Решение по делу № 2-1861/2025 от 27.03.2025

УИД: 50RS0010-01-2025-000759-66

Дело № 2-1861/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 марта 2025 года г.о. Балашиха

Московская область

Железнодорожный городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Меркулова Д.Б., с участием помощника прокурора г.о. Балашиха ФИО1, истца ФИО2, ее представителя адвоката Беляевой О.А., представителя ответчика ФИО3, при помощнике ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда,

установил:

ФИО2, обратилась в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности.

В обоснование заявленных требований указано, что приговором Железнодорожного городского суда Московской области от 13 марта 2019 года ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, ей назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Суд также постановил взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО5 в пользу муниципального образования г.о. Балашиха Московской области в лице Администрации г.о. Балашиха 51 102 912 рублей 48 копеек в счет возмещения имущественного ущерба.

Апелляционным определением от 20 июня 2019 года приговор суда первой инстанции оставлен без изменения, в связи с чем, ФИО2 отбыла наказание.

Кассационным определением от 11 марта 2021 года вышеуказанные судебные постановления были отменены, уголовное дело было направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции, при этом судом кассационной инстанции установлено, что помимо того, что приговор не соответствует положениям п. 1 ч. 1 ст. 307 УПК РФ, при зачете ФИО2, осужденной за совершение преступления, в срок лишения свободы времени содержания ее под домашним арестом судом были учтены положения ч. 3.4 ст. 72 УК РФ (в ред. Федерального закона № 186-ФЗ), предусматривающие зачет домашнего ареста в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, то есть ухудшающие положение лица по сравнению с порядком, применявшимся до вступления в силу указанного закона, которые согласно ч.1 ст.10 УК РФ обратной силы не имеют, т.е. ФИО2 еще и помимо незаконного осуждения отбыла наказание сверх установленного срока.

Затем, дело из суда первой инстанции было возвращено прокурору, суд апелляционной инстанции поддержал такое решение суда первой инстанции и в результате уголовное дело было возвращено для производства дополнительного расследования, которое, несмотря на многочисленные жалобы защиты, продлилось более 2-х лет, при этом не добавилось ни одного нового аргумента или обстоятельства в пользу обвинения.

Приговором от 01 августа 2024 года ФИО2 была оправдана, приговор вступил в законную силу 08 октября 2024 года, так как определением суда апелляционной инстанции указанный приговор был оставлен в силе.

Согласно приговору суда ФИО2 имеет право на реабилитацию, а также на возмещение имущественного и морального вреда в порядке, предусмотренном ст.ст. 135 и 136 УПК РФ.

Таким образом, ФИО2 была незаконно лишена свободы в период с 07 февраля 2018 года по 09 февраля 2018 года (находилась под арестом), с 10 февраля 2018 года по 12 марта 2019 года (находилась под домашним арестом), с 13 марта 2019 по 25 октября 2019 года отбывала наказание в тяжелейших условиях СИЗО, с 26 октября 2019 года по 28 ноября 2019 года была этапирована, с 29 ноября 2019 года по 16 апреля 2020 года отбывала наказание в колонии, то есть 800 дней ФИО2 провела в неволе.

По указанным основаниям просит взыскать с казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, в сумме 51 102 912,48 рублей.

Истец и ее представитель в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивали в полном объеме.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих перенесенные им моральные страдания, причиненные незаконным уголовным преследованием в заявленном размере, в случае удовлетворения исковых требований, просила снизить размер компенсации морального вреда до 2 000 руб. за сутки содержания под стражей.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, помощник прокурора г.о. Балашиха ФИО1 возражала против удовлетворения исковых требований в заявленном размере, полгала возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в сумме 1 800 000 рублей, поскольку данная сумма будет отвечать требованиям разумности и справедливости.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статья 53 Конституции Российской Федерации гарантирует право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

По правилам ч. 1 ст. 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании п. 1 и п. 3 ч. 2 ст. 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, а также подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным, в частности п. 1 ч. 1 ст. 24 настоящего кодекса.

В соответствии с ч. 2 ст. 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ч. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В абзаце третьем ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии со ст. 1001 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

На основании ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Частью 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 21 Постановления от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъясняет, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Исходя из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в п. 38 и п. 42 Постановления от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, в силу п. 1 ст. 1070 и абзаца 3 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Учитывая приведенные выше нормы права и разъяснения практики их применения, принимая во внимание сложность задачи расчета размера компенсации морального вреда, в решении суда должны быть приведены мотивы в обоснование той или иной суммы компенсации морального вреда, присуждаемой истцу. При этом размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, разрешение такого вопроса не предполагает произвольного усмотрения суда.

Из материалов дела следует, что приговором Железнодорожного городского суда Московской области от 13 марта 2019 года ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, ей назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Суд также постановил взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО5 в пользу муниципального образования г.о. Балашиха Московской области в лице Администрации г.о. Балашиха 51 102 912 рублей 48 копеек в счет возмещения имущественного ущерба.

Приговором от 01 августа 2024 года ФИО2 была оправдана, приговор вступил в законную силу 08 октября 2024 года.

Исходя из содержания приведенных выше норм действующего законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований, в частности вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования по реабилитирующим основаниям.

Причинение морального вреда в результате незаконного уголовного преследования является фактом, не требующим доказывания.

Поскольку уголовное преследование в отношении ФИО2 прекращено по реабилитирующим основаниям, суд приходит к выводу о наличии у истца права на компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме, следовательно, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

С учетом времени задержания с 07 февраля 2018 года по 09 февраля 2018 года, с 10 февраля 2018 года по 12 марта 2019 года, с 13 марта 2019 по 25 октября 2019 года, с 26 октября 2019 года по 28 ноября 2019 года, с 29 ноября 2019 года по 16 апреля 2020 года, истец находилась под стражей 800 дней. Данный факт сам по себе является достаточным для того, чтобы повлечь физические и нравственные страдания, связанные с длительным и необоснованным нахождением в условиях следственного изолятора.

В материалы дела представлена информация о проведении обследований и неоднократных обращениях ФИО2 за медицинской помощью. У истца диагностированы заболевания, наличие которых негативно отражалось на общем состоянии истца и значительно усложняло его нахождение в условиях изоляции.

Принимая во внимание факт незаконного уголовного преследования ФИО2, повлекший возникновение у нее права на реабилитацию, учитывая характер и степень причиненных истцу страданий, состояние ее здоровья, длительность предварительного следствия и продолжительность содержания под стражей, а также то, что на протяжении всего периода уголовного преследования она находилась в стрессовом состоянии, испытывала чувство страха и несправедливости, вынуждена был доказывать свою непричастность к преступлению, суд считает возможным взыскать в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1 800 000 рублей, поскольку указанная денежная компенсация соответствует требованиям разумности и справедливости.

Таким образом, исковые требования ФИО2 о возмещении морального вреда, подлежат частичному удовлетворению, с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в его пользу суд взыскивает компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в сумме 1 800 000 рублей.

Руководствуясь ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, паспорт № выдан ТП №2 ОУФМС России по Московской области по г.о. Балашиха 05 сентября 2017 года, компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в сумме 1800 000 (один миллион восемьсот тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд в течение месяца со дня изготовления его в окончательной форме через Железнодорожный городской суд Московской области.

Судья Д.Б. Меркулов

решение в окончательной форме изготовлено 02 апреля 2025 года.