Дело № 2-2705/2025 15 сентября 2025 года
78RS0017-01-2025-003331-09
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Петроградский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Пешниной Ю.В.,
при секретаре Миромановой Ю.А.
с участием прокурора Романовой В.В.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску <ФИО>6 к Федеральному государственному бюджетному учреждению науки Институту мозга человека им. <ФИО>6 Российской академии наук об отмене приказа об увольнении, о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула,
УСТАНОВИЛ:
<ФИО>6 обратилась в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Федеральному государственному бюджетному учреждению науки Институту мозга человека им. <ФИО>6 Российской академии наук (далее по тексту – ИМЧ РАН), в котором просила отменить приказ от 10 марта 2025 года о прекращении действий трудового договора от 2 октября 2023 года и увольнении 10 марта 2025 года на основании подп. «а» п.6 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, восстановить истца на работе в должности врача ФРМ Отделения медицинской реабилитации пациентов с нарушением функции центральной нервной системы Клиники ИМЧ РАН с 10 марта 2025 года, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула с 10 марта 2025 года по день восстановления на работе.
В обоснование заявленных требований истец указала, что на основании трудового договора от 2 октября 2023 года истец работала врачом физической и реабилитационной медицины Отделения медицинской реабилитации пациентов с нарушением функций центральной нервной системы Клиники ИМЧ РАН. 17 июня 2024 года приказом № 281-К от 13 июня 2024 года трудовой договор прекращен в связи с отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора пункт 7 части первой ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Решением Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 18 декабря 2024 года <ФИО>6 восстановлена на работе. 19 декабря 2024 года представителем истца получен исполнительный лист на принудительное исполнение решения суда о восстановлении на работе. 21 января 2025 года истцом получена копия приказа от 19 декабря 2025 года о восстановлении на работе с 19 декабря 2024 года на основании решения суда от 18 декабря 2024 года. 17 февраля 2025 года истцом получения копия приказа о внесении изменений в пункт 1 приказа от 19 декабря 2024 года, в котором указано о восстановлении на работе с 18 июня 2024 года. 21 марта 2025 года истцом получен приказ от 10 марта 2025 года о прекращении действия трудового договора на основании подп. «а» п.6 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Увольнение истец считает незаконным, поскольку 11 января 2025 года ею было направлено письмо с просьбой связаться с ее представителем <ФИО>6, для урегулирования всех спорных вопросов, связанных с исполнением решения суда о восстановлении на работе. Однако ответчик с представителем истцом не связывался, на звонки и сообщения по номеру мобильного телефона юрисконсульта ИМЧ РАН никто не отвечал. 25 января 2025 года, при получении истцом приказа о восстановлении на работе с 19 декабря 2024 года на основании решения суда от 18 декабря 2024 года на сайте суда была размещена информация о подаче ответчиком апелляционной жалобы. После прекращения с истцом трудового договора с 17 июня 2024 года, истец с 1 августа 2024 года приступила в работе в другой организации, в связи с чем, прекращение имеющихся трудовых отношений, при возможной отмене решения суда о восстановлении на работе и согласии с предложением ИМЧ РАН приступить к работе, явилось бы необдуманным и рискованным решением, приняв которое работник мог потерять имеющуюся работу и быть уволенным из ИМЧ РАН в случае удовлетворения судом апелляционной жалобы ответчика. Исполнительный лист от 18 декабря 2024 года на исполнение решение суда о восстановлении на работе истец в ИМЧ РАН не предъявляла, в связи с чем полагает, что обязательств о ее восстановлении на работе у ИМЧ РАН не возникло. После возвращения судом апелляционной жалобы, истцу стало известно о ее увольнении на основании прогула.
В судебное заседание истец не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена, направила в суд своего представителя <ФИО>6, который доводы искового заявления поддержал, просил заявленные требования удовлетворить, пояснил, что истец узнала о беременности 7 апреля 2025 года, после вынесения решения суда о восстановлении на работе ответчику было направлено письмо, чтобы работодатель связался с представителем истца для решения вопросов о восстановлении истца на работе, в письме указали ФИО представителя истца, данные доверенности, которой представитель истца наделен правом на заседание соглашения об урегулировании спора в досудебном порядке, а также номер телефона представителя истца, однако представитель ответчика с представителем истца не связался, не сообщил о восстановлении истца на работе. Также представитель истца пояснил, что после вынесения решения суда о восстановлении истца на работе, истец продолжила работать на другое работе, лично к ответчику по вопросу восстановления на работе не обращалась, обращение были только через представителя истца. Представитель истца указал, что поскольку в решении суда от 18 декабря 2024 года не была указана конкретная дата и не было указано, на его немедленное исполнение, истец могла выйти на работу в любое удобное для нее время, ответчик не направил истцу уведомление с указанием даты, когда истцу необходимо было приступить к работе.
В судебное заседание явилась представитель ответчика – <ФИО>6, просила в удовлетворении заявленных требований отказать по доводам изложенным в письменных возражениях, пояснила, что о беременности истца ответчику стало известно только в ходе настоящего судебного разбирательства, когда представитель истца представил справку.
Прокурор <ФИО>6 в заключении полагала, что заявленные истцом требования не подлежат удовлетворению.
Изучив материалы дела, оценив представленные в дело доказательства, выслушав участников процесса, заключение прокурора, суд приходит к следующим выводам.
Как следует из материалов дела, на основании трудового договора от 2 октября 2023 года № 213/23, истец состояла в трудовых отношениях с ответчиком в должности врача физической и реабилитационной медицины отделения медицинской реабилитации пациентов с нарушением функции центральной нервной системы Клиники ИМЧ РАН.
На основании приказа № 281-К от 13 июня 2024 года трудовой договор прекращен 17 июня 2024 года в связи с отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора на основании п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Вступившим в законную силу решением Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 18 декабря 2024 года по гражданскому делу № удовлетворены частично исковые требования <ФИО>6 Суд признал незаконным приказ от 13 июня 2024 года об увольнении <ФИО>6, восстановил <ФИО>6 на работе с 18 июня 2024 года. Взыскал с ИМЧ РАН в пользу <ФИО>6 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 18 июня 2024 года по 18 декабря 2024 года, компенсацию морального вреда.
Представителем <ФИО>6 19 декабря 2024 года получен исполнительный лист серии ФС № от 18 декабря 2024 года с целью немедленного исполнения решения суда в части восстановления <ФИО>6 на работе в ИМЧ РАН с 18 декабря 2024 года, о чем прямо указано в исполнительном документе.
В соответствии с ч.1 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.
Решение суда о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению в силу положений ст. 396 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Таким образом, несмотря на то, что в резолютивной части решения суда от 18 декабря 2024 года действительно не указано о том, что решение суда в части восстановления <ФИО>6 на работе подлежит немедленному исполнению, суд привел свое решение к немедленному исполнению и выдал исполнительный лист, который получен был представителем истца 19 декабря 2024 года.
Действующим трудовым и процессуальным законодательством не предусмотрена обязанность суда указывать в решении при удовлетворении требований о восстановлении на работе, дату с которой работник должен выйти на работу, в связи с чем соответствующие доводы истца являются несостоятельными.
Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что истец, которая была восстановлена на работе решением суда от 18 декабря 2024 года, получив исполнительный лист 19 декабря 2024 года, вправе была приступить к работе 19 декабря 2024 года, однако истец на работу не явилась.
Истцом не представлено доказательств того, что ответчик не допускал ее к работе, после вынесения решения суда от 18 декабря 2024 года, исполнительный лист на принудительное исполнение в службу судебных приставов, истец не предъявляла.
Напротив, материалами дела подтверждено, что ответчик не отказывался добровольно исполнить решение суда, в данном случае ответчик принял необходимые меры для фактического допуска истца к выполнению прежних трудовых обязанностей после вынесения решения суда от 18 декабря 2024 года.
Так, 19 декабря 2024 года ответчик издал приказ о восстановлении истца на работе на основании решения суда от 19 декабря 2024 года и отмене приказа об увольнении от 13 июня 2024 года.
В связи с неявкой истца на работу, уведомлением от 14 января 2025 года № в адрес <ФИО>6 была направлена для ознакомления копия приказа о восстановлении на работе с предложением приступить к работе в ИМЧ РАН в должности врача физической и реабилитационной медицины отделения медицинской реабилитации пациентов с нарушением функции ЦНС Клиники ИМЧ РАН в соответствии с трудовым договором от 2 октября 2023 года №.
Уведомление и приказ о восстановлении на работе истец получила 25 января 2025 года, что подтверждается материалами дела и не оспаривается истцом.
Таким образом, истец обязана была выйти на работу не позднее следующего рабочего дня после получения приказа о восстановлении на работе, т.е. не позднее 27 января 2025 года.
Между тем, истец на работу к ответчику ни 27 января 2025 года, ни позднее не вышла.
Приказом от 10 марта 2025 года истец уволена с занимаемой должности на основании пп. «а» п.6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Основанием для издания указанного приказа послужили: акты об отсутствии на рабочем месте, уведомление от 14 января 2025 года, уведомление от 10 февраля 2025 года, служебная записка, уведомление от 19 января 2025 года, заключения о соблюдении порядка применения дисциплинарного взыскания от 7 марта 2025 года.
В соответствии с пп. «а» п.6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).
Согласно ч. 3 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение работника по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации относится к дисциплинарным взысканиям.
В силу ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.
Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.
Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.
Дисциплинарное взыскание, за исключением дисциплинарного взыскания за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. Дисциплинарное взыскание за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее трех лет со дня совершения проступка. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.
Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.
В силу положений ст. 56, ч. 1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснений приведенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» бремя доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение при рассмотрении трудовых споров, возложено на работодателя, предоставив тем самым работнику гарантию защиты его трудовых прав при рассмотрении трудового спора.
Таким образом, бремя представления доказательств по иску о признании незаконным приказа об увольнении за прогул лежит на работодателе, именно он обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место; работодателем был соблюден предусмотренный ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации порядок применения дисциплинарного взыскания, учтена тяжесть совершенного проступка.
В ходе судебного разбирательства установлено, и не оспаривалось истцом, что она отсутствовала на работе как в период с 19 декабря 2024 года по 26 января 2025 года, так и с 27 января 2025 года по день издания приказа об увольнении от 10 марта 2025 года.
Истцу 30 января 2025 года было направлено уведомление № 12408/01-100 от 30 января 2025 года о необходимости предоставить письменное объяснение по факту отсутствия на рабочем месте в течение всего рабочего дня, а именно с 9 час. 00 мин. до 16 час. 48 мин., 27, 28 и 29 января 2025 года, а также неявки на работу 30 января 2025 года. Срок для предоставления пояснений - в течение двух рабочих дней с момента получения уведомления.
Уведомление получено 4 февраля 2025 года. Письменные пояснения о причинах отсутствия на рабочем месте истцом представлены не были.
Уведомлением от 19 февраля 2025 года № 12408/01-195 истцу повторно было предложено предоставить письменное объяснение по факту отсутствия на рабочем месте в течение всего рабочего дня, а именно с 9 час. 00 мин. до 16 час. 48 мин., 27, 28, 29, 30, 31 января 2025 года, а также запрошено письменное объяснение о причинах отсутствия на рабочем месте 3, 4, 5, 6, 7, 10, 11, 12, 13, 14, 17 и 18 февраля 2025 года и неявки на работу 19 февраля 2025 года в течение 2 рабочих дней с момента получения указанного уведомления.
Уведомление получено истцом 3 марта 2025 года, пояснения о причинах отсутствия на рабочем месте истцом представлены не были.
В служебной записке от 12 февраля 2025 года заведующая отделением медицинской реабилитации пациентов с нарушением функции ЦНС <ФИО>6 на имя директора ИМЧ РАН, сообщила, что врач физической и медицинской реабилитации <ФИО>6 на работу с 19 декабря 2024 года по 12 февраля 2025 года включительно не выходила, в связи чем просила принять меры по урегулированию сложившейся ситуации. Согласно указанной служебной записке, <ФИО>6 пыталась получить объяснения о причинах отсутствия истца на работе по телефону, однако <ФИО>6 прекращала разговоры.
При этом, согласно сведениям, размещенным на официальном портале Социального фонда России (СФР), <ФИО>6 был оформлен лист временной нетрудоспособности на период с 19 февраля 2025 года по 24 февраля 2025 года. Относительно других дней информация о причинах отсутствия на рабочем месте ФИО1 ни от нее самой, ни из других источников ответчику не поступала.
В ходе судебного разбирательства, истец не представила доказательств уважительности причин отсутствия на рабоче, в период с 27 января 2025 года по 18 февраля 2025 года, и с 25 февраля 2025 года по 9 марта 2025 года.
Таким образом, представленные ответчиком документы свидетельствуют о соблюдении им порядка применения дисциплинарного взыскания, предусмотренного ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, в том числе в части выяснения причин уважительности длительного отсутствия на рабочем месте.
С учетом совокупности представленных в материалы дела доказательств, суд считает, что работодателем предприняты все возможные меры для выяснения причин длительного отсутствия на рабочем месте.
В ходе судебного разбирательства установлено, что причиной длительного отсутствия истца на работе в ИМЧ РАН, послужило то обстоятельство, что 1 августа 2024 года истец заключила трудовой договор с СПБ ГБУЗ «Городская поликлиника №43», где работает по настоящее время, что подтверждается трудовым договором от 1 августа 2024 года, дополнительными соглашениями к нему от 1 августа 2024 года, от 9 января 2025 года и ответом работодателя СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 43».
Также из ответа СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 43» от 27 августа 2025 года следует, что истец с заявлениями по поводу получения трудовой книжки для внесения изменений в связи с вступлением в законную силу решение суда от 18 декабря 2024 года в СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 43» не обращалась, о наличии решения суда от 18 декабря 2024 года СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 43» не было известно.
Оценив представленные в дело доказательства, в их совокупности, суд приходит к выводу, что истец допустила злоупотребление правом, поскольку, достоверно зная о вынесенном решении о восстановлении ее на работе с 18 июня 2024 года, получив на руки 19 декабря 2024 года исполнительный лист об обращении решения в части восстановления на работе к немедленному исполнению, получив 25 января 2025 года приказ о восстановлении на работе, она не вышла на работу в ИМЧ РАН без уважительных к тому причин, фактически продолжала работать в СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 43», не предоставила в ИМЧ РАН свою трудовую книжку для внесения соответствующих записей о восстановлении на работе.
Представленная истцом справка от 7 апреля 2025 года с диагнозом: беременность 6 недель, также не может служить основанием для признания увольнения незаконным, поскольку истец работодателю о наступлении беременности не сообщила, исковое заявление было направлено в суд 16 апреля 2025 года, впервые копия справки от 7 апреля 2025 года была представлена истцом в судом заседании 11 августа 2025 года, что свидетельствует о злоупотреблении истцом своими процессуальными правами.
Более того, будучи уволенной из ИМЧ РАН на основании оспариваемого приказа от 10 марта 2025 года, истец продолжает работать в СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 43», куда представила справку о беременности от 30 июня 2025 года, в связи с чем суд не усматривает нарушений трудовых прав истца.
В соответствии со ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.
Согласно ст. 20 Трудового кодекса Российской Федерации сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Работник - физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем.
Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами (ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Пунктом 4 ст. 182 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не допускается совершение через представителя сделки, которая по своему характеру может быть совершена только лично, а равно других сделок, указанных в законе.
Исходя из приведенных норм, нельзя заключить, расторгнуть либо изменить трудовой договор через представителя.
В связи с чем, доводы истца о том, что 11 января 2025 года она направила письмо ответчику с просьбой связаться с ее представителем для урегулирования всех спорных вопросом, связанных с исполнением решения суда от 18 декабря 2024 года, не свидетельствуют о незаконности произведенного ответчиком увольнения.
Также суд приходит к выводу о том, что работодателем соблюден предусмотренный ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации срок привлечения к дисциплинарной ответственности, поскольку, с учетом длящегося характера отсутствия истца на работе, срок привлечения к дисциплинарной ответственности начинает исчисляться с последнего дня периода невыхода работника на работу, о чем, в том числе, разъяснено в письме Минтруда Российской Федерации № 14-2/ООГ-1238 от 12 февраля 2021 года.
В соответствии с п. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
Принимая во внимание, что истец, в отсутствие каких-либо уважительных причин длительное время отсутствовала на рабочем месте, суд считает, что при применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения ответчиком была учтена тяжесть совершенного проступка, предшествующее поведение работника.
С учетом изложенного, суд приходит к выводу о соблюдении ответчиком всех предусмотренных действующим законодательством требований при расторжении трудового договора с истцом на основании пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, что является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований об отмене приказа от 10 марта 2025 года о прекращении действия трудового договора, восстановлении истца на работе, а также производных требований о взыскании утраченного заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ :
В удовлетворении исковых требований <ФИО>6, паспорт серии № к Федеральному государственному бюджетному учреждению науки Институту мозга человека им. <ФИО>6 Российской академии наук, ИНН <***> об отмене приказа об увольнении, о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула – отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме посредством подачи апелляционной жалобы через Петроградский районный суд Санкт-Петербурга.
Судья:
Мотивированное решение суда составлено 27 октября 2025 года.