дело № 2-1964/2025

50RS0050-01-2025-003064-52

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Шатура Московской области 29 декабря 2025 года

Шатурский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Богатковой З.Г.,

с участием прокурора Федюнина Г.А.,

при секретаре судебного заседания Луканиной Н.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУЗ МО "Шатурская больница" о взыскании морального вреда,

установил:

истец ФИО1 обратилась с суд с иском к ответчику к ГБУЗ МО "Шатурская больница" о взыскании компенсации морального вреда, указав, что 14.11.2022 ФИО2, управляя автомобилем марки «ЛАДА ГРАНТА» 219059-01», г.р.з. № при движении у дома № 12 по улице Большевик, г.Шатура, Московская область совершил наезд на пешехода ФИО11., который переходил проезжую часть дороги вне зоны пешеходного перехода, последний от полученных травм скончался в ГБУЗ МО «Шатурская ОБ».

В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 было отказано по основаниям п.2 ч.1 ст.24 УК РФ.

Прибывшая на место ДТП бригада скорой помощи в 18 часов 06 минут приняла решение об экстренной госпитализации ФИО13. с предварительным диагнозом «Перелом тела (диафаза) большеберцовой кости закрытый№. Из медицинских документов следует, что после оказания первой помощи ФИО12. наступило улучшение.

В 18 часов 42 минуты ФИО14. бригадой скорой помощи был доставлен в стационар Шатурской больницы (приемное отделение) в состоянии средней тяжести.

14.11.2022 в 18 часов 38 минут ФИО15. поступил в отделение травматологии и ортопедии, из которого 14.11.2022 в 19 часов 10 минут был переведен в анастезиолого-реанимационное отделение, в котором 15.11.2022 в 06 часов 40 минут скончался.

Из заключения комиссии экспертов № 614/23 от 30.05.2024 первичный поставленный диагноз ФИО16., бригадой скорой помощи «Поверхностная травма голени неучтенная» не соответствует клиническому диагнозу <данные изъяты>

При осмотре травматологом ФИО17 в 18 часов 38 минут 14.11.2022 жаловался на боли в правом плесе. Правой голени.

При осмотре травматологом был поставлен диагноз <данные изъяты>

В рамках до следственной проверки КУМП № 16595 по факту смерти ФИО18. была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, на разрешение экспертов были поставлены вопросы: состоят ли полученные телесные повреждения ФИО19. в результате ДТП 14.11.2023 в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти? Допущены ли дефекты при оказании медицинской помощи ФИО3, которые явились причиной смерти или вызвали ухудшение его состояния?

Как следует из заключения комиссии экспертов, совокупная оценка клинической картины и результатов судебно-медицинского исследования трупа ФИО3 позволяет считать, что причиной смерти явилась <данные изъяты>. Таким образом, между имевшимся у ФИО4 повреждениями. Составляющими сочетанную травму, и его смертью имеется прямая причинно- следственная связь.

Как было установлено, смерть ФИО4 наступила от осложнений закрытой травмы груди с множественными переломами правых ребер и повреждениями правового легкого в комплексе сочетанной травмы, полученной им незадолго до наступления в стационар.

Тяжесть состояния ФИО4 на момент госпитализации и непродолжительного периода стационарного лечения (около 12 часов) была обусловлена характером и объемом полученных повреждений (множественные переломы ребер, несколько длинных трубчатых костей- плечевой и костей голени; разрыва внутренних органов- правого легкого и печени; множественные кровоизлияния в связочный аппарат органов брюшной полсти и мягкие ткани), а так же закономерными осложнениями полученной травмы – развитием правостороннего гемопневмоторакса и травматического шока.

Из этого следует, что между полученной им травмой и наступлением исхода смерти имеется прямая причинно-следственная связь. Соответственно, между иными явлениями и наступившим исходом такая связь отсутствует.

При анализе сведений из представленных медицинских документов экспертная комиссия установила, что переломы правых ребер, правосторонний гемопневмоторакс и разрывы печени у ФИО4 выявлены не были, что следует расценивать как дефект оказания медицинской помощи – дефект диагностики. При этом проводившиеся пациенту в стационаре мероприятия были своевременными, но не в полном объеме, а именно не был установлен плевральный дренаж- дефект лечения; не было проведено УЗИ органов брюшной полсти в динамике- дефект диагностики.

Искусственная вентиляция легких (ИВЛ) была начата в 05 часов 53 минуты 15.11.2023 по показаниям после внезапного ухудшения состояния ФИО4 Несмотря это, в 06 часов 10 минут зафиксировало состояние клинической смерти, что потребовало проведения реанимационных мероприятий. Начатые немедленно. Выполненные в соответствии с правилами в полном объеме в течение 30 минут реанимационные мероприятия эффекта не имели. Была констатирована биологическая смерть. Констатация биологической смерти проведена в соответствии с Правилами определения момента смерти человека. В том числе критериев и процедуры установления смерти человека, Правил прекращения реанимационных мероприятий. Таким образом, ИВЛ, при наличии переломов правых ребер и повреждений ткани правого легкого в данном случае не могла явиться причиной развития пневмоторокса и не повлияла на исход травмы, поскольку была начата уже в терминальную фазу и продолжалась всего около 17 минут до момента клинической смерти.

Дефектов, которые бы по своему характеру привели к развитию у пациента нового патологического процесса, ухудшили бы его состояние и обусловили наступление смертельного исхода, экспертная комиссия не обнаружила.

Тем не менее, выявленные комиссией экспертов дефекты оказания медицинской помощи ФИО4, выраженные в дефекте, как лечения, так и исследованиях, с судебно-медицинской точки зрения, не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Экспертизой установлены указанные выше дефекты оказания медицинской помощи и в части неверного лечения.

Как указано в заключении комиссии экспертов № 61/23 от 30.05.2024, смерть ФИО4 наступившая от осложнений закрытой травмы груди с множественными переломами ребер и повреждениями правого легкого, что привело к развитию правостороннего гемопневмоторокса в комплексе с сочетанной травмы тела, полученной им незадолго до поступления в стационар хоть имеет прямую причинно-следственную связь с ДТП, произошедшим 14.11.2022.

При поступлении в стационар ФИО4 не был диагностирован множественный перелом правых ребер, правосторонний гемопневмотороск, разрыв печени, что расценено в выводах комиссии как дефект диагностики.

Так же ФИО4 не было проведено УЗИ органов брюшной полости в динамике.

Поскольку, ФИО4 был неверно установлен диагноз, стало причиной проведения ряда медицинских действий, а именно установление плеврального дренажа, что говорит о дефекте лечения.

Перелом ребер справа, повреждение правого лёгкого, правосторонний, гемопневморакс, разрыв печени стали причинами смерти ФИО4

Истец является матерью погибшего ФИО4, которая в связи с потерей сына понесла нравственные и физические страдания, ухудшилось состояние здоровья.

Просит взыскать с ГБУЗ МО «Шатурская больница» в её пользу в счет компенсации морального вреда в размере 1 500 000 руб., причиненного при оказании ФИО4 не правильной, не своевременной и не в полном объеме медицинскую помощь.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, суд направила представителя – адвоката Трушина О.Д.

Представитель истца адвокат Трушин О.Д. в судебном заседании поддержал требования по доводам, изложенным в иске, просил иск удовлетворить.

Представитель ответчика ГБУЗ МО «Шатурская больница» ФИО5 в удовлетворении требований возражал, просил в иске отказать по основаниям, изложенных в письменных возражениях.

Третье лицо Министерство здравоохранения Московской области ФИО6 в судебном заседании в удовлетворении иска возражал по основаниям указанным представителем ответчика ГБУЗ МО «Шатурская больница».

Третье лицо ООО "СМК РЕСО-мед" в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом, представителя в суд не направили.

Прокурор Федюнин Г.А. в своем заключении полагал, что требования истца о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению частично, с учетом принципа разумности и справедливости.

Суд, заслушав представителей, заключение прокурора, исследовав материалы дела, оценив их в совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ приходит к выводу, что требования истца подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены общие основания ответственности за причинение вреда.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено право пациента на и возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно части 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Закон об основах охраны здоровья) медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Из части 2 статьи 98 названного выше закона следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Согласно пункту 6 статьи 4 Закона об основах охраны здоровья к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи.

В пункте 21 статьи 2 данного Закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация должна доказать отсутствие своей вины в причинении убытков и вреда здоровью истицы, а также в причинении ей морального вреда при оказании медицинской помощи.

Обращаясь в суд, истец ссылалась на оказание некачественной медицинской услуги, повлекших смерть ее сыну – ФИО4

Как следует из материалов дела, 14.11.2022 г. примерно в 18 часов 00 минут по адресу: автодорога близ дома № 12 по улице Большевик, г.Шатура, Московская область произошло дорожно-транспортное происшествие с участием водителя ФИО2, который совершил наезд на пешехода ФИО4, переходившего проезжую часть дороги вне зоны пешеходного перехода. В результате ДТП пешеход ФИО4, получил телесные повреждения, с которыми был доставлен в ГБУЗ МО «Шатурская больница». (Справка о ДТП л.д.29).

В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 было отказано по основаниям п.2 ч.1 ст.24 УК РФ (постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (л.д.21-28).

15.11.2022 в 06 часов 40 минут ФИО4 скончался в ГБУЗ МО «Шатурская больница», куда был доставлен бригадой скорой помощи (свидетельство о смерти л.д.51).

Согласно заключению эксперта № 680 от 16.11.2022 при судебно-медицинским исследованием трупа гражданина ФИО4 установлено: <данные изъяты>

Указанные в п. 1.1., п. 1.2., п. 1.3. констатирующей части выводов повреждения в короткий промежуток времени от действия тупых твердых предметов, что могло иметь при воздействии тупыми твёрдыми предметами в условиях транспортного происшествия свидетельствует характер повреждений, а так же признаки общего сотрясения ор кровоизлияния в корни легких. Травмирующая сила, в момент первичного удара, действовала сзади наперед, в справа налево, в заднюю поверхность правой голени и внутреннюю поверхность лево наружную поверхность правого бедра, травмирующими предметами могли быть перед автомобиля, например бампер и край капота, с последующими ударами, задней половиной грудной клеткой о части автомобиля, например капот, стойку и после ударами о дорожное покрытие, что так же подтверждается признаками общего сотрясения тела. Указанные в п. 1.1: и 1.2. констатирующей части выводов повреждения прижизненные, образовались в едином механизме дорожно-транспортного происшествия, являются для жизни человека, и по этому признаку рассматриваются в совокупности как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека (согласно пункту 6.1.10 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью утвержденных приказом №194н Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г.). Смерть гражданина ФИО4 наступила от закрытой травмы грудной травматического гемопневмоторакса справа.

Таким образом, тяжкий вред, причиненный повреждениями, указанными в п.п. 1.1. -1.3 констатирующей часта заключения, находится в прямой причинно-следственной связи наступлением смерти. При судебно-химическом исследовании крови от трупа гр-на- ФИО4 обнаружен <данные изъяты> Данная концентрация этанола в крови у живых обычно соответствует <данные изъяты>. Согласно данным представленной медицинской карты стационарного больного, смерть ФИО4 наступила 15.11.2022 в 06 часов 10 минут (л.д.12-20).

Согласно проведенной по уголовному делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 614/23 от 30 мая 2024 совокупная оценка клинической картины и результатов судебно-медицинского исследования трупа ФИО7 позволяет считать, что причиной его смерти явилось закрытая травма груди, в комплексе сочетанной травмы тела, осложнившаяся нарастающим правосторонним пневмотораксом, что привело к ателектазу правого легкого, смешению органов влево, сдавливанию сердца и полых вен.

Установлено, что смерть ФИО4 наступила от осложнений закрытой травмы груди с множественными переломами правых ребер и повреждения правого легкого в комплексе сочетанной травмы тела, полученной им незадолго, до поступления в стационар.

Тяжесть состояния мерина О.С. на момент госпитализации и непродолжительного периода стационарного лечения (около 12 часов) была обусловлена характером и объемом полученных повреждений ( множественные переломы ребер, нескольких длинных трубчатых костей- плечевой и костей голени, разрывы внутренних органов-правого легкого и печени, множественные кровоизлияния в связочный аппарат органов брюшной полости и мягких тканей) а также закономерными осложнениями полученной травмы- развитием правостороннего гемо пневмоторакса и травматического шока.

Из этого следует, между полученной ФИО4 травмой и наступлением неблагоприятного исхода (смерть), имеется прямая причинно-следственная связь. Соответственно между иными явлениями и наступившим исходом, такая связь отсутствует.

В то же время при анализе сведений из представленных медицинских документов экспертная комиссия установила, что переломы правых ребер, правосторонний гемо пневмоторакс и разрывы печени у ФИО4 выявлены не были, что следует расценивать как дефект оказания медицинской помощи- дефект диагностики. При этом проводившиеся пациенту в стационаре (госпитализация в отделение анестезиологии и реанимации, гипсовая иммобилизация нижней конечности, комплексное медикаментозное лечение, направленное на стабилизацию жизненно важных показателей, в том числе обезболивание, инфузионная терапия вазапрессорная поддержка) были своевременны, но не в полном объеме, не было проведено УЗИ органов брюшной полости в динамике- дефект диагностики.

Дефектов, которые по своему характеру привели к развитию у пациента нового патологического процесса, ухудшили бы его состояние и обусловили наступление летального исхода экспертная комиссия не обнаружила.

В соответствии с требованиями статьи 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которых следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основаниях своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности.

Установленные в заключении судебно-медицинской экспертизы недостатки свидетельствуют о нарушении ответчиком оказания медицинской помощи, поскольку имеются дефекты оказания медицинской помощи. Доказательств, позволяющих освободить ГБУЗ МО «Шатурская больница» от ответственности, в материалах дела не имеется.

Таким образом, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца в части взыскания с ответчика компенсации морального вреда.

Компенсация морального вреда, согласно статье 12 ГК РФ, является одним из способов защиты гражданских прав.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Из содержания приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется на основании оценки судом конкретных обстоятельств дела. При этом суд наряду с учетом степени вины причинителя вреда, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, должен учитывать требования разумности и справедливости. Кроме того, законодатель не исключает при определении размера компенсации морального вреда возможность учета имущественного положения причинителя вреда.

Моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету. Предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При рассмотрении настоящего спора судом учитываются все предусмотренные законом критерии определения размера компенсации морального вреда и заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе характер, степень физических и нравственных страданий потерпевшей стороны ФИО1, степень вины ответчика, конкретные обстоятельства и наступившие последствия в виде ненадлежащего оказание медицинской помощи (дефекты) приходит к выводу о взыскании с ГБУЗ МО «Шатурская больница» в пользу истца компенсации морального вреда в размере 150 000 руб. с учетом принципа разумности и справедливости.

Истцом также заявлено требование о взыскании судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 35 000 руб. Несение указанных расходов подтверждено представленным Договором № 392 об оказании юридической помощи физическому лицу от 25.11.2025.

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разрешая заявленное требование о взыскании судебных расходов с ответчика, суд, учитывая характер оказанных услуг, сложность гражданского дела, объем оказанной представителем правовой помощи, представление подтверждающих документов, приходит к выводу, что требования заявителя о взыскании расходов подлежат удовлетворению частично в размере 25 000 руб.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в доход бюджета муниципального округа Шатура Московской области подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Шатурская больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (СНИЛС <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 150 000(сто тысяч) руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) руб.

В удовлетворении иска ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, свыше суммы взысканной судом отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Шатурская больница» государственную пошлину в доход бюджета городского округа Шатура Московской области в размере 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Шатурский городской суд в течение одного месяца, со дня его принятия в окончательной форме.

Судья З.Г. Богаткова

Мотивированное решение изготовлено 19 января 2026

Судья З.Г. Богаткова