59RS0027-01-2023-000596-76

дело № 2а-1228/2023, 33а-7022/2023

судья Зыкова Е.И.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Пермь 15 августа 2023 года

Судебная коллегия по административным делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Чулатаевой С.Г.,

судей Морозовой Н.Р., Титовца А.А.,

при секретаре Садковой К.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Перми дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Кунгурского городского суда Пермского края от 03 апреля 2023 года.

Заслушав доклад судьи Чулатаевой С.Г., объяснения административного истца, участвующего в заседании посредством видеоконференцсвязи, представителя административного ответчика МО МВД России «Кунгурский» ФИО2, представителя административного ответчика ГУ МВД России по Пермскому краю ФИО3, ФИО4, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, дополнением к исковому заявлению к МО МВД «Кунгурский», Главному управлению Министерства внутренних дел России по Пермскому краю, Министерству внутренних дел Российской Федерации, заявил требования о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в ИВС г.Кунгура в размере 950000 рублей.

В обоснование указал, что в периоды: с 25.02.2019 по 01.03.2019, с 14.03.2019 по 23.03.2019, с 16.04.2019 по 23.04.2019 содержался в ИВС г. Кунгура в условиях не соответствующих требованиям законодательства. В том числе: он, как лицо имеющее статус бывшего сотрудника органов внутренних дел был помещен и содержался в одной камере с осужденными, не имеющими аналогичного статуса, с неоднократно судимыми лицами, а также осужденными особо опасными рецидивистами в нарушение положений статьи 80 УИК РФ; в камере содержалось от 15 до 18 человек, в нарушение положений Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» на одного человека приходилось менее 4 кв.м; отсутствовало отдельное спальное место - кровать, имелись только нары, в длину всей камеры, высотой от пола не более 50-60 см., всего 6 матрацев, вследствие чего приходилось спать по очереди; ежедневные прогулки продолжительностью не менее 1 часа организованы не были, в связи с отсутствием прогулочных двориков; не была организована в установленном порядке не реже 1 раза в неделю помывка; содержался в одной камере с курящими; отсутствовало окно для притока свежего воздуха, так как ИВС находился в подвальном помещении, имеющееся в камере отверстие размером 15-20 см., выходило в вольер к собакам; на стены камеры нанесена штукатурка с большими неровностями и острыми краями и с большим количеством впадин и углублений, в которых было много грязи; освещение в камере не соответствовало требованиям, камера освещалась одной лампочкой, которая была вмонтирована в стену и закрыта железной решеткой; отсутствовало радио и телевидение, фактически радио было, но находилось в неисправном состоянии; отсутствовали таз для стирки вещей, бак с питьевой водой; в камере № ** пожарная сигнализация была в неисправном состоянии; отсутствовала горячая вода; в камере была повышенная влажность, от чего вещи постоянно находились во влажном состоянии, возможность их высушить отсутствовала, в связи с расположением батареи в недоступном для пользования месте; имеющийся в камере стол не позволял принимать пищу всем одновременно; пакет первой необходимости, содержащий мыло, туалетную бумагу, зубную пасту, в камеру не выдавался; в камере были мыши, тараканы и клопы; средства для дезинфекции туалета, камеры не выдавались, по этой причине в камере был неприятный запах. Также указал, что были нарушены правила перевозки при этапировании под конвоем, перевозился в тесных металлических отделениях, где нет достаточного освещения и вентиляции, грязно и накурено, по площади на одного человека при транспортировке приходилось по 0,5 кв.м на человека, отсутствовали ремни безопасности. Кроме того истец перевозился в отделении для общей перевозки со всеми осужденными, в нарушение положений Федерального закона от 20.04.1995 № 45-ФЗ «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов».

Судом постановлено решение об отказе в иске, об отмене которого и принятии нового об удовлетворении требований в полном объеме, просит в апелляционной жалобе ФИО1

Полагает, что административным ответчиком не представлены доказательства подтверждающие, что в указанный в иске период были выполнены установленные требования к условиям содержания. Указывает, что суд не проверил и не дал должной оценки заявленным им доводам о содержании в статусе подследственного в одной камере с лицами, в отношении которых вынесен приговор, а также лицами совершившими преступление при особо опасном рецидиве. Указывает на нарушение требований к санитарной норме площади в камерах, в которые он был помещен, на отсутствие отдельного спального места. Также ссылается на то, что часть указанных в иске нарушений требований к условиям содержания была признана стороной административного ответчика, а именно отсутствие прогулочных дворов, то обстоятельство, что ИВС было размещено в здании, имеющем историческую ценность, значения не имеет. Полагает, что вывод суда о наличии основания для отказа в иске в связи с пропуском срока для обращения за судебной защитой неправомерен, так как при помещении в СИЗО он не знал требования к условиям содержания, о том, что является нарушением его прав.

Полагает, что с учетом установленных нарушений, суд необоснованно отказал в удовлетворении требований.

В суде апелляционной инстанции административный истец ФИО1 требования, приведенные в апелляционной жалобе, поддержал.

Представитель административного ответчика МО МВД России «Кунгурский» - ФИО2 полагает жалобу необоснованной, просит оставить решение суда без изменения.

Представители административного ответчика ГУ МВД России по Пермскому краю - ФИО3, ФИО4 считают решение законным и обоснованным, просят требования апелляционной жалобы оставить без удовлетворения.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства (далее по тексту - КАС РФ) лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно части 5 указанной статьи при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 КАС РФ, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 3 постановления от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Из содержания пункта 14 данного постановления следует, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом №103-ФЗ от 15.07.1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ от 15.07.1995 г.) и конкретизированы в Правилах внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД РФ от 22.11.2005 г. № 950 (далее Правила).

Изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел в соответствии со статьей 7 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» являются одним из мест содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых.

Федеральным законом № 103-ФЗ от 15.07.1995 (в редакции Федерального закона от 22.12.2014 № 446-ФЗ), как и в ныне действующей редакции установлено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (статья 4); в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации; обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15); подозреваемые и обвиняемые имеют право: в том числе, обращаться с просьбой о личном приеме к начальнику места содержания под стражей и лицам, контролирующим деятельность места содержания под стражей, во время нахождения указанных лиц на его территории; обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами, в том числе в суд, по вопросу о законности и обоснованности их содержания под стражей и нарушения их законных прав и интересов; вести переписку и пользоваться письменными принадлежностями; получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях; пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа; пользоваться собственными постельными принадлежностями, а также другими вещами и предметами, перечень и количество которых определяются Правилами внутреннего распорядка; пользоваться литературой и изданиями периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенными через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольными играми, и иные права. (статья 17); подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы. Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (статья 23); администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (статья 24).

Положениями пунктов 42, 45, 47, 130 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ № 950 от 22.11.2005 года установлено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом, обеспечиваются ежедневно бесплатным трехразовым горячим питанием по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации, камеры ИВС оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды, полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией, тазами для гигиенических целей и стирки одежды, не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут, подозреваемые и обвиняемые пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов административного дела, ФИО1 в 2019 содержался в ИВС МО МВД России «Кунгурский», по адресу <...> согласно сведениям, содержащимся в камерной карточке (л.д. 72): в период с 25.02.2019 по 01.03.2019 в камере № **; с 14.03.2019 по 23.03.2019 в камере № **; с 16.04.2019 по 23.04.2019 в камере № **.

Рассматривая настоящее административное дело, суд первой инстанции руководствовался положениями действующего законодательства и исходил при этом из того, что условия содержания в ИВС МО МВД России «Кунгурский» в период нахождения в нем административного истца не в полной мере соответствовали требованиям действующего законодательства, в том числе в нем отсутствовал прогулочный двор, в связи с чем нарушено право истца на прогулки, стены камер были оштукатурены «под шубу», что нарушало требования к обеспечению необходимого уровня санитарной обработки помещений. Установив данные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии основания для удовлетворения исковых требований в полном объеме, поскольку срок для обращения за судебной защитой пропущен, уважительные причины пропуска срока, отсутствуют.

Судебная коллегия, рассматривая доводы апелляционной жалобы, полагает вывод суда об отсутствии оснований для восстановления пропущенного срока, основанным на неверном применении норм процессуального права.

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 219 КАС РФ, если поименованным Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что административное исковое заявление подано истцом, который по настоящее время отбывает наказание в виде лишения свободы. Судебная коллегия, принимая во внимание общеправовые подходы к применению положений статьи 219 КАС РФ по делам, рассматриваемым в порядке, предусмотренном статьей 227.1 КАС РФ, учитывая положение истца с учетом ограничений возможностей по защите нарушенных прав, полагает, что имеются предусмотренные частью 7 статьи 219 КАС РФ основания для восстановления срока обращения с административным иском.

Решение суда при указанных обстоятельствах не может быть признано законным, подлежит отмене, заявленное истцом требование о взыскании компенсации, рассмотрению по существу.

Установлено, что до марта 2020 ИВС МО МВД России «Кунгурский» располагалось в предоставленном МО «Кунгурский» городским комитетом по управлению имуществом Администрации города Кунгура по договору от 24.09.1999 № 11/5051 «О передаче муниципального имущества на праве оперативного управления» - подвальном помещении здания по адресу: ****, являющегося памятником архитектуры XIX века.

В связи с тем, что ИВС располагался в помещении здания, которое является памятником архитектуры 19 века, какое-либо расширение камерной площади или реконструкция помещений были невозможны, в связи с отсутствием свободных площадей строительство прогулочного двора для подозреваемых и обвиняемых было невозможно. В ИВС имелось восемь камер, две из которых предназначены для содержания административно - задержанных и шесть для содержания подозреваемых и обвиняемых, общая площадь камер - 92,7 кв.м. ИВС МО «Кунгурский» был рассчитан на одновременное содержание 24 человек подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, и административно-задержанных. Согласно справке от 31.03.2023 камера № ** предназначалась для размещения административных задержанных, подозреваемые и обвиняемые в данной камере не содержались.

Как установлено материалами административного дела в период нахождения в ИВС ФИО1 размещался в камерах: № ** площадью 8,2 кв.м., №** площадью 20,5 кв.м., №** площадью - 11,7 кв.м, что соответствует данным технического паспорта, данным карточки (л.д. 52-55, л.д. 72).

В соответствии со статьей 23 Федерального закона № 103-ФЗ норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливаются в размере четырёх квадратных метров. В соответствии с пунктом 43 Правил внутреннего распорядка - подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи: миской, кружкой, ложкой. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование.

Установлено, что в период, заявленный административным истцом – 2019 год, согласно книгам приема-сдачи дежурств перелимита обвиняемых и подозреваемых в указанных истцом камерах не установлено.

Проверив доводы административного истца об отсутствии в камере персонального места для сна, отсутствие спальных принадлежностей, несоблюдения требований к материально-бытовому обеспечению в части касающейся соблюдения требований к оборудованию камер ИВС необходимой мебелью, отсутствия бачка для питьевой воды, таза для гигиенических целей и стирки одежды, о неисправном состоянии пожарной сигнализации, неработающих и сломанных датчиках, а также неисправном состоянии радио и отсутствии телевизора - суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для установления факта нарушения требований к условиям содержания в данной части.

Согласно бухгалтерской справке от 22.03.2023 по состоянию на 01.01.2019 за ИВС числится постельных принадлежностей для обеспечения лиц, содержащихся в ИВС в количестве 278 шт., а именно: матрац ватный – 48 шт.; наволочка – 31 шт.; одеяло полушерстяное – 24 шт.; подушка перовая – 24 шт.; подушка из синт.волокон – 24 шт.; полотенце вафельное – 48 шт.; простынь – 79 шт. (л.д. 47), 21.01.2019 заключен договор на оказание услуг по стирке белья, белье для стирки принималось ежедневно, кроме субботы, воскресенья, составлялись акты по оказанным услугам: акт № 40 от 25.02.2019, акт № 75 от 25.03.2019, акт № 102 от 25.04.2019 (л.д. 78). Согласно камерной карточке, спальные принадлежности выдавались, о чем имеется личная подпись ФИО1

Как определено положениями пункта 45 Правил, камеры ИВС оборудуются: приточной и/или вытяжной вентиляцией. В соответствии с техническим паспортом ИВС, здание оборудовано вытяжной вентиляцией (л.д. 55), доказательства ненадлежащей работы вентиляции в материалах дела отсутствуют.

В материалы дела представлены доказательства касающиеся габаритов установленных в камерах стола, скамеек, в связи с чем суд первой инстанции правомерно указал на то, что довод истца о том, что он не имел возможности принимать пищу, так как все помещенные в камеры лица не могли сесть за стол одновременно, неоснователен. Согласно копии акта осмотра от 25.05.2015 установлено, что таз для стирки вещей, бачок с питьевой водой в камерах имеются (л.д. 110)., оснований полагать, что указанные требования не соблюдались в период помещения истца в ИВС, суд первой инстанции правомерно не усмотрел.

Принимая во внимание время, прошедшее с периода содержания истца в ИВС, а также то обстоятельство, что с 2020 года ИВС размещено в иных помещениях, судебная коллегия полагает, что невозможность представления административным ответчиком доказательств выполнения требований действующего законодательства относительно вышеуказанных условий содержания, в том числе в виде фотографий, актуальных актов осмотра, объективно обоснована, и само по себе не может расцениваться в качестве доказательства подтверждающего доводы истца. Судебная коллегия учитывает, что заявлений и жалоб от ФИО1 об отсутствии каких-либо предметов обихода, неработающего радио, отсутствия вытяжной вентиляции в период нахождения в ИВС не поступало, что подтверждается отсутствием соответствующих отметок в журнале письменных обращений.

В соответствии с пунктом 1 приложения 1 Правил внутреннего распорядка подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся под стражей в ИВС, обязаны: проводить уборку камер и других помещений, мытье посуды в порядке очередности, установленной администрацией ИВС. Установлено, что МО МВД России «Кунгурский» и Государственным бюджетным учреждением здравоохранения Пермского края «Пермский краевой центр дезинфектологии» в заявленный в иске период был заключен договор на проведение санитарно – профилактических мероприятий, в том числе по проведении дезинфекции и дезинсекции помещений изолятора, в соответствии с которым осуществляется периодическая обработка помещений изолятора (л.д. 80-81). Дератизация, дезинсекция указанных в договоре помещений производилась ежемесячно, составлялся акт сдачи приемки оказанных услуг (л.д. 87).

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что доводы истца об антисанитарных условиях в камерах с учетом неровной поверхности стен, отсутствии дератизации и дезинсекции, не предоставления средств дезинфекции, не нашли своего подтверждения в полном объеме.

Как установлено материалами административного дела камеры ИВС МО МВД России «Кунгурский» не оборудованы горячим водоснабжением ввиду отсутствия технической возможности. В соответствии с пунктами 47, 48 Правил внутреннего распорядка подозреваемые и обвиняемые не реже одного раза в неделю проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут, смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе. При отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более +50 °С), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребности.

Материалами административного дела подтвреждается, что административный истец ФИО1 находился в ИВС г.Кунгура в период с 25.02.2019 по 01.03.2019, то есть 5 дней; с 14.03.2019 по 23.03.2019, то есть 8 дней; с 16.04.2019 по 23.04.2019, то есть 7 дней. Также установлено, что в соответствии с требованиями Правил внутреннего распорядка в период нахождения в ИВС с 16.04.2019 по 23.04.2019 превышающий 7 дней, ФИО1 была предоставлена возможность помывки – 17.04.2019.

Таким образом, нарушения требований к условиям содержания в части касающейся обеспечения санитарных требований, поддержания приемлемого уровня личной гигиены, в период пребывания истца в ИВС не установлено.

В соответствии с пунктом 9 Инструкции о порядке медико-санитарного обеспечения лиц, содержащихся в изоляторах временного содержания органов внутренних дел (приказ МВД России и Минздрава России от 31.12.1999 года № 1115/475) в течение первых суток пребывания в ИВС производится первичный медицинский осмотр всех вновь поступивших с целью выявления лиц с подозрением на инфекционные заболевания, представляющих опасность для окружающих, и больных, нуждающихся в скорой медицинской помощи. Осмотр производится медицинским работником в медицинском кабинете. Регистрация больных и лиц предъявляющих жалобы на состояние здоровья, осуществляется в журнале медицинских осмотров лиц, содержащихся в ИВС. В случае отсутствия медицинского работника в период поступления в ИВС вновь прибывших лиц, дежурный по ИВС, а при отсутствии штатного дежурного по ИВС – дежурный по ИВС обязан немедленно вызвать медицинского работника ИВС либо бригаду скорой медицинской помощи.

Материалами административного дела установлено, что в период содержания ФИО1 в ИВС медицинская помощь ему оказывалась, медикаменты выдавались, что подтверждается справкой от 31.03.2023, из которой следует, что ему выдавались соответствующие лекарства: 28.02.2019 – ***, 15.03.2019 – ***, 18.03.2019, 19.03.2019, 20.03.2019 – ***, 21.03.2019 – ***, ***, 19.03.2019 - ***, 19.04.2019 – ***, 22.04.2019 – ***, 22.03.2019 – ***.

Таким образом, оснований для установления факта нарушения прав административного истца в части неоказания ему медицинской помощи при нахождении в ИВС не имеется.

Проверив доводы административного истца о том, что в его отношении были нарушены требования законодательства в связи с размещением в одно камеру с курящими лицами, суд правомерно указал на то, что в соответствии со статьей 33 Федерального закона № 103-ФЗ, пунктом 21 Правил внутреннего распорядка - курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих, вместе с тем, при помещении в ИВС ФИО1 с просьбой о переводе в камеру с некурящими лицами не заявлял.

В соответствии с положениями пункта 19 Правил внутреннего распорядка - подозреваемые и обвиняемые содержатся в общих или одиночных камерах ИВС, при этом раздельно: мужчины и женщины; несовершеннолетние и взрослые; подозреваемые и обвиняемые с осужденными, приговоры в отношении которых вступили в законную силу; подозреваемые и обвиняемые по одному уголовному делу; впервые привлекаемые к уголовной ответственности и лица, ранее содержавшиеся в местах лишения свободы.

Проверив доводы о том, что в отношении истца были нарушены требования законодательства в связи с содержанием совместно с лицами, ранее привлекавшимися к уголовной ответственности, о том, что как лицо имеющее статус бывшего сотрудника правоохранительных органов должен был содержаться в отдельной камере, суд первой инстанции также не усмотрел нарушения. Суд первой инстанции правомерно указал на то, что оснований для установления фактов нарушения в связи с заявлениями истца о том, что он был помещен в камеру, где содержался совместно с лицами, ранее привлекавшимися к уголовной ответственности, не имеется. Из постановления о задержании в порядке статьи 91 УПК РФ, а также постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражей, не следует о том, что административный истец указывал о наличии особого статуса, имеющаяся в материалах дела камерная карточка также не содержит сведений о том, что ФИО1 являлся сотрудником правоохранительных органов, не имеется и сведений о том, что по данному поводу административный истец обращался с письменным заявлением к сотрудникам ИВС.

Принимая во внимание срок, прошедший с периода, являющегося предметом проверки, вызванные этим затруднения в сборе и представлении доказательств, судебная коллегия, не усматривает в действиях административного ответчика уклонения от представления доказательств и не расценивает невозможность их представление как доказательство виновного противоправного поведения.

Проверив доводы административного истца о нарушении требований к условиям перевозки, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Приказом Минюста России от 04.09.2006 № 279, разъяснениями, данными в пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», исследовав представленные доказательства, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска в данной части.

Установлено, что ФИО1 перевозился транспортным средством ГАЗ 3302-АЗ государственный регистрационный номер ** (л.д. 100-106), жалоб и претензий в течение всего пути следования к плановым караулам, а также при его сдаче, административный истец не высказывал, за медицинской помощью не обращался. В дни перевозки административного истца спецавтомобиль был технически исправен.

Таким образом, доводы административного истца какими-либо допустимыми доказательствами подтверждены не были, в апелляционной жалобе истец выводы суда в данной части не оспаривает.

Вместе с тем, установлено и не опровергнуто административным ответчиком, что в период пребывания административного истца в ИВС имели место нарушения требований к условиям содержания, в том числе:

внутренняя отделка камер на соответствовала требованиям Инструкции по проектированию объектов органов внутренних дел СП 12-95, а именно: стены камер, вместо гладко оштукатуренных и окрашенных выполнены под «шубу»;

окна камер в нарушение требований Инструкции по проектированию объектов органов внутренних дел СП 12-95 не имели достаточных размеров для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, не обеспечивали приток свежего воздуха, поскольку размеры оконных проемов в ИВС должны составлять не менее 1,2 м по высоте и 0,9 м по ширине (пункт 17.11), тогда как оконные проемы в камерах №№ 3, **, ** ИВС не соответствовали установленным требованиям, что было установлено как в ходе прокурорских проверок, так и при рассмотрении иных административных дел в отношении административного ответчика (решение Кунгурского городского суда Пермского края от 23.08.2021, дело **/2021);

в ИВС в нарушение требований пункта 130 Правил внутреннего распорядка не было реализовано право подозреваемых и обвиняемых на ежедневную прогулку продолжительностью не менее одного часа, в связи с отсутствием прогулочных дворов.

Судебная коллегия полагает, что выявленные нарушения требований к условиям содержания в ИВС свидетельствуют о нарушении прав истца, гарантированных законом, что является достаточным для признания того, что истцу были причинены страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что, в соответствии с упомянутыми выше правовыми нормами является основанием для признания требования истца о взыскании компенсации обоснованным.

В соответствии с пунктом 2 статьи 309 КАС РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы, представления суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по административному делу новое решение.

Учитывая установленные обстоятельства, неправомерность суждения суда первой инстанции об отсутствии уважительных причин пропуска срока для обращения с иском, судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда первой инстанции подлежит отмене, с принятием нового решения об удовлетворении административного искового заявления в части.

С учетом фактических обстоятельств, при которых были допущены нарушения условий содержания в исправительном учреждении, отсутствия негативных последствий для административного истца (доказательств иного в материалы дела не представлено), судебная коллегия определяет размер подлежащей взысканию в пользу административного истца ФИО1 компенсации как 8000 рублей.

Руководствуясь статьями 309, 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Кунгурского городского суда Пермского края от 03 апреля 2023 года отменить, принять новое решение.

Административное исковое заявление ФИО1 к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел «Кунгурский», Главному управлению Министерства внутренних дел России по Пермскому краю, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице главного распорядителя Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств Казны РФ в пользу в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 8 000 рублей, в удовлетворении оставшейся части требований - отказать.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в течение шести месяцев в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г.Челябинск) в соответствии с главой 35 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации через суд первой инстанции.

Председательствующий:/подпись/

Судьи:/подписи/