Дело № 2-1602/2022

26RS0002-01-2022-001699-65

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 ноября 2022 года город Ставрополь

Ленинский районный суд города Ставрополя Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Суржа Н.В.,

при секретаре Даниловой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению САО «ВСК» к ФИО1 о взыскании убытков в порядке регресса,

установил:

САО «ВСК» обратилось в суд с исковым заявлением, в котором просит взыскать с ФИО1 сумму убытков в размере 2 516 075,97 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 20 780,38 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что <дата обезличена> согласно документам компетентных органов, произошло ДТП по адресу: <адрес обезличен>, перекресток <адрес обезличен>. ДТП произошло с участием транспортных средств: Audi, гос. номер <номер обезличен>, водитель ФИО2, Mercedes, гос. номер <номер обезличен>, владелец и водитель ФИО1

Виновником ДТП признан водитель ФИО1 В действия водителя установлено нарушение пунктов 13.3, 13.9 ПДД РФ.

Решением Ставропольского краевого суда от <дата обезличена> исключены выводы о виновности водителя ФИО1, содержащие признаки ч. 2 ст. 12.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку срок давности привлечения к административной ответственности, предусмотренной ст. 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для данной категории дел истек.

Истечение срока давности привлечения к административной ответственности само по себе не является основанием для вывода об отсутствии состава вменяемого ответчику правонарушения.

Также следует учитывать, что истечение срока давности привлечения к административной ответственности к моменту рассмотрения дела в реабилитирующим основанием не является, поскольку виновное фактически освобождается только от административного наказания.

В связи с изложенным факт наличия или отсутствия вины каждого участников дорожного движения в указанном ДТП является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения дела.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Оснований полагать, что действия водителя ФИО2, даже в случае нарушения им п. 10.1 ПДД, могут находиться в прямой причинно-следственной связи в произошедшем ДТП, с учетом правом преимущественного проезда перекрестка транспортного средства Audi, гос. номер <номер обезличен>, не имеется.

Транспортное средство Audi, гос. номер <номер обезличен> на момент ДТП было застраховано в САО «ВСК» по договору добровольного страхования <номер обезличен> в соответствии с Правилами комбинированного страхования автотранспортных средств САО «ВСК» № 171.1 от 27.10.2016 и получило повреждения в результате указанного события.

САО «ВСК» признало событие страховым случаем и <дата обезличена> произвело выплату страхового возмещения, согласно условиям договора страхования, в размере 2 916 075,97 рублей.

В пределах лимита Федерального закона от <дата обезличена> № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в размере 400 000 рублей, ответственность по данному страховому случаю несет СПАО «Ингосстрах».

Обязательный претензионный или досудебный порядок для разрешения данного вида споров законом не предусмотрен.

Таким образом, ответчик является лицом, ответственным за возмещение вреда, причиненного в ДТП.

Представитель истца САО «ВСК» ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила суд их удовлетворить. Кроме того возражала против результатов проведенной судебной автотехнической экспертизы, представила рецензию на судебную автотехническую экспертизу.

Ответчик ФИО1, извещенная надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, сведений о причинах неявки суду не представила.

Представитель ответчика адвокат Володарец А.Н. в судебном заседании исковые требования не признал, просил суд в их удовлетворении отказать. Указал, что результаты проведенной судебной автотехнической экспертизы говорят о невиновности ответчика в ДТП.

В представленных возражениях указал, что из материалов дела по административному правонарушению по факту события ДТП, имевшего место <дата обезличена> в <адрес обезличен>, и принятых судебных актов по данному делу установлено, что протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 и постановление о привлечении её к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не составлялись.

Решением Ставропольского краевого суда от <дата обезличена> по жалобе ФИО1 изменено постановление заместителя прокурора Ленинского района г. Ставрополя от <дата обезличена> и решение Ленинского районного суда г. Ставрополя от <дата обезличена> по делу <номер обезличен> об административном правонарушении в отношении ФИО1, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Из мотивировочной части вышеуказанных актов исключены выводы о том, что ДТП от <дата обезличена> произошло в результате виновных действий водителя ФИО1 в данной дорожно-транспортной обстановке, содержащих признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.13. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Решением Ставропольского краевого суда от <дата обезличена> вступило в законную силу.

Таким образом, при отсутствии установленной и доказанной вины в ДТП, отсутствуют правовые основания для применения к ответчику ответственности в порядке заявленной суброгации.

В отношении водителя ФИО2 ст. инспектором ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Ставрополю принято определение <номер обезличен> от <дата обезличена> об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с истечением срока исковой давности привлечения к административной ответственности, то есть не по реабилитирующим основаниям, которое не обжаловалось и вступило в законную силу.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, просил суд в их удовлетворении отказать. Пояснил, что он в ДТП не виноват. Он ехал на автомобиле Audi, рег. номер <номер обезличен> не спеша по главной дороге, подъезжая к перекрестку на котором произошло ДПТ, посмотрел налево и направо, и убедившись в том, что препятствий для движения не имеется, продолжил движение после чего почувствовал удар в управляемый им автомобиль. Как пояснил водитель ФИО2 в него въехал водитель автомобиля Mercedes, рег. номер <номер обезличен>. Также пояснил, что при движении к перекрёстку за его автомобилем ехал автомобиль такси, данный автомобиль не ограничивал ему обзор при движения по <адрес обезличен>. Водитель такси произвёл торможение и избежал произошедшего ДТП. Также пояснил, что автомобиль Mercedes, рег. номер <номер обезличен> до момента столкновения он не видел.

Представитель третьего лица СПАО «Ингосстрах», извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, сведений о причинах неявки суду не представил.

В представленных возражениях указал, что по страховому случаю, произошедшему в ДТП от <дата обезличена>, СПАО «Ингосстрах» произвело выплату ФИО1 страхового возмещения в размере 2 639 974,27 рублей, что подтверждается платежными поручениями <номер обезличен> от <дата обезличена>, <номер обезличен> от <дата обезличена>, <номер обезличен> от <дата обезличена>.

Решением Ставропольского краевого суда от <дата обезличена> было изменено постановление заместителя прокурора Ленинского района г. Ставрополя от <дата обезличена> и решение Ленинского районного суда г. Ставрополя от <дата обезличена> по делу <номер обезличен> об административном правонарушении в отношении ФИО1, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Из мотивировочной части указанных актов были исключены выводы о том, что ДТП имевшее место <дата обезличена> произошло в результате виновных действий ФИО1 в данной дорожно-транспортной обстановке, содержащих признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

При отсутствии установленной и доказанной вины ФИО1 в ДТП <дата обезличена>, отсутствуют и правовые основания для применения требований ст. 965 ГК РФ.

Просил отказать в удовлетворении исковых требований.

Суд на основании ч. 3 ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела, материалы дела об административном правонарушении суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела по факту ДТП, зарегистрированного в ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Ставрополю ЖУДТП <номер обезличен> от <дата обезличена> следует, что <дата обезличена> в 09 часов 30 минут на нерегулируемом перекрестке <адрес обезличен> произошло столкновение автомобиля Merсedes Benz GLC 250D, рег. знак <номер обезличен>, под управлением водителя ФИО1, которая двигалась по проезжей части <адрес обезличен> в направлении от <адрес обезличен> в сторону <адрес обезличен>, и автомобиля AUDI Q7, рег. знак <номер обезличен>, под управлением водителя ФИО2, который двигался по проезжей части <адрес обезличен> в направлении от <адрес обезличен> в сторону <адрес обезличен>, после чего произошло опрокидывание автомобиля Merсedes Benz GLC 250D, ре. знак <номер обезличен>.

В результате ДТП транспортные средства получили различные механические повреждения, а водитель автомобиля Merсedes Benz GLC 250D, регистрационный знак <номер обезличен>, ФИО1 получила телесные повреждения.

По факту ДТП определением <номер обезличен> от <дата обезличена> возбуждено дело об административном правонарушении в отношении ФИО1 по признакам административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и назначено административное расследование.

Как следует из объяснений водителя ФИО1 от <дата обезличена>, она <дата обезличена> примерно в 9 часов 30 минут управляла технически исправным автомобилем Merсedes Benz GLC 250D, рег. знак <номер обезличен>, двигалась по <адрес обезличен> от <адрес обезличен> в сторону <адрес обезличен>, на пересечении <адрес обезличен> и <адрес обезличен> на регулируемом перекрестке (светофорный объект не работал) в её автомобиль въехал автомобиль AUDI Q7, рег. знак <номер обезличен> в правую сторону. После удара её автомобиль перевернулся. На момент ДТП дорожное покрытие было сухим, видимость неограниченная. Автомобиль получил механические повреждения.

Как следует из объяснений водителя ФИО2 от <дата обезличена>, он <дата обезличена> примерно в 9 часов 30 минут управлял автомобилем AUDI Q7, рег. знак <номер обезличен>, двигался по <адрес обезличен> от <адрес обезличен>, и на перекрёстке <адрес обезличен> и <адрес обезличен> ввиду нерабочих светофоров, он руководствовался знаком «Главная дорога» и двигался прямо. Ему не уступил дорогу автомобиль Merсedes Benz GLC 250D, рег. знак <номер обезличен>, в результате чего произошло столкновение. На момент ДТП дорожное покрытие было сухим, видимость неограниченная. Автомобиль получил механические повреждения.

Как следует из объяснений водителя ФИО2 от <дата обезличена>, он <дата обезличена> примерно в 9 часов 30 минут управлял автомобилем AUDI Q7, рег. знак <номер обезличен>, двигался по <адрес обезличен> от <адрес обезличен> в направлении <адрес обезличен> в крайнем правом ряду со скоростью примерно 60 км/ч. На пересечении <адрес обезличен> и <адрес обезличен>, внезапно со второстепенной дороги появился автомобиль Merсedes Benz GLC 250D, рег. знак <номер обезличен>, под управлением ФИО1, которая не уступила ему дорогу. В результате чего произошло столкновение автомобилей. Перед столкновением он не видел автомобиль Merсedes Benz GLC 250D, рег. знак <номер обезличен>, приближающийся с лева с <адрес обезличен>, поэтому мер к торможению не принял.

Как следует из объяснений водителя ФИО2 от <дата обезличена>, к ранее данным пояснениям добавил, что он двигался с включенным ближним светом, был без груза, видео-регистратора и пассажиров, примерно посередине правой полосы движения с постоянной скоростью около 60 км/ч. На момент ДТП время суток было светлое, погода ясная, без облаков и тумана, видимость не ограниченная. Проезжая часть <адрес обезличен> на перекрестке с <адрес обезличен> асфальтированная, без дефектов, сухая, прямая, горизонтальная. Столкновение автомобилей произошло в передний левой части его автомобиля AUDI Q7, рег. знак <***>, с правой боковой частью автомобиля Merсedes Benz GLC 250D, рег. знак <номер обезличен>.

Как следует из объяснений водителя ФИО1 от <дата обезличена>, она<дата обезличена> примерно в 9 часов 30 минут управляла технически исправным автомобилем Mercedes Benz GLC 250D, рег. знак <номер обезличен>, двигалась в левом крайнем ряду (полосе) по <адрес обезличен> от <адрес обезличен> в сторону <адрес обезличен> при неработающем светофоре несколько раз убедилась в безопасности проезда (в средней полосе по <адрес обезличен> от <адрес обезличен> двигался автомобиль красного цвета, при отсутствии иных движущихся транспортных средств в этом направлении) она с рядом идущим в попутном направлении автомобилем белого цвета (средняя полоса) завершала его пересечение, со скоростью примерно 25-30 км/ч. В этот же момент в правую сторону её автомобиля на большой скорости въехал автомобиль AUDI Q7, рег. знак <номер обезличен>, двигавшийся примерно по середине левой полосы. Торможения перед столкновением она не применяла. В момент ДТП на её автомобиле был включён ближний свет фар, был видео-регистратор, не ведущий запись.

<дата обезличена> по делу вынесено определение о назначении комплексной трасолого-автотехнической экспертизы.

Согласно заключению ЭКЦ ГУ МВД России по Ставропольскому краю <номер обезличен> от <дата обезличена>, место столкновения транспортных средств расположено в правой полосе <адрес обезличен>, считая по ходу движения автомобиля «АУДИ Q7» р/з Е505РА/<номер обезличен>, и в целом не противоречит месту, зафиксированному на схеме места ДТП от <дата обезличена>. Первоначально в контакт вступала левая передняя и передняя торцевая часть автомобиля АУДИ Q7 р/з <номер обезличен> (передний бампер, передний регистрационный знак, передняя кромка капота (преимущественно слева)) с правой боковой стороной кузова автомобиля «МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250D» р/з <номер обезличен> (правыми дверьми), в результате чего на кузове последнего, на уровне примерно 30-90 см от опорной поверхности, были образованы повреждения в виде вмятин и складок материала металла, а также трассы с наслоением вещества темного цвета. В момент первичного контактирования угол между продольными осями транспортных средств составлял величину около 80°. Между тем, отсутствие сведений о следах колёс (торможения, юза, качения) автомобилей на проезжей части до места столкновения, не позволяет эксперту установить величину угла между их продольными осями и проезжей частью в момент первоначального контакта. Как указал эксперт, в дорожной обстановке, описанной в определении о назначении экспертизы, водитель автомобиля «МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250D» ФИО1 должна была действовать в соответствии с требованиями п. 13.9 ПДД РФ и дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» по Приложению <номер обезличен> к ПДД РФ. В дорожной обстановке, описанной в определении о назначении экспертизы, водитель автомобиля «АУДИ Q7» ФИО2 при возникновении опасности для движения должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, т.е. должен был действовать в соответствии с требованием п. 10.1 абз.2 ПДД РФ. В рассматриваемой дорожно-транспортной обстановке, водитель автомобиля «АУДИ Q7» ФИО2 располагал технической возможностью торможением предотвратить столкновение с автомобилем «МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250D», в момент и при исходных данных, указанных в определении о назначении экспертизы. При условии своевременного применения водителем ФИО2 экстренного торможения, к моменту достижения им места столкновения, автомобиль «МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250D» полностью выехал бы за пределы проезжей части <адрес обезличен>. В данной дорожно-транспортной обстановке, описанной в определении о назначении экспертизы, возможность у водителя автомобиля «МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250D» ФИО1 предотвратить столкновение с автомобилем «АУДИ Q7» зависела не от технической возможности как таковой, а от выполнения ею требований п. 13.9 ПДД РФ и дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» по Приложению № 1 к ПДД РФ. Действия водителя «МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250D» ФИО1, описанные в определении о назначении экспертизы, не соответствовали требованию п. 13.9 ПДД РФ и дорожному знаку 2.4 «Уступите дорогу» по Приложению № 1 к ПДД РФ. Действия водителя автомобиля «АУДИ Q7» ФИО2, описанные в определении о назначении экспертизы, не соответствовали требованию п. 10.1 абз. 2 ПДД РФ. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения в причинной связи с ДТП находятся действия водителя автомобиля «АУДИ Q7» ФИО2

Кроме того эксперт пришел к выводу, что при условии своевременного применения водителем автомобиля «АУДИ Q7» ФИО2 мер к экстренному торможению, к моменту достижения последним места столкновения, автомобиль «МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250D» мог бы от места столкновения дополнительно преодолеть расстояние 5,2…8,2 м. Учитывая данный расчет, и то что место столкновения ТС расположено на расстоянии примерно 0,8 м. от правого края проезжей части <адрес обезличен>, считая по ходу движения автомобиля «АУДИ Q7» можно сказать, что при условии современного применения водителем ФИО2 экстренного торможения, к моменту достижения им места столкновения, автомобиль «МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250D» полностью выехал бы за пределы проезжей части <адрес обезличен>.

<дата обезличена> по делу вынесено определение о назначении автотехнической экспертизы.

Согласно заключению ФБУ Северо-Кавказский региональный центр судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации <номер обезличен> от <дата обезличена>, в дорожно-транспортной обстановке, описанной в исходных данных определения о назначении настоящей экспертизы, водитель автомобиля «Mercedes Benz GLC 250D» ФИО1 при неработающих светофорах и наличии по ходу её движения перед перекрестком дорожного знака приоритета 2.4 «Уступите дорогу» при выезде на перекресток со второстепенной дороги должна была уступить дорогу и не создавать помех и опасности для движения другим участникам дорожного движения, движущимся по пересекаемой дороге, т.е. должна была действовать в соответствии с требованиями пунктов: 1.3 ПДД РФ (Приложение № 1 к ПДД РФ: п. 2.4 «Уступите дорогу»), 13.3, 13.9 и 1.5 (абз.1) ПДД РФ. Действия водителя автомобиля «Mercedes Benz GLC 250D» ФИО1 в дорожно-транспортной обстановке, описанной в исходных данных определения о назначении настоящей экспертизы, выразившиеся в том, что она при неработающих светофорах и наличии по ходу её движения перед перекрестком дорожного знака приоритета 2.4 «Уступите дорогу» при выезде на перекресток со второстепенной дороги не уступила дорогу и создала помеху и опасность для движения другим участникам дорожного движения, в частности, водителю автомобиля «AUDI Q7» ФИО2, движущемуся по главной дороге, не соответствовали требованиям пунктов: 1.3 ПДД РФ (Приложение № 1 к ПДД п. 2.4 «Уступите дорогу»), 13.3, 13.9 и 1.5 (абз.1) ПДД РФ. Действуя в соответствии с требованиями указанных выше пунктов 1.3 ПДД РФ (Приложение № 1 к ПДД РФ: п. 2.4 «Уступите дорогу»), 13.3, 13.9 и 1.5 (абз.1) ПДД РФ, водитель автомобиля «Mercedes Benz GLC 250D» ФИО1 в дорожно-транспортной обстановке, описанной в исходных данных определения о назначении настоящей экспертизы, объективно располагала возможностью не допустить (предупредить) ДТП. В дорожно-транспортной обстановке, описанной в исходных данных определения о назначении настоящей экспертизы, водитель автомобиля «AUDI Q7» ФИО2 должен был двигаться со скоростью, не превышающей установленного в населенных пунктах ограничения 60 км/ч, а при возникновении опасности для движения в целях предотвращения происшествия должен был принять возможные (т.е. при условии возможности обнаружения водителем этой опасности для движения) меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, т.е. должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов: 10.1 и 10.2 ПДД РФ. При условии, если водитель автомобиля «AUDI Q7» ФИО2 в данной дорожно-транспортной обстановке двигался с указанной в исходных данных скоростью 60 км/ч и не мог обнаружить возникшую опасность для движения - выезжающий со второстепенной дороги автомобиль «Mercedes Benz GLC 250D», из-за ограниченной другим автомобилем «ЛАДА 219010» обзорности влево, то в его действиях несоответствия требованиям пунктов: 10.1 и 10.2 ПДД РФ не усматриваются. Проведенное исследование показывает, что в дорожно-транспортной обстановке, описанной в исходных данных определения о назначении настоящей экспертизы, в причинной связи с фактом данного ДТП находятся действия водителя автомобиля «Mercedes Benz GLC 250D» ФИО1, выразившиеся в том, что она при неработающих светофорах и наличии по ходу её движения перед перекрестком дорожного знака приоритета 2.4 «Уступите дорогу» при выезде на перекресток со второстепенной дороги не уступила дорогу и создала помеху и опасность для движения другим участникам дорожного движения, в частности, водителю автомобиля «AUDI Q7» ФИО2, движущемуся по главной дороге, т.е. её действия несоответствующие требованиям пунктов: 1.3 ПДД РФ (Приложение № 1 к ПДД РФ: п. 2.4 «Уступите дорогу»), 13.3, 13.9 и 1.5 (абз.1) ПДД РФ.

Постановление заместителя прокурора Ленинского района г. Ставрополя от <дата обезличена> прекращено производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 в связи с отсутствием состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно постановлению совокупность материалов дела позволила прокурору сделать вывод о том, что водитель ФИО1 нарушила п.п. 13.3, 13.9 ПДД правил проезда перекрестков, где очередность движения определяется сигналами светофора или регулировщика, считается регулируемым, при желтом мигающем сигнале, неработающих светофорах или отсутствии регулировщика перекресток считается нерегулируемым, и водители обязаны руководствоваться правилами проезда нерегулируемых перекрестков и установленными на перекрестке знаками приоритета, на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения.

Решением Ленинского районного суда г. Ставрополя от <дата обезличена> постановление заместителя прокурора Ленинского района г. Ставрополя от <дата обезличена> оставлено без изменения, жалобы ФИО1 от <дата обезличена>, <дата обезличена> и <дата обезличена> без удовлетворения.

Решением Ставропольского краевого суда от <дата обезличена> постановление заместителя прокурора Ленинского района г. Ставрополя от <дата обезличена> и решение Ленинского районного суда г. Ставрополя от <дата обезличена> изменены.

Из мотивировочной части указанных актов исключены выводы о том, что ДТП от <дата обезличена> произошло в результате виновных действий ФИО1 в данной дорожно-транспортной обстановке, содержащих признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.13. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Определением ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Ставрополю от <дата обезличена> в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО2 отказано в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Судом установлено, что гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП была застрахована в СПАО «Ингосстрах» по полису серии <номер обезличен>.

Также <дата обезличена> между ФИО1 и СПАО «Ингосстрах» был заключен договор добровольного страхования (КАСКО) автомобиля Mercedes, рег. номер <номер обезличен>, что подтверждается страховым полисом серии <номер обезличен>.

Гражданская ответственность ФИО2 на момент ДТП была застрахована в САО «ВСК» по полису серии МММ <номер обезличен>.

Также <дата обезличена> между АО «ЛК «Европлан» и САО «ВСК» был заключен договор добровольного страхования (КАСКО) автомобиля Audi, рег. номер <***>, что подтверждается страховым полисом <номер обезличен>.

В соответствии со ст. 929 ГК РФ, по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого было нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право было нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также полученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Отношения по добровольному страхованию имущества граждан регулируются нормами главы 48 «Страхование» ГК РФ, Законом Российской Федерации № 4015-1 от 27.11.1992 «Об организации страхового дела в Российской Федерации».

<дата обезличена> ФИО1 обратилась в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о выплате страхового возмещения в связи с повреждением автомобиля Mercedes, рег. номер <номер обезличен>, в рамках добровольного страхования автомобиля (КАСКО) <номер обезличен>.

СПАО «Ингосстрах» произвело ФИО1 выплату страхового возмещения в размере 2 639 974,27 рублей, что подтверждается платежными поручениями <номер обезличен> от <дата обезличена>, <номер обезличен> от <дата обезличена>, <номер обезличен> от <дата обезличена>.

<дата обезличена> ФИО2 обратилась в САО «ВСК» с заявлением о выплате страхового возмещения в связи с повреждением автомобиля Audi, рег. номер <номер обезличен>, в рамках добровольного страхования автомобиля (КАСКО) <номер обезличен>.

САО «ВСК» произвело выгодоприобретателю АО «ЛК «Европлан» выплату страхового возмещения путём ремонта автомобиля в размере 2 916 075,97 рублей, что подтверждается платежным поручением <номер обезличен> от <дата обезличена>.

В пределах лимита Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» СПАО «Ингосстрах» произвело в пользу САО «ВСК» по данному страховому случаю выплату в размере 400 000 рублей.

САО «ВСК» обратилось в суд с требованиями о взыскании с ФИО1 убытков в размере 2 516 075,97 рублей, понесённых при выплате в пользу АО «ЛК «Европлан» страхового возмещения, ссылаясь на её виновность в ДТП от <дата обезличена>.

С учётом наличия нескольких экспертных заключений, вынесенных в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении, судом с учетом требований ст. 79 ГПК РФ определением суда от <дата обезличена> назначена судебная автотехническая экспертиза.

В соответствии с заключением судебной экспертизы НП «Центр независимых судебных экспертиз, криминалистики и права» <номер обезличен> от <дата обезличена>, место столкновения автомобилей МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250 D, рег. знак <номер обезличен> и Audi Q7, рег. знак <номер обезличен> произошло на правой полосе <адрес обезличен>, по ходу движения автомобиля Audi Q7, рег. знак <номер обезличен>, согласно заявленным обстоятельствам, указанным в административном материале дела дорожно-транспортного происшествия <дата обезличена> Ставрополь на пересечении улиц 8-е ФИО4. Водитель автомобиля МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250 D, рег. знак <номер обезличен>, ФИО1 перед выездом на нерегулируемый перекресток неравнозначных дорог, должна была руководствоваться требованием дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» Приложения № 1 к ПДД РФ. Водитель автомобиля Audi Q7, рег. знак <номер обезличен>, ФИО2 должен был принять меры к снижению скорости своего транспортного средства вплоть до остановки и действовать в соответствии с требованиями пункта 10.1 с учетом требований пункта 10.2 ПДД РФ. С технической точки зрения, действия водителей автомобилей МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250 D, рег. знак <номер обезличен> и Audi Q7, рег. знак <номер обезличен>, не соответствовали указанным требованиям правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 «О правилах дорожного движения». В исследуемом дорожно-транспортном происшествии возможность предотвратить столкновение у водителя автомобиля МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250 D, рег. знак <номер обезличен>, зависела не от наличия технической возможности как таковой, а от выполнения соответствующих требований пункта 13.9 ПДД РФ и дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» Приложения № 1 к ПДД РФ. В данной дорожной обстановке возможность предотвратить столкновение у водителя автомобиля Audi Q7, рег. знак <номер обезличен>, зависела не от наличия технической возможности как таковой, а от выполнения им соответствующих требований вышеизложенных пунктов п.п. 10.1 с учетом требований и 10.2 ПДД РФ. В рассматриваемой дорожной ситуации (исходя из представленных материалов административного дела) водитель автомобиля Audi Q7, рег. знак <номер обезличен>, своими действиями при пересечении не регулируемого перекрестка неравнозначных дорог при возникновении опасности для движения, должен был принять всевозможные меры к снижению скорости, в результате чего сам создал опасную дорожную обстановку, как себе, так и другим участникам движения, нарушив пункт п.п. 10.1 с учетом требований пункта 10.2 ПДД РФ. Анализ представленных на исследование материалов гражданского дела свидетельствует о том, что в исследуемой дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, опасность для движения водителя автомобиля МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250 D, рег. знак <номер обезличен> возникала не ранее момента выезда автомобиля Audi Q7, рег. знак <номер обезличен> пересечение проезжих частей <адрес обезличен> и <адрес обезличен> положение автомобиля МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250 D, рег. знак <номер обезличен> относительно границ перекрестка в момент столкновения, водителю автомобиля Audi Q7, рег. знак <номер обезличен> необходимо было снизить скорость, тогда к моменту достижения им места столкновения автомобиль МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250 D, рег. знак <номер обезличен> мог покинуть границы перекрестка. Место ДТП фактически расположено в месте наезда следа юза, из этого следует, что автомобиль МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250 D, рег. знак <номер обезличен> завершал проезд перекрестка, его передняя часть уже располагалась за мнимой правой границей проезжей части <адрес обезличен> об этом свидетельствует тот факт, что границы осыпи расположены на левой полосе проезжей части <адрес обезличен>, и в момент столкновения автомобиль МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250 D, рег. знак <номер обезличен> большей своей частью располагался за пределами перекрестка.

Допрошенная в судебном заседании судебный эксперт ФИО5 подтвердила выводы, изложенные в заключении, дала исчерпывающие ответы на все дополнительные вопросы, поставленные перед ней в ходе судебного разбирательства.

Оценивая заключение судебной экспертизы в порядке ст. 67 ГПК РФ, суд полагает, что оно является надлежащим доказательством по делу, получено в предусмотренном законом порядке. Проанализировав содержание заключения экспертизы, суд приходит к выводу, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в распоряжение эксперта материалов, указывает на применение методов исследований, основывается на исходных объективных данных, выводы эксперта обоснованы документам, представленными в материалы дела.

Доказательств несостоятельности выводов экспертизы или некомпетентности эксперта ее проводившего и предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, суду не представлено. Доказательств, опровергающих заключение экспертизы, или позволяющих усомниться в правильности или обоснованности данного заключения, сторонами не представлено.

В соответствии с заключением (рецензией) ООО «Трувал» <номер обезличен> от <дата обезличена> на заключение судебной автотехнической экспертизы НП «Центр независимых судебных экспертиз, криминалистики и права» <номер обезличен> от <дата обезличена>, выводы, сделанные в заключении необъективные и необоснованные. Эксперт не увидел ярчайшие противоречия, заключающиеся в том, что действия водителя транспортного средства MERCEDES-BENZ GLC 250D, рег. знак <номер обезличен>, могли не соответствовать пунктам 1.3, 1.5, 9.10, 10.1 ПДД РФ. Водитель транспортного средства MERCEDES-BENZ GLC 250D, рег. знак <номер обезличен>, имел возможность предотвратить столкновение с транспортным средством «AUDI Q7», рег. знак <номер обезличен>, действия водителя транспортного средства MERCEDES-BENZ GLC 250D, рег. знак <номер обезличен>, могли привести к созданию аварийной обстановки, которая, в конечном итоге, привела к столкновению с транспортным средством «AUDI Q7», государственный регистрационный знак <***>.

Анализируя заключение (рецензию) ООО «Трувал» <номер обезличен> от <дата обезличена>, суд не может признать заключение специалиста обоснованным, поскольку при составлении данного заключения специалист руководствовался только заключением судебного эксперта. Доводы, указанные в заключение специалиста опровергаются выводами судебной экспертизы.

Таким образом, каких-либо доказательств, подтверждающих некомпетентность эксперта или которые могли бы ставить под сомнение объективность и достоверность выводов эксперта, составившего заключение <номер обезличен> от <дата обезличена>, сторонами суду не представлено.

Правильность и обоснованность выводов эксперта у суда не вызывает сомнений.

Суд считает возможным положить в основу решения экспертное заключение НП «Центр независимых судебных экспертиз, криминалистики и права» <номер обезличен> от <дата обезличена>.

На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В соответствии с п.1 ст. 965 ГК РФ если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Проанализировав обстоятельства ДТП с учётом совокупности представленных в дело доказательств, в том числе объяснений участников ДТП, в том числе пояснения водителя ФИО2 данными им в судебном заседании, относительно того, что двигающейся автомобиль такси Лада 219010 слева от него не создавало ему ограничение в обзорности влево, административного материала по факту ДТП, заключения судебной экспертизы НП «Центр независимых судебных экспертиз, криминалистики и права» <номер обезличен> от <дата обезличена>, суд приходит к выводу о равной степени вины водителей в произошедшем <дата обезличена> ДТП.

При разрешении вопроса о степени вины суд исходит из того, что в ДТП <дата обезличена> водитель автомобиля МЕРСЕДЕС БЕНЦ GLC 250 D, рег. знак <номер обезличен> ФИО1 не выполнила требований п. 13.9 ПДД РФ и дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу» ПДД РФ, а водитель автомобиля Audi Q7, рег. знак <номер обезличен> ФИО2, своими действиями при пересечении не регулируемого перекрестка неравнозначных дорог при возникновении опасности для движения, не принял всевозможных мер к снижению скорости, вплоть до полной остановки, в результате чего его действия не соответствовали п.п. 10.1 с учетом требований пункта 10.2 ПДД РФ.

Соответственно, сумма ущерба при обоюдной вине водителей подлежит взысканию в размере 50 % от суммы восстановительного ремонта, а именно, в размере 2 516 075,97 * 50 % = 1 258 037,99 рублей.

Таким образом, с ФИО1 в пользу САО «ВСК» подлежит взысканию сумма в размере 1 258 037,99 рублей.

В удовлетворении требования САО «ВСК» о взыскании с ФИО1 суммы убытков в размере 1 258 037,98 рублей суд отказывает.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся связанные с рассмотрением дела суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, понесенные сторонами, а также другие признанные судом необходимыми расходы.

Истцом были заявлены требования о взыскании денежной суммы в размере 2 516 075,97 рублей (100 %), однако с ответчика в пользу истца взыскана денежная сумма в размере 1 258 037,99 рублей (50 %).

Таким образом, с ФИО1 в пользу САО «ВСК» подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, в размере 14 490,19 рублей.

В удовлетворении требований о взыскании с ФИО1 в пользу САО «ВСК» расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 290,19 рублей суд отказывает.

В судебном заседании представителем ответчика заявлено требование о распределении судебных расходов за проведение судебной экспертизы.

Согласно материалам дела, ФИО1 за проведение судебной экспертизы были понесены расходы в сумме 51 128,10 рублей по счету НП «Центр независимых судебных экспертиз, криминалистики и права», что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру <номер обезличен> от <дата обезличена>

Поскольку требования истца были удовлетворены на 50% от заявленных требований, то с учетом требований о пропорциональном распределении судебных расходов с САО «ВСК» в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы на проведение судебной экспертизы в размере 25 564,05 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования САО «ВСК» - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1, паспорт <номер обезличен> в пользу САО «ВСК», ИНН <***> сумму убытков в размере 1 258 037,99 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 14 490,19 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований САО «ВСК» к ФИО1 - отказать.

Взыскать с САО «ВСК», ИНН <***> в пользу ФИО1, паспорт <номер обезличен> расходы по оплате проведения судебной экспертизы в размере 25 564,05 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Ставрополя в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 07.12.2022.

Судья Н.В. Суржа