Судья Мосунова Е.В. дело № 33а-6587/2023

(номер дела суда первой инстанции № 2а-2948/2022)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Республики Коми в составе председательствующего Колесниковой Д.А.,

судей Баранова А.Н., Пешкина А.Г.,

при секретаре судебного заседания Розовой А.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 31 июля 2023 года в городе Сыктывкаре Республики Коми административное дело по апелляционным жалобам административного истца ФИО1 ФИО10 и административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми на решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 03 марта 2023 года по административному делу по административному иску ФИО1 ФИО11 к ФСИН России и УФСИН России по Республике Коми о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительных учреждениях.

Заслушав доклад материалов административного дела судьи Колесниковой Д.А., объяснения административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков ФСИН России и УФСИН России по Республике Коми ФИО2, судебная коллегия по административным делам

установила:

ФИО1 обратился в Сыктывкарский городской суд Республики Коми с административным исковым заявлением к УФСИН России по Республике Коми о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми за период с 2009 по 2020 годы в размере 850 000 рублей. В обоснование заявленных требований указывал, что в период с сентября 2009 года по май 2011 года отбывал наказание в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми, где на крышах всех зданий отсутствовало оборудование для удержания от ската снега «снегодержатель», не в полной мере обеспечен вещевым довольствием, поскольку выдавался один комплект х/б костюма, нательное белье, гигиенические наборы не выдавались. С августа 2012 года по июль 2015 года отбывал наказание в ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми, где условия содержания были аналогичны условиям содержания в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми. С декабря 2016 года по сентябрь 2018 года отбывал наказание в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми, где на крышах всех зданий также отсутствовал снегодержатель, комнаты длительных свиданий не были оборудованы приточно-вытяжной вентиляцией, в них отсутствовал умывальник, на 8 комнат имелся 1 умывальник, который находился совместно с туалетом, площадь комнаты длительных свиданий не превышала 10 кв.м, кухня не более 15 кв.м, прогулочный двор, как и место для курения отсутствовали. С декабря 2019 года по ноябрь 2020 года административный истец отбывал наказание в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми, где на крышах всех зданий отсутствовал снегодержатель. Также право на компенсацию административный истец связывал с нарушением права при отбывании наказания в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми и ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми на обеспечение горячей водой. Таким образом, административный истец содержался в условиях несоответствующих установленным нормам, что повлекло нарушение его прав и свобод, гарантированных законом.

Судом первой инстанции к участию в деле привлечены в качестве в качестве административных соответчиков Российская Федерация в лице ФСИН России, ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми.

По итогам рассмотрения административного дела Сыктывкарским городским судом Республики Коми 03 марта 2023 года постановлено решение, в соответствии с которым административный иск ФИО1 удовлетворен частично. Взыскана с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсация за ненадлежащие условия содержания в размере 21 000 рублей. В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми, УФСИН России по Республике Коми о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в исправительных учреждениях отказано.

Не соглашаясь с постановленным судебным актом, ФИО1 подал в Верховный Суд Республики Коми апелляционную жалобу, в которой ставит вопрос об отмене решения суда, как незаконного и необоснованного, принятии нового решения об удовлетворений требований иска в полном объеме. В обоснование доводов жалобы об отмене решения суда первой инстанции указано на неверное применение норм материального права, регулирующего вопросы обеспечения помещений исправительных колоний системой принудительной вентиляции; настаивает на отсутствии горячего водоснабжения в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми и необеспечение его вещевым довольствием, несоответствующую организацию в данном учреждении санитарного узла, чему судебная оценка не дана; не соглашаясь с выводами суда об отсутствии нарушений в комнате для длительных свиданий, считает при определении норматива жилой площади судом не учтено размещение в помещении предметов мебели, также оставлено без внимания отсутствие прогулочного двора, что лишило его право на прогулку. Жалоба содержит ссылки на иные судебные акты, которые, по мнению истца, устанавливают приведённые им в иске нарушения условий содержания.

ФИО3, действуя в интересах административных ответчиков ФСИН России и УФСИН России по Республике Коми, подал в Верховный Суд Республики Коми апелляционную жалобу, в которой, требуя отмены решения суда первой инстанции, указал на невозможность применения к спорным правоотношениям положений «СП 308.1325800.2017. Свод правил. Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного и введенного в действие Приказом Минстроя России от 20 октября 2017 года № 1454/пр, предусматривающих обеспечение помещений исправительного учреждения горячим водоснабжением, так как изложенные в приведенном Своде правил требования подлежат исполнению только при проектировании строящихся объектов, реконструкции и капитальном ремонте зданий, и данный нормативно-правовой акт не распространяется на здания исправительных учреждений, введенные до принятия Свода правил. Размер взысканной компенсации находит чрезмерным, подлежащим снижению до 500 рублей. Кроме того, полагает пропущенным срок на обращение в суд с рассматриваемым иском, установленный положениями статьи 219 Кодекса административного судопроизводства РФ.

Административный истец ФИО1, участвуя в суде апелляционной инстанции посредством использования системы видеоконференц-связи, на доводах своей жалобы настаивал, не находя оснований для удовлетворения жалобы стороны административного ответчика.

Представитель административных ответчик ФСИН России и УФСИН России по Республике Коми ФИО2, возражая доводам апелляционной жалобы административного истца, просил об удовлетворении жалобы представляемых им лиц.

Иные лица, участвующие в рассмотрении административного дела, в судебное заседание Верховного Суда Республики Коми не явились, извещены о месте и времени слушания дела в суде апелляционной инстанции надлежащим образом.

Согласно статьям 150 (часть 2), 226 (часть 6), 307 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения дела, и не представивших доказательства уважительности своей неявки, не является препятствием к разбирательству дела в суде апелляционной инстанции и судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения явившихся участников процесса, изучив материалы административного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб в порядке статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, согласно которой суд апелляционной инстанции рассматривает административное дело в полном объеме и не связан основаниями и доводами, изложенными в апелляционной жалобе, судебная коллегия по административным делам приходит к следующим выводам.

Право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации).

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Возможность ограничения приведённого права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма.

Согласно статье 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

По смыслу положений статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания подозреваемые, обвиняемые, осужденные имеют право обратиться в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Разрешая настоящий спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Конституции Российской Федерации, статьями 218, 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, положениями Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» и другими, пришел к выводу о содержании ФИО1 в ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми в ненадлежащих условиях, выразившихся в отсутствии горячего водоснабжения, а равно о нарушении его прав и наличии в связи с этим оснований к присуждению компенсации в порядке статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, размер которой определил в сумме 21 000 рублей.

Иных нарушений, на которые в административном иске указывал ФИО1, при рассмотрении дела установлено не было.

Из материалов дела следует, что ФИО1 в заявленный в иске период содержался: в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми с 13 октября 2009 года по 05 марта 2010 года и с 05 апреля 2010 года по 06 мая 2011 года; в ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми с 15 августа 2012 года по 09 июля 2015 года, когда с 04 по 24 ноября 2012 года убывал в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми, а с 18 по 24 декабря 2013 года и с 28 марта по 12 апреля 2014 года – в ЛПУ Б-18 г.Ухта; в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми с 19 декабря 2016 года по 07 сентября 2018 года, когда с 17 апреля по 21 мая 2018 года убывал в ФКЛПУ Б-18 УФСИН России по Республике Коми, с 25 января по 20 ноября 2020 года.

При рассмотрении дела судом установлено, что согласно приказу Минюста России от 09 ноября 2020 года ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми ликвидировано. Установлено, что правопреемником, в том числе по обязательствам, возникшим в результате исполнения судебных решений, является УФСИН России по Республике Коми.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (абзац 8 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ).

С учетом предоставленной в материалы дела совокупности доказательств, установленных по делу фактических обстоятельств, судебная коллегия находит обоснованными выводы суда первой инстанции о том, что приведенные административным истцом в обоснование заявленных требований обстоятельства, свидетельствующие о нахождении в ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми в условиях, не соответствующих установленным нормам, нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения спора по существу, в связи с чем, заявленные требования о компенсации за ненадлежащие условия содержания подлежали удовлетворению судом первой инстанции.

Проверяя доводы административного истца о нарушении права на обеспечение горячей водой, суд первой инстанции правильно руководствовался положениями Свода Правил 308.1325800.2017 Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях), утвержденного Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, согласно которым здания исправительных учреждений должны быть оборудованы горячим водоснабжением согласно требованиям СП 30.13330, СП 31.13330, СП 32.13330, СП 118.13330, а также действующих нормативных документов. Подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены и ранее действующей Инструкцией по проектированию исправительных учреждений и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной Приказом Минюста России от 02 июня 2003 года № 30-дсп, признанной утратившей силу Приказом Минюста России от 22 октября 2018 года № 217-дсп.

Наличие горячего водоснабжение в камерах непосредственным образом касается обеспечения гуманных условий для содержания лиц, в отношении которых применена мера пресечения заключение под стражу, подозреваемых и осужденных и охраны здоровья людей с точки зрения соблюдения санитарно-эпидемиологических требований, создания благоприятных безопасных условий среды обитания, в связи с чем, эксплуатация объекта с нарушением указанных требований ведет к недопустимому риску для здоровья лиц, находящихся в зданиях ответчика.

Приведение ранее введенных в эксплуатацию зданий в соответствие с актуальными требованиями обусловлено уровнем современных рисков, потребностей, правил, а равно обеспечением санитарного благополучия и безопасных условий для обитания человека.

Судебная коллегия приходит к выводу, что неоснащение помещений ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми горячим водоснабжением в отсутствие принимаемых компенсаторных мер приводило к нарушению права административного истца.

Обеспечение осужденным не менее двух раз в неделю помывки в банно-прачечном комбинате учреждения, где имелось горячее водоснабжение, также не свидетельствует об обеспечении надлежащих условий содержания административного истца в ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми в иное время, а подтверждает исключительно факт соблюдения требований Правил внутреннего распорядка, действующих в исправительных учреждениях, в связи с чем, не могло являться основанием к отказу в удовлетворении требований.

В рассматриваемом случае неисполнение требований закона в части обеспечения горячим водоснабжением влечет нарушение прав административного истца на содержание в ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности, и является основанием для компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Одновременно с этим, разрешая заявленные требования в части обеспечения горячим водоснабжением при отбывании наказания в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции, руководствуясь приведенными выше положениями законодательства, регулирующими вопросы условий содержания осужденных в исправительных учреждениях, оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности, пришел к выводу, что приведенные в административном иске нарушения условий содержания административного истца в исправительном учреждении в виде необеспечения горячим водоснабжением не нашло подтверждения.

Из содержания представленных административным ответчиком ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми письменных возражений следует, что в спорный период административному истцу предоставлялась возможность помывки в банно-прачечном комплексе учреждения два раза в неделю с еженедельной санитарной обработкой постельного белья и одежды.

При рассмотрении дела судом первой инстанции также установлено, что в помещениях отрядов в спорный период холодное и горячее водоснабжение функционировало круглосуточно, было подведено ко всем умывальникам санитарной комнаты и душевым кабинкам и было доступно осужденным жилых отрядов. Горячее водоснабжение подготавливалось от собственной котельной, также имелись водонагреватели объемом от 50 до 100 литров, которые функционировали как резервный источник горячего водоснабжения.Названные обстоятельства нашли свое подтверждение в схеме горячего и холодного водоснабжения объектов колонии, в копиях инвентарных карточек, подтверждающих наличие котлов на балансе ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми, в том числе в спорный период.

В материалы дела не предоставлено доказательств обращения истца с жалобами на обеспечение его в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми горячей водой.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции об отказе в удовлетворении требований в названной части, судебная коллегия исходит из того, что характер и существо заявленных административным истцом нарушений, выразившихся в отсутствии горячего водоснабжения при фактическом предоставлении ему помывки в банном комплексе, подведении горячего водоснабжения ко всем умывальникам санитарной комнаты и душевым кабинкам, доступным осужденным жилых отрядов, от собственной котельной, при наличии резервных источников горячего водоснабжения в виде водонагревателей, не свидетельствует о существенных отклонениях от установленных законом требований к условиям содержания в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми, не свидетельствуют об унижении достоинства административного истца, причинении физических и нравственных страданий.

Доводы апелляционной жалобы административного истца о том, что суд первой инстанции не дал оценку оборудованию санитарного узла в ФКУ ИК-31 УФСИН России судебная коллегия по административным делам полагает подлежащими отклонения, поскольку при рассмотрении требований искового заявления суд исходит из предмета и оснований заявленных требований, такие доводы истцом при подаче административного иска и в ходе рассмотрения дела не заявлялись, в настоящем случае, суд дал оценку положенным в данные административные исковые требования обстоятельствам.

Проверяя доводы административного иска о нарушении права на обеспечение вещевым довольствием и средствами гигиены в ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми и в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми, суд первой в целях оказания содействия в получении письменных доказательств в обоснование правовой позиции истца по делу, истребовал соответствующие доказательства.

Оценивая доводы иска о необеспечении при содержании в ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми гигиеническими наборами, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований утверждать о ненадлежащих условиях содержания по такому мотиву, поскольку предоставленные в материалы дела ведомости ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми, ФИО1 средства гигиены выдавались ежемесячно в период с января по май 2015 года, что подтверждается личными подписями ФИО1 в ведомостях.

Между тем, отсутствие возможности предоставления суду первой инстанции лицевых счетов по обеспечению вещевым имуществом осужденных, а также ведомостей за иные периоды содержания истца в ФКУ ИК-31 УФСИН России по Республике Коми и в ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми за рассматриваемый в иске период обусловлено их уничтожением, как не подлежащих хранению ввиду истечения установленных сроков хранения таких документов с составлением соответствующих акта об уничтожении документов, копии которых предоставлены в материалы настоящего дела.

Таким образом, в связи с уничтожением лицевых счетов, в том числе на имя административного истца и иных допустимых доказательств, суду первой инстанции не удалось установить объем обеспечения административного истца вещевым довольствием.

Суд первой инстанции, несмотря на предпринятые меры, был лишен возможности проверить доводы истца о допущенных нарушениях в названной части при его содержании в связи с тем, что соответствующая документация о лицах, содержащихся в данных исправительных учреждениях в части спорного периода, не сохранилась в связи с ее уничтожением по истечении установленного срока хранения, который определен нормативными правовыми актами и является разумным и достаточным для предъявления каких-либо претензий.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции в части неустановленных нарушений. Обратное, по убеждению судебной коллегии, приведет к возложению на ответчика неблагоприятных последствий невозможности представления сведений, подтверждающих соблюдение надлежащих условий содержания истца, в связи с уничтожением в установленном законом порядке соответствующих документов.

Лишен возможности проверить доводы административного истца и суд апелляционной инстанции.

Судебная коллегия отмечает, что столь длительным необращением в суд за защитой своих прав и законных интересов истец способствовал уменьшению объема доказательственной базы по делу, невозможности исследования документов, имеющих юридическое значение, по причине их уничтожения за истечением срока их хранения.

Суд первой инстанции правомерно исходил из того, что на сотрудников уголовно-исполнительной системы, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих. Доводы апелляционной жалобы административного истца о недостоверности предоставленных в дело доказательств носит голословный характер.

С учетом конкретных обстоятельств дела, судебная коллегия отмечает, что обращение в суд с иском по истечении значительного промежутка времени после событий, которые, по мнению административного истца, имели место и приводили к нарушению его прав, свидетельствует о злоупотреблении административным истцом своими процессуальными правами, поскольку административные ответчики лишены объективной возможности представить суду доказательства в обоснование своих возражений.

Административный истец, действуя в пределах собственного усмотрения (пункт 2 статьи 1, пункт 1 статьи 9 Гражданского кодекса РФ), и предъявляя требования о компенсации за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении за пределами сроков хранения необходимой документации, по существу самостоятельно отказался в течение длительного периода времени от реализации своего процессуального права на судебную защиту, что не может свидетельствовать о нарушении его интересов судом.

Поскольку такое нарушение условий содержания, как отсутствие на крыше зданий снегоудерживающих устройств, являясь нарушением эксплуатации здания, само по себе не свидетельствует о существенных отклонениях от предъявляемых требований, являющихся основанием для компенсации за ненадлежащие условия содержания в исправительным учреждении, каких-либо негативных последствий для административного истца не наступило. Доказательств, свидетельствующих об обратном, материалы дела не содержат.

Правильными являются и выводы суда первой инстанции об отсутствии нарушений прав административного истца в части доводов о ненадлежащей вентиляции.

Учитывая наличие в помещениях исправительных учреждений естественной приточно-вытяжной вентиляции, при отсутствии доказательств ее неисправности и недостаточности, суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии нарушения прав административного истца и в названной части. Доказательств, свидетельствующих о ненадлежащем микроклимате в помещениях, ненадлежащем санитарном состоянии помещений, в материалах дела не содержится.

Судом также установлено, что в период содержания в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми ФИО1 предоставлялись длительные свидания сроком на 3 суток 25 сентября 2017 года, 29 января 2018 года и 06 августа 2018 года.

Согласно справке отдела коммунально-бытового, интендантского и хозяйственного обеспечения помещение комнат длительных и краткосрочных свиданий находится на первом этаже здания, имеет 7 комнат для проведения длительных свиданий, оборудовано естественной вентиляцией, в каждой комнате окна имеют исправный механизм открывания форточки. Площадь комнат составляет 10.1, 8,3, 8,4, 8,5, 8,1, 8.2, 8 кв.м. Площадь комнаты для приема и приготовления пищи составляет 9,3 кв.м, имеются 2 раковины с подведением ГВС и ХВС. Площадь уборной 1,6 кв.м, оборудована исправным унитазом и раковиной с подведением ГВС и ХВС. Прогулочный двор в комнатах длительных и краткосрочных свиданий не предусмотрен. Душевая оборудована вытяжной вентиляцией с механическим побуждением. В рассматриваемый период место для курения определено приказами начальника исправительного учреждения, выделена отдельная комната для курения.

Таким образом, доводы ФИО1 о ненадлежащих условиях содержания в комнате для длительных свиданий в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Коми правомерно отвергнуты. Оснований для переоценки правильных по существу выводов суда судебная коллегия не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы административного истца, сводящиеся к нарушению нормы жилой площади в комнате для свиданий, основаны на неверном толковании норм права.

Размещение мебели в комнате для свиданий не свидетельствует о нарушении нормы площади, приходящейся на каждого осужденного, размер которой прямо регламентирован частью 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и в данном случае соблюден.

При таких обстоятельствах, при соблюдении нормы площади, предусмотренной статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для вывода о признании ненадлежащими условий содержания в части необеспечения достаточным пространством в комнате для длительных свиданий.

Доводы жалоб сторон с иным толкованием положений приведенного выше законодательства не подтверждают неправильного применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а направлены на переоценку исследованных судом обстоятельств дела, представленных доказательств и сделанных на их основе выводов.

Оснований для отмены и (или) изменения решения суда, в том числе по доводам жалобы стороны административного ответчика не имеется, поскольку вывод суда первой инстанции о наличии правовых оснований для компенсации за ненадлежащие условия содержания, предусмотренной статей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, является правильным, исходя из наличия допущенного нарушения условий содержания в исправительном учреждении, с судебная коллегия соглашается, поскольку он основан на материалах дела и принят в соответствии с нормами действующего законодательства, регулирующими данный вид спорных правоотношений.

Доводы о необоснованности размера взысканной компенсации, который, по мнению каждой из сторон, является установленным без учета требований разумности и справедливости, также подлежат отклонению.

Разумность компенсации является оценочной категорией, четкие критерии ее определения применительно к тем или иным видам дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела.

Из анализа действующего законодательства следует, что размер компенсации определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых были допущены нарушения условий содержания в исправительном учреждении. Такими обстоятельствами могут являться длительность содержания административного истца под стражей в ненадлежащих условиях, неоднократность нарушения его прав, состояние здоровья, а также иные сведения, имеющие правовое значение для решения вопроса о компенсации за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении

Удовлетворяя заявленные административным истцом требования, суд первой инстанции учитывал, что описанные в иске нарушения условий содержания административного истца нашли свое частичное подтверждение, принял во внимание продолжительность данного нарушения, обстоятельства, при которых допускалось нарушение, их последствия для административного истца, который претерпевал нравственные страдания, выражающиеся в чувстве несправедливости и незащищенности от неправомерных действий администрации исправительного учреждения, физические страдания и пришел к выводу о взыскании в пользу административного истца с Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации компенсации в размере 21 000 рублей.

Применительно к настоящему делу суд первой инстанции наряду с фактом причинения административному истцу физических и нравственных страданий, вызванных ненадлежащими условиями его содержания, правомерно учитывал его индивидуальные особенности, иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, при которых отсутствовал преднамеренный характер нарушений со стороны ФКУ ИК-22 УФСИН России по Республике Коми, время, в период которого истец о нарушении своих прав не заявлял. Учтенные судом первой инстанции обстоятельства расцениваются судебной коллегией как необходимые для определения размера компенсации.

По убеждению судебной коллегии, исчисленный размер компенсации является достаточным, отвечает принципам разумности и справедливости, и предписанным законом критериям.

Ссылки административного истца на иные судебные решения не свидетельствуют о неправильности обжалуемого судебного акта суда первой инстанции, поскольку обстоятельства дела по каждому спору устанавливаются судом самостоятельно, а судебные постановления преюдициального или прецедентного значения для рассмотрения настоящего дела не имеют. Судебная практика не является формой права и высказанная в ней позиция конкретного суда не является обязательной для применения при разрешении внешне тождественных дел.

Более того, отказ в удовлетворении требований одному лицу либо присуждение ему компенсации безусловным (преюдициальным) основанием для вынесения аналогичных решений по требованиям иных лиц, совместно отбывающих наказание, не является, так как компенсация присуждается индивидуально и имеет не абстрактный, а дифференцированный характер, зависящий от множества факторов.

Сторона административного ответчика в своих жалобах также настаивает, что отсутствие уважительных причин позднего обращения в суд за защитой нарушенного права является основанием для отказа в удовлетворении административного иска в силу части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1). Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании (часть 5).

В соответствии с частями 8 и 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного дела в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд выясняет обстоятельства, указанные в частях 9 и 10 этой статьи, в полном объеме, в том числе как соблюдение истцом сроков обращения в суд, так и нарушение его прав, свобод и законных интересов, соответствие оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, наличие полномочий и оснований для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) и соблюдение порядка принятия такого решения, совершения действия (бездействия).

Задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений (пункты 2 и 4 статьи 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации). Одним из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами и организациями судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6, статья 9 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В силу чего обстоятельство пропуска срока на обращение в суд само по себе не может быть признано достаточным и веским основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении административных требований без проверки законности оспариваемых административным истцом действий, что следует из статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с чем, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены либо изменения принятого по делу судебного акта.

Принцип правовой определенности предполагает, что стороны не вправе требовать пересмотра решения суда только в целях проведения повторного слушания и получения нового судебного постановления другого содержания. Иная точка зрения на то, как должно быть разрешено дело, не является поводом для отмены состоявшегося по делу судебного постановления.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному разрешению дела, не допущено, основания к отмене или изменению верного по существу судебного акта, не установлены.

Руководствуясь статьей 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия по административным делам

определила:

решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 03 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционные жалобы административного истца ФИО1 ФИО12 и административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев, который начинает исчисляться на следующий день после принятия апелляционного определения и из которого исключается срок составления мотивированного определения суда апелляционной инстанции, в случае, когда его составление откладывалось.

Мотивированное апелляционное определение составлено 01 августа 2023 года.

Председательствующий -

Судьи: