Производство №2-91/2023
Дело № 22RS0067-01-2022-003340-42
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Барнаул 13 января 2023 года
Октябрьский районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Тарасенко О.Г.,
при секретаре Пушкареве В.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Сбербанк России», непубличному акционерному обществу «Первое клиентское бюро» о взыскании неосновательного обогащения,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в Октябрьский районный суд г. Барнаула Алтайского края с иском, первоначально предъявленным к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России»), 16.11.2022 уточнила исковые требования (л.д. 134-137), предъявив их также к непубличному акционерному обществу «Первое клиентское бюро» (далее – НАО «ПКБ»).
В обоснование заявленных требований указала, что 16.05.2016 мировым судьёй судебного участка №8 Центрального района г. Барнаула с неё в пользу ПАО «Сбербанк России» взыскана задолженность по кредитному договору от 19.03.2013 № в размере 205022,41 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 2625,11 рублей, а всего взыскано 207647,52 рублей. 26.10.2016 на основании указанного судебного приказа в ОСП Центрального района г. Барнаула было возбуждено исполнительное производство.
13.03.2017 между ПАО «Сбербанк России» и НАО «ПКБ» был заключен договор уступки прав №ПЦП-3, согласно которому к последнему перешли все имущественные права по вышеуказанному договору.
10.12.2019 между ФИО1 и НАО «ПКБ» был заключен договор о консолидации и рефинансировании задолженности, согласно которому на дату заключения договора задолженность истца составляла 74001,66 рублей, из которых, согласно п. 3 договора, 32560,73 рублей было прощено новым кредитором, а оставшаяся сумма долга подлежала уплате ежемесячными платежами (по 800 рублей ежемесячно).
Во исполнение договора от 10.12.2019 ФИО1 ежемесячно уплачивала НАО «ПКБ» по 800 рублей, одновременно с этим с неё продолжали удерживать денежные средства в рамках исполнительного производства в пользу ПАО «Сбербанк России» до полного погашения задолженности.
В результате уклонения ответчиков от обязанности произвести правопреемство по исполнительному производству истцу были причинены убытки. С учётом прощенного долга переплата по договору составила 39760,73 рублей.
Ссылаясь на положения ст.ст. 15, 1064, 1080, 395 Гражданского кодекса Российской Федерации просила взыскать с НАО «ПКБ» убытки в размере 39760,73 рублей, а также проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 10.02.2021 по 15.11.2022 в размере 5944,92 рублей. Также просила взыскать с ответчиков в солидарном порядке расходы по оплате услуг представителя в размере 22000 рублей, в равных долях расходы по уплате государственной пошлины в размере 1571 рублей.
11.01.2023 истец уточнила основания иска, ссылаясь на положения ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, просила взыскать с НАО «ПКБ» неосновательное обогащение в размере 39760,73 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 5944 рублей, а также расходы по оплате услуг представителя в размере 22000 рублей. С ПАО «Сбербанк России» просила взыскать расходы по уплате государственной пошлины.
Истец ФИО1, представитель истца по ходатайству ФИО2 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, просили дело рассмотреть в их отсутствие, отказа от иска не поступило.
Представитель ответчика ПАО «Сбербанк России» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом. В предыдущем судебном заседании представитель ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требований не признала. Пояснила, что все денежные средства, удержанные с истца в ходе исполнения судебного приказа после уступки права требования, были перечислены на расчётный счёт НАО «ПКБ». Полагала, что ПАО «Сбербанк России» является ненадлежащим ответчиком ни по требованиям о взыскании убытков, ни по требованиям о взыскании неосновательного обогащения.
Представитель НАО «ПКБ» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, просил дело рассмотреть в его отсутствие. Представил письменный отзыв на иск, в котором указал, что для взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, просил в удовлетворении требований о взыскании убытков отказать в связи с непредставлением стороной истца доказательств. После уточнения оснований иска представил дополнительный отзыв, в котором указал, что на дату подписания договора рефинансирования, задолженность истца составляла 74011,66 рублей. Согласно п. 3 договора рефинансирования сумма прощения составляет 32560,73 рублей, сумма к выплате 41440,93 рублей, дата платежа 21 числа каждого месяца, начиная с 21.12.2019, размер платежа 800 рублей. Из указанного следует, что ответчик простил часть долга истцу, в связи с этим истец должен был произвести оплату образовавшейся задолженности в меньшем размере, а именно 41440,93 рублей вместо 74011,66 рублей. Вместе с тем, в соответствии с п. 5 договора рефинансирования НАО «ПКБ» имеет право отменить прощение долга в случае нарушения графика платежей. Истец нарушил график платежей, произведя платеж за январь 2020 г. только 24.01.2020, что не соответствовало графику платежей. В связи с этим ответчиком было принято решение об отмене прощения долга. В соответствии с п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации для неосновательного обогащения необходимо отсутствие у лица оснований (юридических фактов), предусмотренных ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, дающих ему право на получение имущества. В рассматриваемом случае, ввиду отмены прощения долга, денежные средства были получены на законных основаниях, в связи с чем просил в удовлетворении заявленных требований отказать.
В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.
Исследовав представленные доказательства, материалы дела, оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии с п. 1 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.
В силу ч.1 ст.819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.
К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 главой 47 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено правилами данного параграфа и не вытекает из существа кредитного договора, в соответствии с ч.2 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.
Согласно п. 1 ст. 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.
Требования к форме договора займа установлены статьей 808 Гражданского кодекса Российской Федерации, в которой предусмотрено, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.
Как установлено в судебном заседании и подтверждено материалами дела, 19.03.2013 между ПАО «Сбербанк России» и ФИО1 был заключен кредитный договор №. 18.05.2016 за основании заявления ПАО «Сбербанк России» исполняющим обязанности мирового судьи судебного участка №8 Центрального района г. Барнаула Алтайского края был вынесен судебный приказ о взыскании с ФИО1 задолженности по указанному договору в размере 205022,41 рублей, а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 2625,11 рублей (л.д. 72).
26.10.2016 судебным приставом-исполнителем ОСП Центрального района г. Барнаула на основании указанного судебного приказа было возбуждено исполнительное производство (л.д. 79-80).
В ходе исполнения с ФИО1 было удержано 207934,01 рублей, из которых 199784,78 рублей перечислено взыскателю, 5271,59 рублей перечислено как исполнительный сбор, 2877,64 рублей находятся на депозитном счёте службы судебных приставов, что подтверждается справкой о движении денежных средств по состоянию на 07.09.2022 (л.д. 81-86).
Постановлением судебного пристава от 06.04.2021 исполнительное производство было окончено в связи с поступлением заявления взыскателя об окончании исполнительного производства, при этом указано, что сумма, взысканная по исполнительному производству, составляет 199784,78 рублей, остаток долга 7862,74 рублей (л.д. 87).
23.03.2017 между ПАО «Сбербанк России» и НАО «ПКБ» был заключен договор уступки прав (требований) №ПЦП3-3, в соответствии с условиями которого последнему перешло право требования, в том числе по кредитному договору от 19.03.2013 №23168, заключенному с ФИО1, размер задолженности по которому на дату уступки составлял 191789,22 рублей (л.д. 59-70).
Согласно ч. 1, 2 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.
Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.
Право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом (ч. 2 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Договор уступки прав от 23.03.2017, заключенный между ПАО «Сбербанк России» и НАО «ПКБ» не оспорен, доказательств обратного суду не представлено.
10.12.2019 между НАО «ПКБ» и ФИО1 заключен договор о консолидации о рефинансировании задолженности по кредитному договору от 19.03.2013 №, права требования по которому уступлены НАО «ПКБ» (л.д. 10).
Заключая 10.12.2019 договор о консолидации о рефинансировании задолженности стороны пришли к соглашению, что на дату заключения договора задолженность ФИО1 составляла 74001,66 рублей, сумма прощения долга составляет 32560,73 рублей, общая сумма к выплате 41440,93 рублей, ежемесячный платеж 800 рублей, день платежа 21 число каждого месяца, дата первого платежа 21.12.2019, количество платежей 52.
В соответствии со ст. 415 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается освобождением кредитора должника от лежащих на нем обязанностей, если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора.
Гражданское законодательство под прощением долга подразумевает одностороннее действие кредитора по отмене лежащих на должнике обязанностей без каких-либо условий и ответных действий с его стороны. Принятие кредитором решения о прощении долга влечет за собой изменение изначально принятых условий договора, с исполнением которого возникли обязательства, поэтому в этом случае необходимо заключение соглашения между сторонами или должнику должно быть направлено уведомление о прощении долга (односторонняя сделка).
Прощение долга предполагает явно выраженное волеизъявление обеих сторон прекратить обязательство. В силу этого не являются прощением долга и не влекут соответствующего правового эффекта: непредъявление кредитором требования об исполнении обязательства; принятие кредитором лишь части долга; обещание кредитора не заявлять должнику существующие против него требования.
Пунктом 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениям Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст. 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При толковании условий договора в силу абзаца первого ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).
При этом в абз. 3 п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" обращено внимание, что условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации); толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.
Из смысла ст. ст. 415 и 432 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что прощение долга считается состоявшимся при определении предмета сделки, то есть размера прощаемой задолженности, если предмет сделки определяется в денежном выражении
Таким образом, прощение долга считает состоявшимся, если волеизъявление кредитора освободить должника от исполнения лежащей на нем обязанности выражено четко, конкретно и если определен размер прощаемой задолженности.
Статьями 421 и 422 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон. Исключение составляют случаи, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. В этом случае договор должен соответствовать императивным нормам, установленным законом и иными правовыми актами, действующими в момент его заключения.
Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (пункт 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).
На основании статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами (пункт 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Оценив представленные доказательства суд приходит к выводу, что НАО «ПКБ» и ФИО1 на основании пункта 3 договора от 10.12.2019 пришли к соглашению о частичном прекращении обязательств по уплате задолженности на сумму 32560,73 рублей путем прощения НАО «ПКБ» долга в указанном размере.
В силу п. 2 ст. 415 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство считается прекращенным с момента получения должником уведомления кредитора о прощении долга, если должник в разумный срок не направит кредитору возражений против прощения долга.
В ходе судебного разбирательства стороны не ссылались на то, что ФИО1 направляла кредитору возражения против прощения долга. Доказательств того, что прощение долга нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора, суду не представлено.
К доводам НАО «ПКБ», изложенным в письменном отзыве, о том, что в соответствии с п. 5 договора от 10.12.2019 НАО «ПКБ» отменило прощение долга, поскольку истец нарушил график платежей, произведя платеж за январь 2020 г. только 24.01.2020, суд относится критически.
В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Согласно положению ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Заявляя о нарушении ФИО1 графика платежей, ответчик ссылается на справку от 26.10.2022, подписанную руководителем НАО «ПКБ», в которой отражены денежные средства, поступившие от ФИО1 в счёт погашения задолженности. В данной справке каждый платёж поименован как «гашение клиента», указана дата поступления денежных средств и их сумма. (л.д. 123).
В частности указано, что 24.01.2020 поступило 800 рублей.
ФИО1 в качестве доказательств представила суду сохранившиеся у неё кассовые чеки, согласно которым ею вносилось по 800 рублей 21.03.2020, 20.04.2020, 21.05.2020, 20.06.2020, 21.07.2020, 21.08.2020, 21.09.2020, 21.10.2020, 21.11.2020, то есть без нарушения графика платежей (л.д. 28-29).
Между тем, указанные платежи отражены в справке НАО «ПКБ» от 26.10.2022 как платежи, произведенные 23.03.2020, 21.04.2020, 22.05.2020, 22.06.2020, 22.07.2020, 24.08.2020, 22.09.2020, 21.10.2020, 23.11.2020.
Согласно абзацу 12 ст. 1.1 Федерального закона от 22.05.2003 N 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении расчетов в Российской Федерации" кассовый чек это первичный учетный документ, сформированный в электронной форме и (или) отпечатанный с применением контрольно-кассовой техники в момент расчета между пользователем и покупателем (клиентом), содержащий сведения о расчете, подтверждающий факт его осуществления и соответствующий требованиям законодательства Российской Федерации о применении контрольно-кассовой техники.
С учётом изложенного, суд приходит к выводу, что сведения, содержащие в справке от 26.10.2022, недостоверны в части указания даты поступления платежей, поскольку содержат более позднюю (по сравнению с кассовыми чеками) дату.
Указанная справка, подписанная генеральным директором НАО «ПКБ», в отсутствии финансовых документов, не является достаточным доказательством того, что платеж за январь 2020 г. был произведен ФИО1 24 числа.
Тот факт, что в настоящее время кассовый чек за январь 2020 г. у ФИО1 не сохранился, не опровергает указанные выводы суда, поскольку именно на НАО «ПКБ», как на стороне ссылающейся на данное обстоятельство, лежит обязанность доказать факт нарушения ФИО1 графика платежей.
Кроме того, после января 2020 г. НАО «ПКБ» продолжило принимать от ФИО1 ежемесячные платежи в размере, согласованном с учётом прощения долга, измененный график ФИО1 не вручило, об отмене прощения долга ФИО1 не уведомило, доказательств обратного суду не представлено.
Как указано выше, при прощении долга обязательство считается прекращенным с момента получения должником уведомления кредитора о прощении долга, если должник в разумный срок не направит кредитору возражений против прощения долга (п. 2 ст. 415 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Такое уведомление совершено в момент подписания договора, то есть с 10.12.2019 обязательство не возражавшей против прощения долга ФИО1 по оплате части долга в размере 32560,73 рублей считается прекращенным.
Суд также отмечает то, что условие договора, изложенное в п. 5 об отмене прощения долга по своему характеру противоречит закону, а именно положениям п. 2 ст. 415 Гражданского кодекса Российской Федерации, что позволяет квалифицировать его как ничтожное.
В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 добровольно исполняла обязательство перед новым кредитором, производя ежемесячные платежи в размере 800 рублей.
Вместе с тем, возбужденное 26.10.2016 исполнительное производство, на основании судебного приказа, было окончено только 06.04.2021, процессуальное правопреемство по исполнительному производству не производилось, денежные средства, удержанные из пенсии должника ФИО1, перечислялись первоначальному взыскателю ПАО «Сбербанк России».
В ходе судебного разбирательства установлено, что всего (до и после уступки) по исполнительному производству в пользу ПАО «Сбербанк России» было перечислено 199784,78 рублей.
Указанное обстоятельство подтверждается справкой о движении денежных средств по депозитному счёту, сводкой по исполнительному производству, постановлением об окончании исполнительного производства (л.д. 16-26, 81-86, 87, 91).
В силу п.3 ст. 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации цедент по общему правилу обязан передать цессионарию все полученное от должника в счет уступленного требования.
ПАО «Сбербанк России» представило справку о перечислении денежных средств, поступивших от должника ФИО1 по исполнительному производству после уступки права требования (л.д. 71), ссылаясь на то, что денежные средства в полном объеме перечислены цессионарию.
Перечисления в соответствующие даты в аналогичных суммах отражены НАО «ПКБ» справке от 26.10.2022.
Таким образом, факт перечисления ПАО «Сбербанк России» денежных средств НАО «ПКБ» суд признаёт установленным и доказанным. Сторонами данное обстоятельство не оспаривалось.
Как установлено в ходе судебного разбирательства с ФИО1 по кредитному договору от 19.03.2013 № была взыскана задолженность и судебные расходы, всего взыскано 207647,52 рублей (л.д. 77).
Согласно сведениям, представленным НАО «ПКБ», сумма задолженности на дату уступки составляла 191789,22 рублей, всего по кредитному договору от 19.03.2013 № с момента уступки в счёт погашения задолженности поступило 193526,48 рублей (л.д. 123). При этом сумма платежей, совершенных по 800 рублей составила 9600 рублей.
Всего с ФИО1 было удержано судебным приставом и уплачено добровольно в кассу НАО «ПКБ» 209384,78 рублей (199784,78 рублей удержано судебным приставом + 9600 рублей уплачено в кассу = 209384,74 рублей.
Таким образом, с учётом прощения долга в сумме 32560,73 рублей, переплата ФИО1 составила 34297,99 рублей (207647,52 рублей взысканная сумма - 32560,73 рублей сумма прощения - 209384,78 рублей сумма всех поступивших в погашение долга платежей = - 34297,99 рублей).
Также стоит учесть, что на дату заключения договора консолидации и рефинансирования (10.12.2019) размер задолженности ФИО1 составлял 74001,66 рублей.
После 10.12.2019 ПАО «Сбербанк России» перечислило НАО «ПКБ» денежные средства в размере 66 138,92 рублей, что подтверждается справкой ПАО «Сбербанк России» (л.д. 71), справкой НАО «ПКБ» (л.д. 123).
То есть всего, после заключения договора консолидации и рефинансирования от 10.12.2019, НАО «ПКБ» получены денежные средства в размере 75738,92 рублей (66 138,92 рублей перечислено ПАО «Сбербанк России» + 9600 рублей уплачено должником в кассу = 75738,92 рублей).
Таким образом, при подсчёте суммы переплаты иным способом (после заключения договора консолидации и рефинансирования от 10.12.2019), размер переплаты определяется в той же сумме 34297,99 рублей (74001,66 рублей сумма долга на дату заключения договора консолидации и рефинансирования - 32560,73 рублей сумма прощения - 75738,92 рублей сумма всех поступивших в погашение долга платежей = -34297,99 рублей).
Согласно подп. 7 п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают, в том числе вследствие неосновательного обогащения.
В соответствии с п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст.1109 ГК РФ.
Указанная статья Гражданского кодекса Российской Федерации дает определение понятия неосновательного обогащения и устанавливает условия его возникновения.
Так, обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех обязательных условий: имеет место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества произведено за счет другого лица; приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно.
В связи с этим юридическое значение для квалификации отношений, возникших вследствие неосновательного обогащения, имеет не всякое обогащение за чужой счет, а лишь неосновательное обогащение одного лица за счет другого.
В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1).
Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2).
Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (часть 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2 ст. 1102 ГК РФ).
В ходе судебного разбирательства судом с достоверностью установлен факт перечисления истцом ответчику НАО «ПКБ» денежных средств по договору в большем размере, сумма переплаты составила 34297,99 рублей.
Из приведенных норм материального права следует, что приобретенное за счет другого лица без каких-либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, в том числе, когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего.
Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, в частности, денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности (п.4 ст.1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При этом, в соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ обязанность доказать факт получения ответчиком денег или имущества за счет истца должна быть возложена на истца, а обязанность доказать наличие обстоятельств, в силу которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, либо то, что денежные средства или иное имущество получены обоснованно и неосновательным обогащением не являются, должна быть возложена на ответчика.
По сведениям ОПФР в период с 01.10.2016 по 18.11.2021 из пенсии ФИО1 производились удержания по нескольким исполнительным производствам, что, с учетом пенсионного возраста последней, работы организаций в период ограничений, вызванных пандемией новой коронавирусной инфекции, в режиме, ограничивающем доступ граждан, привело к неосведомлённости ФИО1 об удержании денежных средств по кредитному договору в размере, превышающем задолженность, с учётом прощения долга и добровольно произведённых оплат.
В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.
Фактов недобросовестного поведения ФИО1 судом не установлено.
Между тем, НАО «ПКБ», получая денежные средства в счёт погашения задолженности и от первоначального кредитора, и от должника, получив их в большем размере и не вернув переплату должнику ФИО1, действовал недобросовестно, неосновательно обогатившись за счёт ФИО1 на 34297,99 рублей.
Указанная сумма полежит взысканию с НАО «ПКБ» в пользу ФИО1 в качестве неосновательного обогащения.
ФИО1 также заявлено требование о взыскании с НАО «ПКБ» процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 10.02.2021 по 15.11.2022 в размере 5944,92 рублей.
Как следует из п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга.
Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
В соответствии с пунктом 37 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательств (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ).
Проценты за пользование чужими денежными средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (ч.3 ст. 395 ГК РФ).
С учётом установленных судом обстоятельств суд приходит к выводу, что получив от ФИО1 и от ПАО «Сбербанк России» денежные средства после того, как задолженность была фактически погашена, НАО «ПКБ» безусловно было известно о том, что денежные средства получены им безосновательно, в связи с чем на сумму неосновательного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами.
Судом установлено, что переплаты произошли: 25.08.2020 на сумму 2440,92 рублей, 22.09.2020 на сумму 800,00 рублей, 25.09.2020 на сумму 4668,08 рублей, 22.10.2020 на сумму 800,00 рублей, 26.10.2020 на сумму 4668,08 рублей, 23.11.2020 на сумму 800,00 рублей, 03.12.2020 на сумму 4959,14 рублей, 24.12.2020 на сумму 4959,14 рублей, 01.02.2021 на сумму 5271,59 рублей, 19.03.2021 на сумму 4931,04 рублей, а всего 34297,99 рублей.
В силу ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям и может выйти за пределы заявленных требований только в случаях, предусмотренных федеральным законом.
Истцом заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 10.02.2021 по 15.11.2022.
Таким образом, требования истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами, являются обоснованными, однако подлежат удовлетворению в части.
При проверке представленного истцом расчета процентов за пользование заемными средствами, суд исходит из того, что данные проценты являются платой за пользование денежными средствами и подлежат уплате должником по правилам об основном денежном долге.
Согласно п.1 ст.9.1 ФЗ от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство РФ вправе ввести мораторий » на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами (далее для целей данной статьи - «мораторий»), на срок, устанавливаемый Правительством РФ. Постановлением Правительства РФ №497 от 28.03.2022 введен в действие «мораторий» на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, срок действия которого с 01.04.2022 по 01.10.2022.
Из разъяснений содержащихся п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 N44 "О некоторых вопросах применения положений ст.9.1 ФЗ от 26.10.2002 N127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" следует, что целью введения « моратория », предусмотренного ст.9.1 ФЗ от 26.10.2002 N127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки.
В период действия «моратория» проценты за пользование чужими денежными средствами (ст.395 ГК РФ), неустойка (ст.330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (ст.75 НК РФ), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения «моратория», к лицу, подпадающему под его действия.
В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия «моратория». Лицо, на которое распространяется действие «моратория», вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подп.2 п.3 ст.9.1, абз.10 п. 1 ст.63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.
Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их совокупности следует, что с момента введения «моратория», т.е. с 1 апреля 2022 года на 6 месяцев прекращается начисление неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей.
Проценты, указанные в статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисляются со дня просрочки исполнения возникших из договоров денежных обязательств.
За период с 01.04.2022 по 01.10.2022 проценты, предусмотренные ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, не могут быть взысканы с НАО «ПКБ» ввиду действия в указанный период моратория на возбуждение дел о банкротстве, в том числе, в отношении юридических лиц.
Таким образом, с НАО «ПКБ» в пользу ФИО1 подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 10.02.2021 по 15.11.2022, исключая период с 01.04.2022 по 01.10.2022, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, от общей суммы остатка основного долга, в размере 3184,46 рублей. Расчёт процентов будет следующий:
Задолженность
Период просрочки
Ставка
Формула
Проценты
с
по
дней
29 366,95 р.
10.02.2021
18.03.2021
37
4,25
29 366,95 ? 37 ? 4.25% / 365
126,52 р.
+4 931,04 р.
19.03.2021
Новая задолженность
34 297,99 р.
19.03.2021
21.03.2021
3
4,25
34 297,99 ? 3 ? 4.25% / 365
11,98 р.
34 297,99 р.
22.03.2021
25.04.2021
35
4,50
34 297,99 ? 35 ? 4.5% / 365
148,00 р.
34 297,99 р.
26.04.2021
14.06.2021
50
5,00
34 297,99 ? 50 ? 5% / 365
234,92 р.
34 297,99 р.
15.06.2021
25.07.2021
41
5,50
34 297,99 ? 41 ? 5.5% / 365
211,90 р.
34 297,99 р.
26.07.2021
12.09.2021
49
6,50
34 297,99 ? 49 ? 6.5% / 365
299,29 р.
34 297,99 р.
13.09.2021
24.10.2021
42
6,75
34 297,99 ? 42 ? 6.75% / 365
266,40 р.
34 297,99 р.
25.10.2021
19.12.2021
56
7,50
34 297,99 ? 56 ? 7.5% / 365
394,66 р.
34 297,99 р.
20.12.2021
13.02.2022
56
8,50
34 297,99 ? 56 ? 8.5% / 365
447,28 р.
34 297,99 р.
14.02.2022
27.02.2022
14
9,50
34 297,99 ? 14 ? 9.5% / 365
124,98 р.
34 297,99 р.
28.02.2022
31.03.2022
32
20,00
34 297,99 ? 32 ? 20% / 365
601,39 р.
Сумма основного долга: 34 297,99 р.
Сумма процентов: 2 867,32 р.
Задолженность
Период просрочки
Ставка
Формула
Проценты
с
по
дней
34 297,99 р.
02.10.2022
15.11.2022
45
7,50
34 297,99 ? 45 ? 7.5% / 365
317,14 р.
Сумма основного долга: 34 297,99 р.
Сумма процентов: 317,14 р.
2 867,32 р. + 317,14 р. = 3184,46 рублей.
К размеру процентов, взыскиваемых по пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу, положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются (пункт 6 статьи 395 ГК РФ) (пункты 45, 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").
Сумму подлежащих взысканию с ответчика процентов суд находит соразмерной последствиям нарушения обязательства, оснований для снижения указанной суммы, с учётом допущенных ответчиком нарушений, суд не усматривает.
В удовлетворении остальной части исковых требований к НАО «ПКБ» надлежит отказать.
В удовлетворении требований к ПАО «Сбербанк России» надлежит отказать в полном объеме, поскольку ПАО «Сбербанк России» в спорных правоотношениях не является надлежащим ответчиком по делу.
Согласно ч.1 ст.98, ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному заявлению суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
С учетом разъяснений п.п.11-13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательств чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку процессуальных документов, продолжительность рассмотрения и другие обстоятельства.
При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов
С учётом изложенного, истец имеет право на возмещение издержек, связанных с рассмотрением дела, в том числе расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах, с учётом принципа пропорциональности, поскольку требования истца подлежат частичному удовлетворению.
Истцом представлен договор об оказании юридических услуг от 19.03.2022 №73, заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО4 и ФИО1, предметом которого является оказание исполнителем заказчику юридических услуг: устной консультации в день заключения договора (2000 рублей), юридического анализа документов (10000 рублей), претензионной исковая работа по взысканию неосновательного обогащения (10000 рублей) (л.д. 31-33).
Оплата по договору в размере 22000 рублей подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 19.03.2022.
Факт оказания услуг подтверждается материалами дела: исковым заявлением, копией претензии.
Оценив представленные доказательства, в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, с учетом объема заявленных требований, цены иска, сложности дела, объема фактически проделанной представителем работы, характера спора, временных и интеллектуальных затрат представителя, степени его участия, характера и объема оказанной юридической помощи, конкретных обстоятельств, руководствуясь принципом разумности и соразмерности, соблюдая баланс между правами лиц, участвующих в деле, приходит к выводу о том, что следует признать необходимыми и разумными расходами истца на оплату услуг представителя расходы в размере 10000 рублей и, учитывая принятое по делу решение, с учётом принципа пропорциональности, взыскать с НАО «ПКБ» в пользу ФИО5 расходы по оплате услуг представителя в размере 8201 рублей.
В силу требований ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с НАО «ПКБ» в пользу ФИО5 надлежит взыскать расходы по уплате государственной пошлины в размере 1288,49 рублей.
В удовлетворении остальной части требований надлежит отказать.
На основании изложенного,
руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с непубличного акционерного общества «Первое клиентское бюро» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (№) неосновательное обогащение в размере 34297 рублей 99 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 10.02.2021 по 15.11.2022, исключая период с 01.04.2022 по 01.10.2022, в размере 3184 рублей 46 копеек, расходы по оплате услуг представителя в размере 8201 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 1288 рублей 49 копеек.
В удовлетворении остальной части требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Барнаула Алтайского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Судья О.Г. Тарасенко
Мотивированное решение составлено: 20 января 2023 г.