Дело № 2-9/2026
25RS0006-01-2024-001931-87
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Арсеньев 27 января 2026 года
Арсеньевский городской суд Приморского края в составе:
председательствующего судьи Белоусовой А.Г.,
при секретаре Бадановой Е.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску М. к М. о признании договора дарения квартиры недействительным и применении последствий недействительности сделки,
установил:
М. обратилась в суд с вышеназванным иском, в обоснование которого указав, что М., умерший ДД.ММ.ГГГГ, является ее отцом (истца) и ее брата М.. При обращении к нотариусу для открытия наследственного дела выяснилось, что накануне смерти М. между ним (М.) и М. был заключен договор дарения, в соответствии с которым М. является собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> На момент указанной сделки М. находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, так как страдал <данные изъяты> в той выраженности симптомов, которые значительно влияли на его когнитивные способности, способствовали нарушению мышления, лишили его способности критически оценивать совершаемые им действия, в связи с чем истец полагает, что данная сделка является недействительной. Указанный договор дарения нарушает права и охраняемые законом интересы истца, так как квартира исключается из наследственной массы, что влечет неблагоприятные для истца последствия. На основании изложенного истец просит признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, и применить последствия недействительности сделки.
Истец М. и ее представитель О. в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивали по доводам, изложенным в иске.
Ответчик М., надлежащим образом извещенная о месте и времени судебного заседания, в суд не явилась, ранее в судебном заседании поясняла, что с исковыми требованиями не согласна. М. знает больше 20 лет, с 2009 по 2011 гг. они совместно проживали. В 2022 г. у него выявили <данные изъяты>. В феврале 2024 г. ему поставили <данные изъяты>. М. вызвал ее из Магадана, чтобы она приехала, присмотрела за ним. Она приехала в октябре 2024 г., и находилась с М. до его смерти. Помогала ему, водила в больницу. Брак они заключили для того, чтобы она могла его сопровождать в медицинские учреждения на законных основаниях. На тот момент никого из родственников рядом с ним не было, в больницу они не приходили. На момент заключения договора дарения квартиры М. находился в своем уме и осознавал последствия своих действий.
Представитель ответчика М. – адвокат П. в судебном заседании исковые требования не признала, поясняла, что оснований для удовлетворения иска нет. Истец и третье лицо, будучи детьми умершего, перед смертью последнего за ним не ухаживали. М. добровольно принял решение подарить свою квартиру М., при этом он осозновал характер своих действий.
Третье лицо М. в судебном заседании исковые требования поддержал.
Третье лицо нотариус Е. извещена надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, в суд не явилась.
Из показаний свидетеля М. в суде следует, что М. является его матерью. Она проживала с М. с 2008 г. по 2011 г. М. относился к нему как отец. Мать работала в Магадане. С осени 2024 г. по просьбе М. она вернулась в Арсеньев, и жила у него.
Из показаний свидетеля В. в суде следует, что она с М. дружит 3 года. Осенью 2024 г. М. вызвал ее к себе из г. Магадана. Она бывала у М., присматривала за ним пока М. ездила за лекарствами, питанием, ходила по больницам. В общении М. вел себя нормально, производил впечатление адекватного человека. М. проживала с ним, ухаживала за ним. М. не общался с детьми, был на них обижен. Говорил, что не хочет, чтобы квартира досталась детям.
Из показаний свидетеля П. в суде следует, что она работает медсестрой <данные изъяты>. М. состоял на учете с 2023 г. с <данные изъяты>. Весной 2024 г. он говорил, что у него есть дети, но он им не нужен, и после смерти он им ничего не оставит. В ноябре 2024 г ездила к нему домой, брала анализы крови. Полагает, что он находился в здравом уме, и отдавал отчет в своих действиях. Ему назначался <данные изъяты>, который не влияет на психическое состояние, а действует как обезболивающее средство.
Из показаний свидетеля Р. в суде следует, что она работает фельдшером <данные изъяты>. С М. были соседями. Перед смертью в ноябре видела его в магазине. Он ориентировался и был адекватным. Осознавал что делает, его заболевание на его психическое состояние не повлияло. Он был обижен на детей, поскольку они к нему не ходили.
Из показаний свидетеля В. в суде следует, что она являлась соседкой М. В ноябре 2024 г. видела его на балконе. Он ходил отрешенно. В период с осени 2024 у нее общения с ним не было.
Из показаний свидетеля Р. в суде следует, что М. являлся ее соседом. Последний раз видела его летом. Видела, что к нему приходила женщина.
Выслушав представителя истца и ее представителя, представителя ответчика, третье лицо, свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В соответствии с п. 3 ст. 574 ГК РФ (в редакции, действующей на день совершения сделки) договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В соответствии с п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.
С учетом изложенного, неспособность дарителя в момент совершения сделки понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания сделки недействительной.
Согласно записи акта о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ Отдела ЗАГС Арсеньевского городского округа Приморского края, ДД.ММ.ГГГГ М. и М. заключили брак. Брак зарегистрирован в день обращения в ЗАГС.
08.11.2024 г. между М. и М. заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Согласно п.2.3 договора стороны подтверждают, что не лишены и не ограничены в дееспособности, не стоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть подписываемого договора и обстоятельства его заключения, а также у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить сделку на крайне невыгодных для себя условиях.
08.11.2024 г. М. обратился в КГАУ «МФЦ Приморского края» г. Арсеньев с заявлением о государственной регистрации перехода права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>
Право собственности М. на указанную квартиру ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано в ЕГРН.
ДД.ММ.ГГГГ М. умер. ДД.ММ.ГГГГ его дети - М. и М., обратились к нотариусу с заявлениями о принятии наследства.
Согласно сведениям, представленным КГБУЗ «<данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ М. поступил в паллиативное отделение <данные изъяты> с диагнозом: <данные изъяты>. Самостоятельно передвигаться не мог, только с помощью жены. Покидал паллиативное отделение 08.11.2024 и 10.11.2024 по собственному желанию в сопровождении жены. Выписан ДД.ММ.ГГГГ по собственному желанию. Согласно медицинским документам и листам выполнения наркотического вещества, М. с целью купирования болевого синдрома вводились препараты: <данные изъяты>
На диспансерном учете в кабинете у врача психиатра КГБУЗ «<данные изъяты>» М. не состоял, недееспособным либо ограниченно дееспособным не признавался.
Из заключения судебно - психиатрической экспертизы № следует, что дать категоричный и однозначный ответ о полноценности волеизъявления М., его способности прогнозировать возможные социальные последствия сделки, правильности представлений о существенных элементах сделки в момент подписания договора не представляется возможным.
Согласно заключению дополнительной судебно - психиатрической экспертизы № ответить на вопрос о том: «Находился ли М. в момент подписания договора дарения и при принятии решения о дарении, с учетом состояния здоровья, в таком состоянии, когда он не мог понимать значение своих действий и руководить ими?» - не представляется возможным.
Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу, что достаточных доказательств того, что в момент совершения сделки ДД.ММ.ГГГГ М. был неспособен понимать значение своих действий или руководить ими, стороной истца не представлено и в ходе рассмотрения дела судом не установлено.
Вопреки доводам истца и его представителя, состояние здоровья и нахождение М. в паллиативном отделении лечебного учреждения в связи с <данные изъяты> заболеванием в ноябре 2024 г., не свидетельствует об отсутвии у него самостоятельной воли на совершение оспариваемой сделки. Судом также отклоняются доводы о нахождении М. в день совершения сделки в наркотическом опьянении, поскольку доказательства этому истцовой стороной суду не представлены, из медицинских документов следует, что в день заключения оспариваемого договора дарения квартиры наркотикосодержание препараты М. врачом не назначались, в с вязи с <данные изъяты> заболеванием М. в указанный день накотикосодержание препараты не принимал.
Кроме того судом в судебном заседании выносился на обсуждение вопрос о проведении по делу дополнительной судебно - психиатрической экспертизы с привлечением к ее производству специалиста в области фармакологии с целью выяснения вопроса о том как повлияли принимаемые медицинские препараты на возможность М. понимать значение своих действий и руководить ими, однако истец и его представитель возражали против назначения по делу такой экспертизы.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что, передавая безвозмездно в собственность М. квартиру, М. в силу п.2 ст.1 и п.1 ст.9 ГК РФ действовал по своему усмотрению, то есть своей волей и в своем интересе, понимал значение своих действий, и руководил ими, в связи с чем оснований для признания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным суд не усматривает, следовательно, в удовлетворении исковых требований надлежит отказать.
Определением суда от 04.02.2025 заявление М. о принятии мер по обеспечению иска удовлетворено. Управлению Росреестра по Приморскому краю запрещено осуществлять любые регистрационные действия, в том числе осуществлять переход права собственности, изменять запись в ЕГРП о праве на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, до исполнения решения суда. М. запрещен доступ в указанное жилое помещение.
Поскольку судом отказано в иске, принятые меры по обеспечению иска подлежат отмене по вступлении решения суда в законную силу.
Руководствуясь ст. ст. 197-198 ГПК РФ, суд
решил:
М. в удовлетворении исковых требований к М. о признании договора дарения квартиры недействительным и применении последствий недействительности сделки отказать.
Обеспечительные меры в виде запрета Управлению Росреестра по Приморскому краю осуществлять любые регистрационные действия, в том числе осуществлять переход права собственности, изменять запись в ЕГРП о праве на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, до исполнения решения суда, а также запрета доступа М. в жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, по вступлении решения суда в законную силу – отменить.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Приморского краевого суда через Арсеньевский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья А.Г. Белоусова
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>