УИД: 66RS0013-01-2022-000396-63

Дело № 2-392/2022

Решение в окончательной форме изготовлено 31.08.2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 августа 2022 года г. Каменск – Уральский

Каменский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего Дога Д.А.,

при секретаре судебного заседания Луптаковой Е.Н.,

при участии помощника прокурора Каменского района Свердловской области Бережной Ю.В.,

истца ФИО1, его представителя ФИО2,

представителя ответчика ООО «Городское управление дорожно – строительных работ» - М. , действующей на основании доверенности от <*** г.>,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Городское управление дорожно – строительных работ» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с вышеназванным исковым заявлением к ответчику ООО «Городское управление дорожно – строительных работ» (далее по тексту – ООО «ГУДСР»), в обоснование заявленных исковых требований в иске указал, что истец состоял с ответчиком в трудовых отношениях в должности слесаря – ремонтника 4 разряда с <*** г.> по <*** г.>.

<*** г.> в ООО «ГУДСР» произошел несчастный случай, истец исполняя свои должностные обязанности услышал скрип удерживающего ролика установки, принял решение смазать его на работающем (не обесточенном) оборудовании. После того, как истец произвел смазку, удерживающий ролик начал вращаться, при спуске истец случайно прикоснулся к вращающемуся ролику, где его перчатку вместе с правой рукой стало затягивать между роликом и сушильным барабаном, почувствовав боль, он выдернул руку. Истец в результате несчастного случая на производстве получил травму <данные изъяты> Названная травма, квалифицирована как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Несчастный случай, произошедший с истцом <*** г.>, квалифицирован как несчастный случай на производстве, факта грубой неосторожности со стороны пострадавшего не установлено. Причинами травмирования явились: недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в не проведении пострадавшему при поручении ему новой для него работы первичного инструктажа, стажировки на рабочем месте, а также в течение трудовой деятельности – повторного инструктажа. За период с <*** г.> по <*** г.> в связи с получением травмы истец перенес несколько операций. С <*** г.> по <*** г.> истец находился на лечении в ГАУЗ СО «Областной специализированный центр медицинской реабилитации» с диагнозом: <данные изъяты>. Согласно решению медико – технической комиссии «Екатеринбургского» филиала ФГУП «Московского протезно – ортопедического предприятия Минтруда России» №*** от <*** г.> в виду <данные изъяты>. В ноябре 2018 года истцу установлена <данные изъяты> по причине трудового увечья, а также в связи с вышеуказанным несчастным случаем на производстве истцу установлена утрата трудоспособности <данные изъяты> В результате данной травмы истец лишился работы, трудовой договор с ним был расторгнут на основании п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Учитывая, что истцу причинены нравственные и физические страдания по вине ответчика, на основании ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 21, 237 Трудового кодекса Российской Федерации просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей, судебные расходы на оплату юридических услуг по составлению искового заявления в размере 3 500 рублей, за представительство в суде первой инстанции в размере 20 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по тем доводам, что изложены в исковом заявлении, а также письменных объяснениях, просил их удовлетворить.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении и письменных пояснениях, полагает, что истребованный размер компенсации морального вреда является разумным и справедливым возмещением тех страданий и переживаний, которые истец перенес в связи с полученной тяжелой травмой, а также соразмерным нарушенному праву.

Представитель ответчика ООО «ГУДСР» М. , действующая на основании доверенности от <*** г.> в судебном заседании поддержала письменный отзыв на исковое заявление истца, содержащий довод о том, что в произошедшем несчастном случае имеется также вина истца, выраженная в грубой неосторожности, пояснила, что с исковыми требованиями не согласна в части заявленного размера компенсации морального вреда, считает заявленную сумму чрезмерно завышенной, не соответствующей степени вины ответчика в произошедшем несчастном случае, кроме того стороной истца не учтены характер причиненных истцу нравственных страданий и обстоятельства дела. Полагает, что с учетом требований разумности и справедливости, заявленные истцом требования о взыскании компенсации морального вреда, подлежат частичному удовлетворению в размере 500 000 рублей, в удовлетворении остальной части требований просила отказать. Акт №*** от <*** г.> о несчастном случае на производстве, произошедшем <*** г.>, а также постановление о привлечении ООО «ГУДСР» к административной ответственности за нарушение государственных нормативных требований охраны труда не оспаривались, административный штраф ООО «ГУДСР» оплачен, выявленные недостатки устранены. Кроме того, представителем истца в материалы дела представлено заявление о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям, с указанием о том, что акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1 составлен <*** г.> и получен истцом <*** г.>, таким образом, принимая во внимание правовые положения ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, полагает, что истец обратился в суд за пределами установленного законом срока. Просила суд применить срок исковой давности и отказать истцу в удовлетворении заявленных исковых требований.

Допрошенная в качестве свидетеля П. в судебном заседании показала, что ФИО1 приходится ей супругом, она помнит, что в сентябре 2016 года ее супруг по месту работы был тяжело травмирован, после чего доставлен в больницу, в последующем неоднократно был оперирован. <данные изъяты>.

Согласно заключению прокурора, имеются основания для удовлетворения заявленных истцом исковых требований о взыскании с ООО «ГУДСР» в его пользу компенсации морального вреда, с учетом принципов разумности и справедливости.

Суд, исследовав материалы дела, выслушав участников процесса, свидетеля, заключение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования в разумных пределах, установил следующее.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены в том числе право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзацы четвертый и четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Указанным правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (часть 8 статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Компенсация морального вреда согласно действующему гражданскому законодательству (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) является одним из способов защиты субъективных прав и законных интересов, представляющим собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

По смыслу положений статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 219, 220, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», работодатель должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда (как имущественного, так и морального), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзацы первый и второй пункта 2 названного постановления).

Таким образом, общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что истец ФИО1 с <*** г.> состоял в трудовых отношениях с ООО «ГУДСР», был принят на должность дорожного рабочего 4 разряда, с <*** г.> трудился в должности слесаря – ремонтника 4 разряда Производственного участка по выпуску строительных материалов (<данные изъяты>).

<*** г.> около 19:20 часов в организации ООО «ГУДСР» произошел несчастный случай, от которого пострадал истец ФИО1, <*** г.> года рождения.

Согласно представленному в материалы дела акту №*** от <*** г.> о несчастном случае на производстве, утвержденному директором ООО «ГУДСР» И. <*** г.>, <*** г.> ФИО1 исполняя свои трудовые обязанности, услышал скрип удерживающего ролика установки, не доложив о выявленной неполадке непосредственному руководителю работ мастеру С. , принял решение смазать удерживающий ролик на работающем (не обесточенном) оборудовании. Взяв масленку, ФИО1 по имеющимся в станине выемкам поднялся к удерживающему ролику и произвел смазку подшипника удерживающего ролика. После того как ФИО1 смазал подшипник сушильный барабан и удерживающийся ролик начали вращаться. Спускаясь на землю, ФИО1 случайно прикоснулся к вращающемуся ролику. Его перчатку вместе с правой рукой стало затягивать между роликом и сушильным барабаном. Почувствовав боль, ФИО1 выдернул руку. Спустившись на землю, ФИО1 побежал к машинам, водители которых ожидали отгрузку асфальта, подбежав попросил о помощи, диспетчер вызвала бригаду скорой медицинской помощи, кто то из водителей перетянул ФИО1 запястье руки бинтом для уменьшения кровопотери. Не дождавшись скорой помощи ФИО1 на личном автомобиле охранника доставили в травмпункт (<данные изъяты>).

Согласно пп. 8.2 п. 8 акта пострадавшему ФИО1 в результате несчастного случая поставлен диагноз: «<данные изъяты>.

В соответствии с п. 9 названного акта причиной несчастного случая явилось:

- недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в не проведении пострадавшему ФИО1 при поручении ему новой для него работы первичного инструктажа, стажировки на рабочем месте, а также в течение трудовой деятельности – повторного инструктажа (010). Нарушение: ст. ст. 212, 225 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 2.1.4, п. 2.1.5, п. 2.2.2 «Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций», утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации и Министерства образования Российской Федерации №*** от <*** г.>.

В соответствии с п. 10, изложенным в названном выше акте лицами, допустившими нарушение требований охраны труда явились А. – заместитель директора по производству не провел ФИО1 первичный, повторный инструктаж на рабочем месте, не организовал стажировку на рабочем месте. Нарушение: ст. ст. 212, 225 Трудового кодекса Р. Федерации, п. 2.1.4, п. 2.1.5, п. 2.2.2 «Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций», утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации и Министерства образования Российской Федерации №*** от <*** г.>, п. 2.12 Должностной инструкции заместителя директора по производству ООО «ГУДСР» и организация (работодатель), работниками которой являются данные лица (А. ): ООО «ГУДСР».

Акт о несчастном случае на производстве стороной ответчика не оспаривался.

Из акта от <*** г.> о расследовании тяжелого несчастного случая (п. 5), произошедшего в организации ООО «ГУДСР» <*** г.> пострадавшим от которого является ФИО1, <*** г.> года рождения, следует, что причинами, вызвавшими несчастный случай явились, недостатки организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившееся в не проведении пострадавшему ФИО1 при поручении ему новой для него работы первичного, повторного инструктажа на рабочем месте, стажировки на рабочем месте (010). Нарушение: ст. ст. 212, 225 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 2.1.4, п. 2.1.5, п. 2.2.2 «Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций», утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации и Министерства образования Российской Федерации №*** от <*** г.>.

Из п. 4 названного акта следует, что ФИО1 приступил к ремонтным работам не поставив в известность непосредственного руководителя работ о выявленной неполадке, мастера – машиниста (оператора) АСУ С. , не остановив, обесточив оборудование, при этом факта грубой неосторожности пострадавшего комиссией не установлено.

Согласно п. 7 вышеназванного акта данный несчастный случай квалифицирован как несчастный случай на производстве (том <данные изъяты>).

В ходе расследования комиссией установлено, что ФИО1 на момент несчастного случая находился в трудовых отношениях с ООО «ГУДСР», несчастный случай произошел с ФИО1 в его рабочее время, при исполнении им трудовых обязанностей. С <*** г.> ФИО1 переведен слесарем – ремонтником 4 разряда, при поручении новых работ ФИО1 не проведен первичный инструктаж на рабочем месте, стажировка, повторный инструктаж. ФИО1 прошел обучение и проверку знаний требований охраны труда для профессии «слесарь – ремонтник» в комиссии, образованной приказом работодателя от <*** г.> №*** – от. На момент несчастного случая ФИО1 был обеспечен специальной одеждой, специальной обувью и средствами индивидуальной защиты (<данные изъяты>).

Названный Акт о расследовании тяжелого несчастного случая на производстве стороной ответчика не был оспорен и признан недействительным.

Постановлением №*** от <*** г.> (вступившим в законную силу <*** г.>) ООО «ГУДСР» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере <данные изъяты> коп. (<данные изъяты>

Из представленного в материалы дела платежного поручения №*** от <*** г.> ООО «ГУДСР» произведена оплата административного штрафа по постановлению №*** от <*** г.> в сумме <данные изъяты>

Совокупный анализ имеющихся в материалах дела доказательств позволяет суду прийти к выводу о том, что ответчик ООО «ГУДСР», являясь работодателем ФИО1, не обеспечил надлежащим образом безопасные условия труда работника, что явилось причиной несчастного случая на производстве.

Поскольку в нарушение требований статей 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель не обеспечил истцу безопасные условия труда, в результате чего произошел несчастный случай на производстве, повлекший за собой получение ФИО1 тяжелой травмы, требование о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что ФИО1 родился <*** г.>, на момент несчастного случая на производстве ФИО1 находился в возрасте <данные изъяты>, состоял в зарегистрированном браке, на его иждивении находился малолетний (1 месяц) ребенок П. , <*** г.> года рождения (<данные изъяты>).

После произошедшего с ФИО1 несчастного случая <*** г.> он был доставлен в ГКБ № 24 г. Екатеринбург в неотложном порядке в ортопедическое отделение с диагнозом: <данные изъяты>, по поводу чего <*** г.> под ЭТН выполнена операция: <данные изъяты>. Получил рекомендацию наблюдение у травматолога по месту жительства, явка <*** г.> (<данные изъяты>).

В период с <*** г.> по <*** г.> ФИО1 находился на лечении в ГнХО МУ ЦГКБ № 23 г. Екатеринбург с диагнозом: <данные изъяты>).

<*** г.> ФИО1 обращался за медицинской помощью в ортопедическое отделение ГКБ № 24 г. Екатеринбург, осмотрен врачом и получил рекомендации (<данные изъяты>

<*** г.> ФИО1 поступил в плановом порядке в ортопедическое отделение ГКБ № 24 г. Екатеринбург с диагнозом: <данные изъяты>

<*** г.> ФИО1 поступил в плановом порядке в ортопедическое отделение ГКБ № 24 г. Екатеринбург с диагнозом: <данные изъяты>. <*** г.> выполнена операция : <данные изъяты>

В период с <*** г.> по <*** г.> ФИО1 находился на лечении в ГАУЗ СО Областной специализированный центр медицинской реабилитации «Озеро Чусовское» в I неврологическом отделении с диагнозом: <данные изъяты>

Согласно заключения ВК ГБУЗ СО ГБ г. Каменск – Уральский от <*** г.> №*** ФИО1 с диагнозом <данные изъяты> последствия трудового увечья (сентябрь 2016) нуждается в санаторно – курортном лечении профиль опорно – двигательная система <данные изъяты>

Из заключения ВК ГБУЗ СО «КЦРБ» от <*** г.> №*** ФИО1 с диагнозом последствия производственной травмы: <данные изъяты>

Согласно представленного в материалы дела заключения электромиографии ООО «МФЦ «Рубин» по состоянию на <*** г.> у пациента ФИО1 имеются признаки <данные изъяты>

Согласно решению медико – технической комиссии «Екатеринбургского» филиала ФГУП «Московское протезно – ортопедическое предприятие» Минтруда России №*** от <*** г.> ФИО1 в виду нарушения <данные изъяты>

В подтверждение вышеизложенных доводов о наличии у истца тяжелой травмы в материалы дела представлены также фото с изображением поврежденной правой кисти ФИО1 и проведение ее поэтапного лечения в количестве 16 штук (<данные изъяты>).

Из справки серии МСЭ-2017 №*** от <*** г.> ФИО1, <*** г.> года рождения бессрочно установлена <данные изъяты> с указанием ее причины как «трудовое увечье» (<данные изъяты>

Согласно справке серии МСЭ-2017 №*** от <*** г.> ФИО1 установлено <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве <*** г.>, со сроком установления с <*** г.> бессрочно (<данные изъяты>

ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» Минтруда России <*** г.> ФИО1 выдана индивидуальная программа <данные изъяты>

Согласно разъяснениям, данным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Размер компенсации морального вреда подлежит установлению судом с учетом требований разумности и справедливости, степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Исходя из положений статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснений, содержащихся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации», а также в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Закон не устанавливает ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда. Компенсация предназначена для сглаживания нанесенных человеку моральных травм, поэтому ее размер определяется судом с учетом характера причиненных нравственных страданий. При этом компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер.

При определении размера компенсации морального вреда, в соответствии с правилами статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд учитывает фактические обстоятельства, при которых истцом получена травма, отсутствие вины в действиях потерпевшего, характер полученной ФИО1 травмы, которая квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а также тяжесть наступивших после получения травмы последствий не только в виде ухудшения состояния здоровья истца, но и в виде утраты им возможности трудиться и обслуживать себя в быту, как до травмы, невосполнимость восстановления прежнего состояния здоровья, длительность периода лечения, а также характер оказанных ему лечебных и диагностических процедур и их особенности, претерпевания физических страданий в виде боли в период лечения и по настоящее время, факт необходимости дальнейшего прохождения реабилитации, установление ему <данные изъяты>, <данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности.

При этом суд учитывает также личностные особенности истца, его возраст, семейное положение, невозможность вести привычный им образ жизни в семейной и общественной сфере, его трудоустройство в должности сторожа, что является не равнозначным ранее занимаемой ФИО1 должности, а также наличие у истца до настоящего времени болевых ощущений и негативных эмоций.

Довод ответчика о наличии в действиях пострадавшего ФИО1 грубой неосторожности суд находит несостоятельным, поскольку каких – либо соответствующих достоверных и допустимых доказательств, объективно подтверждающих названное обстоятельство, стороной ответчика в суд не представлено.

При расследовании обстоятельств несчастного случая факт того, что ФИО1 приступил к ремонтным работам, не поставив в известность непосредственного руководителя работ о выявленной неполадке, мастера – машиниста (оператора) АСУ С. , не остановив, обесточив оборудование, не был расценен комиссией в качестве грубой неосторожности работника.

Поскольку в ходе расследования несчастного случая на производстве и судебного разбирательства не установлена грубая неосторожность работника ФИО1 в произошедшем на производстве несчастном случае, суд приходит к выводу о том, что предусмотренные пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации последствия (снижение размера возмещения в случае грубой неосторожности самого потерпевшего) в данном случае применению не подлежат.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

Принимая во внимание изложенное, суд расценивает довод стороны ответчика о применении к заявленным истцом требованиям срок исковой давности несостоятельным, поскольку истцом в данном случае заявлены требования о защите неимущественных прав путем компенсации морального вреда, на которые срок исковой давности не распространяется.

На основании исследования и оценки фактических обстоятельств дела и представленных по делу доказательств, с учетом нравственных и физических страданий, индивидуальных особенностей потерпевшего, требований разумности и справедливости, а также с учетом того, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, суд определяет к взысканию с ответчика ООО «ГУДСР» в пользу истца ФИО1 денежную компенсацию причиненного морального вреда в размере 1 500 000 рублей 00 копеек.

Указанный размер компенсации морального вреда суд считает разумной, справедливой и достаточной, с учетом степени нравственных и физических страданий истца, а также степени вины ответчика в причинении вреда.

Исходя из требований разумности и справедливости, соблюдения принципа баланса интересов сторон в рассматриваемом случае указанный размер компенсации морального вреда представляется соразмерной последствиям нарушенного права.

Оснований для взыскания размера компенсации морального вреда в большем размере суд не находит.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Разумным следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении судебных издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Из материалов дела следует, что истцом понесены расходы на оплату услуг представителя, в том числе: составление искового заявления, представление интересов в суде первой инстанции, всего 23 500 рублей 00 копеек., что подтверждается чек квитанцией от <*** г.> на имя ФИО2 (<данные изъяты>).

Разрешая требование ФИО1 о взыскании расходов на представителя, учитывая объект судебной защиты и объем защищаемого права, категорию спора, частичное удовлетворение заявленных исковых требований, продолжительность рассмотрения дела, фактический объем оказанных представителем юридических услуг, в том числе ее участие в судебных заседаниях при рассмотрении гражданского дела, исходя из принципов разумности, суд находит их подлежащими удовлетворению в полном объеме, в сумме <данные изъяты>

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от которой истец был освобожден, подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета в размере 300 руб. 00 коп.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Городское управление дорожно – строительных работ» о взыскании компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Городское управление дорожно – строительных работ» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> расходы по оплате юридических услуг в размере <данные изъяты>., всего взыскать <данные изъяты>.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, - отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Городское управление дорожно – строительных работ» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Каменский районный суд Свердловской области.

Председательствующий Д.А. Дога