ВОРОНЕЖСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Дело № 33-5790/2023

Строка № 096г

УИД 36RS0001-01-2022-004192-52

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 августа 2023 г. г. Воронеж

Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего Квасовой А.О.,

судей Пономаревой Е.В., Храпина Ю.В.,

при секретаре Побокиной М.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Храпина Ю.В. гражданское дело № 2-475/2023 по исковому заявлению ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации, Военному комиссариату Центрального и Коминтерновского районов городского округа г. Воронеж и Воронежской области, командиру войсковой части № о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе представителя Министерства обороны Российской Федерации по доверенности ФИО2

на решение Железнодорожного районного суда г. Воронежа от 14 апреля 2023 г.

(судья Романенко С.В.)

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась с иском к Министерству обороны Российской Федерации, Военному комиссариату Центрального и Коминтерновского районов городского округа г. Воронеж и Воронежской области, командиру войсковой части № о взыскании компенсации морального вреда, указав, что она является супругой погибшего в период прохождения военной службы военнослужащего войсковой части 45117 ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ рождения, который погиб ДД.ММ.ГГГГ в период прохождения военной службы от противоправных действий военнослужащего войсковой части 45117 рядового ФИО3, в отношении которого 18.01.2022 2-й Западный окружной военный суд вынес постановление об освобождении от уголовной ответственности и о применении принудительной меры медицинского характера за совершенные им деяний, предусмотренных п. «а» ч.2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105, п. «б» ч. 4 ст. 226, ч. 4 ст. 166 и ч. 4 ст. 166 УК РФ, которым установлено, что в ходе прохождения военной службы в войсковой части 45117 у ФИО3 возникли личные неприязненные отношения к сослуживцам - военнослужащим по призыву. На этой почве у ФИО3 возник замысел об убийстве данных военнослужащих. Для этой цели он решил во время несения службы во внутреннем наряде убить дежурного по части, завладеть его пистолетом, а затем из данного оружия застрелить военнослужащих. Исполняя задуманное, 08.11.2020, заступив в суточный наряд дневальным по роте, ФИО3 взял с пожарного щита, расположенного вблизи казармы, топор, являющийся орудием убийства и спрятал его в помещении роты. ДД.ММ.ГГГГ около 5 часов дежурный по войсковой части 45117 майор ФИО7 прибыл на дежурном автомобиле в расположение роты, где проходил службу ФИО3, с целью проверки несения службы суточного наряда. ФИО3, находясь в помещении дежурного наедине с майором ФИО7, нанес ранее приготовленным топором, сидящему за письменным столом ФИО7 один удар по голове, от которого тот скончался на месте происшествия. После чего ФИО3, реализуя свой преступный замысел, беспрепятственно завладел пистолетом марки ПМ с боеприпасами к нему. После чего, находясь в спальном помещении личного состава, произвел несколько выстрелов в военнослужащих. ФИО8, желая избежать расправы со стороны ФИО3, предпринял попытку покинуть расположение казармы, для чего выбежал из спального расположения в коридор, однако ФИО3 последовал за ним и с целью воспрепятствовать последнему предупредить командование произвел не менее двух выстрелов, причинив ФИО8 два огнестрельных ранения в области задней поверхности грудной клетки с повреждением легких, селезенки, сердца и других внутренних органов, от которых тот скончался на месте происшествия. В этот же день ФИО3 был задержан. ФИО3 признался в содеянном.

Военным судом было установлено, что по заключению стационарной комплексной судебно-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №-в, проведенной экспертной комиссией ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский Центр психиатрии и наркологии им. ФИО9» Минздрава России, ФИО22 в период совершения инкриминируемых ему деяний и в настоящее время страдает <данные изъяты>, в связи с чем ФИО3 по своему психическому состоянию не мог осознавать в период совершения инкриминируемых ему деяний фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Экспертной комиссией установлено, что начало формирования у ФИО3 шизофренического процесса следует считать с подросткового возраста, с последующим прогрессирующим течением, в том числе в период прохождения военной службы в Вооружённых Силах Российской Федерации. Этой же экспертизой было определено, что ФИО3 нуждается в направлении на принудительное лечение в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа с интенсивным наблюдением. Также экспертизой установлено, что ФИО3 согласно ст. 15 гp.II Расписания болезней и ТДТ (приложения к Положению о военно-врачебной экспертизе, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации 2013 года №) подпадает под категорию <данные изъяты> - негоден к военной службе. Кроме этого, ФИО3 был освидетельствован военно-врачебной комиссией отдела судебно-психиатрической экспертизы ФГКУ «111 Главный государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз» МО РФ (заключение ВВК № от ДД.ММ.ГГГГ), по заключению которой ФИО3 признан негодным к военной службе по категории «Д».

Военный суд посчитал доказанным, что ФИО3 совершил запрещенные уголовным законом деяния, выразившиеся в причинении смерти двум и более лицам, одним из которых является ФИО27

В соответствии с действующими нормами УК РФ и с учетом заболевания, военный суд назначил ФИО3 принудительную меру медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре специализированного типа, с принудительным лечением и постоянным наблюдением.

ФИО1 полагает, что вина и ответственность за гибель ФИО28 лежит не только на военнослужащем рядовом ФИО3, непосредственно совершившим преступление, от деяний которого и погиб ФИО29, но и на Министерстве обороны РФ, отвечающим за незаконный призыв ФИО3 на военную службу военным комиссариатом Центрального и Коминтерновского районов городского округа города Воронеж и воинскую часть, где непосредственно совершил преступление ФИО3, поскольку по вине указанных органов военного управления - военного комиссариата и воинской части, больной с подросткового возраста ФИО3, как было установлено психиатрической экспертизой, был призван на военную службу и в дальнейшем имел возможность проходить военную службу в рядах Вооружённых Сил РФ, нести службу в различных подразделениях Вооружённых Сил РФ, получать и применять различные виды оружия.

С учетом изложенных обстоятельств полагает, что ФИО3, проходя военную службу в Вооруженных Силах Российской Федерации, создавал повышенную опасность для окружающих; что ответственность за призыв ФИО3 на военную службу, а также за прохождение им военной службы в Вооружённых Силах РФ, лежит на Министерстве обороны РФ, поскольку должностные лица военного комиссариата Центрального и Коминтерновского районов городского округа города Воронеж, надлежащей организации и проведения освидетельствования при первоначальной постановке на воинский учет и освидетельствования при призыве на военную службу ФИО3 не организовали и не провели. Также, должностные лица военного комиссариата необходимых документов и сведений по личности ФИО4 для качественного и объективного психологического исследования и медицинского освидетельствования не собрали, что в дальнейшем привело к неверному заключению о годности ФИО3 к военной службе. Так, при изучении личности призывника не было установлено, почему ФИО3 практически с детства воспитывается без родителей, а именно дедушкой и бабушкой. В личном деле призывника отсутствуют документы о семейном положении призывника, в частности имеются сведения, что состав семьи ФИО3 состоит из дедушки и бабушки (справка от 23.03.2020 б/н имеющаяся в личном деле призывника), при этом в личном деле нет сведений о лишении родительских прав либо других документов, указывающих причину отсутствия родителей. Также при изучении личности призывника не были проведены беседы с родителями, не было установлено заболевание членов семьи, в частности не установлено наличие заболевания у младшего брата ФИО30, который имеет диагноз: <данные изъяты>. Не были установлены иные сведения о личности призывника, необходимые для специалистов профессионального психологического отбора и врача психиатра, что прямо нарушает вышеуказанные нормы действующего законодательства.

Отсутствие указанных сведений послужило ненадлежащему проведению ФИО3 профессионально-психологического отбора, выявления у него отклонений, необходимых для передачи врачу-психиатру, участвующему в медицинском освидетельствовании призывников.

Из-за ряда допущенных нарушений должностных лиц военного комиссариата Центрального и Коминтерновского районов городского округа города Воронеж, связанного с изучением личности ФИО4 и его семенного положения, призывная комиссия указанного военного комиссариата надлежащего медицинского освидетельствования при призыве на военную службу ФИО3 не провела, заболеваемость в виде <данные изъяты>, у него не выявила.

В результате ненадлежащего освидетельствования ФИО4 врачами, руководящими работой по медицинскому освидетельствованию, было неверно дано заключение о годности ФИО3 к военной службе в соответствии с Положением о военно-врачебной экспертизе, указав в учетной карте призывника категорию А - годен к военной службе, вместо категории «Д» - негоден к военной службе.

Неверное освидетельствование ФИО3 при призыве на военную службу дало возможность ФИО3 проходить военную службу в Вооруженных Силах Российской Федерации, где в соответствии с Общевоинскими уставами военнослужащие имеют право на хранение, ношение, применение и использование оружия.

В период прохождения военной службы ФИО3, должностными лицам воинской части № а именно специалистами психологического отбора, а также врачами, так же как и в военном комиссариате не было выявлено у ФИО4 заболевание в виде <данные изъяты>, что в дальнейшем привело к совершению преступления.

ФИО1 полагает, что ФИО8 находится в причинной связи с незаконным призывом на военную службу больного <данные изъяты> ФИО3, а также не выявлением данного заболевания в период прохождения им военной службы, за что и несет ответственность Министерство обороны РФ.

Указала, что в связи с гибелью ФИО31, ей причинен моральный вред, что гибель ФИО8 по вине должностных лиц Министерства обороны РФ причинила ей неизмеримые и невосполнимые нравственные и физические страдания, на которые она обречена всю оставшуюся жизнь; что гибель ФИО8 причинила ей сильнейший стресс и нравственные страдания, от которых она длительное время не может оправиться, что до настоящего времени она испытывает нравственные и физические страдания; что брак между ФИО8 и ею был заключен ДД.ММ.ГГГГ, что в ходе производства уголовного дела она была признана потерпевшей, однако при рассмотрении уголовного дела в суде, гражданский иск судом не рассматривался.

Размер компенсации морального вреда в связи с гибелью ФИО8 ФИО1 оценивает в размере 5 000 000 руб., с учетом разумности и справедливости, степени вины Министерства обороны РФ, с учетом ее физических и нравственных страданий, а также с учетом производимых государством за смерть военнослужащих денежных компенсаций, которая на сегодняшний день составляет 3 000 000 руб. (единовременное пособие) и 2 000 000 руб. (страховая сумма), всего 5 000 000 руб.

По ходатайству истца ФИО1, указанные в ее иске в качестве ответчиков Военный комиссариат Центрального и Коминтерновского районов городского округа город Воронеж и Воронежской области, войсковая часть 45117, заменены на статус – третьи лица (Т.1.Л.243, 251).

Решением Железнодорожного районного суда г. Воронежа от 14 апреля 2023 г. с Российской Федерации в лице Министерства обороны Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 500000 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных требований – отказано.

В апелляционной жалобе представитель Министерства обороны Российской Федерации по доверенности ФИО2 решение суда просит отменить, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Ссылается на то, что не представлено доказательств того, что действиями должностных лиц причинен вред здоровью ФИО8; что не установлено обстоятельств, свидетельствующих о виновности и незаконных действий должностных лиц Министерства обороны РФ, причинно-следственной связи между указанными действиями и наступившими последствиями, а также на то, что ФИО1 в связи с гибелью ФИО8 была выплачена страховая сумма и единовременное пособие.

Также ссылается, что к участию в деле не был привлечен прокурор.

Представлены возражения на апелляционную жалобу со стороны истца ФИО1 (Т.2.Л.85) и возражения на апелляционную жалобу от представителя третьего лица – Министерства Финансов РФ.

На заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 возражала против доводов апелляционной жалобы.

Представитель третьего лица - Министерства Финансов РФ по доверенности ФИО5 возражала против доводов апелляционной жалобы.

Другие лица, участвующие в деле, на заседание суда апелляционной инстанции не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом путем направления судебной повестки заказной почтой с уведомлением.

Кроме того, участвующие по делу лица извещались публично путем заблаговременного размещения в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информации о времени и месте рассмотрения дела на интернет-сайте Воронежского областного суда.

С учетом изложенного, положений статьи 165.1 ГК РФ и разъяснений по ее применению, содержащихся в пункте 67 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», руководствуясь частью 1 статьи 327 и частью 3 статьи 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и поступивших возражений, заслушав лиц, явившихся на заседание суда апелляционной инстанции, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с требованиями статьи327.1Гражданского процессуального кодекса РФ впределах доводов апелляционной жалобы и возражений относительно жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы представителя Министерства обороны Российской Федерации по доверенности ФИО2 исходя из следующего.

В силу статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) нематериальные блага защищаются в соответствии с действующим законодательством.

На основании статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (абзац первый пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 (статьи 1064 - 1101) данного Кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Статьей 1069 ГК РФ определено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 20 октября 2010 г. № 18-П, нормы статьи 1084 ГК РФ в системной взаимосвязи с нормами статей 1064 и 1069 ГК РФ означают, что обязанность по возмещению вреда жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц в порядке главы 59 ГК РФ за счет соответствующей казны возникает в случае установления вины государственных органов и их должностных лиц в причинении данного вреда. Следовательно, статья 1084 ГК РФ позволяет использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной защиты военнослужащих и членов их семей меры гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы установлена. В данной статье реализуется конституционный принцип равенства, поскольку все военнослужащие (и члены их семей) имеют равную с другими гражданами возможность использования гражданско-правовых механизмов возмещения вреда с соблюдением принципов и условий такого возмещения.

Юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (абзац первый части 1 статьи 1068 ГК РФ).

В абзацах первом и втором пункта 4 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 14.12.2021 № 2646-О указано, что Федеральный закон «О статусе военнослужащих» прямо возлагает на государство правовую и социальную защиту военнослужащих, которая включает в себя охрану их жизни и здоровья, иные меры, направленные на создание условий жизни и деятельности, соответствующих характеру военной службы и ее роли в обществе (пункт 3 статьи 3).

Кроме того, согласно названному Федеральному закону, охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти; забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров; они должны обеспечивать безопасность при проведении учений, иных мероприятий боевой подготовки, во время эксплуатации вооружения и военной техники, при производстве работ, исполнении других обязанностей военной службы (пункт I статьи 16); командиры являются единоначальниками и отвечают в мирное и военное время, в числе прочего, за постоянную боевую и мобилизационную готовность, успешное выполнение боевых задач, боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, психологическое состояние подчиненного личного состава и безопасность военной службы (пункт 2 статьи 27).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из содержания приведенных норм в их взаимосвязи следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, в том числе вред жизни и здоровью гражданина, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ в своих постановлениях, государство, по смыслу статьи 53 Конституции РФ, несет обязанность возмещения вреда, связанного с осуществлением государственной деятельности в различных ее сферах, независимо от возложения ответственности на конкретные органы государственной власти или должностных лиц.

Помимо общих оснований деликтной ответственности, законодатель, реализуя требования статьи 53 Конституции РФ, закрепил в статье 1069 ГК РФ основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц.

Таким образом, по общему правилу, необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Применение же положений статьи 1069 ГК РФ о возмещении вреда в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов предполагает наличие как общих условий деликтной (то есть внедоговорной) ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя), так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями субъекта ответственности и характера его действий.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

Как разъяснено постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи получением двух огнестрельных ранений при прохождении им военной службы заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, положения ГК РФ, устанавливающие основания ответственности государства в случае причинения вреда в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статья 1069 ГК РФ), применимы к возмещению как имущественного, так и морального вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления и их должностными лицами.

Следовательно, для применения ответственности в виде компенсации морального вреда вследствие незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в результате посягательства причинителя вреда на принадлежащие потерпевшему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

Соответственно, обязанность по компенсации морального вреда за счет соответствующей казны может быть возложена на государственный орган, орган местного самоуправления или должностных лиц этих органов (причинителя вреда) при наличии вины указанных органов и лиц в причинении такого вреда.

Судом по делу установлено, что согласно выписке из приказа командира войсковой части № от 10.12.2013 № 2 ефрейтор ФИО8 проходил службу в воинской части 45117 в должности старшего водителя-оператора технического взвода технической роты батальона аэродромно-технического обеспечения войсковой части 45117, ВСУ-837702А (Т.1.Л.14).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО12 был заключен брак (Т.1.Л.11).

Согласно свидетельству о рождении II-СИ № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 и ФИО12 записаны родителями ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ рождения (Т.1.Л.12).

На основании приказа Департамента здравоохранения Воронежской области № 565 от 02.04.2020 осуществлено медицинское обеспечение призыва на военную службу в апреле-июле 2020г. на территории городского округа г. Воронежа (Т.1.Л.156-160).

Согласно копии решения призывной комиссии комиссия Центрального и Коминтерновского районов г. Воронежа (протокол № 1 от 13.05.2020) ФИО3 имел жалобы на <данные изъяты> (поставлен диагноз – <данные изъяты>), признан годным к военной службе по категории годности А, показатель предназначения 2, принято решение о призыве его на военную службу (Т.1.Л.52-57).

Из материалов дела также видно, что вступившим в законную силу постановлением 2-го Западного окружного военного суда от 18.01.2022 в отношении ФИО3, установлено, что в период прохождения военной службы в войсковой части № у ФИО3 возникли личные неприязненные отношения с сослуживцами - военнослужащим по призыву ФИО14 и ФИО17, обусловленные пренебрежительным и предвзятым отношением к нему со стороны последних, а также постоянными требованиями ФИО6 о выполнении его указаний, как «старшего» по подразделению, о поддержании чистоты закрепленной территории и выполнении поставленных командирами задач в кратчайшие сроки. На этой почве у ФИО4 возник умысел на убийство ФИО33. Для этого он решил во время службы во внутреннем наряде убить дежурного по части, завладеть пистолетом, из которого застрелить ФИО34. Исполняя задуманное, ФИО3 08.11.2020, заступив в суточный наряд дневальным по расположению аэродромно-эксплуатационной роты (далее - АЭР) войсковой части 45117 дислоцирующейся на <данные изъяты> <адрес>, приискал орудие убийства, а именно - топор, установленный на пожарном щите, расположенном недалеко от казармы, и спрятал его в одном из помещений АЭР.

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 05 час. 00 мин. по 05 час. 30 мин., оставшись наедине в помещении дежурного по войсковой части 45117 с майором ФИО7, который прибыл на дежурном автомобиле – автобусе марки ПАЗ, под управлением ефрейтора ФИО8, в распоряжение АЭР с целью проверки несения службы суточного наряда.

Оставшись в помещении дежурного наедине с майором ФИО7, ФИО22 нанес ранее приготовленным им топором сидящему за письменным столом ФИО7 один удар по голове, причинив последнему рану в затылочной и теменной областях справа, правой височной области с повреждением на ее уровне костей черепа, твердой мозговой оболочки, мозжечка, полным пересечением стволового отдела головного мозга с нервными стволами, кровеносными сосудами, от которых тот скончался на месте происшествия.

Продолжая реализовывать свой преступный замысел, направленный на совершение убийства двух и более лиц, ФИО22 беспрепятственно завладел, то есть похитил пистолет марки ПМ серии РХ № с боеприпасами к нему - патроны калибра 9 мм, в количестве 16 штук, ранее выданные ФИО7. После этого он вышел из расположения, подошел к автобусу, на котором прибыл ФИО7, под угрозой похищенного пистолета потребовал от ефрейтора ФИО8 следовать вместе с ним в спальное помещение казарменного положения АЭР. Затем ФИО22 разбудил дежурного по подразделению рядового ФИО15, который под угрозой применения пистолета проследовал вместе с ним и ФИО8 в спальное помещение казарменного положения. ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 05 час. 00 мин. по 05 час. 30 мин., прикрываясь ФИО15 и ФИО8, ФИО22 прошел в спальное положение личного состава АЭР, где сразу же после того, как по его требованию ФИО8 включил свет, произвел два выстрела из пистолета в ФИО6, причинив последнему огнестрельные ранение мягких тканей теменной области головы и слепое ранение с повреждением 11-го правого ребра и межреберных мышц на его уровне, правой почки, левой доли печени, передней стенки 12-перстной кишки, от которых тот упал на пол.

После этого ФИО3 произвел два выстрела из пистолета в лежавшего на кровати ФИО32 причинив последнему телесные повреждения в виде двух огнестрельных сквозных ранений мягких тканей правой лопаточной области, то есть вред здоровью средней тяжести. При этом ФИО3 полагал, что лишил ФИО35 жизни, поскольку последний лежал на полу и не двигался, в связи с чем не довел задуманное по независящим от него обстоятельствам.

В это время раненый ФИО37, лежащий на полу, попросил вызвать ему скорую медицинскую помощь, на что ФИО22, осознав, что не довел задуманное до конца, произвел в него из пистолета дополнительный («контрольный») выстрел в голову, причинив тому огнестрельное ранение головы с несовместимыми с жизнью повреждениями головного мозга, от которых ФИО36 скончался на месте происшествия.

Желая избежать расправы со стороны ФИО24, ФИО8 предпринял попытку покинуть казарменного расположения, для чего выбежал из спального расположения в коридор, однако ФИО24 последовал за ним и с целью воспрепятствовать последнему предупредить командование, произвел не менее двух выстрелов, причинив ФИО8 два огнестрельных ранения в области задней поверхности грудной клетки с повреждением легких, селезенки, сердца и других внутренних органов, от которых тот скончался на месте происшествия.

ФИО8 были причинены телесные повреждения в виде раны на задней поверхности грудной клетки справа с наличием дефекта «минус - ткань» с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей грудной клетки, пристеночной плевры левой плевральной полости и 10 ребра, левого легкого, ветви левых легочных вен, сердечной сороки, сердца; - рана на задней поверхности грудной клетки слева с наличием дефекта «минус-ткань» с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей грудной клетки, пристеночной плевра левой плевральной полости, диафрагмы, селезенки. Смерть ФИО38 наступила в результате сквозного проникающего ранения груди с повреждением нижней и верхней долей левого легкого, ветви левых легочных вен, сердца, осложнившегося острой кровопотерей, которая явилась непосредственной причиной наступления смерти.

По заключению стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, выполненной экспертами ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени ФИО9», ФИО24 в период совершения инкриминируемых деяний и в настоящее время страдает <данные изъяты> в связи с чем не осознает в настоящее время и не мог осознавать в период совершения инкриминируемых ему деяний фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. У ФИО4 наблюдались признаки нарастающего эмоционального напряжения в исследуемой ситуации, но признаков аффективного взрыва и спада аффективного возбуждения у него не отмечалось. ФИО4 в момент совершения инкриминируемых действий в состоянии аффекта не находился. ФИО4 нуждается в направлении на принудительное лечение в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа с интенсивным наблюдением.

С учетом изложенного, ФИО24 освобожден от уголовной ответственности за совершение запрещенных уголовным законом деяний, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 2 ст. 105, п. «б» ч. 4 ст. 226, ч. 4. ст. 166 и ч. 4 ст. 166 УК РФ; к нему применена принудительная мера медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа с интенсивным наблюдением (Т.1Л.16-26).

В силу пункта 4 статьи 61 ГПК РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно заключению военно-врачебной комиссии № 3/1 ФГКУ «111 Главный государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз» от 31.08.2021 ФИО3 признан негодным к военной службе, категория годности Д (Т.1.Л.45).

Из медицинской характеристики следует, что ФИО4 находился под медицинским наблюдением в медицинской службе с июля 2020 г. Под диспансерным динамическим наблюдением не состоял. Проходил крайнее углубленное медицинское обследование в медицинском пункте войсковой части №.07.2020. Диагноз: <данные изъяты> (Т.1.Л.48).

Согласно углубленному медицинскому обследованию, проводимого ДД.ММ.ГГГГ в войсковой части №, у ФИО4 выявлен низкий общий уровень агрессивности, выраженное адаптивное поведение. Взаимодействие с другими людьми (социальным окружением) характеризуется согласованием интересов, требований и ожидание его участников. Наиболее характерный стиль поведения в конфликтной ситуации - приспособление. Этот способ поведения в наибольшей степени является ситуационно обусловленным. В то же время он связан с такими личностными характеристиками, как низкая враждебность и подозрительность по отношению к окружающим. Ситуация конфликта рассматривается как фрустрирующая, но не подлежащая осуждению. Вину за создавшуюся ситуацию берет на себя, требования к окружающим предъявляет очень низкие. Поэтому для этого стиля поведения характерна некоторая «жертвенность» личности. Преобладающий тип поведения в конфликте: «жертва». В любом конфликте оказывается пострадавшей стороной, «жертвой». Свойственна практически полная утрата ориентации на свои интересы, чрезмерная податливость любому влиянию, внутренняя конфликтность и фрустрированность, повышенное чувство вины, самоуничижение, покорность обстоятельствам. Хорошая нервно-психическая устойчивость. Нарушения психической деятельности маловероятны. Для испытуемого характерны комфортные установки, склонность следовать стереотипам и общепринятым нормам поведения. В некоторых случаях - при условии сочетания с достаточно высоким интеллектуальным уровнем испытуемого и тенденции скрывать свои реальные нормы и ценности - такие оценки могут отражать фальсификацию результатов. Агрессивные тенденции не выражены. Насилие не рассматривается личностью как средство решения проблем; агрессия как способ выхода из фрустрирующей ситуации для нее не типична.

Согласно рапорту начальника группы психологической работы войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ по результатам проведенной работы рекомендовано военнослужащих, в том числе и ФИО3, включить в группу повышенного психолого-педагогического внимания, со стороны командиров подразделений в процессе повседневной деятельности.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции на основании выше изложенного пришел к правомерному выводу, что доводы представителя истца о том, что тестирование является недействительным, поскольку ФИО3 склонен к фальсификации, являются несостоятельными и не подтверждаются материалами дела.

Права, свободы, обязанности и ответственность военнослужащих, а также основы государственной политики в области правовой и социальной защиты военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей определены Федеральным законом от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (преамбула Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», далее также - Федеральный закон «О статусе военнослужащих»).

Охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти. Забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров. На них возлагается обеспечение требований безопасности при проведении учений, иных мероприятий боевой подготовки, во время эксплуатации вооружения и военной техники, при производстве работ, исполнении других обязанностей военной службы (пункт 1 статьи 16 Федерального закона «О статусе военнослужащих»).

Командиры являются единоначальниками и отвечают в мирное и военное время за постоянную боевую и мобилизационную готовность, успешное выполнение боевых задач, боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, морально-психологическое состояние подчиненного личного состава и безопасность военной службы, состояние и сохранность вооружения, военной техники и военного имущества, материальное, техническое, финансовое, бытовое обеспечение и медицинское обслуживание (пункт 2 статьи 27 Федерального закона «О статусе военнослужащих»).

Общие права и обязанности военнослужащих Вооруженных Сил и взаимоотношения между ними, обязанности основных должностных лиц полка и его подразделений, а также правила внутреннего порядка по состоянию на дату происшествия были определены Уставом внутренней службы Вооруженных Сил РФ, утвержденным Указом Президента РФ от 10.11.2007 № 1495.

Согласно статье 75 Устава командир является единоначальником, в мирное и военное время отвечает: за постоянную боевую и мобилизационную готовность вверенной ему воинской части (подразделения); за успешное выполнение боевых задач; за боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, морально-психологическое состояние подчиненного личного состава и безопасность военной службы; за внутренний порядок, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества; за материальное, техническое, финансовое, бытовое обеспечение и медицинское обслуживание.

Командир обязан последовательно проводить в жизнь политику государства в области обороны и безопасности, постоянно совершенствовать личную профессиональную подготовку и методы управления воинской частью (подразделением), строго соблюдать порядок прохождения военной службы подчиненными военнослужащими, руководить научной, изобретательской и рационализаторской работой.

Командир (начальник) в целях обеспечения безопасности военной службы обязан в своей служебной деятельности отдавать приоритет сохранению жизни и здоровья подчиненных военнослужащих; руководствуясь положениями главы 7 настоящего Устава, принимать все возможные меры по обеспечению защищенности военнослужащих от воздействия на них опасных факторов военной службы при исполнении ими своих обязанностей, предупреждению их гибели (смерти) и увечий (ранений, травм, контузий), а также осуществлять мероприятия по предотвращению причинения вреда жизни, здоровью, имуществу местного населения и окружающей среде в ходе повседневной деятельности воинской части (подразделения) (статья 81 Устава).

На основании изложенного выше суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что на командовании войсковой части лежала обязанность по принятию мер по обеспечению защищенности военнослужащих от воздействия на них опасных факторов военной службы при исполнении ими своих обязанностей.

Достоверных и убедительных доказательств надлежащего исполнения должностными лицами войсковой части 45117 возложенных на них Федеральным законом «О статусе военнослужащих» и Уставом внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации обязанностей, отсутствия вины командования части в произошедшем, суду, как видно, не представлено.

Доводы стороны Министерства обороны РФ об отсутствии вины должностных лиц ответчика в связи с тем, что непосредственным причинителем вреда они не являются и доказательства их вины в материалах дела отсутствуют, поскольку они были причинены в результате противоправных действий военнослужащего ФИО3, который, как лицо, не лишенное гражданской дееспособности, должен нести ответственность перед истцом, судом первой инстанции обоснованно не были приняты во внимание, поскольку, учитывая фактическое и правовое обоснование заявленных истцом исковых требований, а также то, что взыскание с ФИО3 компенсации морального вреда не исключает гражданско-правовой ответственности государственных органов и их должностных лиц по возмещению причиненного вреда по нормам главы 59 ГК РФ в случае установления вины государственных органов и их должностных лиц в причинении данного вреда.

По делу установлено, что ФИО8 получил телесные повреждения, от которых скончался на месте при исполнении им обязанностей военной службы; установлено, что смерть военнослужащего ФИО8 наступила при применении огнестрельного оружия в период прохождения им и ФИО3 военной службы, при этом в соответствии с пунктом 1 статьи 16 Федерального закона «О статусе военнослужащих» на командиров, в данном случае, должностных лиц войсковой части 45117, возлагается обязанность по обеспечению требований безопасности, в том числе безопасного ношения и хранения оружия, исполнению других обязанностей военной службы.

Таким образом, именно на ответчике Министерстве обороны РФ, в силу пункта 2 статьи 1064 ГК РФ лежит обязанность доказать отсутствие вины их должностных лиц в необеспечении безопасных условий прохождения военной службы, повлекших смерть военнослужащего ФИО8 при исполнении им обязанностей военной службы, и надлежащее исполнение ими требований закона по обеспечению охраны здоровья военнослужащих и безопасности военной службы.

Ссылка представителя воинской части на положения ГК РФ на то, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц, и ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником, судом первой инстанции правильно признана несостоятельной, поскольку из системного толкования норм, содержащихся в статьях 151, 1079, 1099, 1100 и 1101 ГК РФ и разъяснений пункта 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или гражданина» усматривается, что огнестрельное оружие не является источником повышенной опасности в гражданско-правовом аспекте. В гражданско-правовых отношениях под осуществлением деятельности граждан и юридических лиц, связанной с повышенной опасностью, понимается работа производства, предприятия, управление транспортными средствами и тому подобная деятельность, связанная с высокой вероятностью причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека. В настоящем случае, произведенные ФИО3 выстрелы из огнестрельного оружия - пистолета не является следствием проявления свойств источника повышенной опасности.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, что при изложенных обстоятельствах надлежащим ответчиком по заявленным истцом требования о компенсации морального вреда является Министерство обороны РФ.

В соответствии с пунктом 5 раздела 1 Указа Президента РФ от 16.08.2004 № 1082 «Вопросы Министерства обороны Российской Федерации» минобороны России осуществляет свою деятельность непосредственно и через органы управления военных округов (Северного флота), иные органы военного управления, территориальные органы (военные комиссариаты), подведомственные Минобороны России организации. Министерство обороны РФ организует совместно с иными федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления работу по подготовке граждан Российской Федерации к военной службе, их призыву и приему на военную службу, поступлению граждан Российской Федерации в мобилизационный людской резерв Вооруженных Сил, профессиональной переподготовке граждан Российской Федерации, пребывающих в запасе (п.33 раздела 2).

Согласно пункту 1 статьи 5.1 Федерального закона от 28.03.1998 № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», граждане при постановке на воинский учет, призыве на военную службу проходят медицинское освидетельствование врачами-специалистами (терапевтом, хирургом, невропатологом, психиатром, окулистом, оториноларингологом, стоматологом) и в случае необходимости - врачами других специальностей.

Граждане при постановке на воинский учет, призыве на военную службу проходят профессиональный психологический отбор (п.1 ст. 52 ФЗ № 53).

Призыв на военную службу указанных граждан организуют военные комиссариаты через свои структурные подразделения и осуществляют призывные комиссии, создаваемые в муниципальных районах, муниципальных и городских округах и на внутригородских территориях городов федерального значения решением высшего должностного лица субъекта Российской Федерации (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации) по представлению военного комиссара (ст. 26 Закона).

Из материалов дела, что в рамках подготовки и призыва граждан на военную службу весной 2020 года на основании запросов военного комиссара Центрального и Коминтерновского районов г. Воронеж от 03.02.2020 главными врачами БУЗ ВО ВГП № 3, № 4, № 6, ВО ВОКПНД, БУЗ ВО ВСП № 3, БУЗ ВО ВГКП № 1 выделены врачи-специалисты, которые принимали участие в проведении медицинского освидетельствования призывников. Врачи-специалисты были направлены на призывной пункт военного комиссариата Центрального и Коминтерновского районов г. Воронеж Воронежской области для медицинского освидетельствования граждан, подлежащих призыву приказом руководителя Департамента здравоохранения Воронежской области от 02.04.2020 № 565 и утверждены председателем призывной комиссии 01.04.2020 (Т.1.Л.156-160,161-166).

Таким образом, медицинская комиссия была укомплектована в соответствии с пунктом 1 статьи 5.1 Федерального закона № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» полностью.

Согласно копии личного дела призывника ФИО3, последний, на учете у <данные изъяты> никогда не состоял, жалоб на психическое состояние не имел, по заключению врачей-психиатров признан здоровым (Т.1.Л.49-84).

Как установлено судом первой инстанции, в личном деле призывника имеется карта профессионального психологического отбора с результатами социально-психологического изучения, психологического и психофизиологического обслуживания.

Кроме того, из личного дела призывника установлено, что медицинское освидетельствование призывника ФИО3 в рамках исполнения Федерального закона № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» проводилось неоднократно, полностью укомплектованными врачами-специалистами.

При первоначальной постановке граждан на воинский учет 26.01.2017, медицинское освидетельствование ФИО3 впервые проводилось медицинской комиссией по первоначальной постановке граждан на воинский учет.

По результатам медицинского освидетельствования ФИО3 был признан годным к военной службе с незначительными ограничениями, категория годности «Б-3», по заболеванию миопия низкой степени обоих глаз.

В последующем на мероприятиях по призыву на военную службу 03.05.2018 ФИО3 также был освидетельствован медицинской комиссией.

По результатам медицинского освидетельствования ФИО3 был признан годным к военной службе с незначительными ограничениями, категория годности <данные изъяты> по заболеванию. Решением призывной комиссии ему предоставлена отсрочка по пп. «а» п. 2 статьи 24 Федерального закона № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» до ДД.ММ.ГГГГ.

В последующем, в весеннем призыве 09.07.2018 проводилось повторное медицинское освидетельствование, где ФИО4 также был признан годным к военной службе с незначительными ограничениями, категория годности «Б-2», по заболеванию. Решением призывной комиссии ему предоставлена отсрочка по пп. «г» п. 2 по статьи 24 Федерального закона № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» до 01.10.2018.

В осеннем призыве 2018 года ФИО3 проходил очередное медицинское освидетельствование, организованное призывной комиссией 20.12.2018.

По результатам данного медицинского освидетельствования он был признан годным к военной службе, категория годности «А-2» по заболеванию близорукость.

В весеннем призыве 2020 года на призывном пункте военного комиссариата Центрального и Коминтерновского районов г. Воронеж Воронежской области проводилось медицинское освидетельствование ФИО3, организованное призывной комиссией Центрального и Коминтерновского районов г. Воронежа в соответствии с требованием постановления Правительства РФ № 565 от 2013 года, совместного приказа Министра обороны РФ и Министра здравоохранения РФ № 240/168 от 2001 года.

До начала медицинского освидетельствования граждан, согласно совместному приказу Министра обороны РФ и Министра здравоохранения РФ № 240/168 от 2001 года, военный комиссариат Центрального и Коминтерновского районов г. Воронеж Воронежской области истребовал списки граждан, состоящих на диспансерном учете:

в КУЗ ВО ВОКНД (наркологическом диспансере), в КУЗ ВО ВОКПНД (психоневрологическом диспансере), в КУЗ ВО ВОКОД (онкологическом диспансере) и в территориальных поликлиниках по месту жительства призывника (Т.1.Л.167-220).

В списках диспансерного учета из выше перечисленных учреждений призывник ФИО3 с какими-либо заболеваниями не состоял.

Как установлено, медицинское освидетельствование призывника ФИО4 проводилось полным составом медицинской комиссии. По результатам данного медицинского освидетельствования ФИО4 был признан годным к военной службе, категория годности «А-2»

Решением призывной комиссии Центрального и Коминтерновского районов г. Воронежа от 13.05.2020 (протокол № 1) ФИО3 был призван на военную службу.

Согласно сведениям третьего лица ФКУ «Военный комиссариат Воронежской области» в день отправки призывника ФИО3 на сборный пункт Воронежской области к месту прохождения военной службы 11.07.2020 был проведен опрос на предмет жалоб на состояние здоровья, термометрия и тестирование мочи на наличие наркотических веществ. Жалоб на здоровье призывник ФИО10 не заявлял, температура в норме, тест на наркотические вещества от 01.07.2020 - отрицательный.

По прибытию в войсковую часть 45117, 14.07.2022 проведено углубленное медицинское обследование рядового по призыву ФИО3, по результатам данного обследования он был здоров. До 09.11.2020 за медицинской помощью не обращался.

17.07.2020, 11.09.2020 и 28.09.2020 проводилось психологическое тестирование рядового по призыву ФИО3. По результатам тестирования каких-либо психических отклонений не выявлено.

В ходе предварительного следствия по уголовному делу в отношении ФИО3 была проведена комплексная психолого-психиатрическая судебная экспертиза, по результатам которой дано заключение, что в период совершения инкриминируемых деяний и в настоящее время ФИО3 страдает <данные изъяты>, в связи с чем не осознает в настоящее время и не мог осознавать в период совершения инкриминируемых ему деяний фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

Согласно заключению судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от 31.08.2021 № 692/16-в «Начало формирования у ФИО3 <данные изъяты> следует считать с подросткового возраста, с последующим прогрессирующим течением, в том числе в период прохождения военной службы в Вооруженных Силах Российской Федерации (ответ на вопросы №1 9, № 20)» (Т.1.Л. 27-44).

Таким образом, диагноз <данные изъяты> не был установлен ФИО3 ни в подростковом возрасте, ни в период проведения призывных мероприятий, впервые этот диагноз был установлен ему только во время проведения комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы в ФГБУ «Национальном медицинском исследовательском центре психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Минздрава РФ.

Из материалов дела также следует, что решением Центрального районного суда г. Воронежа от 14.12.2022 с Российской Федерации в лице Министерства обороны РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО17 взыскана компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей (Т.1.Л.224-232).

В ходе рассмотрения дела в Центральном районном суде г. Воронежа были допрошены в качестве свидетелей начальник центра военно-врачебной экспертизы ФИО18, врач-психиатр ФИО19 и в качестве специалиста врач-психиатр Воронежского областного психоневрологического диспансера ФИО20, которые пояснили, что особенность названного заболевания заключается в его малой выраженности, эпизодически симптомы могут полностью отсутствовать и проявлять себя только в стрессовых ситуациях. Как правило, такое заболевание проявляется во взрослом возрасте и зачастую носит наследственный характер. Заболевание может проявляться внешне незначительно и списываться на индивидуальные черты характера человека. В этой связи диагностировать у ФИО3 вышеуказанное психическое расстройство в условиях медицинского освидетельствования в военном комиссариате было невозможно. При медобследовании ФИО3 никаких жалоб на состояние здоровья, психическое состояние не предъявлял, на вопросы отвечал адекватно, в связи с чем выявить его при проведении медицинской комиссии не возможно. Интенсивные нагрузки венной службы могли повлечь обострение заболевания.

Такой же вывод содержится в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 14.01.2022, вынесенного следователем по ОВД СО по Коминтерновскому району г. Воронеж СУ СК России по Воронежской области по факту халатности в отношении должностных лиц медицинской комиссии военного комиссариата Центрального и Коминтерновского районов г. Воронеж Воронежской области.

При изложенных выше обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно указал, что не установлено доказательств вины призывной комиссии Центрального и Коминтерновского районов г. Воронежа в том, что на момент проведения призывной комиссии не был выявлен факт заболевания ФИО3 <данные изъяты>, который в период прохождения военной службы совершил убийство ФИО8 - супруга истца.

Относительно доводов стороны ответчика Министерства обороны РФ, что государство в лице Министерства обороны РФ выполнило обязательство о выплате единовременного пособия и страховой суммы по случаю гибели военнослужащего ФИО8, в связи с чем отсутствуют основания для компенсации морального вреда, что подтверждается сообщением командира войсковой части 45117 о направлении в АО «Согаз» необходимых документов для осуществления выплаты страховой суммы и единовременного пособия в связи с гибелью военнослужащего ФИО8 его супруге ФИО11, то судом первой инстанции правильно указано, что они не основаны на законе, поскольку в соответствии с Федеральным законом от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» объектами обязательного государственного страхования, осуществляемого в соответствии с настоящим Федеральным законом, являются жизнь и здоровье военнослужащих.

Таким образом, государство взяло на себя обязательство по страхованию жизни и здоровью военнослужащего и в случае наступления страхового случая обязано произвести страховую выплату в соответствующем размере выгодоприобретателю.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, как видно, правильно принял по внимание разъяснения Верховного Суда РФ, изложенные в постановления Пленума от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», где в пункте 25 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 разъяснено, что определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Видно, что учтя разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, изложенные в постановлении от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», приняв во внимание характер физических и нравственных страданий, причиненных истцу совершенным в отношении ее супруга преступлением, обстоятельства совершенного в отношении ФИО8 преступления и его смерть от противоправных действий виновного, конкретные обстоятельства дела, нахождения истца с ФИО8 в брачных отношениях и наличие у них общего несовершеннолетнего ребенка, с учетом требования разумности, соразмерности и справедливости суд пришел к выводу о необходимости взыскания с ответчика Министерства обороны РФ в пользу истца компенсации морального вреда в размере 500 000 руб.

В отсутствие возражений со стороны истца в части размера компенсации морального вреда, судебная коллегия с взысканным судом размером компенсации морального вреда соглашается, полагает, что определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда в пользу истца в размере 500000 рублей будет соответствовать изложенным критериям определения размера компенсации морального вреда, требованиям разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, и обеспечит баланс интересов сторон.

Сведений о противоправном поведении потерпевшего ФИО8 в отношении ФИО4, послуживших причиной произошедшего с учетом представленных в материалы дела доказательств, как видно, не установлено.

Видно, что обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и были предметом исследования и оценки суда, что отражено в судебном решении с изложением соответствующих мотивов. Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и материалам дела, мотивированы, последовательны, логичны и основаны на доказательствах, получивших судебную оценку.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выводов суда не опровергают, не содержат фактов, которые бы влияли бы на законность принятого судом решения.

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Железнодорожного районного суда г. Воронежа от 14 апреля 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Министерства обороны Российской Федерации по доверенности ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 25.08.2023