Решение по делу № 2А-4188/2023 от 09.10.2023 - о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области.

УИД: 51RS0001-01-2023-003658-34

Дело № 2а-4188/2023

Принято в окончательной форме 09.10.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 сентября 2023 года город Мурманск

Октябрьский районный суд города Мурманска

в составе:

председательствующего – судьи Шуминовой Н.В.,

при секретаре – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению ФИО3 о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с административным исковым заявлением о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области.

В обоснование иска указал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался под стражей в данном учреждении. До этого ему была назначена <данные изъяты>, которой он придерживался вплоть до того, как попал в учреждение. Однако при поступлении в Учреждение он не был обеспечен препаратами <данные изъяты>,что привело к ухудшению состояния его здоровья. Необеспеченность его лечением, вызывала у него переживания и ухудшала его эмоциональное состояние. На основании изложенного просит признать незаконным бездействие администрации учреждения в виду отсутствия организации оказания ему надлежащей медицинской помощи и взыскать компенсацию за ненадлежащие условия содержания под стражей в размере <данные изъяты>

Административный истец ФИО3 в судебном заседании до перерыва поддержал свои исковые требования посредством ВКС, пояснив, что он состоял на учете как <данные изъяты> по месту жительства в <адрес> больнице, где получал предназначавшиеся ему лекарства. <данные изъяты> ему назначили, когда он отбывал наказание в ФКУ «ИК-18» УФСИН России по МО, откуда он освободился ДД.ММ.ГГГГ. Потом он еще уезжал в <адрес>, где также принимал лекарства, но потом был перерыв, он год не принимал <данные изъяты> Он сказал о своем диагнозе при поступлении в Учреждение, у него брали анализы ДД.ММ.ГГГГ, но ничего ему не выдавалось. Полагает, что его права были нарушены отсутствием выдачи лекарств <данные изъяты> Согласился на завершение судебного заседания без его участия поле перерыва.

Представитель административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по МО и ФКУЗ «МСЧ-51» ФСИН России ФИО13 в судебном заседании пояснила, что с административным исковым заявлением не согласна, поскольку ничем не подтверждается, что административным истцом соблюдалась <данные изъяты> в период нахождения на свободе, до попадания в ФКУ «СИЗО-1». Из ответов лечебных учреждений не следует, что он состоял на учете в ГОАУЗ»МОЦВСМП» которое ведет общий учет всех <данные изъяты>, а по данным больницы он ДД.ММ.ГГГГ не появлялся на приемах. Был сделан запрос после того, как он дал информацию о том, что болен, но ответ не поступил. Когда уже убыл в колонию, там запрос продублировали и, получив ответ, начали принимать меры по выдаче <данные изъяты>

Административные ответчики ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО, начальник «МЧ-2» ФКУЗ «МСЧ-51» ФСИН России ФИО14 начальник Учреждения ФИО10 уведомлены о слушании, представителей не направили.

Суд, с учетом данных о надлежащем уведомлении сторон, мнения присутствующих, а также ст. 150 КАС РФ находит обоснованным рассмотреть дело при настоящей явке, с учетом того, что ФИО3 даны пояснения до перерыва в судебном заседании и он не возражал против завершения рассмотрения дела в его отсутствие.

Выслушав административного истца, представителя административных ответчиков ФИО6, исследовав материалы дела, амбулаторную медицинскую карту ФИО3, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

В силу ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В силу требований, содержащихся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Согласно статье 1 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» деятельность уголовно-исполнительной системы осуществляется на основе принципов законности, гуманизма, уважения прав человека.

В уголовно-исполнительную систему по решению Правительства Российской Федерации могут входить следственные изоляторы, предприятия, специально созданные для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы, научно-исследовательские, проектные, медицинские, образовательные и иные организации (статья 5 Закона).

Учреждения, исполняющие наказания, обязаны, в том числе обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (пункты 1,7 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»).

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с названным Кодексом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулирует и определяет Федеральный закон от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ), а также Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189 (далее - ПВР), действовавшие в период пребывания ФИО3 в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области.

Содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые) (статья 4 Федерального закона № 103-ФЗ).

Согласно ч. 1, 3 ст. 26 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323- ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Данное положение продублировано и в п. 2 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы (далее – Порядок), утвержденного Приказом Минюста России от 28.1.2017 года № 285.

В соответствии с п. 126 ПВР, а также норами Порядка, для организации медицинской помощи подозреваемым и обвиняемым в СИЗО организуется медицинская часть. Согласно п. 23 Порядка лица, заключенные под стражу, или осужденные, прибывшие в СИЗО, в том числе следующие транзитом (далее - лица, доставленные в СИЗО), при поступлении осматриваются медицинским работником с целью выявления лиц, представляющих эпидемическую опасность для окружающих или нуждающихся в медицинской помощи, с обязательным проведением телесного осмотра, термометрии, антропометрии.

На каждого поступившего оформляется медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях (при ее отсутствии).

В силу п. 26, 27 и 28 Порядка для выявления туберкулеза, ВИЧ-инфекции, заболеваний, передающихся половым путем, и других заболеваний проводятся флюорография легких или рентгенография органов грудной клетки (легких) и клиническая лабораторная диагностика. При наличии медицинских показаний назначаются дополнительные исследования и консультации врачей-специалистов.

За состоянием здоровья лиц, заключенных под стражу, или осужденных осуществляется динамическое наблюдение, включающее проведение не реже 1 раза в 6 месяцев флюорографии легких или рентгенографии органов грудной клетки (легких) в рамках проведения профилактических медицинских осмотров в целях выявления туберкулеза, а также клинической лабораторной диагностики (общий анализ крови, мочи) и осмотра врача-терапевта (врача общей практики) или фельдшера. При наличии медицинских показаний назначаются дополнительные исследования и консультации врачей-специалистов.

При обращении лица, заключенного под стражу, или осужденного за медицинской помощью к медицинскому работнику во время покамерного обхода, к сотруднику дежурной смены СИЗО указанные должностные лица обязаны принять меры для организации оказания ему медицинской помощи.

При наличии медицинских показаний для оказания медицинской помощи лица, нуждающиеся в ней, выводятся сотрудниками СИЗО в медицинскую часть (здравпункт) или медицинский кабинет индивидуально или группами по трое - пятеро человек с соблюдением режимных требований с учетом сроков ожидания медицинской помощи, предусмотренных Программой.

Согласно п. 127 и 128 ПВР подозреваемые и обвиняемые обращаются за медицинской помощью к медицинскому работнику СИЗО во время ежедневного обхода им камер, а в случае острого заболевания - к любому сотруднику СИЗО. Сотрудник, к которому обратился подозреваемый или обвиняемый, обязан принять меры для оказания ему медицинской помощи.

Амбулаторная помощь оказывается подозреваемым и обвиняемым в камерах, иных помещениях, а также в специализированных кабинетах медицинских частей СИЗО. Выдача лекарственных препаратов, в том числе полученных в передачах на имя подозреваемых и обвиняемых, осуществляется по назначению лечащего врача в установленных дозах и количествах индивидуально в соответствии с медицинскими показаниями и записями в медицинской карте больного.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.12.2012 года № 1466 утверждены «Правила оказания лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, медицинской помощи в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения, а также приглашения для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций при невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы» (далее – Правила), которые определяют порядок оказания лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы (далее - лица, лишенные свободы), медицинской помощи в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения (далее - медицинские организации), а также приглашения для проведения консультаций врачей-специалистов медицинских организаций при невозможности оказания лицам, лишенным свободы, медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы.

Согласно п. 4 Правил в медицинских организациях лицам, лишенным свободы, оказываются все виды медицинской помощи с соблюдением порядков их оказания и на основе стандартов медицинской помощи.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 содержался в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, убыв в указанный день в распоряжение ПФРСИ ФКУ «ИК-16» УФСИН России по МО, в настоящее время отбывает наказание в ФКУ «ИК-23» УФСИН России по МО, исходя из справки по личному делу, камерной карточки и данных ИЦ УМВД России по МО. Изначально по прибытии в учреждение поступил в камеру № карантинного отделения, затем размещался в камере №, согласно материалам личного дела и пояснениям самого административного истца, не оспоренным стороной административных ответчиков.

Как установлено судом, у ФИО3 диагностированы хронические заболевания - <данные изъяты>

Административный истец полагает, что со стороны административных ответчиков не предпринималось никаких шагов по оказанию ему медицинской помощи при пребывании в Учреждении, поскольку ему не выдавались препараты <данные изъяты>, что повлекло ухудшение его состояния, то есть, было допущено незаконное бездействие, нарушившее его права и законные интересы.

Однако совокупный анализ материалов дела, материалов амбулаторной медицинской карты ФИО3 и пояснений самого административного истца, представителя административных ответчиков, указывает на отсутствие незаконного бездействия со стороны учреждения в силу нижеследующего.

Суд исходит из того, что согласно разъяснениям Постановления Пленума ВС РФ № 47 от 27.12.2018 судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи.

Следовательно, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья). При этом само по себе состояние здоровья лишенного свободы лица не может свидетельствовать о качестве оказываемой ему медицинской помощи, с учетом того, что ряд хронических заболеваний имеет склонность к рецидивам, не зависящим от того, насколько правильно ведется терапия.

Действительно, из ответа на запрос суда ГОБУЗ «Кольская ЦРБ», пояснений самого административного истца следует, что ФИО3 выявлен как <данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ, состоял на диспансерном учете в инфекционном кабинете больницы с ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом <данные изъяты> сопутствующие диагнозы – <данные изъяты> неуточненная стадия <данные изъяты>. При этом из ответа ГОАУЗ «МОЦВСМП» на запрос суда следует, что ФИО3 в данном учреждении не состоит на диспансерном учете как <данные изъяты>, хотя именно ГОАУЗ «МОЦВСМП» является основным медучреждением <адрес>, ведущим диспансерный учет больных <данные изъяты> и иных хронических инфекционных заболеваний. В то же время в медкарте имеется противоположный ответ этого же медицинского учреждения, датированный ДД.ММ.ГГГГ, направленный на запрос врача ФИО7 – заведующей здравпунктом 2 ФКУ «ИК-16» УФСИН России по МО, где после ДД.ММ.ГГГГ пребывал ФИО3, согласно которому имунный блот ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, данные за <данные изъяты>

ФИО3 утверждает, что <данные изъяты> ему назначена в период нахождения в ФКУ «ИК-18» УФСИН России по МО, откуда он освободился ДД.ММ.ГГГГ. Однако согласно ответу больницы, <данные изъяты> ему была назначена ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> препараты получал с этого же времени, однако лечение прервал ДД.ММ.ГГГГ, на прием и на обследование не являлся по настоящее время.

Вышеизложенное опровергает доводы ФИО3 в части того, что <данные изъяты> ему назначалась в период нахождения в исправительном учреждении, а также им не представлено доказательств того, ДД.ММ.ГГГГ он придерживался ранее назначенной ему схемы <данные изъяты>, получал лекарства по новому месту жительства как лицо, состоящее на <данные изъяты> учете или же приобретал их самостоятельно.

Согласно данным амбулаторной карты ФИО3, по прибытии в учреждение он был осмотрен терапевтом «МЧ-2» ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, и им заявлено о своих диагнозах. В карте имеется отметка о том, что сделан запрос в <данные изъяты> то есть, в <данные изъяты> однако в данном случае суд учитывает, что по сведениям данного учреждения, предоставленным на запрос суда, ФИО3 на учете в его базе не значится. Сам ФИО3 также пояснил, что в <данные изъяты> на <адрес> он не обращался.

Соответственно, оснований для выдачи ФИО3 препаратов <данные изъяты>, как и иных лекарственных средств у медицинских сотрудников ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по <адрес> не имелось, учитывая, что на момент поступления ФИО3 в учреждение отсутствовали данные о результатах его анализов крови, что и явилось основанием для назначения проведения лабораторных исследований в виде общего клинического анализа крови, крови на М/Р, ВИЧ, биохимию и направления его на флюорографию, о чем и сделана отметка в карте врачом-терапевтом «МЧ-2» учреждения. При этом ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обращался в «МЧ-2» по вопросу боли и жжения в полости рта, установлен диагноз <данные изъяты> назначено лечение и ФИО3 выдаются соответствующие препараты.

Доказательства того, что в период нахождения в учреждении ФИО3 обращался с заявлениями о направлении его к врачу-инфекционисту, направлению запроса в ГОБУЗ «Кольская ЦРБ» или в ФКУ «ИК-18» УФСИН России по МО, учитывая его утверждение о том, что именно там ему назначалась схема <данные изъяты>, сообщал о том, что состоял на <данные изъяты> учете в данном лечебном учреждении, сообщал схему своей <данные изъяты> сотрудникам «МЧ-2», суду не представлены и в судебном заседании не добыты.

При этом выдача препаратов без назначения врача невозможна и прямо противоречит как нормам врачебной этики, так и действующего законодательства, учитывая, что факт перерыва в лечении ФИО8 не опровергнут, а прием <данные изъяты> по той же схеме, какая была до перерыва, невозможен без проведения соответствующих лабораторных исследований.

Также нет и доказательств того, что со стороны ФИО3 в адрес администрации учреждения или ФКУЗ «МСЧ-51» ФСИН России подавались жалобы на ненадлежащую медицинскую помощь. При этом в амбулаторной карте административного истца имеются заявления о выдаче ему справок, ознакомлении с картой, оформленные уже после убытия из следственного изолятора, что свидетельствует о том, что ФИО3 знал о своем праве письменного обращения и мог им воспользоваться в период нахождения в следственном изоляторе, однако не сделал этого.

Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н утвержден стандарт первичной медико-санитарной помощи взрослым при <данные изъяты> (диагностика, лечение и диспансерное наблюдение), которым установлена кратность лабораторных исследований, проведения флюорографии, а также приемов врачей-инфекционистов в зависимости от того, состоит ли больной на диспансерном учете, назначена ли ему <данные изъяты> и так далее.

Согласно данным амбулаторной медкарты, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 проведено флюорографическое исследование легких, патологии не выявлены, о чем имеется отметка в карте. Также медкартой подтвержден факт того, что у него брали кровь на анализы в <данные изъяты>

Соответственно, принимая во внимание вышеназванный стандарт и время пребывания ФИО3 в учреждении, суд не усматривает нарушений со стороны административных ответчиков, исходя из кратности лабораторных исследований, проведения флюорографии и приемов врачом-инфекционистом лица, не состоящего на диспансерном учете и не осуществляющего <данные изъяты>, установленной вышеназванным приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №, поскольку доказательств того, что в распоряжении «МЧ-2» имелись данные анализов крови ФИО3, подтверждающие его диагноз, не имеется.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в ходе рассмотрения настоящего дела не нашел своего подтверждения факт наличия незаконного бездействия со стороны ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по Мурманской области в части ненадлежащей организации оказания медицинской помощи ФИО3 в виду невыдачи препаратов <данные изъяты> и ухудшения его состояния в виду этого.

Пунктом 1 части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет, нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление.

Юридически значимым обстоятельством является не только установление нарушения закона, что в данном случае отсутствует со стороны всех административных ответчиков, но и наличие последствий, которые свидетельствовали бы о нарушении прав ФИО3, а обязанность доказывания этого лежит именно на административном истце в силу ч. 11 ст. 226 КАС РФ.

И в данном случае суд приходит к выводу, что административным истцом не представлено доказательств того, что бездействие административных ответчиков привело к ухудшению его здоровья либо обострению и прогрессированию имеющихся у него заболеваний, как и нет доказательств их незаконного бездействия.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175-180, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО3 о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по <адрес> – отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд города Мурманска в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Н.В. Шуминова