Дело № 2 - 74/2025
УИД 24RS0024-01-2024-001831-40
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
30 сентября 2025 года г. Канск
Канский городской суд Красноярского края в составе:
председательствующего судьи Блошкиной А.М.,
при секретаре Токминой У.А.,
с участием помощника Канского межрайонного прокурора Шихкеримовой С.Х.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к КГБУЗ «Канская межрайонная больница» о компенсации морального вреда, возмещении убытков,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к КГБУЗ «Канская межрайонная больница» о компенсации морального вреда, взыскании штрафа, расходов за юридические услуги, расходов на проведение обследований и иной платной медицинской помощи. Мотивировала свои требования тем, что в связи с ненадлежащим, некачественным оказанием ответчиком медицинских услуг при проведении операции в 2021 г., а именно оставленного после операции в заднем своде малого таза инородного тела - марлевой салфетки размером 20х30 см, истец в течение нескольких лет испытывала постоянные боли в животе, ухудшение своего психического состояния, поскольку в ходе обследований ставили вероятность онкологического заболевания, кроме того, полагает, что в случае промедления с операцией, имевшей место в апреле 2024 г. в КГБУЗ «Краевая клиническая больница», могла бы наступить её смерть, при установленном диагнозе - абсцесс малого таза, инородное тело малого таза. В связи с изложенным истец просит суд взыскать в ответчика КГБУЗ «Канская межрайонная больница»компенсацию морального вреда в размере 2000000 руб., штраф, расходы за юридические услуги в сумме 50000 руб., расходы на проведение обследований и иной платной медицинской помощи.
В судебном заседании истец ФИО1, её представитель - адвокат Шумков В.А. (на основании ордера), участвовавший в судебном заседании посредством системы ВКС на базе Зеленогорского городского суда, исковые требования поддержали в полном объеме.
Представитель ответчика КГБУЗ «Канская межрайонная больница» ФИО2 (по доверенности) в судебном заседании участия не принимала, извещена надлежащим образом, в предыдущих судебных заседания иск не признала, представила отзыв, согласно которому полагают, что запрашиваемый размер компенсации морального вреда завышен, отраженные в экспертном заключении дефекты оказания медицинской помощи со стороны медицинских работников ответчика теоретически могли привести к летальному исходу, однако, на момент повторной (в апреле 2024 г.) госпитализации с последующим оперативным вмешательством, равно как и в период всего стационарного лечения, какие-либо угрожающие жизни состояния у пациентки отсутствовали.
Полагают, что изъятие из оборота больницы значительной суммы (в рамках заявленных требований) повлечёт снижение уровня и качества медицинской помощи пациентам, находящимся на лечении в настоящее время, что может повлечь причинение вреда их здоровью и будет несправедливым по отношению к ним.
Третьи лица - ФИО3, ФИО4, ФИО5, а также представитель последней по устному ходатайству ФИО6 в судебном заседании участия не принимали, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в предыдущих судебных заседаниях исковые требования не признали, дав ряд пояснений по обстоятельствам дела, в частности, ФИО5 и её представитель пояснили, что ФИО5, привлеченная к участию в указанной операции в 2021 г., согласно правилам пересчитала салфетки до и после операции, их количество было равным, оснований полагать, что какая-либо салфетка была оставлена без учета, не было.Иные участники процесса - третьи лица ФИО7, ФИО8, представители третьих лиц - КГБУЗ «Краевая клиническая больница», КГБУЗ «Дзержинская районная больница», ООО «СМК РЕСО-Мед», в судебном заседании участия не принимали, извещены надлежащим образом.
Из КГБУЗ «Краевая клиническая больница» поступил отзыв на иск, согласно которому в период с 11 по 22.042024 г. ФИО1 находилась на стационарном лечении в отделении гинекологии с диагнозом: абсцесс малого таза, инородное тело малого таза, спаечный процесс брюшной полости и малого таза. В ходе стационарного лечения получала медикаментозную терапию, проведено оперативное лечение: лапаротомия, адгезиолизис, опорожнение абсцесса малого таза, удаление инородного тела, дренирование малого таза. В послеоперационный период состояние улучшилось, выписана домой в удовлетворительном состоянии, даны рекомендации. Медицинская помощь ФИО1 оказана надлежащего качества, в полном объеме. Дело просили рассмотреть в отсутствие представителя КГБУЗ ККБ.
В соответствии с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, злоупотребление правом не допускается.
Согласно ч. 1 ст. 35 ГПК РФ, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими процессуальными правами.
Суд учитывает, что неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве иных процессуальных правах.
Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделение связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.
В силу ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ, органы государственной власти, органы местного самоуправления, иные органы и организации, являющиеся сторонами и другими участниками процесса, могут извещаться судом о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий лишь посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в указанный в части третьей данной статьи срок, если суд располагает доказательствами того, что указанные лица надлежащим образом извещены о времени и месте первого судебного заседания.
Такие лица, получившие первое судебное извещение по рассматриваемому делу, самостоятельно предпринимают меры по получению дальнейшей информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи, и несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия ими мер по получению информации о движении дела, если суд располагает сведениями о том, что данные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе, за исключением случаев, когда меры по получению информации не могли быть приняты ими в силу чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств.
Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте его проведения надлежащим образом, и, заслушав истца ФИО1, её представителя адвоката Шумкова В.А., исследовав письменные материалы дела, принимая во внимание заключение помощника Канского межрайонного прокурора Шихкеримовой С.Х., полагавшей, что, с учетом установленных по делу обстоятельств и выводов, содержащихся в экспертном заключении, исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению, определение размера компенсации морального вреда оставила на усмотрение суда.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В части 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации закреплено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Согласно ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.
В соответствии со ст. 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).
Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».
Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма. Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи. Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата. Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Пунктом 2 ст. 2 ГК РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.
В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.
При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).
Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.
При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пунктом 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 даны разъяснения о том, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.
Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Судом при рассмотрении дела установлено, что 22 марта 2021 г. ФИО1 поступила в КГБУЗ «Канская МБ», клинический диагноз - основной миома матки миома матки, патология эндометрия, рецидивирующее маточное кровотечение в пременопаузе. Сопутствующий диагноз - железодефицитная анемия легкой степени. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была проведена при спинальной анестезии операция (субтотальная гистерэктомия (ампутация матки) с придатками лапаротомическая А16.20.010.002) лечащим врачом ФИО8, ассистент ФИО7, операционная сестра ФИО5, анестезиолог ФИО4, анестезистка ФИО3 Время начала операции ДД.ММ.ГГГГ в 11ч. 45 мин., окончание операции ДД.ММ.ГГГГ в 13ч. 00 мин., продолжительность 75 минут, срочность - экстренная.
Основной послеоперационный диагноз: Интрамуральная лейомиома матки.
Согласно выписному эпикризу 4120/С2021 КГБУЗ «Канская МБ» пациентка ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. находилась на лечении в гинекологическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, выписана под наблюдение гинеколога по месту жительства.
Через несколько месяцев после выписки из больницы, у ФИО1 начались постоянные боли в животе, а в 2024 году еще и повышенная температура до 40°. ФИО1 многократно обращалась с этими болями за медицинской помощью, начиная с апреля 2022 года, проходила различные обследования. 14.04.2022 г. КТ брюшной полости заключение: образование малого таза (продолженный рост? Вторичный генез?). 20.06.2022 г. при проведении МРТ в больнице РЖД-Медицина в Красноярске сделан вывод и наличии кистозного объемного образования полости малого таза без четкой органопринадлежности. 17.08.2023 г. при проведении УЗИ в Медицинском центре с. Дзержинское вывод: эхокартина очагового образования малого таза: киста, кистома, лимфостаз, серома. 26.10.2023 г. КТ исследование в диагностическом центре «БаГеНа» в г. Канск с выводом: кистозно-солидное образование предположительно шейки матки.
27.11.2023 г. МРТ в ООО «Омега» в г. Красноярск, вывод: крупное кистозное образование без видимой органопринадлежности с признаками неоднородного высокобелкового и геморрагического содержимого по заднему контуру культи шейки матки. 12.01.2024 г. сдача анализов на онкозаболевания в ИНВИТРО. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась за помощью в Красноярский краевой клинический центр охраны материнства и детства, где прошла УЗИ, выводы: патологическое образование в полости малого таза визуализируется гипоэхогенное образование, имеется в капсуле образования кровоток, эхопризнаки кисты шейки матки, объемное образование, определить органопринадлежность невозможно. 02.04.2024 г. прием у гастрохирурга в КГБУЗ «Краевая клиническая больница», диагноз объемное образование малого таза. 09.04.2024 г. ФИО1 осмотрена хирургом в Дзержинской больнице диагноз объемное образование малого газа неуточненное, назначен прием лекарств.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в скорую медицинскую помощь, была направлена в Красноярскую краевую больницу. Согласно выписке из истории болезни ФИО1 из КГБУЗ «Краевая клиническая больница» Гинекология, ФИО1 поступила ДД.ММ.ГГГГ, выписана ДД.ММ.ГГГГ, диагноз: абсцесс малого таза, инородное тело малого таза, спаечный процесс брюшной полости в малого таза, состояние после субтотальной гистерэктомии с придатками с двух сторон 2021 г. Сопутствующие: хр. панкреатит, хр. геморрой, хр. холецистит, кисты почек.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проведена операция: лапаротомия, адгезиолизис, опорожнение абсцесса малого таза, удаление инородного тела, дренирование малого таза А16.20.064. Согласно протоколу операции в заднем своде малого таза при ревизии обнаружено инородное тело (марлевая салфетка 20*30 см).
При подаче искового заявления истцом ФИО1 было заявлено ходатайство о назначении судебно-медицинской экспертизы, данное ходатайство было поддержано в ходе рассмотрения дела, в том числе, и со стороны ответчика, в связи с чем, судом назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено Отделу сложных экспертиз ГБУЗ «Иркутское областное бюро судебно-медицинской экспертизы». В распоряжение экспертов для проведения экспертизы судом предоставлены материалы гражданского дела № 2-1561/2024, со всей имеющейся медицинской документацией.
Разрешая заявленные истцом требования, судом приняты во внимание выводы, полученные экспертами в результате проведения указанной экспертизы и изложенные в заключении № 214-с от 27.08.2025 г., согласно содержанию которого:
Медицинская помощь ФИО1 в марте 2021 г. в КГБУЗ «Канская МБ» в целом соответствовала клиническим рекомендациям «Миома матки» (2020). Пациентка госпитализирована в стационар по показаниям - рецидивирующее маточное кровотечение. Оперативное лечение проведено по показаниям. В рамках оказания медицинской помощи в марте 2021 г. экспертной комиссией выявлены следующие недостатки оказания медицинской помощи:
- в протоколе указано, что маточные трубы и яичники без видимой патологии, выполнено удаление придатков без четкого обоснования этого маневра. При этом, в медицинской карте № 4120/С2021 стационарного больного имеется разрешение на операцию (субтотальную гистерэктомию с придатками) от 23.03.2021 г., подписанное пациенткой.
- Цефтриаксон 1 г в/в № 5 назначен в лечебной дозировке, хотя операция условно чистая. При этом, для периоперационной профилактики цефтриаксон не рекомендован (Федеральные клинические рекомендации «Принципы организации периоперационной антибиотикопрофилактики в учреждениях здравоохранения», утверждённые «Национальной ассоциацией специалистов по контролю инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи» 19 ноября 2014 года и согласованные Профильной комиссией Минздрава России по эпидемиологии 20 ноября 2014 года).
- так же в рамках оказания медицинской помощи выявлен дефект в виде отсутствия указаний в протоколе оперативного лечения: не указано, произведен ли подсчет инструментов и салфеток перед ушиванием раны. Несмотря на отсутствие на момент лечения нормативных актов, регламентирующих интраоперационный подсчет перевязочного материала, это является общепринятым порядком действий. Отсутствие подсчета салфеток в данном случае послужило причиной оставления инородного тела (салфетки) в брюшной полости.
При проведении влагалищно-брюшностеночного исследования ФИО1 при её выписке 30 марта 2021 г. какие-либо затруднения при осмотре отсутствовали. Наличие каких-либо образований и/или инородных тел при осмотре не описано, состояние пациентки оценено как удовлетворительное.
При оказании медицинской помощи ФИО1 в марте 2021 г. в КГБУЗ «Канская МБ» и проведении хирургического лечения миомы матки в брюшной полости было оставлено инородное тело (марлевая салфетка). Причиной этого могла являться невнимательность при использовании операционного перевязочного материала со стороны оперирующих врачей и операционной медсестры, что является дефектом оказания медицинской помощи.
Сама марлевая салфетка явилась причиной формирования абсцесса брюшной полости и проведением оперативного вмешательства 15.04.2024 г. (опорожнение абсцесса малого таза, удаление инородного тела).
Задокументированное оперативное вмешательство на органах малого таза было выполнено однократно в марте 2021 г. в КГБУЗ «Канская МБ», а следующее оперативное лечение было только в апреле 2024 г., при котором выявлено инородное тело (марлевая салфетка) и индуцированный абсцесс. Факт оставления в брюшной полости марлевой салфетки является неблагоприятным последствием оказания медицинской помощи ФИО1 в марте 2021 г. в КГБУЗ «Канская МБ»
Между инородным телом брюшной полости (марлевой салфеткой, оставленной в ходе операции в брюшной полости), и последующим ухудшением состояния здоровья ФИО1 в виде развития абсцесса малого таза, повлекшим необходимость оперативного вмешательства - имеется прямая причинно-следственная связь.
В результате оказания медицинской помощи ФИО1 в марте 2021 г. в КГБУЗ «Канская МБ» в брюшной полости было оставлено инородное тело (марлевая салфетка), что явилось причиной развития неблагоприятного последствия в виде формирования абсцесса брюшной полости.
ФИО1 находилась на лечении с 10.04.2024 г. по 08.05.2024 г., выписана к труду с 09.05.2024 г. (в общем 29 дней). Следующее задокументированное обращение в лечебное учреждение только 12.12.2024 г. В соответствии с п. 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, приложения к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г № 194 «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью, которое в данном случае оценивается как СРЕДНЕЙ тяжести вред здоровью, но признаку длительного расстройства здоровья более 21 дня.
Согласно литературным данным (особенно в зарубежной литературе), оставленные в брюшной полости марлевые тампоны и салфетки, описываются как госсипибома (gossypiboma), техтилома (textiloma) или коттоноид (cottonoid). Наличие инородного тела в организме вызывает изменения, зависящие от его величины, формы, физических и химических свойств, наличия бактериальной флоры и расположения инородного тела. Химически активные инородные тела могут вызывать воспалительную реакцию окружающих тканей, вплоть до их омертвления. Инфицированные инородные тела влекут за собой нагноение. Инородные тела могут причинять боль в связи с давлением на нервные образования, приводить к кровотечению (пролежень сосуда), прободению полых органов, но могут бессимптомно многие годы оставаться в организме.
Позднее обращение за медицинской помощью ФИО1 (в апреле 2024 г.), отсутствие обследования ФИО1 в период с 2022 г. по февраль 2024 г. как по отдельности, так и в совокупности, могли способствовать прогрессированию течения воспалительного процесса в брюшной полости.
Однако, однозначно утверждать это не возможно, так как реакция каждого организма индивидуальна и зависит от многих факторов. Поскольку предсказать «поведение» абсцесса на фоне инородного тела невозможно, то и оценить зависимость наступление неблагоприятных последствий для состояния здоровья ФИО1 от времени обращения за медицинской помощью не представляется возможным.
Экспертная комиссия обращает внимание, что, учитывая отсутствие в предшествующих методах визуализации описания абсцесса малого таза, и интраоперационное вскрытие 150 мл абсцесса вокруг инородного тела - вероятно, что абсцедирование произошло в период между оперативным вмешательством в 2024 г. и предшествующими ему обследованиями.
Наличие абсцесса малого таза на фоне инородного тела при возникновении вторичных осложнений, дальнейшего развития гнойного процесса (флегмоны, перитонита, сепсиса) может представлять угрозу для жизни пациента. Клиническая картина зависит от локализации, миграции в брюшной полости, размера инородного тела, а также наличия инфекции. В отечественной и зарубежной научной литературе таких примеров приведено не мало.
Оставление инородных тел в брюшной полости при выполнении оперативных вмешательств является тяжелым осложнением, которое может привести к летальному исходу. Теоретически, любое гнойно-воспалительное осложнение и оперативное вмешательство могут привести к летальному исходу.
Сам абсцесс (без учета возможного дальнейшего развития гнойного процесса) не является угрожающим для жизни состоянием.
Судебно-медицинская экспертиза проводится по свершившимся обстоятельствам, без учета других возможных развитий (исходов) события. Согласно представленным медицинским документам, оперативное вмешательство по поводу выставленного диагноза: «Абсцесс малого таза. Инородное тело малого таза» - было выполнено ДД.ММ.ГГГГ При поступлении в Краевую клиническую больницу ДД.ММ.ГГГГ - состояние ФИО1 было расценено как удовлетворительное; клинически: температура 36,2 °С; живот безболезненный; болезненность в области образования в малом тазу (инородного тела). Таким образом, показания для экспертного оперативного вмешательства не имелось. Поэтому ей было проведено дообследование и плановое оперативное вмешательство ДД.ММ.ГГГГ
Экспертная комиссия считает необходимым отметить, что на момент госпитализации ФИО1 и весь период стационарного лечения в апреле 2024 г. (по извлечению инородного тела) - какие-либо угрожающие жизни состояния (связанные с наличием инородного тела в брюшной полости) отсутствовали, т.е. наличие инородного тела (марлевой салфетки) у пациентки не сопровождалось угнетением витальных функций - не создавало угрозу для жизни.
Оснований не доверять экспертному заключению № 214-с от 27.08.2025 г. у суда не имеется, оно при рассмотрении дела судом расценивается как допустимое доказательство.
Проведение комиссионной судебно-медицинской экспертизы соответствует требованиям ст. 21 и 22 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (ст. 307 УК РФ). Выполнившие заключение эксперты имеют высшее медицинское образование, высшие квалификационные категории по соответствующим специальностям, а также значительный стаж работы по специальности. В процессе проведения экспертизы экспертами исследованы материалы настоящего гражданского дела, иная медицинская документация, позволяющая в полном объеме разрешить по существу поставленные перед экспертами вопросы.
Суд, при рассмотрении настоящего дела по существу, исходит из того, что судебная экспертиза качества оказания медицинской помощи (услуги) имеет специализированный характер и является целевой, ее заключение в соответствии с положениями ст. ст. 55, 56, 58, 60, 79, 80 ГПК РФ является единственным допустимым доказательством при разрешении спора о качестве оказания медицинской помощи (услуги), характера и степени тяжести причиненного вреда здоровью пациента.
Как упоминалось ранее, согласно ст. 1101 ГК РФ, характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Суд полагает, что именно медицинское учреждение обязано предоставить доказательства своей невиновности в причинении вреда жизни или здоровью пациента, исходя при этом из того, что даже отсутствие причинной связи между ненадлежащим лечением и неблагоприятными изменениями в здоровье пациента не равносильно невиновности медицинского учреждения.
Недостаток в оказании медицинской помощи - это любое несоответствие современным стандартам объема и качества, требованиям нормативных актов, регламентирующим данный вид медицинской деятельности, научно обоснованным с позиций доказательной медицины, принципам медицинской практики и теоретическим в оказании медицинской помощи не является причиной неблагоприятного исхода и не имеет с ним прямой причинной связи, то есть, не влияет на его возникновение; дефект в оказании медицинской помощи - это такой недостаток в оказании медицинской помощи, который явился причиной наступившего неблагоприятного исхода либо имел с ним прямую причинную связь, то есть, повлиял на его возникновении.
В силу ст. 401 ГК РФ, лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности; при этом, лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства, чего в рамках рассматриваемого дела установлено не было.
Все перечисленные выше доказательства в совокупности, позволяют суду прийти к выводу о некачественном оказании медицинской помощи ФИО1, что в силу приведенных выше положений материального права является достаточным основанием для взыскания с ответчика - КГБУЗ «Канская межрайонная больница» в пользу истца компенсации морального вреда, которая вправе была рассчитывать на квалифицированную и своевременную медицинскую помощь.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.
Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
При определении размера компенсации морального вреда, суд, с учетом приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, исходит из установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств дела, учитывает характер нравственных и физических страданий и переживаний истца вследствие некачественного оказания ей медицинской помощи, с учетом тех обоснований, которые истцом положены в основу своих требований, степень вины причинителя вреда, а также требования разумности и справедливости, с учетом правового статуса и материального положения ответчика, и находит возможным определить размер морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика КГБУЗ «Канская МБ» в пользу истца ФИО1 - в сумме 650 000 рублей.
Охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, исходя из приведенных выше нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы установлены дефекты оказания медицинской помощи ФИО1
Определяя размер компенсации морального вреда в указанном размере - 650 000 руб., суд исходит из того, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита является приоритетной, учитывая нравственные страдания истца, конкретные обстоятельства дела, индивидуальные особенности и эмоциональное состояние истицы, имеющей продолжительное время дискомфорт и проблемы с самочувствием, причины которых ей не могли объяснить медицинские работники при обращении к ним за помощью и консультированием, при этом, в отношении потенциального диагноза ФИО1 ставились вопросы о различных заболеваниях, вплоть до онкологии.
Также при определении размера компенсации морального вреда в данном случае суд учитывает показания свидетеля ФИО, который в ходе судебного разбирательства пояснил, что после операции в 2021 г. у супруги (ФИО1) через какое-то время появились боли, прошли череду обследований, анализов, диагноз не могли поставить, было подозрение на онкологию, супруга нервничала, часто плакала, пребывала в подавленном состоянии.
Моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и не поддается точному денежному подсчету. Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом степени вины причинителя вреда и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.
Вместе с тем, в части требований истицы о взыскании штрафа по Закону Российской Федерации от 07.02.1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», суд оснований для их удовлетворения не усматривает, в связи со следующим.
Согласно ч. 2 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
Пунктом 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
Граждане имеют право на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию при оказании медицинской помощи, и платных немедицинских услуг (бытовых, сервисных, транспортных и иных услуг), предоставляемых дополнительно при оказании медицинской помощи (ч. 1 ст. 84 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). Платные медицинские услуги оказываются пациентам за счет личных средств граждан, средств работодателей и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования (ч. 2 ст. 84 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (ч. 8 ст. 84 Федерального закона № 323-ФЗ).
Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. При этом законом гарантировано, что медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно.
Наряду с этим Федеральным законом «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплено право граждан на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию, при оказании медицинской помощи. К отношениям по предоставлению гражданам платных медицинских услуг применяется законодательство о защите прав потребителей.
Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации № 2300-1 «О защите прав потребителей» данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав. Названный закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страховании, применяется законодательство о защите прав потребителей.
Пунктом 6 ст. 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Исходя из изложенного положения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», устанавливающие, в том числе, в п. 6 ст. 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг.
При этом основанием для взыскания в пользу потребителя штрафа является отказ исполнителя, в данном случае исполнителя платных медицинских услуг, в добровольном порядке удовлетворить названные в Законе Российской Федерации «О защите прав потребителей» требования потребителя этих услуг.
Поскольку ФИО1 медицинская помощь КГБУЗ «Канская МБ» оказывалась бесплатно в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, оснований для взыскания с ответчиков штрафа за неудовлетворение требований потребителя у суда не имеется.
Кроме этого, истцом заявлены требования о взыскании понесенных расходов, затраченных ФИО1 на процедуры диагностики состояния здоровья, в общей сумме 4 785 руб., в подтверждение чего в материалы дела истцом были представлены: направительный бланк (смета) от 12.01.2024 г. об уплате 2435 рублей в ООО «Инвитро-Сибирь» за услуги по сдаче анализов (кровь из вены, 141/43 Раково-эмбриональный антиген), договор о возмездном оказании медицинских услуг от 28.02.2024 г., заключенный между ФИО1 и ООО «Меридиан», акт № 27765 от 28.02.2024 г. об уплате за консультацию хирурга в сумме 2 350 руб., чек на сумму 2 350 рублей.
Возмещение потерпевшему понесенных расходов на лечение возможно лишь при наличии условий, указанных в п. 1 ст. 1085 ГК РФ; несоблюдение данных условий влечет отказ в удовлетворении требований потерпевшего. Суд при этом исходит из того, что со стороны истца доказано, что дополнительные медицинские услуги в виде консультации врача-хирурга, сдача анализа крови относительно раково-эмбрионального антигена, в контексте сложившейся у неё ситуации и затруднения диагностирования проблем со здоровьем, не могли быть получены истцом в необходимые для неё сроки бесплатно в рамках программы ОМС. Из представленных истцом и исследованных судом документов следует, что оказанные на платной основе услуги были объективно необходимыми, понесенные истцом расходы на сумму 4 785 руб. судом, таким образом, признаются обоснованными, факт их несения также нашел подтверждение, в связи с чем, в указанной части требования истца подлежат удовлетворению.
Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ. Согласно ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, выраженной в Определении от 20.10.2005 г. № 355-0, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требований ст. 17 (часть 3) Конституции РФ.
По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу. Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек. Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 4 ст. 1 ГПК РФ).
Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст.ст. 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ). При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
В обоснование своих требований в части понесенных судебных расходов истцом в материалы дела был представлен: квитанция к приходному кассовому ордеру № 14 от 07.05.2024 г. об уплате 50 000 рублей адвокату Шумкову В.А. за консультацию, изучение документов, составление иска, представительство в суде.
Таким образом, разрешая вопрос о судебных расходах, суд исходит из того, что истец обращалась за консультированием к адвокату Шумкову В.А., услуги были истцом оплачены. Адвокат Шумков В.А. принимал участие в судебных заседаниях 18.06.2024 г. (предварительное судебное заседание), 14.08.2024 г., 30.09.2025г.
Исследовав обстоятельства по делу, учитывая объем работы, выполненной по данному делу представителем истца адвокатом Шумковым В.А. в ходе рассмотрения дела, при составлении искового заявления и в ходе рассмотрения дела по существу, а также сложность и характер спора, принимая во внимание, что исковые требования о компенсации морального вреда, заявленные в исковом заявлении, судом удовлетворены, руководствуясь принципом разумности и соразмерности, с учетом всей совокупности обстоятельств, суд считает разумным и справедливым взыскать с ответчика по делу судебные расходы, понесенные истцом ФИО1 в размере 30 000 рублей, в том числе - за консультирование и за составление искового заявления - 8 000 руб., за участие в предварительном судебном заседании 18.06.2024 г. - 6 000 руб., за участие в судебных заседаниях 14.08.2024 г., 30.09.2025 г. - по 8 000 руб. за каждое судебное заседание.
При этом, следует отметить, что правило о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (в частности, о компенсации морального вреда).
В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В силу пп. 3 п. 1 ст. 333.36 НК РФ, от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации судами общей юрисдикции, освобождаются истцы - по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья.
Таким образом, с ответчика КГБУЗ «Канская МБ» в доход местного бюджета подлежит взысканию сумма госпошлины 700 рублей: 300 рублей (за требование неимущественного характера о компенсации морального вреда) + 400 рублей (за требование имущественного характера о взыскании расходов за возмездные медицинские услуги 4 785 рублей), с учетом положений п. 1 ст. 333.19 НК РФ (в ред., действующей на дату подачи иска в суд - 15.05.2024 г.).
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к КГБУЗ «Канская межрайонная больница» о компенсации морального вреда, возмещении убытков - удовлетворить частично.
Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Канская межрайонная больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженка <адрес>, паспорт 04 17 №, СНИЛС <***>) в счет компенсации морального вреда 650 000 рублей, в счет расходов, понесенных за возмездные медицинские услуги - 4 785 рублей, в счет понесенных расходов за оказанные юридические услуги - 30 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 - отказать.
Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Канская межрайонная больница» (ИНН <***>) в доход местного бюджета госпошлину в размере 700 рублей.
Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Канский городской суд Красноярского края в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено 14 октября 2025 года.
Судья А.М. Блошкина