Дело № 2а-2700/22
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Ухтинский городской суд Республики Коми в составе
председательствующего судьи Сверчкова И.В.,
при секретаре Зубик О.Н.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Ухте Республики Коми 15 ноября 2022 года административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к федеральному казённому учреждению исправительная колония № 8 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми, Управлению Федеральной службы исполнения наказания России по Республике Коми, Управлению исполнения приговоров и специального учёта Федеральной службы исполнения наказания России, Врио начальника Управления исполнения приговоров и специального учёта Федеральной службы исполнения наказания России ФИО2 и Федеральной службе исполнения наказаний России об оспаривании решения, взыскании денежной компенсации,
установил:
ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к федеральному казённому учреждению исправительная колония № 8 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми (далее также – ИК) и Управлению Федеральной службы исполнения наказания России по Республике Коми о присуждении денежной компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, в обоснование требований указав, что он отбывал уголовное наказание в ИК с 2014 года. Коммунальные удобства и материальное оснащение ИК, по мнению истца, не соответствует стандартам и отклоняется от действующих норм.
С аналогичными требованиями, но содержащими более развёрнутое обоснование и ряд дополнительных доводов, истец обратился в рамках административного дела № 2а-2559/22.
Определением от 29.08.2022 производства по настоящему делу и административному делу № 2а-2559/22 объединены в одно производство.
Определениями от 29.08.2022 и от 27.09.2022 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены: ФСИН России, УФСИН России по РК, Управление исполнения приговоров и специального учёта ФСИН России, Врио начальника Управления исполнения приговоров и специального учёта ФСИН России ФИО2
Административный истец в судебное заседание не прибыл, по объективным причинам – отбывает уголовное наказание. Ранее, выступая в судебном заседании посредством использования системы видеоконференц-связи, доводы иска поддержал.
Ответчики и заинтересованное лицо в суд не прибыли, своих представителей, не направили. Ранее, представитель ИК, УФСИН России по РК и ФСИН, выступая в судебном заседании, в удовлетворении требований просил отказать.
Руководствуясь ст. 150 КАС РФ, определено провести судебное заседание без участия сторон и заинтересованного лица.
Исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
ФИО1 отбывает наказание в виде лишения свободы в ИК с 17 июля 2014 года, где с 31.07.2014 по 04.05.2018 содержался в отряде №1, с 05.05.2018 по 12.09.2019 в отряде № 3, 13.09.2019 признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания и переведен из обычных в строгие условия отбывания наказания (отряд №5 СУОН), камера № 3, где содержался по 27.11.2020, с 28.11.2020 содержится в отряде № 3. Кроме того, истец неоднократно водворялся в штрафной изолятор, по данным истца более 12 раз.
Истец в обоснование своих требований приводит следующие доводы.
В камерах ШИЗО отсутствует горячее водоснабжение, стол для приема пищи приварен к полотну кровати и в ночное время опускается на пол и является подпоркой для кровати, освещение недостаточное, в камерах антисанитария, грибок, плесень.
В отряде № 5 прогулочные дворы не соответствовали норме.
С 2017 по 2020 года ему было выдано вещевое довольствие не в полном объеме.
ФИО1 не предоставлялись международные телефонные звонки, в связи с чем, он не мог общаться с родственниками.
Во всех отрядах ИК административный истец указал на отсутствие горячего водоснабжения, отсутствуют комнаты воспитательной работы, отсутствуют сушильные помещения, и иные бытовые помещения.
На крышах зданий отсутствует снегозадержатели.
Помывка в бане учреждения предоставлялась 1 раз в неделю до мая 2018 года, стирка и по сей день осуществляется 1 раз в неделю.
ФИО1 подавались обращения от 12.05.2020, от 02.09.2020, 25.02.2019, 12.08.2021, 02.11.2021 и 13.11.2021, которые не были переданы на отправку адресатам.
По прибытию в ИК ФИО1 был подвергнут унижающему достоинство обыску.
В отряде № 5 (СУОН) отсутствовала горячая вода, недостаточно розеток, тусклое освещение, недостаточно столов, приварены к кровати.
В отряде № 3 и по сей день отсутствует комната воспитательной работы, комната для сушки одежды, освещение в секциях № 2. 3, 4, 5 и 6, в окнах плесень, грибок, в комнате приема пищи раковина не работает.
09.01.2021 администрация учреждения не предприняла меры для эвакуации осуждённых, в связи с аварией на НПЗ.
ФИО1 также указал на то, что он обращался к ответчикам с заявлением о переводе его в другое исправительное учреждение на территории субъекта Российской Федерации, который наиболее близко расположен по направлению к ....
По доводам истца суд отмечает следующее.
Административный истец водворялся в штрафной изолятор 15 раз, впервые был водворен 23.07.2015, последний раз водворялся 11.05.2022.
Административный истец указал на отсутствие горячего водоснабжения в ИК.
В силу п.п. 19.2.1 и 19.2.5 Свода правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденных приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20.10.2017 № 1454/пр здания исправительных учреждений должны быть оборудованы, в том числе горячим водоснабжением; подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).
Пункт 8.1.1 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача РФ от 10.06.2010 № 64, предусматривает в жилых зданиях хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение.
Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях предусмотрены также Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной Приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-ДСП, которая впоследствии была признана утратившей силу приказом Минюста России от 22.10.2018 № 217-дсп. Согласно п. 1.1 данной Инструкции ее положения должны были соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем.
В этой связи, довод об отсутствии горячей воды заслуживает внимания.
Административный истец указал, что в камерах ШИЗО столы и табуреты приварены к полотну кровати. Статичные столы и табуреты отсутствуют. Административным ответчиком это не оспаривается.
В силу пп. 12.4, 12.2 приказа Минюста РФ от 27.07.2007 № 407 «Об утверждении Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных специализированных учреждений ФСИН России» (далее - Каталог), койка откидная КОД-2 устанавливается в ИУ и СУ в камерах ШИЗО, ДИЗО. Койка откидная КОО-2 устанавливается, в том числе в ИУ и СУ - в камерах ШИЗО (ДИЗО), одиночных камерах ИК особого режима.
Подпункт 12.4 Каталога полотно койки КОД-2 не предусматривает оборудование столиком либо табуретом.
Столы камерные СТ-1 (на 2 места), СТ-2 (на 4 места) устанавливается в ИУ и СУ - в камерах ПКТ, ШИЗО, ДИЗО и крепятся к полу на глубину 80 мм и имеют высоту над уровнем пола 790 мм (пп. 13.1, 13.2 Каталога).
Вместе с тем это не является столь серьезным нарушением, влекущим в данном случае взыскание в пользу административного истца денежной компенсации, индивидуальным спальным местом и местом для приема пищи административный истец был обеспечен.
Нарушений в оборудовании пола своего подтверждения не нашли.
Опровергают доводы административного истца и результаты проверки санитарного состояния камер ШИЗО сотрудниками ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, так, согласно акту проверки Филиала ЦГСЭН ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России от 09.09.2021 следует, что полы в камерах выполнены из дерева, покрыты краской. Возможность проветривания имеется за счет форточек и вентиляционных каналов. Камеры оборудованы умывальником, санитарным узлом, оснащенным перегородкой, что позволяет посещать его в условиях приватности. В корпусе ШИЗО уборочный инвентарь промаркирован, его хранение упорядочено. Хранение постельных принадлежностей, предназначенных для осужденных находящихся в камерах ШИЗО/ПКТ осуществляется в отдельном повешении (кладовая) на деревянных стеллажах. На момент проведения проверки матрацы сухие, их набивка в достаточном объем. Порядок выдачи, контроль за состоянием постельных принадлежностей для осужденных, находящихся в камерах ШИЗО осуществляется сотрудниками учреждения согласно правилам внутреннего распорядка. Кипяченая вода выдается осужденным по их требованию.
Вместе с тем суд отмечает, что санитарное состояние камер, зависит в том числе и от осужденных, на которых возложена обязанность по уборке этих помещений.
В отряде № 5 (СУОН) административный истец отбывал наказание с 13.09.2019 по 27.11.2020.
По вопросу оборудования камер СУОН мебелью, не отвечающей установленным требованиям, необходимо отметить следующее.
Согласно представленным ИК справкам спальные места в СУОН и ШИЗО оборудованы в соответствии с требованием Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования СИЗО, тюрем, испарительных и специализированых учреждений ФСИН России», типа КОО-2, устанавливаемое в одиночных камерах ИК особого режима с механизмом подвешивания к стене для его закрытия и блокирования в дневное время, и механизмом открытия, обеспечивающим возможность осужденным находится в лежачем положении в ночное время. Ярусы подвесного спального места оборудованы столом и сидячим местом.
Из представления Ухтинской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от 04.12.2020 № 17-02-2020 следует что, в силу пп. 12.4, 12.2 приказа Минюста РФ от 27.07.2007 № 407 «Об утверждении Каталога «Специальные (режимные) изделия для оборудования следственных изоляторов, тюрем, исправительных специализированных учреждений ФСИН России» (далее - Каталог), койка откидная КОД-2 устанавливается в ИУ и СУ в камерах ШИЗО, ДИЗО. Койка откидная КОО-2 устанавливается, в том числе в ИУ и СУ - в камерах ШИЗО (ДИЗО), одиночных камерах ИК особого режима.
Подпункт 12.4 Каталога полотно койки КОД-2 не предусматривает оборудование столиком либо табуретом.
Столы камерные СТ-1 (на 2 места), СТ-2 (на 4 места) устанавливается в ИУ и СУ - в камерах ПКТ, ШИЗО, ДИЗО и крепятся к полу на глубину 80 мм и имеют высоту над уровнем пола 790 мм (пп. 13.1, 13.2 Каталога).
Вопреки указанным требованиям, в камерах ОСУОН ИК отсутствуют столы, прикрепленные к полу, тумбочки и скамейки, а откидные койки оборудованы столами.
Вместе с тем, административным истцом не указано, как именно нарушены его права и законные интересы в связи с оборудованием помещений СУОН койками и столами не в соответствии с Каталогом. Отсутствие индивидуального спального места материалами дела подтверждается.
Административным ответчиком не оспаривается наличие в камерах отряда № 5 по 1 розетке. Фактически доступ к электроэнергии для подключения какого-либо электрического прибора истцу обеспечен. Сам истец не указал, какие существенные негативные последствия для истца в связи с этим наступили.
Административный истец также указал на нарушение нормы площади приходящейся на 1 осужденного в прогулочных двориках отряда № 5 (СУОН).
Согласно фотографиям, представленным ИК, прогулочные дворики в СУОН оборудованы ограждениями из профилированного металлического листа, потолочные перекрытия – арматурный каркас, дворики оборудованы навесами, установлена скамейка.
Нарушений связанных с оборудованием прогулочных дворов, которые существенным образом влияют на реализацию прав истца, на ежедневную прогулку, судом не установлено.
По вопросу непредставления ФИО1 международных телефонных переговоров следует отметить.
В силу ч.ч. 1 и 3 ст. 92 УИК РФ осужденным к лишению свободы предоставляется право на телефонные разговоры. При отсутствии технических возможностей администрацией исправительного учреждения количество телефонных разговоров может быть ограничено до шести в год. Продолжительность каждого разговора не должна превышать 15 минут. Телефонные разговоры оплачиваются осужденными за счет собственных средств или за счет средств их родственников или иных лиц. Порядок организации телефонных разговоров определяется федеральным органом исполнительной власти, в ведении которого находится исправительное учреждение.
Осужденным, находящимся в строгих условиях отбывания наказания, а также отбывающим меру взыскания в штрафных изоляторах, дисциплинарных изоляторах, помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа и одиночных камерах, телефонный разговор может быть разрешен лишь при исключительных личных обстоятельствах.
Пунктом 240 приказа Минюста России от 04.07.2022 N 110 "Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы" (Зарегистрировано в Минюсте России 05.07.2022 N 69157) установлено, что телефонные разговоры предоставляются по письменному заявлению осужденного к лишению свободы или по заявлению, оформленному им с использованием информационного терминала (при его наличии и технической возможности), в течение пяти рабочих дней со дня его подписания начальником ИУ или лицом, его замещающим, за исключением случаев, когда у осужденного к лишению свободы отсутствуют денежные средства на лицевом счете или он отказался от телефонного разговора либо убыл из ИУ.
В ИК утвержден график по предоставлению телефонных переговоров осужденным.
Согласно справке, представленной ИК от 25.08.2021 № 12/ТО/43/13 следует, что 30.06.2021 между колонией и оператором связи заключен договор о предоставлении программно-аппаратного комплекса «Зонателеком» с целью предоставления услуг голосовой связи с использованием IP-телефонии. Ранее аналогичный договор действовал и с 2016 года. Так, ИК обеспечена техническим комплексом позволяющим осужденным вести телефонные переговоры, однако реализация права на телефонные переговоры находится в зависимости от наличия технической возможности для совершения такого действия, а также от условий отбывания наказания.
Факт отсутствия на крыше отрядов снегозадержателей не оспаривается ответчиком. Однако очевидно, что данный факт не нарушает права истца, поскольку доказательств того, что отсутствие снегозадержателей влияло на безопасность истца, либо ему причинен вред в результате схода снега с крыши, материалы дела не содержат.
В качестве основания для взыскания в его пользу денежной компенсации ФИО1 также указал на то, что в канцелярию ИК сотрудниками учреждения не были переданы обращения, фигурирующие в рамках дела № 2-469/21.
Так решением от 21.03.2021 установлен факт ненадлежащего оказания услуг почтовой связи со стороны ответчика АО «Почта России», а именно обращения ФИО1 от 13.01.2020 и от 03.11.2020 до адресатов не дошли. В ходе рассмотрения дела со стороны ИК не установлен факт ненадлежащего исполнения обязанности по передаче обращений ФИО1 организации почтовой связи. Направление через администрацию ИК иных обращений своего подтверждения не нашли. Расписок о принятии его обращений сотрудниками учреждения ФИО1 не представил.
Административным истцом сделано утверждение о том, что по прибытию в ИК он был подвергнут личному обыску без медицинского инструмента.
Согласно абз. 6 и 7 приказа Минюста России от 16.12.2016 N 295 (ред. от 22.09.2021) "Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений" (Зарегистрировано в Минюсте России 26.12.2016 N 44930), действующего на 14.06.2021 (на дату прибытия административного истца в ИК), во время приема осужденных администрация ИУ проверяет наличие личных дел и устанавливает их принадлежность прибывшим осужденным. После уточнения данных прибывшие в ИУ осужденные подвергаются личному обыску, а принадлежащие им вещи взвешиваются и досматриваются.
Личный обыск осужденного производится только лицом одного с ним пола. Личный обыск осужденного проводится в корректной форме, исключающей причинение вреда здоровью осужденного, в пределах, необходимых для обнаружения запрещенных предметов и веществ.
Проведение личного обыска при поступлении в ИК является неотъемлемой частью, направленной на обеспечение безопасности. Поэтому само по себе не могло доставлять административному истцу нравственные страдания, либо умалять его достоинство. Доказательств причинения в ходе личного обыска вреда здоровью не имеется. Какой именно медицинский инструмент в ходе обыска должен был быть использован, истец не пояснил.
По остальным доводам административного истца уже имеется вступившее в законную силу решение Ухтинского городского суда РК от 22.06.2021 по делу № 2-1252/21, которым удовлетворены частично исковые требования ФИО1 В частности, в рамках указанного дела дана надлежащая оценка доводам истца по следующим нарушениям: невыдаче вещевого довольствия в полном объеме, в том числе теплых вещей, зимней обуви, проверялся факт помывки в бане учреждения 1 раз в неделю, вместо положенных двух раз, отсутствие горячей воды в санитарных приборах ИК, в различных отрядах, недостаточность освещения в отряде № 3, наличие неработающих санитарных приборов в отряде № 3, отсутствие комнаты воспитательной работы, комнаты для сушки одежды, плесени и грибка в отряде. По этой причине указанные доводы не подлежат повторной проверке и доказыванию в силу ч. 1 ст. 64 КАС РФ.
Тот факт, что и по сей день в отряде № 3 отсутствует сушильная комната, комната воспитательной работы не может являться основанием для взыскания в его пользу денежной компенсации, поскольку вызвано ограниченностью пространства. На сегодняшний день недостаточности освещения в отряде, грибка и плесени не установлено, в отряде выполнен косметический ремонт.
Административный истец также указал на то, что 09.01.2021 администрация учреждения не предприняла меры для эвакуации осуждённых, в связи с аварией на НПЗ.
09.01.2020 на производственной площадке ООО «ЛУКОЙЛ-Ухтанефтепереработка», расположенной по адресу: <...> произошёл взрыв оборудования и последующее возгорание.
Здания ИК, расположены по адресу: <...>. Однако, истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что в момент взрыва и после него, ему был причинён вред здоровью либо вред иным нематериальным благам.
Производственная площадка Общества расположена более чем в одном километре от того места, где истец находился в момент взрыва. Объективных данных свидетельствующих о реальной возможности причинить вред здоровью истца, материалы дела не содержат. При том, что целый ряд жилых домов в г. Ухта Республики Коми, как следует из географических карт, имеющихся в открытом доступе в сети «Интернет», располагается ещё ближе к производственной площадке ООО «ЛУКОЙЛ-Ухтанефтепереработка», однако в момент взрыва они не пострадали, равно как и жители домов. Это является общеизвестным фактом. Также, отсутствуют документы, указывающие на причинение повреждений помещениям и материальной части пенитенциарного учреждения, где отбывал наказание истец.
В качестве основания для взыскания в его пользу денежной компенсации ФИО1 также указывает на то, что ему незаконно было отказано в переводе в иное исправительное учреждение расположенное вблизи ....
Письмом Генеральной прокуратуры ... от 19.06.2018 дан ответ на обращение Минюста РФ о переводе истца для отбывания наказания в ..., которое составлено на основании обращения самого истца, в удовлетворении данной просьбы отказано.
Письмом ФСИН России от 01.07.2020 № ОГ-12-26049 (том 1, л.д. 170) по обращению истца, последнему было отказано в удовлетворении ходатайства о переводе его в другое пенитенциарное учреждение того же вида.
По общему правилу, установленному Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации, осужденные к лишению свободы отбывают весь срок наказания в одном исправительном учреждении в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены (ч. 1 ст. 73 и ч. 1 ст. 81). Исключение из этого правила, установлено в ч. 4 ст. 73 УИК РФ, в силу которой осуждённые при особо опасном рецидиве преступлений, направляются для отбывания наказания в соответствующие исправительные учреждения, расположенные в местах, определяемых федеральным органом уголовно-исполнительной системы.
В настоящем случае, истец соответствует критерию, установленному в ч. 4 ст. 73 УИК РФ по признаку особо опасного рецидива.
В силу ч. 2 ст. 81 УИК РФ перевод осужденного к лишению свободы для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении. По письменному заявлению осужденного, направленного для отбывания наказания в соответствии с частью первой, второй или третьей статьи 73 настоящего Кодекса, либо с его согласия по письменному заявлению одного из его близких родственников по решению федерального органа уголовно-исполнительной системы при наличии возможности размещения осужденного один раз в период отбывания наказания осужденный может быть переведен для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида, расположенное на территории субъекта Российской Федерации, в котором проживает один из его близких родственников, либо при невозможности размещения осужденного в исправительном учреждении, расположенном на территории указанного субъекта Российской Федерации, в исправительное учреждение, расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации, наиболее близко расположенного к месту жительства данного близкого родственника, в котором имеются условия для размещения осужденного. Перевод для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида осужденных за преступления, указанные в части четвертой статьи 73 настоящего Кодекса, а также осужденных, в отношении которых имеется информация об их приверженности идеологии терроризма, исповедовании, пропаганде или распространении ими такой идеологии (при отсутствии достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела) и оказании ими в связи с этим в период содержания под стражей, отбывания наказания соответствующего негативного воздействия на других обвиняемых (подозреваемых), осужденных, допускается по решению федерального органа уголовно-исполнительной системы. Если окончание срока наказания осужденного может наступить в пути следования при его переводе из одного исправительного учреждения в другое, такой осужденный переводу в другое исправительное учреждение не подлежит. Порядок перевода осужденных для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.
Таким образом, приведенное правовое регулирование, не предполагая произвольного определения места отбывания осужденным наказания, устанавливает открытый перечень исключительных обстоятельств, при которых допускается перевод из одного исправительного учреждения в другое, корреспондируя положениям международных правовых актов, в частности Европейским пенитенциарным правилам (2006 г.), в соответствии с которыми заключенные должны по возможности направляться для отбывания наказания в расположенные вблизи от дома или мест социальной реабилитации пенитенциарные учреждения.
На это ориентирует и сложившаяся правоприменительная практика (п. 41 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020), согласно которой действующее законодательство, не предполагая произвольного определения места отбывания осужденным наказания, устанавливает открытый перечень исключительных обстоятельств, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в исправительном учреждении, при которых допускается его перевод в другое исправительное учреждение. В этой связи к таким обстоятельствам может быть отнесена в том числе невозможность осужденного поддерживать семейные связи во время отбывания наказания в виде лишения свободы.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце первом пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», определение либо изменение конкретного места отбывания осужденными уголовного наказания в виде лишения свободы не могут быть произвольными и должны осуществляться в соответствии с требованиями закона. При этом следует учитывать законные интересы осужденных, обеспечивающие как их исправление, так и сохранение, поддержку социально полезных семейных отношений (статьи 73, 81 УИК РФ).
Как пояснил истец в ходе судебного заседания, состоявшегося 27.09.2022, он желает отбывать наказание на территории Волгоградской области, поскольку этот регион РФ наиболее близко расположен и имеет хорошую транспортную доступность с Республикой Таджикистан, откуда прибыл истец и гражданином которой является. Также в г. Волгограде проживает племянник истца.
Согласно ч. 4 ст. 3 УИК РФ рекомендации (декларации) международных организаций по вопросам исполнения наказаний и обращения с осуждёнными реализуются в уголовно-исполнительном законодательстве Российской Федерации при наличии необходимых экономических и социальных возможностей.
Европейский Суд по правам человека в постановлении от 07.03.2017 по делу «ФИО3 и другие (Polyakova and Others) против Российской Федерации» отметил, что Конвенция о защите прав человека и основных свобод не предоставляет осужденным права выбирать место отбывания наказания. Однако для того, чтобы обеспечить уважение достоинства, присущего человеческой личности, целью государств должно стать поощрение и поддержание контактов заключенных с внешним миром. Для достижения этой цели национальное законодательство должно предоставить заключенному, а при необходимости и его родственникам реальную возможность выдвигать свои требования до того, как государственные органы власти примут решение о размещении его в определенное исправительное учреждение, а также убедиться в том, что какие-либо другие их распоряжения соответствуют требованиям ст. 8 указанной конвенции.
В этой связи, с учётом того, что российским уголовно-исполнительным законодательством установлен открытый перечень исключительных обстоятельств, препятствующих дальнейшему нахождению осуждённого в исправительном учреждении, при которых допускается его перевод в другое исправительное учреждение, к таким обстоятельствам может быть отнесена, в том числе невозможность осуждённого поддерживать семейные связи во время отбывания наказания в виде лишения свободы.
Между тем, с исковым заявлением об оспаривании решения, изложенного в письме от 01.07.2020 № ОГ-12-26049 (том 1, л.д. 170) истец не обращался. Заявляя требование о взыскании денежной компенсации в этой части, истец фактически ставит вопрос о законности принятого в 2020 году решения должностного лица Управлению исполнения приговоров и специального учёта ФСИН России.
Учитывая, что истец предъявил свои требования в конце первого квартала 2022 года, а освобождается в феврале 2023 года, суд полагает, что истец приводит соответствующий довод не для разрешения вопроса о переводе по существу, а исключительно в целях обогащения. Так, признав соответствующее решение незаконным, суд возложил бы обязанность на ответчиков рассмотреть вопрос о переводе истца в иное пенитенциарное учреждение. Рассмотрение этого вопроса заняло бы какое-то разумное время и с учётом обеспечения возможности обжаловать решение суда, составило бы не менее полугода, однако до окончания срока отбывания наказания, истцу осталось не более трёх месяцев.
В этой связи, суд констатирует, что обжалуемое решение следует признать обоснованным и законным.
Положениями статьей 17, 21, 22 Конституции Российской Федерации предусмотрено право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания.
Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.
Согласно ст. 8 УИК РФ Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма, равенства осужденных перед законом, дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний, рационального применения мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирования их правопослушного поведения, соединения наказания с исправительным воздействием.
В силу ч. 2 ст. 10 и частей 2, 11 ст. 12 УИК РФ при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные имеют право на вежливое обращение со стороны персонала учреждения, исполняющего наказания. Они не должны подвергаться жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или взысканию. Меры принуждения к осужденным могут быть применены не иначе как на основании закона. При осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний.
Таким образом, суд приходит к выводу, что в связи с отсутствием горячего водоснабжения в блоке ШИЗО где он содержался в общей сложности 64 дня, а также в отряде № 3 с 23.06.2021 по 29.08.2022 (период, не охваченный решением от 22.06.2022 по делу № 2-1252/22) коммунально-бытовые условия содержания ФИО1 частично не соответствовали установленным. По остальным доводам административного истца суд не усматривает отклонения от стандартного и неизбежного уровня страданий, при отбывании им наказания.
Учитывая изложенное, характер и продолжительность нарушений, суд считает возможным определить размер денежной компенсации в общей сумме 12000 руб.
Органом, осуществляющим полномочия главного распорядителя средств федерального бюджета в соответствии с бюджетным законодательством РФ (ст. 158 БК РФ) и представляющем интересы РФ по делу о присуждении компенсации, будет выступать ФСИН России.
В удовлетворении остальной части иска, в т.ч. к иным ответчикам, надлежит отказать.
По правилам ч. 7 ст. 227.1 КАС РФ решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-188, 219, 226-228 КАС РФ, суд
решил:
Административное исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с ФСИН России, за счет средств казны Российской Федерации, в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 12000 руб.
В удовлетворении остальной части требований, в т.ч. к ФКУ ИК-8 УФСИН России по РК, УФСИН России по РК, Управлению исполнения приговоров и специального учёта ФСИН России, Врио начальника Управления исполнения приговоров и специального учёта ФСИН России ФИО2, отказать.
Решение в части взыскания денежной компенсации подлежит немедленному исполнению.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке путём подачи апелляционной жалобы в Верховный суд Республики Коми через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Ухтинского городского суда РК И.В. Сверчков
Мотивированное решение составлено 29 ноября 2022 года.
11RS0005-01-2022-002892-97