Дело № 2-6724/2022
УИД 35RS0010-01-2022-009133-06
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
город Вологда 20 сентября 2022 года
Вологодский городской суд Вологодской области в составе:
судьи Лебедевой Н.Н.,
с участием помощника прокурора города Вологды Нечаева М.Л.
при секретаре Власове И.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО1, ФИО7 к бюджетному учреждению здравоохранения Вологодской области «Вологодская городская поликлиника №4», бюджетному учреждению здравоохранения Вологодской области «Вологодская областная клиническая больница», обществу с ограниченной ответственностью «Компания «Бодрость», Департаменту здравоохранения Вологодской области, Департаменту имущественных отношений Вологодской области о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО6, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО1, ФИО7 обратилась в суд с вышеуказанным исковым заявлением к бюджетному учреждению здравоохранения Вологодской области «Вологодская городская поликлиника № 4» (далее – БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 4»), бюджетному учреждению здравоохранения Вологодской области «Вологодская областная клиническая больница» (далее – БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница», БУЗ «ВОКБ»), обществу с ограниченной ответственностью «Компания «Бодрость» (далее – ООО «Компания «Бодрость»), в обосновании исковых требований указав, что в период с 21.02.2020 по 28.02.2020 ФИО2 получал амбулаторную медицинскую помощь в БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 4», ООО «Компания «Бодрость». В связи с некачественным оказанием медицинских услуг, 29.02.2020 ФИО2 был госпитализирован в стационар БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница», где ДД.ММ.ГГГГ скончался.
Истец, ссылалась на допущение специалистами БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 4», ООО «Компания «Бодрость», БУЗ ВО «ВОКБ» некачественного оказания медицинской помощи, дефектов при оказании лечения ФИО2, выразившихся ненадлежащем и не своевременном оказании медицинской помощи, в результате которых произошла смерть ФИО2, просит суд взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей в пользу ФИО6, 1 500 000 рублей в пользу ФИО1, 1 500 000 рублей в пользу ФИО7
Определением суда от 06.07.2022, занесенным в протокол судебного заседания, Департамент здравоохранения Вологодской области, Департамент имущественных отношений Вологодской области привлечены к участию в дело в качестве соответчиков, АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед», ФИО8, ФИО5, ФИО9, ФИО10 – в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора.
В судебное заседание истец ФИО6 не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, действует через представителя.
В судебном заседании 27.07.2022 истец ФИО6 поясняла, что 8 лет назад у супруга было такое же заболевание, такие же боли, врачом были даны рекомендации, что при сильных болях можно принять кеторол. 17.02.2020 у ФИО2 появилась боль, изначально боли не придали значения, так как такие боли были знакомы. 21.02.2020 ФИО2 обратился на прием к терапевту в поликлинику №4, терапевт направила его на консультацию к хирургу. После осмотра хирург пояснил, что по своей части ничего не наблюдает и направил вновь к терапевту. Терапевт дала ФИО2 рекомендацию на госпитализацию в инфекционную больницу, поскольку имеются подозрения на гепатит. Супруг знал, что у него боли в правом подреберье, что это не гепатит, поэтому отказался от госпитализации в инфекционную больницу. Терапевт должным образом супруга не обследовала, не назначила никаких анализов. Рекомендовала сделать УЗИ и принимать ношпу. Она вместе мужем звонили во все поликлиники, чтобы записаться на УЗИ, получилось записаться только в Бодрость. После УЗИ врач сказала, что необходима госпитализация. В городской больнице на Советском проспекте сказали, что супруга могут принять для госпитализации, поскольку впереди были выходные, то госпитализацию они перенесли на понедельник, но в последствии супругу стало хуже и была вызвана скорая помощь. Кеторол ФИО2 принял только два раза, инъекций кетарола не делал. Официально брак у них с ФИО2 был зарегистрирован в 2007 году, имеют двоих детей, для нее и детей это была большая потеря, супруг много уделял внимания детям, активно участвовал в их жизни, он был для детей авторитетом.
В судебном заседании представитель истца, действующий на основании доверенности, ФИО11 исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить.
В судебном заседании представитель ответчика БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 4», действующий на основании доверенности, ФИО12, исковые требования не признал, просил в их удовлетворении отказать по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.
Представитель ответчика БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница» в судебное заседание не явился, о времени, дате и месте проведения судебного заседания извещен надлежащим образом, от представителя ФИО13 поступила телефонограмма, содержащая ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя, ранее в судебном заседании представитель ФИО14 исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.
Представитель ответчика Департамента имущественных отношений Вологодской области, действующая на основании доверенности, ФИО15 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.
Представитель ответчика Департамента здравоохранения Вологодской области, действующая на основании доверенности, ФИО16 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.
В судебном заседании представитель ответчика ООО «Компания «Бодрость», действующая на основании доверенности, ФИО17 исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно существа спора, АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» в судебное заседание не явился, о дне, времени и месте проведения судебного заседания извещен надлежащим образом, просили о рассмотрении дела в отсутствие их представителя, считая исковые требования подлежащими удовлетворению по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление.
В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно существа спора, ФИО10 с исковыми требованиями не согласился. Пояснил, что ФИО2 был направлен к нему терапевтом для консультации, он произвел осмотр ФИО2, на момент осмотра признаков механической желтухи не было установлено, также не было признаков увеличения желчного пузыря. Болезненности живота у пациента при пальпации не было установлено. Когда производился осмотр, живот был спокойный, признаков острой хирургической патологии не усматривалось.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно существа спора, ФИО8 в судебное заседание не явился, о времени, дате и месте проведения судебного заседания извещен надлежащим образом. В судебном заседании 03.08.2022 пояснил, что согласен с выводами, изложенными в заключении судебно-медицинской экспертизы. Считает, что основным фактором наступивших последствий является отказ ФИО2 от госпитализации и его самолечение. В больницу пациент был госпитализирован уже в тяжелом состоянии.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно существа спора, ФИО9 в судебное заседание не явилась, о времени, дате и месте проведения судебного заседания извещена надлежащим образом. В судебном заседании 27.07.2022 пояснила, что 21.02.2020 ФИО2 обратился к ней на прием в кабинет неотложной помощи. Пациент пожаловался на боли в животе, при осмотре у ФИО2 было состояние средней тяжести, живот был болезненный, печень была увеличена. ФИО2 был направлен к хирургу для исключения острой патологии. После осмотра хирурга в медкарте была сделана запись, что острых патологий нет. ФИО2 была предложена госпитализация в инфекционную больницу, но пациент категорически от госпитализации отказался. Несмотря на то, что пациент от госпитализации отказался, ему было вручено направление на госпитализацию, а также разъяснено, что в случае ухудшения состояния он может обратиться за помощью.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно существа спора, ФИО5 в судебное заседание не явилась, ходатайствовала о рассмотрении гражданского дела в ее отсутствие.
Суд, заслушав, участвующих в деле лиц, пояснения эксперта ФИО3, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, размер компенсации морального вреда просившего определить с учетом принципов разумности и справедливости, исследовав материалы дела, материалы уголовного дела №, приходит к следующему.
Статьей 41 Конституции Российской Федерации гарантировано право каждого на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
В силу пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В соответствии с пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Из свидетельства о заключении брака серии №, выданном 25.12.2007 отделом записи актов гражданского состояния города Вологды, 25.12.2007 ФИО2 и ФИО4 заключили брак. После заключения брака жене присвоена фамилия «Семина».
Согласно представленным копии свидетельства о рождении (№ от ДД.ММ.ГГГГ), копии паспорта ФИО7 и ФИО1 являются детьми ФИО2 и ФИО6
В соответствии со свидетельством о смерти серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ отделом записи актов гражданского состояния по городу Вологде и Вологодскому району Управления записи актов гражданского состояния Вологодской области, ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ, о чем составлена запись акта о смерти №.
Постановлением следователя первого отдела по расследованию особо важных дел следственного отдела по г.Вологде следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Вологодской области от 31.05.2021, уголовное дело, возбужденное 11.11.2020 по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, по факту причинения смерти по неосторожности ФИО2 вследствие ненадлежащего оказания медицинской помощи персоналом БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 4», БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница», прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием состава указанного преступления.
В ходе предварительного следствия по уголовному делу проведена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам ОБУЗ «Бюро судебной-медицинской экспертизы» комитета здравоохранения Курской области.
В соответствии с заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от 19.04.2021, проведенной ОБУЗ «Бюро судебной-медицинской экспертизы» комитета здравоохранения Курской области, смерть ФИО2 наступила от острого деструктивного панкреатита с панкреонекрозом, осложнившегося развитием гнойно-воспалительных процессов в брюшной полости (забрюшинной флегмоной и оментитом) серозно-гнойным перитонитом и полиорганной недостаточностью (с преобладанием печеночной и почечной) на фоне хронического калькулезного холецистита и холедохолитиаза.
При проведении судебно-медицинской экспертизы в результате исследования медицинских документов установлено, что 21.02.2020 ФИО2 обратился на амбулаторный прием к дежурному врачу-терапевту отделения неотложной помощи БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №» ФИО9 с жалобами на боли в левом и правом подреберье.
В тот же день по результатам осмотра ФИО2 направлен к дежурному врачу-хирургу БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 4» ФИО10, который произведя осмотр, установил диагноз «», рекомендовал консультацию врача-терапевта.
Далее, ФИО2 вновь осмотрен врачом-терапевтом ФИО9, без проведения дополнительных диагностических мероприятий и назначения лечения ему предложена госпитализация в БУЗ ВО «Вологодская областная инфекционная больница», от чего ФИО2 отказался.
28.02.2020 ФИО2 обратился в ООО «Компания «Бодрость», где ему врачом ультразвуковой диагностики ФИО5 выполнено ультразвуковое исследование органов брюшной полости.
По результатам проведения ультразвукового исследования выдано заключение, которым установлено: «Множественные конкременты, взвесь в желчном пузыре, небольшое увеличение его размеров, гепатоспленомегалия, диффузные изменения печени и поджелудочной железы. Метеоризм. Холедохолитиаз? Консультация хирурга cito!».
29.02.2020 в связи с ухудшением состоянием здоровья ФИО2 была вызвана скорая медицинская помощь БУЗ ВО «Станция скорой медицинской помощи», ФИО2 доставлен в БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница», где в период с 29.02.2020 по ДД.ММ.ГГГГ проводилось медикаментозное и оперативное лечение. Диагноз при поступлении: .
Диагноз заключительный клинический: «».
01.03.2020 ФИО2 проведены дуаденоскопия, СКТ органов брюшной полости. Выполнено негативное исследование органов брюшной полости по Cito!
01.03.2020 проведено оперативное лечение: Лапароскопия, направленное дренирование брюшной полости. Холецистостомия.
05.03.2020 проведена Холецистохолангиография. Cito! УЗИ брюшной полости и почек.
06.03.2022 проведена Интраоперационная дуоденоскопия. 10.03.2020 СКТ.
10.03.2020 проведена срочная Релапаротомия, некрсеквестрэктомия, санация, дренирование брюшной полости.
17.03.2020 проведено СКТ брюшной полости №.
20.03.2020 проведена Релапаротомия I. Санация, дренирование брюшной полости. Реконструкция холецистостомы.
02.04.2020 проведено нативное сканирование в спиральном режиме.
03.04.2020 проведена Релапаротомия III. Некрсеквестрэктомия. Санация, дренирование брюшной полости.
07.04.2020 проведено СКТ органов брюшной полости.
13.04.2020 проведена операция: Релапаротомия 4. Некрсеквестрэктомия. Дренирование, санация брюшной полости. Под ЭТН после обработки операционного поля, выполнена Релапаротомия 4. Гемостаз.
После проведенной операции в крайне тяжелом состоянии ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 скончался.
Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО2 наступила в результате полиорганной недостаточности.
Заключением судебно-медицинской экспертизы № от 19.04.2021 установлено, что при оказании медицинской помощи ФИО2 в БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №», ООО «Компания «Бодрость», БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница» имели место дефекты оказания медицинской помощи.
Из заключения экспертизы следует, что медицинская помощь ФИО2 при его обращении 21.02.2020 в БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 4» по профилю «терапия» оказывалась правильно, согласно имевшейся клинической картине, в соответствии с Приказом Минздрава России № 922н от 15.11.2012 «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «хирургия», Клинических рекомендаций Российской гастроэнтерологической ассоциации по ведению пациентов с абдоминальной болью, 2015 года, Клинических рекомендаций Российской гастроэнтерологической ассоциации и Российского общества по изучению печени по диагностике и лечению холестаза, 2015 года, Рекомендаций Российской гастроэнтерологической ассоциации по диагностике и лечению желчно-каменной болезни, 2016 года. Однако при этом имелись дефекты оказания медицинской помощи:
Тактический: в представленной медицинской документации отсутствуют сведения о передаче врачом-терапевтом кабинета неотложной помощи активного вызова участкового терапевта на дом к ФИО2 на следующий день после его обращения. Таким образом, пациент ФИО2 «выпал из поля зрения» квалифицированного медицинского наблюдения с 21 по 28.02.2020. В указанное время ФИО2 принимал таблетки Кеторола (согласно протоколу допроса, и показаний жены ФИО6) и Но-шпы.
Учитывая вышеуказанное можно заключить о негативном влиянии на абдоминальную патологию ФИО2 как отсутствие его лечения на амбулаторном этапе, так и о самолечении в домашних условиях на протяжении 7 дней.
Вместе с тем, установленный выше дефект оказания медицинской помощи мог ухудшить состояние здоровья ФИО2, но сам по себе не мог способствовать наступлению неблагоприятного исхода (смерти).
Медицинская помощь ФИО2 при его обращении 21.02.2020 в БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 4» по профилю «хирургия» оказывалась в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения России №922н от 15.11.2012 «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю хирургия» и не в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения и социального развития России №262 от 23.11.2004 «Стандарт медицинской помощи больным холециститом». При этом имелись дефекты оказания медицинской помощи:
Диагностические:
- Осмотр произведен скудно и поверхностно: не детализированы жалобы; анамнез заболевания собран кратко; не выяснен эпидемиологический анамнез; не измерена температура тела; не измерены частота дыхательных движений, сердечных сокращений АД; не описан цвет кожных покровов и слизистых оболочек; не отмечены наложения на языке; детально не описаны состояние печени, желчного пузыря, поджелудочной железы, тонкого и толстого кишечника; не описан цвет мочи;
- Диагноз: «», выставленный врачом-хирургом, поставлен неверно. Не учтены анамнестические данные () и имевшихся признаков желтухи (), обнаруженных в этот же день при осмотре врачом-терапевтом.
Тактические:
- Врач-хирург не заподозрил механический характер желтухи и не решил вопрос о дальнейшем экстренном обследовании пациента в стационаре с последующей тактикой ведения больного, а направил его обратно к врачу-терапевту. В данном случае он должен был предложить больному вызвать скорую медицинскую помощь, которая должна был бы экстренно доставить его в дежурный хирургический стационар с целью исключения ил подтверждения механической природы развития желтухи. В случае отказа пациента отказа от госпитализации он должен был оформить соответствующий отказ.
- Нарушены этапность оказания медицинской помощи и лечения в связи с в неверно поставленным врачом-хирургом диагнозом и отсутствием хирургической настороженности при наличии признаков желтухи, которая в данном случае может иметь механический характер.
Согласно выводам члена экспертной комиссии врача-хирурга, при оказании медицинской помощи ФИО2 врачом-хирургом БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 4» 21.02.20202 года были допущены тактические и диагностические дефекты, которые ухудшили состояние здоровья пациента и вызвали у него закономерное развитие осложнения нелеченного холедохолитиаза - деструктивного панкреатита, повлекшего за собой наступление смерти.
Данный вывод члена экспертной комиссии врача-хирурга позволяет сделать вывод о наличии причинно-следственной связи, но не прямой, а косвенной, между дефектами и наступлением смерти ФИО2
Далее, вышеуказанным заключением экспертизы установлены дефекты оказания ФИО2 медицинской помощи в ООО «Компания «Бодрость».
К тактическому дефекту оказания медицинской помощи следует отнести возможность вызова врачом ультразвуковой диагностики ООО «Компания «Бодрость» бригады скорой медицинской помощи с целью госпитализации ФИО2 при его обращении 28.02.2020. При наличии желтушного синдрома врач УЗИ должна была предложить ФИО2 госпитализацию в стационар, а в случае его отказа от предложенной госпитализации – получить оформленный надлежащим образом отказ.
Вместе с тем, данный дефект оказания медицинской помощи сами по себе не мог обусловить наступление в последующем неблагоприятного исхода (смерти пациента), так как у него на момент обращения в это учреждение патологический процесс развития острого панкреатита был уже запущен и имелись его видимые при УЗИ признаки, а ухудшение состояния здоровья вызвано характером заболевания и поздним обращением за медицинской помощью.
Данный вывод членов экспертной комиссии врача-терапевта и врача-хирурга позволяет сделать вывод об отсутствии причинно-следственной связи (как прямой, так и косвенной) между этими дефектами и наступлением смерти ФИО2
Далее, вышеуказанным заключением установлены дефекты оказания ФИО2 медицинской помощи в БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница».
Из данных медицинской карты стационарного больного № из БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница» следует, что ФИО2 поступил в данное учреждение 29.02.2020
Заключением экспертов отмечено, что при госпитализации в хирургическое отделение БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница» ФИО2 правильно назначается обследование и консервативное лечение. За период нахождения ФИО2 в БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница» допущен ряд дефектов оказания медицинской помощи.
Вместе с тем, отмечено, что диагнозы, установленные в БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница», соответствовали имеющейся клинической картине и данным лабораторных исследований. Медицинская помощь больному ФИО2 при его нахождении в указанном медицинском учреждении с 29.02.2020 года по ДД.ММ.ГГГГ года оказывалась в соответствии с Приказом Минздрава России № 922н от 15.11.2012 года «Об утверждении Порядка медицинской помощи взрослому населению по профилю «хирургия», Приказом Минздрава и СР РФ № 332 от 14.05.2007 «Об утверждении стандарта медицинской помощи больным с холециститом (при оказании специализированной помощи)», Приказом Минздрава и СР РФ №699 от 13.11.2007 «Об утверждении стандарта медицинской помощи больным с острым панкреатитом (при оказании специализированной помощи)», Клинические рекомендации «Острый Панкреатит», утвержденных Российским обществом хирургов и Ассоциацией гепатопанкреатобиллиарных хирургов стран СНГ, 2017 года.
Вышеуказанным заключением экспертов установлены следующие группы дефектов оказания медицинской помощи в БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница»:
Диагностические:
- при поступлении ФИО2 29.02.2020 не назначено и не проведено контрольное УЗИ органов брюшной полости.
- с запозданием на несколько дней, только 05.03.2020, выполнена чрездренажная холецистохолангиография, при которой выявлен конкремент дистальной части холедоха размерами 0,44*0,4 см и отсутствие контраста в просвете 12-перстной кишки;
- с запозданием на несколько дней, 10.03.2020 проводится спиральная компьютерная томография органов брюшной полости, при которой выявлены признаки деструктивного панкреатита.
Лечебные:
- не выполнено дренирование обоих плевральных полостей с одномоментной их санацией при появлении признаков реактивного плеврита (с 17.03.2020);
- ни одно из проведенных оперативных вмешательств не дало ответа о наличии или отсутствии камня в дистальном отделе холедоха, обнаруженного при выполнении чрезфистульной холангиографии 05.03.2020.
Так же в период нахождения ФИО2 с 29.02.2020 по ДД.ММ.ГГГГ в указанном выше лечебном учреждении по профилю «анестезиология и реанимация» имелись следующие дефекты:
Диагностические:
- Не проводилась оценка тяжести и прогноза развития заболевания, оценка органных и полиорганных дисфункций по рекомендуемым шкалам (SOFA, APACHE II или SAPS II), а следовательно, отсутствовала своевременная диагностика сепсиса при наличии его критериев: документально подтверждённая инфекция и органная дисфункция; результатов исследования гемокультуры нет, что не соответствует Приказу Минздрава РФ №203н от 10.05.2017 года «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» - «Критериям качества специализированной медицинской помощи взрослым при септицемии (сепсисе)», Российским национальным рекомендациям «Абдоминальная инфекция и сепсис», утвержденных Российским обществом хирургов и Российской Ассоциацией Специалистов по хирургическим инфекциям от 2017 года.
Лечебные:
- Не обеспечено проведение показанных в данном случае экстракорпоральных методов детоксикации: ., что не соответствует Клиническим рекомендациям «», утвержденных Российским обществом хирургов и Ассоциацией гепатопанкреатобиллиарных хирургов стран СНГ от 2017 года.
- При манифестации сердечно-сосудистой недостаточности, потребовавшей медикаментозной поддержки в реанимационном отделении, для седации использовался общий анестетик Тиопентал-натрия, который в данном случае не является препаратом выбора (исходя из Инструкции по медицинскому применению лекарственного препарата Тиопентал натрия).
Дефекты оформления медицинской документации:
- Не оформлено консилиумом Информативное добровольное согласие на проведение анестезиологического пособия 13.04.2020, что не соответствует ст.20 ФЗ №323-ФЗ от 21.11.2011 «Об основах охраны здоровья граждан в РФ».
Вместе с тем, выявленные дефекты оказания медицинской помощи сами по себе не могли обусловить наступление неблагоприятного исхода (смерти пациента), так как у него на момент обращения 29.02.2020 патологический процесс развития острого панкреатита был уже запущен и имелись его клинические и морфологические проявления. В связи с чем, экспертная комиссия пришла к выводу об отсутствии причинно-следственной связи (как прямой, так и косвенной) между этими дефектами и наступлением смерти ФИО2
Также экспертизой установлено, что при оказании медицинской помощи ФИО2 в ООО «Компания «Бодрость» 28.02.2020 года и БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница» с 29.02.2020 года по ДД.ММ.ГГГГ года вред его здоровью не причинен, несмотря на наличие установленных дефектов.
Заключением экспертизы отмечено, что при первичном обращении ФИО2 21.02.2020 и его госпитализации в этот же день для обследования и лечения в хирургическом стационаре вероятность наступления благоприятного исхода была выше – прогноз мог быть благоприятным, так как при имевшейся у него патологии прогноз определяется возникающими осложнениями холедохолитиаза.
В данном случае основными моментами, которые повлияли на развитие неблагоприятного исхода, следует считать неверно установленный диагноз врачом-хирургом БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 4» при осмотре ФИО2 21.02.2020, нарушенную этапность в оказании медицинской помощи, отказ от предложенной ему врачом-терапевтом 21.02.2020 госпитализация, предпринятое самостоятельное лечение лекарственным препаратом Кеторол, который обладает не только выраженным обезболивающим, но и токсическим эффектом, и, как следствие этого, его поздняя госпитализация в БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница».
Исследовав заключение экспертов ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» комитета здравоохранения Курской области № от 19.04.2021, суд признает его относимым и допустимым доказательством по делу.
В ходе судебного разбирательства судом был поставлен на обсуждение вопрос о необходимости назначения судом судебно-медицинской экспертизы, в результате обсуждения указанного вопроса стороны высказали мнение, что не имеется необходимости назначения экспертизы, поскольку не возражают против заключения экспертов ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» комитета здравоохранения Курской области № от 19.04.2021.
Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Экспертное заключение является важным видом доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.
Вышеуказанное экспертное заключение достаточно мотивировано, содержит подробное описание проведенного исследования.
Основания для критической оценки судебной экспертизы, у суда отсутствуют, поскольку экспертиза проводилась в строгом соответствии с требованиями действующего законодательства квалифицированными и не заинтересованными в исходе дела экспертами специализированной организации, имеющим высшее образование по профильным экспертным специальностям, длительный стаж экспертной деятельности и предупрежденными в установленном законом порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Отводы экспертам и самой экспертной организации стороны не заявляли. Выводы, изложенные в экспертном заключении, научно обоснованы, последовательны и не противоречивы, согласуются как между собой, так и с иными имеющимися в материалах дела доказательствами.
Доказательств недостоверности или ошибочности выводов экспертов, в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.
На основании изложенного суд считает правомерным положить в основу решения экспертное заключение экспертов ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» комитета здравоохранения Курской области № от 19.04.2021.
В ходе судебного разбирательства судебном заседании 03.08.2022 путем видеоконференцсвязи был допрошен эксперт по хирургическому профилю ФИО3, являвшийся членом экспертной комиссии.
Эксперт ФИО3 пояснил, что участвовал в проведении судебно-медицинской экспертизы по оказанию медицинской помощи ФИО2. Косвенная причинно-следственная связь заключается в том, что холедохолитиаз может являться, а может не являться причиной развития пакреонекроза. Но существуют литературные данные, клинические наблюдения, в соответствии с которыми можно с определенной степени уверенности утверждать, что наличие камня в протоке печени, учитывая общность протоковой системы поджелудочной железы и печени, является причиной развития пакреонекроза, то есть деструктивного панкреатита. Не у всех пациентов пакреонекроз приводит к летальному исходу, поэтому невозможно утверждать, что связь между наличием камня, развитием пакреонекроза и наступлением летального исхода является прямой. Наличие камня может являться причиной пакреонекроза, пакреонекроз может являться причиной летального исхода. В связи с этим в настоящем случае имеется косвенная связь. Не у всех пациентов пакреонекроз приводит к летальному исходу. Деструктивный панкреатит - это возможные осложнения холедохолитиаза. Любой врач, владеющий определенными знаниями по своему профилю, понимает, что когда у пациента желтуха, необходимо проводить дифференциально-диагностический поиск. То есть если что-то не укладывается в рамки его компетенции, он должен пригласить того специалиста, который по его мнению может поставить точный диагноз, либо через консилиум прийти к правильному диагнозу. Поэтому в условиях стационара пациенту мог бы гораздо быстрее, установлен правильный диагноз, что в дальнейшем определило бы лечебную тактику. Анализ того, что после посещения ФИО2 терапевта впереди были выходные дни, не проводился. Но это не является облегчающим обстоятельством, есть служба скорой помощи, есть альтернативные варианты. Если у человека сильные боли в животе, то ему обязаны оказать помощь. И неважно, каким образом эта помощь будет оказана, через направление через поликлинику или оказание помощи службой скорой помощи, которая доставит пациента адресно. Помощь должна быть оказана.
Оценив по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вышеуказанное заключение экспертизы, пояснения эксперта, суд полагает, что установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о наличии дефектов при оказании медицинской помощи ФИО2 в БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №4», ООО «Компания «Бодрость», БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница».
Учитывая, что в ходе судебного разбирательства установлены дефекты оказания медицинской помощи ФИО2, а отсутствие прямой причинно-следственной связи между смертью ФИО2 и выявленными дефектами оказания ему БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №4», ООО «Компания «Бодрость», БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница» медицинской помощи не опровергает факт причинения морального вреда истцам, которые вправе были рассчитывать на квалифицированную и своевременную медицинскую помощь своему супругу и отцу, суд полагает подлежащим удовлетворению требования о возмещении компенсации морального вреда к ответчикам БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №4», ООО «Компания «Бодрость», БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница».
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится в том числе здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья и др. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.
Из непосредственных объяснений истца ФИО6 в судебном заседании следует, что они тяжело перенесли известие о гибели близкого человека, испытали глубокие нравственные страдания. В результате трагического случая потеряли самого близкого и родного им человека – мужа и отца. На момент смерти отца детям было 6 и 12 лет, смерть отца стала для них шоком. Отец уделял много внимания детям, активно участвовал в их жизни. В результате случившегося со старшим сыном у нее ухудшились отношения, поскольку как раз был переходный возраст, младший сын в 2020 году пошел в первый класс.
В обоснование заявленных исковых требований о компенсации морального вреда сторона истца ссылалась на ненадлежащее оказание медицинской помощи, наличие дефектов при оказании медицинской помощи отцу, супругу ФИО2, приведшие к неблагоприятным последствиям, следствием которых стала смерть последнего, что в свою очередь причинило истцам нравственные страдания, влекущие компенсацию морального вреда.
По общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи ответчиками заявлено истцами, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.
Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинские организации - ответчики по делу должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда истцам в связи со смертью их отца, супруга ФИО2, медицинская помощь которому была оказана, как утверждает сторона истца, ненадлежащим образом.
Отсутствие прямой причинно-следственной связи между недостатками в оказании медицинской помощи ФИО2 и смертью последнего, не исключает гражданско-правовую ответственность за недостатки при оказании медицинской помощи.
Несмотря на отсутствие прямой причинно-следственной связи между ненадлежащим оказанием ФИО2 медицинской помощи и наступившей смертью, правовые основания для компенсации морального вреда в пользу истцов вопреки доводам ответчиков имеются, поскольку из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично им также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).
При установленных по делу обстоятельствах, установив наличие дефектов в оказании медицинской помощи со стороны ответчиков, суд приходит к выводу, что факт причинения истцам морального вреда установлен, доказательств отсутствия вины со стороны ответчиков – медицинских организаций, суду не представлено.
При этом суд, вопреки доводам представителя ответчика БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №4», не усматривает в действиях истцов признаки злоупотребления правом.
По смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений. Обращение ФИО6 в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей, с исковым заявлением в суд о компенсации морального вреда в связи с установленными недостатками оказания медицинской помощи ФИО2 не может являться основанием для вывода о наличии со стороны истца злоупотребления правом.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу каждого из истцов, суд учитывает нравственные страдания истцов, которые испытывают отрицательные эмоциональные страдания, возникшие и не проходящие после травмирующих психику событий, связанных с обстоятельствами смерти супруга и отца, это затрагивает их личность, касается их настоящей и будущей жизни, также суд учитывает, что супруги проживали вместе более 13 лет, имели прочные семейные связи, хорошие взаимоотношения в семье, личность ФИО2, которому на момент смерти было 39 лет, наличие доверительных и близких отношений между ФИО2 и его детьми (ФИО1 и ФИО7), возраст ФИО1 (на момент смерти отца 12 лет), ФИО7 (6 лет), совокупность и характер дефектов, допущенных каждым из ответчиков при оказании медицинской помощи, установленную экспертами косвенную причинно-следственную связь между дефектами оказания медицинской помощи БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника № 4» и наступлением смерти ФИО2 (установленные тактические и диагностические дефекты, которые ухудшили состояние здоровья пациента и вызвали у него закономерное развитие осложнения нелеченного холедохолитиаза - деструктивного панкреатита, повлекшего за собой наступление смерти: неверно установленный диагноз врачом-хирургом, нарушенная этапность в оказании медицинской помощи), отсутствие причинно-следственной связи (прямой либо косвенной) между дефектами установленными при оказании медицинской помощи ФИО2 в БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница» и ООО «Компания «Бодрость» и наступлением смерти ФИО2, при этом суд также учитывает наличие отказа ФИО2 от предложенной ему врачом-терапевтом 21.02.2020 госпитализации, предпринятое самостоятельное лечение лекарственным препаратом Кеторол, который, как установлено заключением экспертизы, обладает не только выраженным обезболивающим, но и токсическим эффектом, несвоевременное обращение ФИО2 в медицинскую организацию для получения лечения (спустя семь дней), а также требования разумности и справедливости.
При этом суд считает, что с ООО «Компания «Бодрость» компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу истца ФИО6, поскольку несовершеннолетние ФИО1 и ФИО7 не могли сформировать степень восприятия именно ненадлежащего оказания их отцу медицинской услуги в ООО «Компания «Бодрость», выразившихся лишь в наличии тактического дефекта: не использование возможности вызова врачом ультразвуковой диагностики ООО «Компания «Бодрость» бригады скорой медицинской помощи с целью госпитализации ФИО2. Доказательств причинения несовершеннолетним нравственных и физических страданий в связи с ненадлежащим оказанием медицинской услуги отцу ФИО2 в ООО «Компания «Бодрость» не представлено.
Учитывая указанные выше обстоятельства, суд считает заявленный истцами размер компенсации морального вреда в размере 2 000 000 рублей в пользу ФИО6, 1 500 000 рублей в пользу каждого из детей, чрезмерно завышенным и считает правомерным определить компенсацию морального вреда, подлежащего взысканию с БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №4» в размере 450 000 рублей (по 150 000 рублей в пользу каждого из истцов), с БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница» в размере 150 000 рублей (по 50 000 рублей в пользу каждого из истцов), с ООО «Компания «Бодрость» в размере 40 000 рублей в пользу ФИО6.
Оснований для возложения субсидиарной ответственности суд не усматривает.
БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница», БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №4» являются бюджетными учреждениями.
Согласно части 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.
По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.
Согласно Уставам БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница» и БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №4» учредителем и собственником учреждений является Вологодская область. Функции и полномочия учредителя осуществляет Департамент здравоохранения Вологодской области. Полномочия собственника имущества учреждений осуществляет Департамент имущественных отношений Вологодской области (пункт 1.3).
В соответствии с представленными БУЗ ВО «Вологодская областная клиническая больница» и БУЗ ВО «Вологодская городская поликлиника №4» сведениями, с учетом определенной суммы компенсации морального вреда, суд приходит к выводу, что учреждения располагают денежными средствами достаточными для удовлетворения исковых требований ФИО6, ФИО1, ФИО7, в связи с чем, не усматривает правовых оснований для возложения на Департамент здравоохранения Вологодской области и Департамент имущественных отношений Вологодской области субсидиарной ответственности.
Пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I «О защите прав потребителей» предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Исходя из изложенного положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I «О защите прав потребителей», устанавливающие в том числе в пункте 6 статьи 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг. При этом основанием для взыскания в пользу потребителя штрафа является отказ исполнителя, в данном случае исполнителя платных медицинских услуг, в добровольном порядке удовлетворить названные в Законе Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I «О защите прав потребителей» требования потребителя этих услуг.
Принимая во внимание, что ФИО2 медицинская помощь в ООО «Компания «Бодрость» оказывалась на возмездной основе, установив наличие дефектов оказания медицинской помощи, в соответствии с приведенными выше нормами материального права, суд, считает правомерным взыскать с ответчика штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 20 000 рублей 00 копеек (40 000 х 50%).
Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,
решил:
Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Вологодская городская поликлиника №4» (ИНН <***>) в пользу ФИО6 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.
Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Вологодская городская поликлиника №4» (ИНН <***>) в пользу несовершеннолетнего ФИО1 (паспорт ) в лице законного представителя ФИО6 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.
Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Вологодская городская поликлиника №4» (ИНН <***>) в пользу несовершеннолетнего ФИО7 (свидетельство о рождении № выдан ДД.ММ.ГГГГ Управление ЗАГС Вологодской области отдел ЗАГС по городу Вологде и Вологодскому району) в лице законного представителя ФИО6 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.
Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Вологодская областная клиническая больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО6 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.
Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Вологодская областная клиническая больница» (ИНН <***>) в пользу несовершеннолетнего ФИО1 (паспорт ) в лице законного представителя ФИО6 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.
Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Вологодской области «Вологодская областная клиническая больница» (ИНН <***>) в пользу несовершеннолетнего ФИО7 (свидетельство о рождении № выдан ДД.ММ.ГГГГ Управление ЗАГС Вологодской области отдел ЗАГС по городу Вологде и Вологодскому району) в лице законного представителя ФИО6 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Компания «Бодрость» (ИНН <***>) в пользу ФИО6 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 40 000 рублей, штраф в размере 20 000 рублей.
В удовлетворении остальной части иска и в части исковых требований к Департаменту здравоохранения Вологодской области, Департаменту имущественных отношений Вологодской области отказать.
Решение может быть обжаловано в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Н.Н. Лебедева
Мотивированное решение изготовлено 27.09.2022.