УИД: 03RS0054-01-2022-002720-59

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33-12205/2023 (№ 2-12/2023)

г. Уфа 31 июля 2023 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Науширбановой З.А.,

судей Кривцовой О.Ю. и Сыртлановой О.В.

при секретаре Иванкиной А.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2 на решение Мелеузовского районного суда Республики Башкортостан от 21 марта 2023 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Науширбановой З.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском (с учетом последующих уточнений и прекращения производства по ряду требований, правомерность которого установлена вступившим в законную силу определением Мелеузовского районного суда Республики Башкортостан от 21 марта 2023 г.) к ФИО3 о признании завещания недействительным, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в состав наследственной массы. Требования мотивированы тем, что 30 октября 2021 г. умерла мать сторон ФИО4, завещав ответчику свое имущество, состоящее из земельного участка с кадастровым номером №... квартиры по адресу: адрес адрес. Полагают, что данное завещание от 27 декабря 2018 г. является недействительным, поскольку в момент его составления ФИО4 в силу возраста (92 года) и болезни была не способна понимать значение своих действий и руководить ими. Завещание от имени матери ФИО4 подписано ФИО5, у которой не было доверенности с правом подписи. Кроме того, у истцов имеется аудиозапись разговора с матерью ФИО4 при жизни, где она отрицала, что подписывала какие-либо документы и не желает передавать свое имущество сыну ФИО3

На основании изложенного просили суд признать вышеуказанное завещание недействительным, применить последствия недействительности сделки, путем исключения записи в ЕГРН о праве собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером №... и квартиру, по адресу: адрес; восстановить запись о праве собственности ФИО4 на данное имущество; включить земельный участок с кадастровым номером №... и квартиру по адресу: адрес в наследственную массу наследодателя ФИО4, умершей 30 октября 2021 г.

Решением Мелеузовского районного суда Республики Башкортостан от 21 марта 2023 г. постановлено:

«в удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании завещания ФИО4, удостоверенного нотариусом нотариального округа Мелеузовский район и г.Мелеуз Республики Башкортостан ФИО6 от 27 декабря 2018 г., недействительным и применении последствий недействительности сделки, отказать.»

В апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2 просят решение отменить, считает его незаконным, ссылаясь на обстоятельства, аналогичные доводам искового заявления. Также указали о неверной, по их мнению, оценке судом заключения судебной экспертизы, текстового перевода и показаний свидетелей.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. В соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив материалы дела, выслушав ФИО1, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя ФИО3 – ФИО7, полагавшую решение суда законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия находит, что решение суда подлежит оставлению без изменения по следующим основаниям.

В силу пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно статье 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону.

Статьей 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. К наследственному договору применяются правила настоящего Кодекса о завещании, если иное не вытекает из существа наследственного договора.

В силу статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.

В соответствии с частью 1 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Удостоверение завещания другими лицами допускается в случаях, предусмотренных пунктом 7 статьи 1125, статьей 7 статьи 1125, статьей 1127 и пунктом 2 статьи 1128 настоящего Кодекса.

Несоблюдение установленных настоящим Кодексом правил о письменной форме завещания и его удостоверении влечет за собой недействительность завещания.

Согласно пункту 1 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации ГК РФ при нарушении положений названного кодекса, влекущих недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

На основании статьи 179 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынужденно совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался вышеуказанными положениями норм права и пришел к выводу о том, что оснований для признания недействительным оспариваемого завещания, по доводам изложенным в исковом заявлении, суд не усматривает, поскольку из представленных доказательств следует, что нотариально удостоверенное завещание требованиям закона по форме и процедуре удостоверения завещания соответствует, каких-либо бесспорных доказательств, позволяющих усомниться в дееспособности наследодателя на момент подписания завещания, в деле не имеется.

Выводы суда первой инстанции являются правильными и соответствуют материалам дела.

дата умерла мать сторон ФИО4 дата года рождения, после её смерти открылось наследство в виде земельного участка с кадастровым номером №... и квартиры по адресу: адрес, к имуществу ФИО4 заведено наследственное дело № 144/2021 (л.д. 2 т.1).

В ноябре-декабре 2021 г. стороны и внучка ФИО4 – ФИО8 обратились к нотариусу с заявлениями о принятии наследства всем основаниям, дочь наследодателя ФИО5 от причитающегося ей наследства отказалась в пользу ответчика (л.д. 20-27 т.1).

В материалах дела также представлено завещание от 27 декабря 2018 г., удостоверенное нотариусом нотариального округа Мелеузовский район и г.Мелеуз Республики Башкортостан ФИО6 и зарегистрированное в реестре, из которого усматривается, что ФИО4 завещала указанное имущество своему сыну ФИО3

В завещании имеется запись о том, что ввиду болезни ФИО4 и по ее личной просьбе в присутствии нотариуса завещание подписано ФИО5 Также имеется указание на то, что текст завещания записан со слов ФИО4 нотариусом верно, до подписания завещания оно полностью ей оглашено нотариусом в связи с тем, не могло быть прочитано ею лично, ввиду того, что она больна (плохое зрение) (л.д. 8-9, л.д.28 т.1).

12 июля 2022 г. ответчику выданы в том числе свидетельства о праве на наследство по завещанию на земельный участок с кадастровым номером №... и квартиру по адресу: адрес (л.д. 40 т.1).

Оспаривая завещание, истцы указывают, что на их мать ФИО4 оказывалось давление со стороны брата ФИО3 и старшей сестры ФИО5, которые говорили, что определят ее в дом престарелых, а дом и земельный участок останется государству. Кроме того, в силу возраста и состояния здоровья мать ФИО4 не могла понимать значение совершаемой сделки, она не намеревалась передавать указанное в завещании имущество в единоличную собственность ответчика. Также считают, что завещание могло быть составлено позднее 2018 г. в отсутствие матери, при этом ФИО5 не имела полномочий подписывать завещание от ее имени.

Вместе с тем, доводы истцов о том, что завещание могло быть составлено не 27 декабря 2018 г., а в более поздний период, суд обосновано нашел несостоятельными, поскольку в период удостоверения нотариусом завещания ФИО4 действовал Порядок ведения реестров единой информационной системы нотариата, утвержденный решением Правления ФНП от 2 июня 2014 г., приказом Минюста России от 17 июня 2014 г. № 129 (утратил силу 29 декабря 2020 г. в связи с изданием Приказа Минюста России от 30 сентября 2020 г. № 225).

В соответствии с пунктом 27 приказа Минюста России от 17 июня 2014 № 129 «Об утверждении Порядка ведения реестров единой информационной системы нотариата» регистрация нотариального действия в реестре нотариальных действий ЕИС осуществляется посредством внесения сведений о совершенном нотариальном действии в соответствии с Порядком в объеме сведений, установленных Требованиями к содержанию реестров ЕИС. Регистрация нотариального действия в реестре нотариальных действий ЕИС осуществляется незамедлительно после совершения нотариального действия.

Подписание оспариваемого завещания не лично ФИО4, а рукоприкладчиком ФИО5, в связи с болезнью (как указано в тексте завещания - плохого зрения), не свидетельствует о нарушении порядка оформления и составления завещания, влекущем его недействительность, о чем судом был сделан обоснованный вывод. Истцами не представлено допустимых и достаточных доказательств порока воли ФИО4 при составлении завещания в пользу ФИО3 и в рассматриваемом случае привлечение рукоприкладчика не противоречило требованиям статьи 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации, не влияло на волеизъявление завещателя.

В судебном заседании истец ФИО1 пояснила, что ее мать говорила, что понимала, что ее привезли к нотариусу для составления завещания, где нотариус у нее выясняла, не боится ли она составлять завещание в пользу сына (л.д. 88 т.1). При этом доводы ФИО1 о том, что ее мать в 2018 г., находясь у нотариуса, отказалась составлять завещание, и не желала составлять завещание в пользу сына, опровергаются представленными письменными доказательствами, а также пояснениями третьих лиц ФИО5, нотариуса ФИО6 и свидетеля ФИО9

Определением Мелеузовского районного суда Республики Башкортостан от 5 декабря 2022г. привлечен к участию в деле в качестве переводчика преподаватель татарского языка МОБУ СОШ №4 муниципального района Мелеузовский район РБ ФИО10, поручено выполнить перевод представленной на флэш-носителе аудиозаписи диалога с татарского языка путем составления текстового документа. Переводчик предупрежден об уголовной ответственности.

Из текстового перевода аудиозаписи разговора, представленной истцами, также следует, что у ФИО4 перед составлением завещания выяснялось ее волеизъявление, и она подтвердила свое намерение оформить дом на ответчика, так как он один единственный сын.

В судебном заседании переводчик ФИО11 пояснила, что ею переведена аудиозапись разговора двух дочерей с матерью. Дочери задавали матери наводящие вопросы, их интересовало, подписывала ли мать документы по наследству. Со слов матери, она документы не подписывала, при этом намерена была передать имущество именно сыну ФИО3, про которого она говорит хорошо, с ее слов понятно, что у нее с сыном доброжелательные отношения. Составлять завещание ее не принуждали.

В суде апелляционной инстанции ФИО1 представлен перевод с татарского языка на русский, перевод произведен ФИО12 Нотариусом ФИО13 засвидетельствована подпись ФИО12 и указано о том, что нотариальное действие совершено вне помещения нотариальной конторы, флешноситель, на котором имеется аудиозапись, представлена переводчику ФИО12 истцом ФИО1

Судебная коллегия в силу положений ст.60 ГПК Российской Федерации находит, что представленный истцом перевод, выполненный ФИО12, является недопустимым доказательством по делу, поскольку кем и когда выполнена аудиозапись, при каких обстоятельствах на флэшносителе, представленный истцом ФИО1 для перевода ФИО12, установить невозможно.

Из показаний свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО9, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 также следует, что в период проживания с сыном ФИО4 жалобы на плохое отношение, давление со стороны сына не высказывала, относилась доверительно, была адекватной и общительной.

Данные свидетели предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ, оснований сомневаться в правдивости данных ими показаний у суда не имелось.

Доказательств того, что в силу своего возраста и болезненного состояния ФИО4 не могла понимать значения своих действий, суду не представлено и судом не добыто.

Согласно сообщению ГБУЗ РБ «Мелеузовская центральная районная больница» от 25 октября 2022 г. следует, что ФИО4 на диспансерном учете у врача-психиатра не состояла.

В книге записи вызовов фельдшеров на дом Первомайский ФАП имеются записи о том, что к ФИО4 осуществлялись выезды 6 марта 2018 г. – ..., 28 февраля 2019 г. – ..., 5 августа 2019 г. – ....

Из справки ГБУЗ «Мелеузовская ЦРБ» от 2 декабря 2022 г. № 4772 следует, что амбулаторная карта ФИО4 в поликлинике отсутствует, в программе РАМИАС имеется следующая информация по факту обращения ФИО4 за медицинской помощью: с 11.04.2019 по 17 апреля 2019 г. к врачу –терапевту с диагнозом «...»; с 24 марта 2019 г. по 27 марта 2019 г. к врачу-терапевту с диагнозом «...»; 22 мая 2020 г. и 23 мая 2020 г. вызов скорой медицинской помощи; 26 мая 2020 г. к врачу-терапевту с диагнозом «...»; 12 июня 2020 г. к врачу–терапевту с диагнозом «...»; 14 августа 2020 г. вызов скорой медицинской помощи; с 15 августа 2020 г. по 31 августа 2020 г. к врачу–терапевту с диагнозом «...»; дата к врачу–терапевту с диагнозом «...»; 10 сентября 2021 г. вызов скорой медицинской помощи; с 16 февраля 2021 г. по 17 февраля 2021 г. к врачу–терапевту с диагнозом «...»; 11 марта 2021 г. к врачу-терапевту с диагнозом «...»; 20 апреля 2021 г. к врачу–терапевту с диагнозом «...»; 22 апреля 2021 г. к врачу-терапевту с диагнозом «...»; 09 мая 2021, 28 октября 2021 г. вызов скорой медицинской помощи.

Из карт вызова скорой медицинской помощи № 2316 от 10 февраля 2021 г., № 19181/84 от 18 октября 2021 г., № 19323/118 от 30 октября 2021 г., № 7922 от 09 мая 2021 г. следует, что у ФИО4 имелись жалобы на ....

Кроме того, в целях проверки доводов истцов о том, что в момент составления завещания их мать в силу возраста и болезни не способна понимать значение своих действий и руководить ими, судом первой инстанции было вынесено определение 5 декабря 2023 г. о назначении по делу посмертной судебно-психиатрической экспертизы, проведение которой было поручено Республиканской клинической психиатрической больнице № 1 Министерства здравоохранения Республики Башкортостан. В распоряжение экспертов при этом были предоставлены истребованные судом медицинские документы в отношении ФИО4, а также все материалы настоящего гражданского дела, содержащие, в том числе, показания опрошенных судом по ходатайствам сторон свидетелей.

Согласно Заключению комиссии судебно – психиатрических экспертов № 1598 от 10 января 2023 г., ФИО4 в момент составления завещания 27 декабря 2018 г. обнаруживала признаки Органического психического расстройства с изменением психических функций (F06.8). Об этом свидетельствуют данные анамеза и медицинской документации о возрасте подэкспертной, наличии у нее цереброваскулярного заболевания, связанного с атеросклеротическим поражением сосудов головного мозга, диагностировании у не гипертонической болезни, дисциркуляторной энцефалопатии, что в целом сопровождалось изменением интеллектуально-мнестических функций и нарушениями в эмоционально-волевой сфере. Однако уточнить степень снижения психических функций и эмоционально-волевых нарушений у ФИО4, оценить ее критические и прогностические способности, и решить вопрос о возможности ФИО4 понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещания 27 декабря 2018 г. не представляется возможным ввиду недостаточной информативности свидетельских показаний о ее психическом состоянии и отсутствия медицинской документации на интересующий суд период времени.

При проведении экспертизы были изучены все собранные в отношении ФИО4 медицинские документы, показания свидетелей, экспертами проанализированы представленные материалы дела, члены комиссии обладают специальными познаниями в области психиатрии, их выводы научно обоснованы.

Оснований не доверять выводам комиссии экспертов у суда не имелось, поскольку оно является допустимым по делу доказательством, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО20 пояснила, что при наличии заболевания «Органическое психическое расстройство с изменением психических функций», если не ярко выраженные изменения, то ФИО4 могла понимать значение своих действий и руководить ими. Выставленный ей экспертами диагноз не завершенный и не уточненный. Медицинская документация за 2018 г. отсутствовала, была только за 2019 г. и за 2021 г. Показания свидетелей рознятся. На аудиозаписи согласно текстовому переводу ФИО4 говорит, что-то оформила, что хочет своему сыну дом переписать. Однако, из этого разговора невозможно уточнить, понимала ли она юридическую значимость сделки.

Из истребованных медицинских документов и заслушанных судом первой инстанции показаний свидетелей наличие у ФИО4 заболеваний, в силу которых он на момент подписания завещания не могла понимать значение своих действий и руководить ими, также не следует.

На основании изложенного, а также учитывая, что каких-либо иных дополнительных доказательств, медицинской документации о состоянии здоровья ФИО4 в юридически значимый период истцами не представлено, какие-либо новые обстоятельства судом не выявлены, медицинские документы, подтверждающие наличие у ФИО4 заболеваний, в силу которых он на момент подписания завещания не могла понимать значение своих действий и руководить ими, отсутствуют, суд пришел к верному выводу о том, что добытые по делу доказательства не позволяют вынести суждение о том, что в юридически значимый период ФИО4 не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

При таких обстоятельствах, с постановленным по делу решением об отказе в удовлетворении исковых требований судебная коллегия соглашается, поскольку оно основано на правильном применении действующего законодательства, объективной оценке фактических обстоятельств дела.

Согласно статье 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Доводы апелляционной жалобы, аналогичные доводам искового заявления, а также доводы о неверной оценке судом заключения судебной экспертизы, текстового перевода и показаний свидетелей, сводятся к несогласию с постановленным решением по основаниям, которые были предметом судебного рассмотрения, эти доводы направлены на иную оценку норм материального права и обстоятельств, установленных и исследованных судом первой инстанции по правилам статей 12, 56 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а потому не могут служить поводом к отмене данного решения.

Так, оценивая заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов в сопоставлении с пояснениями эксперта, переводчика, показаниями свидетелей, иными письменными доказательствами и пояснениями сторон, суд пришел к верному выводу к выводу о том, что бесспорных доказательств в обоснование своих доводов истцами не представлено. Установление факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний. Вместе с тем, эксперты не смогли прийти к выводу о наличии у ФИО4 заболевания, вследствие которого она в момент составления завещания однозначно не была способна понимать значение своих действии и руководить ими.

Как до составления завещания, так и впоследствии ФИО4 за медицинской психиатрической помощью не обращалась, недееспособной не признавалась.

Свидетели ФИО9, ФИО16, ФИО19, ФИО18, ФИО17 указывали, что в период, относящийся к составлению завещания, ФИО4 находилась в сознательном состоянии, всех помнила, узнавала, ориентировалась в происходящих событиях, в пространстве и во времени, могла описывать свое состояние, самостоятельно передвигалась и не нуждалась в постороннем уходе.

Данные свидетели непосредственно общались с ФИО4 при жизни в указанный период. Заинтересованности в исходе дела у данных лиц не имеется, оснований не доверять их показаниям суд не находит.

При этом к показаниям свидетелей ФИО14, ФИО15 о том, что ФИО4 была лежащей больной, всегда находилась в постели, не разговаривала, за ней требовался уход, суд правильно отнесся критически, поскольку сами свидетели, как они поясняли в суде, в комнату к ФИО4 не заходили, с ней не общались, и о её состоянии им известно со слов ФИО1

При изложенных обстоятельствах, оснований для признания недействительным оспариваемого завещания, по доводам изложенным в исковом заявлении, суд обоснованно не усмотрел, поскольку из представленных доказательств следует, что нотариально удостоверенное завещание требованиям закона по форме и процедуре удостоверения завещания соответствует, каких-либо бесспорных доказательств, позволяющих усомниться в дееспособности наследодателя на момент подписания завещания, в деле не имеется.

Судебная коллегия с данными выводами соглашается, оснований для их переоценки не усматривает.

Иные доводы апелляционной жалобы не содержат каких-либо обстоятельств, которые опровергали бы выводы судебного решения. Они направлены на иную оценку доказательств и не могут служить основанием к отмене решения суда.

Решение судом постановлено с соблюдением норм материального и процессуального права, значимые для дела обстоятельства судом установлены правильно, доказательства надлежаще оценены судом по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем судебная коллегия не находит оснований к его отмене, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Мелеузовского районного суда Республики Башкортостан от 21 марта 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара), путем подачи кассационной жалобы в суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 04 августа 2023 г.

Справка судья Аверьянова Е.В.