Апелляционное определение по делу № 1-150/2023 от 29.08.2023 | Верховный Суд Республики Крым (Республика Крым)

№ 1-150/2023 Судья первой инстанции: Карчевская О.В.

№ 22-2589/2023 Судья апелляционной инстанции: Михайлов Д.О.

УИД 91RS0002-01-2022-009398-78

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 августа 2023 года г. Симферополь

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего – Михайлова Д.О.,

судей – Гребенниковой Н.А., Глуховой Е.М.,

при секретаре судебного заседания – Корохове А.С.,

с участием прокурора – Туренко А.А.,

осужденного – ФИО1,

защитника – адвоката Юнус Р.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе и дополнительной апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Юнус Р.М. на приговор Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 20 апреля 2023 года, которым:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <данные изъяты>, гражданин Украины, со средним образованием, не женатый, работающий оператором технической поддержки ООО «Софтум», зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес> ранее не судимый,

осужден по ч.1 ст. 208 УК РФ, с применением ст.64 УК РФ, к 7 годам лишения свободы с отбыванием первого одного года в тюрьме и оставшегося срока в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена прежней в виде заключения под стражу.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

На основании ч.3.2 ст. 72 УК РФ время фактического нахождения ФИО1 в следственном изоляторе № с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, а также время нахождения его под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу зачтен в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Михайлова Д.О., изложившего содержание приговора и существо апелляционной жалобы и дополнительной апелляционной жалобы, заслушав осужденного и его защитника, поддержавших доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, мнение прокурора, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы и дополнительной апелляционной жалобы, проверив материалы дела, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за финансирование вооруженного формирования «Исламский батальон «Крым», не предусмотренного федеральным законом.

Преступление совершено ФИО1, находящимся на территории Украины, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнительной апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 - адвокат Юнус Р.М. выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным, вынесенным с существенны нарушением норм материального и процессуального права.

Защитник указывает, что судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие принципиальное значение для правильного рассмотрения дела и принятия законного решения. Суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, а выводы суда, изложенные в приговоре, по мнению защитника, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Анализируя текст и выводы суда, материалы уголовного дела, автор жалобы обращает внимание, что из доказательной базы, имеющейся в уголовном деле, представляющий процессуальный интерес и содержащее доказательное значение для верной юридической оценки действий подсудимого, являлись только лишь показания самого обвиняемого и сведения, содержащиеся в переписке, имевшейся в мобильном телефоне ФИО1, которым суду надлежало сделать правильный и объективный анализ и дать верную оценку. А все иные материалы уголовного дела, в частности: протокол осмотра предметов и документов - интернет - канала мессенджера «Телеграмм» - «Спецпiдроздiл «Крим» (т.1 л.д.155-180, т.2 л.д. 129-158), протокол осмотра предметов и документов - видеозаписи, размещенной в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» видеохостинг «Ютуб» (л.д.133-138, т.2 л.д.60-64), материалы ОРМ «Наведения справок», ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», носили лишь информационный характер о деятельности «Исламский батальон «Крым», которые имеются в свободном общем доступе в Интернет ресурсах, и не содержали какого-либо доказательственного значения о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении и не являлись в соответствии со ст. 73 УПК РФ, обстоятельствами подлежащие установлению и доказыванию по делу.

Также указывает, что ссылка в приговоре суда на допрос в качестве свидетеля оперативного сотрудника ФКУ СИЗО-1 <адрес>, который показал о содержании отобранных у Куртамета пояснений, противоречит правовой позиции Верховного суда и не могут быть использованы в качестве доказательств виновности подсудимого.

Апеллянт полагает, что вопреки требованиям ст.ст.17, 240, 85, 87 и 88 УПК РФ и в соответствии с разъяснениями, содержащими в п. 4 - 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 55 от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре», приведенный в приговоре анализ доказательств свидетельствует о том, что доказательства судом бы оценены односторонне и избирательно, в отрыве друг от друга. Вывод о недостаточности представленных доказательств для утверждения о совершенном переводе денежных средств ДД.ММ.ГГГГ в размере 500 гривен гр. ФИО4-ФИО5, ФИО1 в качестве преступления, предусмотренного ч. 1 ст.208 УК РФ, суд сделал, не оценив все исследованные доказательства в совокупности, как того требуют положения ч. 1 ст. 88 УПК РФ.

Обращает внимание, что из переписки гр. ФИО4-ФИО5 и ФИО1 в части перевода денежных средств в размере 500 гривен, исследованной в судебном заседании, усматривается наличие давнишних близких дружественных отношений между ФИО1 и ФИО4-ФИО5, еще задолго до начала проведения СВО, наличие личностных заемных отношений в данной денежной операции, о чем свидетельствует прямое обращение гр.ФИО4-ФИО5 к ФИО1 с просьбой о займе денег для приобретения лично для него продуктов с обязательством последующего возврата заемных денежных средств, об отсутствие осведомленности на дату перевода о том, что последний принимает участие в «Исламском батальоне «Крым» и цели, что указанные денежные средства будут использованы для обеспечения деятельности «Исламского батальона «Крым».

Также, ссылаясь на переписку между гр.ФИО4-ФИО5 и ФИО1 указывает, что обращение от ФИО4-ФИО5 с просьбой о займе денег было ДД.ММ.ГГГГ, о том, что последний состоит в указанном батальоне ФИО1 узнал из последующей переписке спустя практически месяц ДД.ММ.ГГГГ, про позывной «Талиб» и вовсе ДД.ММ.ГГГГ.

Указывает, что вопреки выводов суда, данная переписка не содержит какой-либо инициативы либо предложения со стороны ФИО1 в перечислении денежных средств в размере 500 грн., а лишь содержит выраженное согласие на просьбу друга в предоставлении лично ему займа для личных нужд на имеющуюся у него в распоряжении сумму 500 грн., и не сообщается о том, что он может организовать сбор средств для покупки экипировки.

Таким образом, по мнению защитника, суд избирательно, не в полном объеме дает оценку данных в переписке смс-сообщениям, диалогу между двумя друзьями ФИО4 и ФИО1

Также указывает, что судом не дана оценка доказательствам, представленным стороной защиты об ошибочности квалификации действий ФИО1 в данной части обвинения как преступные, а именно, представленным стороной защиты доказательствам о возврате полученного гр.ФИО4-ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ от ФИО1 займа в размере 500 гр.

Так, суду были представлены переписка, сообщения адресованные гр.ФИО6- ФИО5 (профиль абонента с именем пользователя «123», принадлежащий (тел.номер +380983940818) посредством того же мобильного телефона и номера, с использованием в приложениях «WhatsApp» «Телеграмм» ФИО1 с уведомлением о возврате суммы займа 500 грн., которые по просьбе указанного лица были заняты ФИО1 путем перевода в приложении «Monobank», а также подтверждение отправленных ФИО12 ФИО1 сведений из мобильного банкинга суммы займа 500 грн., путем перевода в мобильном приложении Райфайзенбанка на банковскую карту «Monobank» №, принадлежащую ФИО1

Как указывает защитник, давая оценку исследованным доказательствам суд допускает противоречивые выводы в установленных обстоятельствах, при этом в описательно-мотивировочной части не указывает, почему в части установленных обстоятельств со стороны обвинения он принимает эти доказательства, а со стороны защиты эти же обстоятельства отклоняет.

Также защитник указывает, что ссылаясь в приговоре на показания подсудимого, данные им при производстве предварительного расследования и оглашенные судом в порядке ст. 276 УПК РФ, ложа их в основу приговора, суду необходимо было проверить их и оценить по правилам, установленным ст.ст. 87,88 УПК РФ.

Указывает, что в силу основополагающих принципов уголовного судопроизводства презумпции невиновности, состязательности и равенства сторон в предоставлении доказательств, требований ст. 87 УПК о непосредственной проверки судом доказательств путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, с учетом того, что, по мнению защитника, в материалах дела отсутствуют какие доказательства опровергающие показания подсудимого по обстоятельствам взаимоотношений между ФИО1 и ФИО13, и утверждение стороны защиты о не имеющем никакого отношения предоставление денежных средств ФИО1 ФИО13 в размере 500 грн. к каким-либо действиям, направленным на финансирование НВФ, принципиально важными доказательствами по данному уголовному делу, которые должны были быть положены в основу выводов суда, являлись показания самого обвиняемого в суде, в совокупности с исследованным доказательством - содержанием переписки.

Защитник полагает, что из объема предъявленного обвинение подлежало исключение вменяемые в вину ФИО1 заем денежных средств в размере 500 гривен гр.ФИО4-ФИО5, путем перевода ДД.ММ.ГГГГ посредством мобильного телефона с установленным на нем приложением «monobank» со своего карточного счета на карточный счет последнего, как личностные отношения, не связанные с какими либо преступными действиями (финансированием незаконного вооруженного формирования).

Также, защитник указывает, что приговор суда основан на предположениях, не подтвержденных доказательствах по делу.

Указывает, что в нарушении п. 6, 11, 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном приговоре», суд в описательно мотивировочной части приговора не привел обстоятельства, послужившие основанием для вывода о том, что у ФИО1, имеется какое либо негативное отношение к проведению специальной военной операции, что ФИО7 воспринимает ее как недопустимую и требующую прекращения, а также что умыслом ФИО1 охватывался противоправный характер действий, направленный на оказание содействия незаконным вооруженным формированиям, действующим на территории Украины. Доводом защиты в этой части оценка в приговоре не дана.

Указывает, что поведение и действия ФИО1 были обусловлены наличием тяжелых жизненных обстоятельств, связанных с политической ситуацией в стране и вынужденной, альтернативной службе в армии занятие волонтерской деятельностью, чтобы избежать привлечение его в вооруженные силы для участия в вооруженном конфликте, в первую очередь, чтобы не оставить без ухода и присмотра нетрудоспособную больную мать, а также личным не желанием принимать участие в данном конфликте. Вышеизложенное также подтверждается тем, что у ФИО1 на территории Российской Федерации постоянно проживают близкие родственники (родная сестра, являющаяся гражданкой Российской Федерации), к которым он попытался выехать вместе с матерью после начала специальной военной операции для постоянного места жительства, фактом задержания ФИО1 при пересечении административной границы на территории Республики Крым для выезда на постоянное место жительство в Российскую Федерацию.

Также защитник указывает на неправильное применение судом первой инстанции уголовного закона, поскольку диспозиция ч.1 ст.208 УК РФ содержит только указание на наступление ответственности за действия по отношению формирований, не предусмотренных именно федеральным законом и не содержит указания на наступление ответственности за действия в отношение формирований, не предусмотренных законодательством иностранного государства или действующих на территории иностранного государства, т.е. вменяемые в объективную сторону деяния ФИО1 действия не охватывается составом преступления, предусмотренного ч.1 ст.208 УК РФ, поскольку такая ответственность согласно диспозиции статьи могла наступать только за финансирование незаконных вооруженных формирований, действующих в нарушение федерального закона на территории Российской Федерации.

Кроме того, исходя из содержания указанных выше норм уголовно-процессуального закона и диспозиции ч. 1 ст. 208 УК РФ следует, что предметом обвинения за данное преступление и доказывания должны быть в данном случае в обязательном порядке нарушения конкретного федерального закона Российской Федерации. Так как, диспозиция статьи бланкетная, в связи с чем, для установления содержания объективной стороны преступления необходимо указание на конкретные нормы федерального закона, нарушение которых влечет наступление уголовной ответственности по данной статье. Приговор суда таких формулировок и выводов не содержит.

Суд не конкретизировал в приговоре и не сослался на соответствующие законодательные акты Российской Федерации, предусматривающие запрет деятельности каких либо формирований на территории иностранного государства, т.е. нормы закона, которая обосновывала бы выводы суда о распространении ответственности за действия выходящие за пределы юрисдикции Российской Федерации.

Также защитник указывает на неправильное применение уголовного закона в части обвинения - «осуществление сбора средств необходимых для приобретения боевой экипировки и их последующей передачи НВФ «Исламский батальон «Крым».

Обращает внимание, что судом не учтены и не применены положения п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном приговоре», согласно которому, в силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих (формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.), толкуются в пользу подсудимого.

Указывает, что фактические обстоятельства совершенного ФИО1 деяния, которое было связано с предпринятыми попытками приискания средств, а также компетентных лиц и органов и фактически ограничивались со стороны ФИО1 лишь выраженным желанием по просьбе друга оказания ему помощи в приобретении указанных предметов, путем поиска мест официальной продажи и интернет ресурсов, отсутствие причиненного ущерба охраняемым уголовным законом интересам, поскольку действия последнего по покупке и предоставлению указанных предметов не были реализованы (причем, не по причине их пресечения правоохранительными органами, а лично им самим, в связи о попыткой покинуть территорию Украины и выехать на территорию Российской Федерации), дают основания для утверждения о том, что действия, совершенные ФИО1 были связаны лишь с приготовлением к описанным в приговоре действиям.

Таким образом, по мнению защитника, действия ФИО1 в данной части обвинения не могли подлежать квалификации как оконченный состав.

Как указывает защитник, из переписки, содержащейся в телефоне ФИО14, в действиях последнего усматривается только предпринимаемые попытки приискания средств, а также компетентных лиц и органов и фактически ограничивались со стороны ФИО1 лишь выраженным желанием по просьбе друга оказания ему помощи в приобретении указанных предметов, путем поиска мест официальной продажи и интернет ресурсов.

При этом действия ФИО1, направленные на приобретение указанных предметов для НВФ «Исламский батальон «Крым») не были в итоге реализованы.

Материалы уголовного дела не содержат доказательств фактического сбора денежных средств на их приобретение, и их последующей передачи НВФ «Исламский батальон «Крым». В приговоре суда ссылки на соответствующие доказательства не содержится, а выводы суда об этом являются предположениями, не подтвержденными доказательствами.

При таких обстоятельствах и имеющихся доказательствах, по мнению защитника, действия ФИО14 подлежат переквалификации с ч.1 ст.208 УК РФ (с оконченного состава) на ч.1 ст.30, ч.1 ст.208 УК РФ (на приготовление к осуществлению указанных действий).

Также защитник указывает, что судом назначено чрезмерно строгое наказание, не соответствующее личности осужденного и фактическим обстоятельствам дела.

При определении размера наказания, несмотря на применение судом положений ст.64 УК РФ, по мнению защиты не дана надлежащая оценка отсутствию отягчающих обстоятельств, данных о личности подсудимого, его процессуальному поведению на протяжении всего предварительного следствия и судебного производства, объему и пределов совершенных действий ФИО1, а также причинам их совершения, что позволяла признать содеянное малозначительным, а также наличию ряда смягчающих обстоятельств, которые в своей совокупности свидетельствовали об отсутствии той степени общественной опасности, с которыми закон связывает безальтернативную необходимость назначения строгого наказания, и которые хотя формально и перечислены в приговоре, но не были в полной мере учтены судом при вынесения итогового решения по делу.

Судом не дана должная оценка активному содействию ФИО1 в раскрытии и расследовании иных преступлений, а также изобличению лиц их совершивших. При активном содействии ФИО1 СО УФСБ по <адрес> было возбуждено и расследовано уголовное дело в отношении ФИО2, по ч.1 ст.208 УК РФ, по делу вынесен обвинительный приговор.

Указывает, что судом необоснованно не учтено в качестве смягчающих обстоятельств: совершение действий в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, поскольку поведение и действия ФИО1 были обусловлены наличием тяжелых жизненных обстоятельств, связанных с политической ситуацией в стране, вынужденной, альтернативно службе в армии занятие волонтерской деятельностью, что бы избежать привлечение его в вооруженные силы для участия в вооруженном конфликте, в первую очередь, чтобы не оставить без ухода и присмотра нетрудоспособную больную мать, а также личным не желанием принимать участие в данном конфликте; совершение действий в результате психического принуждения действий властей, связанной с угрозой быть призванным в вооруженные силы и привлеченным для участия в вооруженным конфликте; молодой возраст обвиняемого, поскольку на момент совершения инкриминируемых действий ФИО1 исполнилось только 19 лет; малозначительность действий ФИО1, с учетом отсутствие реально наступивших вредных последствий степень и пределы осуществления преступного намерения и конкретных действий, ролью подсудимого, что в совокупности свидетельствует о не существенной степени общественной опасности деяния.

Однако, несмотря на установленные судом все указанные обстоятельства необоснованно и не мотивировано в приговоре, по какой причине суд пришел к выводу что ФИО1 не возможно назначить наказание с применением ст.73 УК РФ в виде условного осуждения, при отсутствии таких ограничений, прямо предусмотренных законом.

Просит приговор Киевского районного суда г.Симферополя от 20 апреля 2023 года в отношении ФИО1, которым он осужден по ч.1 ст.208 УК РФ - изменить. Переквалифицировать действия ФИО1 с ч.1 ст.208 УК РФ на ч.1 ст.30, ч.1 ст.208 УК РФ. Снизить размер назначенного наказания до 2 лет лишения свободы. Применить положения ст.73 УК РФ в виде условного осуждения с установлением испытательного срока.

В возражениях, поданных на апелляционную жалобу, государственный обвинитель Бигвава А.К. указывает на законность и обоснованность приговора, и на справедливость назначенного ФИО1 наказания.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе защитника и дополнению, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

Судебное разбирательство в суде первой инстанции по настоящему уголовному делу проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона о состязательности, равноправии сторон, с выяснением всех юридически значимых для правильного его разрешения обстоятельств, подлежащих доказыванию при его производстве, в том числе касающихся места, времени, способа совершения преступлений, формы вины, мотивов, целей, и в процессе его рассмотрения сторонам были созданы необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им законом прав.

Фактические обстоятельства изложенных в описательно-мотивировочной части приговора действий, совершенных осужденным ФИО1, установлены судом правильно и основаны на оценке совокупности доказательств, полученных в предусмотренном законом порядке, всесторонне и полно исследованных непосредственно в судебном заседании.

Из представленного уголовного дела усматривается, что предварительное расследование по делу проведено в рамках уголовно-процессуального закона. Судебное следствие проведено полно, объективно и всесторонне, на условиях состязательности равноправия сторон.

Выводы суда не содержат предположений и противоречий, которые могли бы повлиять на исход дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, все имеющие значение для правильного разрешения дела, обстоятельства судом выяснены.

Суд первой инстанции по результатам состоявшегося судебного разбирательства, обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему деянии, в обоснование чего привел доказательства, соответствующие требованиям уголовно-процессуального закона по своей форме и источникам получения, признанные в своей совокупности достаточными для вынесения обвинительного приговора.

Вопреки апелляционной жалобе защитника, выводы суда о виновности ФИО1 в финансировании вооруженного формирования, не предусмотренного федеральным законом, соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, подробно изложенных в приговоре, которые согласуются между собой и не противоречат объективной истине по делу.

Так, из оглашенных на основании ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО16 следует, что он является оперуполномоченным ПУ ФСБ России по РК, и ДД.ММ.ГГГГ им проводилось ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» в отношении ФИО1, в ходе которого у последнего был изъят телефон. После изъятия телефона в рамках ОРМ «Исследование предметов и документов» данный телефон был осмотрен в присутствии специалиста, представителей общественности и ФИО1, в ходе исследования на мобильном телефоне был обнаружен мессенджер «WhatsApp», в нем был диалог с лицом записанным как «123», содержащий в себе переписку с лицом, которое отправляло фотографии в военной форме ФИО1, так же он сообщил, что находится в составе вооруженного формирования «Батальон Крым» которое не входит ни в состав ВСУ, ни в состав территориальной обороны. В ходе исследования переписки было установлено, что ФИО1 отправлял денежные средства на обеспечение деятельности батальона, а также осуществлял иные попытки оказания материальной помощи данному батальону. Также на мобильном телефоне были обнаружены диалоги с ещё двумя лицами, с которыми ФИО1 обсуждал организацию материальной помощи участникам батальона в части их снабжения амуницией и экипировкой. Кроме этого, на указанном мобильном устройстве было обнаружено мобильное приложение банка «Monobank», в котором были отображены переводы денежных средств в пользу иных лиц с указаниями на помощи лицам, оказывающим вооруженное противодействие ВС РФ, а также перевод в размере 500 гривен на счет участнику «Батальона Крым». По окончанию осмотра телефон был опечатан, также, ДД.ММ.ГГГГ им (ФИО16) проведено ОРМ «Исследование предметов и документов» в присутствии представителей общественности ФИО17 и ФИО21, а также специалиста ФИО18, исследовалось видео на видеохостинге «youtube», в котором лицо говорит о вооруженном формировании «Батальон Крым», о том, что ему так и не удалось ввести его в состав ТРО или ВСУ, а так же о целях и местах ведения боевых действий против Вооруженных сил Российской Федерации (т.2 л.д. 37-40).

Из показаний свидетеля ФИО19, оглашенных на основании ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ им было проведено оперативно-розыскное мероприятие «Исследование предметов и документов». В ходе данного мероприятия был исследован телеграмм канал, посвященный деятельности незаконного вооруженного формирования «Исламский батальон «Крым», в ходе исследования были обнаружены посты, на которых изображены участники вышеуказанного формирования, в военной одежде и вооруженные огнестрельным оружием, также в ходе исследования были обнаружены видеозаписи, посвященные вышеуказанному батальону. На данных видеозаписях показаны люди, вооруженные огнестрельным оружием, которые говорят о вооруженном захвате Республики Крым и о сопротивлении Вооруженным силам Российской Федерации, участвующим в проведении специальной военной операции на территории Украины. В ходе исследования был записан оптический диск, который был упакован и приобщен к протоколу. Также им были проведены ОРМ «Наведение справок», в ходе которых было установлено, что на территории Украины действует вооруженное формирование «Исламский батальон «Крым» («Батальон Крым», «Батальон Кирим»), не предусмотренное законодательством иностранных государств, в том числе Украины (т.2 л.д. 48-50).

Из показаний свидетеля ФИО20 – оперативного сотрудника ФКУ СИЗО -1 <адрес>, следует, что в начале октября 2022 года в СИЗО-1 находился ФИО1, который обратился к нему и изъявил желание написать явку с повинной. Помимо явки с повинной, им также были отобраны пояснения у ФИО1

Из показаний свидетеля ФИО21, оглашенных на основании ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что он участвовал в качестве представителя общественности при изъятии мобильного телефона у ранее неизвестного ему ФИО1 В ходе осмотра в галерее телефона был обнаружен мессенджер «WhatsApp», в нем был диалог с лицом записанным как «123», содержащий в себе переписку с лицом, которое отправляло фотографии в военной форме ФИО1, так же он сообщил, что находится в составе вооруженного формирования «Батальон Крым» которое не входит не в состав ВСУ не в состав территориальной обороны. В ходе исследования переписки было установлено, что ФИО1 отправлял денежные средства на обеспечение деятельности батальона, а также осуществлял иные попытки оказания материальной помощи данному батальону. Также на мобильном телефоне были обнаружены диалоги с ещё двумя лицами, с которыми ФИО1 обсуждал организацию материальной помощи участникам батальона в части их снабжения амуницией и экипировкой. Кроме этого, на указанном мобильном устройстве было обнаружено мобильное приложение банка «Monobank», в котором были отображены переводы денежных средств в пользу иных лиц с указаниями на помощи лицам оказывающим вооруженное противодействие ВС РФ, а так же перевод в размере 500 гривен на счет участнику «Батальона Крым». В тот же день, ФИО21 и второй понятой участвовали в проведении ОРМ «Исследование предметов и документов», а именно видео на видеохостинге «youtube», в котором лицо говорит о вооруженном формировании «Батальон Крым», о том, что ему так и не удалось ввести его в состав ТРО или ВСУ, а также о целях и местах ведения боевых действий против Вооруженных сил Российской Федерации. (т. 2 л.д.41-44).

Из показаний свидетелей ФИО23 и ФИО24, оглашенных на основании ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ он иучаствовал в качестве представителя общественности при проведении ОРМ «Исследование предметов и документов». В ходе ОРМ «Исследование предметов и документов» был исследован телеграмм канал, посвященный деятельности незаконного вооруженного формирования «Исламский батальон «Крым», в ходе исследования были обнаружены видеозаписи, на данных видеозаписях показаны люди вооруженные огнестрельным оружием, в военной форме, проходящие боевую подготовку, которые говорят о вооруженном захвате Республики Крым и о сопротивлении Вооруженным силам Российской Федерации участвующим в проведении специальной военной операции на территории Украины. По окончании произведенного мероприятия сотрудник ФСБ России загрузил просмотренные видеозаписи на оптический диск, а также составил соответствующий протокол, который был заверен подписями всех присутствующих (т.2 л.д. 51-53, т. 2 л.д. 54-56).

Из показаний ФИО1, данных им в качестве подозреваемого и обвиняемого, в присутствии защитника, оглашенные в порядке ч.1 ч.1 ст. 276 УПК РФ, следует, что ему известен член добровольческого вооруженного формирования «Исламского батальона «Крым» ФИО4-ФИО5 (в телефонной книге записан как «123»), в «батальоне» занимает должность снайпера, имеет позывной «Талиб», он является его близким другом, с которым он с 2018 по 2020 гг. совместно обучался в исламском колледже «Имам Хатиб» в <адрес>. Ему известно, что ФИО4-ФИО5 участвует в боевых действиях против ВС РФ при проведении специальной военной операции на территории Украины. ДД.ММ.ГГГГ в переписке мессенджера «Whats`app» к ФИО1 обратился ФИО4-ФИО5 с просьбой о переводе денежных средств в размере 1000 гривен на продукты питания для осуществления деятельности «Исламского батальона «Крым», в тот же день ФИО1 осуществил перевод денежных средств в приложении «Monobank» в размере 500 гривен на счет №, со своего банковского счета №. Также ФИО1 переводил денежные средства на различные фонды, которые осуществляют финансирование как ВСУ, территориальной обороны и других военизированных формирований. После этого ДД.ММ.ГГГГ в переписке с ФИО4-ФИО5 последний обратился с просьбой о покупке в <адрес> магазинов на АК-74 под патрон 5.45 мм в количестве 3 штук, на что ФИО1 дал согласие. ФИО4-ФИО5 осуществил пересылку фотографий магазинов к автомату, после чего ФИО1 предпринял попытку к их покупке, однако не смог их приобрести в силу того что их не было в наличии в военторгах. Так же в дальнейшем при общении с ФИО4-ФИО5 ФИО1 задал вопрос о том, что именно необходимо для оказания ему помощи и осуществления деятельности батальона, на что ФИО4-ФИО5 ответил: «10 бронежилетов, 10 разгрузочных систем, 10 шлемов, 10 пар тактических перчаток. ФИО1 попросил номер старшего для уточнения информации о поставках военной экипировки. ФИО4-ФИО5 отправил ему номер одного из руководителей «батальона» с именем «Абдульхаким Ага». С целью уточнения необходимости закупки военного снаряжения, ФИО1 вступил в диалог с «Абдульхаким Ага», в ходе которого от последнего получил подтверждение о необходимости в снаряжении и обмундировании для участников «Исламского батальона «Крым». С целью оказания помощи «Исламскому батальону «Крым» ФИО1 направился в организацию «Меджлис крымско-татарского народа» в <адрес>. По прибытии его встретил представитель «Меджлиса» и ФИО1 предал список необходимого снаряжения и указал на необходимость их закупки для нужд «Исламского батальона «Крым». В мае 2022 г. в «Инстаграмм» ФИО1 познакомился с лицом по имени Лейла, которое состоит в крымско-татарской диаспоре в США. В переписке с Лейлой ФИО1 обратился к ней с просьбой организации гуманитарной помощи и военного снаряжения на нужды «Исламского батальона «Крым», на что Лейла ответила, что постарается оказать содействие (т. 1 л.д. 216-221, 247-251, 259-263).

Также виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления подтверждена письменными доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия, в частности:

- рапортом об обнаружении признаков преступления, согласно которому гражданин Украины ФИО1, имея умысел на совершение противоправной деятельности в ущерб интересам Российской Федерации, занимался финансированием незаконного вооруженного формирования «батальон Крым» и других неправительственных военизированных формирований на территории Украины (т. 1 л.д. 16-17);

- рапортом об обнаружении признаков преступления УФСБ России по <адрес> и <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ перевел денежные средства на банковский счет, принадлежащий одному из членов незаконного вооруженного формирования «Батальон Крым» (т. 1 л.д. 141-142),

- явкой с повинной ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, в которой он в присутствии адвоката сообщил об обстоятельствах финансирования вооруженного формирования «Исламский батальон Крым», не предусмотренного федеральным законом. Также сообщил о том, что совершил платеж для исламского батальона «Крым» в сумме 500 гривен (т. 1 л.д. 12-14).

- протоколом осмотра предметов и документов - мобильного телефона марки «SAMSUNG», ноутбука марки «ASUS», которые содержат переписки в приложениях «WhatsApp», «Messenger» между ФИО1 и участником «Исламский батальон «Крым» ФИО4. Характер указанной переписки свидетельствует о том, что ФИО1 активно осуществляет сбор средств для помощи батальону «Крым», в том числе на экипировку, амуницию.

Так же на мобильном телефон марки «SAMSUNG» (IMEI: ДД.ММ.ГГГГ) имеется приложение «Monobank», в котором содержится информация о переводе денежных средств участнику «Исламского батальона «Крым»:

ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. 24 мин. осуществлен перевод денежных средств на счет № в размере 500 гривен (т. 2 л.д. 76-122);

- протоколом осмотра предметов и документов – интернет-канала мессенджера «Telegram» – «Спецпiдроздiл «Крим» (электронный адрес – <адрес>). На вышеуказанном телеграмм канале и оптическом диске содержатся видеозаписи, на которых изображены люди в камуфлированной форме, на которой имеется отличительный знак (шеврон), с изображением двух скрещенных саблей, крымско-татарского символа и названием «Крим». На видео демонстрируется показательная тактико-специальная и огневая подготовка людей в камуфлированной военной форме с масками-балаклавами на голове, огневая (стрелковая) подготовка с использование автоматического огнестрельного оружия; минно-взрывная подготовка (т.1, л.д.155-180, т. 2 л.д. 129-158);

- протоколом осмотра предметов и документов – видеозаписи, размещенной в информационно – телекоммуникационной сети «Интернет»: видеохостинг «Ютуб», ссылка: (https://youtu/be/MLoV6REmNw8). На данном видео командир «батальона Крым» Иса ФИО8 высказывается по тематике безуспешной легализации «батальона Крым», ссылаясь на ущемление мусульманского населения на Украине. Кроме того ФИО8 освещает другие темы, касаемо деятельности «батальона Крым». (т. 1 л.д. 133-138, т. 2 л.д. 60-64);

- протоколом ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого у ФИО1 были изъяты - мобильный телефон марки «SAMSUNG», и ноутбук марки «ASUS» черного цвета. (т. 1 л.д. 34-37);

- протоколом исследования предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ – мобильного телефона марки «SAMSUNG» и ноутбука марки «ASUS» черного цвета, содержащих на себе переписки в приложениях «WhatsApp», «Messenger» содержащие в себе переписку с участником «Исламский батальон «Крым». Из содержания переписки следует, что ФИО1 интересуется обеспечением батальона, предлагает перечислить 500 гривен на продукты питания, а также сообщается о том, что может организовать сбор средств для покупки экипировки. ФИО1 направлен номер карты для перевода денежных средств. Также на мобильном телефон марки «SAMSUNG» имеется приложение «Monobank», в котором содержится информация о переводе денежных средств участнику «Исламского батальона «Крым»: ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. 24 мин. осуществлен перевод денежных средств на счет № в размере 500 гривен. (т. 1 л.д. 38-132);

- протокол проведения ОРМ «Наведение справок» от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого установлено, что Батальон «Крым» - крымскотатарский добровольческий батальон, укомплектованный преимущественно из представителей крымских татар, а также из чеченцев и других представителей народов Северного Кавказа. С 2014 года по настоящее ФИО2 (Иса ФИО8) является командиром батальона «Исламского батальона «Крым»» («Батальон Крым», «Батальон Кирим»).Изначально база батальона находилась в <адрес>. По ряду данных, небольшие подразделения из формируемого батальона «Крым» принимали участие в боях в районе Иловайска и Амвросиевки в августе 2014 года. С 2015 года основная зона дислокации батальона является <адрес> и <адрес> (т. 1 л.д. 146-147);

- протоколом проведения ОРМ «Наведение справок» от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого из Главного Разведывательного Управления Генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации (рег. №/И/03306 от ДД.ММ.ГГГГ) получены данные о том, что «Исламский батальон «Крым» («Батальон Крым», «Батальон Кирим») не является вооруженным формированием, предусмотренным законодательством иностранных государств, в том числе Украины (т. 1 л.д. 148-149);

- протоколом проведения ОРМ «Наведение справок» от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого получена информация о том, что гражданин ФИО9 Халилович, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженец <адрес> Украины, ДД.ММ.ГГГГ пересек Государственную границу Российской Федерации через МАПП «Джанкой» (российско-украинский участок границы) (т. 1 л.д. 150);

- протоколом проведения ОРМ «Наведение справок» от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого получена информация о том, что гражданин ФИО9 Халилович, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженец <адрес> Украины, проживающий по адресу: Украина, <адрес>, пгт. Новоалексеевка, <адрес>, причастен к финансированию незаконного вооруженного формирования «Исламский батальон Крым». ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 перевел 500 гривен (в соответствии с курсом центрального банка Российской Федерации 989,94 р.) на банковский счет, принадлежащий одному из членов «Исламского батальона Крым» - ФИО4-ФИО5. (т. 1 л.д. 151);

- протоколом проведения ОРМ «Наведение справок» от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого получена информация о том, что в отношении гражданина Украины ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (Иса ФИО8, глава незаконного вооруженного формирования «Исламский батальон Крым»), уроженца Узбекской ССР возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 208 УК РФ. (т.1 л.д. 152-154).

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, все доказательства суд проверил и оценил в соответствии с требованиями ст.ст.87,88 УПК РФ, сопоставил их между собой и дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора. Не согласиться с приведенной в приговоре оценкой доказательств у судебной коллегии оснований не имеется.

Вопреки доводам жалоб судебная коллегия считает, что оперативно-розыскные мероприятия были проведены в строгом соответствии с задачами, предусмотренными Федеральным законом "Об оперативно-розыскной деятельности" и нарушений процессуального законодательства, влекущих признание этих доказательств недопустимыми, допущено не было.

Передача результатов оперативно-розыскных мероприятий в распоряжение следователя осуществлена на основании соответствующего постановления в соответствии с действующей Инструкцией о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд, а потому после закрепления их процессуальным способом они приобрели свое доказательственное значение (т. 1 л.д. 18-23, 143-145, 187-188).

Оперативные сотрудники ФИО16 и ФИО22, а также свидетель ФИО23 и ФИО24 в своих подробных и непротиворечащих друг другу показаниях сообщили об обстоятельствах производства комплекса оперативно-розыскных мероприятий, направленных на выявление и пресечение преступной деятельности осужденного. Эти показания согласуются с иными данными, полученными в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий.

Показания свидетелей судом обоснованно признаны достоверными и положены в основу приговора, поскольку получены в соответствии с законом, согласуются между собой в деталях, дополняют друг друга и подтверждаются другими, исследованными судом доказательствами, в частности: материалами оперативно-розыскных мероприятий "Наведение справок".

Судом сделан верный вывод о том, что все доказательства, представленные стороной обвинения, исследованные в ходе судебного разбирательства, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, то есть являются относимыми и допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, имеют непосредственное отношение к предъявленному ФИО1 обвинению, в том числе материалы ОРМ «Наведение справок», протоколы осмотра предметов и документов, и в своей совокупности являются достаточными для разрешения уголовного дела, в связи с чем доводы апелляционной жалобы защитника в этой части являются несостоятельными.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, признательные показания ФИО1, данные им в качестве подозреваемого и обвиняемого, оглашенные в соответствии с п.1 ч.1 ст. 276 УПК РФ, обоснованно признаны судом правдивыми и положены в основу приговора, поскольку они являются последовательными, согласуются с другими доказательствами, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, даны им в присутствии защитника, что исключало какое-либо незаконное воздействие на ФИО1 со стороны сотрудников правоохранительных органов. Нарушений уголовно-процессуального законодательства при допросе ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого, влекущих признание его показаний недопустимыми доказательствами, судом не установлено.

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, оглашенные в порядке п.1 ч.1 ст. 276 УПК РФ показания ФИО1 были проверены и оценены судом в строгом соответствии со ст.ст. 87, 88 УПК РФ.

Доводы жалобы об исключении из объема обвинения обстоятельства перечисления осужденным 500 гривен члену батальона «Крым» ФИО4-ФИО5 не подлежат удовлетворению, поскольку характер переписки между ФИО1 и членом батальона «Крым» ФИО4-ФИО5, исследованной в суде первой инстанции, свидетельствует о том, что ФИО1 достоверно знал о том, что его знакомый ФИО4 находится в незаконном вооруженном формировании – Батальоне «Крым» и данному батальону, членом которого является его товарищ, требуется боевая экипировка, а также продукты питания.

Также судом первой инстанции изучались предоставленные стороной защиты фотографии и скриншот перечисления с карты, которые, по мнению защитника, свидетельствуют о возврате ФИО4 суммы займа в размере 500 гривен, 01 декабря, и им дана надлежащая оценка. Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что из содержания данных фотографий невозможно достоверно установить, кем именно осуществлен вышеуказанный перевод денежных средств, в связи с чем, они правомерно отклонены судом первой инстанции и также не принимаются судом апелляционной инстанции.

Кроме того, содержание обнаруженной в мобильном телефоне и ноутбуке переписки в приложениях «WhatsApp», «Messenger» между Куртаметом и участником «Исламский батальон «Крым» ФИО4 свидетельствуют о том, что ФИО1 активно осуществляет сбор средств для помощи батальону «Крым», в том числе на экипировку, амуницию.

Доводы стороны защиты о том, что на момент перечисления денежных средств, он не знал, что его знакомый состоит в батальоне «Крым», который запрещен, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку из исследованной в суде первой инстанции переписки между подсудимым и ФИО4, следует, что уже ДД.ММ.ГГГГ подсудимый интересуется, состоит ли батальон только из крымских татар. ДД.ММ.ГГГГ в переписке подсудимому указано: «Если что покажешь нашего муфтия и скажешь, батальон «Крым».

Версия осужденного о его неосведомленности о незаконности батальона «Крым», а также о перечислении 500 гривен в качестве займа, является несостоятельной и опровергается совокупностью последовательных, непротиворечивых и согласующихся между собой доказательств, положенных в основу приговора

Доводы защитника о том, что суд в описательно мотивировочной части приговора не привел обстоятельства, послужившие основанием для вывода о том, что у ФИО1, имеется какое-либо негативное отношение к проведению специальной военной операции, что ФИО7 воспринимает ее как недопустимую и требующую прекращения, а также что умыслом ФИО1 охватывался противоправный характер действий, направленный на оказание содействия незаконным вооруженным формированиям, действующим на территории Украины, не являются безусловным основанием для отмены приговора, поскольку действия осужденного ФИО25 выразившиеся в финансировании вооруженного формирования, не предусмотренного федеральным законом, имели место в период проведения Вооруженными силами Российской Федерации специальной военной операции по денацификации и демилитаризации на территории Украины.

Доводы защитника о неправильном применении судом первой инстанции уголовного закона, поскольку ответственность по ч.1 ст. 208 УК РФ могла наступить только за финансирование незаконного вооруженного формирования, действующего в нарушение федерального закона на территории Российской Федерации, являются не состоятельными.

Так, уголовная ответственность по ст. 208 УК РФ предусмотрена за совершение определенных действий в отношении вооруженного формирования (объединения, отряда, дружины или иной группы), не предусмотренного федеральным законом.

Согласно разъяснениям, данным в п. 26 постановления Пленума ВС РФ N 1 от 9 февраля 2012 года "О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности", под финансированием незаконного вооруженного формирования (ч. 1 ст. 208 УК РФ) следует понимать предоставление или сбор средств либо оказание финансовых услуг с осознанием того, что они предназначены для обеспечения деятельности объединения, отряда, дружины или иной группы.

Так, в ходе судебного заседания судом первой инстанции достоверно установлено, что ФИО1 осуществлял сбор средств и финансирование вооруженного формирования на территории иностранного государства, целью которого является противодействие Вооруженным силам Российской Федерации в проведении специальной военной операции, что, очевидно, противоречит интересам Российской Федерации. Незаконное вооруженное формирование «Исламский батальон «Крым», финансирование которого осуществлял ФИО1, представляет собой объединение, где действует устойчивая система подчиненности, и материального обеспечения, объединенных общей целью, оснащенных оружием различного вида.

Также, суд первой инстанции исходил из того, что указанное незаконное вооруженное формирование не предусмотрено законодательством Украины, о чем ФИО1 достоверно известно.

При этом, вооруженное формирование "Исламский батальон «Крым» федеральными законами РФ не было предусмотрено, и не признание незаконного вооруженного формирования «Исламский батальон «Крым» запрещенной на территории Российской Федерации, не имеют какого-либо юридического значения для квалификации действий ФИО1 и для вывода об отсутствии состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.208 УК РФ.

Кроме того, согласно выписке ГРУ Генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации, по имеющейся информации «Исламский батальон «Крым» не является вооруженным формированием, предусмотренным законодательством иностранных государств, в том числе Украины, действующие в целях, противоречащих интересам Российской Федерации (том 1 л.д. 149).

Вопреки доводам апелляционной жалобы оснований для переквалификации действий осужденного на ч.1 ст. 30-ч.1 ст.208 УК РФ как приготовление к финансированию вооруженного формирования, не предусмотренного федеральным законом, о чем указано в апелляционной жалобе, у суда не имелось, не усматривает таких суд апелляционной инстанции, поскольку состав преступления формальный, деяние окончено с момента финансирования незаконного вооруженного формирования.

Таким образом, достаточная совокупность объективно исследованных судом первой инстанции доказательств, которые в силу ст. 88 УПК РФ были оценены с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, позволила суду сделать правильный вывод о доказанности вины ФИО1 в полном объеме предъявленного ему обвинения, т.е. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 208 УК РФ. Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены верно.

Каких-либо доказательств, ставящих под сомнение допустимость положенных в основу приговора доказательств, в материалах дела не содержится.

Суд проанализировал не только доказательства, представленные стороной обвинения, но и представленные стороной защиты, при этом в приговоре указал основания, по которым одни доказательства были признаны достоверными, а другие - отвергнуты.

С учетом изложенного судебная коллегия находит, что выводы суда о совершении ФИО1 преступления надлежащим образом мотивированы в приговоре и не вызывают сомнений в их обоснованности.

Обвинительный приговор постановлен с соблюдением требований, предусмотренных ст. ст. 303, 304, 307 - 309 УПК РФ и предъявляемых к его форме и содержанию. Решения по всем вопросам, подлежащим разрешению в порядке ст. 299 УПК РФ, мотивированы и основаны на правильном применении закона.

Действия осужденного ФИО1 правильно квалифицированы судом первой инстанции по ч.1 ст. 208 УК РФ как финансирование вооруженного формирования, непредусмотренного федеральным законом

Оснований для иной квалификации содеянного, с учетом собранных по делу доказательств, не имеется.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного, суд первой инстанции при назначении вида и размера наказания осужденному, в соответствии с требованиями ст.ст. 6,43, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, личность виновного, в том числе, смягчающие наказание обстоятельства, а также отсутствие отягчающих обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

При назначении наказания осужденному судом первой инстанции учтены и правильно оценены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое, в силу ст. 15 УК РФ, относится к особо тяжкому преступлению.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, судом первой инстанции при назначении наказания была дана оценка личности ФИО1, принято во внимание, что он ранее не судим, на учете у врачей наркологов и психиатров не состоит, согласно характеристикам из ФКУ СИЗО № УФСИН России по РК и городу Севастополю и ФКУ СИЗО № 2 УФСИН России по РК и городу Севастополю ФИО1 характеризуется положительно.

Согласно заключению судебной психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 каким-либо тяжелым психическим расстройством не страдал и не страдает, может осознавать общественную опасность своих действий и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается.

Судом первой инстанции обстоятельствами, смягчающими наказание верно признаны: по п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ – явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ – наличие на иждивении подсудимого нетрудоспособной матери, страдающей рядом заболеваний, и нуждающейся в постороннем уходе, совершение преступления впервые, содействие подсудимого в раскрытии иных преступлений, наличие положительных характеристик.

Суд первой инстанции верно не нашел оснований для признания ФИО1 в качестве смягчающих наказание обстоятельств совершение преступления вследствие стечения тяжелых жизненных обстоятельств и психологического принуждения, поскольку в ходе судебного рассмотрения соответствующих обстоятельств судом не установлено, не установлено таких обстоятельств и судом апелляционной инстанции.

Все перечисленные смягчающие обстоятельства, учтены судом первой инстанции при назначении наказания и не уменьшают степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления.

Обстоятельств, отягчающих наказание виновного, судом первой инстанции также обоснованно не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Учитывая все указанные обстоятельства в совокупности, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, что для достижения целей наказания, закрепленных в ч. 2 ст. 43 УК РФ, ст. 60 УК РФ, исправление ФИО1, как и предупреждение совершения им новых преступлений, возможно только в условиях изоляции от общества, с назначением наказания в виде лишения свободы.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с ч.1 ст. 208 УК РФ, с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ и ч. 1 ст. 64 УК РФ, то есть ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч.1 ст. 208 УК РФ, без дополнительного наказания в виде ограничения свободы, поскольку ФИО1 является гражданином иностранного государства.

Судебная коллегия считает, что степень общественной опасности совершенного осужденным ФИО1 преступления не позволяет применить положения ст. 73 УК РФ, равно как и изменить категорию преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Доводы осужденного о том, что назначенное наказание является чрезмерно суровым, являются несостоятельными, поскольку наказание ФИО1 назначено с учетом конкретных обстоятельств дела, данных о его личности.

Вид исправительного учреждения назначен осужденному верно, в соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ, с учетом ч.2.1 ст. 58 УК РФ.

Исходя из обстоятельств совершенного преступления, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, судебная коллегия не усматривает оснований и для прекращения в отношении ФИО1 уголовного дела на основании ч. 2 ст. 14 УК РФ.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Как следует из материалов уголовного дела суд в обоснование своего вывода о виновности ФИО1 в совершении преступлений сослался в приговоре на показания допрошенного в качестве свидетелей – оперативного сотрудника ФКУ СИЗО-1 <адрес> ФИО20 об обстоятельствах совершенного ФИО1 преступления, ставших ему известными при оформлении явки с повинной и отобрании пояснений у ФИО1

По смыслу закона, оперативный сотрудник и следователь могут быть допрошены в суде только по обстоятельствам проведения того или иного следственного действия при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях выяснения содержания показаний допрошенного лица. Поэтому показания этой категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно из их бесед либо во время допроса подозреваемого (обвиняемого), свидетеля, при оформлении протокола о явки с повинной не могут быть использованы в качестве доказательств виновности подсудимого.

Изложенное соответствует и правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом РФ в Определении N 44-О от 6 февраля 2004 года, согласно которой положения ст. 56 УПК РФ, определяющей круг лиц, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, не исключает возможность допроса дознавателя, следователя, проводивших предварительное расследование по уголовному делу, в качестве свидетелей об обстоятельствах производства отдельных следственных и иных процессуальных действий.

Вместе с тем эти положения, подлежащие применению в системной связи с другими нормами уголовно-процессуального законодательства, не дают оснований рассматривать их как позволяющие суду допрашивать дознавателя и следователя о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, и как допускающие возможность восстановления содержания этих показаний вопреки закрепленному в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ правилу, согласно которому, показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде, относятся к недопустимым.

Таким образом, исходя из приведенных положений закона, суд не вправе допрашивать дознавателя и следователя, равно как и сотрудника, осуществляющего оперативное сопровождение дела, о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, восстанавливать содержание этих показаний вопреки закрепленному в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ правилу, согласно которому показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденные им в суде, относятся к недопустимым доказательствам. Тем самым закон исключает возможность любого, прямого или опосредованного использования содержащихся в них сведений.

При указанных обстоятельствах, Судебная коллегия приходит к выводу о том, что показания свидетеля ФИО20 относительно сведений, которые ему стали известны при оформлении явки с повинной и отобрании пояснений у ФИО1 в отсутствие его защитника, не могут быть использованы в качестве доказательства виновности осужденного и подлежат исключению из числа доказательств по делу.

Вместе с тем Судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора, поскольку исключение указанных доказательств не повлияло на правильность выводов суда о достаточности уличающих доказательств виновности ФИО1 в инкриминированном ему преступлении.

Иных нарушений закона, являющихся в силу ст. 389.15 УПК РФ основанием для отмены или изменения приговора, не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 20 апреля 2023 года в отношении ФИО1 – изменить.

Исключить из мотивировочной части приговора ссылку на показания свидетеля ФИО20 в части сведений о совершенном преступлении, о которых ему стало известно при оформлении явки с повинной и отобрании пояснений у ФИО1, как на доказательства, подтверждающие виновность осужденного.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Юнуса Р.М. без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения. Судебное решение вступает в законную силу со дня его вынесения. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи