Решение по делу № 2-1386/2022 от 30.11.2022.

Дело № 2-1386/2022

УИД № 70RS0001-01-2022-002018-98

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 июня 2022 года Кировский районный суд г.Томска составе:

председательствующего А.Р. Корниенко,

при секретаре О.В. Малковой,

помощник судьи В.В. Шакирова,

при участии :

истца- должностного лица ФССП ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО2 – ФИО3, действующего на основании доверенности от 22.12.2020 сроком на 3 года,

представителя ответчика ФИО4 – ФИО5, действующего на основании доверенности от 16.02.2022 сроком на 3 года,

представителя третьего лица ПАО «Томскпромстройбанк» - ФИО6, действующей на основании доверенности /________/ от 17.02.2017 сроком по 30.11.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по исковому заявлению судебного пристава-исполнителя Межрайонного отделения судебных приставов по исполнению особо важных исполнительных производств УФССП России по Томской области ФИО1 к ФИО4, ФИО2 о признании недействительными договоров купли-продажи транспортных средств, применении последствий недействительности ничтожных сделок,

установил:

судебный пристав-исполнитель Межрайонного отделения судебных приставов по исполнению особо важных исполнительных производств УФССП России по Томской области ФИО1 обратилась в суд с указанным исковым заявлением к ФИО4, ФИО2, в котором просит признать недействительным договор купли-продажи от 04.10.2021 транспортного средства марки «DAF XF 105.410», 2009 года выпуска, гос. № /________/, VIN /________/, заключенный между ФИО2 и ФИО4, признать недействительным договор купли-продажи от 04.10.2021 транспортного средства марки «Автобетоносмеситель 58147А» на шасси КАМАЗ 65115-62 гос. № /________/, VIN /________/, заключенный между ФИО2 и ФИО4; применить последствия недействительности ничтожных сделок путем возврата ФИО4 ФИО2 указанных транспортных средств; указать, что решение суда является основанием для государственной регистрации перехода права собственности от ФИО4 к должнику ФИО2 на указанные транспортные средства в УГИБДД России по Томской области.

В обоснование иска указано, что 09.11.2021 судебным приставом-исполнителем возбуждено исполнительное производство /________/ Основанием к его возбуждению явился исполнительный документ: исполнительный лист № /________/ от 05.08.2021, выданный органом: Советский районный суд г. Томска, по делу /________/, вступившему в законную силу 29.05.2021, предмет исполнения: обратить взыскание на заложенное имущество (предметы залога), находящееся в залоге у ПАО «Томскпромстройбанк», указанные в исполнительном документе; задолженность в размере: 70 774 724,30 руб., в отношении должника: ФИО2, СНИЛС /________/, /________/ года рождения, адрес должника: /________/, в пользу взыскателя: ПАО «Томскпромстройбанк», адрес взыскателя: /________/. Данное исполнительное производство находится в составе сводного исполнительного производства /________/, задолженность по которому по состоянию на 26.04.2021 составляет 110 390 968,73 руб.

Согласно данным УГИБДД УМВД России по Томской области, на имя должника значились зарегистрированными транспортные средства марки «DAF XF 105.410», 2009 года выпуска, гос. № /________/, VIN /________/, и «Автобетоносмеситель 58147А» на шасси КАМАЗ 65115-62 гос. № /________/, VIN /________/. Между ФИО2 и ФИО4 04.10.2021 заключены договоры купли-продажи указанных транспортных средств. Судебный пристав-исполнитель считает названные договоры купли-продажи транспортных средств от 04.10.2021 недействительными (ничтожными) сделками, ввиду того, что полагает, что таковые заключены формально, с целью уклонения от обращения на данное имущество взыскания, уменьшения имущества должника, вывода его из оборота. Вывод о мнимом характере сделок основан на том, что намерение создать соответствующие сделке правовые последствия отсутствовало, мотивом сделок, совершенных между ответчиками-родственниками, являлось исключение возможности обращения взыскания на данное имущество, нарушение прав ПАО «Томскпромстройбанк», как взыскателя.

Истец судебный пристав-исполнитель ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, дала объяснения в объеме иска. Считала, что как должностное лицо ФССП, она уполномочена на предъявление настоящего искового заявления, т.к. при исполнении своих должностных обязанностей должна выявлять имущество должника, на которое возможно обращение взыскания, чему способствуют действия по предъявлению настоящего искового заявления. Ссылалась на то, что в 2021 году спорное имущество было формально переоформлено в органах Госавтоинспекции с ФИО2 на его тёщу ФИО4 Полагала, что данная сделка является мнимой, не влечет правовых последствий, поскольку денежные средства по договорам от 04.10.2021 не передавались, на момент заключения договоров ФИО4 не имела статуса индивидуального предпринимателя, а отчуждаемое по договорам имущество представляет собой спецтехнику, использование которой в иной деятельности, нежели предпринимательская деятельность, маловероятно. Ответчики состоят в родстве, а именно- ФИО4 приходится тёщей ФИО2, с которым проживают в одном жилом помещении, что следует из её многочисленных заявлений в ФССП, где она (ответчица) указывает свой адрес проживания, аналогичный адресу ФИО2 При обращении ФИО7 в службу судебных приставов, она не предоставляла ни договоры займа, ни соглашения об отступном между ней и ФИО2, что ставит под сомнение как даты составления этих документов, так и их действительность. Более того, в органы ГИБДД ответчики также не представляли ни договор займа, ни соглашение об отступном, а впервые эти документы появились в ходе настоящего судебного разбирательства. Просила удовлетворить исковые требования.

Ответчик ФИО4, надлежащим образом извещенная о времени и месте судебного заседания, в суд не явилась, направила представителя.

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал. Суду пояснил, что к ФИО4 обратился её зять ФИО2, нуждавшийся в денежных средствах для гашения долга. Поскольку у ФИО4 на тот момент имелись свободные денежные средства от продажи квартиры, то она предоставила их взаймы ФИО2 Несмотря на то, что срок возврат а денежных средств по договору займа между ответчиками не наступил, однако, по причине взыскания судебными постановлениями с ФИО2 существенной суммы задолженности и ареста большей части его имущества, ФИО4 по договоренности с ФИО2 в счет погашения задолженности по договору займа приняла от последнего в качестве отступного транспортные средства марки «DAF XF 105.410», 2009 года выпуска, гос. № /________/, и «Автобетоносмеситель 58147А» на шасси КАМАЗ 65115-62 гос. № /________/. Подтвердил, что наличные денежные средства по договорам купли-продажи от 04.10.2021 ответчик его (ФИО5) доверительнице не передавал, а последняя не являлась на 04.10.2021 индивидуальным предпринимателем. Утверждал, что пенсионер ФИО4 приобрела у ФИО2 технику для последующей сдачи ее в аренду, что сейчас и делает, приобретя статус индивидуального предпринимателя. Пояснил, что наряду с соглашением об отступном, договоры купли-продажи от 04.10.2021 были оформлены для осуществления регистрационных действий в ГИБДД в соответствии с Административным регламентом этого органа, а также ввиду неготовностью сотрудников Госавтоинспекции принимать иные документы о переходе права собственности на транспортные средства, нежели договоры купли-продажи. Перерегистрация техники на ФИО4 в органах ГИБДД состоялась значительно позже, чем достигнуто соглашение об отступном и подписаны договоры купли-продажи, ввиду необходимости проведения технических действий с транспортными средствами. Ссылался на то, что передача имущества, являющегося товаром по договорам купли-продажи от 04.10.2021, состоялась во исполнение соглашения об отступном. Апеллировал к тому, что на 04.10.2021 спорные транспортные средства не находились в залоге у кого-либо, на них не было обращено взыскание актами компетентных органов, следовательно, ответчики, как участники гражданского оборота были вправе совершить спорные сделки.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал. Пояснил, что его тёща ФИО4 имеет регистрацию по месту жительства в его квартире, хотя фактически всегда проживала и проживает в другом жилом помещении. Указал, что договоры купли-продажи от 04.10.2021 заключены до возбуждения исполнительного производства, но после вынесения судебных решений и их вступления в законную силу, которыми с него (ФИО8) взыскана задолженность в пользу ПАО «Томскпромстройбанк» и обращено взыскание на его имущество, находящееся в залоге у банка, стоимости которого более, чем достаточно для удовлетворения требований кредитора. Полагал, что в связи с этим, заключением договоров купли-продажи от 04.10.2021 права третьего лица и истца - не нарушены. Ссылался на то, что воля сторон договоров купли-продажи была направлена на достижение присущей этим сделкам правовой цели. Не отрицал, что не передавал денежные средства ответчице во исполнение договоров купли-продажи от 04.10.2021. Фактически, передал транспортные средства ФИО7 в счет погашения задолженности перед ней по договору займа, срок исполнения обязательств по которому перед ней не наступил, однако, испытывая в её отношении чувство благодарности и будучи ответственным родственником, он (ФИО8) по договоренности с ФИО7, решил таким образом предвосхитить невозможность возврата ей заёмных средств в дальнейшем. Ссылался на то, что как должник по исполнительному производству, является добросовестным, имущество, на которое судебным постановлением обращено взыскание, достаточно для удовлетворения требований взыскателей. Просил в иске отказать.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал позицию доверителя. Полагал, что сделки купли-продажи не могут быть признаны недействительными, т.к. носят возмездный характер, исполнены обеими сторонами договоров. Указал, что действительно между ФИО4 и ФИО2 существовали заемные обязательства, а спорная спецтехника, которую ФИО9 использовал в своей предпринимательской деятельности, была передана им ФИО4 в качестве отступного, в целях досрочного гашения задолженности по договору займа. Не отрицал, что по состоянию на 04.10.2021 вступили в законную силу судебные решения, известные ФИО2, которым с последнего была взыскана задолженность в пользу ПАО «Томскпромстройбанк» и обращено взыскание на заложенное имущество, стоимости которого достаточно для удовлетворения требований банка. Поскольку на 04.10.2021 транспортные средства DAF XF 105.410 и Автобетоносмеситель 58147А не являлись предметом залога, не были изъяты из оборота и не были в нем ограничены и т.п., то по обоюжному решению ответчики решили заключить соглашение об отступном в целях досрочного возврата ФИО2 займа ФИО4 Соглашение об отступном не было передано в ГИБДД при перерегистрации права собственности на спецтехнику на последнюю, поскольку в этом не было необходимости, т.к. фактически расчеты по договору купли-продажи были произведены путем указанного гашения задолженности ФИО2 перед ФИО4, а также с учетом специфики работы Госавтоинспекции, для предъявления в которую и были оформлены договоры купли-продажи от 04.10.2021.

Представитель третьего лица ПАО «Томскпромстройбанк» - ФИО6 в судебном заседании не возражала против удовлетворения исковых требований. Представила письменный отзыв и дополнения к нему, доводы которых поддержала. Полагала, что все юридически значимые действия были совершены для придания видимости формального исполнения сделок. Соглашение об отступном не было представлено ни в ГИБДД, ни в материалы исполнительного производства, что говорит о том, что вероятно, оно появилось позже. В качестве документов об уплате по договорам купли-продажи транспортных средств представлены договоры займа, расписки, т.е. документы, которые исходят от самих ответчиков- сторон договоров, и не имеется сложность в их изготовлении. Считала, что для подтверждения реальности договоров займа необходимо представить неоспоримые доказательства, например, налоговую декларацию 3-НДФЛ за 2021 год, в которой отражен доход от процентов по договорам займа и сумма, подлежащая уплате в бюджет с этого дохода. Высказала сомнения в экономической целесообразности заключения договора займа с ФИО2 для ФИО10, которая передала денежные средства взаймы на невыгодных для себя условиях и практически сразу после того, как якобы, только что заняла эти деньги у другого лица (ФИО11). Усомнилась в самом факте заключения договора займа между ФИО4 и ФИО11. Ссылалась на то, что о мнимости сделок говорит факт передачи спецтехники ФИО2 в качестве отступного ответчице-пенсионеру, не имевшей на 04.10.2021 статуса индивидуального предпринимателя, а также- не имевшей оснований требовать исполнения обязательств по договору займа, т.к. срок возврата займа еще не наступил. Апеллировала, к тому, что ответчик состоят в родстве, согласно данным о регистрации- проживают по одному адресу, т.е. являются членами одной семьи и имеют общий имущественный интерес. Считала, что иск обоснован и подлежит удовлетворению.

Заслушав лиц, участвующих в деле, определив на основании ч.3, 5 ст.167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие ФИО4, изучив доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований.

Согласно п.3, 4 ст.1 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ), при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с ч.1 ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 154 ГК РФ, сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними.

Как следует из ч.1 ст. 158 ГК РФ, сделки совершаются устно или в письменной форме (простой или нотариальной).

Согласно ч.1, 2 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Часть 1 ст.454 ГК РФ гласит, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Судом установлено, что 04.10.2021 между ФИО2 и ФИО4 заключен договор купли-продажи транспортного средства «Автобетоносмеситель 58147А» на шасси КАМАЗ 65115-62, VIN /________/, ПТС /________/ от 10.06.2013, год выпуска 2013, государственный регистрационный знак /________/ (п.1.1). Цена договора – 2200000 руб. (п.2.1). Оплата за ТС производится наличным расчетом путем передачи денежных средств продавцу, либо в безналичном порядке путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца (п.2.3).

Также 04.10.2021 между ФИО2 и ФИО4 заключен договор купли-продажи транспортного средства «DAF XF 105.410», 2009 года выпуска, государственный регистрационный знак /________/, VIN /________/, ПТС /________/ от 15.03.2012 (п.1.1). Цена договора – 2700000 руб. (п.2.1). Оплата за ТС производится наличным расчетом путем передачи денежных средств продавцу, либо в безналичном порядке путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца (п.2.3).

Актами приема-передачи транспортных средств к названным договорам купли-продажи от 04.10.2021 подтверждается, что продавец передал, а покупатель принял указанные транспортные средства. В актах указано, что передача осуществлена в строгом соответствии с требованиями упомянутых договоров.

Названные договоры купли-продажи от 04.10.2021 явились основанием к регистрации права собственности ФИО4 на транспортные средства «Автобетоносмеситель 58147А» на шасси КАМАЗ 65115-62, «DAF XF 105.410», что следует из ответа на запрос МРЭО ГИБДД УМВД России по Томской области от 24.05.2022.

Истец полагает, что данные сделки являются мнимыми, совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, а действия участников сделок считает недобросовестными, обладающими признаками злоупотребления правом.

Заочным решением Советского районного суда г. Томска от 28.04.2021, вступившим в законную силу 29.05.2021, с ФИО2 в пользу ПАО «Томскпромстройбанк» взыскана задолженность по договору поручительства /________/ от 06.07.2018 в общем размере 70755012,30 руб. Обращено взыскание на заложенное имущество – земельные участки, нежилые помещения, жилой дом.

На основании указанного заочного решения от 28.04.2021, вступившего в законную силу 29.05.2021, Советским районным судом г. Томска 05.08.2021 выдан исполнительный лист ФС /________/.

На основании данного исполнительного листа ФС /________/ судебным приставом-исполнителем ОСП по Кировскому району г. Томска 09.11.2021 вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства /________/-ИП в отношении должника ФИО2 в пользу взыскателя ПАО «Томскпромстройбанк».

Названное исполнительное производство /________/-ИП находится в составе сводного исполнительного производства /________/-СД, что подтверждается постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП по Кировскому району г. Томска об объединении исполнительных производств в сводное исполнительное производство от 10.11.2021.

Кроме того, из материалов дела следует, что в отношении ФИО2 Советским районным судом г. Томска вынесен еще ряд решений в пользу ПАО «Томскпромстройбанк», по состоянию на 26.04.2021 задолженность по свободному исполнительному производству составляет 110390968,73 руб.

Таким образом, из материалов дела следует, что на момент заключения оспариваемых договоров купли-продажи ФИО2 было известно о наличии у него задолженности, взысканной с него в пользу ПАО «Томскпромстройбанк» состоявшимися судебными постановлениями.

Статьей 168 ГПК РФ закреплено, что за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Частью 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует п. 3 ст. 1 ГК РФ, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В п.1-3 ст.10 ГК РФ сказано, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом, установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в ст. 10 ГК РФ, в связи с чем, такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ как нарушающая требования закона.

Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015), договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор.

В соответствии с п. 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ). Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты прав и законных интересов кредиторов, по требованию кредитора может быть признана недействительной совершённая до или после возбуждения исполнительного производства сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение имущества должника с целью отказа во взыскание.

Согласно п.1-2 ст.170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в п.86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

По смыслу данной нормы мнимая сделка является таковой независимо от формы ее заключения и фактического исполнения сторонами их обязательств, основным признаком такой сделки является отсутствие воли сторон на возникновение действительных правоотношений. Из этого следует, что формальные правовые последствия исполнения сделки, возникающие в силу закона, не могут восполнить недостатки воли сторон при заключении сделки и на ее природу как мнимой не влияют. Соответственно, наличие намерений сторон на возникновение формальных последствий правового значения для признания сделки мнимой не имеет.

Как закреплено в ч.1 ст.424 ГК РФ, исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.

В соответствии с ч.1 ст.485 ГК РФ, покупатель обязан оплатить товар по цене, предусмотренной договором купли-продажи, либо, если она договором не предусмотрена и не может быть определена исходя из его условий, по цене, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса, а также совершить за свой счет действия, которые в соответствии с законом, иными правовыми актами, договором или обычно предъявляемыми требованиями необходимы для осуществления платежа.

В судебном заседании представители ответчиков согласованно суду пояснили, что расчеты в денежной форме по договорам купли -продажи транспортных средств от 04.10.2021 не производились, а передача транспортных средств осуществлена ответчиком ответчице в счет погашения задолженности ФИО2 перед ФИО4 по договору займа, на основании соглашения об отступном.

Однако, договорами купли-продажи от 04.10.2021 (п.2.3) предусмотрен иной порядок расчетов, а именно- путем передачи денежных средств продавцу, либо в безналичном порядке путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца. При этом, изменения в указанные договоры не вносились, что согласованно подтвердили представители ответчиков и ФИО2 в ходе судебного разбирательства.

Так, ФИО2 10.08.2020 взял в долг по договору процентного займа от 10.08.2020 у ФИО4 денежные средства в размере 2000000 руб., которые обязался вернуть не позднее 10.08.2023, с процентами в размере 10% годовых.

Также ФИО2 05.07.2021 взял в долг по договору процентного займа от 05.07.2021 у ФИО4 денежные средства в размере 5000000 руб., которые обязался вернуть в не позднее 05.07.2024., с процентами в размере 10% годовых.

В подтверждение данных обстоятельств ответчики апеллировали к договорам процентного займа от 10.08.2020, от 05.07.2021, расписками к ним от 10.08.2020, от 05.07.2021.

В подтверждение факта наличия денежных средств у ФИО4 для предоставления займа ФИО2 в материалы дела представлен договор купли-продажи жилого помещения (квартиры) от 05.08.2020, заключенный между ФИО4, Е., Е., (продавцы) и М., М., М. (покупатели), цена которого 2470000 руб., акт приема-передачи жилого помещения (квартиры) от 05.08.2020, договор займа от 20.06.2021, заключенный между С. (займодавец) и ФИО4 (заемщик), расписка от 20.06.2021, согласно которому заемщик получила заем в размере 7000000 руб. на срок до 20.06.2024.

Из материалов дела следует, что между ФИО2 и ФИО4 04.10.2021 заключено соглашение об отступном, согласно которому стороны договорились о прекращении обязательств должника, вытекающих из договора процентного займа от 10.08.2020, договора процентного займа от 05.07.2021. Отступное предоставлено взамен исполнения обязательств по возврату займа в размере 2000000 руб. и уплате процентов за период с 10.08.2020 по 04.10.2021 в размере 224460 руб., а также взамен исполнения обязательств по возврату займа в размере 7000000 руб. и уплате процентов за период с 05.07.2021 по 04.10.2021 в размере 67315 руб. В качестве отступного должник передает следующие транспортные средства: «Автобетоносмеситель 58147А» на шасси КАМАЗ 65115-62, VIN /________/, ПТС /________/ от 10.06.2013, год выпуска 2013, государственный регистрационный знак /________/, стоимостью 2200000 руб.; «DAF XF105.410», 2009 года выпуска, государственный регистрационный знак /________/, VIN /________/, ПТС /________/ от 15.03.2012, стоимостью 2700000 руб.

Анализируя договоры процентного займа от 10.08.2020 и от 05.07.2021, суд считает такие действия ФИО2 и ФИО4 по распоряжению и принятию спорного движимого имущества не добросовестными, поскольку на 04.10.2021 срок возврата сумм займа с процентами по договорам займа от 10.08.2020 и от 05.07.2021 еще не наступил

Суд учитывает изложенное, принимает во внимание и то, что ответчиками не представлено доказательств необходимости погашения задолженности по договорам займа с процентами до срока их исполнения. Также суд принимает во внимание объяснения стороны ответчиков о том, что передача имущества ФИО2 ФИО4 была осуществлена, т.к. ответчик осознавал, что в противном случае, реализация транспортных средств судебным приставом-исполнителем повлекла бы гашение задолженности в первую очередь в рамках исполнительного производства, а не по договорам займа, срок исполнения по которым еще не наступил.

В связи с чем, суд приходит к выводу о мнимости договоров купли-продажи от 04.10.2021. Так, как следует из объяснений стороны ответчиков, названное соглашение об отступном от 04.10.2021, якобы заменяло расчеты по спорным договорам купли-продажи, предусмотренный порядок расчета по которым - не произведен, т.е. п.2.3 договоров купли-продажи не исполнен. Таким образом, документы о заключении спорных договоров купли-продажи между ответчиками лишь формально отвечают требованиям, которые установлены законом для данного вида договоров, в то время, как судом установлено отсутствие фактических отношений по сделкам купли-продажи транспортных средств от 04.10.2021.

Позиция стороны ответчиков о том, что заключение ими, наряду с соглашением об отступном, договоров купли-продажи от 04.10.2021 транспортных средств было вызвано необходимостью предоставления их в органы ГИБДД, судом оценивается, как надуманная. Так, ни Федеральный закон от 03.08.2018 N 283-ФЗ "О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", ни Административный регламент Министерства внутренних дел Российской Федерации предоставления государственной услуги по регистрации транспортных средств", утв. Приказом МВД России от 21.12.2019 N 950, не содержат указание на необходимость предоставления для регистрационных действий исключительно договора купли-продажи в качестве документа, подтверждающего права владельца транспортного средства.

Кроме того, суд учитывает тот факт, что ФИО2 и ФИО4 состоят в родстве (свойстве) между собой (зять и теща), что в судебном заседании подтверждено стороной ответчиков, а потому оба ответчика не безучастны к вопросу материального обеспечения семьи, сохранение под контролем которой имущества- спорных транспортных средств имеет место быть вследствие заключения подозрительных сделок от 04.10.2021.

Более того, суд учитывает, что на момент заключения оспариваемых договоров ФИО4 не имела статуса индивидуального предпринимателя, а зарегистрирована в качестве такового лишь 26.11.2021, согласно выписке из ЕГРИП от 03.06.2022, однако, приобретение данного статуса впоследствии, и сдача в аренду транспортных средств, согласно договору аренды транспортных средств № /________/ от 01.12.2021, не изменяет юридическую составляющую оспариваемых договоров на момент их заключения.

Таким образом, из обстоятельств дела следует, что оспариваемые договоры купли-продажи от 04.10.2021 заключены с пороком субъективной стороны, с целью - сделать невозможным исполнение иных обязательств ФИО2, направлены на уменьшение имущества должника с целью отказа во взыскании по уже наступившим обязательствам, в связи с чем, являются недействительными.

При этом, формальные правовые последствия исполнения сделок от 04.10.2021 не могут повлиять на правовую природу этих сделок, являющихся мнимыми, в связи с изложенными обстоятельствами. У ответчиков отсутствовала воля на возникновение действительных правоотношений при заключении договоров купли-продажи от 04.10.2021, их целью являлось ни исполнение ФИО2 принятых на себя обязательств по договорам займа от 10.08.2020, от 05.07.2021, срок исполнения которых на указанную дату не наступил, а выбытие у должника ликвидного актива. В связи с чем, договоры купли-продажи имеют признаки мнимой сделки, совершенной лишь для вида, без намерения сторон указанной сделки создать соответствующие ей правовые последствия, при злоупотреблении правом, с целью вывода ликвидного имущества должника во избежание обращения на него взыскания по требованиям кредиторов. В результате совершения данных сделок причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в уменьшении размера имущества должника. При этом, ФИО2 достоверно знал о ненадлежащем исполнении своих обязательств перед ПАО «Томскпромстройбанк», что сам ответчик в суде подтвердил.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что договоры купли-продажи от 04.10.2021 заключены ответчиками формально, а право на их заключение использовано исключительно с целью ущемления прав взыскателя ПАО «Томскпромстройбанк», что нарушает его права как взыскателя и лишает его возможности получить денежные средства, взысканные судебными постановлениями, являющимися обязательными к исполнению, в силу ст.13 ГПК РФ.

Сторона ответчиков ссылалась на то, что у ФИО2 есть иное, как движимое, так и недвижимое имущество, стоимости которого достаточно для удовлетворения требований по исполнительному производству взыскателя ПАО «Томскпромстройбанк».

Вместе с тем, наличие заложенного имущества, в том числе, на которое обращено взыскание, не исключает возможности обращения взыскания на иное имущество должника, поскольку в условиях современной реальности, принимая во внимание, что стоимость этого имущества при реализации его на публичных торгах может быть значительно снижена, его может быть недостаточно для погашений всей имеющейся у ФИО2 задолженности. Иное нивелирует существующее у взыскателя право на получение исполнения от должника, влечет утрату исполнения вступивших в законную силу судебных актов по основаниям, не вытекающим из закона.

В связи с чем, поскольку стороны спорных договоров купли-продажи действовали недобросовестно, в обход закона – с нарушение требований ст.10 ГК РФ, и не имели намерения совершить сделки в действительности, то спорные сделки являются мнимыми, а потому исковые требования судебного пристава-исполнителя ФИО1 подлежат удовлетворению.

При этом, суд не принимает доводы стороны ответчиков о том, что судебный пристав-исполнитель является ненадлежащим истцом при подаче настоящего искового заявления, исходит из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 3 ГПК РФ, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Суд возбуждает гражданское дело по заявлению лица, обратившегося за защитой своих прав, свобод и законных интересов (ч. 1 ст. 4 ГПК РФ).

Согласно п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу ст. 2 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, а также в целях обеспечения исполнения обязательств по международным договорам Российской Федерации.

В Федеральном законе от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации» закреплено, что система принудительного исполнения Российской Федерации включает, в том числе, территориальные органы Федеральной службы судебных приставов и их подразделения (ст.6.1). На органы принудительного исполнения возлагаются, в том числе, иные задачи в соответствии с настоящим Федеральным законом, иными федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере обеспечения установленного порядка деятельности судов и исполнения судебных актов и актов других органов, и федерального органа принудительного исполнения.

Частью 2 ст. 5 ФЗ «Об исполнительном производстве» предусмотрено, что непосредственное осуществление функций по принудительному исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц возлагается на судебных приставов-исполнителей структурных подразделений Федеральной службы судебных приставов и судебных приставов-исполнителей структурных подразделений территориальных органов Федеральной службы судебных приставов.

В соответствии с ч. 1 ст. 64 ФЗ «Об исполнительном производстве» исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с настоящим Федеральным законом действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе.

Как разъяснено в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» перечень исполнительных действий, приведенный в ч. 1 ст. 64 Закона об исполнительном производстве, не является исчерпывающим, и судебный пристав-исполнитель вправе совершать иные действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов (п. 17 ч. 1 названной статьи), если они соответствуют задачам и принципам исполнительного производства (ст. 2 и 4 Закона об исполнительном производстве), не нарушают защищаемые федеральным законом права должника и иных лиц.

Так, в частности, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в абз. 2 п. 63 указанного постановления признал за судебным приставом-исполнителем право наряду с кредитором должника (взыскателем) в судебном порядке требовать выдела доли должника в натуре из общей собственности и обращения на нее взыскания.

Кроме того, ч. 1 ст. 77 ФЗ «Об исполнительном производстве» предусмотрено право судебного пристава-исполнителя на предъявление в суд иска об обращении взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц.

Согласно приведенным выше нормам права и акту их толкования, на службу судебных приставов возложена обязанность принимать любые не противоречащие закону меры для обеспечения принудительного исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц.

В данном случае подача судебными приставами искового заявления о признании договоров купли-продажи от 04.10.2021 недействительными обусловлена необходимостью полного, правильного и своевременного исполнения исполнительного документа, предписывающего взыскание с должника денежных сумм в пользу взыскателя (кредитора должника). Следовательно, судебный пристав-исполнитель наряду с кредитором должника имеет охраняемый законом интерес в признании данных сделок недействительными, поскольку он в силу закона обязан совершить действия, направленные на принуждение должника исполнить судебный акт, защитивший права кредитора должника.

Таким образом, судебный пристав-исполнитель для защиты законного интереса в период исполнительного производства вправе обратиться в суд с требованием о признании сделки в отношении арестованного имущества недействительной, если при ее совершении имело место злоупотребление правом (статья 10 ГК РФ) со стороны должника по исполнительному производству, который действовал в обход закона и преследовал противоправную цель - избежать обращения взыскания на принадлежащее ему имущество в пользу его кредитора в рамках исполнительного производства.

С учетом изложенного и того, что действующее законодательство не содержит запрета на обращение судебного пристава-исполнителя с данным исковым заявлением в суд, доводы стороны ответчиков представляются ошибочными, в связи с чем, отклоняются судом.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования судебного пристава-исполнителя Межрайонного отделения судебных приставов по исполнению особо важных исполнительных производств УФССП России по Томской области ФИО1 к ФИО4, ФИО2 о признании недействительными договоров купли-продажи транспортных средств, применении последствий недействительности ничтожных сделок - удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи от 04.10.2021 транспортного средства марки «DAF XF105.410», 2009 года выпуска, государственный регистрационный знак /________/, VIN /________/, ПТС /________/ от 15.03.2012, заключенный между ФИО2 и ФИО4.

Признать недействительным договор купли-продажи от 04.10.2021 транспортного средства марки «Автобетоносмеситель 58147А» на шасси КАМАЗ 65115-62, VIN /________/, ПТС /________/ от 10.06.2013, год выпуска 2013, государственный регистрационный знак /________/, заключенный между ФИО2 и ФИО4.

Применить последствия недействительности сделок – договоров купли-продажи транспортных средств от 04.10.2021, путем возложения обязанности на ФИО4 возвратить ФИО2 транспортное средство марки «DAF XF105.410», 2009 года выпуска, государственный регистрационный знак /________/, VIN /________/, ПТС /________/ от 15.03.2012, и транспортное средство марки «Автобетоносмеситель 58147А» на шасси КАМАЗ 65115-62, VIN /________/, ПТС /________/ от 10.06.2013, год выпуска 2013, государственный регистрационный знак /________/.

Настоящее решение суда является основанием для внесения изменений в регистрационные данные транспортного средства марки «DAF XF105.410», 2009 года выпуска, государственный регистрационный знак /________/, VIN /________/, и транспортного средства марки «Автобетоносмеситель 58147А» на шасси КАМАЗ 65115-62, VIN /________/, в связи с изменением данных о владельце транспортного средства- с ФИО4 на ФИО2, родившегося /________/ /________/, зарегистрированного по адресу- /________/, ИНН /________/.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Томского областного суда в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Кировский районный суд г. Томска.

Судья А.Р. Корниенко

Решение суда принято в окончательной форме 30.06.2022.