Решение по делу № 2-1022/2024 от 26.11.2025 | Петропавловск-Камчатский городской суд (Камчатский край)

Категория дела О компенсации морального вреда Гражданское Удовлетворено частично

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

Истец О.В. обратилась в суд с иском к ответчикам ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница», ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом», Министерству здравоохранения Камчатского края о компенсации морального вреда, взыскании материального

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий

Резолютивная частьитоговое решение суда

Исковые требования О.В. удовлетворить частично.

Суды по аналогичным делам принимают разные решения

Посмотреть все аналогичные дела →

КОПИЯ

дело № 2-79/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

1 ноября 2025 г. г. Петропавловск-Камчатский

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего (судьи) Липковой Г.А.,

при секретаре Т.Д.,

с участием:

истца О.В.,

представителя истца Е.В.,

представителей ответчиков Л.Ю., М.А.,

третьего лица К.Е.,

ст. помощника прокурора г. Петропавловска-Камчатского П.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску О.В. к ГБУЗ Камчатского края «Вилючинская городская больница», ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом», Министерству здравоохранения Камчатского края, Камчатскому краю в лице Министерства имущественных и земельных отношений Камчатского края о компенсации морального вреда, взыскании материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

истец О.В. обратилась в суд с иском к ответчикам ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница», ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом», Министерству здравоохранения Камчатского края о компенсации морального вреда, взыскании материального ущерба.

В обоснование исковых требований истец указала, что на сроке 8 недель встала на учет по беременности в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница». Весь срок беременности с <данные изъяты> наблюдалась непосредственно у врача акушера-гинеколога Д.Г.

До 21 недели беременность протекала без патологий, а на сроке 21 недели и позже стала жаловаться на сильные нетипичные толчки ребенка и вызванные толчками боли и ограниченность движения. Врачом рекомендовано носить бандаж и терпеть.

Несмотря на ее жалобы, необходимая медицинская помощь на этапе ведения беременности не оказывалась. Ранее она сообщала, что в анамнезе <данные изъяты> замершие беременности, необходимо провести дополнительные обследования, в том числе кардиотокографию (КТГ).

Несмотря на сомнительный тип КТГ, врачом Д.Г. не ставился вопрос о госпитализации, лечении и в дальнейшем решении вопроса о скорейшем родоразрешении при отрицательной динамике или отсутствия эффекта от лечения.

На сроке 37 недель ребенок перестал двигаться, на 38 неделе поднялась температура.

Прибывшая бригада скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ уточнила симптомы, но не госпитализировала, рекомендовала прийти на следующий день к хирургу по поводу обострившегося тромбоза вен.

ДД.ММ.ГГГГ на приеме у гинеколога жалобы о нарушении общего самочувствия, необъяснимую слабость, недомогание, боли и тяжесть в нижней части живота, что ребенок не шевелится, врачом надлежащим образом не зафиксированы, выписано направление в родильный дом на плановое проведение хирургической операции - кесарево сечение.

В этот же день (ДД.ММ.ГГГГ) вечером начались схватки, она самостоятельно прибыла в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом», где после обследований выяснилось, что ребенок мертв более 72 часов, началось разложение тела, имеется высокий риск сепсиса, необходимо спасать ее жизнь.

По ультразвуковому исследованию была зафиксирована антенатальная гибель плода, роды были очень тяжелыми, с разрывом женских органов, с последствиями сильнейшего воспалительного процесса.

Согласно выписке из родильного дома от ДД.ММ.ГГГГ выставлены диагнозы: <данные изъяты>; основной выписки <данные изъяты>

Согласно патологоанатомическому вскрытию от ДД.ММ.ГГГГ установлен диагноз плода <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ составлена актовая запись № о рождении мертвого ребенка ДД.ММ.ГГГГ, получена соответствующая справка №, на основании которой получено разрешение на захоронение тела.

После родов, ДД.ММ.ГГГГ была госпитализирована с жалобами на выделения, боли, субфебрильную температуру тела.

Таким образом, после длительного нахождения мертвого плода в теле, начался воспалительный процесс, выставлен диагноз – <данные изъяты>.

Согласно ЭК к заключению № от ДД.ММ.ГГГГ был поставлен неверный диагноз и назначено неверное лечение.

По обращению в Камчатский филиал АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» с жалобой от ДД.ММ.ГГГГ по вопросу качества оказанной медицинской помощи, были организованы и проведены контрольно-экспертные мероприятия на всех этапах ведения беременности и родов, послеродового периода в:

- ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом», по результатам которых, выявлено: наличие признаков искажения сведений, представленных в медицинской документации (дописки, исправления, «вклейки», полное переоформление с искажением сведений о проведенных диагностических и лечебных мероприятий, клинической картине заболевания; расхождение сведений об оказании медицинской помощи в различных разделах медицинской документации и/или учетно-отчетной документации, запрошенной на проведение экспертизы); невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица; отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказанной медицинской помощи; необоснованное назначение лекарственных препаратов; одновременное назначение лекарственных препаратов со схожим фармакологическим действием; нерациональная лекарственная терапия, в том числе несоответствие дозировок, кратности и длительности приема лекарственных препаратов с учетом стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций, связанные с риском для здоровья пациента.

- ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» выявлено: невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица; невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания (за исключением случаев отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случаях); установление неверного диагноза, связанное с невыполнением, несвоевременным или ненадлежащим выполнением необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, с учетом рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица; отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказанной медицинской помощи; необоснованное назначение лекарственных препаратов; одновременное назначение лекарственных препаратов со схожим фармакологическим действием; нерациональная лекарственная терапия, в том числе несоответствие дозировок, кратности и длительности приема лекарственных препаратов с учетом стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций, связанные с риском для здоровья пациента.

Поскольку оценка качества медицинской помощи проводилась в системе обязательного медицинского страхования, экспертами было указано, что объём, качество и условия предоставления оказанной медицинской помощи не соответствуют определению качества медицинской помощи в соответствии с п. 21. ст. 2 Закона № 323-ФЗ (и п. 6 ст. 40 Закона № 326-ФЗ).

Полагает, что экспертами установлено оказание ответчиками ненадлежащей, несвоевременной и не в полном объеме медицинской помощи. Тактика родоразрешения в части сроков выбрана неверно, оказываемое акушерское пособие в родах неадекватно клинической ситуации, гибель плода произошла по причинам, зависящим от действий медицинского персонала, имеет место причинно-следственная связь между наступлением смерти плода и действиями медицинского персонала.

Считает, что беременность, протекающая при наличии рубца на матке после кесарева сечения при предыдущем родовспоможении, двумя прерванными (невыношенными) беременностями не является «нормальной, неосложнённой» беременностью. Она находилась в группе риска по не вынашиванию, и наблюдение за данной беременностью должно было осуществляться более внимательно и тщательно.

Страховая компания не смогла полностью провести проверку качества ведения беременности, так как сам факт оказания медицинской помощи отсутствовал (ЭЗ к заключению №, №, от ДД.ММ.ГГГГ).

ДД.ММ.ГГГГ обратилась в Министерство здравоохранения Камчатского края с жалобой и просьбой провести заседание комиссии родовспоможения с участием ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница», ГБУЗ Камчатский краевой родительный дом» по разбору качества оказания медицинской помощи во время беременности и родов, получить объяснения лечащего персонала. Протокол заседания комиссии родовспоможения просила направить в свой адрес. До настоящего времени информация отсутствует.

Медицинскими учреждениями нарушен п. 2 ст. 79 Закона об охране здоровья граждан, в соответствии с которым медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

В связи с указанным, имеет право на компенсацию морального вреда.

После родов была вынуждена проходить лечение на протяжении долгого времени, в том числе на платной основе, как по восстановлению детородной функции, так и по восстановлению психического здоровья. В настоящее время наблюдается у невролога, психотерапевта с медикаментозной поддержкой по лечению генерализованного тревожного расстройства.

Несмотря на сохранность фертильной функции, воспалительный процесс на фоне неверной диагностики и лечения может приводить к вторичному бесплодию.

На протяжении более года испытывает беспокойство, стресс, тревогу, страх за свое здоровье, за возможность выносить и родить совместного ребенка с новым супругом, быть активной физически и морально. Данные изменения психического состояния являются нравственными страданиями. Было назначено лечение антидепрессантами, которое продолжается и до настоящего времени. На протяжении года наблюдается у невролога, психотерапевта.

Принимая во внимание, что собственником имущества ответчиков ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница», ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» является Министерство здравоохранения Камчатского края, то в случае недостаточности средств у ответчиков оно обязано будет нести субсидиарную ответственность по обязательствам данного учреждения, связанным с причинением вреда по настоящему спору за счет казны Камчатского края.

Окончательно определив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просила суд взыскать с ответчика ГБУЗ Камчатского края «Вилючинская городская больница» компенсацию морального вреда за оказание некачественной медицинской помощи в сумме 6 000 000 рублей; с ответчика ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» компенсацию морального вреда за оказание некачественной медицинской помощи в сумме 300 000 рублей; взыскать солидарно с ответчиков материальный ущерб в сумме 43 607 рублей 50 копеек. При отсутствии или недостаточности денежных средств у ответчиков взыскать в порядке субсидиарной ответственности недостающую денежную сумму с ответчика Министерства здравоохранения Камчатского края.

Определением судьи Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве субсидиарного ответчика привлечен Камчатский край в лице Министерства имущественных и земельных отношений Камчатского края; в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, АО СК «СОГАЗ-Мед».

Определением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Г.Д., Д.Г., Ю.И., Е.А., Г.Г.

Определением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена К.Е.

В судебном заседании истец О.В. исковые требования, с учетом их уточнений, поддержала по изложенным в нем основаниям. Дополнительно суду пояснила, что работает стрелком ВОХР, о своей беременности сообщила начальству, и ей определили место работы на КПП с облегченным трудом, в 12 недель беременности перевели на легкий труд, сидела дома, получала заработную плату. На учет встала в 6 недель беременности, по результатам анализов врач сказал, что все хорошо. На 12 недели сдала анализы, обнаружился токсоплазма, два месяца ходила с токсоплазмой, в последующем его не было. После родов, ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» выдал ей направление на прохождение генетической экспертизы для выявления причины гибели ребенка, чтобы в дальнейшем такого не повторилось. Врач – генетик сообщил о высокой у нее тромбофилии, однако, при следующей беременности у нее тромбофилии не было. Через несколько дней после выписки начались боли, обратилась в медицинский центр ООО «Радужный», поскольку ей морально было тяжело идти к врачу ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница», который вел беременность. К неврологу по месту жительства не могла попасть по причине вахтовой работы. Также указала, что требования о компенсации морального вреда предъявляет к ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» только за то, что неправильно были назначены лекарственные препараты, ей был назначен лекарственный препарат «Клексан», однако, его нельзя было назначать, так как могло открыться кровотечение. При этом считала, что ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» оказал ей медицинскую услугу в полном объеме. После выписки, в сентябре 2023 г. получала терапию в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница». О том, что в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» есть врач-психиатр, не знала. На последнем приеме, сообщила врачу-гинекологу Г.Д., что ребенок не пинается трое суток, но шевеление чувствовала. Врач долго слушал, и сказал, что сердцебиение у ребенка есть. ДД.ММ.ГГГГ выдали направление в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» на плановое кесарево сечение на ДД.ММ.ГГГГ, но вернувшись из больницы, домой, начались жуткие боли и самостоятельно в этот же день поехали в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом». Также указала, что ДД.ММ.ГГГГ у нее родился ребенок, роды принимали в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом».

В судебном заседании представитель истца Е.В., действующая на основании доверенности, исковые требования, с учетом их уточнений, поддержала по вышеизложенным в нем основаниям. Суду пояснила, что истец продолжала наблюдаться в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» и в связи с большой записью вынуждена была обратиться платно в коммерческие медицинские центры. Ей было рекомендовано сделать ряд исследований у генетиков, в связи с риском тромбофилии. Для получения препаратов в связи с тяжелым психологическим состоянием необходимо было обратиться к узким специалистам.

В судебном заседании представитель ответчика ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» М.А., действующая на основании доверенности, исковые требования, с учетом их уточнений, не признала. Суду пояснила, что при оказании истцу медицинской помощи нарушений выявлено не было. Психическое расстройство у истца было диагностировано еще задолго до беременности. Комиссия экспертов не усматривает причинно-следственную связь между действиями родильного дома и неблагоприятными последствиями.

В судебном заседании представитель ответчика ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» Л.Ю., действующая на основании доверенности, исковые требования, с учетом их уточнений, не признала. Представила письменные возражения на иск, в которых указала и суду пояснила, что между действиями работников ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» и наступившими последствиями у истца отсутствует причинно-следственная связь, что исключает вину. Наличие вины является обязательным условием для привлечения к ответственности. Истцу оказывались все медицинские услуги в соответствии с установленными нормами и правилами (приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20.10.2020 № 1130н). Также указала, что на момент обращения истца в коммерческие медицинские центры, в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» имелись необходимые специалисты. Просила в удовлетворении исковых требований к нему отказать.

Ответчик Министерство здравоохранения Камчатского края о времени и месте судебного заседания извещен, представителя в суд не направил. Направил письменные возражения на иск, согласно которым исковые требования являются необоснованными и не подлежат удовлетворению. Критически относится к упомянутым истцом актам ЭКМП. Полагал, что их нельзя принимать как экспертные заключения и допустимые доказательства, так как сами по себе такие документы являются не доказательствами, а только способом исследования фактической информации. Кроме того, из норм Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» следует, что в обязанности эксперта включается выявление возможных нарушений при оказании медицинской помощи, с целью применения финансовых санкций к нарушителю, что в данном случае и было сделано по отношению к ответчикам. Тем самым выводы, обозначенные в актах ЭКМП, сделаны фактически заинтересованными лицами, что противоречит принципу допустимости. Считал размер компенсации морального вреда завышенным, заявленным без учета степени разумности и справедливости. Удовлетворение заявленных требований в заявленном размере вызовет ухудшение материального положения ответчиков вследствие уменьшения размера средств, направляемых на содержание данных учреждений, поддержание их материально-технической базы, приобретение медикаментов и оборудования, а также оплату труда работников, не имеющих отношения к рассматриваемому судебном спору, что также может в дальнейшем негативно сказаться на качестве оказываемой медицинской помощи гражданам указанными медицинскими учреждениями. В случае удовлетворения исковых требований, у ответчиков будет достаточно средств для исполнения решения суда. Причинно-следственная связь между действиями ответчиков и наступившими для истца неблагоприятными последствиями не установлена.

Ответчик Камчатский край в лице Министерства имущественных и земельных отношений Камчатского края о времени и месте судебного заседания извещен, представителя в суд не направил. Направил письменные возражения на иск, согласно которому требования о возложении субсидиарной ответственности необоснованно и не подлежит удовлетворению.

В судебном заседании третье лицо К.Е. пояснила, что работает врачом акушер-гинекологом в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» и принимала роды у истца. ДД.ММ.ГГГГ в 17:40 в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» поступила истец, с жалобами на отсутствие шевеления плода в течение нескольких дней и наличие болевых ощущений. ДД.ММ.ГГГГ истец вызывала скорую медицинскую помощь, в связи с повышением температуры. В 2008 и 2009 гг. у истца были замерзшие беременности, в 2010 году были роды. В приемном покое шевеления ребенка не прослушивались. Поскольку был рубец на матке, то сделали ультразвуковое исследование, которое показало миому по средней стенке, состояние нормальное. Истцу была предложена амниутомия, но она отказалась в связи с рубцом на матке, в связи с чем, пригласили отца, после разговора с которым, истец дала согласие. После медицинской манипуляции вылилось 300 мл желто-коричневой воды, была проведена эпидуральная анестезия. ДД.ММ.ГГГГ в 01:30 истец родоразродилась. Обвитие пуповины вокруг шеи плода, тромбоз. Проводилась профилактика кровотечения. Истец была переведена с умеренными кровянистыми выделениями. Были жалобы на переживания по поводу потери ребенка, был вызван психолог. Контакт неформальный, подавленное состояние. Стадия переживания – шок, консультация у психотерапевта. Выписали лекарственные препараты. Поскольку им неизвестно было, сколько по времени истец носила мертвые воды, то выписали антибиотик. На третьи сутки истец просила о выписке, рекомендовали пройти исследование у генетика и исследование на наличие ЗПП, которые могли стать причиной потери ребенка. Полагала, что сделала все возможное для истца при родовой деятельности с разрывом на матке и естественными родами. Гистологические исследования были задержаны в связи с работой онкодиспансера. Послед отделился самостоятельно через 5 минут. Также указала, что при ведении медицинской карты никаких заклеиваний ею не производились, к карте только приклеивались анализы, при этом, не отрицает, что при заполнении карты могла допустить описку.

После объявленного перерыва третье лицо К.Е. в судебное заседание не явилась.

Третье лицо АО «СК «СОГАЗ-Мед» о времени и месте судебного заседания извещено, представителя в суд не направило. Представило письменное мнение на иск, согласно которому требования о компенсации морального вреда являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению с учетом принципа разумности и справделивости, так как в результате экспертных мероприятий, проведенных в отношении ответчиков ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» и ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» по обращению истца, установлен факт ненадлежащего оказания ими медицинской помощи истцу, приведшего к ухудшению состояния здоровья пациента, что является основанием для компенсации морального вреда. Медицинская помощь истцу оказана не в полном объеме, не была полностью своевременной и обоснованной.

Третьи лица: Г.Д., Д.Г., Ю.И., Е.А., Г.Г. участия в судебном заседании не принимали.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования о компенсации морального вреда обоснованными с учетом установленных судом обстоятельств, наступивших последствий, а также принципов разумности и справедливости, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 323-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона № 323-ФЗ (применительно к данной статье и далее в редакции закона на дату возникновения спорных правоотношений) закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (п.п. 1, 2, 5 - 7).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона № 323-ФЗ).

В пункте 5 статьи 10 Федерального закона № 323-ФЗ закреплено, что доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

Статья 19 Федерального закона № 323-ФЗ закрепляет право каждого на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч. 1 и ч.2).

Пункт 21 статьи 2 Федерального закона № 323-ФЗ определяет, что качество медицинской помощи представляет собой совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 настоящего Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 2 статьи 64 Федерального закона № 323-ФЗ).

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2, 3 статьи 98 Федерального закона № 323-ФЗ).

Жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (пункт 1 статьи 150 ГК РФ).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статья 151 ГК РФ.

Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1).

В соответствии с пунктом 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что поскольку причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец О.В. с ДД.ММ.ГГГГ состояла на учете по беременности и родам в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» (обменно-уведомительная карта беременной и родильницы №).

Как указала истец в исковом заявлении и поясняла в ходе судебного разбирательства, до 21 недели беременность протекала без патологий жалоб. С 21 недели беременности стала ощущать сильные шевеления и толчки ребенка, рези внизу живота, о чем сообщила врачу, который без проведения дополнительного обследования рекомендовал носить бандаж. Острая боль внизу живота и толчки ребенка не прекращались. ДД.ММ.ГГГГ (за 2-3 дня до приема гинеколога) ребенок перестал толкаться, однако, чувствовала его шевеление, боли не прекратились. На 37 неделе беременности у нее поднялась температура до 37,5°C, и образовался геморрой. ДД.ММ.ГГГГ вызвала бригаду скорой медицинской помощи. По результатам осмотра фельдшерами ей было диагностировано першение в горле, в связи с обострением геморроя рекомендовано обратиться к хирургу. ДД.ММ.ГГГГ на плановом приеме врача-гинеколога сообщила ему о резких болях внизу живота. Врач послушал сердцебиение ребенка, сообщил, что все в порядке и выписал направление в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» на проведение операции кесарево сечение. В этот же день, около 16:00, почувствовала боли внизу живота, которые усиливались. Предположив, что у нее начались схватки, в сопровождении супруга самостоятельно обратилась в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом», где после обследования было установлено отсутствие сердцебиения ребенка. По результатам ультразвукового исследования ей сообщили об антенатальной гибели плода около трех дней назад.

В соответствии с картой вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, истец жаловалась на повышенную температуру до 37°C, першение в горле, умеренную боль и зуд в области заднего прохода в течение одного дня, по результатам осмотра фельдшерами диагностирован «острый фарингит», «наружный геморрой», даны рекомендации по обращению к профильным врачам поликлиники (т. 2, л.д. 1-2).

ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница», где после планового приема врачом акушером-гинекологом было выдано направление на госпитализацию в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» ДД.ММ.ГГГГ с описанием: <данные изъяты> (индивидуальная карта ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» №, медицинская карта ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» №).

ДД.ММ.ГГГГ истец самостоятельно обратилась за медицинской помощью в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» в связи с началом родовой деятельности (медицинская карта ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» №).

В этот же день в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» ей было проведено ультразвуковое исследование плода, по результатам которого установлена антенатальная гибель плода (медицинская карта ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» №).

Как следует из истории родов №, по результатам обследования и ультразвукового исследования, учитывая антенатальную гибель плода и латентную фазу родов, беременной была предложена операция амниотомии, от которой отказалась (медицинская карта ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» №).

ДД.ММ.ГГГГ были проведены роды через естественные родовые пути, ребенок родился мертвым (медицинская карта ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» №).

Согласно выписному эпикризу ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом», О.В. находилась в акушерском отделении в период с ДД.ММ.ГГГГ с клиническим диагнозом <данные изъяты> (индивидуальная карта ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» №).

ДД.ММ.ГГГГ истцу проведено ультразвуковое исследование органов малого таза в ООО МЦ «Радужный», по результатам которого дано заключение <данные изъяты> (медицинская карта ООО МЦ «Радужный» №).

Как следует из выписного эпикриза медицинской карты №, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась на стационарном лечении в гинекологическом отделении ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» с диагнозом <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ по результатам осмотра врачом-терапевтом ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» ей поставлен диагноз <данные изъяты> (медицинская карта ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» №).

ДД.ММ.ГГГГ истец обращалась к неврологу в ООО «Альянс-Мед» с жалобами на боли в грудной клетке, в шее, постоянные нервные потрясения, которым диагностировано <данные изъяты>, сопутствующий диагноз <данные изъяты> (медицинская карта ООО «Альянс-Мед»).

ДД.ММ.ГГГГ также обращалась к неврологу в ООО МЦ «Медитекс» с жалобами на тревогу, страх, нарушение сна, отсутствие настроения, головокружение (медицинская карта ООО МЦ «Медитекс»).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ посещала психотерапевта в ООО МЦ «Медитекс», где на первом сеансе жаловалась на тревогу, сердцебиение, подавленное настроение, ощущение жжения по всему телу, обуславливая возникновение данных симптомов с момента рождения мертвой дочери в августе 2022 года (медицинская карта ООО МЦ «Медитекс»).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находилась на лечении в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» с диагнозом <данные изъяты> (медицинская карта ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» №).

ДД.ММ.ГГГГ осмотрена врачом-терапевтом ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница», по результатом которого диагностировано <данные изъяты> (медицинская карта ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» №).

Как следует из протокола внепланового заседания врачебной комиссии ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» № от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в 01:30 у истца родился мертвый ребенок с признаками мацерации кожных покровов с обвитием пуповины вокруг шеи. Наличие сыровидной смазки в подмышечных впадинах, шейных и паховых складках свидетельствует о гибели плода не позднее, чем за 8 часов до родов (т. 1, л.д. 243-254).

В ходе данного заседания врачебной комиссией ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» сделаны замечания по ведению беременности истца на уровне женской консультации:

- не полностью выполнены рекомендации клинического протокола «Нормальная беременность», утвержденного Минздравом РФ в 2020 г. (Г0288); не собран полный анамнез. При сборе анамнеза не включены следующие данные беременной; не проведен расчет ИМТ; наличие профессиональных вредностей; наличие вредных привычек (курение, алкоголь, наркотические препараты) семейный анамнез (указание на наличие у родственников 1-й линии таких заболеваний как, сахарный диабет, тромбоэмболические осложнения (ТЭО), гипертоническая болезнь, психические заболевания, акушерские и перинатальные осложнения); нет шкалы оценки риска ТЭО (тромбоэмболических осложнений), на основании клинической рекомендации «Венозные осложнения во время беременности и послеродовом периоде. Акушерская тромбоэмболия» для выбора метода профилактики в данной беременности; 6) характер менструаций (возраст менархе, длительность и регулярность менструального цикла, продолжительность менструального кровотечения, болезненность); акушерский анамнез (показание к оперативному родоразрешению при 1 родах в 2010 году, течение послеродового периода); принимаемые лекарственные препараты; состояние здоровья мужа, его группа крови и резус-фактор, наличие у него профессиональных вредностей и вредных привычек.

- наблюдение и ведение беременности с рубцом на матке, с двумя замершими беременностями с абортивными исходами, относится в группе высокого риска по невынашиванию. Не корректно применен код <данные изъяты>, должен быть <данные изъяты>.

- не посчитаны пренатальные факторы риска, отсутствует ведение гравидограммы.

- не проведено обследование на определение антител класса О и М к вирусу краснухи в крови (клиническая рекомендация «Нормальная беременность»).

- необоснованно обследована на определение антител класса О и М к токсоплазме, имеет низкую специфичность.

- не назначен анализ мочи на стерильность, для выявления бессимптомной бактериурии (клиническая рекомендация «Нормальная беременность»).

- при сроке беременности <данные изъяты> недель беременности не формулирован полный клинический диагноз и определение места планового родоразрешения.

- в обменной и индивидуальной карте отмечено шевеление плода ощущает хорошо, не было жалоб на отсутствие, ослабление или уменьшение двигательной активности плода.

- ДД.ММ.ГГГГ в дневниках не определены частота сердечных сокращений у плода.

- не интерпретирована врачом КТГ от ДД.ММ.ГГГГ. Продолжительность проведения КТГ должна быть не менее 40 мин. Фактически продолжительность составляет 18 минут. КТГ расценивается как сомнительная, т.к. вариабельность низкая, менее 5 ударов в минуту (в норме от 5 до 25 уд в мин), отсутствуют акцелерации. Не проведена повторная КТГ, не направлена на доплерометрию, с целью выявления нарушения кровотока в маточных и пупочных сосудах, не направлена на госпитализацию в круглосуточный стационар родовспоможения, на обследование, исключения признаков внутриутробной гипоксии плода (проведение КТГ плода ежедневном режиме, доплерометрия, УЗИ плода).

- КТГ плода от ДД.ММ.ГГГГ сомнительный, не интерпретирован врачом. Продолжительностью 20 минут. ЧСС 130-140 ударов в минуту, вариабельность низкая, менее 5 ударов в минуту, отсутствуют акцелерации. Также на доплерометрию не направлена и не направлена на госпитализацию в круглосуточный стационар в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» в экстренном порядке.

По результатам заседания врачебной комиссией ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» сделаны выводы о том, что при наличии двух или более сомнительных признаков по КТГ расценивается, как патологическая и патологический тип КТГ требовал срочного родоразрешения. При выявлении сомнительного типа КТГ на антенатальном этапе, необходимо было проконсультироваться ответственным специалистом (главным внештатным акушер-гинекологом Камчатского края), врачом ЛКДЦ, для решения госпитализации в стационар 2 уровня на основе схем маршрутизации. Внутриутробная гипоксия может развиваться стремительно в течение короткого времени или постепенно нарастать в течение нескольких дней, недель. Имеет место антенатальная гибель плода, на фоне внутриутробной гипоксии плода, состояние которого развивается в результате недостаточного обеспечения тканей плода кислородом и энергетическими субстратами, которое на начальном этапе сопровождается включением компенсаторных реакций. Если кислородное обеспечение не восстанавливается, то наступает декомпенсация, метаболический ацидоз, функциональные, а затем необратимые повреждения клеток. При выраженной или продолжительной гипоксии наступает летальный исход.

Основная причина антенатальной гибели плода со стороны матери – <данные изъяты> (на основании гистологического исследования плаценты). Непосредственная причина со стороны плода – <данные изъяты> Предотвратимость случая была возможна на уровне женской консультации.

Гибель плода в родах считается непредотвратимой, случай нерегулируемый: учитывая результаты микробиологического исследования, предполагается наиболее вероятная причина <данные изъяты> (приведшей к антенатальной гибели плода) – <данные изъяты>. Кишечная палочка при попадании во внутренние органы способна вызывать иммунодефицитные состояния, приводить к септическим состояниям и, как следствие, к тромбозам, что и было выявлено при проведении патологоанатомического исследования. Влияние инфекционного агента на плод, вероятно, имело место в предродовом периоде.

ФИО1 относительно замершей беременности за 7 суток до родов опровергнуты сведениями, полученными путем проведения патологоанатомического исследования, которые свидетельствуют об ориентировочном наступлении антенатальной гибели плода не более чем за 4-8 часов до родов (т. 1, л.д. 243-254).

АО СК «СОГАЗ-Мед» были организованы и проведены контрольно-экспертные мероприятия по качеству оказания медицинской помощи истцу, по результатам которых выявлены нарушения оказания медицинской помощи:

В отношении ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» выявлено:

1) наличие признаков искажения сведений, представленных в медицинской документации (дописки, исправления, «вклейки», полное переоформление с искажением сведений о проведенных диагностических и лечебных мероприятий, клинической картине заболевания; расхождение сведений об оказании медицинской помощи в различных разделах медицинской документации и/или учетно-отчетной документации, запрошенной на проведение экспертизы);

2) невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица;

3) отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия доставления медицинской помощи и провести оценку качества оказанной медицинской помощи.

4) необоснованное назначение лекарственных препаратов; одновременное назначение лекарственных препаратов со схожим фармакологическим действием; нерациональная лекарственная терапия, в том числе несоответствие дозировок, кратности и длительности приема лекарственных препаратов с учетом стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций, связанные с риском для здоровья пациента.

В отношении ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» выявлено:

1) невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица;

2) невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания (за исключением случаев отказа застрахованного от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случаях);

3) установление неверного диагноза, связанное с невыполнением, несвоевременным или ненадлежащим выполнением необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, с учетом рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица;

4) отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказанной медицинской помощи;

5) необоснованное назначение лекарственных препаратов; одновременное назначение лекарственных препаратов со схожим фармакологическим действием; нерациональная лекарственная терапия, в том числе несоответствие дозировок, кратности и длительности приема лекарственных препаратов с учетом стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций, связанные с риском для здоровья пациента.

В отношении ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» за периоды оказания медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ экспертами установлено, что в медицинской документации (индивидуальной карте беременной) отсутствуют сведения, подтверждающие факт оказания медицинской помощи застрахованному лицу. Однако в обменной карте эти сведения присутствуют. В индивидуальной карте нет приёма от ДД.ММ.ГГГГ, когда пациентка первично взята на учёт по беременности, где должен проводиться полный гинекологический осмотр. Не проведен расчёт ИМТ (клинические рекомендации «Нормальная беременность»), (код дефекта 3.2.1.). Не проведена стратификация риска ТЭО и выбора метода профилактики в данной беременности (клинические рекомендации «Нормальная беременность», клинические рекомендации «Венозные осложнения во время беременности и послеродовом периоде. Акушерская тромбоэмболия») (код дефекта 3.2.1.). Не проведено обследование на определение антител класса G и М к вирусу краснухи в крови. Необоснованное направление беременной на обследование крови на опреснение антител класса G и М к токсоплазме, т.к. данное исследование имеет низкую специфичность, что приводит к необоснованному назначению лечения. Не проведено культуральное исследование мочи на патогены для выявления бессимптомной бактериурии (бессимптомная бактериурия это состояние, при котором в посеве мочи выявлен рост бактерий (в норме моча стерильна), при этом отсутствуют признаки инфекции; боли или дискомфорт при мочеиспускании, повышенная температура и другие субъективные признаки заболевания мочевыводящих путей) (клинические рекомендации «Нормальная беременность») (код дефекта 3.2.1.). Отсутствует назначение фолиевой кислоты в дозе 400 мкг в день; назначение препаратов йода в дозе 200 мкг в день (клинические рекомендации «Нормальная беременность») (код дефекта 3.2.1.). Необоснованное назначение поливитаминов пациентке с низким риском авитаминоза (клинические рекомендации «Нормальная беременность») (код дефекта 3.13.).

За периоды оказания медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, 2, 16, ДД.ММ.ГГГГ имели место такие недочеты в работе как грубые нарушения оформления и ведения медицинской документации (ПМД), обследования и лечения, несоблюдение требований клинических рекомендаций, приказа МЗ России от ДД.ММ.ГГГГ №н, порядка оказания медицинской помощи по профилю «Акушерство и гинекология». Отсутствие назначение препаратов йода в дозе 200 мкг в день (клинические рекомендации «Нормальная беременность») (код дефекта 3.2.1.). Необоснованное назначение поливитаминов пациентке с низким риском авитаминоза (клинические рекомендации «Нормальная беременность») (код дефекта 3.13.).

В отношении ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» за период оказания медицинской помощи с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ экспертом качества было установлено, что на этапе сбора информации - отсутствует осмотр заведующим в течение 48 часов от момента поступления пациента в профильное отделение (приказ от 10 мая 2017 г. № 203н) (код дефекта 3.11). Не оформлен температурный лист, который является неотъемлемой частью истории родов (приказ Минздрава РФ от 20 октября 2020 г. № 1130н) (код дефекта 3.2.1). В протоколе родов отсутствует описание последа, что не позволяет установить течение 3 периода родов (использование шаблонов, в которых имеется вся информация о возможных состояниях последа. Однако, ни один из них не выделен, применительно к данным родам). Также, при описании осмотра родовых путей, не описан характер разрыва влагалища: расположение, величина, способ ушивания, используемый шовный материал (код дефекта 3.2.1). В дневниках динамического наблюдения в послеродовом периоде систематически отсутствуют данные об артериальном давлении и температуре, что не позволяет объективно оценить динамику состояния родильницы (клинические рекомендации «Роды одноплодные, самопроизвольное родоразрешение в затылочном предлежании (нормальные роды)»), (код дефекта 3.2.1). Отсутствует результат морфологического исследования последа (приказ от 10 мая 2017 г. № 203н) (код дефекта 3.11). В листе оценки риска ВТЭО (венозные тромбоэмболические осложнения) указаны недостоверные факторы, данные умышлено искажены, что приводит к увеличению степени риска ВТЭО и необоснованному назначению медикаментозной профилактики ВТЭО. В ПМД (данные анамнеза заболеваний) отсутствуют данные, подтверждающие варикозное расширение крупных вен, либо наличие указанной патологии в заключительном клиническом диагнозе, что устанавливает риск ВТЭО как низкий (мертворождение при текущей беременности) и не требует назначение НМГ (низкомолекулярный гепарин) (код дефекта 2.14). При постановке диагноза отсутствовала рубрификация заключительного клинического диагноза («Правила формулировки диагноза, утвержденные Федеральной службой по надзору в сфере здравоохранения»), (код дефекта 3.2.1). Необоснованное назначение клексана, риск ВТЭО низкий (клинические рекомендации (протокол) «Профилактика венозных тромбоэмболичеемх осложнений в акушерстве и гинекологии») (код дефекта 3.13). Отсутствует согласование с заведующим отделения назначения 5 и более лекарственных препаратов. Назначение лекарственных препаратов фиксируется в медицинской документации пациента и заверяется подписью медицинского работника и заведующего отделением (ответственного дежурного врача или другого уполномоченного лица) (приказ от 24 ноября 2021 года № 1094н, приказ от 10 мая 2017 года № 203н) (код дефекта 3.2.1). В листе назначений не указан путь введения лекарственных препаратов. Требуется указывать путь введения лекарственных препаратов независимо от форм выпуска, включая таблетированные формы (приказ от 24 ноября 2021 г. № 1094н) (код дефекта 3.2.1).

Сторонами в установленном порядке не оспаривались представленные в материалы дела - заключения экспертизы качества медицинской помощи и экспертные заключения к ним, указанные акты составлены правомочными экспертами.

Доказательств обратного, материалы дела не содержат, на основании чего у суда не имеется оснований для признания указанных доказательств недопустимыми.

Суд также принимает во внимание отсутствие сведений о принесении ответчиками в установленные сроки, претензий о несогласии с заключениями экспертизы качества медицинской помощи.

В ходе судебного разбирательства врач акушер-гинеколог ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» Д.Г. пояснил, что на сроке 8 недель истец встала на учет по беременности. На протяжении всего периода наблюдения жалоб на ухудшение состояния здоровья, боли внизу живота не выказывала, предпосылок к преждевременным родам или потери ребенка не было, результаты УЗИ были в пределах нормы. Не смог пояснить назначал ли он истцу ношение бандажа, однако, пояснил, что, если и назначал, то это было связано с риском преждевременных родов и жалобами истицы на боли и тяжесть живота. Почему сведения о тяжести и болях не были внесены в медицинскую документацию, пояснить не смог. Полагал, что им была оказана медицинская помощь истцу в полном объеме.

В ходе судебного разбирательства врач акушер-гинеколог ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» Г.Д. пояснил, что впервые к нему на прием истец пришла ДД.ММ.ГГГГ и каких-либо жалоб не предъявляла. В ходе плановых осмотров 16 и ДД.ММ.ГГГГ истица жаловалась лишь на наличие геморроя, в связи с чем, была перенаправлена им на осмотр к хирургу. На приеме ДД.ММ.ГГГГ жалоб на боли внизу живота истец не высказывала, он слушал сердцебиение ребенка трубкой и оно было отчетливым, никаких предпосылок к риску утраты ребенка не было, после чего он выписал ей направление на плановые роды в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом».

В ходе судебного разбирательства фельдшер скорой медицинской помощи при ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» Е.А. пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ в 22:16 поступил вызов от истицы с жалобами на повышение температуры тела, першение в горле, зуд и жжение в области анального отверстия. При осмотре истицы, которая находилась на 39 неделе беременности, ей было измерено артериальное давление, температуру тела, осмотрена полость горла и геморроидальный узел и поставлен диагноз <данные изъяты>. На боли внизу живота истица не жаловалась. Оснований для госпитализации не было, ей было рекомендовано обращение к терапевту, хирургу и гинекологу.

Врач акушер-гинеколог ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» К.Е. в судебном заседании пояснила, что работает врачом акушер-гинекологом в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» и принимала роды у истца. ДД.ММ.ГГГГ в 17:40 в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» поступила истец, с жалобами на отсутствие шевеления плода в течение нескольких дней и наличие болевых ощущений. ДД.ММ.ГГГГ истец вызывала скорую медицинскую помощь, в связи с повышением температуры. В 2008 и 2009 гг. у истца были замерзшие беременности, в 2010 году были роды. В приемном покое шевеления ребенка не прослушивались. Поскольку был рубец на матке, то сделали ультразвуковое исследование, которое показало миому по средней стенке, состояние нормальное. Истцу была предложена амниутомия, но она отказалась в связи с рубцом на матке, в связи с чем, пригласили отца, после разговора с которым, истец дала согласие. После медицинской манипуляции вылилось 300 мл желто-коричневой воды, была проведена эпидуральная анестезия. ДД.ММ.ГГГГ в 01:30 истец родоразродилась. Обвитие пуповины вокруг шеи плода, тромбоз. Проводилась профилактика кровотечения. Истец была переведена с умеренными кровянистыми выделениями. Были жалобы на переживания по поводу потери ребенка, был вызван психолог. Контакт неформальный, подавленное состояние. Стадия переживания – шок, консультация у психотерапевта. Выписали лекарственные препараты. Поскольку им неизвестно было, сколько по времени истец носила мертвые воды, то выписали антибиотик. На третьи сутки истец просила о выписке, рекомендовали пройти исследование у генетика и исследование на наличие ЗПП, которые могли стать причиной потери ребенка. Полагала, что сделала все возможное для истца при родовой деятельности с разрывом на матке и естественными родами. Гистологические исследования были задержаны в связи с работой онкодиспансера. Послед отделился самостоятельно через 5 минут. Также указала, что при ведении медицинской карты никаких заклеиваний ею не производились, к карте только приклеивались анализы, при этом, не отрицает, что при заполнении карты могла допустить описку.

Обращаясь с настоящим иском, истец ссылалась на ненадлежащее оказание ей медицинской помощи со стороны врачей и медицинского персонала ответчиков, повлекшее смерть плода и последующее ухудшение состояния ее здоровья.

Поскольку ответчиками в ходе судебного разбирательства оспаривалось наличие дефектов оказания истцу медицинской помощи, а также причинно-следственной связи между действиями (бездействием) врачей и наступившими последствиями, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ была назначена комиссионная судебная медицинская экспертиза, производство которой поручено ООО «Международное бюро судебных экспертиз, оценки и медиации».

Согласно заключению комиссионной судебной медицинской экспертизы, проведенной ООО «Международное бюро судебных экспертиз, оценки и медиации» № от ДД.ММ.ГГГГ, при оказании медицинской помощи истцу на амбулаторном этапе в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» при анализе индивидуальной карты и обменно-уведомительной карты беременной и родильницы № были выявлены следующие нарушения (дефекты):

- отсутствуют сведения расчета факторов риска во время беременности, не заполнена соответствующая таблица (с учетом беременности высокого пренатального риска в связи с 2 (двумя) замершими беременностями в анамнезе), отсутствуют гравидограмма и расчет риска тромбоэмболических осложнений; при первичном приеме отсутствуют данные гинекологического осмотра, соответственно не ясно, как установлен диагноз беременности <данные изъяты> недель, не полностью собран анамнез (нет семейного анамнеза), в специальном анамнезе не указан возраст менархе и особенности менструальной функции, нет сведений о том, почему первые роды были кесаревым сечением; нет расчета индекса массы тела, отсутствует информация о болезнях отца ребенка, в нарушение п. 2.1 «Жалобы и анамнез» клинических рекомендаций нормальная беременность, 2020; не совпадают записи в индивидуальной карте и обменной карте (в обменной карте есть запись о первичном приеме 27 января, а в индивидуальной – нет, причем, обменно-уведомительная карта заполняется на основании сведений из индивидуальной карты, а не наоборот); в дневниках курации при выслушивании сердцебиения указаны его характеристики как «ясное, приглушенное» - это взаимоисключающие понятия; в обменной карте ДД.ММ.ГГГГ частота сердцебиений не подсчитана, в индивидуальной карте 27.05, 17.06, частота сердцебиений не подсчитана (записи индивидуальной и обменной карты не совпадают), что расценивается как дефект ведения медицинской документации в нарушение п.п. «а» п. 2.1 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»;

- пациентка не была направлена на определение антител класса G (IgG) и класса М (IgG) к вирусу краснухи (Rubella virus) в крови однократно при 1-м визите в 1-м или 2-м триместрах беременности; при 1-м визите на цитологическое исследование микропрепарата шейки матки (мазка с поверхности шейки матки и цервикального канала) с целью скрининга рака шейки матки;

- дважды проведено обследование на токсоплазмоз без обоснования причин при всем том, что рутинно такое исследование не рекомендовано;

- не проведено исследование на определение стрептококка группы «В» в отделяемом цервикального канала;

- привычный выкидыш (ПВ) – наличие у женщины 2-х и более клинических потерь беременности в сроках до 22 недель. У О.В. 2 (две) замершие беременности в анамнезе. Согласно клинических рекомендаций «Привычный выкидыш», 2022, стр. 5, при первом визите во время беременности рекомендовано направлять пациентку с ПВ на определение содержания антител к кардиолипину в кров, определение содержания антител к бета-2-гликопротеину в крови, определение волчаночного антикоагулянта в крови с целью диагностики антифосфолипидного синдрома (АФС). Исследование должно быть выполнено дважды с интервалом в 12 недель. Лабораторным критерием диагностики АФС является повторное позитивное значение одного из маркеров АФС – исследование назначено не было, в нарушение Клинических рекомендаций «Привычный выкидыш», 2022, а также п.п. «и» п. 2.1 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»;

- стр. 8 вышеуказанных клинических рекомендаций «…Во время беременности рекомендовано направлять пациентку с ПВ на УЗИ шейки матки (УЗ-цервикометрию) с 15-16 до 24 недель беременности с кратностью 1 раз в 1-2 недели с целью своевременной диагностики истмико-цервикальной недостаточности (ИЦН) – чего сделано не было;

- согласно дневника от ДД.ММ.ГГГГ в индивидуальной карте сердцебиение плода указано как «ясное приглушенное <данные изъяты>», как отмечено выше это взаимоисключающие понятия и кроме того, комиссия экспертов указывает на то, что с большой долей вероятности на дату ДД.ММ.ГГГГ плод уже был мертв, а учитывая записи КТГ сделанные ранее от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, где отсутствует вариабельность, нет акцелераций, можно уже говорить о выраженном страдании плода уже на тот момент – отсутствие реактивности его сердечно-сосудистой системы. Однако на пленке от ДД.ММ.ГГГГ запись 8 баллов, что не соответствует действительности – КТГ следовало оценить как сомнительную: базальный ритм – 2б+амплитуда мгновенных осцилляций – 0 баллов + частота 1 балл (немой тип КТГ) + акцелерации 0 баллов, децелерации 2 бала – итого в сумме = 5 баллов, что указывает на дистресс, показанием для госпитализации, уточнению состояния плода (допплерометрия и повторная КТГ) и решение вопроса о родоразрешении в интересах плода, чего не было сделано, причем данные КТГ от ДД.ММ.ГГГГ, которая имеется в обменной карте, еще хуже, чем в индивидуальной карте – прямая линия, что комиссией экспертов расценивается как дефект оказания медицинской помощи в нарушение вышеуказанных рекомендаций, а также п.п. «и» п. 2.1 приказа Министерства здравоохранения РФ от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи».

При оказании медицинской помощи О.В. в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» комиссией экспертов нарушений выявлено не было.

С учетом анамнеза О.В. необходимо было провести следующие обследования:

- определение содержания антител к кардиолипину в крови, определение содержания антител к бета-2-гликопротеину в крови, определение волчаночного антикоагулянта в крови с целью диагностики антифосфолипидного синдрома (АФС). Привычный выкидыш (ПВ) - наличие у женщины 2-х и более клинических потерь беременности в сроках до 22 недель. У О.В. <данные изъяты> замершие беременности в анамнезе. Согласно клинических рекомендаций «Привычный выкидыш», 2022, стр. 5, при первом визите во время беременности рекомендовано направлять пациентку с ПВ на определение содержания антител к кардиолипину в кров, определение содержания антител к бета-2-гликопротеину в крови, определение волчаночного антикоагулянта в крови с целью диагностики антифосфолипидного синдрома (АФС). Исследование должно быть выполнено дважды с интервалом в 12 недель. Лабораторным критерием диагностики АФС является повторное позитивное значение одного из маркеров АФС – исследование назначено не было, в нарушение клинических рекомендаций «Привычный выкидыш», 2022, а также п.п. «и» п. 2.1 приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»;

- направлять пациентку с ПВ на УЗИ шейки матки (УЗ-цервикометрию) с 15-16 до 24 недель беременности с кратностью 1 раз в 1-2 недели с целью своевременной диагностики истмико-цервикальной недостаточности (ИЦН) – чего сделано не было.

На вопрос «Были ли медицинские показания к госпитализации О.В. в период беременности? Если да, то какие показания и была ли госпитализация предложена ей?» экспертами дан ответ, что медицинские показания к госпитализации О.В. в стационар в период беременности имелись. Каких-либо сведений о предложенной ей госпитализации в стационар (либо об отказе в госпитализации) в представленных медицинских документах не содержится.

Согласно данным представленных медицинских документов во время беременности О.В. перенесла на раннем сроке: <данные изъяты> (ДД.ММ.ГГГГ) и на позднем сроке <данные изъяты> (ДД.ММ.ГГГГ). <данные изъяты>, зафиксированный у пациентки ДД.ММ.ГГГГ, влияния на течение беременности не оказал.

Касательно перенесенной инфекции верхних дыхательных путей, комиссия экспертов поясняет, что согласно специальным знаниям, данным специальной научной медицинской литературы, перенесенная инфекция на ранних сроках беременности создает высокий риск неблагоприятного течения беременности, развития акушерской и перинатальной патологии, материнской, перинатальной и младенческой смертности. Отмечается взаимозависимость влияния вирусной инфекции на течение беременности и, в свою очередь, беременности на тяжесть и продолжительность заболевания ОРВИ. Вирусный агент оказывает непосредственное повреждающее воздействие на плаценту и плод, вызывает поломку физиологических иммунных механизмов матери со снижением иммунологической реактивности, что обусловлено нарушением всех функций иммунокомпетентных клеток в результате размножения вируса.

Согласно анализу данных медицинской документации задержки развития плода, как и аномалий развития плода не было, изменений плодово-плацентарного и маточно-плацентарного кровотоков (по данным УЗИ от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ) зафиксировано не было, отсутствие признаков преэклампсии во время беременности у О.В., т.е. не исключается, что имевшаяся у пациентки на ранних срока беременности респираторная инфекция не нашла своего негативного отражения на ее течение. Возникшие же только в поздние сроки гестации признаки плацентарной недостаточности с ее декомпенсацией, не позволяют комиссии экспертов установить, когда именно возникла недостаточность и по какой именно причине. Касательно выставленного диагноза «Токсоплазмоз, реинфекция во время беременности» с учетом клинических проявлений инфекции не было. Титр антител к токсоплазме в динамике снижался, авидность высокая, это означает носительство вируса – опасности инфицирования плода при этом нет. Индекс авидности более 40% означает завершение инфекционного процесса. У беременной О.В. индекс авидности в динамике был 86% и 100%.

Непосредственной причиной смерти плода явилась гипоксия (недостаток кислорода) вследствие прогрессирования плацентарной недостаточности, что подтверждается как данными представленных медицинских документов, так и данными гистологического исследования проведенного в рамках действующей экспертизы.

Результаты КТГ от ДД.ММ.ГГГГ указывали на дистресс плода, что является показанием для госпитализации с целью уточнения состояния плода (проведение допплерометрии и повторной КТГ) и решения вопроса о родоразрешении в интересах плода, чего не было сделано. То есть комиссия экспертов указывает на то, что родоразрешение кесаревым сечением от ДД.ММ.ГГГГ на фоне прогрессирующей плацентарной недостаточности с большой долей вероятности могло бы улучшить перинатальный исход, а именно, на указываемую дату плод однозначно был жив и мог родиться живым, хотя и в асфиксии. На дату же ДД.ММ.ГГГГ плод уже был мертв.

При всем при этом комиссия экспертов считает важным отметить, что достоверно и однозначно ответить на вопрос в части «являлась ли смерть плода предотвратимой? Что явилось следствием гибели плода – дефекты медицинской помощи, прогрессирование имеющихся у ФИО2 осложнений заболеваний (инфекций) или иное?» не представляется возможным, поскольку он носит общетеоретический, гипотетический характер, в связи с чем, требует предположений, что в свою очередь, не входит в компетенцию комиссии экспертов.

После родов О.В. были выставлены следующие диагнозы: <данные изъяты>, <данные изъяты> (Характер заболевания: хроническое, известное ранее).

Согласно медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № из ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» на имя О.В. <данные изъяты> было диагностировано у нее еще задолго до наступления данной беременности.

Касательно диагнозов <данные изъяты>, выставленных О.В. в послеродовый период, комиссия экспертов поясняет, что согласно данных специальной научной медицинской литературы, причина стрессовых расстройств после родов, которая имеет место быть даже у женщин с нормально протекающей беременностью и благополучно завершившимися родами, является многофакторной – начиная от страха родов, с объективными и субъективными характеристиками самого процесса родов и заканчивая общением женщины с медицинским персоналом.

Таким образом, достоверно и однозначно утверждать, что данное послеродовое состояние пациентки обусловлено именно указанными выше дефектами оказания медицинской помощи не представляется возможным.

При определении наличия причинно-следственной связи, доказыванию подлежит возможность или невозможность наступления негативных (неблагоприятных) последствий и их значимость при отсутствии выявленных нарушений оказания медицинской помощи и иных причин (заболеваний, патологических состояний, индивидуальных особенностей), которые сами по себе либо через развития осложнений могли привести к неблагоприятному исходу (последствиями) или оказать влияние на неблагоприятный исход, а исключение нарушений оказания медицинской помощи гарантировало бы наступление благоприятного исхода.

Комиссия экспертов не усматривает прямой причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинской помощи О.В. со стороны ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» и гибелью плода, а также возникшими после родов состояниями и заболеваниями.

Достоверно ответить на вопрос о наличии косвенной причинно-следственной связи выявленных дефектов оказания медицинской помощи О.В. в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» с гибелью плода, а также возникшими после родов состояниями и заболеваниями, не представляется возможным, так как установление данной связи требует гипотетических суждений, предположений, что в свою очередь не входит в компетенцию комиссии экспертов.

Однако при этом комиссия экспертов считает важным отметить, что отсутствие верной интерпретации лечащим врачом результата КТГ от ДД.ММ.ГГГГ состояния в виде декомпенсированной плацентарной недостаточности дистресса плода и несвоевременного родоразрешения пациентки значительно повысили риск наступления неблагоприятного исхода.

В связи с тем, что данное заключение не содержит в себе развернутых ответов на поставленные перед экспертами вопросы о качестве оказанной истцу медицинской помощи со стороны ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ, несмотря на поставленные судом вопросы, касающиеся всех этапов оказания медицинской помощи со стороны ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» и ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом», определением Петропавоск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ назначена дополнительная комплексная судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено ООО «Международное бюро судебных экспертиз, оценки и медиации».

Согласно заключению по дополнительной комплексной судебной медицинской экспертизы, проведенной ООО «Международное бюро судебных экспертиз, оценки и медиации» № от ДД.ММ.ГГГГ, при оказании О.В. медицинской помощи в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ, комиссией экспертов было выявлено следующее нарушение (дефект, недостаток):

- при осмотре пациентки в приемном покое лечащим врачом отмечено, что имеются жалобы на боль внизу живота, при пальпаторном исследовании консистенция матки неоднородная на фоне увеличения её размеров до 7-8 недель беременности, «чувствительная» при пальпации, с расширением полости до 15 мм (по данным УЗИ матки от ДД.ММ.ГГГГ). Данный симпатокомплекс указывает на наличие воспалительного процесса матки, нарушение ее послеродовой сократительной деятельности, выявленная же субинволюция - это один признаков воспаления – эндомиометрита (стр. 17 письмо Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ № «О направлении клинических рекомендаций «Септические осложнения в акушерстве»: Критерии диагноза послеродового эндометрита: Основные егшптомы (для постановки диагноза достаточно наличие 2 симптомов: - Повышение температуры тела (38 °С и выше). - Тазовая боль или болезненная матка при пальпации - Субинволюция матки - задержка в темпах уменьшения размеров матки.... ). Согласно специальным знаниям, ширина полости матки спустя 3 недели после родов не может в норме превышать 10 мм, в обсуждаемом же случае на дату ДД.ММ.ГГГГ она была 6 мм, а на дату ДД.ММ.ГГГГ стала 15 мм. При этом лечащий врач выставляет диагноз <данные изъяты> и не указывает в диагнозе наличие у пациентки послеродового эндометрита, стертой формы (так как признаков системной воспалительной реакции у О.В. не было), что можно расценивать как дефект заполнения медицинской документации в нарушение п.п. «а» п. 2.2 приказа Министерства здравоохранения РФ от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи».

Считает важным отметить, что назначенные лечащим врачом обследование и план лечения соответствовали диагнозу эндометрита, а именно: проведено исследование отделяемого из цервикального канала на микрофлору, цитологическое исследование мазка из цервикального канала, выявившее реактивные изменения, которые соответствовали воспалительному процессу, выявлена условно-патогенная микрофлора – рост 2-х микроорганизмов (гемолитический стафилококк, фекальный энтерококк, в диагностическом титре - 105 КОЕ/мл), проведена антибактериальная терапия двумя препаратами антибиотиками – цефтриаксон внутривенно, в дозе 16 г на курс и метронидазол внутривенно 6,0 на курс и еще 6 г перорально (прием препарата через рот).

Учитывая анамнестические данные О.В., а именно, в части двух ранее неразвивающихся беременностей и антенатальной смерти плода, следовало ей провести исследование, направленное на выявление полиморфизма генов гемостаза. Данный тест был проведен ДД.ММ.ГГГГ. По результатам данного теста было выявление мутации гомозиготной по гену антагониста тканевого активатора плазминогена. Такая мутация может быть причиной привычного невынашивания беременности О.В. в виде двух неразвивающихся беременностей и антенатальной смерти плода. Тест был проведен в ГБУЗ «Камчатская краевая детская инфекционная больница», при этом информации кем тест был назначен, в представленной медицинской документации не содержится.

Кроме того, пациентке показано проведение обследования на антифосфолипидный синдром, что было ей рекомендовано при выписке из родильного дома. Исследование должно было быть выполнено дважды с интервалом в 12 недель. Также было рекомендовано исследование гемостазиограммы. Результатов рекомендованных вышеуказанных на обозрение комиссии экспертов документах, не сдержится.

Связь между выявленным у О.В. после ДД.ММ.ГГГГ заболеванием в виде эндометрита (более чем через 3 недели после родов) и нарушениями в оказании медицинской помощи (в частности со стороны ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» не прослеживается. В раннем послеродовом периоде пациентке была оказана медицинская помощь в условиях ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом», где она получала антибактериальную терапию (цефтриаксон, метрогил), проводилась профилактика тромбообразования препаратом клексан, а перед выпиской, пациентке проведено УЗИ матки, по результатам которой, было исключено наличие остатков плацентарной ткани в полости матки, дефектов оказания медицинской помощи при этом выявлено не было. Ввиду того, что при оказании медицинской помощи О.В. в условиях ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» каких-либо нарушений, комиссией экспертов выявлено не было, вопрос в части «Являлись ли выявленные у О.В. в период с ДД.ММ.ГГГГ заболевания в различных медицинских учреждениях последствием осложнений, обусловленных дефектами медицинской помощи со стороны ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом»? Если да, то какие именно?» не требует разрешения.

Согласно медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № из ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» на имя О.В. расстройство вегетативной нервной системы было диагностировано у нее еще задолго до наступления данной беременности.

Таким образом, достоверно и однозначно утверждать, что данное послеродовое состояние пациентки обусловлено именно указанными выше дефектами оказания медицинской помощи (в частности со стороны ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» не представляется возможным.

Касательно ответа на вопрос в части изменения первоначального содержания документов — дописки, исправления «вклейки», эксперт отмечает следующее:

- в листе врачебных назначений № каты 3106 в графе «режим» в цифровой записи «2 3 4», расположенной в записи «30 31 1 2 3 4» вместо цифр «2 3 4» были первоначально выполнены цифры «12 3 ».;

- в листе врачебных назначений № каты 3106 на оборотной стороне в графе «Акушерка» в цифровой записи «2 3», расположенной в записи «2 3 3» вместо цифр «2 3» были первоначально выполнены цифры «1 1».

- в приложении к «Информационному добровольному согласию на оперативное вмешательство» в цифровой записи «29», расположенной в записи «29 08 2022 года.» вместо цифры «9» была первоначально выполнена цифра «8».

- в информированном согласии на проведение эпидурального обезболивания родов от 29.08.22г. в цифровой записи «01», расположенной в записи «01 час 30 мин» вместо цифры «1» была первоначально выполнена цифра «2».

- на листе врачебных назначений № каты 3106 в графе «Врач» под веществом белого цвета первоначально была выполнена рукописная запись: «+».

- медицинская карта беременной, роженицы и родильницы, получающей медицинскую помощь в стационарных условиях - №, и его оборотная сторона, подвергались заклеиванию бумажными полосками с нанесенными на них печатными текстами.

Таким образом, проведенный анализ представленной медицинской документации указывает на имеющиеся данные с переоформлением первичного информационного содержания, с искажением сведений, в различных разделах представленной на обозрение медицинской документации.

При оказании медицинской помощи О.В. в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» комиссией экспертов нарушений (дефектов, недостатков) выявлено не было. Назначение лекарственных препаратов, дозировка, кратность, длительность их приема со стороны ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» в отношении О.В. было целесообразным, обоснованным, осуществлено по показаниям и в соответствие с официальными инструкциями к препаратам.

При определении наличия причинно-следственной связи, доказыванию подлежит возможность или невозможность наступления негативных (неблагоприятных) последствий и их значимость при отсутствии выявленных нарушений оказания медицинской помощи и иных причин (заболеваний, патологических состояний, индивидуальных особенностей), которые сами по себе, либо через развития осложнений могли привести к неблагоприятному исходу (последствиями) или оказать влияние на неблагоприятный исход, а исключение нарушений оказания медицинской помощи гарантировало бы наступление благоприятного исхода.

Достоверно ответить на вопрос о наличии косвенной причинно-следственной связи выявленных дефектов оказания медицинской помощи О.В. в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» с гибелью плода, а также возникшими после родов состояниями и заболеваниями, не представляется возможным, так как установление данной связи требует гипотетических суждений, предположений, что, в свою очередь, не входит в компетенцию комиссии экспертов.

Однако при этом комиссия экспертов считает важным отметить, что отсутствие верной интерпретации лечащим врачом результата КТГ от ДД.ММ.ГГГГ, состояния в виде декомпенсированной плацентарной недостаточности дистресса плода и несвоевременного родоразрешения пациентки, значительно повысили риск наступления неблагоприятного исхода.

Ввиду того, что при оказании медицинской помощи О.В. в условиях ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» каких-либо нарушений комиссией экспертов выявлено не было, вопрос в части «Имеется ли причинно-следственная связь (прямая, косвенная) между выявленными дефектами медицинской помощи О.В. со стороны ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» и гибелью плода, возникшими после родов осложнениями и заболеваниями после родов? Какие именно дефекты медицинской помощи привели к гибели плода, осложнениям и заболеваниям после родов?» не требует разрешения.

Имеющиеся и обозначенные в экспертизе нарушения оказания медицинской помощи О.В. со стороны ГБУЗ Камчатского края «Вилючинская городская больница» достоверно к каким-либо негативным последствиям не привели, квалифицирующие признаки, указывающие на причинение тяжести вреда здоровью О.В. отсутствуют. В соответствии с методическими рекомендациями «Порядок проведения судебно-медицинской экспертизы и установления причинно-следственных связей по факту неоказания или ненадлежащего оказания медицинской помощи» (утв. ФГБУ «РЦСМЭ» Минздрава России ДД.ММ.ГГГГ), направленными к исполнению Письмом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №, при отсутствии причинной (прямой) связи недостатка оказания медицинской помощи с наступившим неблагоприятным исходом, степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека действием (бездействием) медицинского работника, не устанавливается.

Ввиду того, что при оказании медицинской помощи О.В. в условиях ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» каких-либо нарушений комиссией экспертов выявлено не было, вопрос в части «Причинен ли вред здоровью О.В. в результате оказания медицинской помощи (услуг) со стороны ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом»? Если да, то какой его характер и степень тяжести?» не требует разрешения.

У суда не имеется оснований сомневаться в выводах экспертов, имеющих соответствующую квалификацию, образование и стаж работы, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Экспертизы проведены с непосредственным изучением медицинских документов, заключение соответствует требованиям законодательства, содержит обоснование выводов, ссылки на использованную нормативную документацию.

При таких обстоятельствах, суд принимает за основу заключения экспертов ООО «Международное бюро судебных экспертиз, оценки и медиации» № от ДД.ММ.ГГГГ и № ДД.ММ.ГГГГ.

Учитывая указанные заключения, суд приходит к выводу, что медицинская помощь О.В. в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» была оказана с дефектами, в том числе и в части заполнения медицинской документации, однако, прямой причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинской помощи истцу со стороны ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» и гибелью плода, а также возникшими после родов состояниями и заболеваниями, не имеется. Как указано выше, непосредственной причиной смерти плода явилась гипоксия (недостаток кислорода) вследствие прогрессирования плацентарной недостаточности, что подтверждается как данными представленных медицинских документов, так и данными гистологического исследования проведенного в рамках действующей экспертизы. При этом отсутствие верной интерпретации лечащим врачом результата КТГ от ДД.ММ.ГГГГ, состояния в виде декомпенсированной плацентарной недостаточности дистресса плода и несвоевременного родоразрешения пациентки, значительно повысили риск наступления неблагоприятного исхода. Имеющиеся и обозначенные в заключениях экспертов нарушения оказания медицинской помощи со стороны ГБУЗ Камчатского края «Вилючинская городская больница» достоверно к каким-либо негативным последствиям не привели, квалифицирующие признаки, указывающие на причинение тяжести вреда здоровью истцу отсутствуют.

Между тем, указанные обстоятельства, дефекты оказания медицинской помощи О.В. являются достаточным основанием для компенсации морального вреда ответчиком ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница».

Как установлено экспертами, при оказании медицинской помощи истцу в ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» комиссией экспертов нарушений (дефектов, недостатков) выявлено не было. Назначение лекарственных препаратов, дозировка, кратность, длительность их приема со стороны ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» в отношении истца было целесообразным, обоснованным, осуществлено по показаниям и в соответствие с официальными инструкциями к препаратам.

При этом суд также принимает во внимание и установленные АО СК «СОГАЗ-Мед» дефекты оказания медицинской помощи при проведении экспертизы качества в отношении ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Оснований не принимать указанные сведения, отраженные в экспертном заключении к заключению о результатах экспертизы качества медицинской помощи в качестве доказательства у суда не имеется, поскольку они соответствуют требованиям ст.ст. 59, 60 ГПК РФ об относимости и допустимости доказательств в гражданском деле, свидетельствуют об обстоятельствах, имеющих правовое значение для дела, согласуются с другими доказательствами.

Установив вышеприведенные обстоятельства, заслушав стороны, третьих лиц, исследовав письменные доказательства, суд приходит к выводу, что факт оказания истцу ненадлежащей медицинской помощи, выразившийся в дефектах, не повлиявших на состояние здоровья застрахованного лица и не оказавших негативных последствий на исход его заболевания и со стороны ответчика ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом», нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

То обстоятельство, что указанные дефекты не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением тех неблагоприятных последствий, на которых настаивает истец, не исключает нарушение его прав в сфере охраны здоровья и причинение морально-нравственных страданий.

В рассматриваемом случае между дефектами оказания медицинской помощи ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» и неблагоприятными последствиями для пациента имеется косвенная (опосредованная) связь, что не исключает компенсацию морального вреда.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, руководствуясь требованиями действующего законодательства, регулирующего спорные отношения, суд приходит к выводу, о том, что требования истца о взыскании компенсации морального вреда с ответчиков ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» и ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом», являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Вместе с тем, размер компенсации морального вреда, определенный истцом к взысканию с ответчиков, является завышенным.

Определяя размер подлежащего возмещению истцу морального вреда, суд, руководствуясь положениями ч. 2 ст. 151, ст. 1101 ГК РФ, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №, а также в п. 32 постановления от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывает характер и степень допущенных нарушений со стороны каждого из ответчиков ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» и ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом», характер и степень нравственных и физических страданий истца, перенесенных в результате оказания ей некачественных медицинских услуг, личность истца и индивидуальные психологические особенности (расстройство вегетативной нервной системы было диагностировано у нее еще задолго до наступления данной беременности), с учетом фактических обстоятельств дела, принципов разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда с ответчика ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» в размере 600 000 рублей, а с ответчика ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» в размере 50 000 рублей.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере, суд не усматривает.

Заявляя требование о солидарном взыскании с ответчиков материального ущерба в сумме 43 607 рублей 50 копеек, истец ссылается на необходимость прохождения лечения после родов на протяжении долгого времени, в том числе на платной основе как по восстановлению детородной функции, так по восстановлению психического здоровья. В настоящее время наблюдается у невролога, психотерапевта с медикаментозной поддержкой по лечению генерализованного тревожного расстройства.

Как следует из материалов дела, истец обращалась ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в ООО Медицинский центр «Медитекс» к врачу неврологу (1 прием) и к врачу психотерапевту (5 приемов), сумма 21150 рублей; ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в ООО Медицинский центр «Радужный» для ультразвукового исследования органов малого таза и сдачи анализов, сумма 4100 рублей; ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Юнилаб-Хабаровск» для сдачи анализов, сумма 2835 рублей; в ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Альянс-Мед» и в ООО «Гемотест» для сдачи анализов и приема у врача невролога, сумма 15532 рубля 50 копеек (т. 1, л.д. 57-108, т. 4, л.д. 179-182).

Из разъяснений, изложенных в п. 27 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Исходя из смысла вышеуказанных разъяснений, суд вправе удовлетворить исковые требования о возмещении расходов на лечение лишь в случае доказанности того, что потерпевшему был необходим конкретный вид медицинской помощи, который не мог быть получен им бесплатно, либо он фактически был лишен возможности качественно и своевременно получить требуемую помощь.

Как следует из представленных ответчиком ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» штатных расписаний, на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ как в поликлинике по адресу: <адрес>, так и в поликлинике по адресу: <адрес>, имелись: врач-невролог, врач-психиатр участковый, клинико-диагностическая лаборатория и отделение функциональной диагностики, в том числе кабинет УЗИ.

Согласно приказу о приеме работника на работу №-при от ДД.ММ.ГГГГ и приказу о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) №-уво от ДД.ММ.ГГГГ, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ должность врача-невролога в поликлинике по адресу: <адрес>А, занимала Ц.О.

Следовательно, истец имела возможность получить необходимый комплекс лечебно-диагностических мероприятий в связи с имеющимися у нее заболеваниями после родов в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» по полису обязательного медицинского страхования по своему месту жительства.

В этой связи, заслуживают внимания доводы ответчиков о том, что истец имел право на бесплатное получение медицинской помощи (включая лекарственное обеспечение).

Вопреки доводам стороны истца, после родов истец продолжала обращаться в ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» за оказанием медицинской помощи к врачам терапевту, урологу.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено допустимых доказательств, подтверждающих невозможность обращения за бесплатной медицинской помощью, бесплатным получением требуемых лекарственных препаратов и медицинских услуг, обращения за медицинской помощью в рамках программы обязательного медицинского страхования.

Также истцом не доказана причинно-следственная связь между понесенными расходами в вышеуказанном размере: покупкой лекарственных препаратов, консультаций врачей, медицинскими исследованиями и действиями ответчиков.

Суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании (ч. 2 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ответчиков понесенных истцом расходов в размере 43 607 рублей 50 копеек.

Согласно статье 123.21 ГК РФ учреждением признается унитарная некоммерческая организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера.

Учредитель является собственником имущества созданного им учреждения. На имущество, закрепленное собственником за учреждением и приобретенное учреждением по иным основаниям, оно приобретает право оперативного управления в соответствии с настоящим Кодексом.

Учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а в случаях, установленных законом, также иным имуществом. При недостаточности указанных денежных средств или имущества субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения в случаях, предусмотренных пунктами 4-6 статьи 123.22 и пунктом 2 статьи 123.23 настоящего Кодекса, несет собственник соответствующего имущества.

В соответствии с пунктом 5 статьи 123.22 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» собственник имущества предприятия, основанного на праве оперативного управления (казенного предприятия), в силу пункта 5 статьи 115 ГК РФ несет субсидиарную ответственность по обязательствам такого предприятия при недостаточности его имущества.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 2 статьи 120 ГК РФ (утратила силу с 01.09.2014 в связи с принятием Федерального закона от 05.05.2014 № 99-ФЗ, которым с этого же срока ГК РФ дополнен статьями 123.21 - 123.23, регулирующими деятельность учреждений) частное или бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При недостаточности указанных денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам такого учреждения несет собственник его имущества.

Согласно пункту 12.1 части 1 статьи 158 БК РФ главный распорядитель бюджетных средств отвечает от имени, в том числе субъекта Российской Федерации по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

В силу статьи 242.2 БК РФ для исполнения судебных актов по искам к Российской Федерации, субъектам Российской Федерации, муниципальным образованиям о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов местного самоуправления или их должностных лиц, в том числе в результате издания органами местного самоуправления муниципальных правовых актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, а также судебных актов по иным искам о взыскании денежных средств за счет средств казны Российской Федерации (за исключением судебных актов о взыскании денежных средств в порядке субсидиарной ответственности главных распорядителей средств бюджета субъекта Российской Федерации), казны субъекта Российской Федерации (за исключением судебных актов о взыскании денежных средств в порядке субсидиарной ответственности главных распорядителей средств бюджета субъекта Российской Федерации), казны муниципального образования (за исключением судебных актов о взыскании денежных средств в порядке субсидиарной ответственности главных распорядителей средств местного бюджета), судебных актов о присуждении компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок за счет средств местного бюджета документы, указанные в пункте 2 статьи 242.1 настоящего Кодекса, направляются для исполнения в Министерство финансов Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, финансовый орган муниципального образования.

В соответствии со статьей 6 БК РФ главный распорядитель бюджетных средств (главный распорядитель средств соответствующего бюджета) - орган государственной власти (государственный орган), орган управления государственным внебюджетным фондом, орган местного самоуправления, орган местной администрации, а также наиболее значимое учреждение науки, образования, культуры и здравоохранения, указанное в ведомственной структуре расходов бюджета, имеющие право распределять бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств между подведомственными распорядителями и (или) получателями бюджетных средств, если иное не установлено настоящим Кодексом.

В соответствии с учредительными документами ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» и ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» являются государственными бюджетными учреждениями.

Из пункта 1.3 Устава ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом», утвержденного 28 июня 2016 года следует, что Учредителем и собственником имущества Учреждения является Камчатский край. Функции и полномочия учредителя Учреждения от имени Камчатского края осуществляет Министерство здравоохранения Камчатского края. Функции и полномочия собственника имущества Учреждения от имени Камчатского края осуществляет Министерство имущественных и земельных отношений Камчатского края.

Учреждение осуществляет права владения, пользования и распоряжения в отношении закрепленного за ним имущества в пределах, установленных законодательством, в соответствии с целями своей деятельности, заданиями учредителя и назначением имущества (п. 1.6 Устава ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом»).

Органы исполнительной власти субъекта Российской Федерации осуществляют свои полномочия в рамках своих компетенций.

Министерство имущественных и земельных отношений является органом государственной власти Камчатского края, осуществляющим функции и полномочия собственника имущества в рамках и в соответствии с возложенными полномочиями, касающимися действий, связанных с недвижимым имуществом и особо ценным движимым имуществом, закрепленным на праве оперативного управления за учреждением (п. 4.1, 4.2 Устава), при этом Министерство не осуществляет финансирование деятельности бюджетного учреждения, и не несет ответственности по его обязательствам.

Министерство здравоохранения Камчатского края осуществляет функции и полномочия учредителя учреждения, а также осуществляет финансовое обеспечение учреждения в соответствии с пунктом 4.7 Устава (субсидий, предоставляемых из краевого бюджета; средств внебюджетных источников финансирования; доходов учреждения, полученных от осуществления приносящей доходы деятельности и приобретенное за счет этих доходов имущество; иные источники).

В соответствии с п. 11 Положения о Минздраве Камчатского края, утвержденного 19.04.2023, Министерство осуществляет бюджетные полномочия главного распорядителя и получателя средств краевого бюджета, предусмотренных на обеспечение деятельности Министерства.

Министерство осуществляет полномочия учредителя в отношении подведомственных ему краевых государственных и иных организаций (п. 12 Положения о Минздраве Камчатского края).

Таким образом, учитывая изложенные выше нормы права, а также локальные нормы, принимая во внимание, что именно Минздрав Камчатского края является главным распорядителем бюджетных средств учреждения, а Министерство имущественных и земельных отношений Камчатского края таковым не является, суд приходит к выводу о том, что оснований для привлечения последнего к субсидиарной ответственности по данному спору не имеется.

Исходя из буквального толкования абз. 2 п. 5 ст. 123.22 БК РФ субсидиарная ответственность собственника имущества бюджетного учреждения возникает при определенных правовых основаниях, установленных законодателем, в том числе, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание.

Как следует из представленной ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» в материалы дела справки от ДД.ММ.ГГГГ, на лицевых счетах в Управлении федерального казначейства Камчатского края по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ находится <данные изъяты>, в том числе: на лицевом счете № – <данные изъяты>; на лицевом счете № – <данные изъяты>; на лицевом счете № – <данные изъяты>.

Из представленной ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» справки о финансовом состоянии на ДД.ММ.ГГГГ усматривается наличие по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, на лицевом счете № – <данные изъяты>; на лицевом счете № – <данные изъяты>; на лицевом счете № – <данные изъяты>.

Доказательств недостаточности имущества, на которое в соответствии с абзацем первым пункта 5 статьи 123.22 БК РФ может быть обращено взыскание, у ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» и ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» отсутствуют, в связи с чем, не имеется оснований для возложения субсидиарной ответственности на иных соответчиков.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных требований.

В силу ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. При этом государственная пошлина подлежит зачислению в соответствующий бюджет, которым в силу п. 2 ст. 61.1 и п. 2 ст. 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации является местный бюджет.

Истец на основании п.п. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины. Доказательств тому, что ответчик подлежит освобождению от уплаты судебных расходов, суду не представлено.

Таким образом, с ответчиков ГБУЗ КК «Вилючинская городская больница» и ГБУЗ КК «Камчатский краевой родильный дом» в доход местного бюджета подлежат взысканию судебные расходы в размере 6000 рублей, по 3000 рублей с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования О.В. удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ Камчатского края «Вилючинская городская больница» (ОГРН <***>) в пользу О.В. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 600000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ Камчатского края «Камчатский краевой родильный дом» (ОГРН <***>) в пользу О.В. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

В удовлетворении исковых требований О.В. к ГБУЗ Камчатского края «Вилючинская городская больница», ГБУЗ «Камчатский краевой родильный дом» о взыскании в солидарном порядке материального ущерба в размере 43607 рублей 50 копеек - отказать.

В удовлетворении исковых требований О.В. к Министерству здравоохранения Камчатского края, Камчатскому краю в лице Министерства имущественных и земельных отношений Камчатского края о взыскании в порядке субсидиарной ответственности компенсации морального вреда, материального ущерба - отказать.

Взыскать с ГБУЗ Камчатского края «Вилючинская городская больница» (ОГРН <***>) в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ Камчатского края «Камчатский краевой родильный дом» (ОГРН <***>) в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца с даты составления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 26 ноября 2025 г.

Судья Г.А. Липкова

подлинник решения находится в деле

Петропавловск-Камчатского городского суда

Камчатского края № 2-79/2025

УИД 41RS0001-01-2023-013664-45

В ряде случаев суды приходят к противоположным выводам

Актуальная практика 2025–2026 →