Решение по делу № 2-112/2025 от 12.03.2025

Дело № 2-112/2025

УИД 03RS0045-01-2025-000076-77

Решение

Именем Российской Федерации

12.03.2025 с. Верхнеяркеево

Илишевский районный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Шаяхметовой Э.Ф.,

при секретаре судебного заседания Гареевой И.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью микрокредитная компания «УРАЛСИБ Финанс», Публичному акционерному обществу «БАНК УРАЛСИБ» о признании договора потребительского займа незаключенным, взыскании компенсации морального вреда и штрафа,

установил:

ФИО1 обратилась в суд к ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс», ПАО «БАНК УРАЛСИБ» с исковым заявлением о признании договора потребительского займа незаключенным, взыскании компенсации морального вреда и штрафа, ссылаясь на следующее.

ДД.ММ.ГГГГ неустановленное лицо позвонило ей на телефон и мошенническим путем получив доступ к ее личному кабинету в ПАО «БАНК УРАЛСИБ», инициировал получение заемных денежных средств в размере 350 000,0 руб. по поступающим от банка смс-сообщениям. Таким образом, ДД.ММ.ГГГГ между ней и ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» заключен договор потребительского займа № на сумму 350 000,0 руб. под 47,90 процентов годовых сроком на 48 месяцев, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно, подписанный электронной подписью.

Указала, что заявление о выдаче займа она не писала, указанный договор не подписывала, денежных средств по нему не получала, договор заключен путем обмана, а заемные средства в размере 350 000,0 руб. переведены на счета неизвестных ей лиц.

По данному факту она обратилась в ОМВД России по Илишевскому району с заявлением о факте совершения в отношении нее мошеннических действий, возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ. Также в устной форме она сообщила сотрудникам филиала ПАО «БАНК УРАЛСИБ» в Илишевском районе о ом, что в отношении нее совершены мошеннические действия. ДД.ММ.ГГГГ она в письменной форме обратилась в ПАО «БАНК УРАЛСИБ» о том, что путем мошеннических действий на ее имя заключен договор потребительского займа и просила провести служебную проверку. Однако ПАО «БАНК УРАЛСИБ» в ответном письме указало на основании каких нормативных актов был заключен договор потребительского займа и рекомендовало обратиться в правоохранительные органы.

Данная сделка нарушает ее права и законные интересы, а именно: ввиду оформления на нее договора потребительского займа она вынуждена будет погашать займ на неполученные ею деньги, что приводит к неблагоприятным для нее последствиям.

Указала, что денежные средства в размере 350 000,0 руб. были перечислены через ПАО «БАНК УРАЛСИБ» на карту неизвестных ей лиц. Зачисление денежных средств на счет, открытый в Банке на ее имя при заключении договора потребительского займа, и перечисление их в другой банк на счет другого лица произведены Банком практически одномоментно, следовательно, заемные денежные средства по договору ей фактически не передавались. При немедленном перечислении Банком денежных средств третьему лицу их формальное зачисление на открытый в рамках договора потребительского займа счет с одновременным списанием на счет другого лица само по себе не означает, что денежные средства были предоставлены именно ей.

Все действия по заключению договора займа и переводу денежных средств в другой банк на неустановленный счет совершены одним действием – путем введения четырехзначного цифрового кода, направленного Банком SMS-сообщением, в котором назначение данного кода было указано на латинице, в нарушение требований пункта 2 статьи 8 Закона о защите прав потребителей о предоставлении информации на русском языке.

Данный упрощенный порядок предоставления потребительского займа и распоряжения заемными средствами противоречит порядку заключения договора потребительского займа, подробно урегулированными приведенными выше положениями Закона о потребительском кредите, и фактически нивелирует все гарантии прав потребителя финансовых услуг, установленные как этим Федеральным законом, так и Законом о защите прав потребителей.

Ссылаясь на изложенное, ФИО1 просит:

- признать незаключенным договор потребительского займа № от ДД.ММ.ГГГГ между ней и ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» на сумму 350 000,0 руб.;

- взыскать с ПАО «БАНК УРАЛСИБ» в пользу нее компенсации морального вреда в размере 350 000,0 руб., штраф в размере 175 000,0 руб.

Истец ФИО1 и ее представитель адвокат Миниханова Г.З. на судебное заседание не явились, просили о рассмотрении дела в их отсутствие.

Представитель ответчика ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» на судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом, в направленном суду возражении на исковое заявление представитель Общества ФИО2 указала, что ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» не согласен с исковыми требованиями, считает доводы иска основанными на ошибочном толковании законодательства и обстоятельств дела. ФИО1 лично подписала договор потребительского займа посредством кода из СМС сообщения. Принадлежность номера телефона № не оспаривается истцом, сомнений у ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» не возникло.

ДД.ММ.ГГГГ между ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» и заемщиком ФИО1 был заключен договор займа № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно условиям договора займа:

- МКК «УРАЛСИБ Финанс» был предоставлен заемщику займ в размере 350 000,0 руб., путем перечисления денежных средств на счет должника;

- заемщик обязался производить погашение суммы кредита и уплачивать проценты на сумму предоставленного кредита в размере 47,9% годовых, в сроки, установленные графиком платежей.

Факт выдачи займа подтверждается выпиской по счету.

Оформление и сопровождение договоров потребительских займов, заключенных между Обществом и клиентами, осуществляется Банком, на основании заключенного между Обществом и Банком договора возмездного оказания услуг № от ДД.ММ.ГГГГ.

При подаче заявки о предоставлении потребительского кредита, через Систему дистанционного банковского обслуживания Банка, предоставляющую собой программное обеспечение Банка, предназначенное для дистанционного управления счетами клиентов, предоставления банковских продуктов и сопутствующих им услуг, а также кредитов и займов, клиент предоставляет согласие на обработку персональных данных в том числе и Обществу, в целях рассмотрения Обществом возможности заключения с клиентом договора потребительского займа и предоставления Обществом сведений уведомительного и рекламного характера о предложениях и услугах Общества.

По итогам обработки данных, Обществом был сформирован и размещен в системе ДБО Банка пакет документов: Индивидуальные условия договора займа, график платежей, Соглашение об использовании аналога собственноручной подписи, а также иные документы для ознакомления клиентом перед подписанием договора потребительского займа, содержащие всю необходимую информацию, предусмотренную ст. 5 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», ст.ст. 9 и 10 Федерального закона РФ от 07.02.1992 № 2300 «О защите прав потребителей», в том числе информацию об условиях договора потребительского займа и о лице, предоставляющем услугу по выдаче потребительского займа.

Обществом было принято решение о возможности рассмотрения заключения договора потребительского займа с заявителем на следующих условиях: сумма займа 350 000,0 руб., срок 48 мес., процентная ставка 47,9%, а в ДБО размещен пакет документов с предложением заявителю.

Все документы для заключения договора займа подписываются в Системе ДБО аналогом собственноручной подписи клиента после открытия каждого документа и ознакомления с его текстом.

Договор займа № от ДД.ММ.ГГГГ между Обществом и заявителем был заключен посредством Системы ДБО и подписан аналогом собственноручной подписи заявителя в соответствии с разделом Условий дистанционного банковского обслуживания физических лиц в ПАО «БАНК УРАЛСИБ» Приложение № к Правилам комплексного банковского обслуживания физических лиц в ПАО «БАНК УРАЛСИБ», к которым заемщик присоединился ДД.ММ.ГГГГ.

Для получения заявителем банковских и сопутствующих им услуг в Системе ДБО заявитель должен в обязательном порядке пройти процедуру авторизации с использованием средств авторизации в системе ДБО, к которым относятся: уникальное имя клиента (логин), пароль, код подтверждения, короткий код для входа в приложение, сканирование отпечатка пальца, сканирование лица. В соответствии с п. 2.12 Правил Заявитель согласился с тем, что применение средств авторизации является необходимым и достаточным условием для идентификации и авторизации в Системе ДБО лица, использующего указанные атрибуты, как клиента и подтверждение операций, предоставляемой Системой ДБО.

В соответствии с разделом 8 Правил заявитель обязан соблюдать конфиденциальность и не передавать логины и пароли для входа в Систему ДБО третьим лицам.

По настоящему спору факт поступления денежных средств на расчетный счет заемщика подтвержден выпиской по счету заемщика, более того, факт поступления денег не оспаривается заемщиком в ходе рассмотрения дела.

ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» выполнил все свои обязательства по кредитному договору, перечислив всю сумму кредита на счет заемщика, распоряжением счетом подтверждалось заемщиком СМС-кодами. Полученными кредитными средствами заемщик распорядился по своему усмотрению, подтверждая тем самым действительность договора.

Заключение договора осуществлялся через онлайн-сервис, в связи с чем, «живая» подпись заемщика в договоре отсутствует.

ФИО1 также сообщила банку номер телефона №, указав в заявлении-анкете, что просит подключить к системе дистанционного банковского обслуживания счета и кредитные договоры, с правилами комплексного банковского обслуживания физических лиц в ПАО «БАНК УРАЛСИБ» ознакомлен и согласен.

Довод о незаключенности кредитного договора несостоятелен.

Ссылаясь на вышеизложенное, ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» просило отказать истцу ФИО1 в иске о признании незаключенным договора займа № от ДД.ММ.ГГГГ в связи с необоснованностью полностью.

Представитель ответчика ПАО «БАНК УРАЛСИБ», надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, на судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом, представитель Банка ФИО3 в направленном суду возражении на исковое заявление указала, что ПАО «БАНК УРАЛСИБ» не согласен с исковыми требованиями, считает доводы иска основанными на ошибочном толковании законодательств и обстоятельств дела.

ДД.ММ.ГГГГ между ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» и заемщиком ФИО1 был заключен договор займа № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно условиям договора займа:

Довод о незаключенности кредитного договора несостоятелен.

По вопросу взыскания компенсации морального вреда: Банк действовал добросовестно, вред причинен третьими лицами, а не самим банком, то есть не имеется вины и причинно-следственной связи с действиями Банка.

Истец согласно исковому заявлению просит взыскать с ответчика моральный вред в размере 350 000,0 руб. Однако в исковом заявлении отсутствуют доказательства причинения вреда, повлекшие моральный вред, со стороны ООО МКК «Уралсиб Финанс» в размере 350 000,0 руб.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Указала, что не имеется вины и причинно-следственной связи вреда с действиями банка.

Требование о взыскании штрафа не правомерно.

Требования истца о признании кредитного договора недействительным и применении последствий его недействительности основаны на том, что ни в какие отношения с ответчиком по поводу получения кредита он не вступал и не намеревался вступать. Кредитный договор от его имени заключен третьими лицам мошенническим путем.

Требований о взыскании списанных со счета личных денежных средств по настоящему делу истец не заявляла.

Истец в досудебном порядке не обращалась в банк с требованием о возмещении списанных со счета личных денежных средств в размере 350 000,0 руб.

Поскольку предусмотренный п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» штраф взыскивается с ответчика лишь за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, при этом по настоящему делу истец требований о взыскании списанных со счета личных денежных средств не заявляла и данных о том, что с таким требованием она обращалась в банк в досудебном порядке судом не установлено, взыскание судом предусмотренного ч. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей штрафа и исчисление его размера от сумм, подлежащих возврату в порядке ч. 2 ст. 167 ГК РФ, не отвечает требованиям закона.

Таким образом, к требованиям гражданина о защите его прав при заключении кредитного договора от его имени мошенническим путем подлежат применению нормы ГК РФ, а Закон о защите прав потребителей не применяется, требование о взыскании штрафа по закону о защите прав потребителя не правомерно.

Участвующие по делу лица также извещались публично путем заблаговременного размещения информации о времени и месте рассмотрения гражданского дела на интернет-сайте Илишевского районного суда Республики Башкортостан в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судом в Российской Федерации».

Судом определено о рассмотрении дела в отсутствии сторон.

Изучив и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Как установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ в офертно-акцептной форме между ООО МКК «Уралсиб Финанс» и ФИО1 заключен договор потребительского займа №, по условиям которого Банк выдал заемщику кредит в размере 350 000,0 руб. под 47,90% годовых на срок по ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО1 обязался погашать кредит ежемесячными платежами.

Кредитный договор заключен посредством его подписания простой электронной подписью заемщика.

Также судом установлено, что ФИО1 является клиентом ПАО «БАНК УРАЛСИБ», был подключена к системе «Уралсиб Онлайн».

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ неустановленным лицом, из корыстных побуждений, с целью хищения чужого имущества, используя персональные данные ФИО1, подав в ПАО «Уралсиб» онлайн заявку на получение кредита в размере 350 000,0 руб., после одобрения кредита на указанную сумму, полученные от банка денежные средства в размере 350 000 руб. переведены на счета третьих лиц.

По данному факту ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ подала заявление в Отдел МВД России по Илишевскому району РБ.

ДД.ММ.ГГГГ старшим дознавателем отделения дознания Отдела МВД России по Илишевскому району РБ ФИО4 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении неустановленного лица, ООО МКК «Уралсиб Финанс» признано потерпевшим по данному уголовному делу.

В обоснование требований ФИО1 сослалась на то, что кредитный договор она не заключала, письменная форма договора не соблюдена, договор заключен и денежные средства получены третьими лицами.

Статья 35 Конституции Российской Федерации гарантирует охрану права частной собственности законом (пункт 1).

Пунктом 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации установлено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Гражданское законодательство, как следует из пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункт 2).

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, № 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г., указано, что согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Таким образом, договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным.

В соответствии со статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (пункт 3).

Пунктом 1 статьи 10 данного кодекса установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-0 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Ю. обращено внимание на то, что к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

По настоящему делу в исковом заявлении истец указал, что заявку на получение кредита не подавал, кредитный договор не заключал, денежные средства с принадлежащей ей карты на иные счета не переводил, мобильный телефон из ее владения не выбывал, однако смс-уведомлений из банка она не получала, услугу переадресации не подключала.

Указанные обстоятельства подтверждаются действиями истца, связанными с обращением в полицию ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ.

Действующим гражданским законодательством, основанным на принципе диспозитивности, предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают на основании соответствующего волеизъявления лица, которое должно быть выражено способом, не вызывающим сомнения в его наличии и в действительности его выражения надлежащим лицом.

Заключение договора в электронном виде предполагает добросовестность банка при оформлении такого рода договоров и соблюдении не только формальных процедур выдачи кредита, но и принятия надлежащих мер безопасности и проверки сведений, полученных в электронном виде.

В силу пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 данного кодекса.

Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон могут устанавливаться дополнительные требования, которым должна соответствовать форма сделки (совершение на бланке определенной формы, скрепление печатью и тому подобное), и предусматриваться последствия несоблюдения этих требований. Если такие последствия не предусмотрены, применяются последствия несоблюдения простой письменной формы сделки (пункт 1 статьи 162).

Статьей 820 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В статье 5 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ «О потребительском кредите» в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, включая не только общие, но и индивидуальные условия договора потребительского кредита, при этом последние в соответствии с пунктом 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

Согласно пункту 14 статьи 7 названного закона документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».

При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом.

Истец ФИО1 подтверждающие коды для заключения кредитного договора не вводила, sms-сообщения от Общества не получала, соответственно, с условиями договора не знакомилась, согласие на заключение договора не выражала, в связи с чем, учитывая, что все действия по заключению кредитного договора и распоряжению предоставленными по нему денежными средствами истцом не осуществлялись, ее волеизъявление на заключение спорного договора отсутствовало, в связи с чем суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований.

Банк при заключении кредитного договора дистанционным способом обязан учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг, проявляя добросовестность и осмотрительность.

Осуществляя перевод денежных средств, Банк надлежащим образом не установил личность заемщика, не удостоверился, что поручения поступают именно от клиента Банка, учитывая, что в результате неправомерных действий неустановленных лиц на номере, принадлежащем истцу, в течение короткого промежутка времени после подтверждения номера телефона в системе и зачисления кредита, была произведена смена пароля в Уралсиб Онлайн, после чего сразу же осуществлен перевод кредитных средств третьему лицу, невозможно установить, что именно им были введены одноразовые sms-пароли при оформлении кредитного договора и списании денежных средств.

Как установлено статьей 9 Федерального закона «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 1 статьи 1 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», отношения с участием потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей», другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

В соответствии со статьей 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вред», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации потребителю в случае установления самого факта нарушения его прав (статья 15 Закона о защите прав потребителей). Суд, установив факт нарушения прав потребителя, взыскивает компенсацию морального вреда за нарушение прав потребителя наряду с применением иных мер ответственности за нарушение прав потребителя, установленных законом или договором.

Таким образом, основанием для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда является сам факт нарушения прав потребителей, при этом возмещение материального ущерба не освобождает от ответственности за причиненный моральный вред.

Поскольку факт нарушения прав истца как потребителя материалами дела установлен, требование истца о компенсации морального вреда также подлежит удовлетворению. С учетом конкретных обстоятельств дела суд считает соразмерным и справедливым размер компенсации морального вреда 3 000,0 руб.

В силу пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку вышеприведенные требования заемщика ответчиком в добровольном порядке исполнены не были, суд считает подлежащим взысканию штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 1 500,0 руб.

Решая вопрос о размере штрафа, суд исходит из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», согласно которых применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым. Наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

Учитывая обстоятельства дела, последствия нарушения обязательства, оснований для снижения размера штрафа суд не усматривает, поскольку определенный размер штрафа в сумме 1 500,0 руб. является соразмерным последствиям нарушенного обязательства.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 98, 194, 196, 197, 198, 199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью микрокредитной компании «УРАЛСИБ Финанс», Публичному акционерному обществу «БАНК УРАЛСИБ» о признании договора потребительского займа незаключенным, взыскании компенсации морального вреда и штрафа удовлетворить частично.

Признать договор потребительского кредита № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 350 000,0 руб., заключенный между истцом ФИО1 и ответчиком Обществом с ограниченной ответственностью микрокредитной компании «УРАЛСИБ Финанс» недействительным и применить последствия недействительности ничтожной сделки.

Взыскать с Публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3000,0 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 1500,0 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать в солидарном порядке с Общества с ограниченной ответственностью микрокредитной компании «УРАЛСИБ Финанс», Публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 4 000,0 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через районный суд в течение одного месяца со дня вынесения.

Судья Э.Ф. Шаяхметова