Приговор по делу № 1-219/2023 от 23.10.2023 | Воркутинский городской суд (Республика Коми)

Дело № 1-219/2023

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 октября 2023 года гор. Воркута

Воркутинский городской суд Республики Коми в составе:

председательствующего - Саутканова А.Д.,

помощника судьи - Москвина М.К.,

при секретаре судебного заседания - Овадок В.Ю.,

с участием:

государственного обвинителя - Цуман В.В.,

потерпевшего - Ш.Я.,

представителя потерпевшего - Ш.Е.В.,

подсудимого - ФИО1,

защитника - адвоката Кубасова С.Л., предъявившего удостоверение (данные изъяты), ордер (данные изъяты) от (данные изъяты),

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, (данные изъяты), ранее судимого 15.12.2022 приговором мирового судьи Северного судебного участка гор. Воркуты по п.«в» ч.2 ст.115 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 4 месяца, неотбытая часть наказания в виде ограничения свободы на день задержания по настоящему делу составляет 2 месяца 26 дней, мера пресечения по настоящему делу заключение под стражу с 17.02.2023,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1. ст.105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил покушение на умышленное убийство потерпевшего Ш.Я. при следующих обстоятельствах:

в период времени с 00 часов 00 минут (данные изъяты) до 1 часа 13 минут (данные изъяты) ФИО2 распивали спиртные напитки в (данные изъяты), где ФИО1 во время ссоры на почве неприязненных отношений решил совершить умышленное убийство потерпевшего Ш.Я.

Осуществляя прямой умысел на лишение жизни Ш.Я., находившийся в состоянии алкогольного опьянения ФИО1, достал из кармана своей куртки пневматический газобаллонный пистолет «ТТ-Х», которым произвел не менее трех выстрелов в область головы Ш.Я., причинив ему три раны выше и латеральнее (наружнее) правой брови с пальпируемыми круглыми плотными инородными телами в толще, причинившие легкий вред здоровью потерпевшего.

Далее ФИО1, продолжая совершать умышленные действия, направленные на убийство Ш.Я., сначала вооружившись одним ножом, затем другим ножом нанес Ш.Я. клинками данных ножей множественные удары в область головы, шеи, грудной клетки, спины, верхних конечностей последнего.

Всего ФИО1 с целью убийства нанес Ш.Я. не менее двадцати девяти ударов ножами в жизненно важные части тела потерпевшего.

После этого ФИО1, продолжая совершать умышленные действия, направленные на лишение жизни Ш.Я. вытащил его из квартиры на улицу, где оставил потерпевшего лежать на снегу, осознавая, что смерть раненого Ш.Я. на улице в условиях зимнего периода времени и отрицательной температуры воздуха должна наступить в короткий промежуток времени.

При этом ФИО1, вытаскивая волоком Ш.Я. из квартиры, соударял тело потерпевшего о лестничный марш, намеренно усугубляя состояние раненого потерпевшего.

В результате действий ФИО1 потерпевшему Ш.Я. причинены телесные повреждения:

- 11 проникающих колото-резаных ранений задней поверхности грудной клетки, как каждое в отдельности, так и в совокупности, относящиеся к категории тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни;

- колото-резаную рану в нижней трети левого предплечья, осложнившаяся посттравматической нейропатией локтевого нерва по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше 21 дня квалифицируется, как причинившая средней тяжести вред здоровью;

- непроникающие колото-резаные ранения задней поверхности грудной клетки, в области правой трапециевидной мышцы, на задней поверхности шеи, над сосцевидным отростком правой височной кости, правой теменно-височной области, передней поверхности шеи, в области нижней челюсти слева, в области носогубного треугольника слева, на слизистой верхней губы слева, в левой скуловой области, левой и правой брови, в нижней трети правого предплечья, каждая, как в отдельности, так и по совокупности, по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью не более 21 дня квалифицируется, как причинившие легкий вред здоровью; ссадины задней поверхности туловища, квалифицируются как повреждения, не причинившие вреда здоровью.

Однако ФИО1 не смог довести преступление до конца по не зависящим от него обстоятельствам ввиду действий М.Х., которая своевременно вызвала медицинскую помощь, а также в связи с оказанием Ш.Я. квалифицированной медицинской помощи медицинскими работниками, что позволило предотвратить наступление смерти потерпевшего.

На заседании суда подсудимый ФИО1 виновным себя в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ, признал частично, выражая свое отношение к предъявленному обвинению, заявил о том, что не считает себя виновным в наступивших последствиях для потерпевшего.

Исследовав и оценив собранные по делу доказательства в совокупности, суд находит их достаточными для признания подсудимого ФИО1 виновным в предъявленном ему обвинении.

Допрошенный в судебном заседании потерпевший Ш.Я. показал, что вечером (данные изъяты) он находился в квартире М.Х., где с ФИО3 употребляли спиртные напитки. В какой-то момент уснул, обстоятельств получения телесных повреждений из-за опьянения он не помнит. Однако помнит, что во время происшествия слышал звуки выстрелов. Очнулся, когда ФИО3 тащил его за ноги из квартиры по лестничному маршу вниз. Впоследствии на своем теле увидел телесные повреждения в виде ран от круглых пуль на лбу и спине, а также ножевые раны. Считает, что телесные повреждения ему причинил ФИО3 (т.1,л.д.55-57,61-65).

Оценивая показания потерпевшего, суд находит их последовательными и полностью соответствующими фактическим обстоятельствам дела, поэтому признает достоверными, поскольку они сопоставимы с доказательствами стороны обвинения, в том числе с доказательствами, имеющими объективный характер.

Непосредственно на заседании суда допрошена свидетель обвинения М.Х., являющаяся очевидцем преступления, которая пояснила, что вечером (данные изъяты) в своей квартире она употребляла спиртные напитки с ранее ей знакомыми Ш.Я. и ФИО3. В результате она опьянела и уснула и обстоятельств, связанных с причинением телесных повреждений потерпевшему Ш.Я., она, якобы, не помнит. Когда проснулась, то увидела Ш.Я., который был весь в крови и лежал на диване. Она подумала, что Ш.Я. умер и сказала ФИО3 «Давай вызовем скорую», тот ответил «Не надо, иначе вместе со скорой приедет полиция». В тот момент она поняла, что именно ФИО3 нанес телесные повреждения Ш.Я.. После этого ФИО3 взял потерпевшего за ноги и потащил в подъезд, она помогла дотащить Ш.Я. до своих дверей. Когда мужчины удалились из квартиры, она позвонила в скорую помощь.

Затем вернулся ФИО3, вдвоем наводили порядок, сложили диван, убрали постельное белье, которое было в крови. Через некоторое время приехали сотрудники полиции, которые изъяли пистолет и ножи.

Суд считает, что свидетель М.Х. в судебном заседании и на предварительном следствии, будучи дополнительно допрошенной следователем, частично изменила свои первоначальные показания с целью смягчить ответственность ФИО1

Так, из протокола допроса свидетеля М.Х. от (данные изъяты) следует, что конфликт произошел по причине того, что она и ФИО3 занимались сексом в присутствии Ш.Я., и она видела, что ФИО3 во время начавшегося конфликта достал из куртки пистолет (т.1,л.д.71-74).

Такие показания свидетеля М.Х. суд считает достоверными, поскольку они сопоставимы с показаниями ФИО3, который также подтвердил факт использования пистолета на месте происшествия, а также соответствуют заключению судебно-медицинской экспертизы, выводы которой свидетельствуют о том, что потерпевшему причинены раны в области головы, которые могли быть причинены в результате выстрелов из пистолета.

Таким образом, суд отвергает показания М.Х. в той части, в какой она утверждала о том, что не видела и не помнит обстоятельства причинения телесных повреждений потерпевшему. В остальной части показания данного свидетеля суд признает соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

ФИО4, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля, показала, что она и врач Т.А. в составе бригады скорой помощи в ночь на (данные изъяты) оказали первую медицинскую помощь потерпевшему Ш.Я., который лежал на снегу у (данные изъяты) с многочисленными резаными ранами на теле и голове, после чего пострадавший был доставлен в больницу (т.1,л.д.83-85).

Аналогичные показания даны свидетелем обвинения Т.А., чьи показания были оглашены в судебном заседании по соглашению сторон на основании ч.1 ст.281 УПК РФ (т.1,л.д.86-88).

Суд признает показания вышеназванных свидетелей обвинения достоверными доказательствами, поскольку их показания (с учетом оценки судом показаний М.Х.) основаны на реальных событиях, они взаимодополняют друг друга, что позволило суду объективно восстановить картину произошедшего, их показания сопоставимы не только между собой, но и с другими доказательствами стороны обвинения.

Кроме того, вина подсудимого ФИО1 доказана протоколами следственных действий, наличием вещественных доказательств, заключениями судебных экспертиз и иными документами.

Так, согласно рапорту начальника смены дежурной части ОМВД по (данные изъяты) от (данные изъяты) в 1 час. 13 мин. на специальную линию «112» поступило сообщение от М.Х. о том, что у (данные изъяты) лежит мужчина в крови (т.1,л.д.20 т.2,л.д.66-67).

В результате осмотра установлено, что местом происшествия является прилегающая заснеженная территория у 4-го подъезда (данные изъяты), куда ФИО1 с целью наступления смерти вытащил Ш.Я. после причинения ему телесных повреждений. При этом отмечалось наличие следов волочения от вышеуказанного подъезда в сторону соседнего дома. Между входными дверями в подъезде обнаружены следы вещества бурого цвета (т.1,л.д.23-28).

Согласно сведений, полученных с сайта «gismeteo.ru», температура окружающего воздуха в Воркуте по состоянию на вечер (данные изъяты) составляла минус 8 градусов по Цельсию, по состоянию на утро (данные изъяты) температура составляла минус 12 градусов по Цельсию, что само по себе говорит о смертельной опасности для раненного человека, лежащего на снегу, обездвиженного в результате телесных повреждений (т.1,л.д.224).

Во время осмотра жилища М.Х. установлено, что именно в данной квартире ФИО1 причинил телесные повреждения Ш.Я., поскольку в квартире обнаружены следы крови и изъяты: пневматический пистолет «ТТ-Х», магазин с 2-мя сферическими пулями, два кухонных ножа со следами бурого цвета (т.1,л.д.30-36).

Согласно акту изъятия из заднего кармана брюк ФИО1 изъяты десять пуль для пневматического пистолета (т.1,л.д.51-52).

Выводы трасологической экспертизы свидетельствуют о том, что изъятый на месте происшествия пистолет является пневматическим газобаллонным пистолетом модели «ТТ-Х» калибра 4,5 мм. Два предмета круглой формы, также изъятые на месте происшествия, являются сферическими стальными пулями к пневматическим пистолетам калибра 4,5 мм, которые осмотрены и приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств (т.1,л.д.208-210,т.2,л.д.57-59).

Допрошенный в судебном заседании эксперт Ш.А. показал, что, несмотря на то, что данный тип пистолета не относится к оружию, однако общепринятыми мерами безопасности категорически запрещено направление данного пистолета в сторону человека.

В соответствии с заключением эксперта, изъятые на месте происшествия нож с рукоятью черного цвета является ножом, изготовленным самодельным способом по типу ножей специальных (для резки сыра). Нож с рукоятью зеленого цвета является ножом промышленного изготовления (т.2,л.д.37-40).

По заключению эксперта на представленных для исследования ножах обнаружены эпителии и кровь человека, которые произошли от потерпевшего Ш.Я., на одежде ФИО1 обнаружена кровь, принадлежащая потерпевшему, данные предметы и вещи осмотрены следователем и приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств (т.1,л.д.228-236,т.2 л.д.5-15,68-74).

В рамках расследования настоящего уголовного дела проведена судебно-медицинская экспертиза, которая наряду с показаниями подсудимого является ключевым доказательством прямого умысла ФИО1 на совершение преступления в отношении потерпевшего Ш.Я., в результате которой получены следующие выводы:

1. У гражданина Ш.Я. на момент госпитализации его в стационар ГБУЗ «ВБСМП» ((данные изъяты)) и последующего стационарного лечения были диагностированы объективные телесные повреждения:

a) проникающие колото-резаные ранения задней поверхности грудной клетки с расположением кожных ран (11) (клинически: на спине в проекции левой лопатки, раны расположены рядом друг с другом в три яруса кнутри, по и кнаружи от лопаточной линии в проекции от II до VII межреберий);

б) непроникающие колото-резаные ранения задней поверхности грудной клетки с расположением кожных ран (2) (клинически: на правой половине спины по лопаточной линии, кнаружи от нее, на уровне IV межреберья);

в) неосложненные колото-резаные раны (2) в области правой трапециевидной мышцы;

г) неосложненные колото-резаные раны на задней поверхности шеи в проекции 6-ого шейного позвонка (1); задней поверхности шеи, справа от предыдущей раны (2); на сосцевидным отростком правой височной кости (1); правой теменно-височной области (1) передней поверхности шеи над щитовидным хрящом (1); в области тела нижней челюсти слева (1); в области носогубного треугольника слева ниже носогубной складки (1); на слизистой верхней губы слева (1); в левой скуловой области (1); латеральнее (наружнее) левой брови в височной области (1);

д) колото-резаная рана в нижней трети левого предплечья по внутреннему краю, осложнившаяся посттравматической нейропатией локтевого нерва;

е) неосложненная колото-резаная рана в нижней трети правого предплечья понаружной поверхности;

ж) раны (3) выше и латеральнее (наружнее) правой брови (клинически: точечные раны диаметром 0,3 см с пальпируемыми круглыми плотными инородными телами в толще, расположенные в 0,6 см одна от другой без осаднения краев) (согласно протоколу рентгенологического исследования (данные изъяты) от (данные изъяты): в костях свода черепа травматических изменений не выявлено, справа в лобной области, подкожно, три металлических инородных тела);

з) ссадина (царапина) задней поверхности туловища (клинически: на уровне поясничных позвонков на спине, начинающиеся справа и оканчивающаяся слева от позвоночника);

и) ссадины (клинически - «осаднения») задней поверхности туловища (клинически: вдоль позвоночника имеется несколько круглой формы осаднений диаметром до 4 мм: справа вдоль позвоночника вертикально одна над другой на расстоянии см друг от друга и еще одна на 5 см выше.

2. Раны, указанные в п.1 а), каждая, как в отдельности, так и по совокупности, по признаку опасности для жизни, квалифицируются, как причинившие тяжкий вред здоровью.

Рана, указанная в п.1 д), по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше 21 дня квалифицируется, как причинившая средней тяжести вред здоровью.

Раны, указанные в п.п.1 б), 1 в), 1 г), 1 е), 1 ж), каждая, как в отдельности, так и по совокупности, по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью не более 21 дня квалифицируются, как причинившие легкий вред здоровью.

Ссадины, указанные в п.п.1 з) и 1 и), относятся к повреждениям, не влекущим за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, соответственно расцениваются, как по совокупности, так и по отдельности, как повреждения, не причинившие вреда здоровью.

3. Повреждения, указанные в п.п.1 а), 1 б), 1 в), 1 г), 1 д) и 1 е) образовались от 28-ми (о чем свидетельствует наличие 28-ми колото-резаных ран и отходящих от них раневых каналов) воздействий какого-либо твердого острого предмета или орудия, обладающего колюще-режущими свойствами, с достаточной для их образования силой, в том числе не исключается от воздействий клинка какого-либо орудия типа нож или какого-либо иного предмета или орудия, со схожими конструктивными параметрами, в срок, ближайшие 6-12 часов до госпитализации подэкспертного в стационар ГБУЗ «ВБСМП», о чем свидетельствуют их морфологические характеристики (отсутствие признаков заживления и воспаления кожных ран, наличие продолжающегося кровотечения из ран), а также характер оказанной медицинской помощи. Образование данных ран у подэкспертного в результате воздействий каким-либо ножом, зажатым и удерживаемым в руке постороннего человека, не исключается, при этом потерпевший по отношению к нападавшему в момент причинения ему телесных повреждений мог находиться в любом положении и позе, за исключением тех положений и поз, при которых анатомические области, на которых диагностированы телесные повреждения, были бы не доступны для нанесения травматическим воздействий.

Повреждения, указанные в п.1 ж), каждое, образовалось в результате не менее чем одного контакта с каким-либо твердым тупым предметом с ограниченной контактирующей поверхностью, площадь которой могла быть соизмерима с размерами ран, указанными в предоставленной медицинской документации (точечные раны диаметром 0,3 см), либо близка к ним, с достаточной для их образования силой, в срок, в ближайшие 6-12 часов до госпитализации подэкспертного в стационар ГБУЗ «ВБСМП», о чем свидетельствуют их морфологические характеристики (отсутствие признаков заживления и воспаления кожных ран, наличие продолжающегося кровотечения из ран), а также характер оказанной медицинской помощи.

Учитывая характер вышеуказанных ран, их анатомическую локализацию, количество, форму и размеры, указанные в предоставленной медицинской документации, а также данные рентгенологического исследования (согласно протоколу рентгенологического исследования (данные изъяты) от (данные изъяты): в костях свода черепа травматических изменений не выявлено, справа в лобной области, подкожно, три металлических инородных тела), эксперт полагает, что образование их от действий снарядов, имеющих размеры, соизмеримые с размерами ран, указанными в предоставленной медицинской документации (точечные раны диаметром 0,3 см), либо близкими к ним, выпущенных из какого-либо оружия, обладающего низкоэнергетическим потенциалом (например, травматического), приведенного в действие рукой постороннего человека, путем не менее чем трех выстрелов, возможно, при этом потерпевший по отношению к нападавшему в момент причинения ему данных телесных повреждений мог находиться в любом положении и позе, за исключением тех положений и поз, при которых анатомическая область, на которых диагностированы данные телесные повреждения, была бы не доступна для нанесения травматических воздействий.

Ссадина, указанная в п.1 з) могла образоваться в результате не менее чем одного скользящего воздействия какого-либо твердого, возможно острого предмета, с ограниченной контактирующей поверхностью, в том числе не исключается от скользящего воздействия какого-либо твердого острого предмета или орудия, обладающего колюще-режущими свойствами, каким могло быть, например, острие какого-либо орудия типа нож или какого-либо иного предмета или орудия, со схожими конструктивными параметрами, действующего относительно травмируемой анатомической поверхности тела подэкспертного в тангенциальном (под углом) направлении, с достаточной для ее образования силой, либо в результате скольжения данной анатомической поверхности тела подэкспертного относительно такового.

Ссадины, указанные в п.1 и) могли образоваться в результате скользящих воздействий какого-либо твердого тупого предмета (предметов), как с ограниченной, так и с не ограниченной контактной поверхностью, имеющей неровный рельеф, действующего (-ых) относительно травмируемых поверхностей тела, либо в результате скольжения поверхностей тела потерпевшего относительно таковых.

Образование у потерпевшего всех вышеуказанных телесных повреждений в результате какого-либо падения, учитывая их характер, множественность и анатомическую локализацию, исключается.

При этом эксперт считает, что указанные ФИО1 при проведении следственных действий с его участием, а также характер диагностированных у потерпевшего телесных повреждений, нельзя исключить возможность их образования при обстоятельствах указываемых обвиняемым в своих показаниях и при проверке показаний на месте, однако следует учитывать несоответствие между фактическим количеством телесных повреждений, диагностированных у потерпевшего, и количеством травматических воздействий, на которые ссылается ФИО1 (т.2,л.д.27-32).

Оценивая заключения судебных экспертиз, суд считает, что эксперты, обладающие специальными научными знаниями, на основе данных материалов уголовного дела, полно и подробно мотивировали свои выводы, сомневаться в которых у суда оснований не имеется.

Суд считает, что совокупность вышеназванных протоколов следственных действий, судебных экспертиз, вещественных доказательств, иных документов сопоставимы между собой, они не противоречат показаниям потерпевшего и достоверным показаниям свидетелей, следовательно, они в совокупности подтверждают вину ФИО1 в предъявленном ему обвинении.

Суд считает, что ключевым вопросом настоящего уголовного дела является доказанность либо недоказанность прямого умысла у ФИО1 на лишение жизни Ш.Я.

Признавая доказанным наличие прямого умысла у подсудимого на убийство потерпевшего, суд исходил, в том числе из показаний эксперта Д.А., который в судебном заседании разъяснил, что, несмотря на то, что пистолет, который применил ФИО1 не относится к категории оружия, данный пневмопистолет обладает существенными поражающими свойствами и производство выстрелов в область головы в зависимости от силы полета стальной пули чревато повреждением костей черепа с повреждением внутреннего содержимого черепной коробки. Попадание же стальной пули в глазное яблоко чревато повреждением глазного дна с повреждением крупных сосудов и последующим летальным исходом. Кроме того, по мнению эксперта, локализация проникающих ножевых ранений расположена в непосредственной близости от аорты и сердца потерпевшего, что само по себе могло повлечь летальный исход для пострадавшего.

Принятые судом во внимание характер насильственных действий подсудимого и их последствия, выстрелы из пистолета в область головы потерпевшего, в непосредственной близости от глазных яблок, нанесение многочисленных ударов ножом в жизненно важные органы человека, в область шеи и грудной клетки сзади, а также оставление обездвиженного потерпевшего на улице на снегу в холодное время года, со всей очевидностью свидетельствуют о прямом умысле подсудимого на убийство потерпевшего.

Применяя такие способы причинения смерти, очевидно, ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасного последствия в виде наступления смерти потерпевшего и желал ее наступления.

Смерть потерпевшего Ш.Я. не наступила по обстоятельствам, которые не зависели от воли ФИО1, поскольку в результате действий свидетеля М.Х., находившейся рядом и позвонившей в службу скорой помощи, по существу, были пресечены действия, направленные на лишение жизни Ш.Я., а также вследствие оказания ему своевременной медицинской помощи.

Таким образом, вина подсудимого в совершении преступления в отношении потерпевшего Ш.Я., совершенное с прямым умыслом, нашла свое полное подтверждение во время судебного разбирательства по настоящему уголовному делу.

Обеспечивая принципы равенства и состязательности сторон, закрепленные в ст.15 УПК РФ, суд предоставил возможность стороне защиты представить доказательства защиты и определить порядок и очередность их исследования по правилам, предусмотренным ст.274 УПК РФ.

Стороной защиты в качестве доказательств невиновности подсудимого в предъявленном ему обвинении представлены показания ФИО1 и показания его матери З.А.

Так, подсудимый ФИО1 дал показания о том, что вечером (данные изъяты) он пришел в гости к М.Х., где распивали спиртные напитки, в том числе с ранее незнакомым ему потерпевшим. Через некоторое время Ш.Я. пошел спать, а он и М.Х. продолжили распивать спиртное. Затем он и М.Х. вступили в половое сношение. В это время проснулся Ш.Я., который стал кричать и их оскорблять. Он и М.Х. попросили Ш.Я. покинуть квартиру, однако тот не уходил. Вместо этого Ш.Я. подошел к М.Х. и стал ее обнимать, в связи с чем он подумал, что потерпевший желает совершить половой акт. Решил напугать Ш.Я., поэтому достал из своей куртки пневматический пистолет, который наставил на потерпевшего и потребовал, чтобы тот ушел из квартиры. Однако Ш.Я. не хотел уходить, тогда он выстрелил в него два раза, попав в бок его головы и в руку. После этого взял кухонный нож, подошел к Ш.Я., который сидел на диване и нанес ему легкие удары ножом. Кухонный нож был изготовлен из некачественного металла, поэтому весь погнулся, тогда взял другой нож, которым нанес легкие ранения, чтобы тот ушел. После того, как нанес ему ранения, Ш.Я. упал и лежал на спине. М.Х. переживала, чтобы скорая и полиция не приезжали к ней в квартиру, тогда он вытащил его на улицу, положил потерпевшего в сугроб, чтобы скорая оказала первую помощь. Убивать Ш.Я. не желал, хотел, чтобы тот ушел из квартиры (т.1,л.д.102-108,147-151,158-162).

Оценивая показания ФИО1, который на досудебной стадии производства по настоящему делу и во время судебного разбирательства давал показания о меньшем количестве выстрелов и о меньшем количестве ударов ножом по телу потерпевшего, и которые, якобы, осуществил без прямого умысла на его убийство, суд отвергает такие показания как не соответствующие действительности, поскольку такие показания не сопоставимы с объективными доказательствами, в том числе с заключением судебно-медицинской экспертизы в отношении Ш.Я., исходя из выводов которой с учетом количества и характера и локализации телесных повреждений потерпевшего, а также с учетом технических данных пистолета и ножей, суд пришел к однозначному и единственному выводу о наличии у ФИО1 прямого умысла на лишение жизни потерпевшего во время преступления.

Кроме того, в рамках предварительного следствия следователем были проверены показания ФИО1 на месте, где объективно установлено, что обвиняемый произвел три выстрела из пистолета именно в голову потерпевшего с расстояния 80 см и наносил удары ножом именно в жизненно важные части тела Ш.Я., что, безусловно, свидетельствует о том, что подсудимый действовал исключительно с прямым умыслом на убийство потерпевшего (т.1,л.д.115-129).

При этом наличие противоречий в показаниях ФИО1, как и занижение подсудимым количества ударов ножом по телу потерпевшего, позволяет суду признать, что подсудимый таким образом стремится смягчить свою ответственность за совершенные деяния, в том числе опровергнуть прямой умысел на совершение преступления.

В судебном заседании допрошена свидетель защиты З.А., которая дала положительную характеристику подсудимому и утверждала о том, что в силу своих личностных качеств ее сын ФИО3 не способен совершать насильственные действия в отношении людей.

Суд отвергает показания данного свидетеля, поскольку они даны лицом, являющимся заинтересованным в исходе дела, более того, показания данного свидетеля противоречат вступившему в законную силу приговору мирового судьи Северного судебного участка (данные изъяты) от (данные изъяты), в соответствии с которым ФИО1 ранее признавался виновным в совершении преступления против личности с применением предмета (ножа), используемого в качестве оружия.

Напротив, приговор мирового судьи красноречиво свидетельствует о том, что подсудимый ФИО1, вопреки мнению его матери, был способен в силу своих физических и психических данных совершить противоправные насильственные действия в отношении потерпевшего Ш.Я.

Таким образом, представленные стороной защиты и исследованные в судебном заседании доказательства защиты не могут свидетельствовать об отсутствии у ФИО1 прямого умысла на совершение преступления.

Действия ФИО1 именно как покушение на умышленное убийство Ш.Я., суд квалифицировал по следующим основаниям.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.2 и п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 года №1 (в редакции от 3 марта 2015 года) "О судебной практике по делам об убийстве", если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.).

Соответственно, при решении вопроса о направленности умысла ФИО1 суд исходил из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывал, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (ранение жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Следовательно, как отмечалось судом выше, подсудимый ФИО1 действовал с прямым умыслом на убийство потерпевшего, поскольку, применяя вышеуказанные способы причинения смерти, ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасного последствия в виде наступления смерти Ш.Я. и желал ее наступления.

Суд считает, что характер насильственных действий и локализация телесных повреждений и их последствия, а также фактические действия подсудимого, выразившиеся в производстве трех прицельных выстрелов из пистолета, имеющего существенные поражающие свойства, в голову потерпевшего с близкого расстояния и нанесении многочисленных ударов клинком ножа, обладающим колюще-режущими и повышенными травмирующими свойствами, в жизненно важные части тела потерпевшего - в область шеи, грудной клетки сзади, и, как разъяснил эксперт, в непосредственной близости от аорты и сердца потерпевшего, в совокупности свидетельствуют о желании причинить смерть Ш.Я.

При этом последующие действия подсудимого, связанные с грубым волочением и оставлением раненого на улице в сугробе, сами по себе позволяют признать наличие у ФИО1 прямого умысла на лишение жизни потерпевшего.

Смерть Ш.Я. не наступила лишь по обстоятельствам, которые не зависели от подсудимого, исключительно в результате действий свидетеля, находившейся рядом и сумевшей путем вызова скорой помощи предотвратить дальнейшие действия ФИО1, направленные на лишение жизни потерпевшего (оставление обездвиженного потерпевшего в снегу), вследствие оказания потерпевшему своевременной медицинской помощи.

В этой связи все доводы стороны защиты об отсутствии у ФИО1 умысла на убийство потерпевшего, о несогласии подсудимого с выводами заключения судебно-медицинского эксперта, признаются несостоятельными, судом отвергаются, как не нашедшие своего подтверждения во время судебного разбирательства.

Все доказательства, представленные стороной обвинения, послужившие основанием для признания ФИО1 виновным в предъявленном ему обвинении, являются допустимыми доказательствами, поскольку получены по правилам, предусмотренным УПК РФ.

Судом проверено каждое доказательство стороны обвинения и установлено, что каких-либо нарушений закона при их собирании во время предварительного следствия по настоящему делу не допущено.

В рамках уголовного судопроизводства по настоящему уголовному делу проведена судебно-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО1, выводы которой свидетельствуют о том, что в момент совершения преступления и в настоящее время он обнаруживает признаки «(данные изъяты)».

(данные изъяты)

(данные изъяты) (данные изъяты) не лишали ФИО1, как в период, относящийся к совершению инкриминируемого деяния, так и в настоящее время способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, поэтому в применении к нему принудительных мер медицинского характера он не нуждается. По психическому состоянию способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них правильные показания, а также лично осуществлять принадлежащие ему процессуальные права, предусмотренные законом (т.2,л.д.19-21).

Учитывая выводы указанной экспертизы, данные о личности подсудимого, фактические обстоятельства произошедшего, его поведение до, во время и после совершения преступления, а также на заседании суда, суд признает, что рассматриваемое преступление ФИО1 совершено во вменяемом состоянии.

При установленных обстоятельствах действия ФИО1 суд квалифицирует по ч. 3 ст. 30, ч.1 ст. 105 УК РФ, как покушение на убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, поскольку преступление ФИО1 не довел до конца по не зависящим от него обстоятельствам ввиду действий М.Х., которая своевременно вызвала медицинскую помощь, а также в связи с оказанием Ш.Я. квалифицированной помощи медицинскими работниками, что позволило предотвратить наступление смерти потерпевшего.

Оснований для переквалификации действий подсудимого на менее тяжкое обвинение, о чем просила сторона защиты, суд не усматривает.

Прямая причинно-следственная связь между действиями подсудимого ФИО1 и неизбежной смертью потерпевшего, предотвращенной подоспевшими медицинскими работниками, в судебном заседании установлена совокупностью доказательств стороны обвинения.

На заседании суда установлено, что подсудимый ФИО1 не находился в состоянии необходимой обороны в момент совершения преступления, соответственно, не превышал пределов необходимой обороны, поскольку Ш.Я. не совершал посягательство сопряженное с насилием опасного для жизни ФИО1

Об этом объективно свидетельствует заключение судебного эксперта, согласно которого в результате проведенного судебно-медицинского обследования (данные изъяты) у ФИО1 объективных признаков телесных повреждений и следов после них не обнаружено (т.1,л.д.215).

Не находился подсудимый ФИО1 и в состоянии аффекта в момент совершения преступления, поскольку исследованные судом доказательства стороны обвинения подтверждают, что при производстве выстрелов из пистолета, нанесении удара ножами потерпевшему, у него отсутствовали признаки помрачения сознания, искажения восприятия, амнезии происходящего, бредовых расстройств и галлюцинаций, употребление алкоголя в юридически значимый период явилось провоцирующим фактором к совершению преступления, что является исключающим фактором развития состояния физиологического аффекта.

Кроме того, действия ФИО1 не могут быть квалифицированы как преступление, предусмотренное ч.1 ст.109 УК РФ, поскольку судом на основе представленных стороной обвинения достоверных доказательств, с достаточным основанием установлено, что умышленные действия подсудимого, связанные с целенаправленными выстрелами и ударами ножом в жизненно важные части тела потерпевшего, нельзя признать неосторожными.

При назначении вида и размера наказания подсудимому ФИО1 суд в соответствии со ст.ст.6 и 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление и на условия жизни его семьи.

ФИО1 совершил преступление особой тяжести, по месту жительства характеризуется удовлетворительно.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признает и учитывает явку с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку ФИО1 добровольно сообщил в своем объяснении от (данные изъяты) в правоохранительные органы о совершенном им преступлении, впоследствии в рамках предварительного следствия последовательно сообщал информацию о способах причинения телесных повреждений, добровольно выезжая на место происшествия (п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ).

Суд признает объяснение ФИО1 от (данные изъяты) (т.1,л.д.47-48) как явку с повинной, поскольку, очевидно, он сообщил о совершенном им преступлении сотруднику правоохранительных органов сразу после происшествия непосредственно перед медицинским освидетельствованием (в 5 часов (данные изъяты)), при этом правоохранительным органам в полной мере не было известно о фактических обстоятельствах его совершения.

Кроме того, обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признает и учитывает частичное признание вины и раскаяние за содеянное, поскольку ФИО1 сожалеет по поводу совершения преступления и испытывает глубокое чувство вины за наступившие последствия, а также наличие у него хронического заболевания (ч.2 ст.61 УК РФ).

Вместе с тем, суд не признает в качестве обстоятельства отягчающего наказание - рецидив преступлений, поскольку при признании рецидива преступлений не учитываются судимости за умышленные преступления небольшой тяжести, за совершение которого ФИО1 судим 15.12.2022 (п.«а» ч.4 ст.18 УК РФ).

Обстоятельством, отягчающим наказание, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности ФИО1, суд признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя (ч.1.1 ст.63 УК РФ).

Подсудимый совершил преступление в состоянии алкогольного опьянения, что не отрицается самим ФИО1, подтверждается актом освидетельствования на состояние опьянения (т.1,д.д.50), показаниями свидетеля и потерпевшего, исходя из которых, характер поведения ФИО1 следует признать как поведение человека, находившегося в состоянии алкогольного опьянения.

Суд считает, что употребление алкоголя в юридически значимый период усиливало эмоционально-волевые проявления подсудимого, явилось провоцирующим фактором к совершению преступления, что способствовало совершению уголовно наказуемого деяния.

С учётом изложенного, характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, суд приходит к выводу о назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы с учетом правил назначения наказания, предусмотренных ч.3 ст.66 УК РФ.

При этом суд принимает во внимание, что менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания, а назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы не скажется существенным образом на условиях жизни его семьи.

Наказание, связанное с реальным лишением свободы, будет способствовать восстановлению социальной справедливости и предупреждению совершения подсудимым преступлений в будущем.

Наказание осужденному ФИО1 следует отбывать в соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения преступлений, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного и дающих основания для применения положений ст.ст.64,73 УК РФ, суд не находит.

Учитывая фактические обстоятельства дела и степень общественной опасности совершенного преступления, суд не находит возможным изменение категории совершенного им преступления, поскольку наличие отягчающего наказание обстоятельства исключает возможность изменения категории данного преступления.

По сообщению уголовно-исполнительной инспекции ФИО1 был снят 12.05.2023 с учета филиала по гор. Воркуте в связи с отбытием срока наказания в виде ограничения свободы (т.3,л.д.40,46-50).

Суд считает, что такая правовая позиция уголовно-исполнительной инспекции в отношении осужденного ФИО1 является ошибочной.

Приговором мирового судьи Северного судебного участка гор. Воркуты от 15.12.2022 ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«в» ч.2 ст.115 УК РФ, и ему назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 4 месяца.

Согласно сообщению инспекции осужденный ФИО1 поставлен на учет 9.01.2023.

Как следует из материалов настоящего уголовного дела, ФИО1 был задержан 17.02.2023 в порядке, предусмотренном ст.91 УПК РФ.

Постановлением Воркутинского городского суда от 19.02.2023 в отношении подозреваемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая не отменялась и не изменялась.

Суд считает, что с момента задержания ФИО1 и последующего заключения его под стражу наказание в виде ограничения свободы осужденным не отбывалось, например, не выполнялась обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы один раз месяц для регистрации.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п.55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 №58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", при решении вопроса о назначении наказания по совокупности приговоров следует выяснять, какая часть основного или дополнительного наказания реально не отбыта лицом по предыдущему приговору на момент постановления приговора, а в случае совершения нового преступления лицом, отбывающим наказание в виде лишения свободы, неотбытой частью наказания следует считать срок, оставшийся на момент избрания меры пресечения в виде содержания под стражей за вновь совершенное преступление.

Таким образом, по смыслу уголовного закона, поскольку содержание под стражей является самостоятельным основанием для зачета в срок наказания по второму приговору во всех случаях, указанный срок содержания под стражей не входит в период отбывания наказания по первому приговору, которое в связи с избранием данной меры пресечения прерывается, и лицо не считается в этот период отбывающим наказание.

В соответствии с ч.1 ст.70 УК РФ, при назначении наказания по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по последнему приговору суда, частично или полностью присоединяется неотбытая часть наказания по предыдущему приговору суда.

В этой связи следует признать, что осужденный ФИО1 не может являться лицом, отбывшим полностью наказание в виде ограничения свободы по первому приговору, поэтому окончательное наказание по настоящему делу ему должно быть назначено по совокупности приговоров, что будет отвечать принципам справедливости.

При этом сам факт снятия его с учета в УИИ не может иметь решающего значения, поскольку значение имеет в данном случае то обстоятельство, что ФИО1 не отбыл полностью наказание по первому приговору.

Гражданский истец Ш.Я. и его представитель поддержали исковые требования о взыскании ежемесячно 20.000 рублей до полного восстановления здоровья потерпевшего, подсудимый ФИО1, признанный по делу гражданским ответчиком, исковые требования по существу признал, заявил, что готов платить, если его отпустят на свободу.

Поскольку требования иска не подтверждены соответствующими доказательствами, при этом суду необходимо произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства, суд передает вопрос о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства на основании ч.2 ст.309 УПК РФ.

При решении вопроса о вещественных доказательствах, суд руководствуется требованиями ч.3 ст.81 УПК РФ.

Потерпевший Ш.Я., представитель потерпевшего Ш.Е.В. не заявляли письменное ходатайство до окончания прений сторон о получении информации, предусмотренной п.21.1 ч.2 ст.42 УПК РФ.

Постановлением следователя и суда признаны процессуальными издержками суммы вознаграждения адвокату Черниогло С.И. в размере 42.556 рублей 80 копеек за осуществление защиты на предварительном следствии, а также сумма вознаграждения адвокату Черниогло С.И. за участие в судебном заседании в размере 3.744 рубля и 5.366 рублей 40 копеек, сумма вознаграждения адвокату Калачеву М.В. за участие в судебном заседании в размере 7.602 рубля 40 копеек, а также адвокату Кубасову С.Л. за участие в суде апелляционной инстанции в размере 5.366 рублей 40 копеек, выплаченные за счет средств федерального бюджета (т.1,л.д.140,т.2,л.д.146,213,т.3,л.д.9-10,32).

Подсудимый ФИО1 по существу не возражал против взыскания процессуальных издержек, учитывая, что в силу возраста и состояния здоровья он может работать, от услуг адвокатов не отказывался, отказ от защитника в ходе дознания и судом не принимался, суд оснований для его освобождения от уплаты процессуальных издержек не усматривает, в связи с чем на основании ст.132 УПК РФ процессуальные издержки подлежат взысканию с осужденного ФИО1 в доход федерального бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.307,308 и 309 УПК РФ

ПРИГОВОР И Л:

Признать виновным ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3, ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет.

На основании ст.ст.70,71 УК РФ по совокупности приговоров к настоящему наказанию частично присоединить неотбытую часть наказания, назначенное приговором мирового судьи Северного судебного участка гор. Воркуты от 15.12.2022, и назначить ФИО1 наказание из последовательного расчета 2 дня ограничения свободы за 1 день лишения свободы окончательно на срок 7 лет 1 месяц лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время его содержания под стражей с 17.02.2023 до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбытия наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения осужденному ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Признать за гражданским истцом Ш.Я. право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу:

(данные изъяты)

Взыскать с осужденного ФИО1 процессуальные издержки в доход федерального бюджета в размере 64.636 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора, путем подачи жалобы через Воркутинский городской суд.

Вступивший в законную силу приговор может быть обжалован в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через Воркутинский городской суд в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу апелляционного судебного решения, а для осужденного, содержащегося под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае подачи апелляционной и кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной и кассационной инстанции.

Председательствующий А.Д. Саутканов