Дело № 2-1986/2023

22RS0065-02-2022-002480-59

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

5 апреля 2023 года город Барнаул

Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Лопуховой Н.Н.,

при секретаре Кошелевой Ю.Т.,

с участием представителя ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (истец) обратился в Индустриальный районный суд г. Барнаула с иском к ФИО3, ФИО3 (ответчики) о взыскании в солидарном порядке ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП), в размере 1 165 000 рублей, расходов по оплате оценки в размере 12 000 рублей, расходов по оплате телеграммы в размере 275 рублей, а также по оплате государственной пошлины в размере 14 025 рублей.

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов 12 минут на <адрес> около <адрес> произошло ДТП с участием автомобиля ****, принадлежащего истцу на праве собственности, под управлением водителя ФИО4, и автомобиля ****, принадлежащего ФИО3, под управлением водителя ФИО3.

ДТП произошло по причине нарушения водителем ФИО3, двигавшемся на автомобиле ****, требований п.п. 1.4, 1.5, 10.1 ПДД, поскольку он не справился с управлением, не принял своевременных мер к снижению скорости вплоть до остановки, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, в связи с чем допустил столкновение с автомобилем ****

Указанные обстоятельства подтверждаются материалом проверки, составленным сотрудниками ГИБДД.

При этом, гражданская ответственность водителя автомобиля **** застрахована не была. Гражданская ответственность водителя автомобиля **** застрахована в АО «Страховая бизнес группа», полис ***

Согласно экспертному заключению *** от ДД.ММ.ГГГГ, стоимость восстановительного ремонта автомобиля **** составляет 1 165 000 рублей, за проведение оценки истцом было уплачено 12 000 рублей.

Кроме того, истцом понесены расходы по направлению телеграммы с приглашением ответчиков на осмотр автомобиля **** в размере 275 рублей.

После проведения судебной комплексной автотовароведческой, автотехнической экспертизы истец исковые требования уточнил, в окончательном варианте просил взыскать с ответчика ФИО3 сумму ущерба, причиненного в результате ДТП, в размере 1 796 500 рублей, расходы по оплате оценки в размере 12 000 рублей, расходы по оплате телеграммы в размере 275 рублей, а также по оплате государственной пошлины в размере 14 025 рублей (л.д.236-237).

В судебное заседание истец не явился, извещен надлежаще о дате, времени и месте его проведения, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель истца ФИО5 в судебное заседание также не явился, извещен надлежаще о дате, времени и месте его проведения, в ходе рассмотрения дела на удовлетворении исковых требований настаивал в полном объеме.

Представитель ответчиков ФИО1 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала, ссылаясь на то, что вина ФИО3 в ДТП не установлена, в отношении него вынесено постановление об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием состава правонарушения, что свидетельствует об отсутствии в действиях ответчика каких-либо нарушений. При этом в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии усматривается вина водителя автомобиля Скания, который нарушил скоростной режим, а также превысил допустимую массу автомобиля на данном участке дороги. У водителя ФИО3 не было технической возможности избежать столкновения в виду наличия наледи на дорожном покрытии. Полагала, что с учетом проведенной судебной экспертизы размер ущерба не может определяться суммой, заявленной истцом в уточненном иске, поскольку из заключения следует, что восстановление транспортного средства возможно при частичном использовании новых неоригинальных деталей, что является наиболее разумным и распространенным способом исправления повреждений. Также представитель ответчиков полагала, что представленное заключение судебной экспертизы является недопустимым доказательством, поскольку в нем отсутствует подписка эксперта ФИО7 ФИО6, подтверждающая факт предупреждения его об уголовной ответственности. Против удовлетворения исковых требований в отношении ФИО3 представитель ответчиков также возражала, ссылаясь на то, что последняя собственником спорного транспортного средства на основании договора купли-продажи не является, при этом полагала, что, поскольку истцом не заявлен отказ от иска в части исковых требований к ФИО3, исключение ее из числа ответчиков в уточненном исковом заявлении значения для дела не имеет, в связи с чем в удовлетворении исковых требований в отношении данного ответчика следует отказать.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще о дате, времени и месте его проведения. В ходе рассмотрения дела против удовлетворения исковых требований возражал, по обстоятельствам ДТП пояснил, что двигался по <адрес> в <адрес> со скоростью около 20-40 км/ч. На дороге был гололед. Перед поворотом за 10-15 метров начал торможение, автомобиль начало заносить. Чтобы выровнять транспортное средство он начал крутить руль в сторону заноса, однако справиться с управлением не удалось, в связи с чем он выехал на полосу встречного движения. Полагал, что водитель автомобиля истца двигался с превышением допустимой скорости, в связи с чем не смог предотвратить столкновение путем торможения.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание также не явилась, извещена надлежаще о дате, времени и месте его проведения. В ходе рассмотрения дела против удовлетворения заявленных к ней исковых требований возражала, указав, что собственником транспортного средства **** на основании договора купли-продажи отДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО3, не является.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежаще о дате, времени и месте его проведения.

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав представителя ответчиков, допросив экспертов, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 15 ч. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со ст. 15 ч. 2 Гражданского кодекса Российской Федерациипод убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которое это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации); если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Соответственно принцип полного возмещения убытков применительно к случаю повреждения транспортного средства предполагает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено.

Таким образом, принимая во внимание приведенное толкование закона высшими судами, следует исходить из того, что причиненный ущерб должен возмещаться по ценам, действующим на момент ДТП, без учета износа транспортного средства потерпевшего, если ответчиком не будет доказано или из обстоятельств дела не следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества, что могло повлечь бы уменьшение размера ущерба.

В ходе рассмотрения дела из пояснений сторон, материала дорожно-транспортного происшествия установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов 12 минут в районе <адрес> в <адрес> заимка <адрес> произошло столкновение транспортных средств с последующим наездом на препятствие, с участием автомобиля ****, под управлением ФИО3, и автомобиля ****, под управлением ФИО4

От водителей транспортных средств сотрудниками ГИБДД отобраны объяснения, составлена Схема места совершения административного правонарушения.

Транспортное средство ****, по состоянию на дату ДТП принадлежало на праве собственности ФИО2, что подтверждается сведениями ГИБДД (л.д. 29).

Автогражданская ответственность водителя транспортного средства ****, ФИО4 на момент ДТП застрахована АО «Страховая бизнес группа», страховой полис *** (л.д. 10).

Согласно информации, полученной по запросу суда от органов ГИБДД, транспортное средство ****, на дату ДТП за регистрировано за ФИО3 (л.д. 29).

Вместе с тем, согласно договору купли-продажи автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ФИО3 (продавец) и ФИО3 (покупатель), транспортное средство **** передано в собственность ФИО3 (л.д. 105).

Таким образом, с учетом положений ст.218, ст.223, ст.454 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственником транспортного средства на момент ДТП (ДД.ММ.ГГГГ) являлся ФИО3, поскольку при отчуждении транспортного средства действует общее правило о моменте возникновения права собственности у приобретателя - с момента передачи транспортного средства, таким образом право собственности на указанный выше автомобиль закреплено законом и не требует специального признания или подтверждения в судебном порядке, отсутствие проведения регистрационных действий по постановке на учет и регистрации транспортного средства в органах ГИБДД, не свидетельствует об отсутствии у ответчика права собственности на автомобиль,

После предоставления ответчиком ФИО3 в ходе рассмотрения дела договора купли-продажи транспортного средства, его право собственности на автомобиль на момент ДТП стороной истца не оспаривалось, в этой связи иск был уточнен по отношению к стороне ответчика.

Как установлено из материалов дела, автогражданская ответственность водителя ****, - ответчика ФИО3, на момент ДТП застрахована не была.

Из объяснений ответчика ФИО3, отобранных в рамках оформленного материала по факту ДТП, следует, что он управлял автомобилем ****, двигался по <адрес>. Около <адрес>. При совершении поворота заднюю ось автомобиля занесло, он попытался выровнять транспортное средство, но ничего не получилось, и тем самым совершил наезд на встречно идущий автомобиль ****.

Из объяснений третьего лица ФИО4, отобранных в рамках оформленного материала по факту ДТП, следует, что он, управляя автомобилем ****, двигался по <адрес> от <адрес> тракт со скоростью 30 км/ч в своем ряду. Навстречу выехал автомобиль ****, в связи с чем он начал тормозить и уходить вправо, произошло столкновение: справа с трубой (труба не пострадала) и слева с автомобилем ****.

Определением № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ответчика ФИО3 в виду отсутствия состава административного правонарушения (п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ). В отношении третьего лица ФИО4 определения, постановления не выносились.

Обращаясь в суд с настоящим иском, сторона истца ссылалась на то, что ДТП произошло по причине нарушения водителем ФИО3, двигавшегося на автомобиле ****, требований п.п. 1.4, 1.5, 10.1 ПДД, поскольку он не справился с управлением, не принял своевременных мер к снижению скорости вплоть до остановки, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, в связи с чем допустил столкновение с автомобилем Скания.

Представитель ответчиков вину ФИО3 в ДТП отрицала, ссылаясь на то, что в отношении ответчика сотрудниками ГИБДД вынесено постановление об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием состава правонарушения, что свидетельствует об отсутствии в его действиях каких-либо нарушений правил дорожного движения. При этом в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии усматривается вина водителя автомобиля Скания, который нарушил скоростной режим, а также превысил допустимую массу автомобиля на данном участке дороги. У водителя ФИО3 не было технической возможности избежать столкновения в виду наличия наледи на дорожном покрытии.

По ходатайству стороны ответчика определением суда от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебная комплексная автотехническая, автотовароведческая экспертиза, производство которой поручено ИП ФИО7 ФИО8

По результатам проведенного исследования представлено заключение *** от ДД.ММ.ГГГГ

Согласно выводам которого механизм расстраиваемого дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ можно представить в виде трех стадий: сближение автомобилей с момента возникновения опасности для движения до момента первичного контакта, взаимодействие при столкновении и последующее перемещение до остановки после прекращения взаимодействия.

С технической точки зрения моментом возникновения опасности для движения водителю автомобиля ****, является момент начала выезда автомобиля ****, на полосу встречного движения. После этого автомобиль ****, применял торможения и маневр вправо.

Место столкновения находится в начале следов бокового юза автомобиля ****, на полосе движения автомобиля ****, то есть на полосе проезжей части <адрес>, предназначенной для движения от <адрес>.

Столкновение произошло передней левой частью автомобиля ****, и передним левым углом автомобиля ****, когда транспортные средства находились на встречных курсах. В результате блокирующего эксцентричного удара произошел отброс и разворот автомобиля ****, против хода часовой стрелки.

После прекращения взаимодействия автомобиль ****, выехал на правую обочину, где остановился в контакте передним правым углом с опорой путепровода.

В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля ****, должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.4, 9.1, 10.1 в части 1 Правил дорожного движения и его действия, с технической точки зрения, не соответствовали требованиям указанных пунктов Правил; водитель автомобиля ****, должен был руководствоваться требованиями части 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения и в его действиях не усматривается технических несоответствий требованиям указанного пункта.

С технической точки зрения причиной рассматриваемого ДТП от ДД.ММ.ГГГГ является выезд автомобиля ****, на полосу движения автомобиля ****.

При этом водитель автомобиля ****, не имел технической возможности избежать происшествие, так как снижение скорости и даже остановка не исключали столкновения с приближающимся навстречу автомобилем ****.

Водитель автомобиля ****, имел, с технической точки зрения, возможность избежать столкновения путем сохранения постоянного контроля за движением транспортного средства в пределах правой половины проезжей части.

В судебном заседании эксперт ФИО7 ФИО8, выводы, изложенные в заключении, полностью подтвердил, пояснил, что проводил экспертизу как автотехническую, так и автотовароведческую, перед проведением экспертизы как руководитель предупреждал эксперта ФИО7 ФИО6 по ст. 307 УК РФ, эксперт наряду с ним проводил исследование в части вопросов по автотовароведческой экспертизе, отсутствие подписи в подписке и в заключении объяснил технической ошибкой. Дополнительно пояснил, что состояние дорожного полотна на момент ДТП, как и обстоятельство того какова была масса грузового автомобиля на момент ДТП, его скорость на выводы судебной экспертизы не повлияют, поскольку не состоят в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием.

Допрошенный в ходе рассмотрения дела эксперт ФИО7 ФИО6 указал, что участвовал в проведении судебной экспертизы, подготовил представленное заключение *** от ДД.ММ.ГГГГ совместно с экспертом ФИО7 ФИО8, проводил исследование по товароведческой части, выводы отраженные в заключении полностью подтвердил. Пояснил, что до начала исследования был предупрежден руководителем об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Подпись в заключении и в подписке не была поставлена вследствие технической ошибки.

Оценив представленное заключение, суд, вопреки позиции стороны ответчика, полагает, что оснований сомневаться в достоверности выводов экспертизы не имеется, выводы экспертов мотивированы, обоснованы, эксперты имеют соответствующее высшее техническое образование и специальную подготовку в соответствующих экспертных специальностях в области исследования обстоятельств ДТП, технического состояния транспортных средств, следов ДТП, определения стоимости восстановительного ремонта и оценки транспортных средств, включены в государственный реестр экспертов-техников, при проведении экспертизы экспертами применялась специальная литература и нормативный материал, в соответствии с ч. 2 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение содержит подробное описание проведенного исследования, расчеты, выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Возражения относительно выводов судебной экспертизы объективно представленными доказательствами не подтверждаются, данных, подвергающих сомнению правильность и обоснованность выводов экспертов, в ходе рассмотрения дела представлено не было.

Сами по себе доводы представителя ответчиков о том, что заключение судебной экспертизы не может быть признано допустимым доказательством вследствие отсутствия в нем подписи одного из экспертов об обратном не свидетельствуют, поскольку в ходе рассмотрения дела суд исследовался вопрос о причинах неподписания подписки о предупреждении его об уголовной ответственности и заключения экспертом ФИО7 ФИО6, установлено, что данное обстоятельство имело место вследствие допущенной технической ошибки, эксперт перед началом исследования фактически был предупрежден об уголовной ответственности по ст. по ст.307 УК РФ, эксперт фактически принимал участие в проведении экспертизы и согласен с изложенными в ней выводами.

Исходя из этого, оснований признавать заключение экспертизы недопустимым доказательством по делу суд не находит.

Разрешая заявленные требования, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, с учетом оценки всех представленных доказательств, суд приходит к выводу о том, что ДТП произошло в результате допущенных водителем ФИО3 нарушений требований пунктов 1.4, 9.1, 10.1 в части 1 ПДД РФ, с технической точки зрения причиной ДТП явился выезд автомобиля под его управлением на полосу движения автомобиля Скания, при этом, ФИО3 имел, с технической точки зрения, возможность избежать столкновения путем сохранения постоянного контроля за движением транспортного средства в пределах правой половины проезжей части, в связи с чем доводы стороны ответчика об обратном не могут быть приняты во внимание.

Допущенные ответчиком ФИО3 нарушения ПДД состоят в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, и как следствие с причиненным истцу ущербом, что нашло свое подтверждение из заключения судебной экспертизы.

Нарушений ПДД РФ в действиях водителя ФИО4, в том числе, состоящих в причинно-следственной связи с ДТП, судом не установлено, при этом судом принято во внимание, что он в данной дорожной ситуации с учетом механизма дорожно-транспортного происшествия не имел технической возможности избежать происшествие, так как снижение скорости и даже остановка не исключали столкновения с приближающимся навстречу автомобилем ****, при этом в действия водителя ФИО4 с технической точки зрения не установлено несоответствий требованиям ч.2 п.10 ПДД, которыми он должен был руководствоваться в данной дорожно-транспортной ситуации.

Что касается доводов стороны ответчика о том, что в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии усматривается вина водителя автомобиля Скания, который нарушил скоростной режим, а также превысил допустимую массу автомобиля на данном участке дороги, суд находит их несостятельными, поскольку, во-первых, эти доводы какими-либо доказательствами не подтверждены, во-вторых, как установлено из показаний эксперта ФИО7 ФИО8, полученных в судебном заседании, скорость движения участников ДТП, а также масса автомобиля Скания в момент ДТП на выводы судебной экспертизы не влияют, поскольку в причинно-следственной связи с дорожно-траснпортсным происшествием не состоят, учитывая, что причиной столкновения является неверная оценка водителем автомобиля **** дорожной ситуации. То же касается и состояния дорожного покрытия.

Не установлено в действиях третьего лица ФИО4 и грубой неосторожности, более того умысла, в связи с чем, оснований для применения положений ст. 1083 ч. 1 и ч. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Согласно п.1 ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Таким образом, по смыслу приведенной правовой нормы, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Как отмечено выше, на момент ДТП ответчик ФИО3 являлся собственником транспортного средства ****, на основании договора купли-продажи автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО3, то есть, являлся владельцем источника повышенной опасности, соответственно именно он является ответственным по возмещению вреда.

С учетом изложенного, оснований для привлечения к гражданской ответственности по возмещению ущерба ответчика ФИО3 как собственника транспортного средства, суд не усматривает,

Вместе с тем, не смотря на то, что в уточненном исковом заявлении ФИО2 исключил ФИО3 из числа ответчиков, при этом истец по данному делу не отказывался от исковых требований в отношении указанного ответчика в установленном процессуальном порядке, производство по делу в данной части не прекращено, уточнение заявленных исковых требований после проведения экспертизы не является отказом от иска, так как данные процессуальные действия в силу гражданского процессуального закона не являются тождественными и влекут разные правовые последствия, у суда не имеется оснований для исключения ФИО3 из числа лиц, участвующих в деле, в связи с чем суд полагает необходимым принять соответствующее решение в этой части и отказать истцу в удовлетворении исковых требований к ответчику ФИО3.

Как следует из материалов дела, в результате ДТП автомобилю ****, причинены механические повреждения.

Обращаясь в суд с иском, истец основывал свою позицию на экспертном заключении *** ИП ФИО7 ФИО8, согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля ****, в результате ДТП ДД.ММ.ГГГГ составляет без учета износа - 1 165 000 рублей, с учетом износа - 348 500 рублей, с чем не согласилась сторона ответчика.

В этой связи судом было назначено проведение автотовароведческой экспертизы.

Из заключения судебной экспертизы *** от ДД.ММ.ГГГГ судом установлено, что рассчитанная в соответствии с методическими рекомендациями Минюста России среднерыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля ****, только новыми оригинальными деталями округленно составляла: на момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ без учета износа - 1 385 000 рублей, с учетом износа - 320 200 рублей; на день составления заключения без учета износа - 1 796 500 рублей, с учетом износа - 414 800 рублей.

Рассчитанная в соответствии с наиболее разумным и распространенным способом, который заключается в частичном использовании новых неоригинальных деталей, среднерыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля ****, округленно составляла: на день ДТП ДД.ММ.ГГГГ без учета износа - 571 400 рублей, с учетом износа - 144 700 рублей; на день составления заключения без учета износа - 682 900 рублей, с учетом износа - 174 600 рублей.

Оснований сомневаться в достоверности выводов экспертизы не имеется.

Эксперты ФИО7 ФИО8, ФИО7 ФИО6 выводы, изложенные в заключении, в указной части подтвердили, дополнительно пояснили, что с учетом степени износа транспортного средства истца - 97%, однако восстановление транспортного средства в данном случае целесообразно, частичное использование в ремонте новых неоригинальных запасных частей является наиболее разумным, рациональным и экономически целесообразным способом восстановления автомобиля, принимая во внимание, в том числе имеющиеся в настоящее время трудности при приобретении оригинальных запасных частей в связи с частичным их отсутствием на рынке. При этом, использование новых неоригинальных запасных частей при ремонте транспортного средства не повлияет на безопасность дорожного движения, не ухудшит его технического состояния.

Доказательств, опровергающих заключение судебной экспертизы в части определения размера ущерба, а также способа возможного ремонта путем частичного использования новых неоригинальных запасных частей, сторона истца в дело не представила, как и доказательств тому, что ремонт выполненный таким способом

Таким образом, на основании представленных ответчиком доказательств, суд приходит к выводу о том, что стоимость восстановительного ремонта транспортного средства возможна посредством частичного использования новых неоригинальных деталей, при котором среднерыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля **** на день ДТП (ДД.ММ.ГГГГ) без учета износа округленно составляла 571 400 рублей, и такой способ восстановления, никак не может повлиять на безопасность эксплуатации исследуемого автомобиля, на безопасность дорожного движения.

Таким образом, в данном случае ответчиком представлены доказательства об ином размере убытков, доказательства, указывающие на очевидную и распространенную возможность восстановления автомобиля истца с полным восстановлением его потребительских свойств иными оправданными способами, чем использование новых оригинальных материалов, и стоимость такого возмещения убытков равна 571 400 рублей, в связи с чем уточненные исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Оснований для применения положений ст.1083 п.3 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку ответчиком не представлены суду доказательства тяжелого имущественного положения.

В этой связи суд взыскивает в пользу истца с ответчика ФИО3 в счет возмещения ущерба, причиненного в результате ДТП, денежные средства в размере 571 400 рублей.

Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов, суд полагает необходимым отметить следующее.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Поскольку в данном случае исковые требования удовлетворены частично на 31,81 %, из расчета 571 400 рублей (сумма удовлетворенных исковых требований) * 100 / 71 100 рублей, то судебные расходы подлежат взысканию с ответчика ФИО3 пропорционально удовлетворенной части иска.

Таким образом, судебные расходы по составлению экспертного заключения *** ИП ФИО7 ФИО8 подлежат возмещению ответчиком ФИО3 в размере 3 817 рублей 20 копеек, из расчета 12 000 рублей * 31,81 %, учитывая, что понесены они истцом с целью получения доказательств для предъявления иска в суд.

Также истцом понесены расходы по направлению ответчикам телеграмм для участия их в осмотре транспортного средства истца при проведения экспертного исследования в размере 275 рублей, что подтверждается копией квитанции от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 7).

Поскольку указанные расходы понесены истцом с целью предъявления искового заявления, суд полагает необходимым взыскать с ответчика ФИО3 указанные расходы исходя из процентного соотношения удовлетворенных исковых требований 31,81 %, то есть в размере 87 рублей 47 копеек, из расчета 275 * 31,81%.

Истцом при подаче иска, уточненного иска оплачена государственная пошлина в общем размере 17 183 рубля (чек-ордер от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 14 025 рублей и чек-ордер от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 3158 рублей).

Учитывая, что имущественные требования истца удовлетворены на 31,81 %, то с ответчика ФИО3 в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в размере 5 451 рубль 59 копеек, из расчета 17 183 рубля * 31.81 %.

Таким образом, в пользу истца с ответчика ФИО3 подлежат взысканию судебные расходы в общем размере 9 356 рублей 26 копеек (1 5 451 рубль 59 копеек + 87 рублей 47 копеек + 817 рублей 20 копеек).

В соответствии со ст. 139 Гражданского процессуального кодекс Российской Федерации по заявлению лиц, участвующих в деле, судья или суд может принять меры по обеспечению иска. Обеспечение иска допускается во всяком положении дела, если непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда.

Согласно ст. 144 Гражданского процессуального кодекс Российской Федерации обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Поскольку судом отказано в удовлетворении исковых требований к ФИО3, то обеспечительные меры, принятые определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 в виде ареста на транспортное средство - автомобиль ****, после вступления решения суда в законную силу подлежат отмене, принимая во внимание и то, что собственником транспортного средства она не является.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО2 с ФИО3 в возмещение ущерба денежную сумму в размере 571 400 рублей 00 копеек, судебные расходы в размере 9 356 рублей 26 копеек.

В удовлетворении исковых требований к ФИО3 в оставшейся части отказать.

В удовлетворении исковых требований к ФИО3 отказать в полном объеме.

По вступлению решения суда в законную силу отменить принятые определением суда от ДД.ММ.ГГГГ меры по обеспечению иска в отношении ФИО3 в виде ареста на транспортное средство - автомобиль ****.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Алтайского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Индустриальный районный суд города Барнаула.

Судья Н.Н. Лопухова

Решение суда в окончательной форме принято 12 апреля 2023 года.

Верно, судья Н.Н.Лопухова

Секретарь судебного заседания Ю.Т.Кошелева

Решение суда на 12.04.2023 в законную силу не вступило.

Секретарь судебного заседания Ю.Т.Кошелева

Подлинный документ подшит в деле № 2-1986/2023 Индустриального районного суда г. Барнаула.