Дело № 2-3781/2025
УИД: 78RS0005-01-2024-015534-07
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
27 октября 2025 года г. Санкт-Петербург
Калининский районный суд города Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Давыдовой А.М.,
С участием представителя истца адвоката Баринова Ю.В., действующего н основании ордера № о 24.08.2025 г и доверенности № от 31.07.2025 г,
представителя ответчика адвоката Горяиновой О.Ф, действующей на основании ордера № от 17.02.2025 г и доверенности № от 12.02.2025 г,
представителя третьего лица ФИО2 – адвоката Романовой А.А., действующей на основании ордера № от 04.08.2025 г и доверенности № от 01.07.2025 г,
при секретаре судебного заседания Урсуле В.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО4 о признании договоров недействительными, применении последствий признания сделок недействительными,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО3 обратилась в Калининский районный суд Санкт-Петербурга с исковыми требованиями к ответчику ФИО4 о признании недействительными договора дарения квартиры, расположенной по <адрес> от 18.03.2016 г, договора купли-продажи указанной квартиры от 16.02.2024 г, договора купли-продажи квартиры от 04.06.2024 г и применении последствий недействительности сделок. В обоснование заявленных исковых требований, истец указала следующее. ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО1, являющаяся матерью истца. 24.02.2024 г истец обратилась к нотариусу ФИО5 с заявлением о принятии наследства. При подаче заявления о принятии наследства истец указала, что наследодателю принадлежала квартира, расположенная по <адрес>. 24.04.2024 г нотариус сообщил, что на момент смерти ФИО1 никакого имущества не принадлежало. Из выписки из ЕГРН следовало, что квартира, расположенная по <адрес> была подарена в 2016 году брату ФИО1 – ФИО4. По мнению истца, указанная сделка по дарению квартиры является недействительной, поскольку в момент дарения квартиры, ФИО1 находилась в таком состоянии, что не была способна понимать значение своих действий и руководить ими. Данный договор дарения от 18.03.2016 г нарушает права и законные интересы истца, так как в результате дарения, квартиры выбыла из наследственной массы после умершей ФИО1. По мнению истца, сделка была совершена с пороком воли собственника квартиры ФИО1, не способной в юридически значимый период понимать значение своих действий и руководить ими. Так, ФИО1 страдала <данные изъяты>. На протяжении многих лет ФИО1 регулярно употребляла алкоголь, не исполняла своим родительские обязанности, вела асоциальный образ жизни, за что многократно привлекалась к ответственности. <данные изъяты> При этом, истец поддерживала связь с матерью и может утверждать, что ФИО1 на момент совершения договора дарения не могла адекватно оценивать обстановку, не могла реально понимать значеие своих действий. Кроме того, в период всех жизни, истец регулярно общалась с ответчиком, однако, он также не сообщал истцу о совершении договора дарения. Кроме того, квартира была подарена ФИО1 своему брату менее чем через год с того момента, как ФИО1 зарегистрировала право собственности на указанную квартиру. Зарегистрировать право собственности помогал ФИО1 ее брат ФИО4, который также действовал недобросовестно и потворствовал ее алкоголизму.
В ходе рассмотрения дела истец уточняла заявленные исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (Т. № 2 л.д.28-29), просила признать недействительным договор дарения, так как ФИО1 его не подписывала, также просила назначить по делу почерковедческую экспертизу, однако, указанное исковое заявление не было принято к производству, поскольку истцом были одновременно изменены предмет и основание иска, истцу разъяснено право на обращение с самостоятельными требованиями в суд, ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы также не было рассмотрено, в связи с отказом в принятии к производству уточнённого искового заявления.
Также истцу было предложено определить круг лиц, участвующих в деле, однако, истец полагала, что исковые требования должны быть заявлены лишь к ответчику ФИО4
В ходе рассмотрения дела, по инициативе суда к участию в деле в качестве третьих лиц были привлечены ФИО2, ФИО6 и ПАО «Сбербанк» (Т. № 1 л.д. 190-191, 244-246).
Истец в судебное заседание не явилась, извещена судом надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела, направила в суд своего представителя.
Представитель истца – адвокат Баринов Ю.В. в судебное заседание явился, исковые требования подержал в полном объеме, просил удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Кроме того пояснил, что отказывается от назначения по делу судебной медицинской экспертизы, также после разъяснения истцу последствий отказа от назначения по делу экспертизы. Также пояснил, что срок исковой давности по настоящему иску не пропущен, поскольку истец узнала о нарушении своего права в апреле 2024 г после сообщения нотариуса об отсутствии у ФИО1 имущества на момент смерти, ранее представленные в материалы дела возражения относительно пропуска срока исковой давности (Т. № 1 л.д. 128-129, 241), поддержал.
Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен судом надлежащим образом о дате, времени и месте его рассмотрения, направил в суд своего представителя.
Представитель ответчика – адвокат Горяинова О.Ф. в судебное заседание явилась, исковые требования не признала, поддержала ранее высказанную позицию, также указала, что доказательства того, что ФИО1 на момент совершения договора дарения в 2016 году не осознавала характер совершаемых действий и не могла руководить ими в материалах дела отсутствуют, истец от назначения по делу экспертизы отказалась. Кроме того, представитель ответчика заявила о пропуске срока исковой давности, о чем представила в материалы дела соответствующее заявление (Т. № 1 л.д. 82-84, 188-189). Также в материалы дела представитель ответчика представила ходатайство о взыскании в пользу ответчика ФИО4 судебных расходов с истца ФИО3 в размере 130 000 (Т. № 2 л.д. 70-71).
Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена судом надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела, направила в суд своего представителя.
Представитель ФИО2 – адвокат Романова А.А. в судебное заседание явилась, исковые требования не признала, в материалы дела представила возражения относительно заявленных исковых требований (Т. № 1 л.д. 242-243). Также в ходе рассмотрения дела пояснила, что доказательств того, что на момент совершения сделки ФИО1 не отдавал отчет в совершаемых ею действиях, истцом в материалы дела не представлено. Позицию ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности поддержала, просила в удовлетворении исковых требований отказать.
Третье лицо ФИО6, а также ее представитель ФИО7 в судебное заседание не явились, извещены судом надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела, ходатайств об отложении рассмотрения дела не представили. В материалы дела представили возражения относительно заявленных исковых требований (Т. № 2 л.д. 15-16), в которых указано, что исковые требования удовлетворению не подлежат, просили применить последствия пропуска срока исковой давности.
Представитель третьего лица ПАО «Сбербанк» в судебное заседание не явился, извещен судом надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела, ходатайств об отложении не заявил.
При указанных обстоятельствах, суд считает возможным рассмотреть дело при установленной явке в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Суд, изучив материалы дела, выслушав участников процесса, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к следующим выводам.
Истец ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения является дочерью ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении истца, а также свидетельством о заключении брака (Т. № 1 л.д. 15-16).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла (л.д. 14).
24.02.2024 г ФИО3 обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти своей матери ФИО1, заведено наследственное дело (л.д. 47-60).
Как указывает истец, из телефонного звонка нотариуса 24.04.2024 г истцу стало известно, что на момент смерти ФИО1 имущества не принадлежало.
Согласно выписке из ЕГРН, в период с 13.08.2015 г по 18.03.2016 г ФИО1 являлась собственником квартиры, расположенной по <адрес> на основании договора дарения от 29.07.2015 года (Т. № 1 л.д. 52, Т. № 2 л.д. 82-85).
04.03.2016 г ФИО1 подарила квартиру, расположенную по <адрес> ФИО4 (л.д. 199-202).
16.02.2024 г указанная квартира ФИО4 была продана ФИО2. 03.06.2024 г спорная квартира продана ФИО2 ФИО6, которая, в свою очередь в настоящий момент является собственником спорной квартиры (Т. № 2 л.д. 17-18, 82-85).
Оспаривая договор дарения от 18.03.2016 г истец указывает на неспособность дарителя ФИО1 в полной мере осознавать последствия совершаемых действий и руководить ими ввиду того, что ФИО1 страдала алкоголизмом.
Рассматривая исковые требования ФИО3, суд считает необходимым отметить следующее.
В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В силу п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
По правилам ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Согласно ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Как указано в ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
По правилам ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Согласно ч. 2 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса, корреспондирующей ч. 2 ст. 56 того же Кодекса, суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел, в том числе, путем определения какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Необходимо отметить, что в соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Распределение бремени доказывания по искам о признании сделок недействительными, носит общий, предусмотренный ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, характер, а поэтому на истце, которым заявлены требования о признании сделки недействительной на основании п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, лежит обязанность доказать факт того, что стороной сделки являлось лицо, не способное в момент совершения сделки понимать значение своих действий и руководить ими.
В ходе рассмотрения дела, по ходатайству представителя истца, заявившего о намерении назначить по делу посмертную судебно-психиатрическую экспертизу, судом истребованы медицинские документы в отношении ФИО1. В ответ на запросы суда поступили медицинские карты ФИО1 из СПБ ГБУЗ № СПБ ГБУЗ № СПБ ГБУЗ № СПБ ГБУЗ № в ответ на запрос суда СПБ ГБУЗ № сообщили, что ФИО1 за медицинской помощью не обращалась (л.д. 170). Также в материалы дела по запросу суда представлены сведения о том, что ФИО1 на учете у врача-психиатра по месту жительства не состоит, за помощью не обращалась, также, согласно ответу из наркологического кабинета по месту жительства, ФИО1 под диспансерным наблюдением не состоит, за медицинской помощью не обращалась (л.д. 45).
По правилам ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.
Однако, представитель истца после поступления указанных выше медицинских документов ходатайство о назначении по делу посмертной судебно-психиатрической экспертизы с рассмотрения снял, ввиду того, что не поступили медицинские документы из СПБ ГБУЗ № После разъяснения последствий снятия с рассмотрения указанного ходатайства, представитель истца отказался заявлять ходатайство о назначении по делу указанной выше экспертизы, не возражал против рассмотрения дела по существу по имеющимся в материалах дела доказательствам.
Так, в подтверждении своей позиции относительно неспособности ФИО1 в момент дарения квартиры понимать значение своих действий и руководить ими, истец указывает на то, что ФИО1 страдала алкоголизмом <данные изъяты>
Проверяя доводы истца, судом в ходе рассмотрения дела получены следующие сведения в отношении ФИО1
Как указывалось ранее, ФИО1ДД.ММ.ГГГГ года рождения является матерью ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
<данные изъяты>
Как указано выше, ФИО1 на учете ни у нарколога, ни у психиатра по месту жительства не состояла.
В период жизни ФИО1 регулярно обращалась в медицинские учреждения за оказанием помощи (Т. № 1 л.д. 62-63).
Из представленных медицинских документов на имя ФИО1 не следует, что последняя страдала алкогольной зависимостью. Как сопутствующее заболевание, алкоголизм в анамнезе ФИО1 отсутствует.
С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 является получателем пенсии по старости с ДД.ММ.ГГГГ (Т. № 1 л.д. 88).
С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 является получателем социальных услуг в форме социального обслуживания на дому (Т. № 1 л.д. 141-144, 132-135).
Из изложенного следует, что достаточных доказательств того, что ФИО1 страдала хроническим алкоголизмом, материалы дела не содержат и истцом не представлены. Более того, истцом в материалы дела не представлены достаточные доказательства, что на момент совершения договора дарения 18.03.2016 г ФИО1 не осознавала характер совершаемых действий и не могла руководить ими.
При указанных обстоятельствах, с учетом позиции истца относительно назначения по делу посмертной судебно-психиатрической экспертизы, суд считает не доказанным тот факт, что ФИО1 в момент подписания договора дарения 18.03.2016 г не отдавала отчет своим действиям не могла руководить ими, в связи с чем, требования истца о признании договора дарения от 18.03.2016 г, заключенного между ФИО1 и ФИО4, недействительной сделкой, удовлетворению не подлежат, а, следовательно и не подлежат признанию недействительными следками договор купли-продажи квартиры от 19.02.2024 и от 09.06.2024 г..
Кроме того, исследовав позицию ответчика и третьих лиц о пропуске истцом срока исковой давности для признания сделки недействительной, необходимо отметить следующее.
Согласно позиции истца, о том, что квартира, расположенная по <адрес> была подарена ФИО1 ФИО4 истцу стало известно из телефонного звонка нотариуса 29.04.2024 г после того, как истец обратилась к нотариусу после смерти ФИО1 с заявлением о принятии наследства. С настоящим иском в суд ФИО3 обратилась 16.12.2024 г, то есть в пределах срока исковой давности, который, в свою очередь, как указано выше составляет один год с момента, когда лицо узнало, либо должно было узнать о нарушении своего права.
Оспаривая позицию истца, представитель ответчика указала, что ФИО3 узнала о том, что квартира, расположенная по <адрес> с 2016 года не принадлежала ФИО1 при рассмотрении гражданского дела № в Калининском районном суде Санкт-Петербурга по иску ФИО4 к ФИО3 о признании утратившей право пользования жилым помещением. В подтверждение своей позиции, представителем ответчика представлены следующие копии документов: копия искового заявления, из которого следует, что оно поступило в суд 06.12.2022 г, выписки из ЕГРН, поступившие по запросу суда в рамках гражданского дела №, 04.05.2023 г, ходатайство ФИО3 от 01.08.2023 г об ознакомлении с материалами гражданского дела №, а также лист ознакомления с материалами гражданского дела, согласно которому, ФИО3 ознакомлена с материалами дела ДД.ММ.ГГГГ.
Рассматривая вопрос о пропуске истцом срока исковой давности, необходимо указать следующее.
В п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.
При этом, течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
В соответствии с положениями ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Как указано выше, ФИО3 указывает, что узнала о дарении квартиры при обращении к нотариусу с заявлении о принятии наследства. По мнению ответчика, ФИО3 узнала о дарении квартиры в рамках рассмотрения гражданского дела №, о чем представлены соответствующие доказательства, которые истцом не оспорены.
Суд, исследовав материалы дела, представленные доказательства, выслушав позиции участников процесса относительно пропуска истцом срока исковой давности, приходит к выводу о том, что истцом пропущен срок исковой давности, поскольку ФИО3, являясь участником процесса в гражданском деле №, будучи ознакомленной с материалами гражданского дела 04.09.2023 г не могла не знать о том, что право собственности на спорную квартиру возникло у ответчика в 2016 году, так как в материалах гражданского № дела имеется выписка из ЕГРН на ФИО4, полученная по запросу суда 04.05.2023 г. Из чего следует, что ФИО9 узнала о том, что спорная квартира находится в собственности ответчика с 2016 года не позднее 04.09.2023 г, в суд с настоящим иском ФИО3 16.12.2024 г, то есть по истечении установленного срока – 1 год, при этом ходатайство о его восстановлении не заявила.
Таким образом, исковые требования ФИО3 о признании договоров недействительными, применении последствий признания сделок недействительными не подлежат удовлетворению, как в связи с недоказанностью обстоятельств, на которых истец основывает свои требования, так и в связи с пропуском истцом срока исковой давности.
Также, в ходе рассмотрения дела, представителем ответчика заявлено ходатайство о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг представителя в размере 130 000 руб. 00 коп.
Представитель истца возражал против удовлетворения заявленного ходатайства.
Представитель третьего лица не возражала против удовлетворения заявленного ходатайства.
Рассматривая вопрос о взыскании с истца в пользу ответчика расходов на оплату услуг представителя, суд считает необходимым указать следующее.
В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.
Согласно ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Как следует из Постановления Пленума Верховного суда т 21 января 2016 г. № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела (далее - судебные издержки), представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Как следует из заявления о взыскании судебных расходов, ответчиком по гражданскому делу № понесены расходы на оплату услуг представителя в общей сумме 130 000 рублей. Как следует из материалов дела, представитель ответчика принимала участие в ходе рассмотрения дела, заявляла ходатайства, в том числе два ходатайства о применении последствий пропуска срока исковой давности, представляла доказательства по делу, обосновывающие возражения относительно заваленных исковых требований. По делу состоялись шесть предварительных судебных заседаний и одно основное судебное заседание, на котором было вынесено решение суда. Факт несения судебных расходов представитель ответчика подтверждает Соглашением на оказание правовых услуг в гражданском судопроизводстве № от 17.02.2025 г, Дополнительным соглашением в Соглашению № от 27.08.2025 г, квитанциями на оплату указанных юридических услуг (Т. № 2 л.д. 72-81). Представленные ответчиком доказательства несения им судебных расходов истцом не оспаривались.
Таким образом, судом установлен факт несения ответчиком судебных расходов по настоящему гражданскому делу.
Принимая во внимание характер заявленных исковых требований, объем и сложность дела, срок рассмотрения дела, количество судебных заседаний, процессуальное поведение участников процесса, объем работы представителя ответчика, произведенных в рамках рассмотрения настоящего дела, отсутствие возражений со стороны ответчика относительно суммы судебных расходов, и, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает, что судебные расходы в пользу ответчика с истца должны быть взысканы в размере 100 000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 56, 67, 167, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 о признании договоров недействительными, применении последствий признания сделок недействительными – ОТКАЗАТЬ.
Ходатайство ФИО4 о взыскании судебных расходов по делу – удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 100 000 (сто тысяч) руб. 00 коп.
Взыскать с ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ в доход государства государственную пошлину в размере 63 011 (шестьдесят три тысячи одиннадцать) руб. 70 (семьдесят) коп..
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской судв течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы в Калининский районный суд Санкт-Петербурга.
Судья <данные изъяты>
Мотивированное решение изготовлено 10 декабря 2025 года