Судья Гадючко И.Ю.

№ 33-2841/2023

10RS0011-01-2022-018071-51

№ 2-995/2023

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КАРЕЛИЯ

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 сентября 2023 года

г. Петрозаводск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Никитиной А.В.,

судей Величко С.А., Маловой Н.Б.

при ведении протокола помощником судьи Ломуевой Е.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе истца на решение Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 27 апреля 2023 года по иску ФИО1 к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности.

Заслушав доклад судьи Величко С.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 по тем основаниям, что в порядке правопреемства истец является взыскателем по требованию, установленному решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 03.06.2019 по гражданскому делу № по иску П.О.ВА. к ООО «Водная техника» о взыскании денежных средств в общей сумме (...) руб. В отношении ООО «Водная техника» было возбуждено исполнительное производство, решение суда до настоящего времени не исполнено. ХХ.ХХ.ХХ ООО «Водная техника» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц на основании ст.21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», то есть в административном порядке. Исполнительное производство в отношении ООО «Водная техника» окончено. По мнению истца, К.С.ЮБ., являясь директором и единственным участником ООО«Водная техника», заведомо зная о наличии неисполненных по отношению к истцу обязательств, установленных вступившим в законную силу решением суда, уклонился от ликвидации Общества в установленном законом порядке. Ссылаясь на положения п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1996 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст.53.1 Гражданского кодекса РФ, ФИО1 просит взыскать с ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного из Единого государственного реестра юридических лиц должника ООО «Водная техника» в свою пользу денежные средства в размере (...) руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Карелия ПАЛП», ФИО3

Решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 27.04.2023 исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.

С решением суда не согласен истец, в апелляционной жалобе просит отменить указанное судебное постановление, принять новое решение об удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что суд неправомерно при разрешении спора руководствовался разъяснениями, содержащимися в п.п.2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», которые к спорным правоотношениям неприменимы. Ссылаясь на правовую позицию, изложенную в п.3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 №20-П, полагает, что ответчиком добросовестность своих действий по рассматриваемому делу не доказана. Ссылка ФИО2 на неосуществление предпринимательской деятельности обществом в период ограничений, введенных в связи с распространением коронавирусной инфекции несостоятельна ввиду того, что ограничения вводились для ограниченного перечня организаций. Судом первой инстанции на ответчика не возложена обязанность по доказыванию отсутствия причинно-следственной связи и невозможности исполнения обязательств перед кредиторами, так: не установлены активы ООО «Водная техника» (денежные средства, имущество), имеющиеся у организации на сентябрь 2019 года, подтверждающие признаки платежеспособности или признаки банкротства; не представлен экономически обоснованный план для преодоления временных экономических затруднений. Представлены фотографии имущества ООО «Водная техника», при этом ответчик в судебном заседании подтвердил наличие имущества, однако судом первой инстанции не дана оценка тому факту, что указанным имуществом ООО «Водная техника» могло рассчитаться с имеющимися долговыми обязательствами. Истец также указывает на несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела и неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела. Так, решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ по гражданскому делу № удовлетворены исковые требования П.О.ВА. к ООО«Водная техника», с которого в пользу П.О.ВА. денежные средства в общей сумме (...) руб., при этом установлено, что долговые обязательства возникли результате недобросовестных действий К.С.ЮБ. Возбужденное на основании указанного решения исполнительное производство № исполнено не было, окончено ХХ.ХХ.ХХ без взыскания денежных средств. Несмотря на возражения взыскателя 18.11.2022 ООО«Водная техника» было ликвидировано в административном порядке по правилам ст.21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» в связи с наличием в Едином государственном реестре юридических лиц сведений об обществе, в отношении которых внесена запись об их недостоверности. Несмотря на то, что деятельность ООО«Водная техника» была прекращена еще в 2017 г., за период с 2017 по 2022 г.г., контролирующее общество лицо – К.С.ЮБ. не предпринял никаких мер к ликвидации общества, либо его банкротству. Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, общество вело хозяйственную деятельность, поскольку в 2019 г. были внесены изменения в устав общества и предоставлено гарантийное письмо. Кроме того, ответчиком в ходе судебного заседания указано на тот факт, что в 2019 г. он пытался возобновить деятельность организации. Таким образом, ссылка ответчика на то, что он не знал о наличии и размере своих обязательств, несостоятельна. Из решения Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 03.06.2019 по гражданскому делу № и решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.10.2018 следует, что по состоянию на 2020 г. ООО«Водная техника» имело долговые обязательства в общей сумме более (...)., указанное обстоятельство не подвергнуто оценке судом первой инстанции в обжалуемом решении. Исключение ООО«Водная техника» из ЕГРЮЛ в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга перед П.С.МБ. возникли в связи с действиями К.С.ЮБ. и по его вине, в результате его недобросовестных действий (бездействия), поскольку неосуществление им ликвидации ООО«Водная техника» при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, установленных вступившими в законную силу судебными постановлениями, свидетельствует о намеренном пренебрежении К.С.ЮБ. своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества. Также податель жалобы обращает внимание на обстоятельства недобросовестности учредителя ФИО2, которым не дана оценка в обжалуемом решении суда. Так, ООО«Водная техника» не сдавало налоговую отчетность за 2018-2022 г.г., тогда как Общество ликвидировано только 18.11.2022, учредитель и директор ООО«Водная техника» обязан был сдавать бухгалтерскую отчетность, даже в случае отсутствия хозяйственной деятельности. Учитывая наличие долговых обязательств Общества, которые в обязательном порядке вносятся в бухгалтерскую отчетность, К.С.ЮБ. сознательно отказался от раскрытия такой информации перед налоговым органом, выразившейся в не сдаче бухгалтерской отчетности. Доведение ООО «Водная техника» до состояния, когда оно не отвечает признакам действующего юридического лица, свидетельствует о том, что директор (учредитель) такого общества имеет намерение прекратить деятельность юридического лица в обход установленной законодательством процедуры ликвидации (банкротства). Поскольку действия по не сдаче в течение 2018-2022 г.г. отчетности привели к исключению ООО «Водная техника» из ЕГРЮЛ и, как следствие, невозможности взыскания с ООО «Водная техника» в пользу П.С.МБ. задолженности, К.С.ЮБ. должен нести субсидиарную ответственность по обязательствам ООО«Водная техника». Также ФИО1 указывает, что она является должником по исполнительному производству № 69771/18/10020-ИП от 19.07.2018, взыскателем по которому выступает К.С.ЮБ.П.О.ВВ. было предложено К.С.ЮБ. о проведении взаимозачета требований К.С.ЮБ. к П.С.МБ. и требований П.С.МБ. к ООО«Водная техника», однако ФИО2 отказался. Тем не менее, действуя разумно и добросовестно, по отношению к своему Обществу, К.С.ЮБ., мог избежать наличия долговых обязательств Общества перед П.С.МБ. Обращает внимание на то, что решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 03.06.2019 исковые требования П.С.МБ. к ООО«Водная техника» удовлетворены именно на том основании, что К.С.ЮБ., действуя недобросовестно как учредитель и руководитель ООО «Водная техника», не заключил договоры аренды с П.О.ВВ. как с сособственником, при этом П.О.ВГ. был против аренды принадлежащих ему на праве собственности помещений, и К.С.ЮБ. использовал помещения без внесения платы за пользование помещениями. Согласно нормам п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1996 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» одним из условий удовлетворения требований кредиторов является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредиторами возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в п.п. 1-3 ст. 53.1 Гражданского кодекса РФ. Таким образом, поскольку решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 03.06.2019 по гражданскому делу № 2-362/2019 установлено, что долг ООО «Водная техника» возник из-за недобросовестных действий К.С.ЮБ., судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении исковых требований.

Ответчиком представлены возражения на апелляционную жалобу истца, согласно которым ФИО2 выразил несогласие с доводами подателя жалобы. Полагает, что применение судом первой инстанции по аналогии разъяснений, содержащихся в п.п.2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», является правомерным. Отмечает, что ответчик каких-либо сделок с имуществом ООО «Водная техника» не совершал, действий, направленных на вывод активов общества не предпринимал. Обращает внимание на факт прекращения обществом финансово-хозяйственной деятельности в 2017 г., то есть задолго до вынесения судом решения по гражданскому делу №. В период рассмотрения судом указанного дела в марте 2019 г. обществом была предпринята попытка возобновить деятельность, данная попытка оказалась безуспешной по причине распространения в 2020 г. новой коронавирусной инфекции. В отношении имущества (мебель), фотографии которого представлены в материалы дела, пояснил, что данное имущество существовало в 2017 г. и на момент принятия судебного акта в 2019 г. пришло в негодность в связи с естественным износом. Указывает на отсутствие у общества признаков банкротства. То обстоятельство, что ответчик не сдавал финансовую и бухгалтерскую отчетность общества, не представил в налоговый орган достоверные сведения об обществе, не образует достаточных оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, поскольку не означает, что при сохранении статуса юридического лица у общества последнее имело возможность осуществить расчеты с истцом, но уклонилось от исполнения денежного обязательства.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 и ее представитель – адвокат КуклисА.С., действующая на основании ордера, доводы апелляционной жалобы поддержали по изложенным в ней основаниям, представили дополнительные письменные пояснения.

Ответчик К.С.ЮБ. и его представитель Л., допущенная к участию в деле в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ на основании устного ходатайства ответчика, с апелляционной жалобой истца не согласились, полагая решение суда законным и обоснованным.

Третье лицо П.О.ВГ. поддержал доводы апелляционной жалобы истца, полагая на наличие оснований для удовлетворения иска.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте слушания дела.

Заслушав участников процесса, изучив материалы дела, обозрев материалы гражданских дел №, №, материалы исполнительного производства №, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии со ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

На основании п.1 ст.382 Гражданского кодекса РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии с п.1 ст.384 Гражданского кодекса РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника является разновидностью гражданско-правовой ответственности и наступает в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов подконтрольного лица. В части, не противоречащей специальному регулированию законодательства о банкротстве, к данному виду ответственности подлежат применению положения гл. 25 и 59 Гражданского кодекса РФ (п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №3 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). Из этого следует, что долг, возникший из субсидиарной ответственности, должен быть подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (ст.1064 Гражданского кодекса РФ, п.22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Судом установлено и из материалов дела следует, что решением Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 03.06.2019 (№), оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия от 23.08.2019 (№), частично удовлетворены исковые требования П.О.ВА. к ООО «Водная техника» о взыскании денежных средств. С ООО «Водная техника» в пользу П.О.ВА. взысканы денежные средства в размере (...) руб. и судебные издержки в размере (...) руб.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 15.01.2020 (№ 88-192/2020) вышеуказанные судебные постановления судов первой и апелляционной инстанций оставлены без изменения.

Определением Петрозаводского городского суда Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ в порядке сингулярного правопреемства на основании договора уступки прав (цессии) от 21.10.2020, заключенного между ФИО3 и ФИО1, произведена замена стороны истца (взыскателя) по гражданскому делу № в части взыскания с ООО «Водная техника» денежных средств в сумме (...) руб. и судебных издержек в размере (...) руб. с ФИО3 на ФИО1

ХХ.ХХ.ХХ в отношении должника ООО «Водная техника» по заявлению взыскателя ФИО1 возбуждено исполнительное производство №, которое постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП по работе с юридическими лицами г. Петрозаводска и Прионежского района от ХХ.ХХ.ХХ окончено в связи с невозможностью установления местонахождения должника и его имущества (том 1, л.д. 22). Сумма, взысканная по исполнительному производству – 0 руб. Остаток задолженности не изменился и составляет (...) руб.

Материалами регистрационного дела в отношении общества с ограниченной ответственностью «Водная техника» (ИНН №), представленными УФНС России по Республике Карелия по запросу суда апелляционной инстанции, подтверждается, что 01.08.2022 налоговым органом в отношении Общества принято решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц.

Как усматривается из материалов указанного регистрационного дела, ранее в 2020, 2021 г.г. аналогичные решения выносились налоговым органом в отношении Общества, однако процедура исключения юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц прекращалась регистрирующим органом на основании обращений истца и третьего лица ФИО3

ХХ.ХХ.ХХ ООО «Водная техника» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц на основании ст.21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» в связи с наличием в Едином государственном реестре юридических лиц сведений об обществе, в отношении которых внесена запись об их недостоверности.

Согласно данным регистрационного дела ФИО2 являлся единственным участником и директором ООО «Водная техника» с июля 2006 г. до момента исключения из Единого государственного реестра юридических лиц.

Разрешая возникший спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь ст.21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», п.3.1 ст.3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», разъяснениями, содержащимися в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», п.п.2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», исходил из непредставления истцом суду доказательств того, что невозможность погашения долга перед ФИО1 возникла именно по вине ответчика в результате его неразумных или недобросовестных действий, а равно доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО2 как руководителя и участника общества и неисполнением вышеуказанного решения суда.

Суд также пришел к выводу об отсутствии в материалах дела доказательств, свидетельствующих о совершении ответчиком действий (бездействия) по целенаправленной, умышленной ликвидации общества либо влияния на процедуру исключения общества из ЕГРЮЛ со стороны регистрирующего органа.

При этом судом первой инстанции также не установлены признаки неразумности или недобросовестности в действиях ответчика с указанием на то, что наличие не погашенной обществом задолженности не может являться бесспорным доказательством вины ответчика как учредителя и директора общества в усугублении финансового положения организации и безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного из Единого государственного реестра юридических лиц должника ООО «Водная техника», основанными на возложении бремени доказывания недобросовестного поведения ответчика на истца при одновременном освобождении ответчика от доказывания отсутствия виновных действий (бездействия) контролирующего лица в причинении вреда кредитору.

Судом не учтено, что в условиях наличия неисполненного обязательства по возврату денежных средств за фактическое пользование помещениями, расположенными по адресу: (.....), ставшего впоследствии основанием для обращения кредитора (ФИО3) с иском в суд за защитой нарушенного права, действия любого разумного и добросовестного контролирующего лица должника будут заключаться в принятии мер для удовлетворения имеющейся задолженности (ст.10 Гражданского кодекса РФ).

При этом в рассматриваемом случае руководитель организации как обязанное лицо должно прилагать дополнительные усилия, включая несение расходов для обеспечения их эффективности, по сравнению с мерами, имеющими общий характер и обычно принимаемыми любыми (всеми) участниками гражданского оборота во исполнение предписаний статей 1 и 10 Гражданского кодекса РФ.

В частности, именно так требования к добросовестному поведению воспроизведены в данном Кодексе для лица, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, для членов коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.), а также для лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания названным лицам (п.3 ст.53, п.3 ст.53.1 Гражданского кодекса РФ). Они обязаны действовать добросовестно и разумно в интересах этого юридического лица. Речь идет о совокупности интересов лиц, которые небезразличны к функционированию организации и от деятельности которых в той или иной степени зависит достижение ее уставных целей.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что обязанность возместить причиненный вред является преимущественно мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда, а также вину (постановления от 15 июля 2009 года № 13-П, от 7 апреля 2015 года № 7-П, от 8 декабря 2017 года № 39-П и др.). Субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц также служит мерой гражданско-правовой ответственности, притом что ее функция заключается в защите нарушенных прав кредиторов, в восстановлении их имущественного положения. При реализации этой ответственности, являющейся по своей природе деликтной, не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности. Лицо, контролирующее организацию, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения организацией обязательств перед кредиторами (Постановления от 21 мая 2021 года № 20-П, от 16 ноября 2021 года № 49-П).

Конституционный Суд Российской Федерации в п. 3.2 вышеуказанного Постановления от 21 мая 2021 года № 20-П указал, что по смыслу положения ст. 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Таким образом, требование о возмещении вреда, предъявленное кредитором лицу, контролирующему должника, в рассматриваемых обстоятельствах может сопровождаться неравными - в силу объективных причин - процессуальными возможностями истца и ответчика по доказыванию оснований для привлечения к ответственности.

При этом лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед кредиторами.

Необходимость установления указанных обстоятельств, а также аналогичная правовая позиция о распределении обязанностей по доказыванию изложена в Постановлении Конституционного Суда РФ от 07.02.2023 № 6-П «По делу о проверке конституционности подп. 1 п. 12 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и п. 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля».

В силу ст. 419 Гражданского кодекса РФ обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).

При разрешении спора вышеуказанные нормы материального права и правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации судом первой инстанции не были в полной мере учтены, что привело к неверному распределению между сторонами спора бремени доказывания юридически значимых обстоятельств.

Применительно к рассматриваемому спору именно на стороне ответчика во исполнение положений ст.ст. 12, 56 ГПК РФ лежит обязанность доказывания правомерности его поведения и отсутствия причинно-следственной связи между указанным поведением и невозможностью исполнения обществом обязательств перед кредиторами. Ответчик также должен представить доказательства, позволяющие сделать вывод о том, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, он действовал добросовестно и принял все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Истцу же необходимо доказать наличие у него убытков, вызванных неисполнением ликвидированным юридическим лицом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц.

С учетом разъяснений, содержащихся в абз 2 п. 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», судебной коллегией после разъяснения участникам судебного разбирательства в порядке ч. 2 ст. 56 ГПК РФ правил распределения бремени доказывания по настоящему делу было предложено сторонам представить дополнительные доказательства. Для указанных целей судебное разбирательство по делу было отложено.

Истцом представлены в материалы доказательства наличия убытков, вызванных длительным неисполнением ООО «Водная техника» ранее вынесенного судебного решения, доказательства исключения указанного Общества из Единого государственного реестра юридических лиц, а также того, что К.С.ЮБ. являлся в юридически значимый период лицом, контролирующим деятельность ООО «Водная техника».

При этом ответчиком не представлено достаточных доказательств тому, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и сопутствовавших деятельности ООО «Водная техника» предпринимательских рисков, он действовал добросовестно и предпринял не только все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами, но и к ликвидации организации.

Представленные в дело документы о финансово-хозяйственной деятельности ООО «Водная техника», ее результатах и об отчетах по ним ни в отдельности, ни в своей совокупности о наличии оснований к освобождению от испрошенной истцом ответственности не свидетельствуют.

Ответчиком в обоснование своей добросовестности представлена выписка по счету ООО «Водная техника», открытому в АО «Райффайзенбанк», за период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ, согласно которой на банковском счете, держателем которого являлось Общество, на текущий момент имеется остаток денежных средств в размере (...) руб.

Ответчик полагает, что данное обстоятельство указывает на то, что ФИО2 не предпринял мер к выводу активов Общества и указанные средства могут быть направлены на погашения спорной задолженности перед истцом в порядке, установленном п. 5.2 ст. 64 Гражданского кодекса РФ.

Вместе с тем, изложенное обстоятельство, по мнению судебной коллегии, подлежит оценке в контексте рассматриваемого спора в качестве доказательства наличия на момент исключения ООО «Водная техника» из Единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке у него имущества, которое могло быть направлено на осуществление расчетов с кредиторами, включая истца, если бы прекращение юридического лица происходило через процедуру ликвидации.

Ответчик, имея информацию о наличии значительного в своей сумме денежного обязательства ООО «Водная техника» перед ФИО3, а затем ФИО1, допустил исключение ООО «Водная техника» из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке и уклонился от инициирования процедуры ликвидации ООО «Водная техника», имея ввиду наличие у общества активов, за счет которых установленные судебным постановлением требования могли быть частично удовлетворены. Указанное бездействие ответчика надлежит расценивать как недобросовестное.

Кроме того, вывод о неразумности поведения участника (учредителя) и директора общества может следовать, в частности, из возникновения ситуации, при которой указанное общество продолжает принимать на себя обязательства, несмотря на утрату возможности осуществлять их исполнение (недостаточность имущества), о чем контролирующему лицу было или должно быть стать известным при проявлении должной осмотрительности (Определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации 07.02.2023 № 18-КГ22-106-К4).

Как следует из мотивировочной части вступившего в законную силу решения Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 03.06.2019 по гражданскому делу № с ООО «Водная техника» в пользу ФИО3 взысканы денежные средства, составляющие плату за фактическое пользование помещениями, расположенными в здании по адресу: (.....), в период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ и с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ.

В судебном заседании на основании пояснений ответчика усыновлено, что в период с 2017 г. и до фактического освобождения указанных помещений (ХХ.ХХ.ХХ) ООО«Водная техника» финансово-хозяйственную деятельность не вело, при этом поведение Общества в лице контролировавшего его лица - ФИО2, освободившего используемые помещения лишь по требованию судебного пристава-исполнителя на основании апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ (гражданское дело № (№), свидетельствует о неразумности действий ответчика, имея в виду и то обстоятельство, что в период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ возможность возместить затраты, связанные с фактическим пользованием указанными помещениями за счет доходов юридического лица, не осуществлявшего финансово-хозяйственную деятельность, отсутствовала, что К.С.ЮБ. как директор общества не мог не осознавать.

Доводы ответчика о том, что с 2017 г. ООО «Водная техника» финансово-хозяйственной деятельности не вело, не указывают на наличие оснований для освобождения ответчика от ответственности, поскольку корпоративные обязанности участника общества сохраняются до прекращения юридического лица, и некоторые из них, а именно обязанности по надлежащему проведению ликвидации организации связаны с самим завершением ее деятельности.

С учетом изложенного, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, руководствуясь вышеприведенными нормами материального права и разъяснениями по их применению, установив факт возникновения убытков, вызванных неисполнением ООО «Водная техника» установленного судом денежного обязательства перед ФИО3, право требования по которому перешло к истцу, исключение ООО «Водная техника» из Единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке и статус ответчика в этом обществе как контролировавшего его лица, учитывая непредставление ФИО2 доказательств тому, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и сопутствовавших деятельности ООО «Водная техника» предпринимательских рисков, он действовал добросовестно и предпринял не только все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами, но и к ликвидации организации, судебная коллегия приходит к выводу об установлении совокупности условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного в административном порядке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Водная техника» по отношению к истцу.

Определяя объем указанной ответственности, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Пункт3.1 ст.3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» введен Федеральным законом от 28.12.2016 №488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Согласно п.1 ст.4 данного Федерального закона изменения вступают в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых установлен иной срок вступления их в силу.

Федеральный закон №488-ФЗ официально опубликован на интернет-портале правовой информации 29.12.2016, в Собрании законодательства Российской Федерации – 02.01.2017, в «Российской газете» - 09.01.2017.

Таким образом, п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» действует с 28.06.2017.

В силу п.1 ст.4 Гражданского кодекса РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Между тем, в Федеральном законе №488-ФЗ отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые в Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие.

При указанных обстоятельствах оснований для применения положений п.3.1 ст.3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и взыскания с ответчика в пользу истца задолженности, возникшей у ООО «Водная техника» перед ФИО3 в период до ХХ.ХХ.ХХ (с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ и с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ), не имеется, что соответствуют правовой позиции, изложенной в Определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023 №.

Из содержания мотивировочной части вступившего в законную силу решения Петрозаводского городского суда Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ по гражданскому делу № следует, что задолженность ООО «Водная техника» перед ФИО3 в сумме (...) руб. возникла за периоды фактического пользования обществом принадлежащими ФИО3 на праве общей долевой собственности (2/3 доли в праве) помещениями по адресу: (.....), в том числе: (...) руб. – арендная плата за период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ; (...) руб. – плата за фактическое пользование помещениями (неосновательное обогащение) за период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ.

Таким образом, объем ответственности ФИО2 по обязательствам ООО «Водная техника» в порядке п.3.1 ст.3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» ограничен суммой задолженности, возникшей у общества перед ФИО3 в период с 28.06.2017 по 12.01.2018, учитывая также то, что вопреки доводам стороны истца обязательство по возврату неосновательного обогащения возникает не с момента вынесения решения судом о взыскании суммы неосновательного обогащения, а с момента фактического приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого (п. 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 №63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве»).

С учетом изложенного с ответчика в пользу истца подлежит взысканию (...) руб., определенная на основании решения Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 03.06.2019 по гражданскому делу №, исходя из размера задолженности ООО «Водная техника» перед ФИО3, возникшей за период с ХХ.ХХ.ХХ по ХХ.ХХ.ХХ, в соответствии со следующим расчетом: (...)69 руб. за ХХ.ХХ.ХХ (((...) руб. (стоимость арендной платы за 1 кв.м в месяц) х 16,7 кв.м (площадь жилых помещений №5 и №6)/30 х 3 (28, 29 и 30 июня 2017 г.)):3х2 (2/3 доли в праве ФИО3)) + 34 001,20 руб. за период с 01.07.2017 по 31.12.2017 ((590 руб. (стоимость арендной платы за 1 кв.м в месяц) х 16,7 кв.м (площадь жилых помещений №5 и №6) х 6 (с июля по декабрь 2017 г.)):3х2 (2/3 доли в праве ФИО3)) + 2 193,63 руб. за период с 01.01.2018 по 12.01.2018 ((590 руб. (стоимость арендной платы за 1 кв.м в месяц) х 16,7 кв.м (площадь жилых помещений №5 и №6)/31 х 12 (с 01.01.2018 по 12.01.2018)):3х2 (2/3 доли в праве ФИО3)) + 5 929,41 руб. (судебные издержки по делу №).

Вопреки доводам стороны истца оснований для взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 денежных средств в большем размере не имеется.

Доводы ответчика со ссылкой на факт обнаружения имущества ликвидированного юридического лица в виде денежных средств в сумме (...) руб., находящихся на банковском счете в АО «Райффайзенбанк», а также на то, что указанные денежные средства могут быть направлены на погашения спорной задолженности перед истцом в порядке, установленном п. 5.2 ст. 64 Гражданского кодекса РФ, не свидетельствуют о наличии оснований для освобождения ФИО2 от субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Водная техника», имея также ввиду недостаточность выявленных денежных средств для полного погашения кредиторской задолженности общества.

Иные доводы ответчика об отсутствии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Водная техника» судебной коллегией отклоняются по основаниям, приведенным выше.

В связи с изложенным решение суда подлежит отмене на основании п.п.3, 4 ч. 1 ст.330 ГПК РФ, с учетом положений ст.328 ГПК РФ по делу следует принять новое решение о частичном удовлетворении иска и взыскании с ФИО2 в пользу П.С.МБ. денежных средств в размере 42690,93 руб. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного из Единого государственного реестра юридических лиц должника ООО «Водная техника» (ИНН №).

Оснований для удовлетворения иска в оставшейся части не имеется в силу вышеприведенного правового обоснования.

В силу положений ст.98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию также расходы по уплате государственной пошлины в сумме (...) руб. ((...) руб. х 0,2661) с учетом того, что исковые требования удовлетворены на 26,61 % (42690,93 руб. / 160 403,57руб. х 100).

Руководствуясь ст.ст.328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 27 апреля 2023 года по настоящему делу отменить, принять новое решение о частичном удовлетворении иска.

Взыскать с ФИО2 (паспорт гражданина РФ: (...)) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина РФ: (...)) задолженность в размере (...) руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере (...) руб.

В оставшейся части исковые требования оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.

Вступившие в законную силу судебные акты могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение трех месяцев со дня их вступления в законную силу в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, принявший решение.

Председательствующий

Судьи