Дело №2-2058/2025
74RS0031-01-2025-002557-40
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
02 июля 2025 года г.Магнитогорск
Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:
Председательствующего судьи: Рябко С.И.,
при ведении протокола помощником судьи: Закамалдиной М.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, через своего представителя ФИО3, уточняя исковые требования, обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании суммы материального ущерба, судебных расходов. В первоначальном исковом заявлении заявлял требования к ФИО4, однако в ходе судебного разбирательства уточнил заявленные исковые требования, в связи с чем заявил требования к ФИО2, полагая, что именно он являлся собственником транспортного средства Опель Астра, (государственный регистрационный знак <***>) в момент ДТП 22 февраля 2025 года. В обоснование заявленных требований истец указал о том, что 22 февраля 2025 года имело место быть дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства Опель Астра, (государственный регистрационный знак <номер обезличен>) под управлением ФИО2 и ВАЗ21043 (государственный регистрационный знак <номер обезличен>) под управлением ФИО1 Истец полагает, что водитель ФИО2 выполняя маневр поворота налево совершил столкновение со встречно следующим транспортным средством ВАЗ21043 (государственный регистрационный знак <номер обезличен>). В результате ДТП транспортные средства получили повреждения. В отношении обоих участников ДТП уполномоченными сотрудниками Госавтоинспекции прекращены дела об административном правонарушении. Истец считает, что вина в настоящем ДТП лежит на водителе ФИО2, который допустил нарушение правил дорожного движения п.13.4. На момент ДТП ответственность водителя ФИО2 не была застрахована. Истец в свою очередь обратился в ООО «АвтоЭксперт» с целью определения суммы ущерба. Согласно заключению эксперта сумма ущерба составила 111 706 рублей. Указанную сумму истец просит взыскать с ответчика в качестве полного возмещения понесенных убытков, расходы по оплате услуг оценки в размере 15 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 35 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 351 рубль, расходы по оформлению доверенности 2 400 рублей, расходы на услуги почты в размере 201 рубль, проценты по дату фактического исполнения денежного обязательства (л.д.4-7,90-93)
Истец ФИО1 участия в судебном заседании не принимал, извещен надлежащим образом, ранее ходатайствовал о рассмотрении дела без своего участия.
Представитель истца ФИО1 – ФИО3 в судебном заседании поддерживал заявленные исковые требования, пояснял о том, что в дорожно-транспортном происшествии вина ответчика ФИО2, который управлял транспортным средством Опель. По поводу событий ДТП пояснял, как усматривается из материалов по дорожно-транспортному происшествию, ДТП произошло 26 февраля 2025 года с участием автомобиля ВАЗ21043 с государственным номером <номер обезличен> и с участием автомобиля Опель «Астра» с государственным номером <номер обезличен>, который принадлежит ответчику ФИО4 под управлением ФИО2 Отмечал, что должностным лицом было вынесено постановление о прекращении дела об административном правонарушении в отношении ФИО2 В данном дорожно-транспортном происшествии вина ФИО2, который нарушил пункт 13.4. ПДД, а именно управляя транспортным средством ОПЕЛЬ «Астра» с государственным номером <номер обезличен>, двигаясь по ул.Советской в сторону ул.Комсомольской, и выполняя левый поворот не предоставил преимущественное движение встречному транспортному средству ВАЗ21043 с государственным номером <номер обезличен>. Отмечал также, что в отношении водителя ВАЗ21043 ФИО1 не установлено нарушений и в его отношении вынесено постановление о прекращении административного дела. На перекрестке его доверитель ФИО5 двигался в прямом направлении и пользовался преимуществом на перекрестке.
В судебном заседании ответчик ФИО2, действуя, в том числе как представитель третьего лица ФИО4 по доверенности от 24 июня 2025 года (л.д.94-95), пояснял, что он в момент ДТП 22 февраля 2025 года являлся фактическим собственником транспортного средства ОПЕЛЬ «Астра» с государственным номером <номер обезличен>, поскольку между ним и ФИО4 был заключен договор аренды транспортного средства с правом выкупа, по которому он ежемесячно вносил платежи, но не в счет арендной платы, а в счет периодического погашения стоимости транспортного средства, считал, что ответственность в произошедшем ДТП лежит на нем. Относительно обстоятельств ДТП пояснил, что двигаясь по ул.Советской со стороны ул.Ленинградской в сторону ул. Комсомольской, поворачивал налево на перекресте, в сторону ул. Комсомольской, на зеленый сигнал светофора.. Повернул, проехал трамвайные пути и остановился пропуская все транспортные средства, которые двигались во встречном направлении по ул.Советской в сторону ул.Ленинградской. На встречной полосе в сторону ул.Ленинградской на моргающий зеленый сигнал светофора остановилось транспортное средство ЛАДА «Приора», было скользко, он тяжело затормозил. Потом ЛАДА «Приора» проехала дальше, развернувшись в обратном направлении, ФИО2 Помнит, что Приора развернулась, так как смотрел в ее сторону.. Когда ФИО2 загорелся зеленый сигнал светофора, никого во встречном направлении не было, увидел ВАЗ21043 только когда выехал на ул.Советскую, почувствовал удар и машину развернуло в обратную сторону, машина остановилась. Просил дочь выставить объявление во все группы социальных сетей, чтобы очевидцы ДТП откликнулись и откликнулся свидетель, он сообщил, что видел момент ДТП. После ДТП ему ФИО1 сказал, что когда он двигался по своей полосе мигающий зеленый сигнал светофора загорелся на 9 секунде, но этого не может быть, поскольку светофор максимум моргает 3 секунды.
В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4 пояснила, что машину продала ФИО2 Оформлением документов по купле-продаже занимался также ФИО2, она лишь подписывала их. Подтвердила, что ФИО2 при оформлении договора аренды обязался выплачивать ей денежные средства от покупки транспортного средства равными частями, о чем составили акт приема-передачи денежных средств. По обстоятельствам ДТП ничего пояснить не могла.
В судебном заседании представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора СПАО «Ингосстрах» участия не принимал, извещен надлежащим образом.
Дело рассмотрено при данной явке.
Заслушав пояснения представителя истца ФИО1 - ФИО3, ответчика (представителя третьего лица ФИО4) ФИО2 исследовав в судебном заседании письменные материалы дела, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований по следующим основаниям.
В соответствии с п. 2 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что обязательства возникают, в том числе вследствие причинения вреда.
Таким образом, причинение вреда является юридическим фактом, порождающим связанные с ним гражданские права и обязанности.
В соответствии со ст.ст. 12, 15 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков, под которыми понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме, лицом, причинившим вред.
Согласно статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Таким образом, для наступления ответственности за причинение вреда необходимо установление противоправности поведения причинителя вреда, факта наступления вреда, причинной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда. Отсутствие вины доказывает причинитель вреда.
В связи с этим факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела.
Судом установлено, и подтверждено материалами дела, что 22 февраля 2025 года по адресу <адрес обезличен> случилось дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства: Опель Астра, (государственный регистрационный знак <номер обезличен>) под управлением ФИО2 и транспортного средства ВАЗ21043 (государственный регистрационный знак <номер обезличен>) под управлением ФИО1 Данное обстоятельство не оспаривалось сторонами, также подтверждено административным материалом по факту дорожно-транспортного происшествия, постановлениями о прекращении дела по делу об административном правонарушении (л.д.42,43), схемой ДТП (л.д.49), объяснениями ФИО2 (л.д.47), объяснениями ФИО1 (л.д.48), данными в момент расследования обстоятельств ДТП.
В результате ДТП транспортным средствам причинены механические повреждения.
В соответствии карточкой учета транспортного средства на момент дорожно-транспортного происшествия (22 февраля 2025 года):
-автомобиль марки ВАЗ21043 (государственный регистрационный знак <номер обезличен>) на праве собственности принадлежал ФИО1 (л.д.66);
-автомобиль марки Опель Астра, (государственный регистрационный знак <номер обезличен>) на праве собственности принадлежал ФИО4 (л.д.65).
Однако, суд считает необходимым обратить внимание на фактические обстоятельства дела, установленные в судебном заседании, а именно, документы, представленные сторонами. Стороной ответчика в материалы дела представлен договор аренды транспортного средства Опель Астра, (государственный регистрационный знак <номер обезличен>) с правом последующего выкупа от 01 июля 2024 года (л.д.51-55), на основании указанного договора арендодателем является ФИО4, арендатором ФИО2, представлен график платежей с договору аренды, согласно которому ФИО4 получала от ФИО2 денежные средства равными частями в размере 25 000 рублей с 27 августа 2024 года по 27 июня 2025 года (л.д.77).
Суд трактует, что право собственности в объективном смысле представляет собой не гражданско-правовой, а комплексный (многоотраслевой) институт права, в котором, однако, преобладающее место занимают гражданско-правовые нормы.
В субъективном смысле право собственности, как и всякое субъективное право, есть возможность определенного поведения, дозволенного законом управомоченному лицу. С этой точки зрения оно представляет собой наиболее широкое по содержанию вещное право, которое дает возможность своему обладателю - собственнику и только ему определять характер и направления использования принадлежащих ему вещей, осуществляя над ними полное хозяйственное господство и устраняя или допуская других лиц к их использованию.
Поэтому ст. 210 ГК специально подчеркивает необходимость для собственника нести бремя содержания своего имущества, если только законом или договором это бремя или его часть не возложены на иное лицо.
Собственник несет также риск случайной гибели или порчи своего имущества, т.е. его утраты или повреждения при отсутствии чьей-либо вины в этом (ст. 211 ГК). По сути этот риск также составляет часть указанного выше бремени собственника. Перенос риска случайной гибели или порчи имущества на других лиц возможен по договору собственника с ними (например, по условиям конкретного арендного договора или по договору страхования), а также в силу указания закона.
Таким образом, можно сказать, что право собственности как субъективное гражданское право есть закрепленная законом возможность лица по своему усмотрению владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему имуществом, одновременно принимая на себя бремя и риск его содержания.
Под правомочием владения понимается основанная на законе (т.е. юридически обеспеченная) возможность иметь у себя данное имущество, содержать его в своем хозяйстве (фактически обладать им, числить на своем балансе и т.п.). Правомочие пользования представляет собой основанную на законе возможность эксплуатации, хозяйственного или иного использования имущества путем извлечения из него полезных свойств, его потребления. Оно тесно связано с правомочием владения, ибо в большинстве случаев можно пользоваться имуществом, только фактически владея им. Правомочие распоряжения означает аналогичную возможность определения юридической судьбы имущества путем изменения его принадлежности, состояния или назначения (отчуждение по договору, передача по наследству, уничтожение и т.д.).
У собственника одновременно концентрируются все три указанных правомочия.
Исходя из вышеперечисленных, имеющихся в материалах дела документов, а также учитывая пояснения лиц, участвующих в деле, право собственности, то есть владения; пользования; распоряжения транспортным средством Опель Астра, (государственный регистрационный знак <номер обезличен>) принадлежало именно ФИО2
Гражданская ответственность водителя автомобиля марки ВАЗ21043 (государственный регистрационный знак <номер обезличен>) на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в СПАО «Ингосстрах».
Гражданская ответственность автомобиля Опель Астра, (государственный регистрационный знак <номер обезличен>) на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована не была.
Как следует из представленного материала по ДТП, а именно постановлений от 04 марта 2025 года в отношении обоих участников дорожно-транспортного происшествия ФИО1 и ФИО2 прекращены дела об административном правонарушении ввиду отсутствия состава административного правонарушения (л.д.42,43).
Обстоятельством, имеющим значение для разрешения настоящего спора, является правомерность действий каждого из участвовавших в указанном дорожно-транспортном происшествии водителей с позиции Правил дорожного движения Российской Федерации, а ответ на данный вопрос относится к компетенции суда, который посредством исследования и оценки представленных сторонами доказательств должен определить лицо, неправомерные действия которого находятся в причинно-следственной связи с произошедшим столкновением.
В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
При этом стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.
Ч. 1-3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
В судебном заседании представитель истца ФИО3 указал об отсутствии виновности в ДТП от 22 февраля 2025 года со стороны водителя ФИО1, ответчик ФИО2 указал об отсутствии своей вины в ДТП случившемся 22 февраля 2025 года ДТП, а также оспаривал сумму ущерба, однако, относимых и допустимых доказательств отсутствия своей полной вины в дорожно-транспортном происшествии суду не представил.
Своим правом, предусмотренном ст.79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не воспользовался, а также не поддержал свое ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, указав на то, что сначала нужно установить вину в ДТП, а потом решать вопрос об ущербе, на неоднократные вопросы председательствующего о том, намерен ли ответчик оспаривать вину в ДТП, оспаривать сумму ущерба, отвечал уклончиво, ссылаясь на намерение в судах последующих инстанций решать этот вопрос.
Как следует, из постановлений должностного лица по делу об административном правонарушении от 04 апреля 2025 года производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 и в отношении ФИО1 прекращены, за отсутствием состава административного правонарушения (л.д. 41-42).
Вина кого-либо из участников ДТП, решением суда, либо же другими судебными актами установлена не была. За нарушение требований Правил дорожного движения никто из водителей к административной ответственности также не привлекался.
Разрешая спор о вине в случившемся ДТП, суд исходит из того, что поскольку никто из водителей к административной ответственности по факту ДТП от 22 февраля 2025 года не привлечен, каких-либо обстоятельств, связанных с совершением или не совершением водителями конкретных действий, и имеющих преюдициальное значение, не установлено, то вопрос виновности участников ДТП в причинении ущерба подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства.
Ответчик в судебном заседании просил принять во внимание объяснения свидетеля ФИО6 по обстоятельствам ДТП, который управлял автомобилем Приора 217030, и выехал на перекресток уже на моргающий сигнал светофора, до произошедшего ДТП находилась в автомобиле ответчика непосредственно в момент ДТП.
Свидетель <ФИО>13 был допрошен в судебном заседании, поясняя, что в конце февраля 2025 года увидел пост в социальной сети ВКонтакте, о том, что ищут очевидцев ДТП и откликнулся на него. Приезжал в ГИБДД, давал объяснения о том, что сам момент ДТП не видел, а только слышал. Указывал, что двигался на автомобиле Лада Приора, серебристого цвета, по ул.Советская от пос.Крылова в сторону ул.Комсомольская, чтобы развернуться на перекрестке улиц Комсомольская и Советская, и поехать в обратном направлении. Двигался в крайней левой полосе, увидел, что светофор заморгал желтым цветом, не смог остановиться, так как на улице шел снег с дождем, резина на автомобиле была не новая, и уже выехал на перекресток на запрещенный сигнал светофора, переживал что будет штраф за пересечение стоп-линии. На перекрестке в этот момент стоял черный Опель, и он объехал его с правой стороны. Пока разворачивался, услышал хруст, и развернувшись увидел ДТП. Также пояснял, что перекресток был «пустой», но ехал ли кто-то позади него, рядом - он не видел. Запомнил, что когда выезжал на перекресток, горел желтый сигнал светофора, хотел остановиться но не смог, поэтому продолжил движение. Утверждал, что ФИО1 проехал перекресток на запрещающий сигнал светофора Отвечая на вопросы сторон указывал, что в этот момент таксовал, ехал на заказ, но история заказов не сохранилась. Штраф так и не пришел, так как камеры не работали.
Из объяснений ФИО2 данных в ходе расследования ДТП следует, что он следовал по ул.Советская на зеленый сигнал светофора, на перекрестке повернул на перекрестке налево на ул.Комсомольскую. По ул.Комсомольской ему горел красный сигнал светофора. Потом справа от него остановился автомобиль белого цвета, и ФИО2 предположил, что он остановился потому что по ул.Советской «замигал светофор», затем указанный автомобиль почему-то рванул с места и повернул налево. В этот момент ему по ул.Комсомольской загорелся зеленый сигнал светофора, он выехал на ул.Советскую и в его правую сторону автомобиля въехал автомобиль ВАЗ (л.д.47).
Из объяснений ФИО1 данных в ходе расследования ДТП следует, что он следовал по ул.Советской в сторону ул.Вокзальной, в средней полосе в прямом направлении на зеленый сигнал светофора. Подъезжая к перекрестку ул.Советская – ул.Комсомолськая ему горел зеленый сигнал светофора. На перекрестке столкнулся с автомобилем Опель, который поворачивал с ул.Советская на ул.Комсомольская в сторону «Водонапорной башни», и не уступил дорогу ФИО1 для завершения проезда перекрестка. ФИО1 принял меры экстренного торможения, но избежать столкновения не удалось (л.д.48).
Суд критически относится к пояснениям свидетеля ФИО6, поскольку он фактически не был очевидцем ДТП, а только слышал удар. Его пояснения по поводу того, что он действительно 22 февраля 2025 года был на указанном перекрёстке, проезжал перекресток на желтый сигнал светофора, никакими доказательствами не подтверждаются. Кроме того, суд считает противоречивыми пояснения свидетеля в той части, что сначала он указывал о том, что перекресток был «пустой», позади и сбоку никаких автомобилей не видел, при этом утверждал, что ФИО1 проехал перекресток на желтый сигнал светофора.
В силу п. 1.5. Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 2009 года № 9-П, прекращение административного дела не является преградой для установления в других процедурах виновности лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности или его невиновности.
Водитель транспортного средства должен при любых обстоятельствах сохранять контроль над своим транспортным средством, с тем, чтобы соблюдать необходимую осторожность и быть всегда в состоянии осуществлять любые маневры, которые ему надлежит выполнить.
Водитель транспортного средства должен при любых обстоятельствах сохранять контроль над своим транспортным средством, с тем, чтобы соблюдать необходимую осторожность и быть всегда в состоянии осуществлять любые маневры, которые ему надлежит выполнить.
Пунктом 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации установлено, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
Согласно пункту 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.
Оценив дорожно-транспортную ситуацию, суд приходит к выводу, что водитель транспортного средства Опель Астра ФИО2, намереваясь выполнить на регулируемом перекрестке маневр поворота налево, обязан был действовать руководствуясь требованием пункта 8.1 и пункта 13.4 Правил дорожного движения.
Доказательств того, что водитель ФИО1 двигался на запрещающий сигнал светофора, в деле не имеется. Сведений о том, что в момент ДТП были сбои в работе светофоров, сторонами не представлено, оснований предполагать, что что водители были поставлены в противоречивую техническую ситуацию, не имеется.
Проанализировав собранные по делу доказательства в их совокупности, установив обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к выводу о том, что рассматриваемое ДТП произошло по вине водителя ФИО2, который, совершая маневр поворота налево в нарушение требований п. 8.1 и п. 13.4 ПДД РФ при повороте налево не уступил дорогу автомобилю под управлением ФИО1, двигавшемуся со встречного направления прямо, в результате чего произошло столкновение автомобилей.
Как указывалось выше, гражданская ответственность водителя ФИО2 на момент дорожно-транспортного происшествия не была застрахована.
Указанные обстоятельства в ходе судебного разбирательства сторонами не оспаривались.
Для определения стоимости причиненного ущерба, истец ФИО1 обратился в Бюро оценки и экспертизы «АвтоЭксперт».
В соответствии с заключением <номер обезличен> от 13 марта 2025 года, стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки ВАЗ (государственный регистрационный знак <номер обезличен>) по состоянию на 22 февраля 2025 года составляет 111 706 рублей (без учета износа) (л.д.13-35).
В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации истец вправе требовать полной компенсации причиненного вреда. Ответчиком по такому требованию выступает причинитель вреда.
Применяя ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.
При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из содержания п. 5 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П следует, что по смыслу вытекающих из ст. 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 19 и 52 гарантий права собственности, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.
Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.
Доказательств того, что в результате возмещения причиненного вреда с учетом стоимости новых деталей, узлов, агрегатов произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред или существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества, в материалах дела не имеется.
Между тем замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов, если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.
Таким образом, можно сделать вывод, что фактический размер ущерба, подлежащий возмещению согласно требованиям ст. ст. 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, не может исчисляться исходя из стоимости деталей с учетом износа, поскольку при таком исчислении убытки, причиненные повреждением транспортного средства, не будут возмещены в полном объеме.
Таким образом, поскольку стороной ответчика не представлено доказательств наличия иного более разумного и распространенного в обороте способа осуществления восстановительного ремонта транспортного средства истца, суд считает установленным, что размер причиненного ущерба транспортному средству истца составляет без учета износа в размере 111 706 рублей, согласно заключению эксперта ФИО7
Поскольку ДТП произошло в результате виновных действий водителя ФИО2, гражданская ответственность которого не была застрахована, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований ФИО1 и взыскания с ответчика в его пользу материального ущерба в размере 111 706 рублей, определенном досудебной оценкой, которую ответчик не опроверг допустимыми доказательствами.
Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами с момента вступления решения суда в законную силу до момента фактического исполнения денежного обязательства.
В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление № 7), обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.
Поскольку соглашения о возмещении причиненных убытков между сторонами не заключено, а начисление процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ возможно только после вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, суд приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования в части взыскания процентов за период с момента вступления решения суда в законную силу до момента фактического исполнения обязательства подлежат удовлетворению.
Суд полагают возможным взыскать с ответчика с пользу истца проценты за пользование чужими денежными средствами начисляемые на сумму ущерба в размере 111 706 рублей с момента вступления в законную силу решения суда и по день фактической уплаты, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды.
Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса (ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Относительно требований истца о взыскании расходов на оплату услуг оценщика в размере15 000 рублей, уплату государственной пошлины – 4 351 рубль.
Суд находит обоснованными заявленные требования в указанной части, поскольку несение истцом вышеуказанных расходов подтверждается следующим документами:
-квитанцией на сумму 15 000 рублей об оплате услуг оценки (л.д.14);
-квитанцией на сумму 4 351 рубль об уплате государственной пошлины (л.д.10).
Расходы на услуги эксперта были необходимы истцу для подтверждения размера причиненного ущерба имуществу, определении цены иска. Вышеуказанное заключение эксперта принято судом в качестве доказательства причинения ущерба истцу.
18 марта 2025 года между ФИО1 и ФИО3 заключен договор об оказании консультационных и представительских услуг. Согласно данному договору, исполнитель обязуется оказать юридические услуги в виде анализа представленных материалов и формирование правовой позиции, консультационные услуги, составление претензий и прочих документов, с целью выполнения функции представителя заказчика по факту причинения материального ущерба в результате ДТП с участием транспортного средства ВАЗ (государственный регистрационный знак <номер обезличен>) (л.д.11).
Стоимость услуг по договору составляет 35 000 руб., которые оплачены ФИО1, согласно расписке (л.д. 12).
В соответствии с частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации.
Размер возмещения стороне расходов по оплате услуг представителя должен быть соотносим с объемом защищаемого права, при этом также должны учитываться сложность, категория дела, время его рассмотрения в судебном заседании суда первой инстанции, фактическое участие представителя в рассмотрении дела.
В соответствии со ст. 48 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно.
Учитывая объем и характер оказанных представителем ФИО3 истцу ФИО1 по делу юридических услуг: составление искового заявления, категорию спора, совокупность представленных в подтверждение правовой позиции истца доказательств, учитывая оказанные истцу правовых услуг применительно к правовой и фактический сложности настоящего дела, длительность рассмотрения дела, действительность понесенных расходов, а также учитывая, что представитель истца участвовал во всех судебных заседаниях, суд находит, что судебные расходы за участие представителя ФИО3 при рассмотрении настоящего гражданского дела являются разумными и обоснованными, доказательств несоразмерности понесенных расходов, в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, ответчик не представил.
Таким образом, сумма подлежащих взысканию с ответчика судебных расходов по оплате услуг представителя составит 35 000 рублей.
19 марта 2025 года ФИО1 выдана нотариально удостоверенная доверенность ФИО3, ФИО8 и др. на представление его интересов по вопросам, связанным с ДТП, произошедшим 22 февраля 2025 года с участием автомобиля марки ВАЗ (государственный регистрационный знак <номер обезличен>) и возмещении ущерба, в ГИБДД, перед любыми юридическими и физическими лицами, в прокуратуре и иных учреждениях и организациях, а также вести дела во всех судебных органах (л.д.8-9). За удостоверение полномочий уплачено 2 400 рублей (л.д.9).
Определяя сумму расходов, подлежащих взысканию, суд исходит из следующего.
В абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» предусмотрено, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.
Принимая во внимание, что указание в доверенности и договоре об оказании юридических услуг на реквизиты конкретного гражданского дела не является обязательным условием для возмещения судебных расходов на основании статей 98 и 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также учитывая тот факт, что в досудебном порядке требования истца в полном объеме исполнены не были, суд полагает, что расходы по выдаче нотариальной доверенности подлежат возмещению с ответчика в пользу истца, суд полагает возможным взыскать 2 400 рублей.
Также как и подлежат взысканию почтовые расходы за направление искового заявления сторонам, которые подтверждаются чеками на сумму 205 руб. (л.д.3а). Вместе с тем, в исковом заявлении истец просит взыскать почтовые расходы в размер 201 рубль, и с учетом требований п.3 ст. 196 ГПК РФ, суд полагает возможным взыскать почтовые расходы в заявленном размере.
Руководствуясь ст.ст. 98, 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов удовлетворить.
Взыскать с ФИО2 (<дата обезличена> года рождения, паспорт РФ серии <номер обезличен> №<номер обезличен>) в пользу ФИО1 (<дата обезличена> года рождения, паспорт РФ серии <номер обезличен> № <номер обезличен>) ущерб в размере 111 706 рублей, расходы по оплате услуг оценки в размере 15 000 рублей, расходы по оплате нотариальных услуг 2 400 рублей, расходы оплате государственной пошлины в размере 4 351 рубль, почтовые расходы в размере 201 рубль, расходы на оплату юридических услуг в размере 35 000 рублей.
Взыскивать с ФИО2 (<дата обезличена> года рождения, паспорт РФ серии <номер обезличен> №<номер обезличен>) в пользу ФИО1 (<дата обезличена> года рождения, паспорт РФ серии <номер обезличен> № <номер обезличен>) проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на сумму ущерба в размере 111 706 рублей с момента вступления в законную силу решения суда и по день фактической уплаты, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца в Челябинский областной суд через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий:
Мотивированное решение суда изготовлено 16 июля 2025 года.
Председательствующий: