Решение по делу № 2-4662/2022 от 12.12.2022 - о признании договора поручительства недействительным, по встречному исковому заявлению <ФИО> к <ФИО> МагО.суловичу, <ФИО>, <ФИО> о признании действий <ФИО> МагО.суловича злоупотреблением правом, признании договора купли-продажи притворной сделкой, применении последствий недействительности договоров ввиду ее притворности.

Дело № 2-4662/2022 23RS0036-01-2022-008262-86

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Краснодар 12 декабря 2022 г.

Октябрьский районный суд г. Краснодара в составе:

председательствующего Кутченко А.В.,

секретаря судебного заседания Амбарцумян Р.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 МагО.суловичу о признании договора поручительства недействительным, по встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО4 МагО.суловичу, ФИО1, ФИО2 о признании действий ФИО4 МагО.суловича злоупотреблением правом, признании договора купли-продажи притворной сделкой, применении последствий недействительности договоров ввиду ее притворности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о признании договора поручительства от ДД.ММ.ГГГГ (от ДД.ММ.ГГГГ) недействительным.

Исковые требования мотивированы следующим, ДД.ММ.ГГГГ между истцами ФИО1, ФИО2 в роли поручителей и ФИО3 в роли продавца, ФИО4 в роли покупателя заключен договор поручительства, согласно которому поручители приняли на себя обязательство отвечать перед кредитором за исполнение должником его обязательства по договору купли-продажи. На момент заключения договора истцы были удостоверены ответчиками в действительности сделки, в обеспечение которой был заключен оспариваемый договор поручительства, а именно договор купли-продажи № от ДД.ММ.ГГГГ, однако договор купли-продажи № от ДД.ММ.ГГГГ является недействительной сделкой, по которой ФИО4 не производилась «оплата приобретаемого товара», договор был заключен в обеспечение исполнения обязательств должника ФИО3 по уплате кредитору процентов за ранее полученные заемные денежные средства, данный факт в момент заключения оспариваемого договора был сокрыт от истцов ФИО3 под принуждением ФИО4 Истцам стало известно о недействительности договора купли-продажи, в обеспечение которого был заключен оспариваемый договор поручительства в ходе рассмотрения спора № в Зимовниковском районном суде <адрес>, спора № в Акушинском районном суде Республики Дагестан а также вследствие обнаружения признаков преступления в действиях ФИО4 в отделе МВД России по <адрес> (КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ) в ходе рассмотрения которого были опрошены ответчики, ФИО3 был опрошен в присутствии истцов, из чего им стало известно о фактической природе сделки, послужившей основанием к заключению оспариваемого договора поручительства. В Акушинском районном суде Республики Дагестан было возбуждено дело № по иску ФИО4 к ФИО3, ФИО1, ФИО2 о взыскании задолженности по договору купли-продажи, договору поручительства, однако, данный договор представлен ФИО4 в суд в виде копии договора с внесенными изменениями, а именно как договор от ДД.ММ.ГГГГ, при рассмотрении указанного гражданского дела № ФИО4 предоставил суду договор поручительства от ДД.ММ.ГГГГ, а также договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, которые фактически между сторонами не заключались. На основании чего просили суд признать договор поручительства от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между сторонами недействительным, применить последствия недействительности сделки приведя стороны в первоначальное положение, существовавшее до заключения сделки.

В свою очередь ответчик ФИО3 обратился в суд со встречным иском к ФИО4, ФИО1, ФИО2 о признании действий ФИО4 злоупотреблением правом, признании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ) притворной сделкой, применении последствий недействительности договоров ввиду ее притворности путем взыскания стоимости поставленного товара. Требования мотивированы тем, что между ФИО3 и ФИО4 сложились длительные сотруднические отношения за период с 2016 г., в рамках которых ФИО3 выполнял поставки сельскохозяйственной продукции ФИО4, между тем имелись просрочки исполнения, ввиду чего ФИО4 начислял проценты за нарушение сроков «возврата займа», во исполнение чего, между главой КФХ ФИО3 и ФИО4 были заключены сделки в форме договоров купли-продажи зерна на суммы просрочки, а также договоров поручительства для обеспечения исполнения штрафных требований, в том числе ДД.ММ.ГГГГ в форме договора купли-продажи зерна пшеницы на сумму 1 780 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ в форме договора поручительства с привлечением в качестве поручителей ФИО1, ФИО2 Избранный ФИО4 способ оформления задолженности по уплате процентов ФИО4 обосновывал необходимостью предоставления гарантий по исполнению ФИО3 обязательств, в свою очередь ФИО3, будучи уверенным в наличии обязательств перед ФИО4 по оплате процентов, ввиду отсутствия сторонних налаженных связей по реализации производимой продукции, а также возможности хранения производимой продукции в период поиска иных покупателей, соглашался на условия ФИО4, предполагая его добросовестность. Обязательства, принятые на себя ФИО3 по договору купли-продажи № от ДД.ММ.ГГГГ были им фактически исполнены, при этом правовая природа достигнутого ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4 соглашения обосновывается и подлежит квалификации в форме договора контрактации, кроме того заключенные сделки носили характер обеспечения исполнения обязательств по уплате процентов за просрочки по поставке товара во исполнение договоров займов. Обязательства ФИО4 по оплате приобретаемого товара по договору-купли продажи определялись как исполненные на момент заключения договора, в Акушинском районном суде Республики Дагестан ФИО4 были представлены договоры купли продажи и поручительства от ДД.ММ.ГГГГ, с внесенными исправлениями, и идентифицированы как отличные от указанных сделок, датированные от ДД.ММ.ГГГГ, при том, что кроме дат, указанные договоры были полностью идентичны. Указанные договоры ни заявителями, ни ФИО3 не подписывались.

Представитель истцов по первоначальным исковым требованиям ФИО1, ФИО2 в судебном заседании на иске настаивал.

Ответчик по первоначальным исковым требованиям – истец по встречному иску ФИО3, представитель ФИО3 по доверенности в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, просили о рассмотрении дела в его отсутствие, против первоначальных исковых требований не возражали, на удовлетворении исковых требований по встречному иску настаивали.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании относительно заявленных первоначальных и встречных исковых требований возражал, просил суд оставить первоначальный и встречный иски без удовлетворения.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив в совокупности представленные доказательства, приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Невыполнение либо ненадлежащее выполнение лицами, участвующими в деле, своих обязанностей по доказыванию влечет для них неблагоприятные правовые последствия.

В соответствии с ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В силу требований ч. 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как следует из материалов дела, между ФИО3 и ФИО4 были заключены: договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ зерна пшеницы озимой, урожая 2021 года IV (четвертого) класса (протеин – 12), по цене за одну тонну 4 000 рублей, в количестве 445 тонны на сумму 1 780 000 рублей, при обязанности продавца – главы КФХ ФИО3 организовать передачу товара до ДД.ММ.ГГГГ; договор поручительства от ДД.ММ.ГГГГ во исполнение обязательств по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО1, ФИО2

Таким образом, правовая природа договора купли-продажи представляет собой передачу вещи (товара) в собственность другой стороне (покупателю), и принятия этого товара, уплаты за него определенной денежной суммы (цены).

Между тем, как следует из представленных суду договоров, их условия не соответствуют правовой конструкции договора купли-продажи, поскольку в настоящем случае оспариваемая сделка носит специализированный характер, подлежащей квалификации как договор контрактации – поставки, ввиду следующего.

Предметом договора контрактации по общим правилам выступает продукция сельскохозяйственного производства (растениеводства, животноводства, звероводства), в том числе зерно, то есть продукция, произведенная в такой отрасли экономики, как сельское хозяйство, с помощью методов агро- и зоотехники, путем выращивания или сбора с использованием земли, флоры, фауны как основного фактора производства. Как правило, это будущий товар, то есть товар, который еще подлежит выращиванию или производству в условиях сельского хозяйства.

Согласно с ч. 1 ст. 535 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору контрактации производитель сельскохозяйственной продукции обязуется передать выращенную (произведенную) им сельскохозяйственную продукцию заготовителю - лицу, осуществляющему закупки такой продукции для переработки или продажи.

При этом, в силу ч. 2 ст. 535 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям по договору контрактации, не урегулированным правилами настоящего параграфа, применяются правила о договоре поставки (статьи 506 - 524), а в соответствующих случаях о поставке товаров для государственных нужд (статьи 525 - 534).

В соответствии с положением ст. 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Как следует из кассационного определения судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 5 и 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года № 11 «О подготовке дел к судебному разбирательству», под уточнением обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, следует понимать действия судьи и лиц, участвующих в деле, по определению юридических фактов, лежащих в основании требований и возражений сторон, с учетом характера спорного правоотношения и норм материального права, подлежащих применению. В случае заблуждения сторон относительно фактов, имеющих юридическое значение, судья на основании норм материального права, подлежащих применению, разъясняет им. какие факты имеют значение для дела и на ком лежит обязанность их доказывания (статья 56 ГПК РФ). При определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела. ФИО3 ссылался в суде первой инстанции на то, что спорные договоры не являются договорами займа, однако данным доводам суд надлежащей оценки не дал.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 17.10.2022 г. по гражданскому делу по иску ФИО4 к ФИО3, по встречному иску ФИО3 к ФИО4 о признании договоров займа не заключенными, по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Зимовниковского районного суда Ростовской области от ДД.ММ.ГГГГ решение Зимовниковского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ – отменено, принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО3 о взыскании задолженности по договорам займа и процентам – отказано, договоры займа между ФИО3 и ФИО4, удостоверенные нотариусом ФИО5, от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 2800000 руб. и от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 325000 руб. – незаключенными.

При рассмотрении дела апелляционная инстанция установила, что поводом для обращения со встречными исковыми требованиями о признании договоров займа незаключенными, послужило именно обращение ФИО4 в суд с иском к ФИО3 о взыскании долга по обязательствам, вытекающим из заемных правоотношений, требования по которым, в силу изложенных выше правовых оснований и установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств, применительно к положениям ст. 807 ГК РФ, не возникли. Нарушенным право ФИО3 стало с момента предъявления к нему ФИО4 требований о взыскании денежных средств, как заемных, а также процентов, в связи с нарушением сроков их возврата. ФИО3 подтверждал в суде первой инстанции, что до обращения ФИО4 в суд о взыскании задолженности по спорным договорам займа, он имел перед ним иные, не заемные, денежные обязательства и принимал меры к их исполнению.

С учетом изложенного, решение Зимовниковского районного суда Ростовской области от 15.03.2021 подлежит отмене, как принятое с нарушением норм материального права при неправильном определении существенных для дела обстоятельств и несоответствием выводов суда, изложенным в решении, обстоятельствам дела, с принятием нового решения об отказе в иске ФИО4 и удовлетворении встречного иска ФИО3

Также, судебная коллегия установила, что между сторонами ФИО4 и ФИО3 в течение длительного времени имели место правоотношения по реализации сельскохозяйственной продукции.

Согласно положению ст. 538 Гражданского кодекса Российской Федерации производитель сельскохозяйственной продукции, не исполнивший обязательство либо ненадлежащим образом исполнивший обязательство, несет ответственность при наличии его вины.

В силу ч.ч. 2-3 ст. 509 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда договором поставки предусмотрено право покупателя давать поставщику указания об отгрузке (передаче) товаров получателям (отгрузочные разнарядки), отгрузка (передача) товаров осуществляется поставщиком получателям, указанным в отгрузочной разнарядке. Содержание отгрузочной разнарядки и срок ее направления покупателем поставщику определяются договором. Если срок направления отгрузочной разнарядки договором не предусмотрен, она должна быть направлена поставщику не позднее чем за тридцать дней до наступления периода поставки. Непредставление покупателем отгрузочной разнарядки в установленный срок дает поставщику право либо отказаться от исполнения договора поставки, либо потребовать от покупателя оплаты товаров. Кроме того, поставщик вправе потребовать возмещения убытков, причиненных в связи с непредставлением отгрузочной разнарядки.

В соответствии с ч. 1 ст. 536 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено договором контрактации, заготовитель обязан принять сельскохозяйственную продукцию у производителя по месту ее нахождения и обеспечить ее вывоз.

Согласно пояснениям ФИО3 составление договора купли-продажи от 25.11.2021 г., было обусловлено ФИО4 необходимостью оформления фактов наличия обязательств ФИО3 по оплате образовавшихся неустоек в рамках исполнения договоров от 28.03.2016 г., 23.04.2016 г., 02.06.2016 г., 27.07.2016 г., 26.12.2016 г., 24.08.2017 г., 27.11.2017 г.

Из содержания условий договора купли-продажи от 25.11.2021 г., следует, что обязательства ФИО4 по оплате приобретаемого товара и передаче денежных средств в заем определялись как исполненные на момент заключения договоров.

К данному условию указанных договоров, суд относится критически в силу следующего.

Согласно с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 21.11.1996 г. № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

В силу пункта 5 статьи 488 Гражданского кодекса Российской Федерации с момента передачи товара покупателю и до его полной оплаты товар признается находящимся в залоге у продавца. Учитывая изложенное, указание в договоре на произведенную оплату цены приобретаемого товара до его подписания без соответствующих доказательств, удостоверяющих реальный факт передачи ответчиком денежных средств, не является безусловным основанием считать исполненной обязанность покупателя по оплате приобретенного объекта имущества. Поэтому факт исполнения обязательства по купле-продаже ответчиком подлежит доказыванию путем представления документа о производстве расчета, что также подтверждается судебной практикой (Кассационное определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 22.12.2020 N 88-25522/2020).

В соответствии с положением чч. 1-2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно ч. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.п. 87 и 88 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ).

На основании изложенного, суд приходит к выводу о недействительности - притворности заключенной между ФИО3 и ФИО4 сделки: договора купли-продажи от 25.11.2021 г.

Из материалов дела следует, что 25.11.2021 г. между ФИО1, ФИО2 в роли поручителей и ФИО3 в роли продавца (должника), ФИО4 в роли покупателя (кредитора) заключен договор поручительства, согласно которому поручители приняли на себя обязательство отвечать перед кредитором за исполнение должником его обязательства по договору купли-продажи № 1 от 25.11.2021 г., предметом которого является обязательство должника передать в собственность кредитора товар – зерно пшеницы озимой, урожая 2021 года IV (четвертого) класса (протеин – 12), цена за 1 тонну – 4 000 рублей, в количестве 445 тонн, стоимостью 1 780 000 рублей, срок исполнения – 10.07.2021 г.

Согласно с ч. 1 ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с ч. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно ч. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как следует из пояснений, содержащихся в исковом заявлении ФИО1, ФИО2, подтвержденных в ходе судебного разбирательства, на момент заключения указанного договора истцы были удостоверены ответчиками в действительности сделки, в обеспечение которой был заключен оспариваемый договор поручительства, а именно договор купли-продажи № 1 от 25.11.2021 г. Между тем, как стало известно истцам, договор купли-продажи договор купли-продажи № 1 от 25.11.2021 г. является недействительной сделкой, по которой ФИО4 не производилась «оплата приобретаемого товара», договор был заключен в обеспечение исполнения обязательств должника ФИО3 по уплате кредитору процентов за ранее полученные заемные денежные средства, данный факт в момент заключения оспариваемого договора был сокрыт от истцов ФИО3 под принуждением ФИО4

В соответствии с ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с положением ст. 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Ввиду установления недействительности - притворности сделки, в обеспечение исполнения которой был заключен указанный договор поручительства, поскольку первоначально заявленные исковые требования ФИО1, ФИО2 о признании договора поручительства недействительным преследуют цель освобождения поручителей от обязательств по оспариваемой сделке, в связи с нарушением их прав и охраняемых законом интересов, посредством влечения неблагоприятных для них последствий, выразившихся в предъявлении к ним требований по исполнению обязательств как поручителей, при этом учитывая, что в рамках настоящего спора суд пришел к выводу о недействительности - притворности сделки, в обеспечение исполнения которой заключен договор поручительства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований, поскольку договор купли-продажи от 25.11.2021 г., заключенный между ФИО3 и ФИО4 признан судом недействительным – притворным, следовательно, последующие сделки, совершенные в обеспечение исполнения первоначального договора утрачивают свое юридическое значение, потому удовлетворение первоначальных исковых требований является излишним.

Из материалов дела следует, что ФИО3 и ФИО4 с 2016 г. по 2021 г. постоянно заключали однородные сделки, что свидетельствует о наличии между сторонами сотруднической деятельности.

Как следует из представленной суду выписки из ЕГРИП в отношении ФИО4 ОГРНИП №, ФИО4 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя ДД.ММ.ГГГГ, при этом сведения о прекращении деятельности были внесены в реестр ДД.ММ.ГГГГ В соответствии со сведениями об основных видах деятельности ФИО4 занимался такими видами деятельности, как: 46.21.11 торговля оптовая зерном, 46.21.14 торговля оптовая кормами для сельскохозяйственных животных, 46.23 торговля оптовая живыми животными.

Как следует из положений параграфа 5 гл. 30 Гражданского кодекса Российской Федерации заготовителями являются лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью. Это могут быть как коммерческие организации, так и индивидуальные предприниматели, но осуществляющие закупки сельскохозяйственной продукции с определенной целью - для переработки или продажи. Сказанное означает, что цель приобретения заготовителем продукции также имеет правовое значение в отношениях по контрактации.

Как следует из кассационного определения судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 15.02.2022 г. позиция ФИО4 по спорам о взыскании задолженностей по договорам займов в ходе рассмотрения дела являлась противоречивой, чему судами нижестоящих инстанций оценка дана не была, кроме того, судом кассационной инстанции указано на наличие надлежащего подтверждения факта исполнения ФИО3 обязательств по договорам.

Согласно постановлению следователя отдела МВД России по Зимовниковскому району от ДД.ММ.ГГГГ установлено при проведении процессуальной проверки, в ходе опроса сотрудниками полиции истца, ответчика, а также иных лиц, непосредственно присутствовавших при заключении сделок (нотариус ФИО6), при исполнении обязательств по отгрузке зерна (ФИО7, ФИО8, ФИО9), которые показали, что ФИО3 передавал зерно ФИО4 в счет долговых обязательств за ранее полученные заемные средства, отгрузка зерна фактически производилась, в соответствии с установленным порядком силами ФИО4, который непосредственно самостоятельно приезжал за товаром, на протяжении периода времени, включающего 2020 год. Сам же ФИО4 пояснял сотрудникам правоохранительных органов, что не получал зерно от ФИО3, кроме того фактически обвинил истца в многомиллионной задолженности перед ним, не исполняемых обязательствах, при том, что в последующем продолжал сотрудничать с истцом. В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 по факту совершения мошеннических действий в отношении ФИО3 было отказано по тому основанию, что сложившиеся правоотношения носят гражданско-правовой характер, при этом события, указанные ФИО3 в заявлении, и соотносящиеся с указанными в настоящем иске, в действительности имели место, их действительность установлена в ходе проведенной доследственной проверки.

В силу ч. 1 ст. 55, а также ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации свидетельские показания, полученные в рамках уголовного производства могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств в рамках гражданско-правового спора.

Как следует из представленных суду копия оспариваемых договоров, представленных ФИО4 в рамках гражданского дела №, находящегося в производстве Акушинского районного суда Республики Дагестан, договоры являются идентичными оспариваемым договорам, однако имеют исправления в части дат заключения (от ДД.ММ.ГГГГ), и трактуются ответчиком ФИО4 как отличные от оспариваемых сделок.

Анализ представленных суду договоров от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу об их идентичности, помимо исправлений в части дат заключения договоров.

При определении действительности факта заключения оспариваемых договоров ДД.ММ.ГГГГ, а не ДД.ММ.ГГГГ, судом принимается во внимание заключением ООО «Научно-техническое бюро «СУДЕБНАЯ ЭКСПЕРТИЗА» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого: подпись от имени ФИО2 в строке «Поручитель 2» в договоре поручительства № б/н от ДД.ММ.ГГГГ, выполнена не ФИО2, а иным лицом путем подражания подлинной подписи; подпись от имени ФИО1 в строке «Поручитель 1» в договоре поручительства № б/н от ДД.ММ.ГГГГ, выполнена не ФИО1, а иным лицом путем подражания подлинной подписи; подпись от имени ФИО3 в строке «Должние» в договоре поручительства № б/н от 25.11.2019 года, выполнена не ФИО3, а иным лицом путем подражания подлинной подписи.

Представленное суду заключение эксперта соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, поскольку заключение имеет подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные вопросы.

Оценивая представленное доказательство, руководствуясь требованиями ст. 55 ГПК РФ, суд находит его допустимым и относимым.

Вследствие чего, суд находит несоответствующими требованиям Гражданского кодекса Российской Федерации действия ФИО4, по оформлению сделок в ненадлежащей форме, с целью приобретения последующего права на начисление неустоек за нарушение сроков поставки.

На основании изложенной совокупности обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что поведение ФИО4, выразившееся в понуждении к оформлению достигнутых соглашений по поставке товара - сельскохозяйственной продукции (контракции) в форме, не соответствующей действительной природе сделок, из чего последовало предъявление требований по оплате неустоек по договорам займов, посредством оформления притворного договора купли-продажи зерна, последующее обращение ФИО4 к ФИО3, ФИО1, ФИО2 о взыскании задолженностей по вышеуказанному договору с предоставлением указанного договора, с внесенными исправлениями, является злоупотреблением правом, приведшим к нарушению прав и законных интересов ФИО3

На основании изложенного, суд приходит к выводу о наличии оснований для применения последствий недействительности договоров купли продажи № от ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ) и поручительства от ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ), ввиду их притворности.

Согласно ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; возмещения убытков.

Пунктом 1 статьи 486 ГК РФ предусмотрено, что покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В силу статей 309 – 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение, его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно ч. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Как следует из ч. 2 ст. 393 ГК РФ убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Встречные исковые требования включают в себя требование о взыскании с ФИО4 в пользу ФИО3 стоимости поставленного товара по договору купли-продажи № 1 от 25.11.2021 г. (25.11.2019 г.) в размере 15 800 000 рублей, которые, в ходе судебного разбирательства были обоснованы следующим. Так, суду представлена копия решения Акушинского районного суда Республики Дагестан от 15.08.2022 г., согласно которому с ФИО3, а также ФИО1, ФИО2 взыскана задолженность по настоящему договору в размере: 6184414,20 рублей, а также неустойка в размере12739893,25 рублей. Расценивая действия ФИО4 по обращению в суд с исковыми требованиями о взыскании ущерба с ФИО3 по недействительным договорам, суд приходит к выводу о том, что данные действия нанесли значительный ущерб материальному положению ФИО3

В соответствии с положением ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем возмещения убытков.

Согласно ч. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу части 2 указанной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснению определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 31.05.2022 г. № 89-КГ22-1-К7 по смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

ФИО3 заявлены исковые требования о возмещении ему ущерба в размере 15 800 000 рублей, что суд находит обоснованным ввиду того, что ФИО4 неправомерно взыскана с ФИО3 сумма, превышающая заявленные требования, оснований для выхода за пределы заявленных требований суд не находит, кроме того в действиях ФИО4 по обращению с данными исковыми требованиями суд находит признаки злоупотребления правом.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, к которым, согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ, относятся государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела.

На основании чего, с ФИО4 в пользу ФИО3 надлежит взыскать расходы по уплате государственной пошлины в размере 60 000 рублей. Указанные расходы документально подтверждены.

Таким образом, обстоятельства, на которые ссылаются истцы по первоначальному иску - ответчики по встречным исковым требованиям ФИО1, ФИО2, а также ответчик по первоначальному иску - истец по встречным исковым требованиям ФИО3, нашли свое подтверждение в ходе слушания дела. Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что первоначальные и встречные исковые требования подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 МагО.суловичу о признании договоров поручительства от ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ) недействительным – отказать.

Встречные исковые требования ФИО3 к ФИО4 МагО.суловичу, ФИО1, ФИО2 о признании действий ответчика злоупотреблением правом, признании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ) притворной сделкой, применении последствий недействительности договоров ввиду ее притворности – удовлетворить.

Признать действия ФИО4 МагО.суловича, выразившееся в понуждении к оформлению достигнутых соглашений по поставке товара - сельскохозяйственной продукции (контракции) в форме, не соответствующей действительной природе сделок, из чего последовало предъявление требований по оплате неустоек, посредством оформления притворного договора купли-продажи зерна, последующее обращение о взыскании задолженностей по вышеуказанному договору с предоставлением указанного договора, с внесенными исправлениями злоупотреблением правом, приведшим к нарушению прав и законных интересов ФИО3.

Признать договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ) притворной сделкой.

Применить последствия недействительности договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ), ввиду его притворности.

Взыскать с ФИО4 МагО.суловича в пользу ФИО3 ущерб в размере 15 800 000 (пятнадцать миллионов восемьсот) рублей.

Взыскать с ФИО4 МагО.суловича в пользу ФИО3 уплаченную при подаче искового заявления государственную пошлину в размере 60 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Краснодарского краевого суда через Октябрьский районный суд г. Краснодара в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья

Решение изготовлено в окончательной форме 12.12.2022.