Дело № 2а-2824/2022

УИД 11RS0005-01-2022-004026-90

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Изъюрова С.М., при секретаре Сычевой О.В., с участием представителя административных ответчиков ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Ухте Республики Коми 28 октября 2022 года дело по административному исковому заявлению ФИО2 к Федеральному казённому учреждению исправительная колония № 24 Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Республике Коми (далее – ФКУ ИК-24), Федеральной службе исполнения наказаний России (далее – ФСИН России) о взыскании денежной компенсации за ненадлежащие условия содержания,

установил:

ФИО2 обратился в суд с административным исковым заявлением к ФКУ ИК-24, в котором просит взыскать денежную компенсацию в размере 200 000 руб. за нарушение условий содержания в период отбывания наказания в одиночных камерах блока ШИЗО и камерах карантина, мотивируя тем, что по прибытии в ФКУ ИК-24 <...> г. был помещен в карантинное отделение, а именно в камеру тюремного типа № ...., площадь которой не соответствовала нормам, так же после прибытия в указанное исправительное учреждение <...> г. помещался в одиночную камеру на условиях карантина, где коммунальные и материально-бытовые условия не соответствовали стандартам и отклонялись от действующих норм. В камере № .... было установлено 2 двухярусные кровати, санитарный узел был совмещен с умывальником, вместо унитаза установлена чаша Генуя, окно открывалось с помощью штапика и веревки, поскольку механизм открывания окон отсутствовал, отсутствовала вентиляция с механическим побуждением, стол для приема пищи, тумбочка для хранения вещей, холодная вода не пригодна к употреблению, поскольку она желтого цвета с запахом болота; отсутствует горячее водоснабжение. В одиночных камерах, куда истец неоднократно водворялся на условиях карантина были установлены камеры видеонаблюдения. Распорядок дня был аналогичен распорядку при содержании в ШИЗО, освещение не соответствовало нормам, не предоставлялся просмотр телепередач, отсутствовала комната отдыха и психологической разгрузки. Ограничивали в свободе передвижения.

Так же установлено, что в Ухтинском городском суде рассматривается дело по административному исковому заявлению ФИО2 к ФКУ ИК-24 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в одиночной камере № .... в период с <...> г. в размере 600 000 руб., ввиду того, что коммунальные и материально материально-бытовые условия в указанном помещении не соответствовали стандартам и отклонялись от действующих норм. Камера № .... (в настоящее время № ....) имеет общую площадь 3,5 кв.м., в которой расположены санитарный узел, раковина, полка для средств личной гигиены, спальное место, стол, тумба, вешалка, радиоточка, лампа освещения и камера видеонаблюдения. Так же в камере отсутствовал бак с питьевой водой, табуретка, зеркало, уборочный инвентарь, дезинфицирующие средства, изолированная кабина с унитазом. Вместо унитаза установлена чаша Генуя без сливного бочка. Питьевая вода не предоставлялась, из крана течет вода ненадлежащего качества, отсутствует приточно-вытяжная вентиляция, плохое освещение, отсутствует механизм открывания окна, а так же горячее водоснабжение.

Определением суда от 05.09.2022 дело № 2а-2985/2022 по административному исковому заявлению ФИО2 к ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России о взыскании денежной компенсации о взыскании компенсации в размере 200 000 руб. за ненадлежащие условия содержания в период содержания в одиночных камерах и камерах карантина и дело по административному исковому заявлению ФИО2 к ФКУ ИК-24 о взыскании компенсации в размере 600 000 руб. в связи с ненадлежащими условиями содержания в одиночных камерах, для совместного рассмотрения и разрешения с присвоением номера делу .....

Определением суда от 18.07.2022 к участию в деле в качестве административного соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний России.

Определением суда от 05.09.2022 к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Коми.

Административный истец, извещен судом надлежащим образом, в судебное заседание не прибыл, поскольку отбывает наказание в местах лишения свободы. Ранее, участвуя в судебном заседании 27.09.2022 посредством ВКС, административный истец поддержал свои требования.

Представитель административных ответчиков и заинтересованного лица ФИО1 с требованиями административного истца не согласилась, пояснив, что материально-бытовые условия соответствуют нормам, поддержала доводы письменного отзыва.

По правилам ч. 2 ст. 150, ч. 6 ст. 226 КАС РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие административного истца.

Выслушав пояснения представителя административных ответчиков и заинтересованного лица, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно положениям ст. 17 и ст. 21 Конституции РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ. Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 ст. 55 Конституции РФ определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В силу ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 (ратифицированной Россией в соответствии с федеральным законом от 30.03.1998 № 54-ФЗ), никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Из пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ» следует, что в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии с положениями ст. 12.1 УИК РФ, лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном КАС РФ, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (ч. 1).

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (ч. 2).

Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении не препятствует возмещению вреда в соответствии со ст. 1069 и ст. 1070 Гражданского кодекса РФ. Присуждение компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания в исправительном учреждении (ч. 3).

Из указанной нормы следует, что денежная компенсация, взыскиваемая в порядке КАС РФ в случае нарушений условий содержания осужденного в исправительном учреждении, является своего рода, компенсацией за понесенные нравственные и физические страдания, так как в случае удовлетворения требований о взыскании указанной компенсации, в последующем осужденный теряет право на обращение в суд с требованием о взыскании компенсации морального вреда. Из указанных положений так же следует, что нарушением условий содержания в исправительном учреждении осужденному причиняются нравственные и/или физические страдания.

Соответственно юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения осужденному физических и нравственных страданий.

Механизм содержания под стражей или отбывания наказания урегулирован законодательно, реализуется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, и лиц, ответственных за их содержание.

С учетом изложенного и в силу общего признания допустимости государственного ограничения прав и свобод человека и гражданина при реализации в отношении него принудительных мероприятий по его исправлению и защите от него общества в силу совершения им общественно опасных деяний, содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью не только содержания в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом ограничение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения, при соблюдении установленного законом объема предоставления ограниченных прав.

В соответствии с положениями ст. 227.1 КАС РФ, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (ч. 1).

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (ч. 3).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5).

В соответствии с ч. 1 ст. 218, ч. 2 ст. 227 КАС РФ необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 КАС РФ, является наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемых решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении прав административного истца. При этом на административного истца процессуальным законом возложена обязанность доказать обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его прав, а также соблюдении срока обращения в суд за защитой нарушенного права. Административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону (ч. 9 и ч. 11 ст. 226, ст. 62 КАС РФ).

Материалами дела подтверждается, что ФИО2 с 27.02.2018 по настоящее время (за исключением выезда в Лечебно-профилактические исправительные учреждения), отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-24 УФСИН России по РК в строгих условиях отбывания наказания. Так, по прибытии из ФКУ ИК-1 п. Тлюстенхабль УФСИН России по Республике Адыгея <...> г. был распределен в камеру № .... блока ШИЗО и ОК на срок 07 суток. Так же после прибытии в ФКУ-24 <...> г. ФКЛПУ Б-18 помещался в одиночную камеру на условиях отбывания наказания в карантинном отделении, что не оспаривается сторонами. Из пояснений представителя административных ответчиков следует, что административный истец помещался в одиночную камеру на условиях карантина ввиду отсутствия мест в камерах карантина. Так же административный истец водворялся в одиночную камеру № .... в период с <...> г., что не оспаривается сторонами.

Административным истцом указано на нарушение нормы площади при содержании в карантине и одиночных камерах.

Согласно ч. 1 ст. 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Из технического паспорта, предоставленного представителем административных ответчиков следует, что одиночные камеры имеют площадь более 5 кв.м., камеры карантина имеют площадь более 10 кв.м., что свидетельствует о соблюдении нормы жилой площади.

Размещение мебели в камере соответствует положениям Приказа Федеральной службы исполнения наказаний РФ от 27.07.2006 №512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» и не свидетельствует о нарушении нормы площади, приходящейся на каждого осужденного, размер которой регламентирован федеральным законодателем, для которого в силу ст. 3 УИК РФ рекомендации международных организаций по вопросам исполнения наказаний и обращения с осужденными могут быть реализованы в уголовно-исполнительном законодательстве РФ при наличии необходимых экономических и социальных возможностей.

Согласно разделу II Приложения №2 Приказа ФСИН России от 27.07.2006 № 512 одиночная камера колонии особого режима оборудуется откидной металлической кроватью (1 шт. на 1 человека), столом для приема пищи (1 шт.), тумбой для сидения (1 шт. на 1 человека), умывальником (1 на камеру).

Данным нормативным актом не предусмотрено оборудование одиночных камер исправительных колоний особого режима зеркалом, баками для питьевой воды. В силу изложенного, доводы административного истца в части отсутствия тумбочки для хранения личных вещей, зеркала, бочка с водой, уборочного инвентаря подлежат отклонению.

В силу статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденный имеет право на обеспечение необходимых материально-бытовых и санитарно- гигиенических условий.

Согласно приказу ФСИН России № 512 от 27.07.2006 "Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" камеры штрафного (дисциплинарного) изолятора, помещений камерного типа, следственного изолятора и тюрьмы оборудуются санитарным узлом (унитаз, отделенный от остального помещения экраном высотой 1 м, и умывальник), окно - форточкой.

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 20.10.2017 № 1454/пр утвержден Свод правил «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования» (далее – Свод правил).

В соответствии с приложением А Свода правил в одиночных камерах следует предусматривать изолированную кабину с унитазом.

Вопреки указанному, камеры оборудованы неизолированным санитарным узлом с чашей Генуя.

Между тем, данное нарушение не может являться основанием для взыскания денежной компенсации, поскольку оно не свидетельствует о жестоком обращении со стороны исправительного учреждения.

В силу статьи 83 УИК РФ администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

Видеонаблюдение является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность подозреваемых, обвиняемых, осужденных и персонала соответствующего учреждения, режим содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей.

Исходя из характеристики, административный истец состоит на профилактическом учете как лицо, склонное к совершению суицида и членовредительству, а так же склонный к совершению побега.

Запрет на осуществление видеонаблюдения женщиной действующим законодательством не установлен, поэтому не может являться нарушением прав истца в этой части, равно как и круглосуточное освещение в камерах.

Рассматривая требования истца в части отсутствия принудительной вентиляции в отрядах, суд исходит из следующего.

Пунктом 19.3.6 Свода правил установлено, что во всех спальных комнатах и спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах зданий медицинского назначения следует предусматривать: приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием; вытяжную вентиляцию с механическим или естественным побуждением.

Естественная вентиляция жилых помещений должна осуществляться путем проветривания камеры через окна, что соответствует положениям пункта 4.7 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях», которым закреплено положение о естественной вентиляции жилых помещений путем притока воздуха через форточки, фрамуги, либо через специальные отверстия в оконных створках и вентиляционные каналы.

Материалы дела не содержат данных о том, что корпуса колонии по проекту предполагали вентиляцию с механическим побуждением (искусственная) и она не была построена либо пришла в негодность.

Согласно сведениям, представленным административным ответчиком, вентиляция в помещениях отрядов естественная. Воздухообмен в указанных помещениях осуществляется посредством форточек, оборудованных в оконных проемах, что не противоречит действующим нормативным правилам.

Из акта проверки от <...> г. №...., от <...> г. ...., от <...> г., от <...> г. №.... Филиала «ЦГСЭН ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России» следует, что санитарное состоянии камер удовлетворительное. Возможность проветривания камер имеется за счет форточек и вентиляционных отверстий (решеток), расположенных над входом в камеры. Форточки открываются свободно. Доступ к свежему воздуху имеется. Доказательств обратному, суду не представлено.

По мнению суда, отсутствие принудительной вентиляции при наличии естественной вентиляции само по себе не может свидетельствовать о нарушении прав административного истца, поскольку доказательств ненадлежащего микроклимата в помещении либо ненадлежащей работы естественной вентиляции в материалах дела не имеется.

По делу сторонами не оспаривается отсутствие горячего водоснабжения в помещениях исправительного учреждения.

Из положений пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода правил следует, что здания исправительных учреждений должны быть оборудованы, в том числе горячим водоснабжением; подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Пункт 8.1.1 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача РФ от 10.06.2010 № 64, предусматривает в жилых зданиях хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение.

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены также Инструкцией по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста РФ, утвержденной Приказом Минюста РФ от 02.06.2003 № 130-ДСП, которая впоследствии была признана утратившей силу приказом Минюста России от 22.10.2018 № 217-дсп. Согласно п. 1.1 данной Инструкции ее положения должны были соблюдаться при разработке проектов на строительство, реконструкцию, расширение и техническое перевооружение зданий, помещений и сооружений исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы, за исключением тюрем.

Обеспечение горячим водоснабжением являлось и является обязательным.

Иное применение закона ставит в неравное положение осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, построенных до принятия Свода правил, по сравнению с теми, кто отбывает наказание в исправительных учреждениях, введенных в эксплуатацию после 2003 года.

Вступившим в законную силу решением Ухтинского городского суда Республики Коми по делу № .... от <...> г. на ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми с учетом апелляционного определения Верховного Суда Республики Коми от <...> г. возложена обязанность обеспечить горячим водоснабжением помещения всех общежитий для проживания осужденных, карантинов, ПКТ ОСУОН, всех камер ШИЗО, ОК исправительного учреждения, где установлены санитарные приборы (умывальники, раковины, мойки, ванны, душевые, сетки) горячим водоснабжением. Определением суда от <...> г. на исполнение решения суда предоставлена отсрочка до <...> г.. Решение суда исполнено <...> г..

Доказательств того, что подводку горячей воды невозможно было осуществить в спорный период времени по обстоятельствам, не зависящим от исправительной колонии, не представлено.

Таким образом, довод административного истца о нарушении его прав со ссылкой на отсутствие горячего водоснабжения в спорный период его нахождения в исправительном учреждении, нашел свое подтверждение.

В то же время суд принимает во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенное нарушение и улучшающие положение лишенных свобод лиц.

Как следует из письменного отзыва представителя административного ответчика, отсутствие горячего водоснабжения компенсируется наличием горячего водоснабжения в банно-прачечном комплексе учреждения, и регулярной помывкой осужденных в БПК учреждения. Ограничения по помывке в бане отсутствуют, доказательств обратного административным истцом не представлено.

Административный истец ссылается на то, что холодная вода из центральных систем водоснабжения была не надлежащего качества.

Как следует из материалов дела, поставку холодного водоснабжения в соответствии с заключаемыми государственными контрактами в исправительное учреждение осуществляет МУП «Ухтаводоканал» МО ГО «Ухта».

Согласно материалам административного дела ФКУ ИК-24 УФСИН России по РК ежегодно заключает государственные контракты по обеспечению холодным водоснабжением и водоотведением с МУП «Ухтаводоканал», по которым поставщик обязан не допускать ухудшения качества питьевой воды ниже показателей, установленных законодательством РФ в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия пользователей.

Из представленных ФКУ ИК-24 сведений следует, что питьевая вода в помещениях исправительного учреждения ежеквартально проходит исследование бактериологической лаборатории ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России и производственный контроль в МУП «Ухтаводоканал». Нарушений качества воды в спорный период времени со стороны надзорных органов не выявлялись.

В компенсационном порядке осужденным, находящимся в камерах карантинного отделения, выдается питьевая вода в необходимом количестве. Фактов не предоставления питьевой воды не установлено, в материалы дела доказательств обратного не представлено.

Доказательств того, что у ФИО2 вследствие приема воды из центральных систем водоснабжения появились какие либо заболевания, материалы настоящего дела не содержат.

Более того, отсутствие, каких либо предметов мебели не свидетельствует о ненадлежащих условиях содержания осужденного, за что предусмотрена денежная компенсация.

Свод правил также предусматривает размещение в камерах раковины (умывальника) и изолированной кабины с унитазом (приложение А: перечень оборудования отдельных объектов и помещений зданий ИУ, ЛИУ, ЛПУ).

Из фотоматериалов карантина следует, что в санитарных узлах установлен унитаз и умывальник, которые размещены в одном помещении, при этом перегородка между ними отсутствует, но установленная дверь в уборное помещение с умывальником свидетельствует о соблюдении необходимой приватности при наличии других осужденных в камере. Вся сантехника находится в технически исправном состоянии.

Довод истца об установлении чаши Генуя в камере карантинного отделения вместо унитаза в нарушение положений Свода правил, не нашел своего подтверждения.

Наличие запаха канализации и нечистот в помещениях исправительного учреждения не установлено.

Проверяя довод истца в части недостаточного освещения в одиночной камере № 3 и карантинном отделении, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 11 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными, в помещениях, где живут и работают заключенные, окна должны быть достаточно велики для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете.

В соответствии с нормами освещения и стандарта СП 52.13330.2011, СНИП 23-05-95, норма освещения в жилом помещении составляет 150 Лк. Из акта проверки МСЧ-11 ФСИН от <...> г. следует, что по результатам проведения замеров в камерах, параметры искусственного освещения не соответствуют нормируемым значениям, и составляет 57 Лк. Между тем, действующее законодательство в части обеспечения осужденным надлежащего освещения исходит из того, чтобы обеспечивать поступление естественного (дневного) света и искусственного освещения, которое было бы достаточным для того, чтобы заключенные могли читать и работать.

Таким образом, довод административного истца о недостаточности освещения нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела судом.

Пунктом 17.5 Свода правил предусмотрено, что для защиты от атмосферных осадков в прогулочных дворах со стороны наружной стены следует предусматривать козырек (навес) с выносом его на 1,5 м внутрь двора с учетом обеспечения полного обзора прогулочного двора. Над помостом для младшего инспектора устраивается навес. В каждом прогулочном дворе под козырьком (навесом) стационарно устанавливается (надежно крепится к полу или стене) скамейка для сидения, с числом посадочных мест, равным числу осужденных, выводящихся на прогулку в данный прогулочный двор, из расчета 0,4 пог. м на одного человека.

В соответствие с пунктами 165, 166 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции России от 16.12.2016 № 295, уборка в камерах в камерах ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ возлагается поочередно на каждого осужденного согласно графику, утвержденному заместителем начальника ИУ, курирующим вопросы безопасности и оперативной работы, и доведенному до осужденного под роспись. Осужденный, ответственный за уборку, получает и сдает инвентарь для уборки камеры, следит за чистотой в камере; производит уборку камерного санузла, а по окончании прогулки - прогулочного двора.

Из указанных норм следует, что чистота в камерах ОСУОН, ШИЗО и ОК обеспечивается силами осужденных, находящихся в указанных камерах. Таким образом, административный истец мог и должен был самостоятельно производить уборку в камере, в том числе санитарных узлов, в период своего нахождения в них.

Для уборки помещений выделяется специальный инвентарь (тряпки, щетки, веники), который маркируется и хранится в определенном месте. Обязанности размещения такого инвентаря в камерах ШИЗО Сводом правил и Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений не предусмотрено.

Из материалов дела не следует, что администрация учреждения чинит препятствия в уборке помещений, либо что административный истец обращался к администрации учреждения с просьбой выдать ему инвентарь или моющие средства для уборки, и ему было отказано.

Суд полагает обоснованным довод административного истца о незаконности его помещения в одиночную камеру на условиях карантинного отделения.

В соответствии с положениями ст. 79 УИК РФ, прием осужденных к лишению свободы в исправительные учреждения осуществляется администрацией указанных учреждений в порядке, установленном Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений.

Осужденные, прибывшие в исправительные учреждения, помещаются в карантинное отделение на срок до 15 суток. В период пребывания в карантинном отделение осужденные находятся в обычных условиях отбывания наказания.

В одиночную камеру ФИО2 мог быть водворен в соответствии с положениями ст. 115 УИК РФ как применение меры взыскания за нарушение установленного порядка отбывания наказания.

Как установлено судом, и не оспаривается представителем административных ответчиков, что ФИО2 при прибытии в ФКУ ИК-24 <...> г. из ФКЛПУ Б-18, в нарушении ст. 79 УИК РФ был размещен в одиночную камеру, а не в карантинное отделение, что свидетельствует о ненадлежащих условиях содержания в ФКУ ИК-24 и дает право ФИО2 на получение денежной компенсации.

При этом суд считает необходимым отметить, что находясь в ОК, ФИО2 не был лишен возможности прогулки, помывки в БПК, написания корреспонденции, чтения литературы и т.п.

Разрешая вопрос о размере компенсации, суд в соответствии с положениями ст. 227.1 КАС РФ, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», принимает во внимание объем и характер причиненных административному истцу страданий, длительность периода, в течение которого в отношении административного истца допускались нарушения, выразившиеся в отсутствие горячего водоснабжения, помещения в одиночную камеру на условиях карантина, недостатка освещения, требования разумности и справедливости.

Учитывая период содержания ФИО2 в ФКУ ИК-24 УФСИН России по РК в ненадлежащих условиях с <...> г., т.е. 06 месяцев и непродолжительные периоды времени помещения ФИО2 в одиночные камеры блока ШИЗО и ОК, характер нарушений, обстоятельства, при которых они допущены, их последствия для административного истца, который претерпевал неудобства, данные о личности административного истца, требования разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать в пользу ФИО2 денежную компенсацию за ненадлежащие условия содержания в размере 10 000 руб.

Требования о взыскании денежной компенсации за ненадлежащие условия содержания в соответствии с п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ подлежат удовлетворению за счет казны Российской Федерации, от имени которой выступает главный распорядитель по ведомственной принадлежности – Федеральная служба исполнения наказаний России.

По правилам ч. 7 ст. 227.1 КАС РФ решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ, суд

решил:

Взыскать с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России в пользу ФИО2 денежную компенсацию за ненадлежащие условия содержания в размере 10 000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований, в т.ч. к ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми, отказать.

Решение в части взыскания денежной компенсации подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке путем подачи апелляционной жалобы в Верховный суд Республики Коми через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья С.М. Изъюров

Решение в окончательной форме составлено 14 ноября 2022 года.