Решение по делу № 2-695/2025 от 19.01.2026 - о признании незаконными приказов о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановлении на работе, обязании оформить отпуск по уходу за ребенком, взыскании компенсации морального вреда.

66RS0021-01-2025-001025-31

Дело №2-695/2025

Мотивированное решение изготовлено 19 января 2026 года

РЕШЕНИЕ

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

г. Богданович 24 декабря 2025 года

Богдановичский городской суд Свердловской области в составе председательствующего Саловой М.П.,

при секретаре Мартьяновой О.В.,

с участием процессуального истца - помощника Богдановичского городского прокурора Гусельниковой Н.П.,

материального истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Богдановичского городского прокурора, действующего в интересах ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании незаконными приказов о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановлении на работе, обязании оформить отпуск по уходу за ребенком, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

Богдановичский городской прокурор, действующий в интересах ФИО1 обратился в суд к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3) о признании незаконными приказов о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановлении на работе, обязании оформить отпуск по уходу за ребенком, взыскании компенсации морального вреда. В обоснование своих требований указал, что Богдановичской городской прокуратурой в ходе рассмотрения обращения ФИО1 выявлены нарушения трудового законодательства в деятельности ИП ФИО3 Так, 01.09.2023 между ФИО1 и ИП ФИО3 был заключен трудовой договор №БП22-03, в соответствии с которым ФИО1 принята на работу к ИП ФИО3 на должность «повар» с окладом 16 520 руб. 00 коп. в операционный отдел г. Богданович. Приказом № от 06.08.2025 ФИО1 была уволена на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Указывает, что увольнение ФИО1 является незаконным, поскольку к трудовому договору № от 01.09.2023 представлено дополнительное соглашение №3 от 23.07.2025, в соответствии с п. 1 которого стороны договорились расторгнуть указанный трудовой договор по соглашению сторон в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Экземпляр дополнительного соглашения подписан работодателем и работником, второй экземпляр получен работником. На основании дополнительного соглашения издан приказ о расторжении трудового договора №, подписанный сторонами, работник ознакомлен с его содержанием. Согласно объяснениям ФИО1, подписание дополнительного соглашения носило вынужденный характер, поскольку работодатель отказывался выплатить начисленные выплаты в размере 102 362 руб. 00 коп. без подписания указанного документа, а она нуждалась в денежных средствах перед родами. При этом, дата увольнения, указанная в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования РФ, дата подписания дополнительного соглашения и изданного на его основании приказа о расторжении трудового договора не совпадают. ИП ФИО3 по запросу предоставлена информация №7 от 11.09.2025 о предоставлении подтверждающих документов, в соответствии с которыми трудовой договор с ФИО1 расторгнут 07.03.2025 на основании приказа №. При этом, дата увольнения, указанная в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования РФ и дата увольнения, указанная в приложенном приказе, также не совпадают. ФИО1 в период с 19.05.2025 по 05.10.2025 находилась в отпуске по беременности и родам на основании листа нетрудоспособности № от 19.05.2025, что также подтверждается приказом работодателя о предоставлении отпуска работнику № от 19.05.2025. Таким образом, заключение соглашения об увольнении по соглашению сторон являлось вынужденным, а увольнение в период отпуска работника по инициативе работодателя является незаконным. Просит признать приказы ИП ФИО3 №60 от 06.08.2025, № от 23.07.2025, № от 07.03.2025 об увольнении ФИО1 незаконными; восстановить ФИО1 на работе у ИП ФИО3 в должности повара в Операционном отделе г. Богданович; после окончания отпуска по беременности и родам оформить ФИО1 отпуск по уходу за ребенком ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; взыскать с ИП ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Определением судьи от 21.10.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области.

В письменном отзыве на исковое заявление представитель ответчика ИП ФИО3 – ФИО2 указал, что ФИО1 самостоятельно изъявила желание уволиться по собственному желанию, написав заявление дистанционно и отправив его посредством мессенджера WhatsApp, в дальнейшем принесла заявление лично, данного заявления в настоящее время предоставить не может. Отсутствие какого-либо давления подтверждается перепиской между истцом и ответчиком. Свое намерение уволиться истец мотивировала тем, что она не будет нуждаться в пособиях и денежные средства ей нужны сейчас. Ей были разъяснены последствия написания заявления об увольнении по собственному желанию. В дальнейшем ввиду неизвестных стороне ответчика обстоятельств истец поменяла свое мнение относительно увольнения и обратилась в суд. Полагает, что оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

Как следует из письменного отзыва на исковое заявление третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области, ФИО1 в период с 01.09.2023 по 06.08.2025 осуществляла трудовую деятельность в ИП ФИО3 В период действия трудового договора в организации-работодателя по электронному листку нетрудоспособности №№ был оформлен отпуск по беременности и родам на период с 19.05.2025 по 05.10.2025 и в последствии Отделением Фонда назначено пособие по беременности и родам. Расчет размера пособия по беременности и родам был произведен в соответствии со ст. 11 Закона №255-ФЗ в размере 100 процентов среднего заработка застрахованного лица и составил 173 803 руб. 00 коп. 06.08.2025 трудовые отношения между ИП ФИО3 и ФИО1 были прекращены по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, соответственно, на дату прекращения трудовых отношений ФИО1 утратила статус застрахованного лица, утратила законные основания для оформления отпуска по уходу за ребенком через организацию-работодателя и последующего назначения Отделением Фонда пособия по уходу за ребенком до исполнения им возраста полутора лет. 11.09.2025 ФИО1, находясь в статусе неработающей, обратилась в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области через Единый портал государственных и муниципальных услуг с заявлением о назначении ежемесячного пособия в связи с рождением и воспитанием ребенка ФИО4, 30.07.2025 года. Отделением Фонда было вынесено решение о назначении ежемесячного пособия в связи с рождением и воспитанием ребенка в размере 12 771 руб. 75 коп. на период с 01.07.2025 по 30.06.2026 г. 11.09.2025 и 21.09.2025 ФИО1 в Отделение Фонда через Единый портал государственных и муниципальных услуг были поданы заявления о назначении ежемесячного пособия по уходу за ребенком. В связи с назначением ФИО1 пособия в связи с рождением и воспитанием ребенка, рассчитанный размер которого больше рассчитанного размера ежемесячного пособия по уходу за ребенком, в соответствии с ч. 9 ст. 13 Закона №81-ФЗ, по данным заявлениям вынесены решения об отказе в назначении пособия по уходу за ребенком.

В судебном заседании процессуальный истец - помощник Богдановичского городского прокурора Гусельникова Н.П. и материальный истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить. ФИО1 пояснила, что работодатель вынудил ее подписать дополнительное соглашение от 23.07.2025 года, в противном случае он бы не выплатил ей те декретные, которые были ей положены исходя из фактической заработной платы, поскольку официально ей выплачивалась сумма в размере минимального размера оплаты труда, остальная часть заработной платы выплачивалась ей на руки или на банковскую карту. Она неоднократно обращалась к работодателю о выплате ей указанной выплаты, однако работодатель уклонялся от выплаты, уволиться она никогда не желала, ей нравилась ее работа. 23.07.2025 года она пришла на рабочее место, через два дня ей нужно было приехать в роддом, а через неделю она родила ребенка, в связи с чем по состоянию на 23.07.2025 года она нуждалась в денежных средствах. Ответчик дал ей две бумаги с уже заполненным текстом, что ей выплачена денежная сумма в размере 102 362 руб. и она претензий к работодателю не имеет, данные документы были напечатаны, она лишь поставила в них свои подписи, но увольняться она не хотела, об увольнении ей ничего известно не было, она думала, что она не уволена, ей стало известно об этом из портала «Госуслуги», в приложении которого она увидела, что уволена 06.08.2025 года. Увольняться она никогда не хотела, никаких разговоров между ней и бухгалтером относительно увольнения не велось. С требованием о выплате ей 102 362 руб. 00 коп. к работодателю она обращалась неоднократно. Действительно она подписала дополнительное соглашение 23.07.2025 года после перевода ей денежных средств, однако она как честный человек исполнила то, о чем просил ее работодатель, без подписания данного соглашения, указанная сумма ей бы не была выплачена, тогда как она в ней нуждалась. В переписке между ней и ответчиком, на которую ссылается представитель ответчика, речь идет о ее заявлении от 05.07.2025 года, в котором она просит предоставить ей копии трудового договора и приказа о приеме на работу. Фраза «До скорых встреч, моя любимая работа» являлась ее статусом, выставленном в приложении Ват сап 19.05.2025 года, когда ей был предоставлен отпуск по беременности и родам. Причиненный ей моральный вред в заявленной в исковом заявлении сумме она обосновывает тем, что в тот момент она находилась в состоянии беременности, испытывала нравственные переживания, что сказывалось на состоянии ее здоровья.

Представитель ответчика ИП ФИО3 - ФИО2 заявленные исковые требования не признал, просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, в том числе и в связи с пропуском истцом срока на обращение с исковым заявлением, поскольку трудовые отношения с ФИО1 были прекращены на основании приказа о расторжении трудового договора от 23.07.2025. С исковым заявлением Богдановичский городской прокурор обратился в суд 24.09.2025, тогда как срок на обращение за судебной защитой истек, оснований для восстановления пропущенного срока не имеется. Обращает внимание, что материальная помощь в размере 102 362 руб. 00 коп. рассчитывалась самим истцом, данные денежные средства были перечислены работодателем истцу до подписания ею дополнительного соглашения от 23.07.2025 года о расторжении трудового договора, следовательно, истец могла и не подписывать данное соглашение, однако она добровольно подписала данное соглашение, какое-либо давление на нее не оказывалось, волеизъявление истца было направлено на прекращение трудовых отношений с ответчиком. Полагает, что впоследствии у истца изменилась жизненная ситуация и истец решила обратиться в прокуратуру и в дальнейшем с настоящим исковым заявлением. Так как истец неоднократно говорила о том, что она желает уволиться, с ней проводились беседы, ее уговаривали остаться на работе, в связи с чем бухгалтером ошибочно были изданы приказы № от 07.03.2025, от 06.08.2025, действительным является приказ от №к от 23.07.2025. В заявлении в прокуратуру истец указывает, что она не знала об увольнении, из переписки следует, что она знала об увольнении. Из переписки между истцом и ответчиком также не следует, что на нее оказывалось какое-либо давление. В связи с тем, что между работодателем и истцом были нормальные отношения после расторжения между ними трудового договора, истец действительно осуществляла трудовые функции, однако это не может свидетельствовать об удовлетворении заявленных требований. Относительно допроса свидетеля ФИО5 указал, что в коридоре суда он наблюдал, как истец подсказывала свидетелю, что нужно говорить, в частности даты, когда она осуществляла трудовую деятельность.

Свидетель ФИО6 суду показала, что является главным бухгалтером ООО «Семейные ценности», с которым у ИП ФИО3 заключен договор на ведение кадрового учета, составление и сдачу отчетов. Истец является одним из работников ИП ФИО3 Относительно ее увольнения пояснила, что истец решила уволиться, с ней проводились беседы о том, зачем ей увольняться, что она лишится декретных выплат, последствия увольнения истцу разъяснялись, но истец настаивала на увольнении. Издание трех приказов об увольнении истца объяснила тем, что с истцом велись переговоры относительно ее увольнения, она то увольнялась, то не увольнялась, в результате чего было издано три приказа. Какого-либо принуждения на истца не оказывалось, увольнение являлось ее желанием, ее не хотели увольнять, так как она зарекомендовала себя с положительной стороны. Документы о приеме на работу, увольнении от ИП ФИО3 поступают к ней по электронной почте в отсканированном виде. На сколько она помнит, от истца было одно заявление об увольнении, в каком виде оно поступило и когда, она не помнит, которое так сказать «оттягивалось», потому что с истцом велись переговоры относительно продолжения работы. В начале июня 2025 года через телефон ФИО3 с истцом было проведено селекторное совещание, на котором истцу разъяснялись последствия увольнения, что при увольнении она лишится пособия. По приказам от 07.03.2025 года, 23.07.2025 года сведения об увольнении в Пенсионный фонд насколько она помнит, она не передавала, либо передавала и отзывала их, поскольку на следующий день ответчик устно сообщал, что ФИО1 продолжает работать, какого-либо заявления от ФИО1 от отзыве увольнения не поступало. Такие сведения в пенсионный фонд были переданы по приказу от 06.08.2025 года. Изданные приказа об увольнении истица не отменялись. Выплаченные истцу денежные средства в размере 102 000 руб. являлись личным волеизъявлением работодателя в виде материальной помощи.

Свидетель ФИО5 суду показал, что является знакомым истца ФИО1, ему известно, что истец работала поваром у ИП ФИО3, в том числе он видел ее на рабочем месте в конце августа 2025 года и 01.09.2025 года, она находилась на рабочем месте, в форменной одежде. С ответчиком он не знаком, каких-либо неприязненных отношений к нему не испытывает, истец не говорила ему, какие показания ему необходимо давать.

Ответчик ИП ФИО3 в судебное заседание не явился, надлежащим образом был извещен о времени и месте рассмотрения дела, направил в судебное заседание своего представителя.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области надлежащим образом извещалось о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание своего представителя не направило, ходатайств о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя либо отложении судебного заседания в суд не предоставило.

С учетом изложенного, и поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, руководствуясь частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело при установленной явке.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, приходит к следующим выводам.

Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Согласно ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации, целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с положениями статей 15, 21, 22, 56, 56, 64, 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель и работник, как стороны трудовых отношений, несут взаимные права и обязанности, при этом работодатель, являясь в указанных отношениях более сильной стороной, не вправе создавать неопределенность, своими действиями вводить работника в заблуждение, и при расторжении трудового договора по инициативе работодателя должен обеспечить предоставление работнику соответствующих гарантий, предусмотренных трудовым законодательством.

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Согласно ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, основаниями прекращения трудового договора являются: соглашение сторон (статья 78 настоящего Кодекса); истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения; расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса); расторжение трудового договора по инициативе работодателя (статьи 71 и 81 настоящего Кодекса); перевод работника по его просьбе или с его согласия на работу к другому работодателю или переход на выборную работу (должность); отказ работника от продолжения работы в связи со сменой собственника имущества организации, с изменением подведомственности (подчиненности) организации либо ее реорганизацией, с изменением типа государственного или муниципального учреждения (статья 75 настоящего Кодекса); отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (часть четвертая статьи 74 настоящего Кодекса); отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы (части третья и четвертая статьи 73 настоящего Кодекса); отказ работника от перевода на работу в другую местность вместе с работодателем (часть первая статьи 72.1 настоящего Кодекса); обстоятельства, не зависящие от воли сторон (статья 83 настоящего Кодекса); нарушение установленных настоящим Кодексом или иным федеральным законом правил заключения трудового договора, если это нарушение исключает возможность продолжения работы (статья 84 настоящего Кодекса).

Частью 1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 09.12.2025) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

В подпункте «а» пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 09.12.2025) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника являются: наличие на увольнение по соглашению сторон и добровольное волеизъявление работника на увольнение по соглашению сторон.

В судебном заседании установлено, что 01.09.2023 года между ИП ФИО3 и ФИО1 был заключен трудовой договор №, на основании которого ФИО1 была принята в подразделение Операционный отдел г. Богданович на должность повар, с окладом 16 520 руб. 00 коп., договор заключен на неопределенный срок (л.д. 9-11).

Приказом (распоряжением) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от 07.03.2025 действие трудового договора от 01.09.2023 № прекращено по соглашению сторон (п. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) на основании дополнительного соглашения №3 (л.д. 14). Вместе с тем, дата дополнительного соглашения в приказе не указана, само дополнительное соглашение не представлено, в представленной копии приказа подписи как работодателя, так и работника отсутствуют.

Вместе с тем, из представленных доказательств, в частности сведениях, представленных Отделением СФР по Свердловской области о произведенных ответчиком выплат и иных вознаграждений в пользу застрахованного лица ФИО1 следует, что после 07.03.2025 года ответчиком, вплоть до июня 2025 года производились выплаты.

Более того, на основании приказа № 12 от 14.04.2025 года ФИО1 за период работы с 19.05.2025 года по 05.10.2025 года предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск на 23 календарных дня с 27 апреля 2025 года по 18 мая 2025 года.

Приказом № от 19.05.2025 года ФИО1 предоставлен отпуск по беременности и родам (листок нетрудоспособности № от 19.05.2025) на 140 календарный дней с 19.05.2025 года по 05.10.2025 года.

Сведений об отмене указанного приказа не имеется, как пояснила допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО7 он не отменялся. Представитель ответчика в ходе судебного следствия также пояснял об ошибочности вышеуказанного приказа.

Кроме того, материалы дела содержат приказ (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) №к от ДД.ММ.ГГГГ действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №№ прекращено по соглашению сторон (п. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д. 13), изданный также на основании дополнительного соглашения сторон №, дата которого не указана.

В материалах дела имеется дополнительное соглашение от 23.07.2025, заключенное между ИП ФИО3 и ФИО1 к трудовому договору №№ от 01.09.2023, согласно которому стороны договорились расторгнуть трудовой договор №№ от 01.09.2023 по соглашению сторон в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. В последний день работы работодатель обязался выплатить сумму в размере 102 362 руб. 00 коп. до вычета НДФЛ. Работник обязуется принять указанную сумму. Работник и работодатель подтверждают, что размер суммы, указанной в п. 2 настоящего соглашения, является окончательным и изменению (дополнению) не подлежит. Работник оповещен, что в случае своей враждебной настроенности, его заработная плата будет полностью пересчитана в сторону увеличения с 01.09.2023 по 30.04.2025 и с работника будет удержан НДФЛ 13 % с пересчитанной зарплаты в размере 159 600, 00 руб. за весь период перерасчета и оплачен в бюджет. В случае невозможности взыскания задолженности по НДФЛ в размере 159 600,00 руб. с работника, работодателем будут поданы сведения в налоговую инспекцию о невозможности удержания долга. Налоговая инспекция самостоятельно взыщет долг с работника, либо взыскание долга будет передано в ФССП по Свердловской области для составления исполнительного листа, обращенного на все доходы работника. В указанном соглашении имеются подписи истца и ответчика (л.д. 12).

Данная сумма в размере 102 362 руб. 00 коп. была выплачена ИП ФИО3 истцу на основании платежного поручения № от 23.07.2025.

Факт выплаты и получения истцом вышеуказанной суммы никем не оспаривается, не оспаривает истец и факт подписания указанного выше дополнительного соглашения. Вместе с тем, указывает о вынужденности подписания такого заявления, приводя доводы о том, что работодатель уклонялся от исполнения состоявшейся между ними договоренности о выплате ей денежной суммы, рассчитанной исходя из фактической заработной платы, а не той, которую она получала по трудовому договору.

Добровольность означает выполнение действий по своей воле, предполагает принятие решения самостоятельно, без фактора принуждения, в условиях свободы выбора варианта поведения; добровольность исключает применение любого незаконного способа воздействия, в том числе физического или психического, а также угрозы или обман.

В ходе судебного следствия истец последовательно поясняла о том, что с 01.09.2023 она состояла в трудовых отношениях с ИП ФИО3, работала в должности повара в магазине «суши-Маркет» по адресу: <адрес>. С 19.05.2025 по 05.10.2025 ей был выдан лист нетрудоспособности по причине беременности и родам, о чем был поставлен в известность работодатель. У нее отсутствовало намерение расторгать трудовой договор с ответчиком, в том числе и при подписании вышеуказанного дополнительного соглашения, приказа об увольнении от 23.07.2025 года, они были подписаны ею вынужденно, под давлением сложившихся обстоятельств, с учетом действий работодателя, который фактически поставил ее перед фактом того, что она получит указанные денежные средства в случае подписания вышеназванного дополнительного соглашения от 23.07.2025 года, а также того, что она находилась на последнем месяце беременности и остро нуждалась в денежных средствах, так, 23.07.2025 года истцом было подписано дополнительное соглашение, 25.07.2025 года она была госпитализирована в родильный дом, а 30.07.2025 года у нее родился ребенок.

Доказательств обратного ответчиком не представлено, ссылка представителя ответчика на переписку в мессенжджере Ват сап, не свидетельствует о добровольности волеизъявления истца на увольнение, поскольку в представленной переписке между истцом и ответчиком не ведется речи о прекращении трудовых отношений, ссылки представителя ответчика на поданное посредством вышеуказанного мессенжера заявления истца о прекращении трудовых отношений с ответчиком, суд находит несостоятельными, поскольку 05.07.2025 года истцом в адрес ответчика направлено заявление о предоставлении ей копии трудового договора и приказа о приеме на работу, фраза «До скорых встреч, моя любимая работа» являлась статусом истца, выставленном в приложении Ват сап 19.05.2025 года, указанная дата соответствует дате предоставления истцу отпуска по беременности и родам. Какой-либо иной переписки между истцом и ответчиком представителем ответчика не представлено.

Допрошенная в ходе судебного заседания свидетель Ф.И.О.9 указала, что спорные приказы подготавливались ею на основании сведений, представленных ответчиком, что именно это были за сведения, она пояснить точно не может, с ее слов она лишь единожды общалась с истцом посредством организованной через телефон ответчика видеосвязи, тогда ею истцу разъяснялось, что в случае увольнения она лишится декретных выплат, на этом общение между ней и истцом прекратилось, приказы об отмене спорных приказов не выносились. При таких обстоятельствах, показания свидетеля Ф.И.О.9 не подтверждают доводы представителя ответчика о добровольности волеизъявления истца на увольнение.

Из ответа ООО «Семейный традиции» на судебный запрос следует, что сведения, на основании чего были изданы приказы ИП ФИО3 об увольнении ФИО1 поступали через средства связи: электронная почта, телефонный звонов. Заявление об увольнении ФИО1 является кадровым документом, вся кадровая документация находится на хранении у клиента. В тоже время стороной ответчика заявление ФИО1 об увольнении суду не представлены.

В тоже время показания свидетеля Ф.И.О.10 косвенно свидетельствуют о том, что истец имела намерение продолжать трудовые отношения с ответчиком.

Из представленных отделением Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области сведений, имеются сведения о трудовой деятельности ФИО1 у ИП ФИО3, а именно сведения о приеме на работу в должности повара на основании приказа № от 01.09.2023, а также об увольнении согласно п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (расторжение трудового договора по инициативе работника) на основании приказа № от 06.08.2025. Указанный приказ в материалах дела отсутствует, в связи с чем его содержание установить не представилось возможным.

В тоже время Трудовой кодекс Российской Федерации не предоставляет работодателю право изменять дату увольнения работника, равно как и совершать иные юридически значимые действия, затрагивающие права и интересы работника, без его предварительного согласия.

При таких обстоятельствах, приказ (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ИП ФИО3 «Суши-Маркет» № от 06.08.2025, которым прекращено действие трудового договора от 01.09.2023 №№ с ФИО1, приказ (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ИП ФИО3 «Суши-Маркет» №к от 23.07.2025, которым прекращено действие трудового договора от 01.09.2023 №№ с ФИО1, приказ (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ИП ФИО3 «Суши-Маркет» №к от 07.03.2025, которым прекращено действие трудового договора от 01.09.2023 №№ с ФИО1 следует признать незаконными, поскольку истец предоставила достаточно доказательств, подтверждающих, что дополнительное соглашение № к трудовому договору №№ от 01.09.2023, согласно которому стороны договорились расторгнуть трудовой договор № от 01.09.2023 по соглашению сторон в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, а также приказ о расторжении трудового договора были подписаны ею под давлением работодателя, у истца отсутствовало добровольное волеизъявление на увольнение, подписание указанных документов явилось вынужденной мерой для получения материальной выплаты. Таким образом, ФИО1 подлежит восстановлению на работе у ИП ФИО3 в прежней должности повара.

Как следует из абзаца 1 ст. 256 Трудового кодекса Российской Федерации, по заявлению женщины ей предоставляется отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Порядок и сроки выплаты пособия по государственному социальному страхованию в период указанного отпуска определяются федеральными законами.

Принимая во внимание, что 30.07.2025 истец ФИО1 родила ребенка (л.д. 17), то восстановление ФИО1 на работе в должности повара у ИП ФИО3 является основанием для предоставления истцу отпуска по уходу за ребенком.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Установив факт нарушения трудовых прав истца при увольнении, приняв во внимание характер и обстоятельства допущенного работодателем нарушения, степень вины работодателя, степень нравственных страданий истца, индивидуальные особенности истца, в частности, нахождение истца на момент увольнения в состоянии беременности, в настоящее время она осуществляет уход за малолетним ребенком, суд, руководствуясь статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца с учетом требований разумности компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей.

Определенный судом размер компенсации морального вреда суд полагает обоснованным и достаточным, соответствующим принципу разумности и справедливости, характеру допущенных ответчиком нарушений трудовых прав истца.

Рассматривая ходатайство представителя ответчика о применении последствий пропуска срока для обращения в суд, предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Согласно абзацу 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, Работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1,2,3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (ч. 4 ст. 392 ТК РФ).

В абзаце 5 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 09.12.2025) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", судья не вправе отказать в принятии искового заявления по мотивам пропуска без уважительных причин срока обращения в суд (части первая и вторая статьи 392 ТК РФ) или срока на обжалование решения комиссии по трудовым спорам (часть вторая статьи 390 ТК РФ), так как Кодекс не предусматривает такой возможности. Не является препятствием к возбуждению трудового дела в суде и решение комиссии по трудовым спорам об отказе в удовлетворении требования работника в связи с пропуском срока на его предъявление.

Исходя из содержания абзаца первого части 6 статьи 152 ГПК РФ, а также части 1 статьи 12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

При подготовке дела к судебному разбирательству необходимо иметь в виду, что в соответствии с частью 6 статьи 152 ГПК РФ возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть рассмотрено судьей в предварительном судебном заседании. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (часть третья статьи 390 и часть третья статьи 392 ТК РФ). Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абзац второй части 6 статьи 152 ГПК РФ).

Если же ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд (части первая и вторая статьи 392 ТК РФ) или срока на обжалование решения комиссии по трудовым спорам (часть вторая статьи 390 ТК РФ) после назначения дела к судебному разбирательству (статья 153 ГПК РФ), оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Согласно п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", Судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 ТК РФ срок.

Обратить внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (часть 4 статьи 198 ГПК РФ).

Из норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работникам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Соответственно, с учетом положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, в системной взаимосвязи с требованиями ст. ст. 2, 56,67,71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении работнику пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

При рассмотрении ходатайства истца о восстановлении срока, суд принимает во внимание всю совокупность обстоятельств, не позволивших истцу своевременно обратиться с иском в суд.

Так, суд учитывает то обстоятельство, что 25.07.2025 истец была госпитализирована в родильный дом, 30.07.2025 у истца родился ребенок. ФИО1 не замужем, за своим малолетним ребенком осуществляет уход одна, 04.09.2025 обратилась в Богдановичскую городскую прокуратуру с заявлением о защите её прав и интересов (л.д. 6).

В подтверждение уважительности причин пропуска срока для обращения в суд истцом предоставлены листок нетрудоспособности (л.д. 25), медицинские документы (л.д. 24-26), копия свидетельства о рождении ФИО8 и справка о рождении (л.д. 28).

24.09.2025 Богдановичский городской прокурор, действуя в интересах ФИО1, обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Приведенные обстоятельства, которые препятствовали обращению истца в суд, признаются уважительной причиной пропуска срока для обращения в суд.

Срок для обращения в суд подлежит восстановлению, что соответствует задачам гражданского судопроизводства, как они определены в ст. 2 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации, и не создает препятствий для защиты трудовых прав истца, не нарушает право истца на справедливую, компетентную, полную и эффективную судебную защиту, гарантируемую каждому ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации.

На основании ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец освобожден от уплаты госпошлины при подаче иска, госпошлина подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета.

С учетом удовлетворенных требований, с ответчика в доход местного бюджета следует взыскать сумму госпошлины в размере 6 000 руб. (по 3 000 руб. за подачу искового заявления неимущественного характера, а также по иску о взыскании компенсации морального вреда).

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования Богдановичского городского прокурора, действующего в интересах ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании незаконными приказов о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановлении на работе, обязании оформить отпуск по уходу за ребенком, взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ИП ФИО3 «Суши-Маркет» №к от ДД.ММ.ГГГГ, которым прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №№ ФИО1.

Признать незаконным приказ (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ИП ФИО3 «Суши-Маркет» №к от ДД.ММ.ГГГГ, которым прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № с ФИО1.

Признать незаконным приказ (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ИП ФИО3 «Суши-Маркет» № от ДД.ММ.ГГГГ, которым прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №№ с ФИО1.

Восстановить ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт <данные изъяты>) на работе у индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>) в должности повара в Операционном отделе г. Богданович.

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>) после окончания отпуска по беременности и родам оформить ФИО1 отпуск по уходу за ребенком Ф.И.О.2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт <данные изъяты>, СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>) госпошлину в доход местного бюджета в размере 6 000 рублей.

Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

В удовлетворении остальных исковых требований отказать.

Решение в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд путем подачи жалобы через Богдановичский городской суд Свердловской области.

Судья М.П. Салова