Дело № 2-1517/2022

УИД № 42RS0016-01-2021-000423-19

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 30 ноября 2022 года

Куйбышевский районный суд г.Новокузнецка Кемеровской области в составе: председательствующего судьи Мартыновой Н.В.,

при секретаре судебного заседания Звягинцевой Н.А.,

с участием прокурора Цеплакова О.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Хлеб» о взыскании компенсации сверх возмещения вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Хлеб» о взыскании компенсации сверх возмещения вреда.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ. в производственном помещении ООО «Хлеб», расположенном по адресу: <адрес>, в результате нарушения требований охраны труда произошло воспламенение паров топлива, поступавшего в котельную цеха по изготовлению макаронных изделий, в результате чего, ее мать оператор котельной ФИО5, находящаяся на рабочем месте, получила термические ожоги, от которых скончалась. Из справки о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что причиной смерти ФИО5 явились термический ожог №% поверхности тела, воздействие неконтролируемого огня (пожара) на производственной и строительной площади и в помещении. Из заключения взрывотехнологической экспертизы, проведенной в ходе предварительного расследования по уголовному делу, следует, что причиной смерти ФИО5 явилось нарушение требований пожарной безопасности, в частности, отсутствие вытяжной вентиляции в помещении котельной макаронного производства, системы контроля наличия горючих газов и пожарной сигнализации в помещении и котельной макаронного производства, запасного выхода. Кроме того, в ООО «Хлеб» отсутствовала проектная документация для обеспечения нормальных условий эксплуатации, как производственных помещений, так и здания в целом. В связи с чем, в соответствии со ст.60 ГрК РФ просит взыскать с ответчика компенсацию сверх возмещения вреда в размере № руб.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель ФИО3 исковые требования поддержали в полном объеме, дали пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ООО «Хлеб» ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против исковых требований, просила в иске отказать, поддержали доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление.

Третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен, просил рассмотреть дело в его отсутствие, представил письменные возражения на исковое заявление.

Выслушав пояснения сторон, заключение прокурора, изучив письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что матерью истца ФИО1 являлась ФИО5, что подтверждается свидетельством о рождении № №, свидетельством о заключении брака.

ФИО5 состояла в трудовых отношениях с ООО «Хлеб» в должности оператора котельной.

Из справки о смерти № следует, что в архиве ОЗАГС Центрального района г. Новокузнецка Кемеровской области имеется запись акта о смерти ФИО5, наступившей ДД.ММ.ГГГГг. Причина смерти термический ожог №% поверхности тела, воздействие неконтролируемого огня (пожара) на производственной и строительной площади и в помещении.

Согласно акту № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, в № час. ДД.ММ.ГГГГ в производственном здании по <адрес> в котельной макаронного производства в результате воспламенения паров топлива произошёл взрыв, от которого разрушились стены котельной макаронного производства, и начался пожар. Работники участка были эвакуированы. Начальником смены Хлебозавода № ФИО7 была вызвана пожарная охрана. Из-за сильного задымления не представилось возможным попасть в помещение котельной. При перекличке эвакуированных работников в № час. ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что отсутствует работник ООО «Хлеб» оператор котельной ФИО5, которая впоследствии была эвакуирована сотрудниками пожарной охраны. Потерпевшая скончалась в машине скорой помощи от обширных термических ожогов тела и дыхательных путей.

Комиссией по расследованию несчастного случая на производстве установлено, что в котельной участка макаронного производства не использовались газоанализаторы, отсутствовала принудительная приточно-вытяжная вентиляция. В котельной участка производства хлебобулочных изделий отсутствовал запасной выход. В связи с отсутствием проектной документации не в полном объёме разработаны инструкции по охране труда.

В качестве причины несчастного случая указаны нарушения статей 210, 211, 212, Трудового кодекса Российской Федерации, пункта 19 Правил по охране труда при хранении, транспортировании и реализации нефтепродуктов, утверждённых приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н (пункт 9.2 акта № о несчастном случае на производстве).

Необеспечение безопасных условий труда выразилось в организации работ при отсутствии проектной документации на котельную макаронного производства; отсутствии приточно-вытяжной вентиляции в котельной макаронного производства; применении в технологическом процессе подогрева воды несертифицированной нефти; в отсутствии в котельной хлебобулочного производства запасного выхода; непроведении экспертизы промышленной безопасности здания котельной участка производства хлебобулочных изделий Хлебозавода № в установленные сроки (срок предыдущей экспертизы закончился в апреле 2015 г.) (пункт 9.3 акта № о несчастном случае на производстве).

В качестве причин несчастного случая указано также на необеспечение соответствия технологического процесса - изготовления макаронных изделий с использованием сырой нефти государственным нормативным требованиям охраны труда, при отсутствии декларации о соответствии и (или) сертификата соответствия, ввиду отсутствия проектной документации (пункт 9.4 акта № о несчастном случае на производстве) (том 1 л.д.№).

В соответствии с актом № судебно-медицинского исследования трупа, заключением СМЭ № смерть ФИО5 наступила от ожогового шока, развившегося вследствие термических ожогов волосистой части головы, шеи, грудной клетки, живота, верхних и нижних конечностей 1- 2 степени до №% площади поверхности тела, которые образовались в пределах нескольких десятков минут-нескольких часов до момента наступления смерти, в результате воздействия открытого пламени и горячего пара. Также при исследовании выявлена закрытая черепно-мозговая травма в виде ушибленных ран в лобной области слева, на спинке носа в средней трети, кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в правой теменной области, кровоизлияний под мягкую мозговую оболочку на конвекситальной поверхности правой теменной доли, на конвекситальной поверхности левых теменной, височной и затылочной долей. Все выявленные повреждения образовались прижизненно, в короткий промежуток времени. Учитывая объём черепно-мозговой травмы, следует считать, что потерпевшая могла потерять сознание в момент её получения, что препятствует совершению активных действий (том №).

Из заключения пожарно-технической экспертизы следует, что очаговая зона пожара, произошедшего ДД.ММ.ГГГГг. в производственном помещении ООО «Хлеб» по <адрес>, располагаясь в помещении котельной цеха по изготовлению макаронной продукции в районе водогрейного котла. Возгорание могло произойти в результате короткого замыкания, возможно в случае разгерметизации системы подачи нефтепродуктов (том №).

В соответствии с заключением экспертизы промышленной безопасности на здание котельной (Хлебозавод №) по адресу: <адрес>, проведённой в ДД.ММ.ГГГГ г. ООО «Промышленная диагностика и экспертиза», строительные конструкции здания котельной (Хлебозавод №) находятся в работоспособном техническом состоянии. Здание котельной соответствует нормативным требованиям промышленной безопасности, нарушений требований технического состояния строительных конструкций, влияющих на конструктивные и иные характеристики надежности и безопасности здания, при проведении экспертизы не было установлено. Следующую экспертизу промышленной безопасности здания рекомендовано было провести до апреля 2015г. (том 1 л.д.№)

Более экспертиз промышленной безопасности до момента несчастного случая не проводилось.

Согласно заключению взрывотехнологической судебной экспертизы, проведённой в рамках уголовного дела, возбуждённого по факту смерти ФИО5, в непосредственной причинной связи со смертью ФИО5 находятся нарушения требований Федерального закона «О пожарной безопасности», Федерального закона «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», НПБ 110-03. «Перечень зданий, сооружений, помещений и оборудования, подлежащих защите автоматическими установками пожаротушения и автоматической пожарной сигнализацией», пункта 7.2.18 СНиП 41-01-2003 «Отопление, вентиляция, кондиционирование», «Правил по охране труда при хранении, транспортировании и реализации нефтепродуктов», «Правил по охране труда при производстве отдельных видов пищевой продукции, утв. Приказом Минтруда России от 17 августа 2015 г., ГОСТ 12.1.004-91 «Пожарная безопасность. Общие требования», должностной инструкции главного инженера ООО «Хлеб», приказа генерального директора ООО «Хлеб» № «О контроле за состоянием охраны труда». Экспертом установлено отсутствие проектной документации на здание, сооружение, оборудование, содержащей пожарно-технические характеристики; отсутствие вытяжной вентиляции в помещении котельной макаронного производства, автоматического устройства пожарной вентиляции. Указанные нарушения были допущены ФИО2, как лицом, ответственным за соблюдение требований пожарной безопасности и охраны труда (том №).

В соответствии с экспертным заключением Исследовательского центра экспертизы пожаров ФГБОУ ВО Санкт-Петербургского университета ГПС МЧС России экспертом были установлены следующие нарушения требований пожарной безопасности. В помещении котельной хлебобулочного производства в отдельно стоящем нежилом здании (производственном корпусе), расположенном по <адрес> на момент пожара ДД.ММ.ГГГГ имелся один выход, что допускается требованиями пожарной безопасности (примечание 1 к п. 6.2.СНиП П-М. 2-62). Однако, согласно техническому паспорту на производственный комплекс выход из помещения котельной хлебобулочного производства вёл в помещение мойки или в коридор, согласно описанию, приведённому в акте расследования несчастного случая, и далее в производственные цеха. Указанный выход не соответствовал статье 89 Федерального закона «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», пункту 6.1 СНиП II-M. 2-62 и пункту 4.1 СНиП II-A.5-62, согласно которым, если эвакуация из помещения организована через соседнее помещение, то последнее должно иметь выходы наружу непосредственно или через коридор, вестибюль или лестничную клетку. Однако ввиду того, что в момент пожара ФИО5 находилась в бессознательном состоянии из-за полученной травмы, и не была способна самостоятельно эвакуироваться, между отсутствием выхода, выполненного в соответствии с требованиями пожарной безопасности и гибелью ФИО5 отсутствует прямая причинно-следственная связь.

Кроме того, в помещении котельной макаронного производства на момент возникновения пожара отсутствовала система аварийной вентиляции с механическим побуждением, включающаяся от газоанализаторов, настраиваемых на допустимую по санитарным и противопожарным требованиям концентрацию газов и паров, что не соответствовала статье 5 Федерального закона «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», пунктам 4.61-4.63 СНиП ДД.ММ.ГГГГ-91, пункту 4.27 СНиП II-Г.-7-62, согласно которым в помещении котельной, отнесённой к категории «А» по взрывопожарной и пожарной опасности, в обязательном порядке должна быть установлена система предотвращения пожара. Указанные нарушения к требованиям пожарной безопасности в условиях ДД.ММ.ГГГГг. в котельной макаронного производства ООО «Хлеб» привели к формированию фактора, обеспечивающего процесс возникновения горения (пожара) горючего вещества (паров ЛВЖ), напрямую оказали влияние на состояние ФИО5 в момент пожара (потеря сознания и неспособность самостоятельно эвакуироваться), и привели к последствиям в виде её гибели, то есть экспертом установлена прямая причинно-следственная связь между данными нарушениями и смертью ФИО5 (том №)

Не доверять указанному заключению у суда оснований не имеется, поскольку экспертиза проведена на основании определения суда экспертом Исследовательского центра экспертизы пожаров ФГБОУ ВО Санкт-Петербургского университета ГПС МЧС России, имеющей высшее техническое образование, свидетельство на право производства судебных пожарно-технических экспертиз по специализации «Анализ нарушений нормативных требований в области пожарной безопасности, прогнозирование и экспертное исследование их последствий». Эксперт предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, ей были разъяснены права, предусмотренные ст. 19, 85 ГПК РФ. Выводы эксперта мотивированы, изложены полно со ссылкой на техническую документацию и нормативно-правовые документы. При ответах на поставленные вопросы эксперт руководствовался нормами, действующими на момент несчастного случая, в результате которого погибла мать истца. Выводы эксперта о причине произошедшего несчастного случая подтверждаются заключением взрывотехнологической судебной экспертизы.

Согласно имеющимся в материалах дела информации, предоставленной ГУ МЧС России по КО, акту проверки и предписанию ООО «Хлеб» привлекалось к административной ответственности за невыполнение предписания государственного пожарного инспектора г.Новокузнецка и Новокузнецкого района об устранении нарушений требований пожарной безопасности, а именно, оборудовании административно-производственного здания Хлебозавода № по <адрес> автоматической пожарной сигнализацией, системой оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре (т.№).

Постановлением Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 143 Уголовного кодекса Российской Федерации за примирением с потерпевшим (том №).

Достаточных и достоверных доказательств того, что выводы о причинах несчастного случая, изложенные в акте, являются неверными, суду не представлено.

Грубой неосторожности в действиях ФИО5, которая способствовала бы возникновению (увеличению) вреда, причиненного здоровью потерпевшего, не установлено.

На основании изложенного, суд считает достоверно установленным, что вред жизни ФИО5, которая приходилась матерью истца, был причинен в результате нарушения должностными лицами ООО «Хлеб» требований пожарной безопасности, сопутствующими причинами явилось нарушение требований градостроительного законодательства.

ДД.ММ.ГГГГ. между ФИО1 и ООО «Хлеб» заключено соглашение о компенсации морального вреда, в соответствии с условиями которого ФИО1 оценивает характер и степень страданий, которые перенесены ею к моменту подписания настоящего соглашения и могут быть перенесены в будущем, считает, что указанные страдания будут полностью компенсированы в случае выплаты ей денежной суммы в размере № рублей, с учетом НДФЛ 13% (п. 2 Соглашения).

Из материалов дела, пояснений представителя ответчика ООО «Хлеб», его письменных возражений следует, что ООО «Хлеб» добровольно в счет возмещения вреда, причиненного смертью ФИО5 при исполнении трудовых обязанностей, ФИО1 выплачена компенсация морального вреда в сумме № руб., а также №. по решению Куйбышевского районного суда г.Новокузнецка от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 факт выплаты компенсации морального вреда в вышеуказанном размере не оспаривала.

Согласно ст.3 Всеобщей декларации прав человека, каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность.

В соответствии со ст.2 и 7, часть 1 ст.20, ст.41 Конституции Российской Федерации, право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека.

Согласно ст.18 Конституции Российской Федерации, права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни.

На основании пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

В соответствии с частью 1 статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент несчастного случая 16 апреля 2018 г.) в случае причинения вреда личности или имуществу гражданина, имуществу юридического лица вследствие разрушения, повреждения здания, сооружения либо части здания или сооружения, нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения собственник такого здания, сооружения (за исключением случая, предусмотренного частью 2 настоящей статьи), если не докажет, что указанные разрушение, повреждение, нарушение возникли вследствие умысла потерпевшего, действий третьих лиц или чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях обстоятельства (непреодолимой силы), возмещает вред в соответствии с гражданским законодательством и выплачивает компенсацию сверх возмещения вреда родственникам потерпевшего (родителям, детям, усыновителям, усыновленным), супругу в случае смерти потерпевшего - в сумме три миллиона рублей.

Из буквального толкования указанной-нормы следует, что гражданско-правовая ответственность собственника здания, сооружения наступает независимо от вины, поскольку для освобождения от ответственности, предусмотренной положениями данной нормы, собственнику необходимо доказать взаимосвязь вреда с умыслом потерпевшего, действиями третьих лиц и непреодолимой силы, во всех иных случаях ответственность собственника неотвратима.

По смыслу статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации для наступления предусмотренной данной нормой права ответственности вред личности или имуществу гражданина, имуществу юридического лица должен быть причинён в результате действия или бездействия причинителя вреда и такие действия должны быть взаимосвязаны с повреждением здания, сооружения или их частей и нарушением установленных требований к обеспечению безопасной эксплуатации данных объектов недвижимости.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации сверх возмещения в порядке статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что вред жизни ФИО5 был причинён вследствие действия или бездействия ООО «Хлеб», выразившихся в нарушении ООО «Хлеб» установленных требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания (сооружения) хлебозавода №.

Требования к безопасности зданий и сооружений установлены Федеральным законом от 30 декабря 2009г. № 384-ФЗ «Технический регламент безопасности зданий и сооружений».

Согласно ст.1 вышеуказанного закона, он принят, в том числе в целях защиты жизни и здоровья граждан, имущества физических или юридических лиц, государственного или муниципального имущества.

Пунктом 6 части 2 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2009г. №384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» установлено, что здание - это результат строительства, представляющий собой объёмную строительную систему, имеющую надземную и (или) подземную части, включающую в себя помещения, сети инженерно-технического обеспечения и системы инженерно-технического обеспечения и предназначенную для проживания и (или) деятельности людей, размещения производства, хранения продукции или содержания животных.

Согласно п.14 ч.2 ст.2 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. №384-Ф3 «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» помещение представляет собой часть объёма здания или сооружения, имеющую определённое назначение и ограниченную строительными конструкциями.

Согласно п.15 ч.2 ст.2 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. № 384-Ф3 «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» помещение с постоянным пребыванием людей - помещение, в котором предусмотрено пребывание людей непрерывно в течение более двух часов.

Согласно п.2 ч.6 ст.3 Федерального закона от 30 декабря 2009г. №384-Ф3 «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» настоящим Федеральным законом устанавливаются минимально необходимые требования к зданиям и сооружениям (в том числе, к входящим в их состав сетям инженерно-технического обеспечения и системам инженерно-технического обеспечения), а также к связанным со зданиями и с сооружениями процессам проектирования (включая изыскания), строительства, монтажа, наладки, эксплуатации и утилизации (сноса), в том числе требования к пожарной безопасности.

В соответствии со ст.8 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» здание или сооружение должно быть спроектировано и построено таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения исключалась возможность возникновения пожара, обеспечивалось предотвращение или ограничение опасности задымления здания или сооружения при пожаре и воздействия опасных факторов пожара на людей и имущество, обеспечивались защита людей и имущества от воздействия опасных факторов пожара и (или) ограничение последствий воздействия опасных факторов пожара на здание или сооружение, а также чтобы в случае возникновения пожара соблюдались следующие требования:

сохранение устойчивости здания или сооружения, а также прочности несущих строительных конструкций в течение времени, необходимого для эвакуации людей и выполнения других действий, направленных на сокращение ущерба от пожара;

ограничение образования и распространения опасных факторов пожара в пределах очага пожара;

нераспространение пожара на соседние здания и сооружения;

эвакуация людей (с учетом особенностей инвалидов и других групп населения с ограниченными возможностями передвижения) в безопасную зону до нанесения вреда их жизни и здоровью вследствие воздействия опасных факторов пожара;

возможность доступа личного состава подразделений пожарной охраны и доставки средств пожаротушения в любое помещение здания или сооружения;

возможность подачи огнетушащих веществ в очаг пожара;

возможность проведения мероприятий по спасению людей и сокращению наносимого пожаром ущерба имуществу физических или юридических лиц, государственному или муниципальному имуществу, окружающей среде, жизни и здоровью животных и растений.

Статьёй 11 Федерального закона от 30 декабря 2009г. №384-ФЗ «Технический регламент безопасности зданий и сооружений» предусмотрено, что здание или сооружение должно быть спроектировано и построено, а территория, необходимая для использования здания или сооружения, должна быть благоустроена таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения не возникало угрозы наступления несчастных случаев и нанесения травм людям - пользователям зданиями и сооружениями в результате скольжения, падения, столкновения, ожога, поражения электрическим током, а также вследствие взрыва.

В соответствии с п.7 ст.17 Федерального закона от 30 декабря 2009г. №384-ФЗ «Технический регламент безопасности зданий и сооружений» для обеспечения пожарной безопасности здания или сооружения в проектной документации одним из способов, указанных в ч.6 ст.15 настоящего Федерального закона, должны быть обоснованы: организационно-технические мероприятия по обеспечению пожарной безопасности здания или сооружения в процессе их строительства и эксплуатации.

Так, из материалов дела следует, что несчастный случай произошёл с ФИО5 при следующих обстоятельствах. ДД.ММ.ГГГГ. в № час. в котельной макаронного производства, вход в которую был напротив входа в котельную участка хлебобулочного производства на расстоянии 2250 мм, и противопожарная дверь которой была закрыта на замок, произошёл громкий хлопок, взрыв и начался пожар. От взрывной волны стены котельной макаронного производства наружная и выходящая в коридор рядом с котельной производства хлебобулочных изделий разрушились. При этом оконный проём в стене котельной производства хлебобулочных изделий, которая выходила в тот же коридор, также был разрушен, а входная дверь была деформирована. Сразу же началось задымление, которое стало распространяться по всему производственному зданию. Оператор котельной ФИО5 в момент взрыва находилась в помещении котельной производства хлебобулочных изделий и получила смертельные ожоги кожи, дыхательных путей и черепно-мозговую травму.

Материалами дела установлено и подтверждается выводами эксперта в заключении взрывотехнологической судебной экспертизы, проведённой ФИО8 в рамках уголовного дела, возбуждённого по факту смерти ФИО5, а также заключением эксперта №№ ФГБОУ ВО Санкт-Петербургский университет ГПС МЧС России от ДД.ММ.ГГГГ., что у ответчика ООО «Хлеб» отсутствует проектная документация для обеспечения нормальных условий эксплуатации как производственных помещений ООО «Хлеб», так и здания в целом в соответствии с требованиями Федерального закона от 30 декабря 2009г. №384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», а представленный на экспертизу пакет технических документов по хлебозаводу № ООО «Хлеб» не соответствует требованиям Федерального закона от 30 декабря 2009г. №384-Ф3 «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений». Раздел проектной документации на котельную участка макаронного производства, отсутствует. Отсутствует информация о категории помещения котельной макаронных изделий, в соответствии с которой должна быть выстроена система пожарной безопасности рассматриваемого объекта.

Экспертами установлено, что в помещении котельной макаронного производства отсутствовала система предотвращения пожара, которая согласно ч.1 ст.5 Федерального закона от 22 июля 2008г. №123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» в обязательном порядке должна иметься на объекте защиты. Указанные нарушения требований пожарной безопасности привели к формированию фактора, обеспечивающего процесс возникновения горения (пожара) - горючего вещества (паров ЛВЖ).

Согласно выводам эксперта ФИО8 обеспечение инженерной противоаварийной защиты здания ООО «Хлеб», направленные на защиту людей и производственного помещения, в котором произошло чрезвычайное происшествие, не выполнялись. Эксперты пришли к выводу, что между нарушениями требований пожарной безопасности и наступившими последствиями в виде гибели ФИО5 имеется причинно-следственная связь.

Таким образом, материалами дела установлено, что причиной гибели ФИО9 явилось отсутствие в помещении котельной макаронного производства, являющегося частью здания хлебозавода № ООО «Хлеб», системы предотвращения пожара, что является нарушением Технического регламента о требованиях пожарной безопасности и свидетельствует о том, что ООО «Хлеб» не обеспечена безопасная эксплуатация здания и помещений хлебозавода № в целом.

В соответствии с ч.2 ст.4 Градостроительного кодекса Российской Федерации, к отношениям, связанным с принятием мер по обеспечению безопасности строительства, эксплуатации зданий, сооружений, сноса объектов капитального строительства, предупреждению чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера и ликвидации их последствий при осуществлении градостроительной деятельности, нормы законодательства о градостроительной деятельности применяются, если данные отношения не урегулированы законодательством Российской Федерации в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, законодательством Российской Федерации о безопасности гидротехнических сооружений, законодательством Российской Федерации о промышленной безопасности опасных производственных объектов, законодательством Российской Федерации об использовании атомной энергии, техническими регламентами.

В силу ч.5 ст.55.24 Градостроительного кодекса Российской Федерации эксплуатация зданий, сооружений, должна осуществляться в соответствии с требованиями технических регламентов, проектной документации, нормативных правовых актов Российской Федерации, нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации и муниципальных правовых актов.

В сфере градостроительной деятельности на уровне федеральных законов применяются нормы соответствующих технических регламентов: Технического регламента о требованиях пожарной безопасности от 22 июля 2008 г. № 123-ФЗ и Технического регламента о безопасности зданий и сооружений от 30 декабря 2009 г. № 384-ФЗ.

Также следует учесть, что согласно п.9.3. акта № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГг. причиной несчастного случая является нарушение Градостроительного кодекса Российской Федерации.

Нарушение ООО «Хлеб» требований пожарной безопасности не может не свидетельствовать о не обеспечении безопасной эксплуатации здания и помещений хлебозавода № в целом, а потому не исключает наличие оснований для возложения на ответчика ООО «Хлеб» обязанности по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной ст. 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации.

Отсутствие заключения, указанного в ч.6 ст.62 Градостроительного кодекса Российской Федерации, не может безусловно свидетельствовать об отсутствии со стороны собственника здания, сооружения нарушения законодательства о градостроительной деятельности, и не может снижать уровень правовых гарантий физических и юридических лиц в связи с нарушением законодательства о градостроительной деятельности.

В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что вред жизни ФИО5, которая приходилась матерью истца (т.№), был причинен в результате нарушений ответчиком законодательства о градостроительной деятельности.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела установлены основания для взыскания в пользу истца компенсации, предусмотренной ст. 60 ГрК РФ.

Соответственно, исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с ООО «Хлеб» в пользу ФИО1 компенсацию сверх возмещения вреда в сумме 3 000 000 (три миллиона) рублей и в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи жалобы в Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка.

Решение в окончательной форме изготовлено 09.12.2022 года.

Председательствующий: Н.В.Мартынова