, что стало причиной многократных госпитализаций в психобольницу. Указанное психическое расстройство подтверждается также и результатами настоящего клинического психолого-психиатрического обследования, выявившего у подэкспертной типичные для шизофренического процесса нарушения мышления (формализм, непоследовательность, паралогичность, резонерство), наличие выраженных эмоционально-волевых нарушений (эмоциональная холодность, выхолощенность, неустойчивость, невозможность прогнозирования последствий своих действий, поступков, внушаемость, подчиняемость), бредовые идеи виновности, снижение памяти и интеллекта, а также нарушение критических способностей. Об отсутствии улучшения в психическом состоянии (ремиссии) на период совершения сделки свидетельствуют частые госпитализации ее в психобольницу в тот период (с Дата по Дата, с Дата по Дата), указание в мед. документации на ухудшение психического состояния подэкспертной сразу после выписки из стационара Дата, что сопровождалось отказом от приема поддерживающего лечения, избегание её наблюдения у психиатров, наличие суицидальной настроенности, что привело к очередной попытке суицида (Дата). Поэтому, в интересующий суд период Дата, отмечающиеся у ФИО2 выраженные психические расстройства (выраженное эмоционально-волевое снижение с качественными изменениями мышления по шизофреническому типу) сопровождались нарушением критических, прогностических и адаптационных способностей, что нарушало её способность к смысловой оценке ситуации, прогнозированию последствий своих действий, препятствовало способности к самостоятельному и осознанному принятию решения в сложной нестандартной ситуации, нарушало её способность к свободному волеизъявлению и лишали её возможности правильно оценивать происходящие события, суть заключаемой сделки, оценивать её юридические и социальные последствия (согласилась на отчуждение своего имущества, не имея другой жилплощади, при этом, не оговорив и не оформив юридически условий своего дальнейшего проживания). Таким образом, ФИО2, как страдающая хроническим психическим расстройством с выраженными изменениями психики (параноидная шизофрения), в период заключения сделки - договора дарения (Дата) не могла понимать значение своих действий и руководить ими (ответы на вопросы № определения).

Психологические особенности входят в структуру патосимптомокомплекса, в структуру психического заболевания, следовательно, в данном случае существенно ограничило ее способность полноценно понимать значение совершаемых действий, осознанно руководить ими в момент совершения сделки договора дарения от 27.06.2019г. имеющееся у подэкспертной психическое заболевание, а не психологические особенности (ответ на вопрос №). Вопрос № выходит за рамки компетенции психолога.

Оценивая данное заключение экспертов ОГБУЗ «Иркутский областной психоневрологический диспансер» от Дата, Дата №, суд принимает его во внимание, поскольку оно отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации"; содержит подробное описание произведенных исследований, эксперты приводят соответствующие данные из представленных в распоряжение материалов, указывают на применение методов исследований, основывается на исходных объективных данных, даны аргументированные ответы на постановленные перед ними вопросы, выводы являются логическим следствием осуществленного исследования, заключение не содержит внутренних противоречий, а выводы достаточно мотивированы. Эксперты перед проведением экспертизы предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ, оснований сомневаться в компетентности экспертов, не имеется.

Относимых, допустимых, достоверных и достаточных в своей совокупности и взаимосвязи доказательств, опровергающих или ставящих под сомнение выводы судебной экспертизы, не представлено.

Несогласие сторон с выводами заключения экспертов ОГБУЗ «Иркутский областной психоневрологический диспансер» от Дата, Дата № обусловлено их противоречием их суждениям и само по себе не может служить основанием для того, чтобы отвергать заключения экспертов как доказательство по делу.

Оценивая установленные по делу обстоятельства, принимая во внимание выводы заключения экспертов ОГБУЗ «Иркутский областной психоневрологический диспансер» от Дата, Дата №, учитывая, что по своему психическому состоянию в момент заключения договор дарения квартиры от Дата ФИО2 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, суд приходит к выводу о признании договора дарения квартиры от Дата недействительным на основании ч. 1 ст. 177 ГК РФ как сделок, совершенных гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Учитывая, что договор дарения квартиры от Дата признан судом недействительным на основании ч. 1 ст. 177 ГК РФ, принимая во внимание, что ФИО2 по своему психическому состоянию в момент заключения оспариваемой сделки не могла понимать значение своих действий и руководить ими, безусловно свидетельствует о дальнейшем выбытии квартиры из владения ФИО2 помимо ее воли. На основании изложенного, суд полагает необходимым признать за ФИО2 право собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: АдресБ, Адрес.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения жилого помещения, расположенного по адресу: АдресБ, Адрес, заключенным между ФИО2 и ФИО3, от Дата

Признать за ФИО2 право собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: АдресБ, Адрес.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Октябрьский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения 09.01.2024 г.

Судья: Н.Л. Амосова