Решение по делу № 2-1135/2023 от 15.03.2023

Мотивированное решение изготовлено 15.03.2023

Дело № ******

66RS0№ ******-25

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 марта 2023 года

<адрес>

Октябрьский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Хрущевой О.В., при секретаре Колесовой А.В., с участием представителя ответчика ФИО1, третьего лица ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ПАО «Банк «Синара» о признании сделки недействительной,

установил:

Истец обратился в суд к ответчику с вышеупомянутым иском. В обоснование указал, что ДД.ММ.ГГГГ между ним и ПАО «СКБ-банк» (в настоящее время ПАО «Банк Синара») заключены договоры уступки права требования:

-№ ******, на основании которого права, уступаемые Цедентом Цессионарию по кредитному договору № ****** от ДД.ММ.ГГГГ, составляли 600 493, 09 руб. За уступаемые права Цессионарий выплатил Цеденту 165 000 руб.

-№ ******, на основании которого права, уступаемые Цедентом Цессионарию по кредитному договору № ****** от ДД.ММ.ГГГГ, составляли 106 903,67 руб. За уступаемые права Цессионарий выплатил Цеденту 55 000 руб.

-№ ******, на основании которого права, уступаемые Цедентом Цессионарию по кредитному договору № ****** от ДД.ММ.ГГГГ (в качестве обеспечения которого был подписан договор № ****** от ДД.ММ.ГГГГ залога автомобиля AUDI Q7 VIN № ******), составляли 963 164, 44 руб. За уступаемые права Цессионарий выплатил Цеденту 780 000 руб.

Кредитные договоры и договор залога были подписаны между ПАО «СКБ-Банк» и заемщиком ФИО2

ДД.ММ.ГГГГ в целях исполнения обязательств, возникших из договоров уступки, между ФИО3 и ФИО2 был заключен договор залога автомобиля AUDI Q7 VIN № ******.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО2 было подписано Соглашение об обращении взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке.

ДД.ММ.ГГГГ автомобиль AUDI Q7 VIN № ****** был задержан и по исполнительному производству № ******-ИП, возбужденному ДД.ММ.ГГГГ, и был передан представителю ООО «ТрансСиб».

В отношении вышеуказанного автомобиля вынесено решение Арбитражного суда <адрес> по делу № ****** от ДД.ММ.ГГГГ и Постановление Семнадцатого апелляционного Арбитражного суда № ****** от ДД.ММ.ГГГГ, которыми Договор купли-продажи автомобиля AUDI Q7 VIN № ******, заключенный между ФИО2 и ООО «ТрансСиб» признан недействительным, на ФИО2 возложена обязанность вернуть в конкурсную массу ООО «ТрансСиб» спорный автомобиль.

По договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному в рамках банкротства ООО «ТрансСиб», автомобиль AUDI Q7 VIN № ****** продан ФИО5

Истец неоднократно обращался с заявлениями в АС <адрес> об отмене торгов по реализации автомобиля и о включении требований кредитора в реестр требований кредиторов должника, в чем ему было отказано. Также он обращался в суд о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «ТрансСиб» и ФИО5 В удовлетворении иска ему отказано, залог транспортного средства, возникший из кредитного договора от ДД.ММ.ГГГГ № ******, заключенного между ПАО «СКБ-Банк» и ФИО2, признан прекращенным.

Учитывая изложенное, полагает, что заключение ДД.ММ.ГГГГ между ним и ПАО «СКБ-Банк» договоров уступки требований является противоправным. Банк, являясь участником по делу №№ ******, не мог не знать, что договор купли-продажи транспортного средства AUDI Q7 VIN № ****** признан недействительным, автомобиль возвращен в конкурсную массу ООО «ТрансСиб». Полагает, что Банк, зная о взыскании с ФИО2 в пользу ООО «ТрансСиб» транспортного средства и многомиллионных сумм, не желая участвовать в судебных разбирательствах, заключая договор цессии с незначительным дисконтом, передав ему права требования к ФИО2. преследовал цель не допустить исполнение Постановления № ****** от ДД.ММ.ГГГГ Семнадцатого арбитражного апелляционного суда о взыскании ТС, находящегося в залоге у Банка. Решение Югорского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ о признании прекратившим залог ТС, возникший из кредитного договора, свидетельствует о том, что договор уступки права требования, на основании которого права, уступаемые Цедентом Цессионарию по кредитному договору, был подписан без должного обеспечения.

Просил на основании ст.ст. 10, 167, 168 ГК РФ признать договоры уступки недействительными, применить последствия недействительности договоров в виде возврата денежных средств.

В судебное заседание истец не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения иска по доводам, изложенным в возражениях. Указал, что договор залога от ДД.ММ.ГГГГ был заключен в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № ****** от ДД.ММ.ГГГГ, переданных в рамках договора уступки от ДД.ММ.ГГГГ № ******. Оспаривание других договоров цессии не обоснованно, доводы истца не мотивированы. На момент заключения договоров уступки залог не был признан недействительным. Условия заключенных договоров соответствуют законодательству. Кроме того, из положений ст. 390 ГК РФ вытекает, что действительность соглашения об уступке права не ставится в зависимость от действительности требования, которое передается новому кредитору. Неисполнение обязательства по передаче предмета соглашения об уступке влечет ответственность передающей стороны, а не недействительность самого обязательства, на основании которого передается право.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании просил иск удовлетворить. Дополнительно указал, что для заключения договоров уступки права требования по его кредитным обязательствам перед ПАО «СКБ-Банк» он предложил в качестве Цессионария ФИО3, который являлся его знакомым. Он был заинтересован в заключении договоров, чтобы не являться должником перед Банком. При этом он сообщил ФИО3 о том, что Арбитражный суд признал сделку купли-продажи автомобиля AUDI Q7 VIN № ******, который находится в залоге ПАО «СКБ-Банк», заключенную между ним и ООО «ТрансСиб», недействительной, применил последствия недействительности сделки в виде возврата автомобиля в конкурсную массу. Говорили ли представители Банка об этом истцу при заключении договора уступки, он не знает.

Суд, выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между СКБ-банк» и ФИО2 заключен кредитный договор № ******, в соответствии с которым последнему предоставлен кредит на сумму 952 400 руб.

ДД.ММ.ГГГГ между СКБ-банк» и ФИО2 заключен кредитный договор № ******, в соответствии с которым последнему предоставлен кредит на сумму 140 800 руб.

Кроме того ДД.ММ.ГГГГ между ПАО «СКБ-банк» и ФИО2 заключен кредитный договор № ******, в соответствии с которым последнему предоставлен кредит на сумму 1200 000 руб. В обеспечение исполнения обязательств по договору между сторонами ДД.ММ.ГГГГ также заключен договор залога автомобиля AUDI Q7 VIN № ******.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ПАО «СКБ-банк» (в настоящее время ПАО «Банк Синара») заключены договоры уступки права требования по вышеупомянутым кредитным договорам, заключенным между Банком и ФИО2:

ДД.ММ.ГГГГ в целях исполнения обязательств, возникших из договоров уступки, между ФИО3 и ФИО2 был заключен договор залога автомобиля AUDI Q7 VIN № ******. Залог зарегистрирован в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ.

Определением Арбитражного суда <адрес> по делу № ****** от ДД.ММ.ГГГГ и Постановлением Семнадцатого апелляционного Арбитражного суда № ****** от ДД.ММ.ГГГГ договор купли-продажи автомобиля AUDI Q7 VIN № ******, заключенный между ФИО2 и ООО «ТрансСиб» признан недействительным, на ФИО2 возложена обязанность вернуть в конкурсную массу ООО «ТрансСиб» спорный автомобиль.

Определением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ дело №№ ****** в удовлетворении заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов ООО «ТранСиб» задолженности в размере 2 500 000 руб., как обеспеченной залогом имущества отказано.

Решением Югорского районного суда <адрес> –Югры от ДД.ММ.ГГГГ отказано в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО5, ООО «ТрансСиб» о признании договора купли-продажи автомобиля недействительным, а также удовлетворено встречное исковое заявление ФИО5 о признании прекратившим залог автомобиля AUDI Q7 VIN № ******, возникший из кредитного договора от ДД.ММ.ГГГГ № ******. Решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Обращаясь с настоящим иском, истец указывает на то, что Банк, являясь участником по делу №№ ******, не мог не знать, что договор купли-продажи автомобиля AUDI Q7 VIN № ****** признан судом недействительным, в связи чем, заключая с ним договор уступки, злоупотребил правом. Банк, заключив с ним договор цессии, преследовал цель не допустить исполнения решения суда по делу №А60-73261/2017 о взыскании транспортного средства. Договор уступки № ******, на основании которого права, уступаемые Цессионарию по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ № ******, обеспеченного залогом автомобиля, был подписан без должного обеспечения.

Из содержания положений статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лица, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий.

Обязательным условием сделки, как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений, является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей на основе избранной сторонами договорной формы.

Применительно к положениям статей 388, 389, 389.1, 390 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона, по договору цессии цедент и цессионарий приобретают взаимные права и обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом, а также договором, цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником.

Как следует из пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В целях реализации указанного выше правового принципа абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Из смысла вышеприведенных правовых норм и разъяснений их применения под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением, установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

В п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка, нарушающая запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, и посягающая на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна (ст. 168 ГК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании договора недействительным по тому основанию, что одной из сторон договора допущено злоупотребление правом при его заключении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора, и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, с учетом содержания ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Проанализировав и оценив представленные доказательства в их совокупности, установив юридически значимые для дела обстоятельства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований. При этом суд исходит из отсутствия оснований для признания сделок (договоров цессии) недействительными, поскольку не установил злоупотребления правом со стороны Банка.

В силу ст. 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В соответствии со ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации, уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Совершение сделки уступки права (требования) представляет собой исполнение первоначальным кредитором (цедентом) возникшего из договора уступки права (требования) обязательства по передаче другому лицу - новому кредитору (цессионарию) права требования.

Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

В силу ст. 390 ГК РФ, при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия:

уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием;

цедент правомочен совершать уступку;

уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу;

цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования.

Законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке.

При нарушении цедентом правил, предусмотренных пунктами 1 и 2 настоящей статьи, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков.

По смыслу данной статьи Кодекса передача недействительного, равно как и несуществующего требования, рассматривается как нарушение первоначальным кредитором своих обязательств перед новым кредитором, вытекающих из договора об уступке права (требования).

Из положений данной статьи следует, что действительность соглашения об уступке права (требования) не ставится в зависимость от действительности требования, которое передается новому кредитору. В соответствии с указанной нормой права недействительность требования является основанием для привлечения цессионарием к ответственности кредитора, уступившего такое требование.

Из разъяснений, содержащихся в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 54, следует, что по смыслу ст. 390, 396 ГК РФ невозможность перехода требования, например, по причине его принадлежности иному лицу или его прекращения сама по себе не приводит к недействительности договора, на основании которого должна была производиться такая уступка, и не освобождает цедента от ответственности за неисполнение обязательств, возникших из этого договора. Например, если стороны договора продажи имущественного права исходили из того, что названное право принадлежит продавцу, однако в действительности оно принадлежало иному лицу, покупатель вправе потребовать возмещения причиненных убытков (пункты 2 и 3 статьи 390, статья 393, пункт 4 статьи 454, статьи 460 и 461 ГК РФ), а также применения иных предусмотренных законом или договором мер гражданско-правовой ответственности.

Недействительность требования, переданного на основании соглашения об уступке права (требования), не влечет недействительности этого соглашения. Недействительность данного требования является в соответствии со статьей 390 Гражданского кодекса Российской Федерации основанием для привлечения цессионарием к ответственности кредитора, уступившего требование (пункт 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30 октября 2007 года N 120 ".

В основе недействительной сделки лежат действия, не дозволенные законодательством и потому не приводящие к тем правовым последствиям, на которые они были направлены, а, наоборот, вызывающие отрицательный правовой эффект. В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности поведения ответчика.

Между тем, каких-либо доказательств того, что цедент, совершая уступку, действовал с намерением причинить вред кому-либо, истцом не представлено. Прекращение залога автомобиля, который обеспечивал исполнение кредитного договора, право требования которого было передано по договору уступки, само по себе не влечет недействительности этого договора, поскольку законом предусмотрены иные последствия в виде возникновения ответственности у цедента перед цессионарием за уступку не существующего права.

Также договором обязанность на цедента по предоставлению цессионарию сведений о платежеспособности должника не возлагалась, обстоятельства невыполнения обязанностей цедентом по предоставлению цессионарию каких-либо сведений либо документов, а равно неисполнение должником требования не являются основанием для признания договора цессии недействительным.

Доказательств с безусловностью свидетельствующих о том, что при заключении оспариваемого договора уступки прав требования у ответчиков отсутствовала направленность на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей свойственных данной сделке, преследовалась иная цель, материалы дела не содержат.

Кроме того, суд отмечает, что истцом не приведены основания для признания недействительными договоров уступки № ****** и № ******, поскольку кредитные договоры, по которым перешли права требования, не были обеспечены залогом автомобиля.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для удовлетворения иска.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ПАО «Банк «Синара» о признании сделки недействительной – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд <адрес>

Судья Хрущева О.В.