РЕШЕНИЕ

И<ФИО>1

15 мая 2025 года <адрес>

Куйбышевский районный суд <адрес> в составе: председательствующего судьи Кучеровой А.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи <ФИО>3,

с участием административного истца <ФИО>2,

представителя административных ответчиков Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело <данные изъяты> по административному исковому заявлению <ФИО>2 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор <номер> главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес>», ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец <ФИО>2 обратился в Куйбышевский районный суд <адрес> с административным иском, требуя взыскать с ФСИН России компенсацию за нарушение условий содержания и законных прав административного истца в размере 300 000 рублей.

В обоснование требований указано, что с сентября по ноябрь 2024 года административный истец содержался в камере <номер> режимного корпуса <номер> ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> совместно с осужденными <ФИО>7, <дата> года рождения, и <ФИО>6, <дата> года рождения. В камере <номер> материально-бытовые и санитарно-гигиенические нормы были нарушены. Условия содержания не соответствуют нормам, соответственно, содержание в данной камере лиц, отбывающих наказание, недопустимо. Более того, по данному факту административным истцом была направлена жалоба в прокуратуру <адрес>. По результатам проверки были установлены все вышеперечисленные нарушения. Административный истец и его сокамерники неоднократно обращались к администрации следственного изолятора на утренних проверках с требованием о переводе в другую камеру. Однако, в переводе отказывали, поскольку для перевода необходимы исключительные обстоятельства. При этом, камера <номер> являлась 19 по счету, в которой административный истец содержался с момента прибытия в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>. Камеры, в которых содержался административный истец, не соответствовали установленным санитарно-гигиеническим нормам, и переводы осуществлялись с целью оказания на него давления. С первых дней пребывания в камере <номер> административный истец подвергался нравственным страданиям, переживал за свое здоровье, испытывал чувство страха, безысходности, отвращения, оцепенения, стыда, недоверия, навязчивые чувства, отсутствие веры, отстраненность, постоянное повышенное эмоциональное возбуждение, раздражительность, проблемы с концентрацией внимания, трудности с засыпанием и плохой сон. По этому поводу административный истец обращался к психиатру, ему был проведен осмотр, назначено лечение.

Определением Куйбышевского районного суда <адрес> от <дата> от участия в деле в качестве административного ответчика освобождено Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес>.

В судебном заседании административный истец <ФИО>2 заявленные требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить их по основаниям, изложенным в административном исковом заявлении.

Представитель административных ответчиков Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, Федерального казенного учреждения «Следственный изолятор <номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>», Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации ФИО1, действующая на основании доверенности, в судебном заседании просила отказать в удовлетворении заявленных требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

<ФИО>1 уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний, им гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (части первая и вторая статьи 10 УИК РФ).

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Конституция Российской Федерации каждому гарантирует государственную, в том числе судебную, защиту его прав и свобод (часть 1 статьи 45, части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации). Право на судебную защиту является непосредственно действующим, оно признается и гарантируется в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17, статья 18 Конституции Российской Федерации).

Частью 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации установлено право каждого обжаловать в суд решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц.

На основании часть 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

При рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд проверяет законность решения, действия (бездействия) в части, которая оспаривается, и в отношении лица, которое является административным истцом, или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление. При проверке законности этих решения, действия (бездействия) суд не связан основаниями и доводами, содержащимися в административном исковом заявлении о признании незаконными решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, и выясняет обстоятельства, указанные в частях 9 и 10 настоящей статьи, в полном объеме (часть 8 статьи 226 КАС РФ).

В силу ч. 9 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет, в том числе:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);

б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен;

в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Из разъяснений, приведенных в пунктах 2, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от <дата> N 47), следует, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, включая право на личную безопасность и охрану здоровья; право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки.

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий (п. 14 Постановления Пленума ВС РФ от <дата> N 47).

О наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума ВС РФ от <дата> N 47 нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (ст. 46 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 1).

Согласно части 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи (то есть об оспаривании действия (бездействия), связанных с условиями содержания под стражей или в местах лишения свободы, а также о присуждении компенсации за нарушение содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении), суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Указанные нормы введены в действие Федеральным законом от <дата> N 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и применяются с <дата>.

Как следует из материалов дела, <ФИО>2, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, по национальности русский, ранее судим, зарегистрирован по адресу: <адрес>, 32-5-312. Осужден <дата> Железнодорожным районным судом <адрес> Республики Бурятия по ст. 111 ч. 3 п. «А», ст. 69 ч.5 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Приговор вступил в законную силу <дата>. <дата> прибыл в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> из ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по <адрес> на основании постановления судьи Куйбышевского районного суда <адрес> <ФИО>4 от <дата> в порядке ст. 77.1 УИК РФ в качестве потерпевшего, содержится по настоящее время. Также <ФИО>2 содержится в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> на основании постановления судьи Куйбышевского районного суда <адрес> <ФИО>5 от <дата> в порядке ст. 77.1 УИК РФ в качестве потерпевшего.

Приказом Минюста России от <дата> <номер> «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной систем» утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений.

Указанные Правила <номер> регламентируют внутренний распорядок исправительных учреждений (исправительных колоний, воспитательных колоний, тюрем, лечебных исправительных учреждений, лечебно-профилактических учреждений, созданных в ПК изолированных участков с различными видами режима и изолированных участков, функционирующих как тюрьма, созданных в ЛИУ и ЛПУ изолированных участков, функционирующих как колонии-поселения, созданных в ВК изолированных участков, функционирующих как ПК общего режима, участков колоний-поселений, расположенных вне колоний-поселений) при реализации предусмотренных Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации порядка и условий исполнения наказания в виде лишения свободы, обеспечения изоляции осужденных к лишению свободы, охраны их прав и законных интересов, исполнения ими своих обязанностей.

Правила <номер> применяются к находящимся в следственных изоляторах (помещениях, функционирующих в режиме следственных изоляторов) осужденным к лишению свободы, оставленным для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию; осужденным к лишению свободы, в отношении которых приговор суда вступил в законную силу и которые подлежат направлению в ИУ для отбывания наказания; осужденным к лишению свободы, направляемым к месту отбывания наказания либо перемещаемым из одного ИУ в другое под конвоем; осужденным к лишению свободы с отбыванием наказания в ПК. ВК или тюрьме, оставленным в СИЗО либо переведенным в СИЗО из указанных ИУ для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего. подозреваемого (обвиняемого) в совершении преступлений; осужденным к лишению свободы на срок не свыше шести месяцев, оставленных в СИЗО с их согласия.

Осужденные к лишению свободы, оставленные в СИЗО либо переведенные в СИЗО для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого (обвиняемого), содержатся в СИЗО в порядке, установленном Федеральным законом от <дата> № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», и на условиях отбывания ими наказания в ИУ, определенном приговором суда. Осужденные к лишению свободы, находящиеся в СИЗО в качестве подозреваемых (обвиняемых), пользуются правами, установленными Правилами <номер>, в части, не противоречащей требованиям Федерального закона № 103-ФЗ.

Согласно справке врио начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, в камере <номер> <ФИО>2 содержался в период с <дата> по <дата>, и с <дата> по <дата>.

Основанием для перевода <ФИО>2 с <дата> по <дата> в камеру <номер> являлось помещение административного истца в карцер.

<дата> административный истец был переведен в камеру <номер>, в связи с ремонтом камеры <номер>.

Из справки врио начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> от <дата> также следует, что в камере <номер> <ФИО>2 содержался совместно с <ФИО>6 и <ФИО>7

Судом также установлено, что административный истец обратился с жалобой в прокуратуру <адрес> на условия содержания в камере <номер>.

По данному факту прокуратурой <адрес> проведена проверка, запрошены сведения об условиях содержания в камерном помещении <номер> в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>.

Из справки заместителя начальника учреждения от <дата> следует, что в целях соблюдения параметров микроклимата камерное помещение <номер> оборудовано оконным проемом с блоком ПВХ выполненным створным с поворотно-откидным механизмом, что позволяет производить периодическое проветривание помещения. Также в камерном помещении установлен вентиляционный узел с механическим побуждением (УВО-2,5). Приток воздуха осуществляется через открывающуюся створку оконного блока, удаление воздуха из камерного помещения происходит посредствам вентиляционного узла с механическим побуждением, установленного в вытяжной канал, что не противоречит требованиям пункта 19.14 СП 247.1325800.2016 «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования» (Приказ Минстроя России от <дата> <номер>/пр): «Во всех камерах и палатах медицинской части следует предусматривать: приточную вентиляцию с механическим или естественным (через приточные клапана) побуждением; вытяжную вентиляцию с естественным или с механическим побуждением». Отопление камерных помещений режимных корпусов централизованное. Для поддержания заданной температуры камеры оборудованы радиаторами водяного отопления. Температура теплоносителя в системе отопления поддерживалась в соответствии с температурным графиком. В связи со значительным износом сетей водоотведения, возникшим в результате длительной эксплуатации, в учреждении регулярно проводятся профилактические мероприятия по очистке сетей канализации. Во второй декаде ноября 2024 года на магистрали, осуществляющей водоотведение от камерных помещений режимного корпуса <номер> произошла аварийная, ситуация (засор магистрали) в связи с чем, ее пропускная способность значительно снизилась и произошел подпор сточных вод, по данной причине произошло подтопление камерного помещения <номер>. Администрацией учреждения приняты неотложные меры по устранению сложившейся ситуации. <дата> аварийная ситуация на вышеуказанном участке системы водоотведения была устранена, функционирование системы восстановлено. В целях обеспечения надлежащих условий обвиняемых и осужденных, находящихся в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, соблюдения требований Федерального закона от <дата> N 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», а также поддержания удовлетворительного санитарного состояния камерных помещений, учреждением в 2024 году заключен Государственный контракт на оказание услуг по проведению профилактических противоэпидемиологических мероприятий с ООО «Дезирс» от <дата> <номер>юр. Санитарная обработка (дератизационная и дезинсекционная обработки) объектов ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес> проводятся регулярно силами специализированной организации, имеющей лицензию на данную деятельность, а также силами штатного дезинфектора отдела коммунально-хозяйственного обеспечения из числа осужденных оставленных в следственном изоляторе для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию учреждения, под руководством врача по общей гигиене медицинской части. Крайние противоэпидемиологические мероприятия проводились в июне и августе 2024 года (акты выполненных работ: <номер> от <дата>, <номер> от <дата>). Санитарное состояние объектов учреждения оценивается как удовлетворительное.

В подтверждение надлежащего состояния камеры <номер> в материалы дела стороной административных ответчиков также были представлены фотографии камеры, ее видеообзор, протокол <номер> исследования уровня искусственного освещения в камерах режимных корпусов ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, утвержденным врио начальника ФКУ БМТиВС ГУФСИН России по <адрес> <дата>, протоколом <номер> исследования параметров микроклимата в камерах режимных корпусов ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>, утвержденным врио начальника ФКУ БМТиВС ГУФСИН России по <адрес> <дата>.

Материалами дела также подтверждается, что <дата> на магистрали, осуществляющей водоотведение от камерных помещений режимного корпуса <номер>, произошла аварийная ситуация, повлекшая подтопление камерного помещения <номер>. В результате обхода камерных помещений СИЗО-1, проведенного прокуратурой области в ноябре 2024 года, выявлены нарушения в части несоответствия материально-бытовым и санитарно-гигиеническим нормам ряда камерных помещений следственного изолятора, в том числе камерного помещения <номер>. По итогам проверки прокуратурой приняты меры реагирования. В настоящее время в вышеуказанном помещении проведен текущий ремонт.

Вместе с тем, вопреки доводам административного истца и показаниям свидетелей <ФИО>6 и <ФИО>7, в камере <номер> после ее затопления, <ФИО>2 не содержался. Он был переведен <дата> в камеру <номер>.

Данный факт был установлен прокуратурой <адрес>, и в адрес административного истца <ФИО>2 был направлен ответ от <дата> <номер>/Он5591-24, согласно которому содержащиеся в камере лица были переведены в другие камерные помещения. Администрацией СИЗО-1 приняты меры по устранению сложившейся ситуации, функционирование системы водоотведения было восстановлено.

При таком положении, оценивая представленные по делу доказательства в совокупности по правилам ст. 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что доводы административного истца о нарушении условий его содержания в камере <номер> не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства по делу. В период до <дата> существенных отклонений от требований, установленных законом, с учетом режима места принудительного содержания, в камере <номер> не установлено, те неудобства, которые испытывал административный истец, не выходили за рамки той степени страданий, которая неизбежна при содержании в следственном изоляторе или отбывании наказания в исправительном учреждении, при соблюдении режима содержания и обеспечения безопасности в учреждении, а после <дата> <ФИО>2 в указанной камере не содержался.

Доводы административного истца о необоснованных переводах также не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства по делу.

Пунктом 256 Правил <номер> допускается перевод подозреваемых, обвиняемых и осужденных к лишению свободы из одной камеры в другую в случае:

256.1) необходимости обеспечения соблюдения требований раздельного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных к лишению свободы в соответствии со статьей 33 Федерального закона N 103-ФЗ либо при изменении плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых и осужденных к лишению свободы;

256.2) необходимости обеспечения безопасности жизни и здоровья подозреваемого, обвиняемого или осужденного к лишению свободы либо других подозреваемых, обвиняемых и осужденных к лишению свободы;

256.3) необходимости оказания медицинской помощи подозреваемому, обвиняемому или осужденному к лишению свободы в стационарных условиях медицинской организации УИС;

256.4) наличия достоверной информации о готовящемся преступлении либо ином правонарушении.

Также перемещение подозреваемых, обвиняемых и осужденных к лишению свободы из одной камеры в другую при проведении ремонтных работ в камерах, а также при ликвидации аварий систем водо-, электроснабжения и канализации осуществляется по письменному разрешению начальника СИЗО либо лица, его замещающего. При невозможности перемещения всех лиц из одной камеры в другую вопрос о размещении в разных камерах каждого подозреваемого, обвиняемого или осужденного к лишению свободы решается индивидуально (п. 259 Правил <номер>).

В этой связи, доказательств тому, что в данных условиях <ФИО>2 причинены какие-либо значимые страдания, влекущие необходимость их денежной компенсации, суду не представлено.

Из анализа положений части 1 статьи 218 и части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации следует, что решение, действие (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, признаются незаконными, если суд установит не только их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту, но и такое последствие, как нарушение прав и законных интересов административного истца.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от <дата> N 21 "О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" подчеркнул, что суды при рассмотрении дел по правилам главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации разрешают споры о правах, свободах и законных интересах граждан, организаций, неопределенного круга лиц в сфере административных и иных публичных правоотношений и одним из имеющих значение для дела обстоятельств является установление факта нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца (пункты 2 и 15).

Таким образом, само по себе установление факта нарушения условий содержания без наступления негативных последствий достаточным основанием для присуждения компенсации в порядке статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации не является.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33).

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В пункте 18 упомянутого выше постановления Пленума Верховного Суда РФ также разъяснено, что наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда: на <ФИО>1, субъект Российской Федерации, муниципальное образование - за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статьи 1069, 1070 ГК РФ).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Как следует из вышеперечисленных норм права, компенсация морального вреда является формой гражданско-правовой ответственности, взыскание компенсации морального вреда возможно при наличии определенных условий, в том числе: установленного факта причинения вреда личным неимущественным правам либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, наличия вины второй стороны и причинно-следственной связи между наступившими последствиями и противоправным поведением ответчика.

Между тем, сам факт причинения физических и нравственных страданий условиями содержания в камере <номер> административным истцом не доказан.

Сам по себе факт обращения административного истца к психиатру в ноябре 2024 года, безусловно и достаточно не свидетельствует о том, что ухудшение состояния здоровья истца, потребовавшее обращения за медицинской помощью, возникло вследствие ненадлежащих условий содержания в камере <номер>, и что имеется причинно-следственная связь между условиями камерного помещения и ухудшением состояния здоровья <ФИО>2, даже при том, что хронологически обращение за медицинской помощью имело место после событий, на которые указывает административный истец.

Суд также находит заслуживающими внимания доводы административного истца о том, что психодиагностические обследования, направленные на профилактику деструктивных форм поведения, <ФИО>2 проходит с момента прибытия в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по <адрес>.

Основания для компенсации административному истцу морального вреда в порядке ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии которой компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, кода вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, также отсутствуют, поскольку указанные обстоятельства по данному делу не установлены.

При таких обстоятельствах, оценивая представленные по делу доказательства в совокупности, оснований для удовлетворения административных исковых требований суд не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования <ФИО>2 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор <номер> главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по <адрес>», ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания и законных прав в размере 300 000 рублей - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Куйбышевский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Председательствующий: А.В. Кучерова

Мотивированный текст решения изготовлен <дата> А.В. Кучерова