Дело № 2-5556/2025

УИД: 03RS0017-01-2025-008389-96

Категория 2.104

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 сентября 2025 года г. Стерлитамак

Стерлитамакский городской суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Булатовой Ф.Ф.,

при секретаре Карамышевой Р.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО17 к ФИО18 об исключении лица из числа имеющих право на меры социальной поддержки, установлении факта фактического воспитания погибшего военнослужащего и признании права на меры социальной поддержки СВО,

УСТАНОВИЛ:

ФИО17 обратился с иском к ФИО18 об исключении лица из числа имеющих право на меры социальной поддержки, установлении факта фактического воспитания погибшего военнослужащего и признании права на меры социальной поддержки СВО.

В обоснование своих требований указывает, что истец ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ г.р., являлся отчимом военнослужащего ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), погибшего ДД.ММ.ГГГГ при выполнении специальных задач в ходе специальной военной операции на территории Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики, и супругом его матери ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. умершей ДД.ММ.ГГГГ году.

С мая 1982 года истец проживал совместно с ФИО2 и её сыном ФИО1 по адресу: <адрес>. Спустя два месяца, 22 июля 1982 года, они заключили брак, что подтверждается свидетельством о заключении брака Ш-АР №, а также актом о совместном проживании. Состоя в вышеописанном браке с ней истец воспитывал ее сына - ФИО1), годы жизни: ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ, рожденного в первом браке ФИО2 с ФИО18. ФИО1, признавая истца своим отцом, в 2006 году сменил фамилию ФИО19 на ФИО22, так как биологический отец ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ г.р. участия в воспитании ФИО1 не принимал, материальной помощи не оказывал, алименты не платил, контакта с ребенком не поддерживал и более того, имеются свидетельские показания о его жестоком обращении с матерью ребенка, регулярных побоях и унижениях. После серьёзного случая домашнего насилия, произошедшего по месту их проживания (<адрес>), ФИО2 была вынуждена выбежать в подъезд. На шум и крики выбежали соседи, к которым она обратилась с просьбой укрыть её и спасти ребёнка. По свидетельским показаниям, на тот момент ФИО1 было всего несколько месяцев. После данного инцидента ФИО2 с ребёнком больше не видели ФИО18 и контактов с ним не поддерживали.

ДД.ММ.ГГГГ брак с ФИО18 был прекращён на основании решения суда о расторжении брака.

Факт участия в воспитании ФИО1 истец подтверждает тем, что с момента заключения брака с ФИО2 истец взял на себя все обязанности по воспитанию ФИО1, обеспечивал его жильем, питанием, образованием, лечением, возил отдыхать на море, отправлял в детские оздоровительные лагеря, заботился о его развитии и благополучии. Также в браке с ФИО2 у них родилась общая дочь - ФИО20,

Все отношения между истцом и ФИО1 были идентичны отношениям отца и сына, несмотря на отсутствие формального установления отцовства. Он называл истца отцом, что подтверждается показаниями свидетелей, совместным проживанием, участием в воспитании. Истец считал его своим родным сыном и заботился о нём, обеспечивал жильём, питанием, образованием, медицинским обслуживанием, участвовал в его жизни на протяжении более 16 лет. После смерти его матери - супруги истца ФИО2 — по наследству остались две квартиры: одна трёхкомнатная, другая однокомнатная. Внутри семьи было принято решение о передаче однокомнатной квартиры ФИО1. Истец, как наследник по закону, а также его родная сестра ФИО21, добровольно отказались от своих долей в наследстве в его пользу, поскольку он воспринимался и признавался нами как полноправный, родной член семьи. Эти обстоятельства подтверждаются нотариальными заявлениями об отказе от наследства из нотариального дела о наследстве. Таким образом, отношения с ФИО1 подтверждаются не только словами и свидетельскими показаниями, но и конкретными действиями, характеризующими глубокую семейную и родственную связь. Вышеописанное подтверждается фотографиями семейных отношений; актами о совместном проживании; свидетельскими показаниями родственников, соседей, учителей, одноклассников ФИО1.

В различных документах фамилия ФИО1 указана по-разному: при рождении — ФИО19, позднее — ФИО22. В 2006 году он подал заявление в ЗАГС о смене фамилии на ФИО22, что подтверждается актуальной редакцией свидетельства о рождении V-AP №, выданной отделом ЗАГС г. Стерлитамака. Однако из-за последующих периодов лишения свободы он не смог оформить паспорт с новой фамилией и до конца жизни пользовался документами, оформленными на фамилию ФИО19. В связи с этим в ряде официальных документов, включая свидетельство о смерти, указана прежняя фамилия — ФИО19. Таким образом, расхождение в фамилиях обусловлено отсутствием замены документа удостоверяющего личность после внесения изменений в актовую запись.

В связи с гибелью ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. и тем, что ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с которым он не поддерживал родственных или иных отношений, а также который в течение всей жизни сына фактически уклонялся от исполнения родительских обязанностей и не принимал участия в его воспитании и содержании, обратился за получением страховых выплат, компенсаций и иных мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством для родителей погибших военнослужащих, у истца возникла необходимость в судебной защите его прав.

Считает необходимым официально установить юридически значимый факт фактического воспитания ФИО1, признать за ним право на получение предусмотренных законом выплат и компенсаций в связи с его гибелью, и исключить ФИО18 из числа лиц, имеющих право на получение указанных мер социальной поддержки, поскольку он не исполнял родительских обязанностей, не участвовал в воспитании сына, не поддерживал с ним отношений и ранее допускал жестокое обращение с его матерью, создавая угрозу для жизни малолетнего ребенка.

На основании изложенного, просит установить факт, имеющий юридическое значение, а именно: что ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ г.р., являлся фактическим воспитателем ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., погибшего ДД.ММ.ГГГГ при выполнении специальных задач в ходе специальной военной операции на территории Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики. Признать ФИО17 лицом, имеющим право на получение предусмотренных законодательством Российской Федерации страховых выплат, компенсаций, пособий, иных льгот и пенсии по случаю потери кормильца, в связи с гибелью военнослужащего — ФИО1. Исключить ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ г.р., из числа лиц, имеющих право на меры социальной поддержки, предусмотренные в связи с гибелью военнослужащего — ФИО1, в том числе — на получение страховых выплат, пособий и иных льгот, предоставляемых лицам, имеющим статус родителей военнослужащих, на основании злостного уклонения от выполнения родительских обязанностей.

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Министерство обороны Российской Федерации, Отдел ЗАГС г.Стерлитамак Государственного комитета Республики Башкортостан по делам юстиции.

В судебном заседание истец ФИО17, его представители ФИО23, ФИО24 (по письменному ходатайству) исковые требования поддержали в полном объеме, суду пояснили, что ФИО22 воспитал ФИО1, ФИО19 не принимал участие в воспитании, материально также не помогал.

В судебном заседании ответчик ФИО18 с исковыми требованиями не согласился, просил в удовлетворении иска отказать. Кроме того пояснил, что не виделся с сыном, но алименты платил.

Третье лицо ФИО25 в судебном заседании просила в удовлетворении иска отказать, пояснила, что познакомилась с ФИО1 когда ему было 25 лет. Он ей не рассказывал про отца. Про ФИО19 она узнала, когда нужны были биоматериалы для теста ДНК.

Третье лицо ФИО21 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила удовлетворить. Пояснила, что отец и мать их одинаково любили, обеспечивали их, водили по кружкам. Отец любил ФИО1 как своего сына, и все думали, что он его сын. У ФИО19 мама жила по соседству с ними, но они его ни разу не видели, от него даже конфетки не было.

Помощник прокурора г.Стерлитамак Конарева О.Н. в судебном заседании дала заключение о необходимости удовлетворения исковых требований, поскольку ответчик ФИО18 фактически не занимался воспитанием сына.

В судебном заседании свидетель ФИО3 суду пояснила, что она работала в ЖЭУ. Где дом А-вых находился на балансе. Ее дочь занималась с дочерью А-вых З. теннисом. Видела истца там. Всегда видела его с семьей, семья из четырех человек.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании пояснила, что работали вместе с А. и ФИО2. ФИО1 всегда называл ФИО22 папой. Она ФИО19 не видела никогда.

Свидетель ФИО5 в судебном заседании пояснила, что они коллеги по работе с истцом и ФИО2, работали на «Обувной фабрике по ремонту и пошиву одежды» с 1979 г. по 1996 г. Семья у них была дружная, ФИО1 называл А. папой.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании пояснила, что была классным руководителем начальных классов, где учился ФИО1. ФИО1 был активным, общительным подростком. Его успеваемостью и обучением занимался отчим, который посещал все собрания, о родном отце ФИО1 ничего не было известно. Сам ФИО1 о родном отце ничего не рассказывал.

Свидетель ФИО7 в судебном заседании пояснила, что она соседка истца, они сначала проживали втроем, потом появилась дочь З.. ФИО19 избил ФИО2. После этого она не видела его.

Свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснила, что одноклассница ФИО1. Думали, что ФИО22 отец ФИО1, ФИО19 не видела.

Свидетель ФИО9 в судебном заседании пояснил, что он является одноклассником ФИО1, учились вместе с 1 по 9 класс. Все думали, что ФИО22 родной отец ФИО1

Свидетель ФИО10 в судебном заседании пояснил, что он сосед истца. Вместе дружили, выезжали на природу, на рыбалку.

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснил, что были с ФИО1 друзьями, ФИО1 дядь С. называл папой.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании пояснила, что занимались с ФИО1 и его сестрой З. в спортивном клубе «Спортивные Надежды», дружили, знакома с семьей А-вых, всегда думала что А. отец ФИО1. ФИО19 не видела.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании пояснила, что она является мамой И., жены ФИО1. ФИО19 не знала.

Свидетели ФИО14., ФИО15. в судебном заседании пояснили, что ФИО1 не говорил про отца А..

Свидетель ФИО16 в судебном заседании пояснила, что является супругой ФИО18 ФИО2 попросила П. не общаться с сыном, поэтому Быков как порядочный человек не общался, раз обещал. А так алименты платил. Пояснила, что они с ФИО19 воспитали двоих детей и если ФИО19 бы воспитал бы ФИО1, ФИО1 бы вырос совершенно другим человеком. ФИО22 не дал нужного воспитания.

Третьи лица Филиал ГКУ Республиканский центр социальной поддержки населения, Министерство обороны Российской Федерации, Отдел ЗАГС г.Стерлитамак Государственного комитета Республики Башкортостан по делам юстиции на судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом в установленном порядке о времени и месте рассмотрения гражданского дела, причины неявки в суд неизвестны.

В соответствии со ст.167 ПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, заслушав участников процесса, свидетелей, заключение представителя прокуратуры, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, изучив и оценив материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 1 ст. 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращен! личных или имущественных прав граждан, организаций.

Перечень юридических фактов, которые могут быть установлены в судебном порядке, приведенный в указанной правовой норме, не является исчерпывающим, суд вправе рассматривать дела об установлении и иных фактов, если они порождают для заявителя юридические последствия.

В соответствии со ст. 267 ГПК РФ в заявлении об установлении факта, имеющего юридическое значение, должно быть указано, для какой цели заявителю необходимо установить данный факт, а также должны быть приведены доказательства, подтверждающие невозможность получения заявителем надлежащих документов или невозможность восстановления утраченных документов.

Из содержания приведенных положений процессуального закона следует, что одним из обязательных условий для установления факта, имеющего юридическое значение, является указание заявителем цели, для которой необходимо установить данный факт в судебном порядке, а именно зависит ли от установления указанного факта возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан.

ФИО17 просит признать его фактическим воспитателем погибшего гражданина в судебном порядке для получения социальных выплат, предусмотренных Федеральным законом от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", Указом Президента РФ от 05.03.2022 N 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и членам их семей", нормативными актами субъектов РФ с целью последующего предъявления судебного акта в орган, уполномоченный осуществлять выплаты.

Пунктом 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", к членам семьи военнослужащего, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью восьмой данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями девятой и десятой этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).

В судебном заседании установлено, что согласно свидетельству о рождении серии V-АР № от ДД.ММ.ГГГГ, родителями ФИО1 являются мать «ФИО2», отец «ФИО18». Согласно справке о перемене имени №А-01862 ФИО1 после перемены имени присвоены: ФИО1.

Брак между ФИО18 и ФИО2 расторгнут ДД.ММ.ГГГГ и в ДД.ММ.ГГГГ ФИО2.. заключила брак с ФИО17 После заключения брака присвоены фамилии мужу «ФИО22», жене «ФИО22».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО27 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти II-АР №.

Согласно свидетельства о смерти V-АР №, ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ место смерти Донецкая Народная Республика, <адрес>.

Таким образом, ФИО28 погиб при выполнении задач в ходе специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республике, Запорожской и Херсонской областей, а также Украины в период прохождения военной службы. Смерть наступила в период прохождения военной службы, связана с исполнением обязанностей военной службы.

Согласно наследственного дела №, заведенного нотариусом г. Стерлитамак ФИО29 к имуществу умершего ФИО1 с заявлением о принятии наследства обратилась супруга ФИО25.

ФИО18 отказался от принятия наследства в пользу ФИО25 С матерью погибшего ФИО1. – ФИО2. заявитель ФИО17 состоял в фактических брачных отношениях. В период совместной жизни заявителя с ФИО2 родилась дочь ФИО21, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Погибший ФИО28, согласно Акта о совместном проживании от ДД.ММ.ГГГГ, семья в составе ФИО2, ФИО17, ФИО1, ФИО20 проживали по адресу: <адрес> мая 1982 года по март 1988 г., и с марта 1988 г. по декабрь 2005 г. по адресу: <адрес>.

Факт того, что ФИО1., погибший ДД.ММ.ГГГГ воспитывался заявителем ФИО17 также подтверждается свидетельскими показаниями. Из показаний свидетелей следует, что заявитель ФИО17 проживал с ФИО1, ФИО17 друзья ФИО1, воспитатели детского садика, учителя, ФИО17 считали отцом ФИО1.

Доводы заявителя подтверждаются представленными доказательствами, возражений относительно заявленных требований заинтересованными лицами не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что в судебном заседании установлен факт воспитания ФИО17 ФИО1, в связи с чем, исковые требования ФИО17 о признании его фактическим воспитателем ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погибшего ДД.ММ.ГГГГ при выполнении специальных задач в ходе специальной военной операции на территории Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики, о признании ФИО17 лицом, имеющим право на получение предусмотренных законодательством Российской Федерации страховых выплат, компенсаций, пособий, иных льгот и пенсии по случаю потери кормильца, в связи с гибелью военнослужащего —ФИО1, подлежащими удовлетворению.

Пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ).

Исходя из положений статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся и военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

В случае смерти (гибели) застрахованного лица выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются в том числе родители (усыновители) застрахованного лица (абзац третий пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования военнослужащих и приравненных к ним лиц, среди них гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям.

Федеральным законом от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (далее - Федеральный закон от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ) также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

В случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей военной службы, до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), гибели (смерти) гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, содействующем выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации, в период мобилизации, в период действия военного положения, в военное время, при возникновении вооруженных конфликтов, при проведении контртеррористических операций, а также при использовании Вооруженных Сил Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации, наступившей при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, до истечения одного года со дня прекращения контракта о пребывании в добровольческом формировании, членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, или гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей (часть 8 статья 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ).

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае в статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ и в статье 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (пункт 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 статьи 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей (пункт 1 статьи 62, пункт 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации). Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав (пункт 1 статьи 65, статья 69, статья 73 Семейного кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44).

Лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей, которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в статье 69 Семейного кодекса Российской Федерации, перечень которых является исчерпывающим (абзац первый пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44).

В соответствии со статьей 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены судом родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

Из приведенных положений семейного законодательства в их взаимосвязи с нормативными предписаниями Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Конвенции о правах ребенка, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ей членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом требований добросовестности, разумности и справедливости, общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойным защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка.

В судебном заседании ответчиком ФИО1, опровергающих данные доказательства, а также доказательства, подтверждающие воспитание сына, не представлено. В судебном заседании сам ответчик не отрицал, что не встречался с сыном.

Таким образом, оценивая представленные суду доказательства в их совокупности, учитывая, что ФИО18 воспитанием сына ФИО1 не занимался, не заботился о его здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для лишения ответчика права на получение денежных средств, причитающихся родителю в связи с гибелью сына при исполнении им воинских обязанностей, а потому исковые требования подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 56, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

заявление ФИО17 к ФИО18 об исключении лица из числа имеющих право на меры социальной поддержки, установлении факта фактического воспитания погибшего военнослужащего и признании права на меры социальной поддержки СВО, удовлетворить.

Установить юридический факт, что ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлся фактическим воспитателем ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погибшего ДД.ММ.ГГГГ при выполнении специальных задач в ходе специальной военной операции на территории Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики.

Признать ФИО17 лицом, имеющим право на получение предусмотренных законодательством Российской Федерации страховых выплат, компенсаций, пособий, иных льгот и пенсии по случаю потери кормильца, в связи с гибелью военнослужащего — ФИО1.

Исключить ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, из числа лиц, имеющих право на меры социальной поддержки, предусмотренные в связи с гибелью военнослужащего — ФИО1, в том числе — на получение страховых выплат, пособий и иных льгот, предоставляемых лицам, имеющим статус родителей военнослужащих, на основании злостного уклонения от выполнения родительских обязанностей.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня вынесения решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Стерлитамакский городской суд Республики Башкортостан.

Председательствующий судья подпись Ф.Ф.Булатова

Мотивированное решение изготовлено 25 сентября 2025 года.