Решение по делу № 2А-299/2022 от 18.07.2022 | Бежецкий городской суд (Тверская область)

Дело № 2а-299/2022

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

18 июля 2022 года г. Бежецк

Бежецкий межрайонный суд Тверской области в составе

председательствующего судьи Смирновой В.Е.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кузиной С.А.,

с участием посредством видео-конференц связи административного истца ФИО11,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО11 к начальнику ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО12, ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан, начальнику УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО13, УФСИН России по Республике Башкортостан о признании решений должностных лиц ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан в виде наложения взысканий незаконными, обязании устранить допущенные нарушения,

установил:

ФИО11 обратился в суд к начальнику ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО12, начальнику УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО13 с административным иском о признании решений должностных лиц ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан в виде наложения взысканий незаконными, обязании устранить допущенные нарушения. Мотивирует заявленные требования тем, что за период его нахождения в ФКУ СИЗО-3 УФСИН РФ по Республике Башкортостан (далее СИЗО-3) с марта по май 2020 года на него было наложено три взыскания за якобы допущенное нарушение УПОН, датированное 26.03.2020 г. и 31.03.2020 г. – межкамерная связь, 07.04.2020 – нарушение изоляции. Действия, за которые на него наложили взыскания, он не совершал. Постановления о наложении взысканий считает необоснованными и незаконными. Администрация СИЗО не уведомила его о наложении взыскания, датированного 07.04.2020 г. О взысканиях, датированных 26.03.2020 г. и 31.03.2020 г. он был уведомлен уже после их наложения, без предоставления каких-либо доказательств, не дав написать ему письменное объяснение (в котором он указал бы о своей непричастности), также не разъяснив порядок и сроки обжалования постановления о наложении взыскания, в случае его несогласия с ним. Тем самым были нарушены его права на защиту и справедливое разбирательство. Администрация СИЗО нарушила п. 1 ст. 117 УИК РФ, согласно которому до наложения взыскания у осужденного берется письменное объяснение. Кроме того, нарушен п. 9 гл. 2 Приказа Министерства юстиции РФ 1295 от 16.12.2016 г. «Об утверждении правил внутреннего распорядка», который гласит: в карантинном отделении осужденный под роспись знакомится с порядком и условиями содержания, своими правами и обязанностями, распорядком дня, а главное ответственностью за нарушение правил внутреннего распорядка. Указанные расписки приобщаются к личному делу осужденного. Его ни с чем не ознакамливали и расписки не брали. Исходя из изложенных выше обстоятельств, требования уголовно-исполнительного законодательства РФ в отношении него не соблюдались, так как на него были наложены дисциплинарные взыскания с нарушением установленных законом требований без наличия доказательств, подтверждающих, что он действительно допускал нарушение правил внутреннего распорядка. Также он был лишен своих конституционных прав на защиту и справедливое разбирательство. На основании изложенного, ссылаясь на ст. ст. 218-220 КАС РФ, просит действия (бездействие), решение ответчика в виде наложения взысканий в соответствии со ст. 220 КАС РФ признать незаконными; обязать ответчика устранить допущенные действия в виде наложения взысканий, убрав их из личного дела осужденного.

Определением судьи от 27.05.2022 г. к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены: ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан, УФСИН России по Республике Башкортостан.

Определением судьи от 21.06.2022 г. (протокольная форма) к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечена прокуратура г. Стерлитамака Республики Башкортостан.

Административный истец ФИО11 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить. Пояснил, что до прибытия в СИЗО-3 Башкортастана он проехал шесть следственных изоляторов, и нигде у него не было нареканий. И нигде его не знакомили с правилами внутреннего распорядка, кроме СИЗО-1 г. Тверь, там правила размещены и на дверях, и в других помещениях. В СИЗО-3 прибыл в марте 2020 года после вынесения приговора Люберецким судом. Там он находился на карантине 21 день, т.к. был «Ковид», сотрудники были на казарменном положении и жили в СИЗО. Его никто не ознакомил с Правилами внутреннего распорядка в СИЗО-3, не отбирали расписки о применении в исправительном учреждении аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля, о предусмотренных законодательством РФ случаях применения физической силы, специальных средств и оружия. Когда он пребывал в карантинном отделении СИЗО-3, администрация известила его о двух нарушениях, при этом было сказано, что это мелкие нарушения, которые никак на нем не отразятся, и последствий не будет, эти нарушения уйдут через полгода. Пришел начальник режима и через окно для приема пищи попросил его расписаться, для отчетности, и сказал, что это не повлечет для него последствий. Окно для приема пищи очень маленькое, документ был в руках сотрудника, он доверял сотруднику. И до сих пор ему не понятно, зачем они так с ним поступили. Ему принесли две бумаги, он расписался, и бумаги сразу унесли, он их не читал. Они не собирали комиссию, а во время комиссии, это он теперь знает, ведется видеофиксация. Копии протоколов комиссии заверяются сотрудниками, и если бы он отказался расписаться, то должен быть акт. Ему ни одно решение не объявляли, а он не знал, что эти бумаги должны быть составлены в присутствии комиссии. Администрация СИЗО не уведомила его о наложении взыскания от 07.04.2020 г., о первых двух взысканиях уведомила после их наложения, не дав написать письменное объяснение, не разъяснив порядок и срок обжалования постановлений. С него ни письменных, ни устных объяснений не брали. По состоянию на 10 апреля 2020 года он знал о двух взысканиях от сотрудника изолятора, но не придал значения их обжалованию, т.к. ему не разъяснялся порядок и срок их обжалования, дисциплинарной комиссии не было, его не вызывали на нее. Спустя 8 месяцев, примерно в ноябре-конце декабря 2020 г., будучи в ИК-6, он попросил справку о нарушениях и увидел, что нарушения никуда не делись, к тому же, их стало не два, а три. Тогда он 24.02.2021 г. обратился с жалобой в прокуратуру по надзору о несогласии с взысканиями, и получил ответ от заместителя прокурора республики Башкортостан ФИО15, из которого следует, что 26.03.2020 г. и 31.03.2020 г. у него было 2 нарушения – за межкамерную связь, и одно нарушение 07.04.2020 г. - за нарушение правил изоляции. В ответе зам. прокурора указано, что в ходе проверки факты совершенных нарушений подтвердились, хотя действия, за которые на него наложили взыскания, он не совершал. На момент подачи им жалобы прокурору прошло 8 месяцев, т.е. запись фото-видеофиксации должна была храниться в материалах дела, но зам. прокурора указал, что запись не сохранилась. Сразу не обратился в суд, поскольку, будучи юридически неграмотным и находясь в изоляции, очень сложно своевременно обратиться куда надо, а нанять адвоката со стороны нельзя. У него средне-специальное образование по специальности электро-газо-сварщик. Он отслужил в армии более 3-х лет и прошел подготовку в учебно-тренировочном Центре специальной подготовки сержантского состава воздушно-десантских войск (ВДВ). Считает, что сотрудниками СИЗО-3 не соблюдались требования уголовно-исполнительного законодательства в отношении него, что дисциплинарные взыскания были наложены с нарушением установленных требований, без наличия доказательств, что он допускал нарушения правил внутреннего распорядка. Подпись в карточке размещения об ознакомлении с Правилами распорядка стоит его, но п. 9 Приказа Минюста №295 от 16.12.2016 г. «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений» гласит, что карточка размещения должна быть заполнена подозреваемым собственноручно. Данная карточка заполнена не его рукой, а сотрудником изолятора, при этом должна быть заполнена подозреваемым своей рукой, в ней указывается дата рождения, статья, дата начала и окончания срока. У него есть образец такой карточки из ИК-6, в ней должны содержаться целый лист основных прав и обязанностей осужденного. Отличия данной карточки от карточки СИЗО – в правах подозреваемого. И должна быть расписка, заполненная им собственноручно. Обращает внимание суда, что приказ № 198 – это 48 листов формата А4, Федеральный закон от 15 июля 1995 г. № 103 – это 30 листов формата А4, и с ними просто физически невозможно сразу ознакомиться и тем более что-то задержать в памяти. Каждый из приказов о дисциплинарном взыскании основан лишь на рапорте оператора видеонаблюдения. На приказе от 23.03.2020 №615-ОС указано, что он отказался от дачи письменного объяснения, но в справке указано, что указанная им причина отказа – не хочет писать, является глупой. В приказе от 31.03.2020 г. №622-ОС, где отсутствует его подпись, указано, что он от подписи отказался. При этом акт об отказе от подписи составлен в отношении ФИО16. В приказе от 07.04.2020 г. №649-ОС подпись стоит его, но в справке указано, что во время беседы вину полностью признал, дал письменные объяснения, и приложили акт об отказе от дачи письменных объяснений, в котором указано о его нежелании писать. Считает, что это грубое нарушение. Все приказы основаны только на рапортах сотрудников, которыми не выполнена обязанность приложить к рапорту подтверждающие документы. Например, сотрудники полиции при составлении ОРМ прилагают в обязательном порядке фото(видео)-материалы. Здесь же основанием для взысканий являлись рапорты сотрудников. В рапорте №848 указано, что он закрыл объектив видеонаблюдения. При закрытии камеры, если это так – это очень хорошо всё видно, и должно быть подкреплено документально. А тут указано, что он закрыл объектив в 19-40, при этом в акте указано, что в 19-45 он отказался от дачи объяснений, хотя в справке о проведении беседы указано, что он дал письменные объяснения. Из этого следует, что администрация СИЗО-3 абсолютно не потрудилась подкрепить акты документально. Кроме того, при совершении таких правонарушений каждые 2-3 дня, злостных нарушителей (а это злостное нарушение) выдворяют в ШИЗО, или вызывают для объяснений, но его администрация не вызывала, видимо опасаясь последствий за составление таких подложных документов. Также хочет пояснить, что 22.04.2022 г. Бежецким судом рассматривалось его ходатайство о замене неотбытого наказания принудительными работами, и ему суд не удовлетворил ходатайство, исходя из этих нарушений. Обратился в суд, чтобы убрать взыскания, чтобы впоследствии реабилитироваться, для динамики поведения, чтобы дальше они не отражались, ни при обращении об УДО, ни при замене и исходя из того, что он их не совершал. Он изначально 28.04.2022 г. обратился не в тот суд, к мировому судье, и 30 дней ждал отказ. Ему было отказано в принятии заявления, поскольку с таким заявлением нужно обращаться в межрайонный суд. Конфликтов с сотрудниками СИЗО-3 у него не было, кроме инцидента с начальником отдела, находясь в карантине, тот был ДПНС (дежурным помощником начальника следственного изолятора) и проводил досмотр. При досмотре камер осужденных и подозреваемых выводят из камеры, туда заходит начальник отряда или ДПНС, в это время их осматривает врач на предмет причинения телесных повреждений и т.п. На стене в его камере висела репродукция иконы, а затем ее скинули, и после стало известно, что она была сброшена сотрудником СИЗО, и сотрудник утверждал, что при досмотре камер у мусульман даже коврики для молитв отбирают. Это была его ошибка, что он без разрешения прикрепил икону. Это был единственный конфликт, он не знает, повлияло это или нет. Это не посчитали нарушением режима, все закончилось устной беседой, но после у него появились нарушения. Затем его перевели в камеру № 112, и больше он его не видел.

Представитель административного ответчика ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан - начальник ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО12, в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие и отсутствие ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан, представил письменные возражения на административное исковое заявление ФИО11, в котором, ссылаясь на нормы законодательства, просил в удовлетворении требований ФИО11 отказать по следующим основаниям. Согласно протоколов от 26.03.2020 г. № 30, от 31.03.2020 г. № 31, от 07.04.2020 г. № 33 заседания дисциплинарной комиссии ФКУ СИЗО-З УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО11 уведомлен о наложении ему выговора, исковое заявление ФИО11 датировано 24 мая 2022 года.

Вместе с тем, предполагаемые нарушения прав, свобод и законных интересов ФИО11 в ФКУ СИЗО-З УФСИН России по Республике Башкортостан, о которых идет речь в административном иске, по мнению административного истца, имели место в период с 27.03.2020 г. по 27.06.2020 г., с 01.04.2020 г. по 30.06.2020 г., с 08.04.2020г. по 08.07.2020 г. На основании изложенного, есть все основания полагать, что административным истцом пропущен срок исковой давности, установленный ст. 219 КАС РФ. Согласно части 8 ст. 219 КАС РФ пропуск срока обращения в суд без уважительной причины является основанием для отказа в удовлетворении административного иска. В СИЗО устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, лица, содержащиеся в СИЗО, должны выполнять возложенные на них обязанности и соблюдать Правила поведения подозреваемых и обвиняемых утвержденные приказом Минюста РФ от 14.10.2005г. № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов УИС».

В соответствии со статьей 38 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103- ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" за невыполнение установленных обязанностей к подозреваемым и обвиняемым могут применяться меры взыскания: выговор.

В ФКУ СИЗО-З УФСИН России по Республике Башкортостан издан приказ от 10 января 2020 года № 12 «Об утверждении состава дисциплинарной комиссии для подозреваемых и обвиняемых содержащихся в ФКУ СИЗО-З УФСИН России по Республике Башкортостан». В составе комиссии, рассматриваются материалы о привлечении подозреваемых и обвиняемых к дисциплинарной ответственности, допустивших нарушения режима содержания и правил внутреннего распорядка, с составлением протокола.

ФИО11 содержался в ФКУ СИЗО-З УФСИН России по Республике Башкортостан с 19.03.2020 г. по 14.05.2020 г. По прибытию ФИО11 предоставлялась информация о правах и обязанностях, режиме содержания под стражей, дисциплинарных требованиях, распорядке дня, порядке подачи предложений, заявлений и жалоб, на основании Приказа Минюста РФ от 14.10.2005г. № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов УИС», о чем он был ознакомлен под роспись в камерной карточке. Так же в каждой камере на стене вывешивается информация об основных правах и обязанностях подозреваемых, обвиняемых, содержащихся в СИЗО, а также распорядок дня. За период содержания в ФКУ СИЗО-З УФСИН России по Республике Башкортостан на заключенного под стражу ФИО11 неоднократно налагались дисциплинарные взыскания. Полноту, законность и достоверность материалов дисциплинарных взысканий проверяет ответственный за данное направление заместитель начальника СИЗО по кадрам и воспитательной работе, каких-либо нарушений по материалам ФИО11 выявлено не было. Сотрудники ФКУ СИЗО-З УФСИН России по Республике Башкортостан действовали согласно приказам, инструкциям. О решении по материалам дисциплинарного взыскания заключенному под стражу объявляется устно на дисциплинарной комиссии при начальнике учреждения, с последующим письменным ознакомлением. В случае отказа в письменном ознакомлении в материалах о наложении дисциплинарного взыскания, составляется акт об отказе. В соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 03.11.1994 г. № 1233 «Об утверждении положения о порядке обращения со служебной информацией ограниченного распространения в федеральных органах исполнительной власти и уполномоченном органе управления использованием атомной энергии и уполномоченном органе по космической деятельности», а также приказа ФСИН России № 87-дсп «О порядке обращения со служебной информацией ограниченного распространения в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы» от 19.02.2007 г. срок хранения архива видеозаписей, сделанных с помощью стационарных видеокамер составляет не более 30 суток.

Административный ответчик - начальник УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО13, в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен судом заранее и надлежащим образом, причину неявки не сообщил, об отложении дела не ходатайствовал.

Представитель административного ответчика УФСИН России по Республике Башкортостан, в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие, в иске ФИО11 отказать в полном объеме.

Представитель заинтересованного лица – прокуратуры г. Стерлитамака Республики Башкортостан, в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен судом заранее и надлежащим образом, об отложении дела не ходатайствовал. Представил письменное возражение, в котором, ссылаясь на нормы законодательства, просил в удовлетворении требований ФИО11 отказать по следующим основаниям. Ранее ФИО11 обращался в прокуратуру г. Стерлитамака с заявлением, содержащим доводы аналогичные изложенным в административном исковом заявлении. Прокурорской проверкой установлено, что в период с 19.03.2020 по 14.05.2020 ФИО11 содержался в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан. За период содержания в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан администрацией учреждения на ФИО11 наложено 3 дисциплинарных взыскания в виде объявления выговора. Так, 26.03.2020 администрацией учреждения ФИО11 объявлен выговор за нарушения режима содержания, выразившиеся в том, что 23.03.2020 в 23.07 час ФИО11, находясь в камере № 35, устанавливал межкамерную связь путем перетягивания предметов через окно камеры при помощи самодельной плетеной веревки неустановленными лицами. 31.03.2020 г. объявлен выговор за нарушение режима содержания, выразившиеся в том, что 26.03.2020 в 22.03 час ФИО11, находясь в камере № 35, устанавливал межкамерную связь путем перетягивания предметов через окно камеры при помощи самодельной плетеной веревки неустановленными лицами. 07.04.2020 объявлен выговор за нарушение режима содержания, выразившееся в том, что 06.04.2020 в 19.40 час ФИО11, находясь в камере № 35, закрыл объектив камеры видеонаблюдения, чем воспрепятствовал осуществлению надзора. Изучение материалов наложения дисциплинарных взысканий показало, что принятые меры соответствуют тяжести и характеру проступков в полной мере и объективно учитывают личность ФИО11 При сборе материалов ФИО11 представлялись письменные принадлежности для дачи пояснений, где последний от дачи пояснений по существу совершенных им нарушений режима содержания отказался. Факт отказа от дачи пояснений подтверждается соответствующими актами. Фото и видеоматериалы, подтверждающие нарушение правил изоляции ФИО11 не запрашивались, так как согласно постановлению Правительства РФ от 03.11.1994 № 1223 «Об утверждении положения о порядке обращения со служебной информацией ограниченного распространения в федеральных органах исполнительной власти и уполномоченном органе управления использованием атомной энергии и уполномоченном органе космической деятельности» срок хранения фото и видеоматериалов составляет 30 суток.

Принимая во внимание изложенное, сроки рассмотрения подобной категории дел, суд, учитывая позицию административного истца, на основании ст. 150 КАС РФ, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, их явка судом обязательной не признавалась.

Изучив доводы административного иска и возражений на него, заслушав пояснения административного истца, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации, в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации).

Ограничения прав и свобод, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей, целями которого являются исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений, как осужденными, так и иными лицами.

Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации (далее – УИК РФ) относится к числу таких законодательных актов, которые в установленном порядке ограничивают права определенной категории граждан, к которой относится административный истец.

В соответствии со ст. 1 УИК РФ, уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации имеет своими целями исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами.

Задачами уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации являются регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации.

На основании ч. 1 ст. 2 УИК РФ, уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации состоит из настоящего Кодекса и других федеральных законов.

Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом (ч.ч. 1, 2 ст. 2 УИК РФ).

В силу ч. 2 ст. 11 УИК РФ, осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов.

Режим в исправительных учреждениях - установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания (ч. 1 ст. 82 УИК РФ).

В исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации (ч. 3 ст. 82 УИК РФ).

Согласно ч. 9 cт. 16 УИК РФ, наказание в виде лишения свободы исполняется колонией-поселением, воспитательной колонией, лечебным исправительным учреждением, исправительной колонией общего, строгого или особого режима либо тюрьмой, а в отношении лиц, указанных в статье 77 настоящего Кодекса, следственным изолятором.

На основании ч. 1 ст. 74 УИК РФ, следственные изоляторы выполняют функции исправительных учреждений в отношении осужденных, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию, осужденных, в отношении которых приговор суда вступил в законную силу и которые подлежат направлению в исправительные учреждения для отбывания наказания, осужденных, перемещаемых из одного места отбывания наказания в другое, осужденных, оставленных в следственном изоляторе или переведенных в следственный изолятор в порядке, установленном статьей 77.1 настоящего Кодекса, а также в отношении осужденных на срок не свыше шести месяцев, оставленных в следственных изоляторах с их согласия.

Согласно ч. 3 ст. 77.1 УИК РФ, в случаях, предусмотренных частями первой и второй настоящей статьи, осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда.

Поскольку, в ст. 77.1 УИК РФ предусмотрено, что осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», на осуждённого, переведенного в следственный изолятор в порядке ст. 77.1 УИК РФ, распространяются Правила внутреннего распорядка СИЗО.

В силу ст. 15 ФЗ от 15.07.1995 N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В соответствии со ст. 36 ФЗ от 15.07.1995 N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», подозреваемые и обвиняемые обязаны: 1) соблюдать порядок содержания под стражей, установленный настоящим Федеральным законом и Правилами внутреннего распорядка; 2) выполнять законные требования администрации мест содержания под стражей; 3) соблюдать требования гигиены и санитарии; 4) соблюдать правила пожарной безопасности; 5) бережно относиться к имуществу мест содержания под стражей; 6) проводить уборку камер и других помещений в порядке очередности; 7) не совершать действий, унижающих достоинство сотрудников мест содержания под стражей, подозреваемых и обвиняемых, а также других лиц; 8) не препятствовать сотрудникам мест содержания под стражей, а также иным лицам, обеспечивающим порядок содержания под стражей, в выполнении ими служебных обязанностей; 9) не совершать умышленных действий, угрожающих собственной жизни и здоровью, а также жизни и здоровью других лиц.

Согласно ст. 38 ФЗ от 15.07.1995 N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», за невыполнение установленных обязанностей к подозреваемым и обвиняемым могут применяться меры взыскания: выговор; водворение в карцер или в одиночную камеру на гауптвахте на срок до пятнадцати суток, а несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых - на срок до семи суток.

В соответствии со ст. 39 ФЗ от 15.07.1995 N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», взыскания за нарушения установленного порядка содержания под стражей налагаются начальником места содержания под стражей или его заместителем, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей статьи 40 настоящего Федерального закона. За одно нарушение на виновного не может быть наложено более одного взыскания.

Взыскание налагается с учетом обстоятельств совершения нарушения и поведения подозреваемого или обвиняемого. Взыскание может быть наложено не позднее десяти суток со дня обнаружения нарушения, а если в связи с нарушением проводилась проверка - со дня ее окончания, но не позднее двух месяцев со дня совершения нарушения. Взыскание применяется, как правило, немедленно, а в случае невозможности его немедленного применения - не позднее месяца со дня его наложения.

До наложения взыскания у подозреваемого или обвиняемого берется письменное объяснение. Лицам, не имеющим возможности дать письменное объяснение, оказывается содействие администрации. В случае отказа от дачи объяснения об этом составляется соответствующий акт.

Взыскание в виде выговора налагается в устной или письменной форме, другие взыскания - в письменной форме.

Приказом Минюста России 14.10.2005 N 189 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, которые регламентируют внутренний распорядок работы следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее – Правила внутреннего распорядка СИЗО), которые действовали в период содержания ФИО11 в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан.

Согласно п. п. 2, 3 Правил внутреннего распорядка СИЗО, в СИЗО устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также решение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Режим представляет собой регламентируемые Федеральным законом, настоящими Правилами и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Обеспечение режима в СИЗО, поддержание в них внутреннего распорядка возлагается на администрацию СИЗО, а также на их сотрудников, которые несут установленную законом и ведомственными нормативными актами ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Лица, содержащиеся в СИЗО, должны выполнять возложенные на них Федеральным законом обязанности и соблюдать Правила поведения подозреваемых и обвиняемых (приложение N 1).

Невыполнение ими своих обязанностей и правил поведения влечет ответственность в установленном порядке (п. 4 Правил внутреннего распорядка СИЗО).

В соответствии с п. 1 Приложения № 1 к Правилам внутреннего распорядка СИЗО, подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся под стражей в следственных изоляторах, обязаны соблюдать порядок содержания под стражей, установленный ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и Правилами внутреннего распорядка СИЗО, в том числе, выполнять законные требования администрации СИЗО.

Согласно п. 3 Приложения № 1 к Правилам внутреннего распорядка СИЗО, подозреваемым и обвиняемым запрещается: вести переговоры, осуществлять передачу каких-либо предметов лицам, содержащимся в других камерах или иных помещениях СИЗО, перестукиваться или переписываться с ними; закрывать объектив видеокамеры либо иными способами препятствовать осуществлению надзора с использованием видеотехники.

Судом установлено и следует из материалов дела, что, приговором Люберецкого городского суда Московской области от 18 февраля 2020 года ФИО11 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, ч. 2 ст. 228 УК РФ, с применением ст. 64, ч. 3 ст. 69 УК РФ, с назначением окончательного наказания в виде 5 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. Мера пресечения оставлена без изменения – заключение под стражу, срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу с зачетом в срок отбывания наказания времени содержания ФИО11 под стражей с 27.09.2019 г. до вступления приговора в законную силу из расчета, произведенного в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ (в ред. ФЗ от 03.07.2018 № 186-ФЗ): один день за один день.

Приговор вступил в законную силу 29.02.2020 г.

Из материалов дела следует и не оспаривалось сторонами, что в период с 19.03.2020 г. по 14.05.2020 г. административный истец содержался в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан.

По прибытию в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО11 был ознакомлен с правами и обязанностями подозреваемых, обвиняемых и осужденных, предупрежден об ответственности за нарушения установленного порядка содержания, а также в том, что в отношении него могут применяться аудиовизуальные, электронные и иные технические средства и контроля согласно приказа Минюста РФ от 14.10.2005 № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» и ФЗ от 15.07.1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», проинформирован о том, что в предусмотренных законодательством РФ случаях применения физической силы, специальных средств и оружия, о соблюдении мер пожарной безопасности при содержании в усовиях СИЗО № 390 от 25.04.2012 г. «Правила противопожарного режима в Российской Федерации» и недопущении нарушений правил пожарной безопасности на объектах учреждений и органов Федеральной службы исполнения наказаний», что подтверждается подписью административного истца в карточке размещения.

За время содержания в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан осуждённый ФИО11 неоднократно нарушал Правила внутреннего распорядка СИЗО, за что в отношении него применены меры взыскания в виде выговоров.

26 марта 2020 г. начальником ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО12 издан приказ № 615-ос о наложении дисциплинарного взыскания на ФИО11 в виде выговора за нарушение режима содержания, выразившееся в том, что 23.03.2020 г. в 23 ч. 07 мин., находясь в камере № 35, он устанавливал межкамерную связь путем перетягивания предметов через окно камеры при помощи самодельной плетеной веревки с неустановленными лицами, содержащимися в других камерах, что является нарушением ст. 36 ФЗ от 15.07.1995 г. «О содержании под стражей подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений», а также п. 1, 3 приложения 1 приказа № 189 МЮ РФ от 14.10.2005 г. «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы».

С приказом № 615-ос от 26.03.2020 г. ФИО11 ознакомился 26.03.2020 г., что подтверждается подписью административного истца на самом приказе.

Основанием для наложения дисциплинарного взыскания послужил рапорт № 784 оператора ЦПСОТ прапорщика внутренней службы ФИО1 от 23.03.2020 г., из содержания которого следует, что 23.03.2020 г. в 23 час. 07 мин. во время несения службы на посту № 1 оператора ЦПСОТ, им по средствам видеонаблюдения выявлено нарушение установленного порядка содержания под стражей, а именно: 23.03.2020 г. в 23 час. 07 мин. заключенный под стражу по ст. 228-1 ч. 4, ст. 228 ч. 2 УК РФ ФИО11, находясь в камере № 35, устанавливал межкамерную связь путем перетягивания предметов через окно камеры при помощи самодельно плетеной веревки с неустановленными лицами, содержащимися в других камерах. О чем им было доложено ДПНСИ.

До наложения взыскания ФИО11 предложено написать письменное объяснение, однако 24.03.2020 г. в 08 час. 27 мин. ФИО11 отказался от дачи письменного объяснения по факту допущенного им нарушения установленного порядка содержания под стражей, письменные принадлежности: бумага и авторучка, а также помощь в написании объяснения были предоставлены, причину отказа от дачи письменного объяснения мотивирует не желанием писать, о чем 24.03.2020 г. ФИО17 ФИО18, младшим инспектором дежурной службы ФИО2, младшим инспектором на посту у камер ФИО3 составлен акт об отказе от дачи письменного объяснения.

Из справки начальника дневной смены ФИО4 о проведении беседы от 24.03.2020 г. следует, что 24.03.2020 г. им была проведена беседа с ФИО11 по факту допущенного нарушения, ему были дополнительно разъяснены требования Правил внутреннего распорядка СИЗО. Во время беседы осуждённый ФИО11 вину свою признал, по данному факту отказался дать письменное объяснение.

Также из справки старшего оперуполномоченного оперативного отдела ФИО5 о проведении беседы от 24.03.2020 г. следует, что 24.03.2020 г. им была проведена беседа с ФИО11 по факту допущенного нарушения, во время беседы свою вину признал, по данному факту отказался дать письменное объяснение.

26.03.2020 г. было проведено заседание дисциплинарной комиссии ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по РБ, по результатам которого принято решение об объявлении ФИО11 выговора, что подтверждается протоколом № 30 от 26.03.2020 г.

31 марта 2020 г. начальником ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО12 издан приказ № 622-ос о наложении дисциплинарного взыскания на ФИО11 в виде выговора за нарушение режима содержания, выразившееся в том, что 26.03.2020 г. в 22 ч. 03 мин., находясь в камере № 35, он устанавливал межкамерную связь путем перетягивания предметов через окно камеры при помощи самодельной плетеной веревки с неустановленными лицами, содержащимися в других камерах, что является нарушением ст. 36 ФЗ от 15.07.1995 г. «О содержании под стражей подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений», а также п. 1, 3 приложения 1 приказа № 189 МЮ РФ от 14.10.2005 г. «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы».

Основанием для наложения дисциплинарного взыскания послужил рапорт № 806 оператора ЦПСОТ прапорщика внутренней службы ФИО1 от 26.03.2020 г., из содержания которого следует, что 26.03.2020 г. в 22 час. 03 мин. во время несения службы на посту № 1 оператора ЦПСОТ, им по средствам видеонаблюдения выявлено нарушение установленного порядка содержания под стражей, а именно: 26.03.2020 г. в 22 час. 03 мин. заключенный под стражу по ст. 228-1 ч. 4, ст. 228 ч. 2 УК РФ ФИО11, находясь в камере № 35, устанавливал межкамерную связь путем перетягивания предметов через окно камеры при помощи самодельно плетеной веревки с неустановленными лицами, содержащимися в других камерах. О чем им было доложено ДПНСИ.

До наложения взыскания ФИО11 предложено написать письменное объяснение, однако 27.03.2020 г. в 07 час. 08 мин. ФИО11 отказался от дачи письменного объяснения по факту допущенного им нарушения установленного порядка содержания под стражей, письменные принадлежности: бумага и авторучка, а также помощь в написании объяснения были предоставлены, причину отказа от дачи письменного объяснения мотивирует не желанием писать, о чем 27.03.2020 г. ЗДПНСИ ФИО6, младшим инспектором дежурной службы ФИО7, младшим инспектором дежурной службы ФИО8 составлен акт об отказе от дачи письменного объяснения.

Из справки начальника дневной смены ФИО4 о проведении беседы профилактического характера от 31.03.2020 г. следует, что 31.03.2020 г. им была проведена беседа с ФИО11 по факту допущенного нарушения, ему были дополнительно разъяснены требования Правил внутреннего распорядка СИЗО. Во время беседы осуждённый ФИО11 вину свою признал, по данному факту отказался дать письменное объяснение.

Также из справки старшего оперуполномоченного оперативного отдела ФИО5 о проведении беседы от 31.03.2020 г. следует, что 31.03.2020 г. им была проведена беседа с ФИО11 по факту допущенного нарушения, во время беседы свою вину признал, по данному факту отказался дать письменное объяснение.

31.03.2020 г. было проведено заседание дисциплинарной комиссии ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по РБ, по результатам которого принято решение об объявлении ФИО11 выговора, что подтверждается протоколом № 31 от 31.03.2020 г.

В приказе от № 622-ос от 31.03 2020 г. о наложении дисциплинарного взыскания указано, что от ознакомления с приказом № 622-ос от 31.03.2020 г. ФИО11 отказался, акт прилагается.

Вместе с тем, из имеющегося в материалах личного дела осужденного ФИО11 акта следует, что 31.03.2020 г. в 11 ч. 10 мин. заключенный под стражу по ст. 161 ч. 3 УК РФ ФИО14 отказался от подписи в приказе о наложении дисциплинарного взыскания в виде выговора.

Акта об отказе от подписи в приказе № 622-ос от 31.03 2020 г. о наложении дисциплинарного взыскания в виде выговора на заключенного под стражу ФИО11 в материалах личного дела осужденного не содержится.

При отсутствии такого акта, суду не представляется возможным из представленных документов достоверно определить дату, когда ФИО11 узнал о применении к нему меры дисциплинарного воздействия по нарушению от 26.03.2020 г., в связи с чем определяет ее исходя из пояснений самого административного истца – не позднее начала декабря 2020 г.

Вместе с тем, суд отмечает, что отсутствие такого акта не имеет существенного значения для правильного разрешения дела, поскольку не опровергает факт совершения ФИО11 26.03.2020 г. нарушения режима содержания.

07 апреля 2020 г. начальником ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО12 издан приказ № 649-ос о наложении дисциплинарного взыскания на ФИО11 в виде выговора за нарушение режима содержания, выразившееся в том, что 06.04.2020 г. в 19 ч. 40 мин., находясь в камере № 35, он закрыл объектив камеры видеонаблюдения, тем самым воспрепятствовал осуществлению надзора, что является нарушением п.п. 1, 2 ст. 36 ФЗ от 15.07.1995 г. «О содержании под стражей подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений», а также п. 1, 3 приложения 1 приказа № 189 МЮ РФ от 14.10.2005 г. «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы».

С приказом № 649-ос от 26.03.2020 г. ФИО11 ознакомился 07.04.2020 г., что подтверждается подписью административного истца на самом приказе.

Основанием для наложения дисциплинарного взыскания послужил рапорт № 838 оператора ЦПСОТ прапорщика внутренней службы ФИО9 от 06.04.2020 г., из содержания которого следует, что 06.04.2020 г. в 19 час. 40 мин. во время несения службы на посту № 1 оператора ЦПСОТ, им по средствам видеонаблюдения выявлено нарушение установленного порядка содержания под стражей, а именно: 06.04.2020 г. в 19 час. 40 мин. заключенный под стражу по ст. 228-1 ч. 4, ст. 228 ч. 2 УК РФ ФИО11, находясь в камере № 35, закрыл объектив камеры видеонаблюдения, тем самым воспрепятствовал осуществлению надзора. О чем им было доложено ДПНСИ.

До наложения взыскания ФИО11 предложено написать письменное объяснение, однако 06.04.2020 г. в 19 час. 45 мин. ФИО11 отказался от дачи письменного объяснения по факту допущенного им нарушения установленного порядка содержания под стражей, письменные принадлежности: бумага и авторучка, а также помощь в написании объяснения были предоставлены, причину отказа от дачи письменного объяснения мотивирует не желанием писать, о чем 06.04.2020 г. ЗДПНСИ ФИО6, младшим инспектором дежурной службы ФИО7, младшим инспектором дежурной службы ФИО8 составлен акт об отказе от дачи письменного объяснения.

Из справки начальника дневной смены ФИО4 о проведении беседы профилактического характера от 07.04.2020 г. следует, что 07.04.2020 г. им была проведена беседа с ФИО11 по факту допущенного нарушения, ему были дополнительно разъяснены требования Правил внутреннего распорядка СИЗО. Во время беседы осуждённый ФИО11 вину свою признал, по данному факту отказался дать письменное объяснение.

Также из справки старшего оперуполномоченного оперативного отдела ФИО5 о проведении беседы от 07.04.2020 г. следует, что 07.04.2020 г. им была проведена беседа с ФИО11 по факту допущенного нарушения, во время беседы свою вину признал, по данному факту дал письменное объяснение.

В указанных справках начальника дневной смены ФИО4 о проведении беседы профилактического характера и старшего оперуполномоченного оперативного отдела ФИО5 о проведении беседы от 07.04.2020 г. имеются расхождения в том, давал или не давал ФИО11 письменные объяснения по факту нарушения от 06.04.2020 г. Однако, в акте об отказе от дачи письменного объяснения от 06.04.2020 г. указано, что ФИО11 отказался от дачи объяснений, самим административным истцом в ходе судебного следствия даны пояснения о том, что письменные объяснения по факту допущенных нарушений он не давал. В связи с указанным суд считает установленным, что ФИО11 отказался от дачи письменных объяснений по факту допущенного им нарушения 06.04.2020 г.

При этом указание административного истца на то, что нарушение было выявлено 06.04.2020 г. в 19 час. 40 мин., а акт об отказе от дачи письменных объяснений составлен 06.04.2020 г. в 19 час. 45 мин., судом не принимается во внимание, поскольку указанный акт составлен позднее времени выявления нарушения.

07.04.2020 г. было проведено заседание дисциплинарной комиссии ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по РБ, по результатам которого принято решение об объявлении ФИО11 выговора, что подтверждается протоколом № 33 от 07.04.2020 г.

24.02.2021 г. ФИО11 обратился в прокуратуру с обращением о несогласии с взысканиями, полученными в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан.

Письмом и.о. прокурора г. Стерлитамака Республики Башкортостан ФИО10 от 11.03.2021 № 227ж-2021 ФИО11 было сообщено, что прокуратурой города проведена проверка по его обращению. Установлено, что 26.03.2020, 31.03.2020 и 07.04.2020 по результатам проведенных проверок по выявленным нарушениям, приказами начальника ФКУ СИЗО-3 ФИО11 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде объявления выговоров. Изучение материалов наложения дисциплинарных взысканий показало, что принятые меры соответствуют тяжести и характеру проступков в полной мере и объективно учитывают личность ФИО11 Оснований для их отмены по доводам обращения не установлено. Одновременно разъясняет, что довод о необходимости приобщения к материалам проверки видеоматериала, подтверждающего факт нарушения правил изоляции, не основан на положениях ФЗ № 103 от 15.07.1995 г. «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», регулирующего порядок применения мер взыскания. Факты нарушений подтверждаются рапортами, справками сотрудников ФКУ СИЗО-3, иными материалами. Кроме того, вопреки доводам обращения ФИО11 ознакомлен с приказами от 26.03.2020 и 07.04.2020, от ознакомления с приказом от 31.03.2020 последний отказался, о чем составлен соответствующий акт. Оснований не доверять записям в приказах и актах не имеется. В случае с несогласием с данным ответом ФИО11 вправе обжаловать его прокурору Республики Башкортостан либо в Стерлитамакский городской суд Республики Башкортостан.

ФИО11 данный ответ прокуратуры г. Стерлитамака не обжаловал, о чем сообщил в судебном заседании.

В силу ч. 1 ст. 218 КАС РФ, гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В соответствии с ч. 9 ст. 226 КАС РФ, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: 1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; 3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; 4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие) (п. 11 ст. 226 КАС РФ).

В силу п. 1 ч. 2 ст. 227 КАС РФ суд удовлетворяет заявление полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и об обязанности административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.

По смыслу положений ст.ст. 218, 227 КАС РФ, признание незаконными решений, действий (бездействия) публичного органа, должностного лица, государственного или муниципального служащего возможно только при их несоответствии нормам действующего законодательства, сопряженном с нарушением прав и законных интересов гражданина.

Следовательно, для удовлетворения требования о признании оспариваемых решений незаконными необходимо наличие двух условий: установление противоправности этих решений и установление факта нарушения прав заявителя или незаконного привлечения его к ответственности в результате таких решений.

При этом заявитель, обращаясь в суд с заявлением об оспаривании постановлений должностного лица, должен указать и доказать, какие именно его права и законные интересы были нарушены оспариваемым постановлением или действием (бездействием) и указать способ их восстановления.

Вместе с тем, в процессе рассмотрения дела административным истцом таких доказательств суду не представлено, в материалах настоящего административного дела не имеется.

Вопреки доводам ФИО11 о его невиновности, факты неоднократного нарушения административным истцом Правил внутреннего распорядка СИЗО, за совершение которых предусмотрено наложение дисциплинарных взысканий, подтверждаются представленными в материалы административного дела доказательствами: рапортами сотрудников СИЗО-3, в которых отражено, что вину в совершении всех нарушений ФИО11 признал, актами об отказе осужденного от дачи письменных объяснений, справками о проведении бесед и разъяснении требований Правил внутреннего распорядка СИЗО. Достоверность данных доказательств административным истцом не опровергнута.

Доводы административного истца о том, что ему не разъясняли: правила внутреннего распорядка СИЗО, его права, обязанности и ответственность за нарушение такого распорядка, порядок и сроки обжалования вынесенных приказов о возложении дисциплинарных взысканий, не проводили инструктаж о мерах пожарной безопасности, не информировали о применении в СИЗО аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля, о предусмотренных законодательством РФ случаях применения физической силы, специальных средств и оружия, суд отклоняет как голословные, не подтвержденные никакими доказательствами.

Доводы административного истца о несоблюдении административным ответчиком процедуры наложений взысканий, в том числе ввиду непроведения заседаний комиссии, не участия в них ФИО11, отсутствие видеофиксации нарушений, являются необоснованными.

Ст. 39 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» не предусмотрено проведение заседаний комиссии по наложению дисциплинарного наказания, порядок такого заседания также не определен. Между тем, факт проведения заседаний дисциплинарной комиссии, в том числе по всем нарушениям ФИО11 подтверждается соответствующими протоколами. Участие в таких заседаниях нарушителей порядка законом не определено, в связи с чем обязательным не является.

Указанной статьей Федерального закона предусмотрено получение от нарушителей порядка письменных объяснений. Из материалов дела следует, что до наложения взысканий ФИО11 предлагалось дать письменные объяснения по выявленным фактам нарушений Правил внутреннего распорядка СИЗО. Однако ФИО11 отказывался от дачи письменных объяснений, что зафиксировано соответствующими актами.

Доводы административного истца о том, что его не ознакомили с приказами о наложении дисциплинарных взысканий, не объявили устно о таких решениях, суд не принимает, поскольку доказательств в их подтверждение ФИО11 не представлено, в материалах дела не содержится.

Обязанность сотрудников осуществлять видеофиксацию нарушений Правил внутреннего распорядка СИЗО законом не закреплена, применение видеорегистратора носит рекомендательный характер. В частности, в соответствии со ст. 34 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в целях осуществления надзора может использоваться аудио и видеотехника. В соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 03.11.1994 г. № 1233 «Об утверждении положения о порядке обращения со служебной информацией ограниченного распространения в федеральных органах исполнительной власти и уполномоченном органе управления использованием атомной энергии и уполномоченном органе по космической деятельности», а также приказа ФСИН России № 87-дсп «О порядке обращения со служебной информацией ограниченного распространения в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы» от 19.02.2007 г. срок хранения архива видеозаписей, сделанных с помощью стационарных видеокамер, составляет не более 30 суток. Факт отсутствия видеофиксации нарушений не опровергает факт нарушения ФИО11 Правил внутреннего распорядка СИЗО, поскольку действующим законодательством не установлена обязанность сотрудников следственного изолятора фиксировать нарушения режима содержания на видео.

При этом указанный административным истцом срок хранения архива видеозаписей, сделанных с помощью стационарных видеокамер, - в 1 год основан на неверном понимании норм материального права.

Иные доводы ФИО11, заявленные в обоснование административного иска также не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, в связи с чем отклоняются судом.

При таком положении, суд приходит к выводу о том, что установленные в процессе рассмотрения дела обстоятельства, в их совокупности, свидетельствуют о том, что у администрации ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан имелись законные основания для наложения на ФИО11 дисциплинарных взысканий. Приказы об объявлении выговоров, приняты с соблюдением порядка, установленного ст. 39 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», наложены на административного истца уполномоченными на это лицами в пределах десятидневного срока с момента выявления нарушений.

При привлечении административного истца к дисциплинарной ответственности были учтены обстоятельства совершения нарушений, личность ФИО11 Наложенные на ФИО11 взыскания являются правомерными, соответствуют тяжести и характеру совершенных им нарушений Правил внутреннего распорядка СИЗО.

Применение мер дисциплинарной ответственности к осужденному обусловлено его поведением и направлено на достижение целей исправления. Поэтому оснований полагать нарушенными права и законные интересы административного истца не имеется.

Таким образом, в данном случае необходимая совокупность условий, при которых могут быть удовлетворены требования административного истца, отсутствует, соответственно правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО11 не имеется.

Разрешая заявленные требования, суд, кроме изложенного, учитывает следующее.

Судом установлено, что о применении мер дисциплинарного воздействия ФИО11 узнал в 2020 году: о наложении взысканий в связи с нарушениями от 23.03.2020 и 07.04.2020 – в дни ознакомления с приказами об их наложении - 31.03.2020 и 07.04.2020, соответственно, о наложении взыскания в связи с нарушением от 26.03.2020 – как следует из пояснений административного истца, не позднее конца декабря 2020 г., однако с административным иском в суд обратился, первоначально к мировому судье судебного участка № 3 Тверской области 04.05.2022 года, а после возвращения мировым судьей административного искового заявления – в Бежецкий межрайонный суд - 26.05.2020 г., то есть применительно ко всем нарушениям с пропуском предусмотренного частью 1 статьи 219 КАС РФ срока для обращения в суд.

При этом, доказательств уважительности пропуска срока на обращение в суд с иском по оспариванию дисциплинарных взысканий за указанный период ФИО11 суду не представил.

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8 статьи 219 КАС РФ).

Таким образом, исходя из изложенного, суд считает необходимым заявленные ФИО11 требования оставить без удовлетворения.

Определением судьи от 27.05.2022 г. административному истцу по его ходатайству предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины до принятия решения по данному делу.

Исходя из положений абз. 10 ч. 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, цены административного иска, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО11 государственной пошлины в размере 300 руб. в доход бюджета Бежецкого района Тверской области.

Руководствуясь статьями 175-180, 227 КАС РФ, суд

решил:

Административное исковое заявление ФИО11 к начальнику ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО12, ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан, начальнику УФСИН России по Республике Башкортостан ФИО13, УФСИН России по Республике Башкортостан о признании решений должностных лиц ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Башкортостан в виде наложения взысканий незаконными, обязании устранить допущенные нарушения - оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО11 государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Тверской областной суд с подачей жалобы через Бежецкий межрайонный суд.

Решение в окончательной форме изготовлено 22 июля 2022 года.

Председательствующий В.Е. Смирнова

Дело № 2а-299/2022