Дело № 1-88/2023

76RS0008-01-2023-000457-08

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Переславль-Залесский 5 октября 2023 г.

Переславский районный суд Ярославской области в составе председательствующего судьи Шашкина Д.А., с участием государственного обвинителя ст. помощника Переславского межрайонного прокурора Бурова А.В., потерпевшей <Т.>, ее представителя адвоката Миронова А.А., подсудимого ФИО1, его защитника адвоката Гаркавенко В.И., предоставившего удостоверение <номер скрыт> и ордер <номер скрыт> от 17.03.2023 г., при секретаре Леонтьевой Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в обычном порядке уголовное дело в отношении:

ФИО1, <персональные данные скрыты>, несудимого;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.«б» ч.4 ст.264 УК РФ, содержащегося под стражей с 01.11.2022 г. (т.1 л.д.71, 95);

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил в г. Переславль-Залесский Ярославской области нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть <А.>, сопряженное с оставлением места его совершения, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 10 час. 00 мин. до 10 час. 40 мин. 23.10.2022 г. ФИО1 управляя технически исправным автомобилем «Лада 211540 LADA SAMARA» государственный регистрационный знак <номер скрыт>, и двигаясь у дома №30«б» по ул. Магистральной г. Переславль-Залесский Ярославской области в сторону ул. Свободы со скоростью 63 км/час, в нарушение абз.1 п.10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23.10.1993 г. №1090 (далее ПДД РФ) вел транспортное средство со скоростью, не обеспечивающей ему возможности постоянного контроля за движением автомобиля для выполнения требований Правил, не учитывая при этом дорожные условия, в частности, наличие впереди нерегулируемого пешеходного перехода, обозначенного дорожными знаками 5.19.1 и 5.19.2 «Пешеходный переход» Приложения 1 к ПДД РФ «Дорожные знаки», и дорожной разметкой 1.14.1 «Зебра», предполагающего возможное появление пешеходов в указанном месте на проезжей части, в нарушение п.14.1 ПДД РФ, обязывающих водителя транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть для осуществления перехода, не принял своевременных мер к снижению скорости и не смог применить требуемые навыки управления, обеспечивающие безопасность движения, не уступил дорогу пешеходу <А.>, переходившей проезжую часть дороги справа налево по ходу его движения по нерегулируемому пешеходному переходу, и произвел на нее наезд передней частью автомобиля. После этого ФИО1 в нарушении п.2.5 ПДД РФ не исполнил обязанности водителя при дорожно-транспортном происшествии немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию, а также не принял меры для оказания первой помощи пострадавшей, не вызвал «Скорую медицинскую помощь» и не сообщил о случившемся в полицию, на том же указанном автомобиле с места дорожно-транспортного происшествия скрылся. В результате наезда автомобилем под управлением ФИО1 пешеходу <А.> по неосторожности была причинена сочетанная тупая травма головы, позвоночника, туловища и конечностей: травма головы в виде участков осаднений (2) и ран (2) на волосистой части головы, обширного кровоизлияния в мягких тканях головы, ссадин (3) на лице слева; травма позвоночника в виде разрыва межпозвонкового соединения 1-го шейного и 2-го шейного позвонков с нарушением целостности спинномозгового канала, с повреждением оболочек и вещества спинного мозга, с окружающим его кровоизлиянием; травма туловища в виде переломов левых 1-5 ребер по ключичной линии и 1-4 ребер по лопаточной линии с повреждением пристеночной плевры на уровне переломов, кровоизлияний под легочной плеврой, повреждения нижней доли левого легкого, левостороннего гемо-пневмоторакса (кровь и воздух в левой плевральной полости); травма конечностей в виде закрытого оскольчатого перелома обеих костей левой голени в средней трети, ссадин (2) на левом бедре и кровоподтека (1) на левой голени, раны (1) левом плече, ссадин (3) на левом предплечье, кровоподтеков на правом плече (1) и правом предплечье (1), кровоподтеков (4) на правой нижней конечности, которая (травма) осложнилась травматическим отеком спинного мозга, травматическим гемопневмотораксом, что и явилось непосредственной причиной смерти <А.> Данное повреждение (сочетанная травма) в соответствии с п.6.1.6, 6.1.10 Медицинских критериев определение степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утверждены Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г №194н, Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 г. №522, вызывает вред здоровью опасный для жизни человека, как создающий непосредственно угрозу для жизни, и по этому признаку причиненный <А.> вред здоровью относится к тяжкому. Между нарушениями ФИО1. абз.1 п.10.1 и п.14.1 ПДД РФ и наступлением смерти <А.>, имеется причинно-следственная связь.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 с предъявленным обвинением согласился и вину в совершении преступления признал полностью, при этом относительно обстоятельств происшедшего ФИО1 в суде показал, что 22.10.2022 г. около 16 часов он встретился со своим знакомым <Г.>, тот подъехал к его дому на своем автомобиле ВАЗ-2115. Далее по предложению <Г.> они приехали к его брату <Л.> на ул. Строителей и там вместе распивали пиво. Пообщавшись, примерно через 3 часа он собрался к своему брату <Е.>, <Г.> попросился с ним, чтобы там переночевать, и они с ним в 21 час прибыли к его брату <Е.>. Там они играли в видео-игры, около в 22 час. он лег спать, а рано утром его разбудил <Г.> и попросил отвезти его в д. Княжево к их общему знакомому <М.>. Он согласился, выпил кофе, около 6 часов утра они с <Г.> прибыли к <М.>, после чего там они вместе общались, с <М.> вдвоем они пили чай, а <Г.> пил пиво. Через 2 часа он сказал <Г.>, что ему необходимо выезжать в г. Сергиев-Посад, они с ним собрались и поехали обратно в город. Он в состоянии опьянения не находился, имел опыт управления автомашиной <Г.>, так как тот ранее ему управлять его автомашиной давал, в целом автомашина <Г.> была исправна, за исключением установленных зимних шин, тормоза также работали исправно. В начале 11 часа они приехали на ул. Строителей, он сходил к своему брату и забрал вещи, вернулся к машине <Г.>, и они с ним поехали к нему домой на <адрес скрыт>. Выехав с ул. Строителей, на перекрестке при зеленом свете светофора он повернул направо на ул. Магистральную, двигался со скоростью около 40 км/час, а проехав около 200 м., он на расстоянии примерно 6-7 м. от автомобиля увидел пешехода, одетого в темный пуховик или плащ с накинутым, как ему показалось, на голову капюшоном. Пешеход не смотря на наличие тротуара шел по правой стороне проезжей части дороги, двигался от автобусной остановки в попутном с ним направлении, был обращен к нему спиной. Далее примерно за 1 м. до нерегулируемого пешеходного перехода, не поворачивая головы и не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств, пешеход неожиданно для него резко изменил свое направление движения, повернул налево и начал переходить проезжую часть дороги прямо под его движущийся автомобиль, шел быстро, при этом расстояние до пешехода оставалось примерно 3-4 м. Он сразу применил экстренное торможение, но расстояния остановиться не хватило и во время торможения, когда пешеход успел от края проезжей части пройти пару шагов не более 1 м., произошел удар в пешехода. Он, не имея технической возможности избежать ДТП, управляемым им автомобилем ВАЗ-2115 совершил наезд на пешехода передней правой стороной, после чего пешеход попал под автомобиль. Сразу после этого двигавшийся вслед за ним сзади автомобиль «такси» также применил экстренное торможение и стал ему сигналить. Он полностью остановил свою машину, но из-за постоянных звуковых сигналов таксиста и испуганного крика <Г.>, испытывая нервно-психологические перегрузки, а также предполагая, что человек остался жив, проявил малодушие и покинул место ДТП. Скрываться он не хотел, рассчитывал, что придет к пострадавшему в поликлинику. Он проехал по ул. Магистральной около 1 км., после чего из машины ушел, при этом он проходил мимо места ДТП, там увидел толпу людей, подходить побоялся и ушел домой. Далее через Интернет он узнал, что пешеходом оказалась женщина и та скончалась, после чего он, обратившись за юридической помощью, сам явился в отдел полиции, где заявил явку с повинной.

В подтверждение вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления суду были представлены и исследованы в судебном заседании следующие доказательства.

Так, потерпевшая <Т.> в суде показала, что ее мать <А.> проживала в г. Переславль-Залесский одна, она, проживая в г. Москве, ее раз в три месяца навещала, а в основном звонила ей по телефону почти каждый день. Как то мать перестала отвечать на звонки, а после этого 23.10.2022 г. она созвонилась с ней, та сообщила что были проблемы с телефоном. После этого ей позвонила ее дочь и сообщила, что мать попала в ДТП и находится в больнице. Она около 10 час. 20 мин. дозвонилась до больницы и ей сообщили, что ее мать скончалась от травм. После прибытия в больницу ей передали вещи, в которых была одета мать, среди которых были плащ или пальто синего цвета и шапка-берет зеленого цвета. Об обстоятельствах ДТП узнала позже от следователя.

Свидетель <Г.> в суде показал, что знаком с 2004 г. со ФИО1, поддерживал с ним дружеские отношения. 22.10.2022 г. они встретились со ФИО1, далее они сидели у его брата и до 23 часов пили вместе пиво, потом пошли к брату ФИО1 <М.>, там он еще выпил пиво и уснул. Проснулся он под утро на другой день и они со ФИО1 решили поехать в д. Княжево. Как они сели в автомашину, он не помнит, помнит, что поехали на его автомашине ВАЗ-2115, за рулем с его разрешения был ФИО1, он ему ранее управлять его автомашиной давал, сам он в автомашине сидел пассажиром. Автомашина у него была исправна, он ее обслуживал сам, стоп-сигналы работали, на колесах были зимние шины. Он помнит, как они проехали через с. Городище, приехали под утро в д. Княжево, там они посидели, он пил пиво, Стряпунин спиртное не употреблял, далее решили поехать обратно. Сам он находился в состоянии опьянения, о наличии опьянения у ФИО1 не замечал. Около 10 часов они выехали из д. Княжево, приехали в г. Переславль-Залесский, там проехали по ул. Менделеева, после кругового движения повернули направо, проехали прямо светофор, двигались со скоростью около 50-60 км/ч, которую он определил по движению относительно окружающей обстановки. Когда они подъезжали к пешеходному переходу, то примерно за 10 м. до него он увидел, что по пешеходному переходу идет женщина. Женщина была одета в пальто и шапку, проходила как раз примерно в 1,5 м. от края проезжей части, шла непосредственно по пешеходному переходу, шла справа налево и была к автомашине боком, их не замечала, так как шла не останавливаясь. ФИО1 в этот момент женщину не видел, на что-то отвлекся, он ему закричал про пешехода и тормозить, тот за 5 м. до пешеходного перехода стал тормозить, но поздно, остановиться не успел, и они передней частью автомашины женщину сбили, когда она была в 2 м. от края проезжей части. От удара женщина перелетела через капот и упала, ФИО1 выругался нецензурно, сказал, что нужно уезжать, и они, не остановившись, продолжили движении и проехали дальше. Проехав далее около 300 м., они завернули налево в проулок, и во дворе у банкетного зала вне видимости места ДТПостановились, где ФИО1 забрал свою сумку и молча ушел. Он позвонил своему брату, сказал, что ФИО1 был за рулем его автомашины и они сбили женщину, просил, чтоб тот пришел. После того, как он дождался брата, они с ним пошли к месту ДТП, там уже были сотрудники ГИБДД и он им о причастности к ДТП сообщил. Автомашина у него после ДТП получила повреждения передней части, был помят капот и сломан бампер.

В связи с противоречиями в суде были оглашены показания <Г.>, данные им в ходе предварительного расследования (т.1 л.д.45-47), из которых следует, что ранее он указывал, что ДТП произошло на ул. Магистральная возле дома №30«б», где пешеходный переход, а скорость их автомобиля на тот момент была около 70 км/час.

Достоверность данных показаний <Г.> в суде не отрицал, указав, что скорость автомобиля оценивал по окружающей обстановке, на спидометр не смотрел, поэтом, давая показания ранее, скорость оценил в 70 км/ч, а в суде оценивает в 50-60 км/ч, что считает более правильным.

Свидетель <Л.> в суде показал, что его брат <Г.> в один из дней около 10-11 часов позвонил ему и сказал, что ФИО1 сбил женщину и ушел от него. Он выяснил у брата, что тот находится в районе старой проходной, направился к нему по пути встретил ФИО1, тот был в шоке, признаков опьянения у него не видел, спросил у него о случившемся и тот сказал, что женщину сбил его брат. Также он проходил мимо самого места ДТП, видел, что там находятся сотрудники ГИБДД и скорая медицинская помощь. Далее он пришел к брату, описал место, где видел скорую и полицию, и брат подтвердил, что их ДТП произошло там. Затем они с ним пошли на место ДТП, где сотрудникам полиции брат рассказал, что ДТП произошло с участием его автомашины, после чего с сотрудниками ГБДД брат уехал показать его автомашину. За день до этого брат и ФИО1 были у него в гостях, приехали вечером на автомашине брата ВАЗ-2115 серебристого цвета. У него дома они вместе выпивали спиртные напитки, пили пиво, пробыли брат и ФИО1 у него около 4 часов, и около 23 часов уехали. Ему известно, что брат ранее давал Стряпунину свою автомашину управлять ей, при том неоднократно.

Свидетель <С.> в суде показал, что в один из дней 2022 г. около 10 часов он двигался на своем автомобиле по ул. Магистральная от магазина «Железяка» в сторону АО «Славич», и при движении в горку на прямом участке дороги, не доезжая имевшегося там пешеходного перехода около 20 м., увидел, как по пешеходному переходу идет женщина, а движущийся на встречу автомобиль ВАЗ-2115 передней частью произвел на нее наезд. Как женщина подходила к пешеходному переходу, он не видел, с какого направления двигалась точно не помнит, увидел уже, как женщина находится на пешеходном переходе, движется по нему и проходила как раз примерно середину полосы движения, по которой ехала автомашина. Автомашина наехала на пешехода передней частью, от чего пешеход отлетел вперед и упал, потом автомашина стала тормозить, но не остановилась, продолжила движение, проехала по пешеходу, от чего у нее дале подпрыгнула задняя часть, и далее автомашина уехала. Он видел, что в той автомашине находилось двое мужчин водитель и пассажир, но лиц не разглядел. Он остановился, вызвал полицию и скорую помощь, подходил к пострадавшему пешеходу, женщина была без сознания, одета была в темное пальто и темную шапку, в руках до этого несла пакеты с продуктами, которые на дороге рассыпались. Скорость движения автомашины в момент наезда была по его мнению около 40-50 км/ч, что он оценил в том числе в последующем по следам торможения. След торможения как он видел на месте ДТП, начинался от пешеходного перехода, далее был протяженностью примерно 6 м. и заканчивался, где женщина как раз упала.

Свидетель <И.> в суде показала, что в один из дней осени 2022 г. ехала пассажиром на автомобиле такси белого цвета фирмы «Зеленоглазое такси», сидела на заднем пассажирском сиденье. Около 10 часов, когда они проезжали по ул. Магистральная, то двигались позади автомашины серого цвета пятнадцатой модели, расстояние между ними было около 10-20 м., ехали друг за другом со скоростью примерно 60-70 км/ч., та автомашина двигалась ровно, ничего необычного. Далее она увидела, как от впереди идущей автомашины со стороны водителя полетело что-то темное, как ей показалось колесо, это же видимо увидел и водитель такси, так как сразу стал тормозить, для него происшедшее было неожиданно и затормозил тот резко. Они остановились у обочины, водитель такси сказал, что та автомашина сбила женщину. Она подбежала к пострадавшей, та была одета в черную куртку и штаны, была еще жива, находилась в сознании, ей вызвали скорую помощь, по приезду сокрой помощи женщину увезли, а спустя два часа через Интернет она узнала, что женщина скончалась. Непосредственно как передвигалась женщина перед наездом на нее, она не видела, видела только, что это было на пешеходном переходе, а после наезда женщина оказалась лежащей далее за пешеходным переходом примерно в 10 м., находилась на полосе их же движения. Применял ли водитель автомашины, которая совершила наезд, торможение, она не видела, но та автомашина не останавливалась и с места происшествия сразу уехала.

Свидетель <В.> в суде показал, что в один из дней октября 2022 г. он, работая на автомашине «Ниссан Альмера» в качестве такси, примерно в середине дня забрал клиента с ул. 50 лет Комсомола и повез его на ул. Менделеева, пассажир сидел на заднем сиденье. Проезжая по ул. Магистральная, они остановились на светофоре, он видел как слева с ул. Строителей на перекрестке выехал автомобиль ВАЗ-2115 темного цвета, тот проезжал практически на желтый сигнал светофора, повернул направо, тут же для него загорелся зеленый сигнал светофора, он начал движение, и, двигаясь прямо, ту автомашину практически сразу за перекрестком догнал и далее двигался сзади нее на расстоянии примерно 30 м. Видимость была хорошая, дорога была прямая, скорость движения впереди идущей автомашины была одинаковой, как и скорость его автомашины, и составляла 70-75 км/ч, что он видел по своему спидометру. Далее, приближаясь к пешеходному переходу, за 150-200 м. он увидел пешехода. Это была женщина, которая в тот момент шла обычным шагом от тротуара к проезжей части и находилась слева на обочине. Далее перед выходом на пешеходный переход женщина посмотрела в их сторону, автомашину видела, но почему-то не остановилась, начала движение и сразу пошла по пешеходному переходу справа налево. В тот момент от пешехода до движущейся впереди него автомашины расстояние составляло около 20-25 м., и затем впереди двигавшаяся автомашина своей передней частью совершила на пешехода наезд. Он понял, что тот водитель отвлекся и пешехода просто не заметил, так как пешехода было видно хорошо. В момент наезда пешеход находился на пешеходном переходе уже примерно на средине их полосы движения. Далее, как ему показалось, только после наезда на пешехода тот автомобиль стал тормозить, об этом он понял по загоревшимся сигналам торможения, и потом было замедление автомашины. Женщина от удара подлетела, упала на капот автомашины, немного проехала на нем и упала на дорогу. Автомашина при торможении снизила скорость примерно до 10 км/ч, и далее, не останавливаясь, продолжила движение с набором скорости, проехала по женщине, и сразу с места уехала и скрылась. Он остановил свою автомашину, подходил к пострадавшей, та была одета в пальто коричневого цвета, тут же была сумка с продуктами, была вызвана скорая помощь и он ее дождался.

Из оглашенных в суде в связи с неявкой показаний свидетеля <М.>, данных им в ходе предварительного расследования (т.1 л.д.143-144) следует, что 23.10.2022 г. утром около 06 часов к нему на дачу в д. Княжево приехали его знакомый, известный ему под именем «Игорь», который был на своем автомобиле ВАЗ-2115 серого цвета, и с ним был другой его знакомый ФИО1, привезли пиво и далее у него пиво вместе выпивали. Затем он собрался за грибами поехал в лес на своем автомобиле Волга, а ребята поехали с ним на своей автомашине ВАЗ-2115, при это за рулем находился ФИО1. В лесу они находились около часа, после чего он поехал домой, а ребята поехали в сторону г. Переславль-Залесский. Примерно в обеденное время он позвонил «Игорю» и тот ему сказал, что произошло ДТП наезд на пешехода, а впоследствии он узнал, что ФИО1, находясь за рулем автомобиля ВАЗ-2115, совершил наезд на пешехода, от чего последний скончался.

Согласно сообщениям в ОМВД России по городскому округу г. Переславль-Залесский от 23.10.2022 г. в 10 час. 37 мин. от <С.> поступили сведения о ДТП, происшедшем на ул. Магистральная г. Переславль-Залесский в районе дома №30б, в ходе которого автомобиль ВАЗ-2115 зеленого цвета сбил женщину пешехода (т.1 л.д.4), в 12 час. 05 мин. поступили сведения от врача ГБУЗ ЯО Переславская ЦРБ ФИО2 о доставлении в медицинское учреждение <А.> с травмой: ушиб головы ЗЧИТ, СГМ, передом костей таза (т.1 л.д.5), а в 13 час. 17 мин. поступили сведения от врача реанимации ГБУЗ ЯО Переславская ЦРБ ФИО3 о том, что <А.> от полученной в ДТП травмы скончалась (т.1 л.д.6).

Согласно протоколу осмотра места дородно-транспортного происшествия от 23.10.2022 г. с прилагаемыми к нему схемой и фототаблицей зафиксирована обстановка на участке местности, расположенной у дома №30«Б» по ул. Магистральной г. Переславль- Залесский Ярославской обл., отражено, что ДТП произошло на проезжей части в месте расположения нерегулируемого пешеходного перехода, обозначенного соответствующей дорожной разметкой 1.14.1 и дорожным знаком 5.19.1 Приложений к ПДД РФ, зафиксировано наличие следов крови на полосе движения на расстоянии 15,1 м. далее соответственно направлению движения от зоны пешеходного перехода, наличие следа торможения протяженностью 20 м., начинающегося в 9,3 м. до пешеходного перехода и заканчивающегося в 7,4 м. после него, установлено направление движения пешехода справа налево и место наезда на пешехода на правой полосе движения на пешеходном переходе. Транспортных средств на месте ДТП по результатам осмотра не зафиксировано, при том в протоколе имеются сведения об осмотре автомобиля ВАЗ-21154 государственный регистрационный знак <номер скрыт>, фиксации наличия на нем повреждений бампера, решетки радиатора, лобового стекла, и также следов, похожих на кровь, на передней части бампера справа (т.1 л.д.7-10, 13-19).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 23.10.2022 г. с прилагаемой фототаблицей зафиксирована обстановка на участке местности возле д.26 по ул. Магистральная г. Переславль-Залесский Ярославская обл., где находился автомобиль «Лада 211540 LADА SAMARA» государственный регистрационный знак <номер скрыт>, зафиксировано наличие у него повреждения в виде вмятин на капоте спереди, повреждения переднего бампера, сам автомобиль не заперт и ключи находятся в замке зажигания, а также отражено изъятие самого автомобиля и ключей от него, одной дактилопленки со следами рук и оплетки с рулевого колеса автомобиля (т.1 л.д.36-44).

Согласно свидетельству о регистрации транспортного средства серии 76 55 №191590 автомобиль «Лада 211540 LADA SAMARA» государственный регистрационный знак <номер скрыт> на праве собственности принадлежит <Г.> (т.1 л.д.52-53).

Согласно протоколам осмотра предметов от 21.12.2022 г. и от 12.01.2023 г. с прилагаемыми фототаблицами зафиксированы внешний вид и состояние изъятых по делу: автомобиля «Лада 211540 LADA SAMARA» государственный регистрационный знак У7480Н76, ключей от автомобиля, водительского удостоверения на имя <Г.>, свидетельства о регистрации ТС, страхового полиса <номер скрыт> (т.1 л.д.111-117); дактилопленки со следами рук, оплетки с рулевого колеса (т.1 л.д.122-128).

Согласно заключению эксперта №36/311 от 28.12.2022 г. <А.> причинена сочетанная тупая травма головы, позвоночника, туловища и конечностей: травма головы в виде участков осаднений (2) и ран (2) на волосистой части головы, обширного кровоизлияния в мягких тканях головы, ссадин (3) на лице слева; травма позвоночника в виде разрыва межпозвонкового соединения 1-го шейного и 2-го шейного позвонков, с нарушением целостности спинномозгового канала, с повреждением оболочек и вещества спинного мозга, с окружающим его кровоизлиянием; травма туловища в виде переломов левых 1-5 ребер по ключичной линии и 1-4 ребер по лопаточной линии с повреждением пристеночной плевры на уровне переломов, кровоизлияний под легочной плеврой, повреждения нижней доли левого легкого, левостороннего гемо-пневмоторакса (кровь и воздух в левой плевральной полости); травма конечностей в виде закрытого оскольчатого перелома обеих костей левой голени в средней трети, ссадин (2) на левом бедре и кровоподтека (1) на левой голени, раны (1) левом плече, ссадин (3) на левом предплечье, кровоподтеков на правом плече (1) и правом предплечье (1), кровоподтеков (4) на правой нижней конечности, которая (травма) осложнилась травматическим отеком спинного мозга, травматическим гемопневмотораксом, что и явилось непосредственной причиной смерти <А.> Данное повреждение (сочетанная травма) в соответствии с п.6.1.6, 6.1.10 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г. №194н, Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 г. №522, вызывает вред здоровью опасный для жизни человека, как создающий непосредственно угрозу для жизни, и по этому признаку причиненный вред здоровью относится к тяжкому. Таким образом, между обнаруженным повреждением (сочетанная травма) и наступлением смерти, имеется прямая причинная связь. Обнаруженное повреждение (сочетанная травма) образовалось прижизненно, посмертных повреждений на трупе не обнаружено, в результате воздействий травмировавшего предмета (предметов), характерные особенности которого (которых) в повреждениях не отобразились, в область головы, туловища и конечностей. Обнаруженное повреждение (сочетанная травма) образовалось за небольшой промежуток времени до момента наступления смерти (минуты, десятки минут). Смерть <А.> наступила в реанимационном отделении ГБУЗ ЯО «Переславская ЦРБ» в 13 час. 00 мин. 23.10.2022 г. При судебно-химическом исследовании крови и почки из трупа <А.> газохроматографическим методом этиловый спирт не обнаружен (т.1 л.д.154-157).

Согласно заключениям эксперта №317 от 29.10.2022 г. и №368 от 12.12.2022 г. след пальца руки на дактилопленке, изъятой при осмотре автомобиля «Лада 211540 LADА SAMARA» государственный регистрационный знак <номер скрыт>, пригоден для идентификации личности и оставлен средним пальцем левой руки ФИО1 (т.1 л.д.160-163, 183-187).

Согласно заключениям эксперта №71-1383 от 09.11.2022 г. и №71-1594 от 27.12.2022 г. на представленной на исследование оплетке с рулевого колеса выявлен пот, смешанные следы которого произошли от ФИО1 и <Г.> P.M. (т.1 л.д.169-180, 190-199).

Согласно протоколу явки с повинной от 01.11.2022 г. ФИО1 добровольно сообщил о том, что 23.10.2022 г. около 10 час. 30 мин. он, управляя принадлежащим <Г.> автомобилем «Лада 2115» и проезжая в районе дома №30б по ул. Магистральной г. Переславль-Залесский, совершил наезд на женщину, которая шла справа сначала вдоль проезжей части по обочине и затем неожиданно для него вышла на проезжу часть. Он принял меры к экстренному торможению, но из-за неожиданности выхода женщины на проезжу часть не смог остановить автомобиль. Сразу после ДТП, испытывая стресс, поэтому с места ДТП уехал (т.1 л.д.70).

Согласно заключению эксперта №911/2-1-13.1 и №1143/2-1-23 от 08.09.2023 г. при длине тормозного следа 20 м. скорость движения а/м Лада 121540 LADA SAMARA государственный регистрационный знак <номер скрыт> (далее по тексту а/м Лада) на момент начала торможения (с учетом остановки автомобиля в процессе следообразования) составляла 62 км/ч., а при условии снижения скорости в процессе торможения до значения 10 км/ч, скорость движения автомобиля перед началом торможения составляла 63 км/ч. Скорость движения пешехода - женщины возрастной группы 61-70 лет в темпе движения спокойным шагом составляет 3,07...4,01 км/ч., путь, пройденный в пределах пешеходного перехода до места наезда, составлял 2,05 м., таким образом, время движения пешехода по пешеходному переходу до места наезда составило 2,40...1,84 с соответственно значениям скорости движения пешехода 3,07...4,01 км/ч. В сложившейся дорожной ситуации водитель автомобиля Лада дол¬жен был руководствоваться требованиями п. 10.1, 10.2, 14.1 ПДД, и в действиях водителя, осуществлявшего движение со скоростью более 60 км/ч, усматривается несоответствие требованиям п.10.1 абз.1 и п.10.2 ПДД (пре¬вышение ограничения скорости, установленного для условий движения в населенном пункте). После совершения наезда на пешехода (ДТП) водитель должен был выполнить требования п.2.5 и п.2.6 ПДД. Удаление автомобиля Лада передней частью от места наезда в момент возник¬новения опасности для движения при скорости движения автомобиля 62...63...70 км/ч составляло 39,5...40,2...45,2 м при времени нахождения пешехода в опасной зоне 2,40 с (скорость пешехода 3,07 км/ч) и соответственно 29,8...30,4...43,3 м - при времени на¬хождения пешехода в опасной зоне 1,84 с (скорость пешехода 4,01 км/ч). Остановочный путь автомобиля Лада в данных дорожных условиях при скоро¬стях движения 62...63...70 км/ч составлял 35,3...36,2...42,8 м соответственно, в случае движения автомобиля со скоростью 60 км/ч (максимальной допустимой в населенном пункте - п.10.2 ПДД) величина остано¬вочного пути составила бы 33,6 м. При времени нахождения пешехода в опасной зоне 2,40 с (соответственно скорости движения пешехода 3,07 км/ч) у водителя а/м имелась техническая возмож¬ность при скоростях движения 62...63...70 км/ч остановить автомобиль в пределах рас¬стояния удаления и этим предотвратить наезд на пешехода, и в этом случае в действиях водителя а/м Лада будет усматриваться несоответствие требованиям п.10.1 и п.14.1 ПДД. При времени нахождения пешехода о опасной зоне 1,84 с (соответственно скорости движения пешехода 4,01 км/ч) у водителя а/м отсутствовала техническая воз¬можность остановить автомобиль в пределах расстояния удаления и этим предотвра¬тить наезд на пешехода, и в этом случае несоответствия требованиям п.10.1 абз.2 ПДД и п.14.1 ПДД в действиях водителя усматриваться не будет. Поскольку все используемые в расчетах значения скорости автомобиля Лада 62...63...70 км/ч превышают максимальное допустимое значение скорости, то при сравнении значения удаления автомобиля от места наезда (So) при времени нахождения пешехода в опасной зоне 1,84 с. с величиной остановочного пути при скорости движения 60 км/ч (максимальной допустимой в населенном пункте) составляет 33,6 м., и из сравнения видно, что при скорости 70 км/ч величина удаления 34,3 м позволяла водителю в случае его движе¬ния со скоростью 60 км/ч предотвратить наезд на пешехода (превышение скорости движения, допущенное водителем в таком случае состояло в причинной связи с фактом ДТП), а в ситуации при удалении, соответствующем скоростям 62 и 63 км/ч, у во-дителя отсутствовала бы техническая возможность предотвратить наезд и при скорости 60 км/ч (превышение скорости движения не состояло в причинной связи с фактом ДТП). В обстановке, предшествовавшей происшествию, пешеход <А.> должна была руководствоваться требованиями п.4.3 и п.4.5 ПДЦ, и в действиях пешехода <А.> несоответствия требованию п.4.3 ПДД не усматривается, т.к. она пересекала проезжую часть по пешеходному перехо¬ду, однако, усматривается несоответствие требованию п.4.5 ПДД, т.к. пешеход не убе¬дилась в безопасности своего перехода. Для разгона с 0 км/ч до скорости движения 62... 63...70 км/ч автомобилю Лада требовалось расстояние порядка 69,1... 71,3... 88,1 м соответственно (т.2 л.д.206-217).

Оценив указанные доказательства суд признает их допустимыми, достоверными, а в своей совокупности и достаточными для признания ФИО1 виновным в совершении преступления при указанных выше в описательной части приговора обстоятельствах. За основу в этом суд берет результаты осмотра места ДТП с показаниями свидетеля <Г.>, из которых в совокупности следует, что ФИО1, управляя принадлежащим <Г.> автомобилем, при движении по ул. Магистральная совершил наезд на пешехода <А.>, переходящую проезжую часть по нерегулируемому пешеходному перехода, в результате чего пешеходу <А.> была причинена травма.

В частности, то, что ДТП имело место с участием автомобиля, принадлежащего <Г.>, и что на момент ДТП автомобилем управлял именно ФИО1, следует из показаний свидетеля <Г.> о том, что управление своим автомобилем он передал именно ФИО1, с которым проводил время накануне ДТП и которому ранее управлять своим автомобилем доверял, и что при движении по ул. Магистральной г. Переславль-Залесский на момент ДТП за рулем автомобиля находился ФИО1, а сам он был пассажиром. Оснований не доверять в этом <Г.> в этом суд не усматривает, такие его показания логичны, последовательны, дополнительно подтверждаются показаниями свидетеля <Л.> о том, что непосредственно после ДТП <Г.> позвонил ему и, сообщая о наезде на пешехода своим автомобилем, указал о ФИО1, как виновнике ДТП, показаниями свидетеля <М.> о том, что накануне ДТП, когда <Г.> и ФИО1 приезжали на автомобиле к нему, то автомобилем управлял именно ФИО1, результатами осмотра автомобиля <Г.> и фактом фиксации на нем технических повреждений, заключениями дактилоскопической и генетической экспертиз о наличии на оплетке рулевого колеса, изъятого с автомобиля <Г.>, следа пальца руки и пота ФИО1. Показаниям <Г.> об управлении автомобилем на момент ДТП Стряпуниным соответствуют и собственные показания подсудимого ФИО1 в суде, признавшего факт управления принадлежащим <Г.> автомобилем в поездке вплоть до дорожно-транспортного происшествия. Не доверять показаниям ФИО1 у суда оснований также нет, признаков самооговора в них суд не усматривает, его показания логичны, даны подробно с указанием маршрута поездки, обстоятельств передвижения к месту ДТП и о самом ДТП, дополнительно подтверждаются его же явкой с повинной, в деталях согласуются с показаниями того же <Г.>.

Механизм дорожно-транспортного происшествия и то, что оно произошло в связи с наездом автомобиля под управлением ФИО1 на пешехода <А.>, подтверждается результатами осмотра места ДТП с прилагаемыми к нему схемой и фототаблицей, которым зафиксировано, что место ДТП находится на проезжей части ул. Магистральной г. Переславль- Залесский в районе дома №30«Б» в месте, где расположен нерегулируемый пешеходный переход, обозначенный соответствующими дорожной разметкой и дорожным знаком, и в которых отражено, что место наезда автомобилем на пешехода находится на самом пешеходном переходе. Дополнительно факт наезда автомобилем под управлением ФИО1 на пешехода <А.> на пешеходном переходе подтверждается показаниями того <Г.> и в качестве свидетелей иных сторонних очевидцев ДТП <С.> и <В.>, указавших, что наезд автомобилем на пешехода имел место при движении последнего именно по пешеходному переходу и именно тогда, когда пешеход по пешеходному переходу проезжую часть пересекал на участке в районе середины полосы движения автомобиля под управлением ФИО1. Оснований не доверять показаниям названных свидетелей суд не находит, они согласуются друг с другом и с результатами осмотра места ДТП и им соответствуют выводы проведенной по делу автотехнической судебной экспертизы. При совокупности данных доказательств доводы ФИО1 о том, что место наезда на пешехода установлено неверно, суд признает несостоятельными, а к его показаниям в суде о том, что пешеход вышел на проезжую часть не доходя пешеходного перехода и находился в его начале, суд относится критически, признает их недостоверными и расценивает, как способ защиты.

Оценивая остальные выводы проведенной по делу автотехнической экспертизы, суд отмечает следующее.

Так, из произведенных при указанной экспертизе на основании результатов осмотра места ДТП расчетов скорости движения автомобиля под управлением ФИО1 до момента ДТП и с учетом показаний свидетелей <Г.>, <С.> и <В.> о том, что автомобиль после наезда на пешехода не остановился, а, снизив скорость, вновь ее стал набирать и с места ДТП уехал, и при том с учетом показаний свидетеля <В.> о величине остаточной скорости движения автомобиля под управлением ФИО1 после торможении в 10 км/ч, суд в соответствии с заключением автотехнической экспертизы признает установленным, что скорость движения автомобиля ФИО1 до ДТП на момент выявления на пешеходном переходе пешехода составляла 63 км/ч. Оснований не доверять данным выводам заключения экспертов вопреки доводам стороны защиты суд не находит, экспертиза была проведена в государственном экспертном учреждении экспертами соответствующей специализации, имеющими значительный стаж экспертной работы, при экспертизе использовались соответствующие методики, расчеты экспертов основывались на полных материалах уголовного дела, включая данные о характеристиках автомобиля и его техническом состоянии на момент ДТП, в том числе и характере шин, что было указано в протоколе осмотра места ДТП. Названные выводы экспертов соответствуют результатам исследования и произведенных в ходе него расчетам, которые указаны в описательной части заключения экспертов. Обоснованность примененных методов исследования и правильность произведенных экспертами расчетов сомнений у суда не вызывают. В связи с этим основания для признания данного заключения автотехнической экспертизы недопустимым доказательством вопреки доводам подсудимого не имеется.

Названным выводам заключения эксперта об определении скорости движения автомобиля под управлением ФИО1 в целом соответствуют показания свидетелей <Г.>, <И.>, <В.>, оценивших скорость движения автомобиля под управлением ФИО1 до ДТП в значениях от 60 до 70 км/ч. Оснований не доверять таким показаниям названных свидетелей вопреки доводам подсудимого суд также не находит, каждый из свидетелей указал условия, по которым они оценивали скорость движения автомобиля под управлением ФИО1, при том такая оценка была с разных сторон – <Г.> из салона самого автомобиля, а <И.> и <В.> из автомобиля последнего, следовавшего сзади автомобиля ФИО1, и такая оценка значения скорости у свидетелей между собой в среднем совпала. Существенных противоречий, которые ставили под сомнение показания названных свидетелей, судом не установлено, указанные подсудимым сомнения относительно показаний <В.> о движении его и ФИО1 автомобилей на перекрестке до ДТП, значения по делу не имеют, и ни как не влияют показания <В.> о том, что он впереди движущийся автомобиль догнал и, двигаясь с ним с одной скоростью, явился очевидцем ДТП, чему также соответствуют и показания <И.>. При этом свидетели <И.> и <В.> в деле не заинтересованы, являлись случайными очевидцами со стороны. Доводы подсудимого о предвзятости к нему <В.> несостоятельны, между собой они не знакомы и отношений не имели, указанные подсудимым обстоятельства о личности <В.> также и его заинтересованности в деле не свидетельствуют. <Г.> неприязненных отношений со ФИО1 не имел, наоборот на момент ДТП они находились в дружеских отношениях, мотивов оговора ФИО1 у него не установлено. Показания свидетеля <С.> о скорости движения автомобиля под управлением ФИО1 в 40-50 км/ч показаниям остальных указанных выше свидетелей не противоречат, поскольку данный свидетель наблюдал автомобиль под управлением ФИО1, двигаясь ему на встречу, и скорость автомобиля оценивал ближе к месту ДТП и наезду на пешехода, то есть в процессе, когда ФИО1 уже применялось торможение, а кроме того, как указал сам свидетель, при оценке скорости он преимущественно руководствовался величиной следа торможения, который наблюдал в последующем на месте ДТП, что без специальных познаний сделать сложно. При совокупности названных доказательств к показаниям ФИО1 в суде о скорости движения его автомобиля в 40 км/ч суд относится критически, признает их недостоверными и расценивает, как способ защиты. В связи с этим суд уточняет обвинение ФИО1 относительно установленной скорости движения управляемого им автомобиля именно в 63 км/ч. Данное уточнение обвинения не ухудшает положение подсудного не нарушает его право на защиту, и потому допускается судом.

Кроме того из выводов заключения автотехнической экспертизы видно, что для расчетов оценки возможности ФИО1 при управлении автомобилем предотвратить наезд на пешехода <А.> применением торможения экспертами показатели скорости движения пешехода <А.> ввиду ее смерти были приняты табличные значения с учетом возраста <А.> и темпа движения, которые составляют предел от 3,07 до 4,01 км/ч, и соответственно выводы о возможности ФИО1 при управлении автомобилем предотвратить наезд на пешехода <А.> также сформулированы экспертами применительно к обоим указанным значениям. Поскольку иным путем в связи со смертью <А.> и отсутствии иных доказательств установить точно скорость движения пешехода <А.> невозможно, суд, толкуя все сомнения в пользу подсудимого, берет из выводов заключения автотехнической экспертизы улучшающие положение подсудимого данные о скорости движения пешехода <А.> 4,01 км/ч, при котором время нахождения пешехода в опасной зоне составляло 1,84 с., и руководствуется выводами эксперта о том, что при скорости движения управляемого им автомобиля 63 км/ч ФИО1 в сложившейся дорожной обстановке не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода <А.> путем снижения скорости управляемого им автомобиля, причем не располагал бы такой технической возможностью ФИО1 и в случае движения его автомобиля с разрешенной в населенном пункте скоростью в 60 км/ч. При таких установленных экспертами данных и руководствуясь остальными указанными в заключении экспертов соответствующими выводами, суд признает, что само по себе превышение ФИО1 установленной правилами дорожного движения для населенного пункта, где и имело место ДТП, скорости движения для транспортных средств 60 км/ч, и нарушение этим им требований п.10.2 ПДД РФ в причинной связи происшедшим ДТП, где был произведен наезд автомобилем под управлением ФИО1 на пешехода <А.>, не состоит. В связи с этим суд исключает из обвинения Стряпунина суждения о нарушении им п.10.2 ПДД РФ и суждения о том, что он вел транспортное средство со скоростью, превышающей установленное ограничение.

Вместе с тем, отсутствие у ФИО1 технической возможности предотвратить наезд на пешехода <А.> и избежать ДТП применением торможения не опровергает того, что ФИО1 в сложившейся дорожной обстановке должен был руководствоваться иными указанными в абз.1 п.10.1 ПДД РФ требованиями о том, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью не только непревышающей установленного ограничения, но также должен учитывать иные дорожные условия, как интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, видимость в направлении движения, и скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При том применительно к рассматриваемому ДТП таким требованием ПДД РФ выступает их п.14.1, который обязывает водителя транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу, уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть для осуществления перехода. Из совокупности данных требований правил дорожного движения следует, что при приближении к нерегулируемому пешеходному переходу, на котором пешеход имеет преимущества в движении, водителем скорость управляемого им транспортного средства должны быть избрана таковой, чтоб она позволяла контролировать дорожную ситуацию в любом случае, в том числе учитывать возможность появления пешеходов в зоне пешеходного перехода и выход по нему на проезжу часть. В данном случае обязанность водителя транспортного средства уступить дорогу пешеходу, пересекающему проезжую часть по пешеходному переходу, ставится в зависимость именно от необходимости не создавать помех в его движении. Содержание требования уступить дорогу (не создавать помех) определено в п.1.2 ПДД РФ, в соответствии с которым участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость. Таким образом, устанавливая названную обязанность водителю транспортного средства уступить дорогу пешеходу, начавшему переход по пешеходному переходу, правила дорожного движения требуют от водителя осуществлять постоянный контроль над дорогой, в том числе выбирать такой скоростной режим автомобиля и заранее принимать такие меры, чтобы иметь собственную возможность исполнить требования правил дорожного движения и уступить дорогу такому пешеходу.

По данному делу из установленных по делу фактических обстоятельств о том, что ФИО1 при управлении им автомобилем совершил наезд на <А.> именно на нерегулируемом пешеходном переходе, чем не уступил ей, пользующейся преимуществом в движении, дорогу, а выбранная им скорость движения не обеспечивала ему возможности контроля за дорожной обстановкой и своевременному принятию мер избежания наезда на пешехода <А.>, суд признает, что ФИО1 названные требования абз.1 п.10.1 и п.14.1 ПДД РФ были нарушены, и такие нарушения состоят в прямой причинной связи с дорожно- транспортным происшествием и наступившими в нем для <А.> последствиями.

Обоснованность обвинения в данной части заключение проведенной по делу автотехнической экспертизы вопреки доводам подсудимого и его защитника не опровергает, поскольку эксперты в своих выводах, ссылаясь на отсутствие у водителя автомобиля при скорости 63 км/ч технической возможности избежать наезда на пешехода, указали, что не усматривают несоответствия действий водителя автомобиля требованиям абз.2 п.10.1 и п.10.2 с п.14.1 ПДД РФ. По данному же делу суд, соглашаясь с отсутствием у ФИО1 при управлении автомобилем при скорости 63 км/ч технической возможности избежать наезда на пешехода, исключает нарушение ФИО1 п.10.2 ПДД РФ, что в целом соответствует заключению указанной экспертизы, но в остальном признает доказанным исходя из приведенной выше оценки причинную связь ДТП от нарушения ФИО1 в совокупности требований абз.1 п.10.1 и п.14.1 ПДД РФ

Данному выводу соответствуют также показания <Г.> о том, что при приближении к пешеходному переходу ФИО1 отвлекся и переходящую по пешеходному переходу женщину не заметил, а меры к снижению скорости предпринял только после того, как сам <Г.> ему закричал про пешехода и это было только тогда, когда пешеход уже находился на пешеходном переходе, показания свидетеля <В.> о том, что женщина шла к пешеходному переходу обычным шагом и было хорошо видно издали, как она, пересекая обочину, двигалась от тротуара к пешеходному переходу, а также установленные по делу обстоятельства о том, что ДТП произошло в светлое время суток в нормальных погодных условиях при достаточной видимости, что наезд на пешехода произошел уже в районе середины полосы движения автомобиля под управлением ФИО1, когда <А.> прошла от начала пешеходного перехода 2,05 м. Из таких доказательствах следует, что ФИО1 имел возможность ориентироваться в дорожной обстановке, мог видеть пешеходный переход заранее, мог и должен был предвидеть возможность выхода на него пешехода.

К показаниям ФИО1 в суде о том, что такой возможности не имел, поскольку пешеход шла вдоль проезжей части, и вышла на пешеходный переход быстро и непосредственно перед его автомобилем, суд также относится критически, они опровергаются названными показаниями свидетеля <В.> о движении пешехода обычным шагом и от тротуара к проезжей части прямо. Оснований не доверять данным показаниям <В.> суд не находит, как указано выше, он в деле не заинтересован и являлся случайным очевидцем, таким его показаниям соответствуют те же показания свидетеля <Г.> о том, что со ФИО1 они пешехода увидели только когда тот уже переходил проезжу часть по пешеходному переходу. Сами по себе показания ФИО1 о выходе пешехода на проезжу часть за 3-4 м. перед автомобилем и что пешеход успел преодолеть только 1 м., ни чем не подтверждены, опровергаются помимо показаний названных выше свидетеля также результатами осмотра места ДТП о том, что даже след торможения автомобиля под управлением ФИО1 начинался за 9,3 м. до пешеходного перехода, а также результатами осмотра самого автомобиля о наличии технических повреждений на передней части автомобиля в ее средине. В связи с этим названные показания Стряпунина суд признает также недостоверными и расценивает как способ защиты.

Несоответствие действий <А.> требованиям п.4.5 ПДД РФ, выразившееся в том, что она не убедилась в безопасности своего перехода, что следует в том числе из показаний свидетеля <В.> о том, что женщина перед выходом на пешеходный переход посмотрела в их сторону, приближающуюся автомашину видела, но почему-то, не останавливаясь, сразу пошла по пешеходному переходу, и чему соответствуют выводы заключения автотехнической экспертизы, по мнению суда в причинной связи с происшедшим ДТП не состоит, поскольку указанное требование по сути направлено лишь на обеспечение собственной безопасности пешеходов, оно не ограничивало ее право на преимущественное движение по нерегулируемому пешеходному переходу, и не влияло на необходимость выполнения ФИО1 при управлении автомобилем требования п.14.1 ПДД РФ уступить дорогу пешеходу <А.>.

Характер телесных повреждений у <А.>, степень тяжести причиненного ей вреда здоровью, а также то, что телесные повреждения привели к смерти <А.> и что получены были они именно в результате ДТП, подтверждается заключением судебно - медицинской экспертизы, стороной защиты не оспаривается.

Оставление ФИО1 места ДТП подтверждается результатами осмотра места ДТП о том, что он проводился без участия ФИО1, как участника ДТП, показаниями в качестве свидетелей очевидцев ДТП <С.>, <И.> и <В.> о том, что после наезда на пешехода автомобиль продолжил движение и с места ДТП уехал, результатами осмотра автомобиля <Г.> о том, что тот был обнаружен на участке местности на удалении от места ДТП, показаниями свидетеля <Г.> о том, что после наезда на пешехода ФИО1 высказался, что надо уезжать и, не останавливаясь, продолжил движение на автомобиле, и, заехав в проулок вне видимости места ДТП, ушел, показаниями свидетеля <Л.> о том, что он, следуя к <Г.>, вне места ДТП встретил ФИО1. Самим ФИО1 то, что он оставил место ДТП, то есть совершив наезд на пешехода, продолжил движение и с места ДТП уехал, в суде признается. При этом суд исключает из обвинения Стряпунина суждение о причинно-следственной связи наступления смерти <А.> от нарушения ФИО1 п.2.5 ПДД РФ, поскольку смерть <А.> наступила в результате непосредственно ДТП от полученных в нем травм, а содержащиеся в названном пункте правил дорожного движения требования устанавливают обязанность водителей после совершения ДТП и в связи с ним, и данных о том, что само со себе оставление ФИО1 места ДТП способствовало наступлению смерти <А.> не имеется и суду не представлено.

Действия подсудимого ФИО1 по данному делу органом предварительного расследования квалифицированы и поддержано прокурором государственное обвинение в суде по п.«б» ч.4 ст.264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, сопряженное с оставлением места его совершения. Данную квалификацию суд признает верной, поскольку указанными выше доказательствами в соответствии с приведенной их оценкой установлено, что ФИО1 при управлении им автомобилем допустил нарушение абз.1 п.10.1 и п.14.1 ПДД РФ, что привело к дорожно-транспортному происшествию, в котором <А.> по неосторожности была причинена травма, относящаяся к тяжкому вреду здоровью и приведшая к ее смерти, а между нарушением ФИО1 требований абз.1 п.10.1 и п.14.1 ПДД РФ и наступившими последствиями в виде смерти <А.>, как обосновано выше, имеется прямая причинно-следственная связь. Правильно по мнению суда вменен квалифицирующий признак, как оставление ФИО1 места совершения деяния, поскольку указанными выше доказательствами в соответствии с приведенной их оценкой подтверждено, что ФИО1 после ДТП место его совершения покинул, сделал это сразу и до прибытия сотрудников полиции, о самом ДТП и участии в нем не сообщил. Уважительных причин для оставления места ДТП ФИО1 не имел, как указано выше, сделал это сразу и в процессе непрерывного движения управляемого им автомобиля непосредственно на нем, сам в медицинской помощи не нуждался и оставление им места ДТП не было связано с обращением его самого в медицинское учреждение. Кроме того оставление ФИО1 места ДТП не было связано с необходимость оказания медицинской помощи пострадавшим в ДТП лицам, <А.> с полученной травмой оставалась на месте, место ДТП он покинул, убыв с него сразу на том же автомобиле, на котором и совершил ДТП. Последующее прибытие ФИО1 в полицию имело место спустя несколько дней после ДТП, когда о ДТП стало известно правоохранительным органам и его последствия уже были зафиксированы, и по сути были явкой с повинной. При том из обстоятельств ДТП, данных о наезде на пешехода передней частью автомобиля, факта применения ФИО1 торможения, названных показания <Г.> и <Л.> суд признает установленным, что ФИО1, осознавая факт совершения ДТП и наличие последствий в виде травмы пешеходу, место совершения ДТП оставил осознано. Доводы ФИО1 о том, что он от ДТП испытал шок и свои действия, связанные с оставлением места ДТП, не осознавал, суд признает несостоятельными, они опровергаются фактическими обстоятельствами дела о том, что ФИО1 место ДТП оставил таким способом, что продолжил управлять автомобилем, показаниями <Г.> о том, что после наезда на пешехода ФИО1 высказался о своем намерении оставить место ДТП, показаниями <Л.> о том, что он встретил ФИО1 и тот высказывался о происшедшем ДТП и наезде на пешехода, показаниями самого ФИО1 о том, что он проходил мимо места ДТП и видел там собравшихся людей, но подходить не стал, из чего следует, что ФИО1 оставил место ДТП с целью скрыть свою причастность к нему. При таких обстоятельствах суд признает, что ФИО1 место ДТП оставил умышленно, чем виновно допустил нарушение п.2.5 ПДД РФ.

Таким образом действия ФИО1 по данному делу суд квалифицирует также по п.«б» ч.4 ст.264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, сопряженное с оставлением места его совершения.

При назначении наказания Стряпунину суд в соответствии с положениями ст.6, ч.3 ст.60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, влияние наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Так, Стряпунин совершил по неосторожности преступление, относящееся к категории тяжких. По месту жительства согласно характеристики участкового уполномоченного полиции ФИО1 характеризуется удовлетворительно, жалоб и заявлений на его поведение от соседей и родственников не поступало (т.1 л.д.239). Согласно сведений из ГИБДД ранее ФИО1 привлекался к административной ответственности за правонарушения в области безопасности дорожного движения (т.1 л.д.243). Также суд учитывает, что ФИО1 является гражданином Российской Федерации, имеет постоянное место жительства (т.1 л.д.234), в браке не состоит и своей семьи не имеет, проживает с матерью. ФИО1 ранее работал по трудовому договору, за добросовестный труд поощрялся, последние сведения о трудоустройстве до 02.11.2020 г. (т.2 л.д.127-132), <данные изъяты> (т.2 л.д.124). На учетах у врачей психиатра и нарколога подсудимый ФИО1 не состоит (т.1 л.д.237).

К обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимого Стряпунина согласно п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ суд относит явку с повинной (т.1 л.д.70), и на основании ч.2 ст.61 УК РФ суд относит <данные изъяты> (т.2 л.д.124), пенсионный возраст и наличие заболеваний у его матери, кому он оказывал помощь в силу совместного проживания. Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО1, судом не установлено.

Оснований для признания смягчающим наказание ФИО1 обстоятельством то, что действия потерпевшей <А.> не соответствовали требованиям п.4.5 ПДД РФ, что установлено в том числе и по заключению автотехнической экспертизы, суд не находит, поскольку в соответствии с положениями п.«з» ч.1 ст.61 УК РФ действия <А.>, не убедившейся в безопасности перехода, не являлись поводом для совершения ФИО1 преступления, с нарушениями ФИО1 абз.1 п.10.1 и п.14.1 ПДД РФ такие действия <А.> не связаны и в причинной связи с происшедшим ДТП, как указано выше, не состоят.

Оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ об изменении категории преступления, о чем заявлено стороной защиты, суд не усматривает, поскольку имеющиеся у ФИО1 в совокупности смягчающие наказание обстоятельства применительно к фактическим обстоятельствам преступления, когда совершено оно было при наличии в том числе такого квалифицирующего признака, как оставление места совершения ДТП, не свидетельствуют в достаточной мере о меньшей степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, позволявшей бы отнести такое преступление к категории средней тяжести.

Суд приходит к выводу о том, что справедливым, а также способствующим исправлению подсудимого ФИО1 и достижению иных целей уголовного наказания, установленных ч.2 ст.43 УК РФ, будет предусмотренное санкцией статьи наказание ему в виде лишения свободы, и с назначением ему же дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, предусмотренного санкцией статьи в качестве обязательного, при этом поскольку данное преступление ФИО1 было совершено в связи с управлением автомобилем, то запрет ему следует установить на такой вид деятельности, как управление транспортными средствами.

Устанавливая пределы, в которых должно быть назначено подсудимому ФИО1 основное наказание, суд применяет положения ч.1 ст.62 УК РФ о сокращении до 2/3 максимального предела срока наиболее строгого наказания, предусмотренного санкцией статьи, в связи с наличием у него смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ, и отсутствием отягчающих обстоятельств.

Основания для назначения ФИО1 наказаний, предусмотренных положениями ст.53 и 53.1 УК РФ, вопреки его доводам не имеется, поскольку ограничение свободы или принудительные работы санкцией ч.4 ст.264 УК РФ не предусмотрены, при том оснований для применения к нему положений ст.64 УК РФ, о чем заявлено стороной защиты, суд также не находит, поскольку с учетом оценки всех установленных фактических данных в совокупности, поведение его во время и после совершения общественно опасного деяния, смягчающие наказание и другие обстоятельства применительно к категории преступления, являющегося тяжким, самому характеру преступления и обстоятельствам его совершения не являются исключительными, значительно снижающими степень общественной опасности деяния и виновного лица.

Не смотря на наличие у Стряпунина смягчающих наказание обстоятельств, учитывая конкретные обстоятельства преступления, связанные именно с наездом на пешехода на пешеходном переходе, и применительно к характеру наступивших в результате совершенного ФИО1 преступления последствий, а также принимая во внимание сведения о привлечении ФИО1 ранее к административной ответственности за совершение административных правонарушений в сфере безопасности дорожного движения, суд считает, что цели наказания ФИО1 без реальной его изоляции от общества достигнуты не будут. В связи с этим оснований применения к ФИО1 по указанному основному наказанию положений ч.1 ст.73 УК РФ об условном осуждении суд не находит, и назначает ему основное наказание в виде лишения свободы с отбыванием его в исправительном учреждении.

Вид исправительного учреждения для отбывания основного наказания в виде лишения свободы подсудимому Стряпунину суд определяет в соответствии с требованиями п.«а» ч.1 ст.58 УК РФ, как колонию-поселение, поскольку он совершил преступление по неосторожности и ранее не отбывал лишение свободы, а порядок следования ему в указанное исправительное учреждение суд определяет с учетом положений ч.5 ст.75.1 УИК РФ под конвоем.

Время содержания ФИО1 под стражей по данному приговору до вступления приговора в законную силу на основании п.«в» ч.3.1 ст.72 УК РФ подлежит зачету в срок назначенного наказания из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

Судьбу вещественных доказательств суд определяет в соответствии с требованиями ч.3 ст.82 УПК РФ, а именно: автомобиль государственный регистрационный знак <номер скрыт>, ключи от него, свидетельство о регистрации ТС, страховой полис, водительское удостоверение, находящиеся на хранении у <Г.>, подлежат оставлению ему, как законному владельцу; оплетка рулевого колеса, находящаяся в камере хранения ОМВД России по городскому округу г. Переславль- Залесский, подлежат передаче <Г.>, а в случае невостребованности – уничтожению; дактилопленка, дактилокарты, ватные палочки, находящиеся в камере хранения ОМВД России по городскому округу г. Переславль-Залесский, подлежат уничтожению.

При разрешении заявленного по данному делу гражданского иска суд пришел к следующему. Потерпевшей <Т.> в ходе предварительного расследования по делу был заявлен иск о взыскании с подсудимого ФИО1 в качестве компенсации морального вреда денежных средств в размере 1 000 000 руб. и в качестве возмещения материального ущерба денежных средств в размере 64 055 руб. (т.1 л.д.134). Мотивированы требования по иску тем, что действиями ФИО1 в связи с причинением смерти ее матери <А.> ей был причинен моральный вред и нравственные страдания, а также она понесла расходы на погребение.

В судебном заседании потерпевшая <Т.> и ее представитель адвокат Миронов заявленный иск поддержали в полном объеме, сослались на обстоятельства, изложенные в нем, потерпевшая <Т.> также указала, что мать была пенсионеркой возрастом 68 лет, проживала одна, она проживает отдельно от нее на протяжении 28 лет, но являлась ей единственной дочерью и близким родственником, с матерью общалась ежедневно, один раз в 3 мес. приезжала к ней, оказывала ей помощь. Подсудимый ФИО1 и в его защиту адвокат Гаркавенко основания для удовлетворения гражданского иска не оспаривали, с размером требований о возмещении материального ущерба согласились, а заявленную сумму компенсации морального вреда считают завышенной.

В соответствии с ч.1 ст.6 УПК РФ защита прав и законных интересов лиц, потерпевших от преступлений, является назначением уголовного судопроизводства. Согласно ст.44 УПК РФ лицо, которому преступлением причинен имущественный и моральный вред, вправе при производстве по уголовному делу предъявить к обвиняемому гражданский иск, который рассматривается судом совместно с уголовным делом.

Согласно ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Согласно ст.150 ГК РФ к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье граждан.

Поскольку требования о компенсации морального вреда заявлено потерпевшей <Т.> в связи с причинением смерти ее матери и перенесенными в связи с этим нравственными страданиями, то такие требования являются обоснованными и они подлежат удовлетворению. Препятствий для разрешения гражданского иска о возмещении морального вреда суд не усматривает.

При определении суммы компенсации морального вреда суд руководствуется положениями абз.2 ст.151, ч.2 ст.1101 ГК РФ. Судом оценен характер совершенного ФИО1 деяния в связи с причинением смерти <А.> и причинением этим нравственных переживаний ее дочери <Т.>, оценены степень таких переживаний с учетом характера личных взаимоотношений, которые имели место у <А.> с дочерью при ее жизни, и в частности то, что <А.> была в пенсионном возрасте, <Т.> проживала отдельно от нее длительное время, общение с ней поддерживала по телефону и периодически приезжая проведывать, сама от матери помощи не получала, но при этом мать для нее являлась единственным близким родственником, была ей дорога, от чего она постоянно оказывала ей помощь, ее жизнью и здоровьем интересовалась ежедневно. Исходя из этих данных, а также, руководствуясь принципом разумности и справедливости, где суд также учитывает и фактические обстоятельства причинения смерти ФИО4, степень вины ФИО1 и данные о его доходах и материальном положении, суд находит заявленный ко взысканию размер компенсации морального вреда оправданным в заявленной сумме 1 000 000 руб.

Кроме того, согласно ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Поскольку требование <Т.> о возмещении материального вреда заявлено в связи ущербом, причиненным преступлением, и связан с ее расходами на погребение ее матери <А.>, погибшей в результате дорожно-транспортного происшествии, то такие требования являются обоснованными. При этом, поскольку виновным в ДТП и совершении рассматриваемого по данному делу преступления, связанного с причинением смерти <А.>, судом признается ФИО1, то он и является лицом, обязанным по возмещению причиненного <Т.> материального ущерба. Оценивая заявленную <Т.> ко взысканию сумму причиненного ей материального ущерба, учитывая, что данная сумма подтверждена документами, обосновывающими расходы <Т.> на захоронение матери <А.> (т.1 л.д.135-137), а также принимая во внимание, что в данной части ФИО1 иск признает и заявленную сумму не оспаривает, суд полагает необходимым названные требования <Т.> удовлетворить в полном объеме.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст.304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«б» ч.4 ст.264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет 5 (пять) месяцев, с лишения права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года 10 (десять) месяцев.

Отбывание ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы определить в колонии-поселении, к месту отбывания данного наказания ФИО1 следовать под конвоем. Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу сохранить до вступления приговора в законную силу. Срок отбывания основного наказания в виде лишения свободы ФИО1 исчислять со дня вступления данного приговора в законную силу, зачесть ему в срок данного наказания время содержания его под стражей по настоящему приговору за период с 01.11.2022 г. до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания в колонии-поселении. Срок отбывания ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, распространить на все время отбывания им основного наказания в виде лишения свободы, а исчислять срок отбытия указанного дополнительного наказания с момента отбытия основного наказания.

Вещественные доказательства по делу: автомобиль государственный регистрационный знак <номер скрыт>, ключи от него, свидетельство о регистрации ТС, страховой полис, водительское удостоверение, оставить в законном владении <Г.>; оплетку рулевого колеса, находящую в камере хранения ОМВД России по городскому округу г. Переславль- Залесский, передать <Г.>, а в случае невостребованности – уничтожить; дактилопленку, дактилокарты, ватные палочки, находящиеся в камере хранения ОМВД России по городскому округу г. Переславль-Залесский, уничтожить.

Иск <Т.> удовлетворить полностью, взыскать в ее пользу с ФИО1 денежные средства в качестве компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб. и в качестве возмещения материального ущерба в сумме 64 055 руб.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Ярославского областного суда путем подачи жалобы через Переславский районный суд в сроки, установленные ст.389.4 УПК РФ, в течение 15 суток со дня его постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, а в случае пропуска указанного срока он может быть восстановлен при наличии уважительных причин в порядке, предусмотренном ст.389.5 УПК РФ. Осужденный, потерпевшая, ее представитель вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда апелляционной инстанции. Осужденный вправе поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении адвоката.

Председательствующий: Д.А. Шашкин