УИД 28RS0008-01-2025-001061-10
Дело № 2-788/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
08 сентября 2025 года г. Зея Амурской области
Зейский районный суд Амурской области в составе:
председательствующего судьи Клаус Н.В.,
при секретаре Гришиной В.В.,
с участием истцов ФИО3 и ФИО1,
ответчика ФИО2, ее представителя ФИО8,
прокурора - помощника прокурора Зейского района Сила А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по искам ФИО3, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО14, ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО3, действующая в своих интересах и как законный представитель несовершеннолетнего ФИО7, а также ФИО1 обратились в суд с исками к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в размере по 50000 рублей в пользу каждого из истцов, в обоснование требований указав, что <Дата обезличена> около 10.40 часов истец ФИО3 находилась на прогулке с принадлежащей семье истцов собакой породы померанский шпиц в районе дома №ФИО15 мкр.ФИО16 <адрес>, где подверглась нападению принадлежащей ответчику собаки породы стаффордширский терьер, находящейся на выгуле без поводка и намордника, в результате чего принадлежащая истцам собака получила не совместимые с жизнью травмы, вследствие чего погибла <Дата обезличена>, не смотря на проводимое ей лечение, а истец ФИО3 получила укус <данные изъяты>, пытаясь спасти свою собаку, в связи с чем в последующем обратилась на прием к врачу травматологу, получала лечение препаратом от <данные изъяты>. Гибель принадлежащей семье истцов собаки, прожившей с ними 6 лет, которую они очень любили, причинила истцам значительные нравственные страдания, сказавшись на их психологическом состоянии и всех сферах их жизни, включая учебу несовершеннолетнего ребенка.
Определением суда от <Дата обезличена> гражданские дела по искам ФИО3, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО7, ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, объединены в одно производство для совместного рассмотрения.
В судебном заседании истец ФИО3, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО7 на удовлетворении исковых требований настаивала по основаниям, изложенным в иске. Также из её пояснений, данных при рассмотрении настоящего спора, следует, что, в связи с нападением принадлежащей ответчику собаки на принадлежащую её семье собаку породы померанский шпиц по кличке Кума, она испытала не только нравственные, но и физические страдания, связанные с причинением ей укушенной раны собакой ответчика. Сразу после указанных в иске событий она отнесла свою собаку в ветеринарную клинику, куда также пришел её сын, врачом собаке было назначено лечение. В течение нескольких дней собака не вставала, она вынуждена была спать с ней на полу, осуществляя уход за питомцем, когда она не могла быть рядом со своей собакой, её сменял сын, вся их семья надеялась, что собака выживет, однако <Дата обезличена> она умерла на её руках. Её несовершеннолетних сын в это время также находился дома, наблюдал испытываемые питомцем на протяжении нескольких дней страдания. В связи с потерей любимого питомца она испытывает горечь утраты, также до настоящего времени испытывает страх перед большими собаками. Какое-то время она вообще боялась выходить на улицу. После она также стала слышать голос своей погибшей собаки, находясь дома, в связи с чем вынуждена была обратиться на прием к психиатру, получала лечение противотревожными препаратами. В тот момент, когда собака ответчика напала на них, свою собаку она держала на руках на уровне лица, а стаффордширский терьер вырвал питомца из её рук, убегая, стал мотать головой, держа их собаку в зубах. Она смогла догнать собаку ответчика, придавила её к земле, в это время к ним также подбежала ФИО2, которая стала удерживать свою собаку сзади, и в тот момент, когда она стала пытаться разжать стаффордширскому терьеру пасть, чтобы освободить своего питомца, собака ответчика укусила её за палец, однако свою собаку из его пасти ей удалось вырвать. <Дата обезличена> с укушенными ранами пальца правой руки она обратилась на прием к травматологу, которым ей была проведена перевязка и назначен курс вакцины от бешенства, всего ей было выполнено шесть инъекций в предплечье. В связи с указанными событиями её несовершеннолетний сын ФИО7 также испытал нравственные страдания, ребенок длительное время был подавлен, ухаживая за травмированным питомцем, переживал за его жизнь, не мог готовиться к урокам, заниматься на дополнительных занятиях, после смерти питомца плакал, обнимая Куму, какое-то время после захоронения их собаки, не мог спокойно находиться дома.
Из пояснений, данных в судебном заседании ранее несовершеннолетним ФИО7, который исковые требования, предъявленные в его интересах, поддержал, следует, что <Дата обезличена> в утреннее время он находился дома, около 10.00 часов его мама ФИО3 ушла гулять с их собакой по кличке Кума, при этом никаких травм и ран ни у собаки, ни у его матери не было, собака была здорова. Спустя какое-то время мама позвонила ему, сказала, что на их собаку напал стаффордширский терьер и попросила прийти в ветеринарную клинику, расположенную в мкр.Светлый. Через несколько минут он уже прибежал в клинику и увидел, что у мамы перевязан палец правой руки, под повязкой была рваная рана. После указанных событий, повлекших в последующем смерть их питомца, он очень переживал, около двух недель не мог сфокусироваться на учебе и спорте, пропуская дополнительные занятия у репетиторов, поскольку ввиду испытываемых переживаний у него отсутствовала всякая концентрация, также он не мог принимать пищу, похудел на 4 кг. После ему удалось взять себя в руки. В связи с гибелью питомца переживает до настоящего времени.
Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал по основаниям, изложенным в иске, пояснив также, что по состоянию на <Дата обезличена> он находился в командировке за пределами <адрес>. Вечером этого дня супруга позвонила ему и рассказала о том, что их собаку породы шпиц порвала другая собака, при этом ФИО3 также были причинены укусы пальца руки, помимо этого на теле супруги имелись синяки и ссадины, полученные в борьбе с чужой собакой за своего питомца, которого она пыталась спасти. К тому моменту, когда он вернулся домой <Дата обезличена>, их собака уже умерла, её тело находилось дома, похоронили они её на следующий день. Психологически он тяжело перенес смерть питомца, когда увидел её, долго плакал вместе с супругой и сыном. Собака была в их семьи как ребёнок, прожила с ними шесть лет, спала рядом с ними, порой в их кровати. Дома в связи с этим событием находиться было невозможно, атмосфера была тяжёлой. Все члены его семьи были расстроены и переживали в связи со смертью их любимого животного и переживают до сих пор, у супруги в связи с этим появились нарушения сна, ребёнок какое-то время в силу его состояния вынужден был пропускать дополнительные занятия и занятия спортом. Спустя два месяца они завели другую собаку этой же породы, но этим их потеря не восполнена.
Ответчик ФИО2, её представитель ФИО8 в судебном заседании с исковыми требованиями согласны частично, пояснив, что размер предъявленной к взысканию компенсации морального вреда считают завышенным. Собака породы стаффордширский терьер, напавшая на собаку ФИО3 <Дата обезличена>, действительно принадлежит ответчику, это кобель возрастом двух с половиной лет. При этом ответчик не выгуливала свою собаку в момент описываемых ФИО3 событий. Непосредственно перед данными событиями ответчик находилась дома, собака была закрыта в комнате, поскольку в этот момент из квартиры выносили телевизор, в связи с чем входная дверь в квартиру была открыта. Гражданский супруг ответчика также находился в комнате, где была закрыта их собака, и, не зная о том, что входная дверь в квартиру открыта, выпустил собаку из комнаты, после чего собака выскочила в подъезд, а оттуда на улицу, где напала на собаку истцов. При этом ФИО3 не держала свою собаку на руках, собака была на свободном выгуле без поводка и намордника, а истец находилась в паре метров от не ё. Принадлежащая ответчику собака схватила собаку истцов в зубы, после чего ответчик вместе с ФИО3 пытались отобрать шпица, он выпустил шпица из пасти ориентировочно через минуту, но ФИО3 при этом не кусал, по крайней мере ответчик этого не видела. Ранее принадлежащая ответчику собака агрессии в отношении других, в том числе мелких животных, не проявляла. Ответчик звонила ФИО3 после этих событий, приносила свои извинения, предлагала деньги, но ФИО3 от денег отказалась. Полагают, что в действиях ФИО3 имеет место грубая неосторожность, выразившаяся в выгуле принадлежащей ей собаки без поводка. Также считают, что доказательств наступления смерти собаки в результате травм, полученных от нападения на неё принадлежащей ответчику собаки, равно как доказательств укуса ФИО3 собакой ответчика, не представлено, вину ответчика в указанном отсутствующей, как отсутствующей и необходимость получения ФИО3 уколов от бешенства, поскольку собака ответчика имела все необходимые прививки. Полагают потерю истцов восполненной приобретением другого животного.
В силу ст.167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.
Изучив и оценив представленные доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования о взыскании компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению в размере, подлежащем определению с учётом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующим выводам:
В силу ст.137 ГК РФ к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.
В силу ст. 210 ГК РФ, собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.
Согласно пп.1, 2 ст.1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
По общему правилу, для наступления ответственности необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между неправомерными действиями и наступившими последствиями и вину причинителя вреда.
По смыслу приведенных норм закона, бремя содержания собственником имущества предполагает также ответственность собственника за ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания этого имущества.
Согласно ст. ст. 13, 21 Федерального закона от 27 декабря 2018 года № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», выгул домашних животных должен осуществляться при условии обязательного обеспечения безопасности граждан, животных, сохранности имущества физических лиц и юридических лиц.
При выгуле домашнего животного, за исключением собаки-проводника, сопровождающей инвалида по зрению, необходимо соблюдать следующие требования: исключать возможность свободного, неконтролируемого передвижения животного вне мест, разрешенных решением органа местного самоуправления для выгула животных; обеспечивать уборку продуктов жизнедеятельности животного в местах и на территориях общего пользования; не допускать выгул животного вне мест, разрешенных решением органа местного самоуправления для выгула животных, и соблюдать иные требования к его выгулу.
За нарушение требований настоящего Федерального закона владельцы животных и иные лица несут административную, уголовную и иную ответственность в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
Таким образом, владелец собаки обязан обеспечить такие условия содержания животного, при которых исключалось бы причинение вреда другим лицам или имуществу. В случае же невыполнения владельцем домашнего животного такой обязанности, причиненный в результате такого действия (бездействия) вред подлежит возмещению.
Правилами благоустройства на территории города Зеи, утвержденными решением Зейского городского Совета народных депутатов от 6 июня 2012 года № 77/56 предусмотрено, что владельцы животных обязаны предотвращать опасное воздействие своих животных на других животных и людей, а также соблюдать действующие санитарно-гигиенические и ветеринарные правила (п.8.10.4.). Выгуливать собак разрешается на коротком поводке и в наморднике (кроме щенков до трехмесячного возраста) на специально отведенной для этой цели площадке. Если площадка ограждена, разрешается выгуливать собак без поводка и намордника. При отсутствии специальной площадки выгуливание собак допускается на пустырях (п.8.10.6.).
К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относится, в том числе, право на охрану здоровья (ч.1 ст.41), которое является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.
В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данного конституционного права и его защиты законом (ст.18 Конституции Российской Федерации).
В гражданском законодательстве здоровье рассматривается как неотчуждаемое и непередаваемое иным способом нематериальное благо, принадлежащее гражданину от рождения (п.1 ст.150 ГК РФ).
На основании ст.150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
В соответствии со ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ.
В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Согласно ст.1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.
На основании статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с п.п.11, 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ №1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, в связи с чем потерпевший имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом факт причинения ему морального вреда предполагается, установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда, который в силу положений статьи 1101 ГК РФ определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
В соответствии с п. п. 12, 14, 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Как следует из правовой позиции Верховного Суда РФ, нашедшей свое отражение в п.8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2023), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 июля 2023 года, предусматривая ответственность в виде компенсации морального вреда за нарушение неимущественного права гражданина или принадлежащего ему нематериального блага, статья 151 ГК РФ не устанавливает какой-либо исчерпывающий перечень таких нематериальных благ и способы, какими они могут быть нарушены. Закрепляя в части первой статьи 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, причинённого действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации. Распространяя на животных общие правила об имуществе, положения статьи 137 ГК РФ, тем не менее, отличают их от прочего имущества, устанавливая, в частности, запрет на жестокое отношение, противоречащее принципам гуманности. Кроме того, за жестокое обращение с животными установлена и уголовная ответственность в соответствии со статьей 245 УК РФ, находящейся в главе 25 этого кодекса «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности». Из этого следует, что запрет на жестокое обращение с животными, содержащийся как в уголовном, так и в гражданском законодательстве, направлен не на охрану имущества как такового, а на охрану отношений нравственности. Применение законодателем по отношению к животным таких категорий, как жестокость, нравственность, гуманизм, свидетельствует о том, что при определённых обстоятельствах гибель животных может причинять их владельцу не только имущественный вред, но и нравственные страдания, в частности, в силу эмоциональной привязанности, психологической зависимости, потребности в общении по отношению к конкретному животному, что не исключает возложения на причинителя вреда обязанности компенсировать не только имущественный ущерб, но и моральный вред.
Из материалов дела следует, что истцы ФИО3 и ФИО1 с <Дата обезличена> по настоящее время состоят в браке, имеют несовершеннолетнего ребенка ФИО7, проживают в одном жилом помещении, то есть являются членами одной семьи.
Также в судебном заседании установлено и не оспаривается сторонами, что с 2019 года и до <Дата обезличена> супругам ФИО3 и ФИО1 принадлежала собака породы померанский шпиц (сука) по кличке Кума, рыжего окраса, родившаяся <Дата обезличена>, при этом владельцем указанного животного, согласно данным международного ветеринарного паспорта, указана ФИО3 В свою очередь ответчик ФИО2 является владельцем собаки породы стаффордширский терьер (кобель) по кличке ФИО4, которая по состоянию на апрель 2025 года достигла двухлетнего возраста, что подтверждено представленным в материалы дела регистрационным удостоверением собаки от <Дата обезличена>.
Также судом установлено, что <Дата обезличена> около 10 часов 40 минут, принадлежащая ответчику собака породы стаффордширский терьер, находясь на улице, то есть на территории общего пользования, в районе дома №<адрес> мкр.<адрес> <адрес> в отсутствие надлежащего контроля своего владельца, без поводка и намордника, напала на находящуюся на данной территории ФИО3 и её собаку породы померанский шпиц, в результате чего ФИО3 были причинены укушенные раны пальца правой руки, а собаке породы померанский шпиц были причинены повреждения, несовместимые с жизнью (при осмотре собаки ветеринаром установлены угнетенное состояние и затрудненное дыхание, отек и болезненность мягких тканей в области грудной клетки, слизистые оболочки синюшного цвета, частичное отсутствие чувствительности задних конечностей и хвоста), вследствие полученных травм <Дата обезличена> наступила смерть указанного животного.
Данные обстоятельства подтверждены в судебном заседании пояснениями истца ФИО3 и ответчика ФИО2, подтвердившими факт бесконтрольного нахождения принадлежащей ответчику собаки на прилегающей к вышеназванному многоквартирному дому территории общего пользования, равно как и факт нападения данной собаки на животное истцов, сопровождающееся тем, что в силу породных особенностей маленькая по размеру собака (померанский шпиц) была схвачена значительно превосходящим её по размеру и силе взрослым животным породы стафордширский терьер, некоторое время находилась под воздействием зубов собаки ответчика, которая держала его в пасти и отпустила шпица лишь после воздействия силы владельца шпица и своей хозяйки, а также совокупностью иных исследованных судом доказательств.
Так, из представленной в материалы дела выписки из амбулаторного журнала ветеринарной клиники г.Зея (ИП ФИО9) следует, что <Дата обезличена> в данную клинику на прием поступила собака породы померанский шпиц по кличке Кума, возраст собаки - 6 лет. Со слов владельца ФИО3 животное получило множественные укусы и травмы от нападения большой собаки. При осмотре у животного наблюдалось угнетение, затрудненное дыхание. Пальпацией был выявлен отек и болезненность мягких тканей в области грудной клетки, слизистые оболочки синюшного цвета, частично отсутствовала чувствительность задних конечностей и хвоста. Была проведена противошоковая и антибиотикотерапия, обезболивание и обработка ран. <Дата обезличена> животное погибло.
Из показаний допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9 следует, что он является ветеринарным врачом, осуществляет предпринимательскую деятельность. <Дата обезличена> в дообеденное время к нему в клинику, расположенную в мкр.<адрес> <адрес> обратилась ФИО3, которая принесла на руках собаку породы шпиц, завернутую в какую-то ветошь. При этом ветошь была вся в крови, однако на теле собаки крови не было. Кровоточили раны на пальце правой руки владельца собаки, по виду это были свежеполученные укушенные раны, в связи с чем им ФИО3 была оказана помощь в обработке и перевязке имеющихся ран. Как ФИО3, так и её собака находились в шоковом состоянии, владелец собаки рассказала, что на её собаку напала другая собака, но на теле шпица видимых разрывов кожного покрова, очевидно кровоточащих ран не было. Шерсть на теле шпица достаточно длинная и густая, она была мокрой, скорее всего в слюне другого животного, при прикосновении к телу собака визжала от боли, поэтому шерсть животного раздвигать и искать раны он не стал. Собака не могла встать, лежала, у неё наблюдалась синюшность слизистых оболочек, что является признаком наличия внутреннего кровотечения. При пальпации была установлена отёчность в области грудной клетки животного, внутренний отрыв кожи от мышц, наличие воздуха под кожей. Также у собаки породы шпиц частично отсутствовала чувствительность задних конечностей, что было установлено при уколах иглой, и свидетельствовало о повреждении мозга, нервных окончаний. Собаке была проведена противошоковая терапия, сделаны внутривенные вливания, однако через два дня животное погибло. При этом, жизнеспособность этого животного при наличии таких травм была сомнительна изначально. Вскрытие трупа собаки не проводилось, однако смерть животного наступила исключительно от полученных травм, наиболее вероятной ёе причиной является внутреннее кровотечение. Исходя из породных особенностей, при схватке стаффордширского терьера с померанским шпицем у шпица шансов нет, что, в частности обусловлено тем, что шпиц гораздо меньше взрослого стаффордширского терьера, размер головы которого сопоставим с размером всего шпица. Как правило, такие травмы, которые были обнаружены у шпица, возникают от воздействия другого животного, однако могут возникнуть и при ДТП, при падении с высоты и пр.
Из данных медицинских карт на имя ФИО3 следует, что <Дата обезличена> ФИО3 обратилась за медицинской помощью к врачу травматологу ГБУЗ Амурской области «Зейская межрайонная больница им.Б.Е.Смирнова», по результатам осмотра у пациента установлено наличие на 3 пальце кисти на ладонной и тыльной поверхности ран до 1, 2 см., также выявлен отёк тканей, болезненность, незначительное ограничение движения пальца. Из анамнеза: травма в быту - укушена неизвестной собакой на улице <Дата обезличена>. Диагноз - <данные изъяты>. Назначено лечение: <данные изъяты>
Также <Дата обезличена> ФИО3 обращалась за медицинской помощью к врачу психиатру ГБУЗ Амурской области «Зейская межрайонная больница им.Б.Е.Смирнова» с жалобами на плаксивость, тревожность, указав, что данное ухудшение её состояния здоровья имело место на фоне стресса (на её глазах стаффордширский терьер загрыз её шпица). Во время приема пациент плакала, контакту доступна, расстройств восприятия не выявлено, критика к своему состоянию достаточна. По результатам приёма установлен диагноз - <данные изъяты>, назначено лечение.
<Дата обезличена> материал, зарегистрированный в КУСП <Номер обезличен> от <Дата обезличена> по сообщению ФИО3, был направлен МО МВД России «Зейский» для рассмотрения в Управление ветеринарии Амурской области.
Постановлением заместителя начальника управления - начальника отдела государственного надзора Управления ветеринарии <адрес> от <Дата обезличена> ФИО2 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.8.52 КоАП РФ - нарушение требований законодательства в области обращения с животными, повлекшее причинение вреда жизни или здоровью граждан, либо имуществу, если эти действия не содержат признаков уголовно наказуемого деяния, ей назначено административное наказание в виде штрафа в размере 20 000 рублей. При этом, из указанного постановления следует, что <Дата обезличена> в 10 часов 40 минут гражданкой ФИО2 нарушена ч.4 ст.13 Федерального закона от <Дата обезличена> №498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», нарушение выразилось в том, что она допустила, что принадлежащая ей собака рыже-коричневого окраса породы стаффордширский терьер по адресу: <адрес>, 40 выбежала из квартиры, находясь на улице, без поводка и намордника, напала на ФИО3, которая возвращалась с прогулки со своей собакой породы шпиц. В момент нападения шпиц находился на руках у ФИО3, стаффордширский терьер вырвал шпица из рук владельца и нанес ему повреждения несовместимые с жизнью, животное погибло <Дата обезличена>.
Из показаний допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО11 следует, что <Дата обезличена> он находился у себя дома по адресу: <адрес> Проснувшись, он увидел, что их с ответчиком собака породы стаффордширский терьер по кличке ФИО4 находится с ним в комнате. Он вышел из комнаты, при этом дверь в комнату не закрыл, в это время ФИО4 выскочил из комнаты и выбежал в открытую входную дверь, через которую в тот момент ответчик с его отцом выносили телевизор. Он не успел среагировать, собака спустилась с четвертого этажа, где находится их с ответчиком квартира и выскочила на улицу, поскольку дверь в подъезде открывается достаточно легко и домофоном вход не оборудован. Пока он одевался, ответчик уже вернулась домой вместе с их собакой, волоча её за передние лапы. При этом ответчик сказала, что около их дома их собака сцепилась с другой собакой породы шпиц, которая бегала там без поводка. Ранее их собака по кличке ФИО4 уже нападала на шпица, но подробностей событий он не знает.
Таким образом, совокупностью исследованных судом доказательств подтвержден факт причинения <Дата обезличена> истцу ФИО3 телесных повреждений в виде укушенных ран пальца руки собакой, принадлежащей ответчику, а также факт нападения указанной собаки на принадлежащую истцам ФИО3 и ФИО12 собаку породы шпиц, в результате которого собака истцов получила значительные травмы, повлекшие через некоторое время её смерть, чем истцам причинены нравственные страдания, обусловленные переживаниями за жизнь своего питомца, испытываемыми ими в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>, а после смерти собаки выразившимися в чувстве горечи относительно утраты возможности общения с их питомцем, прожившим в семье истцов длительное время, в силу наличия у них эмоциональной привязанности и потребности в общении по отношению к конкретно этому животному, а истцу ФИО3 также причинены нравственные страдания, выразившиеся в испытываемом ею до настоящего времени чувстве страха перед большими собаками, равно как и физические страдания, выразившиеся в чувстве боли, физическом дискомфорте в момент её укуса собакой, а также в период заживления полученных ею ран от укуса животного и от получаемого лечения в виде инъекций.
При этом, указанные страдания, перенесённые и переносимые истцами в настоящее время, причинены им в результате не принятия ответчиком необходимых и достаточных мер контроля за поведением принадлежащего ей животного - собаки, находившегося на улице в месте общего пользования в зоне жилой застройки без намордника, то есть мер, призванных обеспечить безопасное для окружающих содержание принадлежащей ей собаки.
Принимая во внимание вышеизложенное, фактические обстоятельства причинения истцам морального вреда вследствие вышеназванных событий, степень перенесенных истцами страданий, а также их индивидуальные особенности, в том числе возраст, учитывая, что ФИО7 является несовершеннолетним, а также тот факт, что истец ФИО1 не наблюдал страданий своего животного в период с момента нападения на него собаки ответчика и до момента смерти животного, тогда как истец ФИО3 являлась непосредственным очевидцем событий нападения собаки ответчика на собаку истцов и вместе со своим ребенком в течение двух дней вынуждена была наблюдать страдания своего обездвиженного питомца до момента его смерти, с учетом принципа разумности и справедливости, суд оценивает причиненный истцу ФИО3 моральный вред в размере 50 000 рублей, причиненный несовершеннолетнему ФИО7 моральный вред в размере 40000 рублей, причиненный истцу ФИО1 моральный вреда в размере 30000 рублей, полагая, что данные денежные суммы в наибольшей и достаточной степени будут способствовать восстановлению баланса между нарушенными правами истцов и мерой гражданско-правовой ответственности, применяемой к ответчику.
При этом оснований для уменьшения определенной к взысканию суммы компенсации морального вреда, предусмотренных ст.1083 ГК РФ, в рассматриваемом случае суд не усматривает.
Наличия в действиях истца ФИО3 грубой неосторожности, вопреки доводам стороны ответчика, судом не установлено, поскольку тот факт, что собака истцов в сопровождении ФИО3 находилась на улице без поводка и намордника о таковой не свидетельствует, так как обеспечение контроля за поведением собаки на выгуле с помощью средств ограничения ее движения (поводок, шейка, цепочка) способно обеспечить лишь контроль над поведением этого животного, но не защитить указанное животное от воздействия на него другой собаки.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО3 к ФИО2 удовлетворить.
Исковые требования ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО21, а также исковые требования ФИО1 к ФИО2 удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 (паспорт гражданина РФ <Номер обезличен>) в пользу ФИО3 (паспорт гражданина РФ <Номер обезличен>) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.
Взыскать с ФИО2 (паспорт гражданина РФ <Номер обезличен>) в пользу несовершеннолетнего ФИО22 в лице его законного представителя ФИО3 (паспорт гражданина РФ <Номер обезличен>) компенсацию морального вреда в размере 40 000 рублей.
Взыскать с ФИО2 (паспорт гражданина РФ <Номер обезличен>) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина РФ <Номер обезличен>) компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Амурский областной суд через Зейский районный суд Амурской области в апелляционном порядке в течение месяца со дня его составления в окончательной форме.
Председательствующий Н.В. Клаус
Мотивированное решение составлено 09 сентября 2025 года.
Судья Н.В. Клаус