РЕШЕНИЕ
И<ФИО>1
16 декабря 2022 года <адрес>
Куйбышевский районный суд <адрес> в составе: председательствующего судьи Кучеровой А.В., при секретаре судебного заседания <ФИО>6,
с участием административного истца <ФИО>3,
представителя административного истца <ФИО>3 – адвоката <ФИО>4,
представителя административных ответчиков Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации ФИО1,
рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело <номер>а-2314/2022 по административному исковому заявлению <ФИО>3 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор <номер> главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес>», Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес> о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
<ФИО>3 обратился в Куйбышевский районный суд <адрес> с иском, требуя взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, причиненного незаконными действиями ответчика ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выразившимися в необоснованных срывах судебных заседаний, воспрепятствовании оперативной реализации прав истца.
В обоснование требований указано, что <дата> Кировским районным судом <адрес> вынесено частное постановление в адрес федерального казенного учреждения «Следственный изолятор <номер> главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес>». Этим произволом ему причинен моральный вред. Действия ответчика также признаны незаконными представлением прокуратуры <адрес>. Указанными беззакониями ответчика ущемлены личные неимущественные права истца, в том числе право на защиту и доступ к правосудию, к затягиванию сроков реабилитации, чем причинены нравственные страдания и моральный вред, который он оценивает в 1 000 000 рублей. Из-за беззаконий ответчика истец испытал нервные стрессы, беспокойство, бессонницу, потерю аппетита и страх. Усугублялось состояние истца осознанием того, что незаконные действия в отношении него допустили сотрудники органов государственной власти. Кроме того, истец является инвалидом, которому противопоказаны эмоциональное напряжение и стрессы.
В ходе судебного разбирательства по делу <ФИО>3 заявленные требования уточнил, просил взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России в пользу <ФИО>3 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, причиненного угрозой жизни и здоровью от незаконных действий администрации Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», выраженных в неисполнении постановления от <дата> Кировского районного суда <адрес> и в непредставлении представителю <ФИО>2 и <ФИО>3 встреч за период с <дата> по <дата>, в бесчеловечном и унижающем обращении; взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России в пользу <ФИО>3 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, причиненного угрозой жизни и здоровью от незаконных действий администрации Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», выраженных в необеспечении <дата>, <дата>, <дата> адвокату <ФИО>4 рабочей встречи с <ФИО>3, в бесчеловечном и унижающем обращении.
В обоснование уточненных требований указано, что в производстве Кировского районного суда <адрес> рассматривался материал <номер> по заявлению <ФИО>3 о компенсации вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием. <дата> в ходе рассмотрения материала <номер> судом удовлетворенно ходатайство <ФИО>3 и вынесено постановление о допуске <ФИО>2 к участию в производстве в качестве представителя <ФИО>3, для встреч с <ФИО>3 в условиях ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> по мере необходимости. После вручения <дата> <ФИО>2 судом постановления от <дата>, <ФИО>2 неоднократно посещал ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> с целью встретится с <ФИО>3 для согласования позиции по материалу <номер> и подготовки к судебному разбирательству, однако администрация ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> категорически отказалась обеспечить <ФИО>2 встречу с <ФИО>3 и исполнять постановления судьи от <дата>. <дата> при рассмотрении материала <номер>, в связи с нарушениями требований уголовно-процессуального законодательства, с нарушением прав на защиту заявителя <ФИО>3, с препятствиями в рассмотрении заявления <ФИО>3 и судебному производству администрацией ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выраженные в необеспечении <ФИО>2 и <ФИО>3 встречи для работы по материалу <номер> и подготовке к судебному разбирательству, в отношении начальника ФКУ СИЗО-1 <адрес> судьей Кировского районного суда <адрес> <ФИО>7 вынесено частное постановление на имя начальника ГУФСИН России по <адрес>. <дата> апелляционная жалоба начальника ФКУ СИЗО-1 <адрес> на частное постановление Кировского районного суда <адрес> от <дата> <адрес> судом оставлена без удовлетворения, а частное постановление судьи <адрес> <ФИО>7 без изменения. Приказом Врио начальника ГУФСИН России по <адрес> <ФИО>8 от <дата> <номер>-К привлечены к дисциплинарной ответственности начальник ФКУ СИЗО-1 <адрес> <ФИО>9 и другие подчинённые лица учреждения за несоблюдение и нарушение законодательства, прав и свобод <ФИО>3, за неисполнение постановления Кировского районного суда <адрес> от <дата>, за необеспечение <ФИО>2 и <ФИО>3 встречи в условиях ФКУ СИЗО-1 Иркутска для рабочей встречи по требованию <ФИО>2 Посещения <ФИО>2 ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> за период с <дата> по <дата> и обращения <ФИО>2 о предоставлении встречи с <ФИО>3 на основании постановления Кировского районного суда <адрес> от <дата> зафиксированы и отражены в журнале личного приема граждан администрацией ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН по <адрес>, а также установлены в ходе проверки прокуратурой <адрес>. <дата>, <дата>, <дата> адвокат <ФИО>4 посещала ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> с целью встретится с <ФИО>3 для согласования позиции по материалу <номер> и подготовки к судебному разбирательству, однако администрацией ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> адвокату <ФИО>4 не обеспечена рабочая встреча с <ФИО>3, более того, должностные лица администрации СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> умышлено препятствовали адвокату <ФИО>4 в проведении рабочей встречи с <ФИО>3 <дата> представлением прокуратуры <адрес> <номер> признаны незаконными действия администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выраженные в несоблюдении и нарушении требований уголовно-процессуального закона, в нарушении и упразднении прав, свобод и законных интересов <ФИО>3 на защиту, с использованием зависимого положения <ФИО>3 и служебных полномочий, выраженные в неисполнении постановления от <дата> Кировского районного суда <адрес>, в непредставлении представителю <ФИО>2 и <ФИО>3 встреч в период с <дата> по <дата> для согласования позиции по материалу, в необеспечении <дата>, <дата>, <дата> адвокату <ФИО>4 рабочей встречи с <ФИО>3 Приказом Врио начальника ГУФСИН России по <адрес> <ФИО>8 от <дата> <номер>-К по результату рассмотрения представления от <дата> <номер> прокуратуры <адрес> привлечены к дисциплинарной ответственности начальник <ФИО>9 и должностные лица администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>. От указанных незаконных действий администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по области, являясь инвали<адрес>-ей группы по одному из основных заболеваний сердечно-сосудистой системы, с которым <ФИО>3 противопоказано какие-либо стрессы, переживания, эмоциональное напряжение, <ФИО>3 испытывал нравственные и физические страдания, переживания, сильные чувства беспокойства, страха, тревоги, и унижения, от чего страдал бессонницей и потерей аппетита, что также усугублялось эмоциональным напряжением и стрессами от осознания безысходности и беззащитности, от нахождения в полной зависимости от администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, от самоуправства и произвола администрации учреждения, что непосредственно влекло угрозу жизни и здоровья <ФИО>3 Незаконными действиями администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Иркутска, выраженные в неисполнении постановления от <дата> Кировского районного суда <адрес> в непредставлении представителю <ФИО>2 и <ФИО>3 встреч за период с <дата> по <дата>, <ФИО>3 причинен моральный вред, который <ФИО>3 с учетом раз справедливости, бесчеловечного и унижающего обращения, упразднения и умаления на защиту, угрозы жизни и здоровью, оценивает в размере 1 000 000 рублей. Незаконными действиями администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выраженными в необеспечении <дата>, <дата>, <дата> адвокату <ФИО>4 рабочей встречи с <ФИО>3, <ФИО>3 причинен моральный вред, который <ФИО>3 с учетом разумности и справедливости, бесчеловечного и унижающего обращения, угрозы жизни и здоровью, упразднения и умаления прав на защиту, оценивает в размере 1 000 000 рублей.
Данный спор рассматривается судом в порядке административного судопроизводства. Поскольку требования <ФИО>3 направлены на восстановление прав, нарушенных по его мнению в результате допущенных в отношении него государственными органами нарушений, рассмотрение дела в указанном порядке не противоречит требованиям Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, в частности, его статьи 124, в соответствии с которой административное исковое заявление может содержать требования об обязанности административного ответчика принять решение по конкретному вопросу или совершить определенные действия в целях устранения допущенных нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца, а также иные требования, направленные на защиту прав, свобод и законных интересов в сфере публичных правоотношений.
Следует также отметить, что правовосстановительные меры имеют целью обеспечение законности форм административной деятельности, восстановление нарушенного права частного лица, компенсацию в установленных случаях причиненного ему материального и (или) морального вреда.
В судебном заседании административный истец <ФИО>3, его представитель – адвокат <ФИО>4 заявленные требования поддержали в полном объеме, просили удовлетворить их по основаниям, изложенным в исковом заявлении и в уточнениях к нему.
Представитель административных ответчиков Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации ФИО1, действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения заявленных <ФИО>3 требований, также просила применить последствия пропуска срока для обращения в суд с данными требованиями.
Представитель заинтересованного лица прокуратуры <адрес> <ФИО>10, действующая на основании доверенности, представила в материалы дела заявление о рассмотрении дела без ее участия.
Выслушав участников процесса, исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.
Согласно части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.
Статьей 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2).
Согласно статье 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.
В соответствии со статьями 2, 53 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина обязанность государства. Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Данная конституционная норма в сфере властно-административных правоотношений реализуется путем закрепления в Гражданском кодексе Российской Федерации обязанности возместить ущерб, причиненный государственными органами, а также их должностными лицами.
По правилам статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
При этом под незаконными действиями (бездействием) следует понимать деяния, противоречащие законам и другим правовым актам.
Незаконными являются действия, выходящие за пределы компетенции или должностных полномочий органов и должностных лиц, или же бездействие в случаях, когда соответствующие органы либо лица отказываются от выполнения своих обязанностей.
Для наступления ответственности государства необходимо одновременное наличие следующих составляющих материальное основание такой ответственности: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда (государственного органа); причинно-следственная связь между наступившим вредом и незаконным деянием; вина причинителя вреда.
В силу положений пункта 1 статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33).
Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В пункте 18 упомянутого выше постановления Пленума Верховного Суда РФ также разъяснено, что наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.
В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда: на <ФИО>1, субъект Российской Федерации, муниципальное образование - за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статьи 1069, 1070 ГК РФ).
По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда") разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).
В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Как следует из вышеперечисленных норм права, компенсация морального вреда является формой гражданско-правовой ответственности, взыскание компенсации морального вреда возможно при наличии определенных условий, в том числе: установленного факта причинения вреда личным неимущественным правам либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, наличия вины второй стороны и причинно-следственной связи между наступившими последствиями и противоправным поведением ответчика.
В соответствии с действующим законодательством гражданско-правовая ответственность причинителя вреда наступает в том случае, если имеется наличие вреда, вина причинителя вреда, противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, причинно-следственная связь между его виновным поведением и наступившим вредом. Недоказанность одного из названных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении исковых требований.
По смыслу положений статей 15, 16, 1064 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о возмещении ущерба от незаконных действий может быть удовлетворено только в случае, когда доказаны одновременно факт причинения вреда, его размер, незаконность действий государственного органа (в данном случае органа следствия), причинная связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом.
При этом на истце лежит обязанность доказать факт причинения ему вреда действиями должностных лиц государственного органа, а на ответчике - законность таких действий, отсутствие вины, наличие иных обстоятельств, освобождающих от ответственности либо уменьшающих ее размер.
Из материалов дела следует, что <ФИО>3 <дата> был осужден Братским городским судом <адрес> по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 66, ст. 68 Уголовного кодекса Российской Федерации к 13 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Приговор вступил в законную силу <дата>.
С <дата> в производстве Кировского районного суда <адрес> находилось заявление <ФИО>3 о возмещении имущественного вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.
На момент принятия заявления <ФИО>3 к производству Кировского районного суда <адрес>, административный истец <ФИО>3 содержался в ФКУ ЛИУ-35 ОИК-36 ГУФСИН России по <адрес>.
На основании постановления Кировского районного суда <адрес> от <дата> согласно волеизъявления <ФИО>3 и выданной доверенности, <ФИО>2 допущен в судебное заседание в качестве представителя реабилитированного <ФИО>3, ему предоставлена возможность ознакомиться с материалами уголовного дела и встретиться с <ФИО>3 в условиях ФКУ ОИК-36 ЛИУ-35 ГУФСИН России по <адрес>.
Постановлением Кировского районного суда <адрес> от <дата> дополнительно указано о допуске <ФИО>2 в качестве представителя реабилитированного <ФИО>3 в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> для встреч с <ФИО>3
<дата> судом принято решение об этапировании <ФИО>3 в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>.
Согласно справке начальника отдела специального учета ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, <ФИО>3 прибыл в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> <дата> из ФКУ ЛИУ-35 ОИК-36 ГУФСИН России по <адрес> по постановлению Кировского районного суда <адрес> от <дата>, для рассмотрения заявления о возмещении вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности. Убыл <дата> в ФКУ ЛИУ-35 ГУФСИН России по <адрес>.
В судебном заседании в Кировском районном суде <адрес> <дата> <ФИО>3 пояснил, что к нему не допускают для консультации наедине и конфиденциально в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> <ФИО>2, а также не предоставляют возможность встретиться со своим вторым представителем – адвокатом <ФИО>4
Представитель <ФИО>2 указал, что его не допускают для встреч с <ФИО>3 с целью консультации по заявлению, предъявляют ему требование представить документы, подтверждающие наличие юридического образования.
Аналогичные показания <ФИО>2 дал в ходе судебного разбирательства по настоящему административному делу, будучи допрошенным в качестве свидетеля по ходатайству административного истца.
Также судом были исследованы материалы надзорного производства <номер>, содержащие жалобы <ФИО>3 и <ФИО>2 по факту отсутствия встреч в условиях ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> для консультации.
Из пояснений представителя административного истца – адвоката <ФИО>4 в судебном заседании по настоящему административному делу следует, что она посещала ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> для работы с осужденным <ФИО>3, однако встречи не были ей предоставлены.
Данные обстоятельства подтверждены материалами надзорного производства <номер>.
<дата> в Кировский районный суд <адрес> поступило письмо начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН по <адрес> от <дата> о разъяснении порядка исполнения постановления от <дата> в части предоставления свидания осужденному <ФИО>3 с <ФИО>2
Частным постановлением Кировского районного суда <адрес> от <дата>, принятым в рамках рассмотрения заявления <ФИО>3 о возмещении имущественного вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, суд обратил внимание начальника Главного Управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес> на факты нарушения закона и просил принять меры реагирования по недопущению подобного начальником ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>.
Решение о вынесении частного постановления суд мотивировал тем, что при рассмотрении заявления реабилитированного <ФИО>3 в порядке ст. 135 УПК РФ судом в качестве его представителя допущен <ФИО>2, который, вопреки имеющемуся постановлению суда, не допущен в СИЗО-1 для встреч с <ФИО>3 с целью консультации по заявлению, что привело к фактическому срыву судебного заседания <дата>. В письме от <дата> начальник ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, не обладая правом оспаривания указанного постановления, указывает о несогласии с решением о допуске <ФИО>2 в качестве представителя <ФИО>3, дает критическую оценку законности принятого судом решения.
Указанные обстоятельства, как следует из частного постановления, приводят к затягиванию сроков рассмотрения заявления, дискредитируют суд, нарушают права реабилитированного.
Апелляционным постановлением Иркутского областного суда от <дата> из частного постановления Кировского районного суда <адрес> от <дата> исключено указание о необходимости сообщить о рассмотрении частного постановления и принятых к начальнику ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> мерах в срок до <дата>. В остальной части частное постановление оставлено без изменения.
По результатам рассмотрения обращения <ФИО>2 в интересах <ФИО>3 прокуратурой <адрес> <дата> внесено представление об устранении нарушений закона в деятельности ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, в котором указано, что администрацией при содержании осужденного <ФИО>3 был допущен ряд нарушений, в том числе, в нарушение требований ст. 392 УПК РФ, администрацией ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> не исполняется постановление Кировского районного суда <адрес> от <дата> о допуске <ФИО>2 в качестве представителя заявителя – осужденного <ФИО>3, с наделением его полномочиями иметь встречи с представляемым лицом в условиях ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>. Поскольку указанное постановление не отменено иным решением суда и вступило в законную силу, оно обязательно для всех органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежит неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации. Вместе с тем, <дата> и <дата> прибывший в следственный изолятор <ФИО>2, предъявивший указанное постановление суда, на свидание с осужденным <ФИО>3 для согласования позиции по материалу, рассматриваемому Кировским районным судом <адрес>, допущен не был. Согласно доводам обращения <ФИО>2 в интересах <ФИО>3, администрация учреждения умышленно не допускает адвоката на свидания с осужденным <ФИО>3, ссылаясь, что он находится во время посещений на прогулке, либо организуя прогулки во время прихода адвоката. Проверкой установлено, что <дата> адвокат <ФИО>4 посещала учреждение с 14 ч. 15 мин. до 16 ч. 30 мин., между тем записи о прогулке камеры, в которой содержался <ФИО>3, в соответствующем журнале отсутствуют. <дата> адвокат посещала учреждение с 14 ч. 22 мин. до 16 ч. 20 мин., осужденный выводился на прогулку с 14 до 15 часов. <дата> адвокат посещала учреждение с 11 ч. 44 мин. до 12 ч. 10 мин., <ФИО>3 выводился на прогулку с 14 ч. 02 мин. до 15 ч. 02 мин. По данным администрации СИЗО-1, в указанные даты <дата>, <дата> и <дата>, адвокат <ФИО>4 действительно посещала СИЗО-1 для работы с осужденным <ФИО>3, однако с последним свидания не имела. Каких-либо уважительных причин, объясняющих не предоставление свидания осужденному и адвокату в указанные дни, администрацией учреждения не представлено. Согласно ч. 4 ст. 399 УПК РФ, при разрешении судом вопросов, связанных с исполнением приговора, осужденный может осуществлять свои права с помощью адвоката. В соответствии со ст. 49 УПК РФ, адвокаты участвуют в качестве защитников, полномочия которых установлены ст. 53 УПК РФ, и вправе иметь с подзащитным лицом свидания наедине и без ограничения их числа и продолжительности. Вместе с тем, анализ собранных в ходе проверки данных показал, что администрация ФКУ СИЗО-1 в нарушение указанных норм уголовно-процессуального закона в ряде случаев без уважительной причины не допустила адвоката <ФИО>4 на свидание с осужденным <ФИО>3
Ответ на обращение <ФИО>2 в интересах осужденного <ФИО>3, с указанием, что доводы, изложенные в обращении заявителя, а также в личных заявлениях осужденного <ФИО>3, поступавших в прокуратуру области, нашли частичное подтверждение, был направлен прокуратурой <адрес> <дата> за <номер>.
В ходе судебного разбирательства истец неоднократно указывал, что нарушение требований уголовно-процессуального закона со стороны администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> установлено частным постановлением Кировского районного суда <адрес> и подтверждено материалами надзорной проверки.
Между тем, само по себе вынесение частного постановления в адрес административного ответчика не является безусловным основанием для удовлетворения иска о взыскании компенсации морального вреда, равно как и признание незаконными действий (бездействия) со стороны органов государственной власти в отсутствие достаточных данных, свидетельствующих о взаимосвязи указанных действий (бездействия) с заявленными административным истцом физическими и нравственными страданиями, при наличии доказательств, подтверждающих нравственные и физические страдания, причиненных, как утверждает истец, действиями сотрудников ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>.
Доказательств причинения истцу физических или нравственных страданий действиями, нарушающими его личные неимущественные права или посягающими на принадлежащие ему другие материальные блага, в ходе судебного разбирательства представлено не было.
Записи в медицинской карте <ФИО>3 свидетельствуют об оказании ему медицинской помощи в период с <дата> по <дата>, в связи с отказом административного истца от приема пищи, и необходимостью его принудительного кормления. На консультации у психиатра <дата> <ФИО>3 объяснил, что «находится на голодовке 8 сутки», отказ от приема пищи связывает с несогласием с режимом содержания.
Таким образом, ухудшение состояния здоровья <ФИО>3 в указанный период связано с отказом от приема пищи, а не в связи с фактами отсутствия консультаций с адвокатами.
Суд также обращает внимание, что <ФИО>2 не был допущен к <ФИО>3 <дата> и <дата>, а адвокат <ФИО>4 - <дата>, <дата> и <дата>, следовательно, на тот момент <ФИО>3 уже отказался от приема пищи, а, начиная с <дата> ему оказывалась медицинская помощь, ввиду развивающегося астенического синдрома на фоне голодовки.
Стресс, беспокойство, бессонница, потеря аппетита, страх, угроза жизни и здоровью, ввиду неисполнения постановления от <дата> Кировского районного суда <адрес> и непредставления <ФИО>3 встреч с <ФИО>2 в период с <дата> по <дата>, и с <ФИО>4, <дата>, <дата>, <дата>, ничем не подтверждены.
Доводы административного истца о том, что было нарушено его право на судебную защиту, поскольку судебное заседание <дата>, было сорвано, и привело к затягиванию сроков рассмотрения его заявления о реабилитации, суд не может принять в качестве основания для взыскания компенсации морального вреда.
В ходе судебного разбирательства установлено, и не оспаривалось административным истцом, что заявление <ФИО>3 о реабилитации было рассмотрено Кировским районным судом <адрес>.
Постановлением от <дата> судьи Кировского районного суда <адрес> <ФИО>7 с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу <ФИО>3 в счет возмещения имущественного вреда взысканы: суммы, выплаченные за оказание юридической помощи – денежные средства в размере 5 102, 70 рублей, неполученная <ФИО>3 заработная плата в размере 25 928 рублей. В остальной части в удовлетворении требований <ФИО>3 о взыскании имущественного вреда, причиненного уголовным преследованием, отказано.
При таком положении, право на доступ к правосудию и эффективное средство правовой защиты было реализовано административным истцом в полном объеме, факты не допуска адвокатов в вышеуказанные даты не повлияли на исход дела, не повлекли отмену или изменение судебного акта, по причине нарушения права участника судопроизводства на квалифицированную юридическую помощь, а нарушение разумных сроков судопроизводства, о чем заявляет <ФИО>3, влечет иные последствия, предусмотренные Федеральным законом от <дата> N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок".
Более того, как установлено судом из материалов административного дела <номер>а-2410/2019, <дата> в Куйбышевский районный суд <адрес> поступило административное исковое заявление <ФИО>3, <ФИО>2 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, ФКУ ОИК-36 ГУФСИН России по <адрес>, в пункте 4 которого административный истец просит признать незаконными и необоснованными действия (бездействие) администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выраженные в неисполнении постановлений от <дата>, от <дата>, от <дата> судьи Кировского районного суда <адрес> <ФИО>7 и в воспрепятствовании осуществлению правосудия. По тексту административного искового заявления данные требования обоснованы тем, что <дата> состоялось судебное заседание по рассмотрению указанного материала, в ходе которого судом удовлетворено ходатайство <ФИО>3 и вынесено постановление о допуске <ФИО>2 к участию в производстве в качестве представителя <ФИО>3, о допуске <ФИО>2 для встреч с <ФИО>3 в условиях ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН по <адрес> для совместного ознакомления с материалами дела и для согласования позиции по заявлению <ФИО>3 по мере необходимости. <дата> в ходе судебного разбирательства, в связи с нарушениями требований уголовно-процессуального законодательства, с нарушением прав на защиту заявителя <ФИО>3, с воспрепятствованием в рассмотрении заявления <ФИО>3 и судебному производству администрацией учреждения, выраженные в необеспечении <ФИО>2 и <ФИО>3 встречи для работы по материалу <номер> и подготовке к судебному разбирательству по заявлению <ФИО>3, в отношении начальника ФКУ СИЗО-1 <адрес> судьей Кировского районного суда <адрес> <ФИО>7 вынесено частное постановление на имя начальника ГУФСИН России по <адрес>. <дата> апелляционная жалоба начальника ФКУ СИЗО-1 <адрес> на частное постановление Кировского районного суда <адрес> от <дата> <адрес> судом оставлена без удовлетворения, а частное постановление судьи Кировского районного суда <адрес> <ФИО>7 без изменения. Вместе с этим, приказом Врио начальника ГУФСИН России по <адрес> <ФИО>8 от <дата> <номер>-К привлечены к дисциплинарной ответственности начальник ФКУ СИЗО-1 <адрес> <ФИО>9 и другие подчиненные лица учреждения на несоблюдение и нарушение законодательства, прав и свобод <ФИО>3, за неисполнение постановления Кировского районного суда <адрес> от <дата>, за необеспечение <ФИО>2 и <ФИО>3 встречи в условиях ФКУ СИЗО-1 <адрес> для рабочей встречи по требованию <ФИО>2 как защитника.
<дата> к данному административному исковому заявлению направлены дополнения, изложенные в форме заявления об устранении недостатков во исполнение определения судьи Куйбышевского районного суда <адрес> от <дата> об оставлении административного искового заявления без движения.
Разрешая данные требования об оспаривании действий (бездействий) ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выраженных в неисполнении постановлений от <дата>, от <дата> судьи Кировского районного суда <адрес> и в воспрепятствовании осуществлению правосудия, суд указал, что административное исковое заявление, содержащее данные требования, направлено в суд <дата>, то есть по истечении трех месяцев с момента, кода административным истцам стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.
Решением Куйбышевского районного суда <адрес> от <дата>, вступившим в законную силу <дата>, в удовлетворении исковых требований <ФИО>2, <ФИО>3 в данной части было отказано.
Согласно ч. 2 ст. 64 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда по ранее рассмотренному им гражданскому или административному делу либо по делу, рассмотренному ранее арбитражным судом, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела; тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (постановление от <дата> N 30-П; определения от <дата> N 492-0, от <дата> N 1133-0 и др.).
Как следует из правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от <дата> N 17-П "По делу о проверке конституционности статьи 1.5, части 1 статьи 2.1, части 1 статьи 15.6, пункта 1 части 1, части 3 статьи 28.1 и примечания к этой статье Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой гражданки <ФИО>11" суд в любом случае не может оставить без внимания и оценки обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами, поскольку обстоятельства эти имеют значение и должны быть подтверждены в рамках того дела, которое разрешает суд. Это не только относится к фактам в виде событий и деяний, объективных обстоятельств или отношения к ним различных субъектов, подлежащим судебному установлению и исследованию, но и касается правовых квалификаций в итоговых оценках и выводах, которыми суды завершают рассмотрение дела и решающим образом констатируют или отрицают правовые состояния и отношения, признают долженствования и правопритязания существующими, а правонарушения - совершенными.
Как следует из материалов дела, ранее решением Куйбышевского районного суда <адрес> от <дата>, вступившим в законную силу <дата>, отказано в признании незаконными действий ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выраженных в неисполнении постановлений от <дата>, от <дата> судьи Кировского районного суда <адрес> и в воспрепятствовании осуществлению правосудия, тогда как, инициируя настоящий спор, <ФИО>3 ссылается как на основание своих требований, на незаконность действий ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, мотивируя их аналогичными обстоятельствами, ссылками на частное определение Кировского районного суда <адрес> от <дата>, исследованное судом в рамках административного дела <номер>а-2410/2019, и на материалы надзорного производства, оценка которых не может быть направлена на преодоление юридической силы вступившего в законную силу судебного акта.
Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания в пользу <ФИО>3 компенсации морального вреда, ввиду отсутствия совокупности условий его возмещения, в том числе факта причинения <ФИО>3 физических и нравственных страданий вследствие незаконных действий со стороны ФКУ ССЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>. Сам факт причинения морального вреда административным истцом не доказан. В удовлетворении требований о признании незаконными действий ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> по неисполнению постановления от <дата> Кировского районного суда <адрес> <ФИО>3 было отказано, о чем имеется вступившее в законную силу решение суда. Действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выраженные в необеспечении <дата>, <дата>, <дата> адвокату <ФИО>4 рабочей встречи с <ФИО>3, в судебном порядке незаконными не признавались.
Одним из ключевых моментов возложения материальной ответственности за действия (бездействие) должностных лиц учреждений, подведомственных территориальным органам ФСИН России, является признание таких действий (бездействия) незаконными в установленном законом порядке. Такой порядок определен Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. Основанием для наступления ответственности являются незаконные действия (бездействие) должностных лиц государственных органов, в результате которых был причинен вред. Отсутствие судебного акта, устанавливающего противоправность действий лица, причинившего вред, исключает возможность возложения ответственности на соответствующий орган, выступающий от имени казны Российской Федерации.
Аналогичная правовая позиция приведена в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> N 14-П, где указывается на то, что в случаях, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, именно заинтересованному лицу в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности принадлежит право выбирать, обращаться ли ему в суд с ответствующим иском одновременно с требованием о защите нарушенных прав или по отдельности (статьи 3, 131 и 151 ГПК РФ). При этом требование о компенсации морального вреда, как правило, предъявляется в суд заинтересованным лицом одновременно с требованием, из которого оно вытекает, а потому возможность его удовлетворения не может не зависеть от установления судом в том же судебном процессе оснований для удовлетворения основного требования.
Основания для компенсации <ФИО>3 морального вреда в порядке ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии которой компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, кода вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, также отсутствуют, поскольку указанные обстоятельства по данному делу не установлены.
Суд также соглашается с доводами административных ответчиков о пропуске административным истцом срока исковой давности по данным требованиям.
В соответствии с частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лица, если указанным Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.
Такой же срок предусматривался ранее и главой 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенную в п. 3 Постановления Конституционного Суда РФ от <дата> N 14-П "По делу о проверке конституционности части первой статьи 256 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Р.", производство по делам, возникающим из публичных правоотношений, к каковым относятся и дела об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих, является одним из видов судопроизводства, представляющих собой особый порядок осуществления правосудия. В настоящее время (до введения с <дата> в действие Федеральным законом от <дата> N 21-ФЗ Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации) оно осуществляется судами общей юрисдикции по общим правилам искового производства с особенностями, установленными главами 23 и 25 ГПК Российской Федерации.
Указанные правила предусматривают, в частности, что гражданин вправе обратиться в суд с заявлением об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего в течение трех месяцев со дня, когда ему стало известно о нарушении его прав и свобод; пропуск трехмесячного срока не является для суда основанием для отказа в принятии заявления; причины пропуска срока выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании и могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявления (статья 256 ГПК Российской Федерации).
В случаях, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, именно заинтересованному лицу в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности принадлежит право выбирать, обращаться ли ему в суд с соответствующим иском одновременно с требованием о защите нарушенных прав или по отдельности (статьи 3, 131 и 151 ГПК Российской Федерации). При этом требование о компенсации морального вреда, как правило, предъявляется в суд заинтересованным лицом одновременно с требованием, из которого оно вытекает, а потому возможность его удовлетворения не может не зависеть от установления судом в том же судебном процессе оснований для удовлетворения основного требования.
К числу таких оснований Пленум Верховного Суда Российской Федерации отнес и соблюдение установленных законом сроков обращения в суд по основному требованию.
Установленный в настоящее время Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации порядок производства по делам, возникающим из публичных правоотношений, представляет собой дополнительную гарантию, направленную на наиболее быстрое и наименее обременительное для гражданина обеспечение защиты его прав от незаконных решений и действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих. При этом он не обязывает заинтересованное лицо предъявлять требование о компенсации морального вреда, причиненного такими решениями и действиями (бездействием), одновременно с требованием о признании указанных решений или действий (бездействия) незаконными. Аналогичное регулирование содержится и в Кодексе административного судопроизводства, вступающем в действие с <дата>.
Соответственно, данный порядок в системе действующего правового регулирования не запрещает заинтересованному лицу обращаться в суд с таким иском уже после разрешения судом требования о признании решений, действий (бездействия) органов публичной власти и их должностных лиц, повлекших причинение морального вреда, незаконными, в том числе и после вступления в законную силу решения суда, которым это требование было удовлетворено. При этом сам факт его удовлетворения означает, что у суда отсутствовали основания для отказа в удовлетворении соответствующего требования по причине нарушения срока обращения в суд, предусмотренного частью первой статьи 256 ГПК Российской Федерации.
Сам же по себе иск о компенсации морального вреда относится к требованиям о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, на которые в силу статьи 208 ГК Российской Федерации исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом. При этом закон не предусматривает, что при обращении заинтересованного лица с иском о компенсации морального вреда, причиненного неправомерными решениями, действиями (бездействием) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих, после вступления в законную силу решения суда, признавшего эти решения или действия (бездействие) незаконными, в исключение из общего правила, закрепленного статьей 208 ГК Российской Федерации для требований о компенсации морального вреда, устанавливаются специальные сроки для обращения в суд.
Распространение на подобные случаи срока для обращения в суд по делам, возникающим из публичных правоотношений, означало бы игнорирование уже установленного вступившим в законную силу решением суда факта нарушения права заинтересованного лица неправомерными решениями, действиями (бездействием) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих. Согласно же части 1 статьи 6 Федерального конституционного закона от <дата> N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации" вступившие в законную силу постановления судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.
Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела, что вытекает из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений в качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами (Постановление от <дата> N 30-П; определения от <дата> N 2528-О, от <дата> N 271-О и др.).
Таким образом, часть первая статьи 256 ГПК Российской Федерации не соответствует статьям 45, 46 (части 1 и 2), 52 и 53 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой данная норма в системе действующего правового регулирования выступает в судебном истолковании в качестве основания для отказа в связи с пропуском трехмесячного срока обращения в суд в иске о компенсации морального вреда, причиненного гражданину незаконными решениями, действиями (бездействием) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих, в тех случаях, когда сам факт нарушения прав и свобод гражданина установлен другим решением суда, вступившим в законную силу.
Этим не исключается правомочие федерального законодателя установить разумный срок для обращения в суд с требованием о компенсации морального вреда, причиненного гражданину незаконными решениями, действиями (бездействием) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих, в том числе исчисляемый с момента вступления в законную силу решения суда, установившего факт нарушения прав заинтересованного лица соответствующими неправомерными решениями, действиями (бездействием).
Между тем, решение суда, установившее факт нарушения прав <ФИО>3 со стороны администрации ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, в данном случае отсутствует. Напротив, Куйбышевским районным судом <адрес> <дата> отказано в удовлетворении требований о признании незаконными действий ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> по неисполнению постановления от <дата> Кировского районного суда <адрес>, и данное решение вступило в законную силу после проверки судом апелляционной инстанции. Действия ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выраженные в необеспечении <дата>, <дата>, <дата> адвокату <ФИО>4 рабочей встречи с <ФИО>3, в судебном порядке незаконными не признавались.
В рамках настоящего спора признание таких действий незаконными возможным не представляется ввиду преюдициальной силы состоявшегося судебного акта, пропуска срока обращения в суд (указанные действия имели место в 2018 году), а также такие требования отсутствуют в просительной части административного искового заявления, тогда как суд рассматривает дело по заявленным требованиям.
При таком положении, поскольку с требованиями о взыскании компенсации морального вреда, который административный истец связывает с действиями ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, имевшими место в 2018 году, <ФИО>3 обратился <дата>, что подтверждается почтовым штампом на конверте, суд приходит к выводу о пропуске <ФИО>3 срока исковой давности.
Пропущенный по указанной в части 6 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации или иной уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено указанным Кодексом (часть 7).
Между тем, истцом не указаны объективные обстоятельства, которые препятствовали ему своевременно обратиться в суд с административным иском, как и не указано уважительных причин для восстановления процессуального срока.
Административным ответчиком в материалы дела представлена копия административного искового заявления <ФИО>3, адресованного в Куйбышевский районный суд <адрес>, содержащего требования о взыскании компенсации морального вреда, в том числе, в связи с допущенными нарушениями его прав со стороны ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, выразившимися в неисполнении решений суда, срыве судов, не допуске адвоката <ФИО>4, защитника <ФИО>2, на что указано в частном постановлении Кировского районного суда <адрес> от <дата> и установлено прокуратурой <адрес>. Данная копия содержит входящий штамп <дата> <номер>.
Согласно картотеке Куйбышевского районного суда <адрес>, <дата> в суд поступало исковое заявление <ФИО>3 к ФКУ ОИК-36 ГУФСИН России по <адрес>, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН, материал зарегистрирован за № М-518/2020 (9-268/2020). Исковое заявление оставлено без движения <дата> и возвращено <дата>, в связи с истечением с рока, предоставленного для устранения недостатков.
Из ответа и.о председателя Куйбышевского районного суда <адрес> от <дата> на обращение врио начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> следует, что, материал <номер> по исковому заявлению <ФИО>3 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, ФКУ ОИК-36 ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда уничтожен, в связи с истечением срока хранения, что подтверждается актом о выделении к уничтожению документов, не подлежащих хранению от <дата>.
В соответствии с частью 2 статьи 70 КАС РФ письменные доказательства представляются в суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии, на что указывал административный истец в ходе судебного разбирательства по делу.
Согласно части 3 статьи 70 КАС РФ подлинники документов представляются в суд в случае, если в соответствии с федеральным законом или иным нормативным правовым актом обстоятельства административного дела подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию суда, если невозможно разрешить административное дело без подлинников документов или представленные копии одного и того же документа различны по своему содержанию.
Между тем, в силу части 2 статьи 130 названного Кодекса если лицо, подавшее административное исковое заявление, в установленный в определении об оставлении административного искового заявления без движения срок исправит недостатки, указанные судьей, административное исковое заявление считается поданным в день первоначального обращения этого лица в суд. В противном случае административное исковое заявление считается неподанным и возвращается подавшему его лицу со всеми приложенными к нему документами в порядке, установленном статьей 129 данного Кодекса.
Следовательно, исковое заявление <ФИО>3 к ФКУ ОИК-36 ГУФСИН России по <адрес>, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН, зарегистрированное в картотеке Куйбышевского районного суда <адрес>, считается не поданным, в связи с чем наличие или отсутствие оригинала данного иска не является юридически значимым обстоятельством в рамках настоящего спора.
При таких обстоятельствах, оценивая представленные по делу доказательства в совокупности, оснований для удовлетворения административных исковых требований <ФИО>3 суд не усматривает.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180 КАС РФ, суд
РЕШИЛ:
административные исковые требования <ФИО>3 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор <номер> главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес>», Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда, причиненного угрозой жизни и здоровью от незаконных действий, выраженных в неисполнении постановления от <дата> Кировского районного суда <адрес> и в непредставлении представителю <ФИО>2 и <ФИО>3 встреч в период с <дата> по <дата> в размере 1 000 000 рублей, в необеспечении <дата>, <дата>, <дата> адвокату <ФИО>4 рабочей встречи с <ФИО>3, в бесчеловечном и унижающем обращении, в размере 1 000 000 рублей, расходов по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей – оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Куйбышевский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий: А.В. Кучерова
Мотивированный текст решения изготовлен <дата>