Решение по делу № 2-42/2025 от 25.06.2025 - о признании недействительным соглашения о страховом возмещении, взыскании убытков, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда и судебных расходов.

УИД: 68RS0003-01-2024-000771-32

№ 2-42/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 июня 2025 г. г. Тамбов

Советский районный суд г. Тамбова в составе:

председательствующего судьи Федотова Л.А.,

при секретаре Мироновой И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО1 и АО «МАКС» о признании недействительным соглашения о страховом возмещении, взыскании убытков, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда и судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, с учётом уточнения требований (том 2 л.д. 77-78), обратился в суд предъявив исковые требования: к АО «МАКС» о признании соглашения о выплате страхового возмещения недействительным; взыскании с АО «МАКС» и ФИО3 возмещение убытков в сумме 1 299 181 руб. и судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 14 696 руб. и досудебного экспертного заключения в размере 6 000 руб.; взыскании с АО «МАКС» неустойки в размере 400 000 руб. и штрафа; взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб.

В исковом заявлении указано, что около 20 час. 00 мин. у , на регулируемом перекрёстке, в результате столкновения транспортного средства « государственный регистрационный № под управлением ФИО2 и транспортного средства « » государственный регистрационный , под управлением ФИО1 произошло дорожно – транспортное происшествие (далее – ДТП). В результате данного ДТП транспортное средство « », принадлежащее ФИО2 получило механические повреждения. По факту ДТП сотрудниками ГИБДД УМВД РФ по Тамбовской области было начато административное расследовании, в ходе которого была назначена автотехническая экспертиза, проведение которой поручено ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста России. Согласно заключению эксперта ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста России от действия водителя ФИО1 не соответствовали требованиями пункта 13.8 ПДД РФ и находились в причинной связи с фактом столкновения. АО «МАКС» на основании заключённого со ФИО2 соглашения произвело выплату страхового возмещения в сумме 400 000 руб. Данное соглашение ФИО2 заключал полагаясь на добросовестность АО «МАКС», однако порядок определения суммы страхового возмещения ФИО2 не разъяснялся, информация необходимая для принятия взвешенного решения о необходимости заключения соглашения с АО «МАКС» по поводу выплаты страхового возмещения, не предоставлялась. На основании изложенного, ФИО2 считает, что соглашение о выплате страхового возмещения заключено им под влиянием существенного заблуждения.

В ходе рассмотрения гражданского дела к участию в нём в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечено АО «АльфаСтрахование».

В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель по доверенности ФИО4 уточненные исковые требования поддержали, просили их удовлетворить.

Надлежаще извещенный ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, её представитель по ордеру адвокат Симонов И.А. в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

Надлежаще извещенный представитель ответчика АО «МАКС» в судебное заседание не явился, предоставив письменные возражения против удовлетворения исковых требований.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования АО «АльфаСтрахование», будучи надлежаще извещенными, в судебное заседание не явился.

Выслушав лиц участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему выводу.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу положений статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности либо на ином законном основании.

На основании пункта 1 статьи 929 ГК РФ, по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии со статей 935 ГК РФ, Федеральный закон от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) ответственность владельца повышенной опасности должна быть застрахована.

Согласно пункту 15 статьи 12 Закона об ОСАГО, страховое возмещение может быть осуществлено как в форме организации и оплаты восстановительного ремонта (натуральная форма), так и путем выдачи страховой суммы потерпевшему, однако в силу пункта 15.1 данной статьи приоритетной формой страхового возмещения вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации, является натуральная форма.

Основания для изменения формы страхового возмещения установлены пунктом 16.1 Закона об ОСАГО с учетом разъяснений в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», которые могут быть установлены, в том числе и после обращения с заявлением к страховщику.

Требования к организации восстановительного ремонта предусмотрены в пункте 15.2 статьи 12 Закона об ОСАГО.

При этом, как следует из абз. 5 пункта 15.2 данной статьи, если у страховщика заключен договор на организацию восстановительного ремонта со станцией технического обслуживания, которая соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, страховщик направляет его транспортное средство на эту станцию для проведения восстановительного ремонта такого транспортного средства.

Если ни одна из станций, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, страховщик с согласия потерпевшего в письменной форме может выдать потерпевшему направление на ремонт на одну из таких станций. В случае отсутствия указанного согласия возмещение вреда, причиненного транспортному средству, осуществляется в форме страховой выплаты.

Согласно пункту 15.3 статьи 12 Закона об ОСАГО при наличии согласия страховщика в письменной форме потерпевший вправе самостоятельно организовать проведение восстановительного ремонта своего поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания, с которой у страховщика на момент подачи потерпевшим заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков отсутствует договор на организацию восстановительного ремонта. В этом случае потерпевший в заявлении о страховом возмещении или прямом возмещении убытков указывает полное наименование выбранной станции технического обслуживания, ее адрес, место нахождения и платежные реквизиты, а страховщик выдает потерпевшему направление на ремонт и оплачивает проведенный восстановительный ремонт.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 45 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» если по результатам проведенного страховщиком осмотра поврежденного имущества страховщик и потерпевший достигли согласия о размере страхового возмещения и не настаивают на организации независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества, такая экспертиза, в силу пункта 12 статьи 12 Закона об ОСАГО, может не проводиться.

При заключении соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества потерпевший и страховщик договариваются о размере и порядке осуществления потерпевшему страхового возмещения в пределах срока, установленного абзацем первым пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО (пункт 12 статьи 12 Закона об ОСАГО). После осуществления страховщиком оговоренного страхового возмещения его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что прекращает соответствующее обязательство страховщика (пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Вместе с тем при выявлении скрытых недостатков потерпевший вправе обратиться к страховщику с требованиями о дополнительном страховом возмещении.

Указанное выше соглашение может быть также оспорено потерпевшим по общим основаниям недействительности сделок, предусмотренным гражданским законодательством (параграф 2 главы 9 ГК РФ).

В соответствии со статьёй 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пп. 1 и 5 пункта 2 статьи 178 ГК РФ).

По смыслу указанной статьи, заблуждение может проявляться в том числе в отношении обстоятельств, влияющих на решение того или иного лица совершить сделку.

В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.

О достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подп. «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать в том числе выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом.

Такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего.

При этом пунктом 3 статьи 307 ГК РФ предписано, что при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Судом установлено, что около 20 час. 00 мин. у , на регулируемом перекрёстке, произошло ДТП с участием транспортного средства « » государственный регистрационный под управлением ФИО2 (истец по делу) и транспортного средства « » государственный регистрационный , под управлением ФИО1 (ответчик по делу), в результате которого транспортное средство « », принадлежащее истцу получило механические повреждения, что подтверждается материалом составленным сотрудниками ГИБДД УМВД России по Тамбовской области (том 1 л.д. 148 – 184).

По факту ДТП начато административное расследование, в ходе которого была назначена автотехническая экспертиза, проведение которой поручено ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста России.

Согласно заключению эксперта ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста России от в дорожно – транспортной ситуации для обеспечения безопасности движения водитель ФИО2 должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 13.7 ПДД РФ, водитель ФИО1 в соответствии с требованиями пунктов 10.2 и 13.8 ПДД РФ. Действия водителя ФИО1 не соответствовали требованиями пункта 13.8 ПДД РФ и находились в причинной связи с фактом столкновения (том 1 л.д. 169 – 176).

В целях установления, чьи действия не соответствовали правилам дорожного движения и находились в причинно – следственной связи с ДТП, определением от , по ходатайству представителя ответчика ФИО1, назначена судебная экспертиза.

Заключением эксперта ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации от , установлено несоответствие действий водителя транспортного средства « » ФИО1 (ответчик по делу) пункту 13.8 ПДД РФ, поскольку при включении для нее разрешающего (зеленного) сигнала светофора, ФИО1 начала выезжать не перекресток (пересекать «стоп – линию»), не уступив дорогу транспортному средству « », которое в этот момент уже находилось на перекрестке, совершая его проезд. Также экспертом отмечено, что с технической точки зрения, даже если судом будет установлено то, что транспортное средство « » выезжало на перекресток с нарушением относящихся к нему ПДД РФ, это никоим образом не отменяет для водителя транспортного средства « » обязанности выполнить требования пункта 13.8 ПДД РФ, то есть уступить дорогу транспортному средству « » уже находящемуся на перекрестке и завершающему его проезд (том 1 л.д. 191 – 197).

Определением от , судом удовлетворено ходатайство представителя ответчика ФИО1 о назначении повторной судебной экспертизы.

В заключении эксперта ФБУ Российский Федеральный центр судебной экспертизы имени профессора А.Р. Шляхова при Министерстве юстиции Российской Федерации от (том 2 л.д. 37 – 60), приведены следующие выводы:

- водитель ФИО5 пересек «стоп-линию» на желтый сигнал светофора, а границу перекрестка пересек в момент переключения с желтого сигнала светофора на красный.

- водитель ФИО1 пересекла «стоп-линию» и выехала на перекресток на зеленый сигнал светофора.

- в сложившейся дорожно-транспортной ситуации с учетом результатов исследования по вопросам и , водитель автомобиля « » должен был руководствоваться требованиями пунктов 6.2, 6.13, 6.14 абз. 1, 10.1 абз. 2 ПДД РФ.

- в сложившейся дорожно-транспортной ситуации с учетом результатов исследования по вопросам 1, 2 и 6, водитель автомобиля « » должна была руководствоваться требованиями пунктами 10.1, 10.2 и 13.8 ПДД РФ.

- в действиях водителя автомобиля « », с технической точки зрения, несоответствий требованиям пунктам 6.2, 6.13, 6.14 абз. 1 ПДД РФ не усматривается.

- определить экспертным путем, соответствовали ли, с технической точки зрения, действия водителя автомобиля « » требованиям пункта 10.1 абз. 2 ПДД РФ, и находятся ли эти несоответствия в причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием, не представляется возможным по причине, указанной в исследовательской части заключения.

- в действиях водителя автомобиля « », с технической точки зрения, усматривается несоответствие требованиям пункта 13.8 ПДД РФ. При условии движения автомобиля « » со скоростью 60 км/ч, в действиях его водителя, с технической точки зрения, несоответствий требованиям пунктов 10.1 абз. 1 и 10.2 ПДД РФ не усматривается, а при условии движения со скоростью более 60 км/ч, в действиях водителя автомобиля « », с технической точки зрения, усматривается несоответствие требованиям пунктов 10.1 абз. 1 и 10.2 ПДД РФ.

- определить экспертным путем, соответствовали ли, с технической точки зрения, действия водителя автомобиля « » требованиям пункта 10.1 абз. 2 ПДД РФ, и находятся ли эти несоответствия в причинной связи с произошедшим ДТП, не представляется возможным по причине, указанной в исследовательской части заключения.

- определить экспертным путем, находится ли, с технической точки зрения, несоответствие действий водителя автомобиля « » требованиям пунктов 10.1 абз. 1, 10.2 и 13.8 ПДД РФ в причинной связи с произошедшим ДТП, не представляется возможным по причине, указанной в исследовательской части заключения.

- решить вопрос о наличии либо отсутствии у водителя автомобиля « » технической возможности предотвращения столкновения путем торможения экспертным путем не представляется возможным по причине, указанной в исследовательской части заключения.

- скорость движения автомобиля « » составляла не менее 60 км/ч и не более 78 км/ч.

- определить экспертным путем, находится ли, с технической точки зрения, несоответствие действий водителя автомобиля « » требованиям пунктов 10.1 абз. 1, 10.2 ПДД РФ в причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием, не представляется возможным по причине, указанной в исследовательской части заключения.

Экспертное заключение ФБУ Российский Федеральный центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации ответчиками не оспорено, рецензий указывающих на нарушения, допущенные при его изготовлении в суд не предоставлено. Приведенное заключение эксперта отвечает требованиям части 2 статьи 86 ГПК РФ, выводам эксперта дано научное обоснование, сделанные выводы однозначны и не противоречивы, экспертиза проведена лицом, обладающим специальными познаниями и необходимой квалификацией для разрешения поставленных вопросов, кроме того, экспертиза назначена и проведена на основании определения суда, без непосредственного обращения и общения сторон спора с экспертом, который был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, основания не доверять выводам экспертного заключений у суда отсутствуют. В указанных обстоятельствах, суд признает экспертное заключение ФБУ Российский Федеральный центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации надлежащим доказательством.

Заключением эксперта ФБУ Российский Федеральный центр судебной экспертизы имени профессора А.Р. Шляхова при Министерстве юстиции Российской Федерации от , установлено несоответствие действий водителя автомобиля « » ФИО3 (ответчик по делу) требованиям пункта 13.8 ПДД РФ, заключающееся в том, что водитель автомобиля « » ФИО1 не уступила дорогу водителю автомобиля « » государственный регистрационный № под управлением ФИО2, завершающего движение через перекресток.

Кроме того, необходимо отметить, что приведенное нарушение пункта 13.8 ПДД РФ, допущенное ФИО3 и отсутствие нарушений ПДД РФ со стороны водителя ФИО2 установлены также заключением эксперта ФБУ Тамбовская ЛСЭ Минюста России от , проведенной в ходе административного расследования (том 1 л.д. 169 – 176) и заключением эксперта ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации от (том 1 л.д. 191 – 197).

Довод представителя ответчика ФИО3 о том, что приведенными экспертными заключениями установлено нарушение ПДД РФ ответчиком с технической точки зрения, при этом с юридической точки зрения водитель ФИО2 не имел преимущества движения перед водителем ФИО3, поскольку выехал на перекресток на желтый (запрещающий) сигнал светофора, суд отвергает.

Заключением эксперта ФБУ Российский Федеральный центр судебной экспертизы имени профессора А.Р. Шляхова при Министерстве юстиции Российской Федерации от установлено, что водитель транспортного средства « » ФИО2 не располагал технической возможностью остановиться у «стоп – линии» в соответствии с требованиями пункта 6.13 ПДД РФ, в связи с чем, в его действиях, с технической точки зрения, не усматривается несоответствий пунктам 6.2, 6.13, 6.14 ПДД РФ.

В соответствии с пунктом 6.13 ПДД РФ, водителям, которые при включении желтого сигнала или поднятии регулировщиком руки вверх не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение.

Таким образом, водитель транспортного средства « » ФИО2 имел право продолжить движение через перекресток, имея преимущество движения перед водителем ФИО3 (ответчик по делу).

В указанных обстоятельствах, ссылка представителя ответчика ФИО3 на один из выводов заключения эксперта ФБУ Российский Федеральный центр судебной экспертизы имени профессора А.Р. Шляхова при Министерстве юстиции Российской Федерации от , которым установлено, что водитель ФИО2 пересек «стоп-линию» на желтый сигнал светофора, а границу перекрестка пересек в момент переключения с желтого сигнала светофора на красный, с учетом иных выводов эксперта, не является надлежащим доказательством отсутствия нарушения со стороны ФИО3 ПДД РФ и допущении данных нарушений водителем ФИО2

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что лицом, чьи действия не соответствовали правилам дорожного движения и находились в причинно – следственной связи с ДТП, являлся водитель ФИО3 (ответчик по делу).

Гражданская ответственность истца ФИО2 застрахована по договору ОСАГО АО «МАКС» (ответчик по делу), гражданская ответственность ФИО1 (ответчик по делу), по договору ОСАГО застрахована АО «АльфаСтрахование» (третье лицо по делу) (том 1 л.д. 31, 150).

ФИО2 обратился в АО «МАКС» с заявлением об осуществлении страхового возмещения (том 2 л.д. 169 – 171).

Указанное ДТП было признано АО «МАКС» страховым случаем (том 1 л.д. 31).

по направлению АО «МАКС» проведён осмотр транспортного средства, по результатам которого составлен акт осмотра (том 1 л.д. 32).

между АО «МАКС» и ФИО2 заключено соглашение о страховом возмещении (далее – Соглашение), сумма которого составила 400 000 руб. (том 2 л.д. 186).

Согласно платёжному поручению , сумма страхового возмещения в размере 400 000 руб. переведена ФИО2 (том 2 л.д. 187).

В соответствии с заключением специалиста ООО ОПЦ «Альтаир» от , полная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства « » государственный регистрационный , составляет 1 699 181 руб. (том 1 л.д. 42 – 48).

Заключение специалиста ООО ОПЦ «Альтаир» от ответчиками не оспорено, отвечает требованиям части 2 статьи 86 ГПК РФ, в связи с чем, суд признает его надлежащим доказательством и принимает за основу при вынесении решения.

ФИО2 (истец по делу) обратился в АО «МАКС» (ответчик по делу) с претензией, в которой, ссылаясь на введение сотрудниками страховой компании в заблуждение при заключении Соглашения, заявил требования о выплате убытков сверх лимита ответственности на основании заключения ООО ОПЦ «Альтаир» от , а также неустойки и штрафа.

Письмом АО «МАКС» уведомила ФИО2 об отсутствии оснований для выплаты убытков, неустойки и штрафа, в связи с заключением Соглашения (том 2 л.д. 189).

Решением финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг от рассмотрение обращения ФИО2 прекращено, в связи с рассмотрением данного гражданского дела судом и не предоставлением вынесенного по нему судебного акта (том 2 л.д. 146 – 150).

При этом, в пункте 105 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что прекращение финансовым уполномоченным рассмотрения обращения по мотиву непредставления страховщиком документов или невозможности принять решение по представленным потерпевшим и (или) страховщиком документам не препятствует обращению потребителя финансовых услуг в суд.

В пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что о достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подпунктом «ж» пункта 16 статьи 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать в том числе выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом.

Как указано выше, ФИО2 обратился в АО «МАКС» с заявлением об осуществлении страхового возмещения (том 2 л.д. 169 – 171) путём перечисления безналичного платежа. Приведенное заявление ФИО2 выполнено в виде подготовленного сотрудниками страховой компании бланка, выбор способа страхового возмещения определен ФИО2 путём проставления отметки «х» в соответствующей графе, при этом, графа предусматривающая указание реквизитов для перечисления денежных средств ФИО2 не заполнена.

Заключение между истцом и ответчиком АО «МАКС» соглашения (том 2 л.д. 186) осуществлено также путём подписания подготовленного сотрудниками страховой компании документа, без проведения независимой технической экспертизы, что отражено в пункте 2 Соглашения.

Поскольку ФИО2 не является профессиональным участником правоотношений в области страхования и оценки размера ущерба, при обращении в страховую компанию с заявлением об осуществлении страхового возмещения и при заключении Соглашения без проведения независимой технической экспертизы, ФИО2 не мог обладать информацией о действительной стоимости восстановительного ремонта, что подтверждает доводы истца о нахождении под влиянием заблуждения в отношении юридически значимых обстоятельства, в том числе, размера подлежащей выплате денежной сумме.

Исходя из приведенных обстоятельств, с учетом выплаченного АО «МАКС» страхового возмещения» и полной стоимости восстановительного ремонта, для суда очевидно, что при наличии необходимой информации о действительном положении дел, ФИО2 не заключил бы Соглашение.

Изложенный вывод подтверждается фактом обращения истца в АО «МАКС» с претензией о выплате убытков, неустойки и штрафа.

На основании изложенного, суд признает соглашение о страховом возмещении, заключенное между АО «МАКС» и ФИО2 недействительным, что подтверждает отсутствие у ответчика АО «МАКС» оснований для замены формы страхового возмещения в виде оплаты восстановительного ремонта на страховую выплату.

В соответствии с разъяснениями в пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), в случае неправомерного отказа страховщика от организации и оплаты ремонта транспортного средства в натуре и (или) одностороннего изменения условий исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме в отсутствие оснований, предусмотренных пунктом 161 статьи 12 Закона об ОСАГО, потерпевший вправе требовать полного возмещения убытков в виде стоимости такого ремонта без учета износа транспортного средства.

В этой связи у заявителя возникло право требования возмещения убытков вследствие ненадлежащего исполнения страховщиком своих обязанностей по договору ОСАГО в размере действительной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства. Данная позиция отражена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верхового суда Российской Федерации от 17.10.2023 №77-КГ223-10-К1.

На основании изложенного, в пользу истца с ответчика подлежит взысканию убытки в сумме 1 299 181 руб., в виде разницы между полной стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства и страховым возмещение выплаченным АО «МАКС» в пользу ФИО2 (1699 181 - 400 000), что соответствует заявленным истцом исковым требованиям.

Помимо этого, пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО установлено, что страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования. При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

Неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательств.

В пункте 76 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что неустойка за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства определяется в размере 1 процента, а за несоблюдение срока проведения восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства определяется в размере 0,5 процента за каждый день просрочки от надлежащего размера страхового возмещения по конкретному страховому случаю за вычетом страхового возмещения, произведенного страховщиком в добровольном порядке в сроки, установленные статьей 12 Закона об ОСАГО (абзац второй пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, то есть с 21-го дня после получения страховщиком заявления потерпевшего о страховой выплате и документов, предусмотренных Правилами, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору включительно.

Принимая во внимание, что страховое возмещение не осуществлено в установленные законом сроки без законных на то оснований, суд признает право истца на взыскание с ответчика АО «МАКС» неустойки.

Как указано выше, ФИО2 обратился в АО «МАКС» с заявлением о страховом возмещении , соответственно последним днём периода в течении которого страховщик должен был принять решение о выплате страхового возмещения, за исключением нерабочих праздничных дней с по , будет являться , в связи с чем, неустойка подлежит расчёту за период с по (всего 485 дней), что соответствует расчету представленному стороной истца.

Сумма неустойки рассчитана истцом исходя из размера страхового возвещения - 400 000 руб., что является правом истца, так как страховое возмещение, подлежащее выплате потерпевшему превышает данную сумму.

1 % от 400 000 руб. (400 000/100) равен 4 000 руб., таким образом сумма неустойки составит 1 940 000 руб. (4 000 х 485). При этом, сумма неустойки обосновано заявлена истцом ко взысканию в размере 400 000 руб., в соответствии с положениями абзаца 2 пункта 21 статьи 12, пункт 6 статьи 16.1 Закона об ОСАГО.

Кроме того, в силу пункта 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

Поскольку, судом удовлетворены исковые требования истца с ответчика АО «МАКС» подлежит взысканию штраф в размере 649 590,5 руб. (1 299 181 / 2).

Доводы об уменьшении неустойки и штрафа представителем АО «МАКС» в представленных в суд возражениях на иск не приведены, между тем, принимая во внимание период нарушения прав истца, сумму убытков, то обстоятельство, что ответчик является процессуальным участником правоотношений, по мнению суда основания для уменьшения неустойки и штрафа с применением положений статьи 333 ГК РФ отсутствуют.

Исходя из установленной вины ответчика АО «МАКС» в нарушении прав истца, оснований для взыскания убытков с ответчика ФИО1 суд не усматривает.

Согласно пункту 2 статьи 966 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договора страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, составляет три года.

По смыслу закона, поскольку отношения между страховщиком и потерпевшим основаны на договоре страхования, а не на обязательстве вследствие причинения вреда, то исчисление срока исковой давности не может связываться исключительно с самим фактом причинения вреда и наступлением страхового события, а должен также состоять с нарушением договорных обязательств страховщиком, в частности, если он по обращению потерпевшего (выгодоприобретателя) отказал в осуществлении страховой выплаты, либо ненадлежащим образом исполнил это обязательство, либо не разрешил соответствующий вопрос в течение срока, установленного для этого положениями закона об обязательном страховании.

В соответствии с пунктом 89 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», согласно которым исковая давность по спорам, вытекающим из договоров обязательного страхования риска гражданской ответственности, в соответствии с пунктом 2 статьи 966 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда потерпевший (выгодоприобретатель) узнал или должен был узнать: об отказе страховщика в осуществлении страхового возмещения или прямом возмещении убытков путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания или выдачи суммы страховой выплаты либо об осуществлении страхового возмещения или прямого возмещения убытков не в полном объеме. Исковая давность исчисляется также со дня, следующего за днем истечения срока для принятия страховщиком решения об осуществлении страхового возмещения или о прямом возмещении убытков путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания либо о выдаче суммы страховой выплаты (пункт 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

При этом каких-либо положений, ограничивающих определенным сроком возможность обращения потерпевшего к страховщику с требованием об осуществлении страхового возмещения Закон об ОСАГО не содержит.

На основании приведенных положений закона, суд считает несостоятельными доводы представителя ответчика АО «МАКС» о пропуске истцом срока исковой давности. Поскольку ДТП имело место , истец обратился в АО «МАКС» , трехгодичный срок исковой давности не пропущен.

Также истцом заявлены исковые о взыскании компенсации морального вреда с ответчика ФИО1 в сумме 1 000 000 руб., рассматривая данные требования, суд исходит из следующего.

Положения статьи 15 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей» предусматривают взыскание компенсации морального вреда, причиненного потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), к которым ФИО1 не относится.

Статьёй 151 ГК РФ установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а так же степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Между тем, исходя из материалов дела, суд приходит к выводу, что правоотношения сторон спора возникли в связи с причинением имущественного вреда (убытков), доказательств причинения истцу морального вреда (физические или нравственные страдания) действиями ответчика ФИО1, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие истцу нематериальные блага, в суд не представлено.

На основании изложенного, основания для взыскания с ФИО1 в пользу истца компенсации морального вреда отсутствуют.

На основании статьи 98 ГПК РФ, с ответчика АО «МАКС» в пользу истца, в связи с удовлетворением исковых требований к данному ответчику, подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 14 696 руб. (чек по операции от – том 1 л.д. 4) и стоимости изготовления заключения специалиста ООО ОПЦ «Альтаир» от , принятого судом за основу при вынесении решения, в сумме 6000 руб. (квитанция – договор от , договор на проведение экспертизы от – том 1 л.д. 40, 41).

Руководствуясь статьями 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к АО «МАКС» о признании недействительным соглашения о страховом возмещении, взыскании убытков, неустойки, штрафа и судебных расходов, удовлетворить.

Признать недействительным соглашение о страховом возмещении, заключенное между АО «МАКС» и ФИО2.

Взыскать с АО «МАКС»» в пользу ФИО2 убытки в сумме 1 299 181 руб., неустойку в сумме 400 000 руб., штраф в сумме 649 590,5 руб. и судебные расходы в сумме 20 696 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1 о возмещении убытков, компенсации морального вреда и судебных расходов, отказать в полном объёме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Советский районный суд г. Тамбова в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Судья: Федотов Л.А.

Мотивированное решение изготовлено 25.06.2025.

Судья: Федотов Л.А.