Решение по делу № 2-2-144/2022 от 03.11.2022 - о признании отказа в установлении страхового случая незаконным, признании права на получение дополнительных страховых гарантий.

Дело № 2-2-144/2022 Решение в окончательной форме принято 03.11.2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Селижарово 28 октября 2022 года

Осташковский межрайонный суд Тверской области (постоянное судебное присутствие в пгт Селижарово Селижаровского района Тверской области) в составе председательствующего судьи Лебедевой О.Н.,

при секретаре Смирновой Т.С.,

с участием истца ФИО1,

её представителя адвоката Виноградовой Н.Н.,

представителя ответчика ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» - ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Селижаровская центральная районная больница» о признании отказа в установлении страхового случая незаконным, признании права на получение дополнительных страховых гарантий,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Селижаровская центральная районная больница» (далее ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ»), с учетом уточнения исковых требований, просила: 1) признать незаконным отказ врачебной комиссии ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» по расследованию страхового случая от 29 марта 2022 года №70 признать страховым случай повреждения здоровья старшей медсестры поликлиники ФИО1; 2) признать факт заболевания старшей медсестры ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» ФИО1 в результате инфицирования коронавирусной инфекцией COVID-19 в период с 11 октября 2021 года по 23 октября 2021 года страховым случаем, связанным с исполнением трудовых обязанностей; 3) признать право ФИО1 на получение дополнительных страховых гарантий в связи с перенесённым заболеванием коронавирусная инфекция COVID-19 в размере 68 811(шестьдесят восемь тысяч восемьсот одиннадцать) рублей; 4) взыскать с ответчика в пользу истца ФИО1 судебные расходы в сумме 2900 рублей, из них 900 рублей – оплата госпошлины, 2000 рублей – оплата услуг адвоката при подготовке искового заявления.

Исковые требования мотивированы тем, что она работает в должности старшей медицинской сестры в ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» на основании трудового договора № 375, заключенного с работодателем 1 августа 2020 года.

В октябре 2021 в соответствии с п.п. «а» п. 7 трудового договора истец замещала заболевшую и не вышедшую на работу медсестру по оформлению листков нетрудоспособности лицам, заболевшим COVID-19. Исполняя свои трудовые обязанности, 4 октября 2021 года, выписывала листки нетрудоспособности и непосредственно контактировала с пациентами ЧИА и БНВ, которым 5 октября 2021 лабораторными методами был установлен диагноз COVID-19.

8 октября 2021 истец заболела и 11 октября 2021 года обратилась на прием к врачу, ей установили диагноз коронавирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19, был выдан лист нетрудоспособности с 11 октября 2021 года по 23 октября 2021 года.

Перед заболеванием истец контактировала только с пациентами, заболевшими COVID-19, вне работы у неё не было контактов с лицами, болеющими COVID-19.

По неоднократным обращениям истца главным врачом КЛМ была создана врачебная комиссия, которая провела расследование случая заражения ФИО1 новой COVID-19, врачебной комиссией был составлен протокол о том, что случай заболевания истца не подлежит оформлению справкой в соответствии с Временным положением, так как она инфицирована не при исполнении своих должностных обязанностей.

4 мая 2022 года истец обратилась в Министерство здравоохранения Тверской области с заявлением о несогласии с результатами расследования страхового случая, проведенного врачебной комиссией ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ». Апелляционная комиссия Министерства здравоохранения Тверской области не усмотрела оснований для пересмотра решения врачебной комиссии от 29 марта 2022 года.

С указанными решениями истец не согласна, считает их не основанными на законе и нарушающими её права медицинского работника, непосредственно работающего с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), на получение единовременной страховой выплаты, установленной Указом Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 года № 313 «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников».

Определением суда от 18 июля 2022 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Государственное учреждение – Тверское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации.

Определением суда от 16 августа 2022 года, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство здравоохранения Тверской области.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала, подтвердила обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, пояснила, что её рабочее место старшей медицинской сестры находится в одном кабинете с работником ЦРБ ФСН, которая выписывает больничные листы. Они периодически подменяли друг друга, и ФИО1 знала программу по выписке больничных листков. 4 октября 2021 года ФСН замещала ЛВИ, ФИО1 с ЛВИ находились в одном кабинете. ЛВИ, помимо совмещения, выполняет свои прямые обязанности медсестры хирургического кабинета, и когда она 4 октября 2021 года пошла делать перевязки, к окошку за выпиской больничных листков обратились две женщины с высокой температурой – ЧИА и БНВ В связи с тяжелой эпидемиологической обстановкой, так как было много больных, чтобы ЧИА и БНВ быстрее пошли лечиться, ФИО1 выдала этим больным листки временной нетрудоспособности. В процессе этого она брала у них через окошко документы: паспорт, СНИЛС, чтобы занести данные в программу. До этого с БНВ и ЧИА ФИО1 разговаривала в коридоре. ФИО1 ссылалась на то, что согласно условиям трудового договора, где зафиксированы её трудовые обязанности, она как старшая медсестра, может заменить отсутствующего работника. Заявление на замещение в этом случае она не писала. По условиям трудового договора она обязана «своевременно осуществлять перестановку медицинских сестер, замещая внезапно заболевших или не вышедших на работу». Так как медсестра ЛВИ ушла выполнять свои непосредственные обязанности, чтобы люди не стояли в коридоре с высокой температурой, ФИО1 выписала им больничные листы.

Представитель истца адвокат Виноградова Н.Н. поддержала позицию своего доверителя, ссылалась на то, что истец ФИО1 при фактическом исполнении своих трудовых обязанностей старшей медсестры контактировала с инфицированными больными. Она находилась на своем рабочем месте. Выводы врачебной комиссии, что выписка больничных листов не входит в обязанности ФИО1 и, что больничные листы на ЧИА и БНВ выписаны дистанционно при посещении на дому, выдуманы, полностью опровергаются представленными доказательствами, которыми подтверждено, что дистанционно на дому указанным больным больничные листки не выписывались. По мнению представителя истца, бесспорно доказан факт контакта ФИО1 с этими больными при фактическом исполнении своих трудовых обязанностей, определенными Приказом Минздравсоцразвития России от 23 июля 2010 года № 541н, в редакции от 9 апреля 2018 года, «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, в разделе «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения», которым не предусмотрены должности: старшая медсестра поликлиники, медсестра по выписке больничных листов. ФИО1 является старшей медсестрой с вменением ей всех обязанностей медсестры. То есть она должна оказывать доврачебную медицинскую помощь, осуществлять забор биологических материалов для лабораторных исследований, осуществлять уход за больными в медицинской организации. Старшая медсестра ведет медицинскую документацию.

Представитель ответчика ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» ФИО2 исковые требования не признала, ссылалась на то, что одним из условий предоставления врачам, среднему и младшему медицинскому персоналу медицинских организаций, водителям автомобилей скорой медицинской помощи единовременной страховой выплаты согласно пункту Указа Президента РФ от 6 мая 2020 года № 313 является непосредственная работа с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID- 19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию. По мнению ответчика, ФИО1 к таким работникам не относится, по условиям трудового договора ей не вменяется в обязанность лично замещать всех отсутствующих медицинских сестер. Дополнительная работа может быть поручена сотруднику только с его письменного согласия, на основании приказа организации, за дополнительную плату. Согласно Протоколу Врачебной комиссии от 29 марта 2022 года № 70 большинством голосов врачебной комиссии принято решение - признать случай повреждения здоровья медицинского работника не подлежащим оформлению справкой в соответствии требованиями Временного положения. Комиссия пришла к выводу, что заражение коронавирусной инфекцией ФИО1 произошло не при исполнении трудовых обязанностей. В должностные обязанности ФИО1 не входит выписка листков нетрудоспособности. Согласно выписки из приказа главного врача ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» от 29 сентября 2021 года № 346-к, обязанности по выписке листков нетрудоспособности на время отсутствия ФСН были возложены на ЛВИ, которая, согласно табелю учета рабочего времени, 4 октября 2021 года находилась на рабочем месте и исполняла свои должностные обязанности. В служебное помещение, являющееся рабочим местом ФИО1, отсутствует доступ пациентов. Кроме того, согласно выпискам из медицинских карт пациентов ЧИА и БНВ, а также списку пролеченных, представленному ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ», указанные пациенты осматривались лечащим врачом на дому, листки нетрудоспособности выписывались им дистанционно. Таким образом, причинно-следственная связь между заболеванием ФИО1 новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) и исполнением ею должностных обязанностей не установлена.

Третьи лица Тверское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации и Министерство здравоохранения Тверской области, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения дела, ходатайствовали о рассмотрении дела в свое отсутствие.

На основании ст.167 ГПК РФ судом определено рассмотреть дело в отсутствие представителей третьих лиц.

Ранее в судебном заседании 6 сентября 2022 года представитель третьего лица Тверского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации просил отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1, представили письменный отзыв, в котором ссылались на то, что в соответствии с Указом Президента от 6 мая 2020 года № 313 для получения гражданином дополнительных страховых гарантий должны быть соблюдены следующие условия: гражданин должен работать в медицинской организации в должности, указанной в Указе от 6 мая 2020 года № 313 (врача или среднего или младшего медицинского персонала или водителя автомобиля скорой медицинской помощи); при исполнении гражданином его трудовых обязанностей его здоровью должен быть причинен вред в виде развития у него заболевания (синдрома) или осложнения, вызванных новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), включенного в распоряжение от 15 мая 2020 года № 1272-р; заболевание должно быть получено непосредственно при работе с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию, то есть врачебной комиссией должен быть установлен факт контакта с данными пациентами при оказании им медицинской помощи; заболевание должно быть подтверждено лабораторными методами исследования или решением врачебной комиссии, принятым на основании результатов компьютерной томографии легких; заболевание должно повлечь за собой временную нетрудоспособность.

Приказом ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» от 29 марта 2022 года № 43 была создана Врачебная комиссия по расследованию страхового случая заражения ФИО1 новой коронавируснуй инфекцией, в состав которой входила представитель ГУ - Тверского РО ФСС РФ - заместитель начальника отдела страхования профессиональных рисков Тверского регионального отделения ЕЕС Согласно протоколу Врачебной комиссии от 29 марта 2022 года № 70, большинством голосов врачебной комиссии принято решение признать случай повреждения здоровья медицинского работника не подлежащим оформлению справкой в соответствии с требованиями Временного положения о расследовании страховых случаев причинения вреда здоровью медицинского работника, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 20 февраля 2021 года № 239.

Комиссия пришла к выводу, что заражение коронавирусной инфекцией ФИО1 произошло не при исполнении трудовых обязанностей. В должностные обязанности ФИО1 не входит выписка листков нетрудоспособности (согласно выписки из приказа главного врача ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» от 29 сентября 2021 года № 346-к обязанности по выписке листков нетрудоспособности на время отсутствия ФСН возложены на ЛВИ, которая согласно табелю учета рабочего времени 4 октября 2021 года находилась на рабочем месте и исполняла свои должностные обязанности). В служебное помещение, являющееся рабочим местом ФИО1, отсутствует доступ пациентов.

Кроме того, согласно выпискам из медицинских карт пациентов ЧИА и БНВ, а также списку пролеченных, представленному ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ», указанные пациенты осматривались лечащим врачом «на дому», листки нетрудоспособности выписывались им дистанционно. Таким образом, по мнению третьего лица, причинно-следственная связь между заболеванием ФИО1 новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) и исполнением ею должностных обязанностей не установлена.

Протокол Врачебной комиссии от 29 марта 2022 года № 70 подписан, в том числе, представителем регионального отделения. Протоколом Апелляционной комиссии по рассмотрению заявлений работников о несогласии с результатами расследования страхового случая, проведенной врачебной комиссией в государственных бюджетных учреждениях здравоохранения Тверской области (далее - Апелляционная комиссия) от 27 мая 2022 года решение Врачебной комиссии от 29 марта 2022 года № 70 оставлено без изменения.

Следовательно, Врачебной комиссией и Апелляционной комиссией не установлено третье обязательное условие, содержащееся в Указе от 6 мая 2020 года № 313, а именно, что заболевание истца было получено ею непосредственно при работе с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию.

Третье лицо отмечает, что в связи с вышеуказанным, справка, предусмотренная пунктом 5 Временного положения о расследовании страховых случаев, работодателем ФИО1 не составлялась и в региональное отделение не направлялась (т.1 л.д.97-99).

Министерство здравоохранения Тверской области в представленном письменном отзыве на исковое заявление просило отказать в полном объеме в удовлетворении исковых требований ФИО1, пояснили, что в материалах дела отсутствуют доказательства, бесспорно свидетельствующие о том, что заражение коронавирусной инфекции (COVID-19) истца произошло при исполнении трудовых обязанностей. Причинно-следственная связь между случаем заражения истца ФИО1 коронавирусной инфекции (COVID-19) и исполнением ею своих должностных обязанностей не установлена. В отзыве Министерства здравоохранения Тверской области приведены доводы, аналогичные доводам, изложенным в отзыве Тверского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации (т.1 л.д.125-127).

Заслушав истца, её представителя, представителя ответчика, изучив материалы дела, суд считает исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Конституция Российской Федерации провозглашает Россию социальным государством, в котором охраняются труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка инвалидов и пожилых граждан, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7), гарантируются равенство прав и свобод человека и гражданина (статья 19), социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности и в иных случаях, предусмотренных законом (статья 39 часть 1).

Вопросы социальной защиты и социального обеспечения в силу статьи 72 Конституции Российской Федерации относятся к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Пунктом 1 Указа Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 года № 313 «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников», действовавшим в период возникновения спорных правоотношений) постановлено предоставить врачам, среднему и младшему медицинскому персоналу медицинских организаций, водителям автомобилей скорой медицинской помощи, непосредственно работающим с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию (далее - медицинские работники), дополнительные страховые гарантии в виде единовременной страховой выплаты.

Подпунктом б пункта 2 Указа установлено, что страховыми случаями, при наступлении которых производится единовременная страховая выплата, являются: причинение вреда здоровью медицинского работника в связи с развитием у него полученных при исполнении трудовых обязанностей заболевания (синдрома) или осложнения, вызванных подтвержденной лабораторными методами исследования новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), включенных в перечень, утверждаемый Правительством Российской Федерации, и повлекших за собой временную нетрудоспособность, но не приведших к инвалидности.

Согласно п.п. б п. 4 Указа Президента РФ от 6 мая 2020 года № 313 единовременная страховая выплата производится: в случае причинения вреда здоровью медицинского работника в связи с развитием у него полученных при исполнении трудовых обязанностей заболевания (синдрома) или осложнения, вызванных подтвержденной лабораторными методами исследования новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), включенных в перечень, утверждаемый Правительством Российской Федерации, и повлекших за собой временную нетрудоспособность, но не приведших к инвалидности, - в размере 68 811 рублей.

Распоряжением Правительства РФ от 15 мая 2020 года 1272-р утвержден Перечень заболеваний (синдромов) или осложнений, вызвавших причинение вреда здоровью отдельных категорий лиц, предусмотренных Указом Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 года № 313 «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников», и повлекших за собой временную нетрудоспособность, но не приведших к инвалидности, вызванных новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), подтвержденной лабораторными методами исследования, а при невозможности их проведения - решением врачебной комиссии, принятым на основании результатов компьютерной томографии легких», к которым относится код по МКБ-10J02 - J06 Острые респираторные инфекции верхних дыхательных путей (без развития пневмонии, потребовавшие назначения врачом этиотропной терапии).

Таким образом, для получения права на получение дополнительной страховой гарантии в виде единовременной страховой выплаты в размере 68 811 рублей, необходимо три условия:

- осуществлять трудовую деятельность в должностях врачей, среднего и младшего медицинского персонала медицинских организаций, водителя автомобилей скорой медицинской помощи;

- непосредственно работать с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию;

- причинение вреда здоровью медицинского работника в связи с развитием у него полученных при исполнении трудовых обязанностей предусмотренных утвержденным Правительством РФ перечнем заболевания (синдрома) или осложнения, вызванных новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), подтвержденной лабораторными методами исследования (а при отсутствии возможности проведения лабораторных исследований - решением врачебной комиссии, принятым на основании результатов компьютерной томографии легких), и повлекших за собой временную нетрудоспособность, но не приведших к инвалидности.

Вместе с тем, указанной совокупности в ходе рассмотрения дела судом не установлено.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 1 августа 2020 года между ГБУЗ ТО «Селижаровская центральная районная больница» и ФИО1 заключен трудовой договор № 375, в силу пункта 1 которого работнику ФИО1 предоставлена работа по должности: старшая медицинская сестра, в структурном подразделении – поликлиника, расположенное по адресу: <...>. Трудовой договор заключен на неопределенный срок (т.1 л.д.84-88).

11 октября 2021 года в связи с плохим самочувствием ФИО1 обратилась в ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ», 14 октября 2021 года ей был поставлен диагноз: V07.1 Коронавирусная инфекция, вызванная вирусом CОVID-19, вирус идентифицирован. Заболевание подтверждено лабораторными методами исследования. Сопутствующее заболевание J06.9 ОРВИ, что сторонами не оспаривается, подтверждается уведомлением об установлении факта заболевания, выпиской из амбулаторной карты ФИО1, копией её амбулаторной карты (т.1 л.д.46, 59-60, 223-230)

В пояснительной записке от 8 ноября 2021 года, адресованной работодателю ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» ФИО1 указала, что она работала по совместительству медсестрой по выписке листков нетрудоспособности, исполняя свои трудовые обязанности 4 октября 2021 года выписывала листки нетрудоспособности пациентам ЧИА и БИВ, которым впоследствии был установлен диагноз CОVID-19. Вне работы контактов с больными CОVID-19 не имела (т.1 л.д.47).

Приказом № 43 от 29 марта 2022 года ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» создана комиссия по расследованию случая заражения новой коронавирусной инфекцией в отношении работника ФИО1 (т.1 л.д.49).

Решением указанной комиссии от 29 марта 2022 года № 70 ФИО1 не была признана медицинским работником, пострадавшим в результате исполнения своих трудовых (должностных) обязанностей вследствие оказания помощи пациентам, заболевшим новой коронавирусной инфекцией. Решение мотивировано тем, что выписка больничных листков не входит в должностные обязанности ФИО1, а также больничные листки на пациентов ЧИА и БНВ были выписаны дистанционно, при посещении врача на дому (т.1 л.д.54-55).

По обращению ФИО1, не согласившейся с результатами расследования страхового случая, проведенного врачебной комиссией, апелляционная комиссия Министерства здравоохранения Тверской области не нашла оснований для пересмотра решения врачебной комиссии от 29 марта 2022 года № 70, о чем уведомили ФИО1 письмом от 3 июня 2022 года (т.1 л.д.21-23, 24).

Исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в совокупности, суд приходит к убеждению, что выводы врачебной комиссии о том, что больничные листки на пациентов ЧИА и БНВ были выполнены дистанционно, при посещении врача на дому, являются ошибочными, основаны на недостоверной информации, содержащейся в медицинских документах.

В медицинских картах амбулаторных больных ЧИА и БНВ имеется отметка, что их прием был осуществлен на дому врачом ФИО3 (т.1 л.д.63-75, 77-83).

Указанным пациентам был поставлен диагноз: новая коронавирусная инфекция легкой степени тяжести.

Однако, из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей ЧИА и БНВ следует, что они 4 октября 2021 года в связи с заболеванием были на приеме у врача ФИО13 в поликлинике ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ», после чего старшая медсестра ФИО1 выписала им листки нетрудоспособности. На приеме они были вместе, после чего пошли за выпиской больничных листков. ФИО1 выписывала больничные листки, сидя в кабинете. Через окошко они передавали ей документы. Позже им поставили диагноз CОVID-19.

Свидетель ЧИА пояснила также, что с ФИО1 они, кроме того, общались в коридоре, где ФИО1 поздоровалась с ними, остановилась поговорить.

Не доверять показаниям указанных свидетелей у суда оснований не имеется, их показания подтверждаются материалами расследования страхового случая в отношении ФИО1, в котором содержится объяснительная записка врача ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» ФИО13, где он пояснил, что пациенты ЧИА и БНВ в первой половине дня 4 октября 2021 года были у него на приеме в поликлинике ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ», после осмотра он отправил их на выписку больничных листков и домой, а вечером посетил их на дому, где взял мазки для исследования (т.1 л.д.201).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что 4 октября 2021 года больничные листки пациентам ЧИА и БНВ, у которых позднее была подтверждена новая коронавирусная инфекция (CОVID-19), выписывала ФИО1

В то же время, суд находит обоснованными доводы ответчика о том, что при этом ФИО1 не исполняла возложенные на неё работодателем трудовые обязанности.

Из объяснений сторон, представленных суду письменных документов, в частности, выписки из приказа ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» от 29 сентября 2021 года № 346-к, табеля учета рабочего времени следует, что выписка листков нетрудоспособности входила в должностные обязанности медицинской сестры ФСН, и указанным приказом на время нетрудоспособности ФСН доплата в размере 50 % от оклада медицинской сестры установлена ЛВИ за увеличение объема работ – выписка листков нетрудоспособности. 4 октября 2021 года ЛВИ находилась на работе, работала по основной работе и осуществляла совместительство на основании приказа от 29 сентября 2021 года (т.1 л.д.48, 50-53).

Из показаний свидетеля ЛВИ, данных в судебном заседании, следует, что 4 октября 2021 года, кроме своих обязанностей медсестры хирургического кабинета, она замещала медсестру по выписке больничных листов. Когда больные приходили на перевязки, она уходила, а после перевязок выписывала больничные листы в кабинете, где находится также рабочее место старшей медсестры ФИО1 Больные в этот кабинет не заходят, передают документы через окошко. ФИО1 не была обязана выписывать больничные листы в её отсутствие, когда она уходила делать перевязки, но делала это, чтобы больные не ждали. ЛВИ допускает, что так получилось с больными ЧИА и БНВ

Пунктом 6 трудового договора № 375 от 1 августа 2020 года, заключенного с ФИО1, установлено, что работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной названным трудовым договором.

В ГБУЗ ТО «Селижаровская центральная районная больница» должностная инструкция старшей медицинской сестры не разработана. Из объяснений сторон следует, что должностные обязанности старшей медицинской сестры определены трудовым договором, заключенным с ФИО1, а именно пунктом 7 трудового договора, из которого следует, что в должностные обязанности старшей медицинской сестры не входит непосредственная работа с пациентами, в том числе, с больными новой коронавирусной инфекцией COVID-19, оказание им медицинской помощи, осуществление за ними ухода. Единственной должностной обязанностью старшей медсестры ФИО1, предполагающей непосредственный контакт с пациентами, является обязанность выписывать лекарственные препараты льготным категориям граждан.

Ссылка истца ФИО1 на то, что подпункт «а» пункта 7 трудового договора, в котором указано, что она обязана «своевременно осуществлять перестановку медицинских сестер, замещая внезапно заболевших или не вышедших на работу», предполагает её обязанность лично замещать любую отсутствующую медицинскую сестру, несостоятельна. На основании буквального толкования указанного положения трудового договора очевидно, что ФИО1 вменяется в обязанность замещать не просто временно отсутствующих в конкретный момент на рабочем месте медицинских сестер, а именно отсутствующих по причине внезапной болезни или невыхода на работу, и замещать их не лично, а путем своевременной перестановки медицинских сестер.

Также не основана на законе ссылка представителя ФИО1 – Виноградовой Н.Н. на положения Приказа Минздравсоцразвития России от 23 июля 2010 года № 541н, в редакции от 9 апреля 2018 года, «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, в разделе «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения», что в соответствии с ним в обязанности ФИО1, как медицинской сестры, входило: оказание доврачебной медицинской помощи, осуществление забора биологических материалов для лабораторных исследований, осуществление ухода за больными в медицинской организации, а также выписка больничных листков.

Согласно Приказу Минздравсоцразвития Российской Федерации от 23 июля 2010 года № 541-н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения», утверждена должность «медицинская сестра».

Медицинская сестра оказывает доврачебную медицинскую помощь, осуществляет забор биологических материалов для лабораторных исследований. Осуществляет уход за больными в медицинской организации и на дому. Осуществляет стерилизацию медицинских инструментов, перевязочных средств и предметов ухода за больными. Ассистирует при проведении врачом лечебно-диагностических манипуляций и малых операций в амбулаторных и стационарных условиях. Проводит подготовку пациентов к различного рода исследованиям, процедурам, операциям, к амбулаторному приему врача. Обеспечивает выполнение врачебных назначений. Осуществляет учет, хранение, использование лекарственных средств и этилового спирта. Ведет персональный учет, информационную (компьютерную) базу данных состояния здоровья обслуживаемого населения. Руководит деятельностью младшего медицинского персонала. Ведет медицинскую документацию. Проводит санитарно-просветительную работу среди больных и их родственников по укреплению здоровья и профилактике заболеваний, пропаганде здорового образа жизни. Осуществляет сбор и утилизацию медицинских отходов. Осуществляет мероприятия по соблюдению санитарно-гигиенического режима, правил асептики и антисептики, условий стерилизации инструментов и материалов, предупреждению постинъекционных осложнений, гепатита, ВИЧ-инфекции.

Должность «старшая медицинская сестра» в перечне утвержденных должностей не содержится, конкретные обязанности старшей медицинской сестры указанным приказом не определены. Предусмотрены только требования к квалификации старшей медицинской сестры.

В соответствии с абзацем 1 части 2 статьи 21 Трудового кодекса РФ работник обязан, в том числе, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.

Соответственно, именно трудовым договором определяется конкретный круг обязанностей, которые должен исполнять работник.

Порядок поручения работнику исполнения обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, регламентирован статьей 60.2 Трудового кодекса РФ, в соответствии с которой исполнение обязанностей временно отсутствующего работника может быть поручено работодателем работнику только с его письменного согласия, за дополнительную плату. При этом срок, в течение которого работник будет выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем также устанавливаются работодателем с письменного согласия работника.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что работодатель ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» не поручал ФИО1 осуществление трудовой деятельности, связанной с выдачей листков временной нетрудоспособности, которая в ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» была вменена в обязанности конкретного работника. Выписывая листки нетрудоспособности больным ЧИА и БНВ, ФИО1 действовала по собственной инициативе, а не по поручению работодателя, то есть не исполняла свои должностные обязанности.

Также по своей сути выписка листков временной нетрудоспособности, даже при личной явке пациента, медицинским вмешательством не является, а безопасность работника, осуществляющего указанную работу, в таких случаях должна обеспечиваться надлежащим применением средств индивидуальной защиты, которыми работники ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ» были обеспечены, что подтверждается представленными суду документами учета (т.2 л.д.19-20), участвующими в деле лицами не оспаривается.

Из объяснений сторон, показаний свидетелей ЧИА, БНВ, ЛВИ следует, что в кабинет, где совместно со старшей медицинской сестрой находился работник ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ», в обязанности которого входила выписка листков временной нетрудоспособности, доступ пациентов отсутствует, общение с пациентами осуществляется через окошко в стеклянной перегородке, то есть при выдаче листов временной нетрудоспособности медицинский работник не находится в непосредственном контакте с заболевшими пациентами.

Кроме того, как следует из объяснений ФИО1 и показаний свидетелей ЧИА, БНВ, непосредственный контакт между ними был вне рабочего кабинета ФИО1, в коридоре больницы, где истец разговаривала с пациентами как со своими знакомыми.

Сам по себе тот факт, что истец ФИО1 работает старшей медицинской сестрой ГБУЗ ТО «Селижаровская ЦРБ», не может являться основанием для удовлетворения иска, поскольку в силу должностных обязанностей, определенных трудовым договором, заключенным с ФИО1, она не оказывала помощь непосредственно заболевшим.

По смыслу Указа Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 года № 313 правом на получение дополнительной страховой гарантии имеет отдельная категория медицинских работников - непосредственно работающие с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции и пациентами с подозрением на эту инфекцию.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ пациент – физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния.

Медицинская помощь – комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

Медицинская услуга – медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Профилактика – комплекс мероприятий, направленных на сохранение и укрепление здоровья и включающих в себя формирование здорового образа жизни, предупреждение возникновения и (или) распространения заболеваний, их раннее выявление, выявление причин и условий их возникновения и развития, а также направленных на устранение вредного влияния на здоровье человека факторов среды его обитания;

Диагностика – комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий;

Лечение – комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациента, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни.

Само по себе оформление листков временной нетрудоспособности по смыслу ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» оказанием медицинской помощи пациентам не является.

ФИО1 как в силу должностных обязанностей, так и фактически не работает и не работала в спорный период непосредственно с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции и пациентами с подозрением на эту инфекцию.

Таким образом, истец не относится к отдельной категории медицинских работников, на которых распространяется установленная Указом Президента РФ дополнительная страховая гарантия, в связи с чем правовые основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тверской области «Селижаровская центральная районная больница» о: признании отказа врачебной комиссии ГБУЗ «Селижаровская центральная районная больница» по расследованию страхового случая от 29.03.2022 № 70 незаконным; признании факта заболевания ФИО1 в период с 11.10.2021 по 23.10.2021 страховым случаем; признании права ФИО1 на получение дополнительных страховых гарантий в связи с перенесенным заболеванием коронавирусная инфекция COVID-19 в размере 68 811 рублей, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через постоянное судебное присутствие в пгт Селижарово Селижаровского района Тверской области Осташковского межрайонного суда Тверской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья О.Н. Лебедева